Татьяна Зинина - Астор-Холт [СИ]

Астор-Холт [СИ] 2028K, 373 с. (Карильский цикл-1)   (скачать) - Татьяна Зинина

Татьяна Зинина
АСТОР-ХОЛТ


Пролог

За окном давно погасли последние лучи заходящего солнца, и на мир стремительно опустилась странная густая темнота. Даже луна предпочла сегодня скрыться за чёрными тучами. Слишком уж зловещей и мрачной казалась эта ночь…

Тишина буквально давила на слух. Не было слышно ни голосов людей, ни шороха листьев, ни пения птиц. И казалось, что вся округа просто вымерла, или очень дружно, буквально в одно мгновение, переселилась жить в другое место.

Эрида нервным жестом смахнула со лба капельку пота, и снова откинулась на спинку стула. Сейчас она не думала, она вообще не могла думать, потому что всё произошедшее казалось ей не больше чем дурным сном. Нет, это точно сон, ведь она бы никогда не решилась на подобное наяву.

Устало прикрыв глаза, она попыталась расслабиться и прийти в себя. Но именно в этот момент со стороны закрытой занавесками кровати, послышался жалобный стон… медленно переходящий в плач. Детский плачь.

— Какая же я дура, — произнесла вдруг Эрида, и снова уставилась в тёмный потолок.

В её голове совершенно не укладывалось, как она вообще могла на всё это согласиться?!

Хотя, ещё с того дня, как на прошлой неделе в их городок приехал бродячий цирк, она уже знала… кожей чувствовала, что добром это не кончится. Пусть даже предположить не могла, как вся эта ситуация отразиться именно на ней.

А пару дней назад к ней привели бледную девушку, худенькую и слабую, и казалось, что она может скончаться прямо на пороге её дома. А когда Эрида увидела что она ещё и беременная, чуть сама не грохнулась в обморок.

С ней были ещё двое… судя по одежде, тоже из цирка. Один высыпал на стол дюжину золотых монет и, глядя в глаза знахарке, попросил помочь.

Выбора не было. Хотя, конечно, она могла с лёгкостью выпроводить нежданных гостей и кинуть их деньги им вслед, но… как раз когда Эрида уже собиралась это сделать, девушка истошно закричала, и начала обессилено оседать на пол, но её удержали. Наверно, только видя жуткую боль и отчаяние в синих глазах бедняжки, женщина и решила согласиться.

Роды оказались долгими и очень сложными. Поддерживающие девушку парни, давно ушли во двор, потому что выдерживать жуткие крики было для них слишком. Эрида сильно сомневалась, что её роженица выживет, уж очень болезненной и хрупкой она казалась. Но… когда часы пробили полночь, всё закончилось, а на свет появилась маленькая девочка.

Она так орала, как будто уже с первых минут жизни требовала, возмущалась, огрызалась. Глядя на всё это, знахарка лишь довольно усмехнулась, сразу определив, что характер у этого чуда будет очень не простым. Об этом говорило многое… А особенно интуиция повитухи. Ведь кроме своих лекарских способностей, она имела ещё кое-какие навыки. Некоторые даже считали её гадалкой, хотя до полноценной предсказательницы ей было очень далеко. Просто иногда судьба приоткрывала для Эриды дверцу будущего, давая увидеть кое-какие мелкие моменты. Чаще всего они не имели никакого значения, но иногда были очень даже убедительными.

Два следующих дня девушка вместе с ребёнком провела у знахарки, и всё это время Эрида не отходила от малышки. Было в этой девочке что-то притягательное, что-то такое, не дающее женщине покоя, но как она ни пыталась разгадать эту загадку, так ничего и не добилась.

А когда пришло время прощаться, в её дом снова пришли двое мужчин из цирковой труппы. Да только в этот раз они принесли с собой большую шкатулку полную золотых монет. Эрида даже вскрикнула от неожиданности, когда они раскрыли её на столе. Кругляшки из драгоценного металла переливались в солнечном свете и больше напоминали какую-то иллюзию, хотя женщина знала, что золото перед ней самое настоящее.

— Эрида… — тихим голоском проговорила девушка, входя в комнату. Она уже не выглядела больной, и даже попыталась улыбнуться. Женщина всё думала, рассматривая её, чем же такая хрупкая особа может заниматься в бродячем цирке?! Было в ней что-то возвышенное… Что-то такое, чего нельзя объяснить простыми словами. Осанка, разворот плеч, гордый взгляд, мягкость рук и изящность движений. Нет, таким девушкам не место среди циркачей. Но что тогда она там делает?!

— Я слушаю тебя, — проговорила знахарка, прекрасно понимая, что от неё явно чего-то хотят.

Девушка попыталась заговорить, но слова давались ей слишком сложно. Тогда один из сопровождающих мужчин, притянул её к себе и заговорил сам.

— Мы очень благодарны вам за помощь, — начал он уверенным тоном. — Но вынуждены просить ещё об одном… — именно в этот момент из соседней комнаты послышался тихий детский плач, от которого на лице мужчины появилось странное выражение жуткой скорби. — Эрида, мы не можем взять ребёнка с собой. Дорога не лучшее место для новорожденной. Поэтому, просим вас оставить девочку здесь. Это, — он положил руку на крышку большой шкатулки, — деньги на её содержание. Ещё столько же вам будут привозить каждый год, пока у нас ни появится возможность забрать малышку. А это, — мужчина достал из кармана несколько перстней с крупными камнями, — за то, чтобы никто не знал, откуда этот ребёнок у вас появился.

— Эрида, — снова заговорила девушка, а на её щеках блеснули дорожки от слёз. — Прошу, не отказывайте нам. Моё сердце разрывается от необходимости расстаться с ней, но… иначе нельзя. Умоляю вас… помогите.

В её глазах было отчаянье, такое сильное, что женщина просто не смогла отказать. Она коротко кивнула, и села на стул у стены.

— Спасибо, — проговорила молодая мать, кидаясь ей на шею.

— Нам пора идти, — холодным тоном напомнил мужчина, и пока Эрида соображала, что сейчас произошло, её дом опустел.

И вот, когда ночь снова завладела своими правами, стало ясно, что с этого дня жизнь городской знахарки измениться. И она почти не сомневалась, что никто эту малышку уже не заберёт. Никогда.


Глава 1. На пути к себе

Яркие солнечные лучи освещали округу, нагревая её до опасных градусов, и даже массивные белые облака не были способны создать здесь хоть какое-то подобие прохлады. В это послеобеденное время, когда жар светила достигал своего апогея, находиться под его прямым лучами становилось просто невыносимо. Все разумные существа предпочитали прятаться за толстыми стенами домов, или в тени вековых деревьев, и в такой жуткий полуденный зной даже не пытались попасть на улицу. И во всей округе начинался так называемый дневной сон. У всех… кроме одной, для которой эти несколько часов становились маленьким островком свободы.

Не скажу, что на меня совершенно не действовал жар полуденного солнца. Действовал, ещё как. Но я давно привыкла жить с ним в согласии. Поняла, что выходить из дома в такое время без шляпы или платка — сущее самоубийство, что в тени раскидистой ивы у самой кромки большого пруда жара почти не ощущается, и что только в такую жару никто не станет мешать чудным минутам отдыха и возможности просто побыть собой.

К этому пруду, я приходила всегда, как только появлялась такая возможность, то есть во все погожие летние деньки, и искренне наслаждалась мгновениями тишины и покоя. Здесь можно было представить себя кем угодно! Сбежавшей капризной принцессой сказочного королевства… или прекрасной феей, которая держит путь к своему возлюбленному… или просто маленькой девочкой, чьи родители ждут её дома. А когда солнечные часы перемещали тень на три, приходилось снова возвращаться в грубую реальность, и со вздохом разочарования вспоминать, что я — просто я. Обычная горничная, с простым именем Трил, без титулов или богатых родственников. Снова подниматься и идти драить комнаты и помогать на кухне в особняке миссис Гральян, прикусывать себе язык, каждый раз когда хочется ответить на очередное оскорбление или несправедливое суждение госпожи, а по ночам тайком пробираться в её библиотеку, где графиня хранила свою огромную коллекцию книг.

Вот такая моя жизнь, вот такой я родилась. Но… как всегда говорила моя приёмная мать: «Мы должны с благодарностью принимать свою судьбу со всеми её превратностями и сюрпризами». То же самое она сказала, перед своей смертью, когда мне было всего десять, и жизнь казалась прекрасной игрой. А за два дня до этого, в нашем маленьком домике на краю небольшого городка в глубине страны появилась богатая знатная дама, которая оказалась её родной сестрой. И она не смогла отказать умирающей в её последней просьбе… забрать меня к себе и присматривать до самого совершеннолетия. Вот с того самого дня моя жизнь круто изменилась.

Теперь же, мне восемнадцать, уже много лет я работаю в доме графини, и рада бы уйти… да только некуда. Но и жить так с каждым днём всё сложнее и сложнее. Приказы госпожи становятся всё изощреннее, наказания — жестче, а условия работы — хуже. И пусть, по нашим обычаям я уже как полгода считалась совершеннолетней, но попыток покинуть дом не предпринимала ещё ни разу.

Естественно ни в какую школу или пансион меня не отправляли, и я очень благодарна Эриде — моей приёмной матери, за то что не оставила меня неграмотной. Она была знахаркой, причём довольно талантливой, и помимо чтения, письма и счёта, так же обучала меня разбираться в травах, распознавать болезни и раны, но, самое главное, она смогла открыть во мне способности для обращения к силам стихий. И для маленькой девчушки, коей тогда являлась я, это стало настоящим подарком небес, потому что на мой первый неумелый зов откликнулись сразу и вода, и огонь. А с того дня, как Эрида оставила меня… эти две вечно противоборствующие стихии и есть моя настоящая семья.

* * *

Солнце медленно двигало тень на сооруженных мной часах, показывая, что уже можно без опасений выходить под его прямые лучи, и скинув с себя одежду, я бегом ринулась к пруду. Здесь, находясь во власти столь любимой мной воды, я, наконец, смогла расслабиться окончательно, и хоть на несколько минут снова стать Трил Сиерлен — девушкой с несломленной волей, свободными мыслями и нехилыми способностями к магии, которым, увы, навсегда суждено остаться лишь способностями.

Вволю наплававшись, догребла до центра пруда и, перевернувшись на спину, подложила под голову руки и закрыла глаза. Вода мягко ласкала, легонько покачивая на волнах, и как будто уговаривала меня начать менять свою жизнь. Мне иногда казалось, что я слышу её тихий мягкий шёпот прямо в своей голове, и каждый раз она твердила только одну фразу, которая не давала мне покоя. Она говорила: «Иди к своей судьбе». Да только вот… никак не желала указывать правильное направление.

Ну, откуда мне, бедной девочке, знать, где же прячется эта моя судьба?! Может она сама ищет меня?! А может, ждёт под забором соседнего имения?! Или, в какой-нибудь подворотне столицы?! Ответа на это не было. Но одно я знала точно — из этого дома нужно уходить.

Вдруг, где-то на самом краю сознания, мне показалось, что я уловила тихий шорох. И, возможно, я бы даже не обратила на него никакого внимания, но… резко проснувшаяся интуиция упрямо твердила о надвигающейся опасности. Не скажу, что всегда безоговорочно к ней прислушивалась, потому что гораздо чаще все её вопли и уговоры мной упрямо игнорировались, но сейчас её крик был настолько истошным и отчаянным, что пришлось поддаться.

Осторожно перевернувшись на живот, я медленно погрузилась под воду и, отплыв подальше от центра, замерла за небольшой изгородью из редких камышей. И, как оказалось, очень вовремя.

— Три-и-и-и-л, — позвал меня кто-то. И от звучания этого голоса по коже моментально пробежала целая армия мурашек. Он всегда действовал на меня именно так, всегда вызывал страх, и даже сейчас, находясь в относительной безопасности, я жутко боялась, что это действительно он.

— Здесь твои вещи, моя милая. И если не выйдешь сама… — он на секунду остановился, явно прислушиваясь к посторонним звукам, ожидая выловить среди них тот, который бы меня выдал. — Трил, я заберу твою одежду.

А вот это было уже совсем не смешно.

Ведь если этот гад исполнит своё обещание, то мне придётся явиться в особняк, прикрываясь лишь лопухами. Представляю, как на это отреагирует графиня! А в том, что ей обязательно обо всём доложат, я ни капли не сомневалась.

Меня в её богатом доме, мягко говоря, недолюбливали почти все. Помню, раньше долго мучилась, ища один единственный ответ на закономерный вопрос: «За что?». Ведь я же ничегошеньки им не сделала, старалась быть паинькой и никому не доставлять неудобств. Но… несмотря на все свои усилия, всё равно с первого дня появления в имении графини, стала всеобщим изгоем. Хотя, нет… Здесь были всего два человека, которые относился ко мне как-то по-особенному. Это повариха Марси и… Джер. Тот самый, который стоял сейчас на берегу и внимательно высматривал меня на просторах пруда.

— Давай, мой колокольчик, выходи из своего укрытия, — проговорил он с лукавой улыбкой. — Не испытывай моё терпение.

А разве он оставил варианты?! И мне, правда, не хотелось его злить. Джером Гральян и так был для меня опасен, а уж в гневе…

— Иду, — тихо отозвалась я, и медленно погребла к берегу. Но добравшись до места, где ноги прекрасно доставали до дна, остановилась, и внимательно посмотрела в глаза Джеру.

Даже не верится, что не видела его больше года, и эта его поездка в северную Эрлинию так замечательно затянулась. И это время почти показалось мне сказочной передышкой, этакой полосой спокойствия, и даже моя жизнь в имении стала казаться вполне приятной. А ведь раньше подобные мысли в голову ни разу не приходили.

Джер стоял у самой кромки воды и сосредоточенно меня рассматривал. Благо, из-за того что вода здесь не была кристально прозрачной, ничего ниже плеч он видеть не мог. Но судя по знакомому блеску в глазах, даже этого оказалось ему вполне достаточно.

За то время, что мы не встречались, Джер почти не изменился. И сейчас, как и раньше я видела перед собой стильно одетого, по меркам нынешней моды, высокого молодого мужчину, с военной выправкой, гордым разворотом широких плеч и сильным крепким тренированным телом. Его светлые волосы, были идеально уложены, в серых глазах виднелась давно знакомая мне сталь, а их прищуренный хитрый взгляд слишком красноречиво говорил о том, что могло понадобиться от меня этому человеку.

— Я здесь. Можешь спокойно уходить! — выпалила, собирая в кучу всё своё самообладание, и стараясь говорить как можно более уверенно.

— Выходи, — его красиво очерченные губы расплылись в довольной улыбке, а в глазах блеснул хищный вызов.

— Джер, прошу тебя по хорошему, отойди от моих вещей, и дай мне спокойно одеться, и потом, может быть, мы продолжим наш разговор.

— О, как мы заговорили?! — рассмеялся парень. Судя по всему, мой серьёзный ровный тон его ни капли не задел. — А я и забыл, что мне пока не удалось сделать из тебя свою маленькую покорную подстилку. Но… поверь, Трил, скоро ты перестанешь огрызаться.

— Думаешь?! — его слова сильно злили, и даже страх начал понемногу отпускать от меня свои липкие лапки. — Раньше тебе этого не удавалось, что же изменилось теперь?!

— Ты, милая. Ты.

— И в чём же?!

— Моя мать поклялась тётке, нести за тебя ответственность до твоего совершеннолетия. Именно по этой причине, я не мог использовать в реализации прекрасной миссии твоего приручения, все действенные способы, — до приторного слащавым голоском проговорил он. — А сейчас… тебе скоро девятнадцать, Трил, и все границы для меня открыты уже почти год.

— Я не позволю!

— Что?! Опять огрызаешься, дорогая?! Может, желаешь поспорить?! — усмехнулся Джер.

— Ты не посмеешь, — заявила, сама не веря в то, что говорю. Хотя уже поняла — посмеет, ещё как, и ничто его больше не остановит, никто за меня не заступится. Ведь он прав, раньше от него меня могла спасти только графиня. Никого другого Джер слушать не желал. И это было страшно…

Он был старше меня на пять лет, и к моей радости первые годы жизни в этом имении, виделись мы крайне редко. Хозяйский сынок учился в какой-то жутко престижной школе для мальчиков, и почти всё время проводил там. И всё бы ничего, но… Когда Джеру исполнилось девятнадцать, он, учась уже в академии АсторХолт, приехал на каникулы на два месяца… и я почти забыла что значит, спокойная жизнь.

Всё пошло под откос, когда вместо нескладного подростка он почему-то начал видеть во мне красивую девушку. В тот день я поняла, что моя идиотская почти «идеальная внешность», как говорила Марси, станет моим личным проклятием. Джер смотрел на меня как на куклу. Как на свою новую игрушку, которая непременно должна принадлежать ему и только ему. И тогда, в свои четырнадцать, я почти узнала всю грубость мужской похоти. Наверно, если б не своевременное появление графини, всё закончилось бы куда трагичнее, но… не стоит об этом сейчас.

В тот вечер Джер пообещал матери не трогать меня, по крайней мере, до моего совершеннолетия. И пусть грубой силы он больше не применял, но своих попыток по моему «укрощению» всё равно не оставил. Я как могла старалась избегать его общества, не попадаться ему на глаза, но это по определению не могло помочь. И именно тогда поняла, что кроме меня самой никто на мою защиту не встанет. Именно это и толкнуло меня к тому, чтобы начать развивать свои природные способности к магии. Благо в богатейшей библиотеке графини было достаточно книг по этой теме.

— Джер, — начала я, собравшись с мыслями и вспомнив всё, что с таким трудом сама забивала в свою же голову. — Прошу по-хорошему, оставь меня в покое. И повторяю в сотый раз, я не вещь, и твоей игрушкой становиться не собираюсь.

— Будешь сопротивляться, да моя крошка?! — опять усмехнулся парень. — Снова будешь кричать, царапаться и звать на помощь?! Но… увы, милая, никто не придёт. Ни сейчас, ни завтра, никогда. И… ты ошибаешься, Трил. Ты теперь именно вещь. Моя вещь.

— Уходи! — нервы начали медленно сдавать, и вся моя выдержка почти уже испарилась.

— И не подумаю, на его губах растянулась победная улыбка.

— Тогда, заранее простите, лорд Гральян, за мой следующий шаг, но, поверьте, у меня просто нет другого выхода.

Я зажмурилась, пытаясь сосредоточиться, и глубоко вздохнув, обратилась к родной стихии…

В тот же миг на спокойном до этого пруду поднялось волнение. С каждой секундой волны становились всё выше, всё сильнее, и вода стала медленно подступать к ногам Джера. Он смотрел на меня с таким диким удивление, что стало смешно — самовлюблённый хозяйский сынок даже представить себе не мог, что я имею силы ему противостоять.

Наверно, если бы он не был настолько шокирован, то ни за что не попался бы в мою довольно примитивную ловушку, но… всё получилось так, как получилось.

В один прекрасный момент накатила неожиданно высокая волна. Она обвила ноги застывшего Джера подобно аркану, и резко отступив, потянула его за собой. Опешивший Джером даже не успел понять, что же случилось, как уже оказался в пруду. Я же в этот самый момент, наоборот, поспешила выбраться на берег.

— Трил! — прорычал вдруг мой «хозяин». — Прикажи ей меня отпустить! Немедленно!

Я обернулась, и, глядя на открывшуюся картину, лишь довольно хмыкнула. Вода держала Джера в плотном кольце, не позволяя даже пошевелиться. Там, где находился он, было не глубоко, но сойти с этого места парень не мог.

— Я предупреждала тебя, — отозвалась, спешно натягивая свои широки брюки и тунику. — Ты не послушал. А теперь, прости… я не могу тебя отпустить. Это было бы слишком глупо.

— Трррилллл! — закричал он, и в его глоссе слышалось столько откровенной угрозы, что я поморщилась.

— Прощайте, лорд Гральян, надеюсь, больше мы с вами не встретимся, — бросила я напоследок, и тут же рванула к тропинке.

— Ты что, оставишь меня здесь?! Немедленно остановись, паршивка! — грозно вопил он мне вслед. Но я даже и не думала повиноваться. Наверно, это был первый мой по настоящему стоящий поступок в жизни. Первый своеобразный подвиг, и он стоил мне слишком много сил… и нервов. И я не стану отступаться. Больше не стану!

Вопли Джера ещё долго доносились до моего слуха, но… я не вернусь, а в ближайшие несколько часов там точно никто не появится. Так что никто не вытащит моего «господина» из пруда. А сам он освободиться не сможет. Ведь, насколько мне было известно, Джер мог управлять исключительно воздухом, пусть и на довольно высоком уровне. Но даже с его способностями, моё плетение ему не сорвать, а значит, придётся сидеть там нашему дорогому господину, пока заклинание не распадётся. А случится это не раньше чем, через шесть часов. А может и того больше… кто знает.

Но, после того как он всё же вырвется из водного плена, мне лучше оказаться как можно дальше от дома графини. А значит, настал момент уходить. Другого выхода теперь нет.

Расстояние до особняка я преодолела бегом, и так же стремительно вломилась на кухню. Вот здесь всё было как всегда, и мне даже иногда казалось, что и время и все другие изменения попросту обходят стороной эту комнату.

Наверно, с моего самого первого дня в этом имении, кухня стала для меня каким-то олицетворением домашнего уюта. Может, это связано с тем, что здесь всегда было приятно находиться, а здешние вкусности не раз спасали меня от окончательного впадения в унынье. А может, всё дело в Марси, которая была единственным человеком во всём этом гигантском доме, кто относился ко мне положительно.

Я любила её, как тётю или старшую сестру, да и сама повариха испытывала ко мне тёплые чувства, но… мне почти всегда казалось, что она начала общаться со мной исключительно из жалости, потому что, в отличие от других, понимала, насколько мне здесь одиноко. Все же остальные… и господа, и прислуга, видели во мне только врага.

Странно, но много лет для меня было совсем не понятно, что же я им всем сделала, и ответ на этот вопрос пришёл совершенно неожиданно. Наверно, если бы ни вредность Джера, я бы ещё долго терлась в догадках. Но, он сам того не зная, открыл мне глаза на причины моих проблем.

Как-то, в очередной момент нашей с ним борьбы, мне всё-таки удалось ударить его по лицу. И, когда смысл собственного поступка в полной мере дошёл до моего ума, я ужаснулась. Глаза Джеру тогда горели каким-то слишком страшным огнём, в котором почти отсутствовал разум, и я уже стала ждать удара от него, но… Вместо этого Джером попросту схватил меня за руки и потащил к огромному зеркалу во всю стену.

— Смотри на себя! — закричал он тогда, заставляя меня поднять голову. — Смотри, тварь ты высокомерная! Видишь?!

— Что? — спросила я, дрожащим голосом.

— Себя! — грубо ответил он. — Или ты совсем слепая?!

Я искренне пыталась рассмотреть что-то неправильное в собственной внешности, найти хоть какой-то изъян, хотя бы один, но… его не было. Только волосы немного растрепались, но даже сейчас спадали по плечам густой каштановой занавесью, будто именно так и должно быть. А в остальном же… моё лицо было тем же, каким я видела его каждый день, все его черты оставались такими же чёткими плавными и… правильными. Если честно, иногда собственное отражение напоминало мне изображение одной из древних богинь с картин в галерее графини,… потому что только они обладали настолько идеальной внешностью. Наверно, единственным, что меня от них отличало, были глаза — большие, ярко-синие с тёмным кантиком и сеточкой чёрных узоров вокруг зрачка. Вот они действительно казались необычными, но… я давно перестала обращать на это внимание.

— Ты слишком красива, Трил. Было бы слишком глупо портить эту нереальную внешность… и только поэтому я не стану тебя бить. Хотя, уже за один высокомерный взгляд, давно нужно поставить тебя на место. Но пока это никому ещё не удалось.

— Какой взгляд?! Что ты говоришь?! — воскликнула я тогда.

— Ты даже не видишь этого, не замечаешь, — он усмехнулся и, наконец, отпустил мои руки. — Если бы не знал, что ты дочь циркачки, никогда бы не поверил. Тебе бы больше подошло быть королевой. Эти движения, повадки, взгляды, голос…Трил. Только за одно это высокомерие, тебя искренне хочется придушить. И не только мне.

— Это не правда! — слова Джера никак не укладывались у меня в голове. О каком высокомерии идёт речь?! Я же стараюсь вести себя всегда со всеми на равных. Даже с ним, хоть он и хозяйский сын. И никогда, я не ставила себя выше других!

Так как меня больше не удерживали, я тут же поспешила подальше от этого места и смеющегося Джерома. И, естественно, направилась прямиком на кухню, дабы найти поддержку у Марси. Да только в этот раз, она не помогла.

В ответ на мой рассказ, моя единственная подруга лишь покачала головой, и сказала, что полностью согласна с Джером, и с моей внешностью и высокомерием мне вряд ли стоит надеяться на хорошее отношение ещё хоть кого-то в этом мире.

— Но почему, Марси?! — кричала я тогда. — Ведь красивых людей, наоборот, любят!

— Таких, как ты — нет, — ответила она, покачав головой. — Такими как ты любуются, как картинками, и то исключительно на расстоянии. Или используют в своих целях, как куклу. Ты… — она неожиданно замялась. — Понимаешь, Трил, ты не кажешься людям равной. Ты по сравнению с ними вообще не человек, а кто-то совсем другой. Они боятся… И, поверь, мне очень жаль, но от твоей внешности у тебя будет куда больше проблем, чем у самого страшного урода.

— Что же мне делать?! — проговорила я тогда, залезая с ногами на диванчик у стены.

— Просто жить, и постараться как можно реже показывать своё лицо… да и волосы желательно прятать. Тогда ещё может что-то получиться.

С того разговора прошло уже почти три года, и если в первое время всё сказанное Джером и Марси, казалось мне бредом, то позже всё чаще стала замечать, что всё действительно так, как они говорят. Я перестала пытаться наладить контакт с другими обитателями усадьбы, и только повариха оставалась единственной, кто относился ко мне, как к человеку. Наверно, именно поэтому, сейчас мне было так просто покинуть это место, ведь без меня здесь всем станет куда лучше. Да и я без них вряд ли буду скучать.

Сейчас Марси была чрезвычайно занята чем-то у большой варочной поверхности, над которой горели красные круги горячих отсеков. Это-то и позволило мне прошмыгнуть мимо неё совершенно незаметно, а иначе, пришлось бы прямо сейчас выкладывать проницательной подруге обо всём, что случилось.

Моя комната уже давно находилась отдельно от комнат остальных слуг, и примыкала к кухне. Раньше здесь был довольно просторный чулан, но после последней перестройки этой части дома, надобность в нём отпала. Тогда-то графиня и решила переселить меня сюда. И пусть здесь было намного больше места, чем в моих прошлых «апартаментах», зато не имелось ни единого окна. Пришлось две свои зарплаты потратить, на новые светильники, но без них эта комната казалась слишком уж мрачной.

Вещей у меня имелось не много, особенно тех, что можно было прихватить с собой при побеге. Всего пара брюк, одно лёгкое платьице и несколько туник. Покидав всё это в сумку, которую прикупила пару лет назад на деревенской ярмарке, я аккуратно сложила туда несколько книг по огненной магии, лёгким движением руки смела с тумбочки все заколки с расчёсками, и, навязав на голову белый платок, двинулась к выходу.

Покинуть усадьбу не попрощавшись с Марси, мне не позволила совесть. Поэтому, присев на диван на кухне, я стала ждать, пока она, наконец, налюбуется очередным своим кулинарным творением. Но, когда она повернулась в мою сторону, её цепкий взгляд сразу же метнулся к сумке, опустился к тряпочным лёгким сапожкам на шнуровке, прошёлся выше, и только заметив повязку на волосах, Марси, наконец, вздохнула и отвернулась.

— Решилась?! — спросила она, не глядя на меня.

— Ага, — отозвалась, опасливо косясь в окно, выходящее на задний двор. А вдруг Джера освободят раньше, чем я уеду?! Он же меня просто напросто прикончит.

Марси резко оторвалась от своих кастрюль, и, кинув мне «жди здесь», стремительно покинула кухню. Почему-то, первой моей мыслью было, что она сейчас непременно сообщит о моём решении графине, но я всё же надеялась, что хотя бы эта женщина относилась ко мне действительно хорошо.

Спустя несколько долгих минут, она вернулась с каким-то полупрозрачным чёрным платком, синей краской для век, и ключами от картела.

— Деньги-то у тебя есть?! — спросила она, выкладывая передо мной все эти вещи.

— Две сотни льер, — ответила я, проверяя заветные пластины в лёгкой сумке. — Не густо, но на первое время должно хватить. А там может, на работу устроюсь… или в академию подамся.

— Трил, — она присела напротив, и внимательно посмотрела мне в глаза. — Ты же знаешь, что в академии без денег и рекомендательного письма от знатных родственников делать нечего. И будь ты хоть настоящим гением, без всего этого туда всё равно не попасть.

— Знаю… — буркнула я, опуская голову на сложенные на столе руки. — Но это мечта… и, возможно, только благодаря ей, я до сих пор не свихнулась.

— А если продать твой медальон… Денег бы хватило на год, как минимум, — задумавшись о чём-то, проговорила Марси. — И, думаю, мы бы смогли уговорить графиню дать тебе рекомендации.

— Ты же знаешь, что медальон нельзя снять! — перебила я повариху. — Мы столько раз пробовали…

— Может в столице найдётся кто-то кому это под силу? — предположила Марси.

— Нет. Не верю. Эта штука висит на моей шее с самого рождения. Знаешь… — я снова посмотрела на собеседницу. — Раньше я думала, что это своеобразный привет от матери, и он поддастся, когда я буду совершеннолетней, но… Как видишь, всё осталось, как было.

— Может, он магический? — снова поинтересовалась Марси, протягивая руку к моей шее. Я тут же поспешила спрятать медальон за ворот туники и усмехнулась.

— Конечно, магический. По крайней мере, над замочком кто-то явно поколдовал. Да так, что теперь не снимешь. Так что… Марси, чтобы стянуть с меня эту побрякушку, придётся отрезать голову. Иначе никак. И, думаю, в таком случае, он мне уже вряд ли пригодится.

— Значит, не видать тебе Астор-Холт.

— Не такой ценой.

Моя подруга лишь покачала головой, и глубоко вздохнув, подтолкнула меня к выходу. Мы вышли во двор, и остановились у ангара с картелами.

— Езжай, — проговорила она, вручая мне ключ. — Оставишь его на стоянке у северной арки города. А завтра я попрошу ребят его забрать. Надеюсь, графиня не заметит, а то нам всем тут мало не покажется.

— Думаю, она будет только рада, моему исчезновению. Ты же знаешь, что я у неё как бельмо на глазу.

— Что правда — то правда, — проговорила женщина, и добродушно мне улыбнулась. — Береги себя, Трил. И… постарайся не показывать лицо. На улице заматывайся в платок, что я тебе дала, или можешь нарисовать себе синяки. Но, поверь, лучше тебе не светиться, тем более в таком городе, как Себейтир. Столица, всё-таки.

— Спасибо тебе за всё…

— Прощай, Трил. Надеюсь, мы больше не встретимся. Ты не такая, как мы… и твоё место не здесь. Так что даже не думай возвращаться.

— Я напишу, — прошептала, легонько обнимая Марси. Если честно, вообще впервые решилась на подобное проявление эмоций. Но это был скорее порыв, чем обдуманное действие.

— Буду очень ждать, — её глаза странно заблестели, и она тут же поспешила отвернуться. И только сейчас я поняла, насколько дорога мне эта тучная женщина с непроницаемым лицом. Она редко смеялась, никогда не плакала, а сейчас… в её глазах стояли самые настоящие слёзы.

— Прощай, Марси, — проговорила я, и решительно шагнула к красному картелу. Он был маленьким, одноместным с небольшим отсеком позади сидения. Если честно, я ещё ни разу не управляла такой техникой, но другого выхода у меня не было.

Как только ключ оказался в замке, картел тихонько пискнул, и приподнялся над дорогой. Я когда-то читала, что такие штуковины работают на энергии земли. Они сами её перерабатывают, и способны преодолевать довольно большие расстояния. А пространство между ним и поверхностью дороги называется воздушной подушкой. В общем, хорошая техника. Да только управлять ей я, естественно, не умела.

Конкретно у моего средства передвижения не было защитных стёкол, поэтому обычно те, кто избирал такой транспорт, всегда надевали очки-маски. Именно такие висели сейчас на крючке рядом с приборной панелью. Натянув их на себя, я глубоко вздохнула, и попыталась сообразить на какие кнопки теперь нажимать.

— Управляй рычагом, что справа, — проговорила Марси, видя моё явное замешательство. — Тормоз — шарик на колпачке. А вообще, эта штука умная, сама всё сделает. Ты должна только задавать направление.

Я попыталась шевельнуть рычаг, и картел медленно поплыл к большим воротам. Замигала какая-то лампочка, под которой значилось, что не застёгнуты ремни безопасности. Пришлось спешно соображать, где они и как ими пользоваться, но когда мне это удалось, картел снова пискнул, и стал стремительно набирать скорость.

Схватившись за рычаг, я тут же начала истерично тормозить, и только когда эта чудная техника остановилась — смогла вздохнуть с облегчением. Да только не было у меня времени на лишние эмоции и переживания. Пришлось спешно брать себя в руки, и снова трогаться с места. Но теперь мы ехали медленней, и, двигая рычаг, я упорно пыталась понять принцип действия сего транспорта. На всё это у меня ушло довольно много времени, но по-другому было нельзя. Мой любимый метод «Проб и ошибок» требовал большой осторожности. Но когда экстремальный курс обучения управлению картелом был пройден, стало куда легче. И, откинувшись в кресле, я уже с уверенностью, потянула рычаг, и мой хитрый аппарат двинулся вперёд.

Постепенно, скорость перестала меня пугать, да и скользить по широкой линии заросшего тракта, оказалось довольно интересно. Мимо стремительно пролетали целые деревни, небольшие городишки, но дорога упорно вела меня прямиком к столице. К месту, где, возможно, я смогу отыскать свою судьбу… К месту, где теперь мне предстоит жить!


Глава 2. В паутине незнакомого мира

Вышагивая по широким мощёным улицам Себейтира, я всеми силами старалась сделать вид, что всё его окружающее великолепие меня совершенно не интересует. Что мерцающие вывески, как будто бы парящие над перекрёстками, являются для меня чем-то вполне обычным. Да только на самом деле всё было совсем не так!

До этого дня мне приходилось бывать в столице всего один раз, восемь лет назад, когда мы с графиней делали здесь остановку на пути от моего старого места жительства. И, могу сказать, что с тех пор город изменился до неузнаваемости, и сейчас стал совершенно не похож на то, что я видела тогда.

Казалось бы, прошло совсем немного времени, но… теперь вместо простых вывесок над зданиями мерцали полупрозрачные объёмные изображения, созданные прямо из воздуха, на улицах не было ни единого транспортного средства на колёсах, ни одной телеги или кареты… всё заменили различные виды картелов. Дороги больше не выглядели разбитыми, и теперь ходить по их гладким поверхностям стало даже приятно. А ещё, меня сильно удивило просто огромное обилие зелени. Даже на некогда запущенных окраинах теперь выросли скверы и парки, а кое-где даже были видны небольшие рощицы.

Глядя на всё окружающее великолепие, просто до жути хотелось удивлённо вскрикнуть, но… я упорно делала вид, что всё это для меня в порядке вещей. К тому же… о таких преобразованиях мне было известно давно, но только в теории. Ведь графине каждую неделю привозили свежую прессу из столицы, а раз в месяц даже поставляли один очень интересный журнал, который, к моему глубочайшему удивлению, она даже не открывала, сразу же отправляя в библиотеку. Наверно, ей было совсем неинтересно читать обо всех новых изобретениях института магической физики при академии Астор-Холт, а может, она просто имела возможность видеть все инновации собственными глазами… в отличие от меня. Я же буквально зачитывалась этими журналами и даже пробовала повторить некоторые из описанных там экспериментов. Иногда у меня даже получалось… но бывало это так редко, что я давно перестала пробовать. Именно оттуда я впервые узнала о существовании академии Астор-Холт. Тогда-то у меня и появилась глупая совершенно безумная мечта — попасть в число её учеников.

Но… как правильно сказала Марси, для этого нужно было иметь три составляющие: деньги (которыми оплачивалось обучение), рекомендации родственников или влиятельных знакомых (так как в Астор-Холт училась только элита избранных) и, наконец, хоть какой-то магический дар. К сожалению, ни денег, ни связей у меня не имелось, а одного дара для такого заведения явно было не достаточно.

Но я не отчаивалась. Ещё тогда, в тот осенний день, когда увидела на обложке здание академии, решила, что буду там учиться и ничто… повторяю, НИЧТО меня не остановит!

День неумолимо близился к вечеру. Солнце уже почти скрылось за дальними холмами, а над городом тускло засветилась сеть ночного купола. Глядя на это чудо, я всё-таки не смогла сдержать своего восхищения, и как завороженная уставилась наверх. Подобно лёгкой невесомой паутине, всё необъятное пространство столицы покрывалось миллиардами светящихся нитей. Они причудливо переплетались, повторяя карту страны, со всеми мелкими дорожками и тропинками… со всеми деревнями и городами. И это изощрённое переплетение наполняло улицы ночного города каким-то очень приятным голубоватым светом.

Конечно, обычное освещение никто не отменял, но… этот купол был не простым декоративным изыском или простой прихотью. Он обеспечивал столице полную безопасность от внешнего проникновения. И я почти уверена, что помимо всего прочего, у этого чуда имелось ещё очень много достоинств, но сейчас меня куда больше интересовал его загадочный и прекрасный внешний вид.

В суровую реальность восхищённую девочку вернуло неожиданное понимание того, что уже ночь, а жильё я себе так и не нашла. И никакого толка, что несколько часов проходила по городу, с любопытством разглядывая вывески! Глупая. Хорошо хоть с угнанным из имения картелом всё получилось именно так, как говорила Марси. Я просто оставила его на стоянке, и больше судьбе сего транспорта не задумывалась. Тем более что сейчас собственное будущее волновало меня куда сильнее.

Занятая своими мыслями, я сама и не заметила, как добрела до самой яркой вывески в конце улицы, которая зазывно мигала, сменяющими друг друга надписями: «ОРАКУЛ», «Самая вкусная еда», «Самые лучшие вечера!», «Самые удобные номера»… и так дальше по кругу. Надписи сопровождались объёмными картинками, возникающими прямо из воздуха, и, глядя на очень натурального вида огромную зажаренную птицу, крутящуюся в виде рекламы над самым входом, я, не задумываясь, шагнула вперёд. И плевать на все опасности мира… и на опасения тоже. Есть мне сейчас хотелось просто до одури, а уж про спать я вообще молчу. Ведь если всё равно придётся тратить деньги на еду и ночлег, почему бы не сделать это здесь?!

Войдя внутрь, я огляделась, и медленно протопала к массивной стойке, за которой стоял очень… ну просто ОЧЕНЬ крупный мужчина. Он со странным упоением взирал на установленный у дальней стены иллюзатор, на котором мелькали движущиеся картинки. Конечно, я много слышала об этом изобретении, но вот видеть его мне ещё никогда не приходилось. Марси рассказывала, что в покоях графини был такой, но… туда допускались только избранные, в число которых я, естественно, не входила. Поэтому увиденное сейчас чудо техники, привело меня в настоящий шок.

— Эй, подруга, чего уставилась?! — насмешливым тоном произнёс бугай за стойкой. — Что, в первый раз иллюзатор видишь?!

— Ага, — ответила я на полном автомате, даже не поворачивая головы к собеседнику. — Читала о таких, но вот видеть как-то не приходилось.

— Понятно, — добродушно усмехнулся он. — Поверь, не ты первая так смотришь на эту штуковину. Они до сих пор безумно дорогие, но… мой уже давно себя окупил.

Он говорил со мной без неприязни или ненависти… и это оказалось для меня куда более странно, чем все новшества и сюрпризы столицы. Со мной вообще редко кто раньше разговаривал так… по-доброму. Наверно именно это и подкупило меня в этом громиле, с открытой улыбкой и любопытным взглядом серых глаз, и, пройдя несколько шагов, я взгромоздилась на высокий стул у самой стойки.

— Думаю, наличие такой штуки привлекает в ваше заведение много посетителей, — предположила я, обводя зал внимательным взглядом. Пока здесь было не так уж и многолюдно, но после моего прихода, дверь точно открывалась ещё пару раз, впуская новых и новых клиентов.

— Угадала, — улыбнулся верзила, и окинул меня профессиональным взглядом. — Не местная, — констатировал он свои вывод. — Нужна еда и комната.

— Правильно, — протянула я, стягивая с головы платок, что дала Марси. Здесь было довольно душно, да и достала меня эта полупрозрачная тряпочка за весь день. К тому же, в компании улыбчивого хозяина заведения, мне было довольно уютно, и казалось, что скрываться нет необходимости. Должно быть здесь, в столице, много таких как я.

Да только, стоило мне открыть лицо, как с физиономии сероглазого парня тут же сползла улыбка, а взгляд стал холодным и каким-то закрытым. Эти разительные изменения так сильно зацепили моё внутренне эго, что я просто не сдержалась, и впервые решила высказать всё, что думаю по поводу такой реакции на мою внешность.

— Я что, настолько страшная?! Или, может, не похожа на человека?! Или у меня ужасный шрам на пол лица?! — проговорила так, чтобы слышать меня мог только он. — Скажите, коль вы такой умный и проницательный, чего во мне такого, что у всех поголовно меняются лица, как только я попадаюсь им на глаза?!

— Тише, — ответил он, неожиданно приняв серьёзный вид. — Не стоит нервничать. Пусть ты и молодая, но довольно сообразительная, и должна уже понимать, какое впечатление производишь на людей.

— Но я не понимаю! — решительно возразила, упирая локти в поверхность стойки. — И никто не может внятно объяснить. Единственная подруга просто навязчиво рекомендовала прятать лицо, а все остальные предпочитали шугаться… как и вы.

— Я не шугаюсь, — с притворной обидой в голосе, произнёс мужчина. — Просто… это было неожиданно… Ладно. Тебе была нужна еда и ночлег? Всё будет. Вот меню, — он протянул мне небольшой листок с перечнем блюд, что сегодня подавали в его заведении, — а комната будет готова, как только поешь. И если так интересно, почему у людей на тебя столь необычная реакция, я, возможно, смогу найти на это подходящий ответ. Только позже… А пока, топай к дальнему столику, и постарайся не сильно выделяться. Хотя в твоём случае это вообще вряд ли возможно.

С этими словами он развернулся и скрылся за маленькой дверью, а мне не оставалось ничего, кроме как последовать его указаниям.

С момента моего прихода народу здесь существенно прибавилось, но один из двух дальних угловых столиков до сих пор пустовал. Я медленно прошла к нему, и, плюхнувшись на мягкий диван, осмотрелась по сторонам. Моё место было просто до неприличия удобным во всех отношениях. Отсюда открывался прекрасный обзор, как на зал, так и на иллюзатор. Освещения в этой укромной части заведения почти не было, что позволяло оставаться в тени, и не привлекать внимания. А ещё в соседнем углу имелось точно такое же. Там уже сидели два молодых человека, и что-то очень активно обсуждали, совершенно не обращая внимания ни на остальных гостей, ни на картинки иллюзатора. Следуя неясным порывам собственного любопытства, я постаралась рассмотреть своих соседей или, хотя бы, услышать их голоса, но… при всей их внешней активности, эти люди не издавали ни единого звука. Они подобно рыбам открывали рты, но оставались при этом в полной тишине. И тут до меня дошло, что это не может быть ничего кроме «Полога безмолвия», а ребята ни кто иной, как маги.

Этот неожиданный вывод только сильнее разогрел мой интерес, и, придвинувшись ближе к краю дивана, я принялась рассматривать этих двоих, уже не скрывая своего любопытства. Один… тот, что сидел ко мне полу боком, явно хотел скрыть свою внешность. Он был одет в куртку с капюшоном, закрывающим почти всё лицо, оставляя на обозрение лишь одну лёгкую улыбку и чуть заострённый подбородок.

А вот собеседника этого загадочного парня я разглядела куда лучше. Но его внешность мне показалась абсолютно непримечательной. Волосы русые, причёска — обычная, я бы даже сказала, немного растрепанная, черты лица… простые совсем не яркие, и только его глаза всё никак не хотели отпускать мой взгляд. Я не видела их цвета, не запомнила их форму — это всё казалось сейчас не важным. Меня заинтересовало нечто совсем другое. Эти глаза… в них явно была тайна. Они затягивали, завораживали и никак не желали отпускать. И, может это выглядело слишком навязчиво и неприлично, но я же была в тени. Да и сам парень оказался так поглощен разговором, что явно не собирался обращать на меня внимания.

— Добрый вечер, леди, — произнёс кто-то у меня над ухом. От этого звука я резко дёрнулась, и тут же поспешила отодвинуться как можно дальше от неожиданного собеседника. И только когда расстояние между нами составило всю длину дивана, всё же решилась поднять на него взгляд.

Передо мной сидел довольно интересный тип. И я бы даже назвала его привлекательным, если бы не видела этого похабного блеска в его глазах. Да и улыбка сразу показалась мне слишком уж хищной.

— Простите, но я не нуждаюсь в компании, — отозвалась я, с каждым словом напрягаясь всё сильнее. А всё потому, что сейчас этого человека вообще мало волновало моё мнение. Ведь он уже всё для себя решил, и независимо ни от чего собирался сделать то, что задумал. Как и совсем недавно Джер…

— Вы, может, и не нуждаетесь, а вот я, отчаянно желаю, чтобы вы сидели со мной за одним столом. А свои желания я выполняю всегда, — проговорил он, только подтверждая мои догадки.

— Мне жаль, сударь, но сегодня ваши желания будут исполняться без моего участия. А сейчас, прошу, оставьте меня, — я всеми силами старалась говорить спокойно и уверенно, но это не так просто, если тебя всё равно не желают слышать.

— Не ломайся, красотка, — он потянулся к моей руке, и в этот момент я отчётливо поняла, что пора уносить ноги. Не знаю, что именно заставило меня принять такое странное решение, но сейчас я действовала на чистой интуиции, а она, кстати говоря, в последнее время почти не подводила.

Резко соскочив с дивана с противоположной стороны, я перемахнула через небольшую декоративную изгородь между угловыми столами, и оказалась прямо за спиной типа в капюшоне. Заметив мои действия, его собеседник заметно напрягся, и одарил таким взглядом, что я тут же решила отступить назад.

Испугалась?! Скорее всего — да, потому что на меня никто и никогда так не смотрел. В этом взгляде очень явно читалось, что если я сейчас же не исчезну — он сам меня прикончит.

— Куда же ты, красавица, мы ведь только начали! — послышался за спиной насмешливый голосок моего преследователя, и, судя по всему, он был уже близко. Вот же неугомонный! Ну почему нельзя с первого раза понять, что я не желаю с ним общаться?!

В голове отчаянно боролись две мысли: бежать, или развернуться и дать отпор?! С одной стороны, бежать-то мне было не куда, а вот что касается отпора…

Сделав ещё шаг, я резко остановилась, сделала глубокий вдох, и повернулась назад. Как и предполагалось, этот упёртый тугодум, не стал перелезать вслед за мной, а попросту обошёл препятствие, и стоял сейчас всего в паре метров от меня.

— Правильно, детка, не стоит убегать. Я тебя не съем, — протянул он, а на губах растянулась до жути довольная улыбка.

— Если вы не заметили, сударь, я больше не бегу. Но и с вами оставаться не намерена, — скрестив руки перед грудью, оглядела его с ног до головы самым надменным и оценивающим взглядом, что только смогла состроить. Не ожидая такой резкой перемены в моём поведении, он замер, но тут же что-то для себя решив, снова двинулся ко мне.

— Да ладно тебе.

— Ещё шаг, и я буду вынуждена применить силу, дабы защитить свою честь. Это, насколько мне известно, является смягчающим обстоятельством, и при разбирательстве, все обвинения и расходы, лягут исключительно на вас, как на нападавшего.

Он снова остановился, а на его смазливом лице отразилась явная работа мысли. Что ж… пусть рассуждает, но, что-то мне подсказывает — в итоге слова мои он всё равно решит пропустить мимо ушей. Но я сделала всё что могла, для предотвращения конфликта, а значит, теперь имею полное право действовать.

И вот… он всё-таки сделал шаг… потом второй, и когда расстояние между нами сократилось до опасного, снова протянул ко мне руку. Я же стояла неподвижно, и лишь внимательно следила за его неторопливыми движениями. И как только он попытался схватить меня за плечо, его пальцы, ладонь и манжет рубашки тут же вспыхнули ярко-алым пламенем.

Он закричал, и тут же отдёрнул руку, в дикой надежде, что огонь погаснет, но… этого не произошло.

— Перестань! Хватит! — истерически вопил он, пытаясь сбить пламя. Но тут заметил на стойке массивный аквариум, и в тот же момент рванул к нему, с безумной надеждой, что вода уж точно сможет его спасти. Да только он снова ошибся.

— Простите, сударь, но и это вам не поможет, — протянула я, с полнейшим равнодушием наблюдая за тем, как между горящей рукой и водой в аквариуме образуется пространство, не позволяющее им совмещаться. — Но я готова прекратить это, если только вы пообещаете, что не станете больше мне докучать своим присутствием и двусмысленными намёками.

И уже приготовилась мысленно отпраздновать победу, а он уж было открыл рот, чтобы, наконец, произнести заветные слова… как я почувствовала резкий толчок между лопатками, и тут же упала на пол, зацепив при этом стоявший рядом стол. Он накренился, пошатнулся и тут же рухнул рядом, накрыв меня всем своим содержимым. Наверно, я бы ещё долго соображала, что произошло, но меня снова дёрнули, на этот раз за предплечье, и резким рывком поставили на ноги.

— Туши огонь, дура! — прорычал кто-то у меня над ухом, а я всё никак не могла сфокусировать зрением на лице говорящего. Наверно, встреча головы со столом, а затем и с полом не прошла даром, и теперь перед моими глазами всё вертелось и расплывалось.

Меня снова встряхнули, а потом я вдруг ощутила на щеке острую боль. Она сопровождалась резким шлепком, и если бы меня не держали, я бы точно уже снова полетела вниз. Но как ни странно, после этого, зрение быстро вернулось к нормальному фокусу, и я обнаружила прямо перед собой высокого широкоплечего типа неприятной наружности, который внимательно изучал моё лицо.

— Туши! — повторил он всё тем же грубым тоном, и я решила, что здраво будет его послушаться и, прикрыв глаза, попросила огонь потухнуть, а воду в аквариуме — занять своё обычное место. Со стороны моего горящего обидчика тут же послышался протяжный вздох облегчения. И тут началось…

В одно мгновение привычная тишина сменилась громким гулом голосов. Каждый из них что-то выкрикивал, кто-то изощренно ругался, некоторые даже порывались вызвать сюда охрану города для разбирательства.

Мне же после двух ударов было уже всё равно. Я не стала открывать глаза, решив остаться в привычном мире своих стихий. Всё ж они и были для меня самыми близкими, и даже сейчас, в этой поистине идиотской ситуации приносили покой и облегчение. Тут же вспомнился Джер… и его пощёчины, которыми он когда-то щедро меня одаривал. Наверно, если б не запрет графини, он прикончил меня задолго до этого пресловутого совершеннолетия. Хотя… ничего бы это не изменило. Наверно, у меня на роду написано постоянно нарываться на грубость.

«Вот так, Трил, давно пора привыкнуть, что мировая несправедливость действует на тебя в ста процентах случаев. И сегодня, несомненно, один из них…» — проскользнула в голове мысль, о собственной обречённости.

Но тут я почувствовала, что хватка на моей руке и плече ослабла, и стала медленно оседать на пол. Но в этот момент, моё почти бессознательное тело как будто кто-то подхватил, и я перестала чувствовать под ногами поверхность пола. Меня явно куда-то несли…

Постепенно гул голосов стал тише, и теперь до моего слуха доносились только звуки шагов. Судя по всему, мы поднимались по лестнице. Затем послышался звон ключей и лёгкий скрип ручки на двери. А потом всё стихло. И я была бы очень благодарна своему сознанию, если бы оно покинуло меня дольше, чем на несколько минут, но сегодня оно тоже решило действовать по-своему.

— Ну и зачем ты влез?! — донёсся до моего слуха чей-то совершенно незнакомый голос.

— Они почти уже решили отдать её Бэлку, а ты прекрасно знаешь, чтобы он с ней сделал, тем более после того, что она сотворила с его рукой, — ответил второй, и, если верить моему слуху, этот человек располагался ко мне куда ближе, чем его собеседник.

— У тебя и так проблемы с его несравненным дядюшкой, а теперь он тебе и вовсе прохода не даст. И вообще, думаешь, тот факт, что ты унёс у него из-под носа столь желанную добычу, сможет его остановить?! Считаешь, он откажется от неё?!

— Нет, — ровным тоном отозвался второй. — Но это уже её проблемы. Пусть идёт, возвращается туда, откуда явилась или ищет себе достойного покровителя.

— А ты что же?! Бросишь эту наивную дуру на произвол судьбы?! И стоило так рисковать ради этого?! — продолжал отчитывать его первый, и тут я не выдержала.

— Вы уж простите, господа, что невольно втянула вас в столь неприятную ситуацию, но… я не просила мне помогать. И если вы видели всё с самого начала, то должны понимать, что я всего лишь постояла за себя, — выпалила, всё так же, не открывая глаз. Наверно, я попросту боялась увидеть обладателей голосов, да и вообще, находиться в темноте собственного сознания было куда спокойнее.

Повисла тишина, а потом до моего слуха донёсся какой-то шорох, звук шагов, и скрип стула.

— А где же твоё спасибо?! Или нам стоило оставить тебя там? Просто закрыть глаза на то, как толпа мужиков, громко решает, как лучше наказать столь своенравную и непокорную пигалицу за её дерзкий поступок по отношению к особе знатного рода?! Что ж… ещё возможно всё исправить. Уверен, Торилон Бэлк, до сих пор ждёт внизу твоего возвращения.

Я почти почувствовала на себе пристальный злобный взгляд говорившего, и буквально кожей ощутила всё его раздражение. Наверно именно в этот момент до меня, наконец, дошло, что пора уже и познакомится со своими спасителями, а заодно и поблагодарить их.

Резко распахнув глаза, я попыталась сесть, что, кстати, оказалось довольно сложно после всего произошедшего с моим многострадальным телом. Пока я мучилась, говорить никто не спешил. Но как только моя сложная миссия оказалась выполнена, тут же решила оглядеть комнату, а заодно и её обитателей.

К моему величайшему удивлению… нет, я бы даже сказала, к моему глубочайшему шоку, моими спасителями оказались соседи по угловому столику. Те самые мужчины, которых я так пристально рассматривала до появления этого… как его там, Бэлка.

У дальней стены, прямо напротив кровати, сидел напряжённый парень, и внимательно рассматривал меня своими серыми, как грозовое небо, глазами. Черты его лица показались мне немного смазливыми, да и само лицо явно выражало, принадлежность этого человека к рядам местной аристократии. И единственным, что никак не вписывалось в его образ надменного представителя высшей касты, были волосы. Они имели светлый, почти пшеничный цвет и лёгкими локонами беспорядочно распадались в разные стороны, слегка прикрывая кончики ушей. На мой взгляд, такая причёска куда больше подошла бы мальчишке-подростку, а не взрослому человеку, которому, на мой взгляд, было около двадцати семи, не меньше.

Кстати, именно он прятался в зале под массивным капюшоном куртки. Его красиво очерченные губы и изящный подбородок я запомнила хорошо. Да и одежда у него была довольно-таки запоминающаяся. Всё-таки не у каждого хватит денег на то чтобы вот так свободно щеголять в курточке из Ассиомского шёлка. Если честно, я вообще видела подобную только второй раз в жизни.

— Что, уже решила спуститься?! — прозвучало справа от меня. И резко повернув голову на голос, я тут же встретилась со взглядом тёмно-синих, почти чёрных глаз. Именно эти глаза я так внимательно рассматривала в зале, пока меня не отвлекли, и по иронии судьбы именно обладатель этих притягательных тёмных озёр вытащил меня из заварившейся внизу перепалки. Отчего-то я была просто уверена, что это сделать это мог только он, а не его светловолосый аристократический товарищ.

— Спасибо, — проговорила я, опуская взгляд на свои руки, которые как раз сейчас нервно мяли низ туники. — Если честно, я уже не надеялась, что найдётся хоть кто-то способный меня спасти. Да и вообще…

— Зачем ты стала с ним припираться?! Зачем подожгла его руку?! А главное как?! — снова повысил голос обладатель тёмных глаз, совершенно проигнорировав мою благодарность.

— Он отпускал в мой адрес неприличные намёки, и никак не реагировал на просьбы, оставить меня в покое. Я попыталась уйти — он пошёл следом. И… он был предупреждён, что я буду отстаивать свою честь.

— Да слышали мы всё! Откуда ты только слов таких набралась?! Речевых оборотов?! Этот твой этикет — не больше чем пережиток тёмного прошлого, и сейчас никто не использует и половины тех слов, что ты сказала.

— Я… — его фраза окончательно выбила меня из колеи. — Книги… Я читала об этом в книгах. И о законах чести, и о правах девушек, и о правилах приличия.

— А какого года была книжка?! — съязвил блондин. — Наверно сохранилась ещё с прошлого тысячелетия?!

— Нет… — теперь я совсем растерялась. Ведь, если всё так, как они говорят, и жизнь настолько изменилась, то все мои многочисленные знания окажутся совершенно неуместными.

— Так, ладно, мы уже поняли, что ты не местная, — продолжил второй, уже куда более спокойным голосом. — А ещё, совершенно не знаешь, как себя вести в городе. Так что, самым правильным решением для тебя будет отправиться домой.

— А знаете, я бы с радостью последовала вашему совету, — мой голос прозвучал куда более горько, чем планировалось, — да только нет у меня дома и возвращаться мне не куда. Я приехала сюда с целью начать всё с начала, и знала, что будет трудно. К тому же, как видите, отступать мне некуда. И придётся искать себя здесь.

На несколько долгих секунд в комнате повисло почти гробовое молчание, и только лёгкий шорох открывающейся двери, вернул меня к осознанию реальности. Пока эта деревянная створка медленно двигалась, я успела инстинктивно сжаться в тугой комок от накатившего страха. Ведь, по всем возможным предположениям, сюда мог явиться только Бэлк, и я вовсе не уверена, что и сейчас господа-спасители будут продолжать меня защищать.

В голове уже начали выстраиваться самые разные варианты поведения и развития событий, а дрожь в руках стала совсем невыносимой, когда на пороге показался уже знакомый мне хозяин заведения. Он нёс в руках большой поднос с чем-то явно съедобным, и так добродушно улыбался, что я мигом успокоилась.

Не говоря ни слова, он опустил свою ношу на столик у окна и, кивнув парням, так же тихо вышел, оставляя нас одних.

— Это твой заказ, — проговорил сероглазый, явно наслаждаясь моим замешательством. — Видимо, ты сильно впечатлила нашего молчаливого Серна, коль он решил принести тебе его сюда, да ещё и сам. Подозреваю, что первой причиной его появления явилось банальное беспокойство. Что ж… даже несмотря на свою явную глупость и наивность, ты умеешь производить впечатление.

Не обращая внимания на его слова, я медленно соскользнула с кровати, и тут же направилась к столу. Здесь, стояли два мягких кресла, в одно из которых я и предпочла плюхнуться. А вот во втором восседал мой синеглазый спаситель, и выглядел сейчас уж очень задумчивым.

— Как твоё имя?! — спросил он, внимательно наблюдая, как я, отбросив распустившиеся волосы за спину, с хищным азартом набрасываюсь на еду.

— Трил, — проговорила, пережёвывая удивительно нежный кусочек жареной индейки и запивая глотком тёплого вина. — Трил Сиерлен. Титула нет, родственников нет, денег нет.

Думаю, после такого представления, они точно уж потеряют ко мне интерес. Да только уже в который раз за этот день ошиблась. Глаза блондина странно загорелись, и он снова посмотрел на меня, только в этот раз ещё более внимательно. Видя его неприкрытый интерес, мне даже жевать как-то расхотелось.

— Сиерлен — это девичья фамилия нынешней графини Гральян, — выдал он, а я чуть не подавилась кусочком какого-то неизвестного мне овоща. — Значит, у тебя всё-таки есть родственники.

— Нет, — поспешила ответить. — Меня с рождения воспитывала сестра графини, Эрида Сиерлен. Она о и дала мне свою фамилию. Естественно, в семью графа меня никто из её родственников принимать не стал. Так что… я сказала вам чистую правду.

— А кем были твои родители?! — продолжал свои расспросы блондинчик, да только теперь вся его надменность куда-то странным образом испарилась, оставив вместо себя простое искреннее любопытство.

— Если верить рассказам приёмной матери, они были цирковыми артистами. Эрида принимала роды у моей матери, а так как это случилось уже поздней осенью, они попросили её оставить меня у себя, потому что, по их словам, в условиях жизни бродячего цирка я бы не выжила. Обещали забрать, как только представится возможность, но… она так и не представилась.

— И что, твоя Эрида так просто согласилась на опеку новорожденной девочки?!

— Вместе со мной ей оставили довольно много золота… так что, можно сказать, что она согласилась из-за денег. К тому же моя приёмная мать была знахаркой в небольшом городке, семьи не имела, и появление ребёнка на старости лет, стало для неё чем-то вроде подарка.

— Ясно.

— Откуда такие познания в магии огня и… воды?! — неожиданно вступил в разговор темноглазый.

— Дар, — ответила я, пожимая плечами. Сама много раз задавалась этим вопросом, потому что, подобное было довольно редким случаем, а, как я успела узнать из книг, наличие способностей к двум противоположным стихиям вообще являлось чем-то нереальным. — А… могу я узнать ваши имена?!

— Конечно, — рассмеялся вдруг блондин, окончательно растеряв всю свою напускную важность. — Я — Шей, а это Тир, мой друг.

— Очень приятно познакомится, — проговорила я, невольно отвечая на улыбку Шея — слишком уж она у него получилось искренней и заразительной. — И я действительно очень благодарна вам обоим за моё спасение. Хорошо, что в нашем мире ещё остались те, кому не наплевать на мою судьбу.

— Скажи, Трил… — задумчивым голоском начал серьезный Тир, — если у тебя нет дома и не куда возвращаться, ты всё же останешься в столице?! Даже несмотря на то, что совершенно ничего не знаешь о жизни здесь?!

— Я собиралась поступить в Астор-Холт, — выдала с гордостью, и тут же заметила, как медленно меркнет улыбка блондина, а Тир, наоборот, смотрит на меня с неожиданным интересом. — Но… не совсем уверена, что меня смогут принять туда только за талант.

— Значит, правила приёма тебе известны, — всё тем же тоном протянул Тир. — А стоимость годового обучения ты сможешь потянуть?!

— Если честно, я даже не представляю, какая она.

— Ну… обычно размер платы варьируется от трёх до десяти тысяч льер за год. Если же у студента есть явная тяга к знаниям и талант, эта сумма заметно снижается, но в первый год она, как правило, всегда выплачивается полностью. — И почему-то я почти уверен, что у бедной сиротки таких денег отродясь не водилось, — закончил Тир, довольным тем эффектом, который на меня произвели его слова.

— А если у меня есть сильный дар? К тому же редкий?! — отчего-то мне безумно захотелось доказать ему, что я смогу… и без денег.

— Дай угадаю… — протянул он, — огонь и вода, причём в такой степени, которую я никогда раньше не встречал. А если учесть, что ты управляешь ими, практически не напрягаясь, что уже само по себе странно, я почти уверен — ты сможешь себя проявить, и получить возможность обучаться бесплатно, но… только со второго года. Первый, как было сказано, в любом случае оплачивается полностью.

— Я найду способ, — фыркнула, со злостью вгрызаясь в зажаренный кусочек индейки.

— Конечно, найдёшь, — усмехнулся Тир. — Тем более, у тебя на это есть целый год.

— Как год?! — а вот эта информация оказалась по-настоящему шокирующей.

— Вот так, — его губы растянулись в довольной улыбке. — Приём студентов в Астор-Холт закончился неделю назад. Через три дня начинаются занятия. А это значит, что в этот раз ты в пролёте.

— Нет, нет, нет… Этого не может быть. Я же читала, что приём ведётся в две последние недели лета.

— Правильнее сказать — вёлся, — вступил в разговор, неожиданно серьёзный Шей. — С этого года правила поменялись. Странно, что ты не знала, ведь об этом писали все газеты.

— И что же мне теперь делать?! — горькая волна отчаяния и противной паники уже начала медленно заволакивать собой мозг, совершено не давая рассуждать здраво.

— Ну… — как-то загадочно начал Шей. — Ты могла бы попытаться найти работу, заработать на своё обучение.

Я снова повернулась к нему, уже переставая удивляться тому, как часто меняется его настроение. Если минуту назад он был угрюм и молчалив, то сейчас снова стал больше походить на весёлого мальчишку. И ещё, у меня сложилось явное впечатление, что Шей на что-то намекал, и как будто пытался подвести меня к какому-то выводу. Возможно, ему было важно, чтобы я сама попросила его помощи, ведь, ясное дело, помочь мне было в его силах. Да только это явно не нравилось Тиру, который с каждым новым намёком друга становился всё мрачнее и мрачнее.

Нет, эти двое явно прекрасно знали друг друга. Причём до той степени, чтобы понимать даже скрытые замыслы ещё до того, как те успеют превратиться в идеи. Но, стоит ли идти на поводу у блондина, у которого на меня явно уже есть свои планы, и они вряд ли совпадают с моими. А попросить помощи у Тира у меня не повернётся язык. Он уже и так много для меня сделал… да и его прямой намёк о том, чтобы я уходила из столицы, всё ещё вертелся в голове.

Они сказали — найти работу. А что если…

— Вы правы, — проговорила, переводя взгляд с одного парня на другого. — Мне необходимо найти способ зарабатывать деньги, и я уже решила куда подамся.

— И куда же?! — с нескрываемым любопытством протянул Шей.

— В Астор-Холт! — проговорила с гордостью.

— И кем ты собралась там работать? — не скрывая своего скептичного отношения к моей идее, спросил Тир. — Туда, к твоему сведению, абы кого не берут.

— В идеале — библиотекарем, — проговорила, вскакивая со стула, и начиная нервно вышагивать по комнате. — А там, может, и помощником преподавателя какого-нибудь возьмут, или лаборанткой. Мне всё равно кем, главное, чтобы там.

— Тир, заметь, как заговорила наша девочка?! — усмехнулся Шей. — И куда пропали манеры, этикет, и вся твоя мишура?!

— Я не понимаю, это плохо или хорошо?! — воскликнула, замерев прямо перед ухмыляющимся блондином.

— Это замечательно! Я только рад, что ты поняла, какой линии поведения стоит придерживаться, — проговорил он, всеми своими силами пытаясь изобразить раскаяние, но в серых глазах всё равно плясали смешинки.

— Ты невыносим! — протянула, возводя глаза к небу.

И тут Тира прорвало. Не знаю, что же так его рассмешило, но смеялся он долго, впрочем, и Шей от него не отставал, лишь иногда сопровождая свой смех фразочками типа: «Ой, не могу!» В итоге мне попросту надоело ждать от них объяснений, и я снова вернулась к своей незаконченной трапезе. Вот уж точно, аристократы хреновы. Ржут как конюхи, а точнее их кони.

— Ладно, Трил, коль ты решила всё-таки попытать счастье в Астор-Холт, то я бы посоветовал тебе обратиться прямо к ректору, а он будет там завтра с раннего утра и до обеда. Если опоздаешь, будешь иметь дело с его заместителем, коим является декан факультета воздушной стихии — Фейрон Бэлк, — проговорил Тир, впервые за весь вечер, глядя на меня без злости или раздражения.

— А чем плох заместитель? — спросила я, а в голове уже сами собой стали складываться логические цепочки, потому что мне сегодня явно уже приходилось слышать эту фамилию.

— Ну… — начал было Тир, но тут в разговор снова влез его белобрысый друг.

— Сегодня ты имела честь познакомиться с его племянником, путём поджигания его шаловливой руки, но даже не это самое смешное.

— Ты когда падала, умудрилась зацепить стол, где по счастливой случайности… или по вине злого рока готовился отужинать сам Фейрон. И можешь даже не надеяться, что при встрече он тебя не узнает, — объяснил сидящий напротив Тир. — Он мстительный человек и очень сильный маг, так что Трил… постарайся совершить чудо и не попасться ему на глаза. Иначе он тебя в порошок сотрёт, за прилюдное оскорбление его горячо любимого племянничка.

— Вот уж спасибо, успокоили, — вот теперь мне отчего-то очень захотелось разбежаться и удариться головой об стену, потому что другого выхода я не видела. Просто для меня было совершенно не понятно, как мне теперь скрываться от этого злобного декана?! Только если внешность изменить?! Ага… за ночь?! Или попросту положиться на волю случая?!

Думаю, на простое везение надеяться не стоит. Ведь, судя по последним событиям, оно решило меня покинуть. И я искренне надеюсь, что это ненадолго, а то если так пойдёт и дальше, одно из таких приключений может стать для меня последним.


Глава 3. Мечта за забором

Утро в столице поразило меня ещё сильнее, чем её ночной купол. Себейтир просыпался резко, стремительно и так завораживающе, что я ни на секунду не пожалела, что заставила себя так рано встать. И сейчас, стоя у большого окна своего номера, с широко раскрытыми глазами взирала на настоящее чудо.

Как только над холмами показались первые лучи солнца, город как будто ожил. Крыши его домов заблестели, купола и шпили замерцали золотистыми искрами, а огромный ночной купол мгновенно вспыхнул алым и тут же погас. В следующий момент потухли фонари и все многочисленные ночные вывески. Над магазинами тут же появились объёмные рекламные изображения, над столиками уличных ресторанчиков раскрылись многочисленные яркие зонтики и шатры, и в тот же момент на город опустилась свежая туманная дымка. Лёгким облаком она прокралась всюду, даря душной столице спасительную влагу, питая растения парков, а достигнув своей цели, просто растаяла в тёплых рассветных лучах.

Эх… я, конечно, читала обо всех этих красотах Себейтира, но впечатление от увиденного оказалось в сотни раз сильнее. Наверно, этот город стоит любить хотя бы за такую красоту, и мне кажется, я уже в него влюбилась.

Мой вчерашний ужин и ночь в номере обошлись почти в семьдесят льер, а это означало, что денег осталось совсем мало, и если сегодня меня не примут в Астор-Холт — завтра придётся ночевать на улице. Конечно, можно было бы попросить о помощи Шея… Да только чует моё сердце, за эту помощь мне придётся заплатить куда больше, чем я смогу дать.

При всей своей напускной простоте, Шей — аристократ, и явно не из последних. В противном случае он бы не стал прятаться за капюшоном, да и кроме своего короткого прозвища он мне так ничего о себе и не сообщил. А когда они уже уходили, я попыталась ещё раз выразить ему свою благодарность…

…— Шей, — окликнула, когда хмурый и задумчивый Тир, уже покинул комнату. Блондин обернулся, и остановился, искренне наслаждаясь моей растерянностью. Пришлось тут же смущённо опустить глаза. — Я хотела, ещё раз поблагодарить вас обоих за помощь. Если бы не вы, меня бы сейчас здесь не было.

В ответ на мою тираду, он лишь натянуто улыбнулся, и, подойдя ближе, уверенным жестом приподнял моё лицо, за подбородок. Если честно, от его властного прикосновения, меня слегка передёрнуло.

— Знаешь, Трил… — начал он, внимательно разглядывая моё лицо, которое оказалось к нему угрожающе близко. — Благодарить нужно Тира. Это была его инициатива, и его решение. Я всего лишь проявил нейтралитет. И не будь его рядом, вряд ли сам встал бы на твою защиту.

— Но… — попыталась возразить я. Но меня остановили, легонько коснувшись пальцем губ.

— Меня слишком хорошо знают в лицо, и, помогая тебе, я бы сильно подставился. А так… проблемы будут только у Тира, но ему не привыкать, — голос Шея звучал тихо, и как-то даже ласково. Я же, как загипнотизированный кролик продолжала покорно смотреть в глаза этого странного удава. — И ещё… если желаешь остаться в столице, научись скрывать своё лицо. Оно слишком… яркое. И… ты, Трил, как огромный загадочный драгоценный камень. Одни тебя боятся, чувствуя, что ты для них недосягаема, а другие, наоборот, желают обладать таким сокровищем, — он шумно выдохнул и, наконец, отошёл от меня к двери. — Береги себя и постарайся не светиться. А там, глядишь, и встретимся ещё когда-нибудь.

Серьёзность снова слетела с его лица, и он опять напомнил мне мальчишку-сорванца.

— Спасибо, Шей, — ответила я, тоже отходя от его странного гипноза. — Надеюсь, при следующей встрече меня не придётся спасать.

— Ах, ну конечно! — он демонстративно всплеснул руками и рассмеялся. — Что-то мне подсказывает, что неприятности притягиваются к тебе, как к магниту. Кстати, и мы с Тиром, тоже далеко не подарок судьбы. Скорее, очередной кульбит твоей невезучести. И если меня ты можешь не опасаться, то вот за Тира я поручиться не могу. Поверь, этого типа откровенно шугается большая половина империи. И ты можешь ещё сотню раз пожалеть, что мы встретились на твоём пути. Ну… это всё потом, а сейчас, нам всё-таки пора идти. Прощай Трил.

Он быстро вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь, а я осталась с тонной новой информации и целым обозом противоречивых мыслей в голове. И, если честно, думала, что после всего случившегося уснуть мне точно не удастся, но… снова ошиблась. Наверно, мой собственный организм просто плюнул на всё, и решил, что без отдыха продолжать этот марафон он не станет. Вот и отключился. Зато проснулась я свежей и отдохнувшей, и как никогда готовой к новым победам и свершениям.

Расплатившись за ужин и комнату, я снова замотала голову тонким платком, и отправилась на поиски академии. Благодаря журналам в библиотеке графини, мне было прекрасно известно примерное расположение нужного здания, да и его внешний вид. Поэтому, оказавшись на улице, где всё ещё царила лёгкая прохлада ночи, я с наслаждением глубоко вдохнула свежий воздух, и тут же двинулась в сторону высоких шпилей, на которых виднелись знаки четырёх стихий.

Вообще в этом городе было два самых крупных архитектурных ансамбля, это уже упомянутый мной Астор-Холт, и, естественно, императорский дворец. И как-то давным-давно я читала, что здание академии когда-то тоже являлось одним из дворцов династии Астор.

Тогдашний император Гиралир был очень дружен со своим придворным магом Севором Холтом, который и предложил организовать в столице самую большую и лучшую академию магических искусств. Императору эта идея понравилась, тем более, что он давно уже хотел выстроить себе новый дворец, а теперь и для старого нашлось бы достойное применение. К тому же, держава при наличии большого количества квалифицированных магов стала бы гораздо сильнее. Вот так, совместная задумка императора и верховного мага стала великой академией, оттуда и название — Астор-Холт. Произошло это почти пятьсот лет назад, и с каждым годом, мощь и слава этого заведения только росли. А когда двадцать лет назад, в 7865 году на троне Сайлирии воцарилась новая династия Аркелир, академия перестала быть только магической. Теперь здесь изучали взаимодействие физики и магии, что уже принесло просто колоссальные результаты и продвинуло страну на передовые позиции в мире по числу инноваций и преобразований.

Прокручивая в голове все эти воспоминания, я сама не заметила, как оказалась перед массивными коваными воротами академии. И уже попыталась пройти сквозь открытую калитку, как путь мне перегородил мужчина в форме охраны города.

— Пропуск, — скомандовал он, глядя на меня с полнейшим равнодушием.

— У меня нет, — выпалила, растерявшись под его пристальным холодным взглядом. — Мне нужно поговорить с ректором.

— Приём ведётся исключительно по чётным дням, и только по предварительной записи, — грубо отчеканил он, отворачиваясь к своей коморке и хватая с подоконника какую-то светящуюся доску, на которой виднелся список имён. — Могу записать вас на середину осени, десятое число месяца Жёлтых Листьев устроит?!

— Нет, мне нужно сегодня… или, максимум, завтра, — проговорила, уже понимая, что через эти ворота меня вряд ли пропустят.

— Это невозможно, — ровным тоном ответил страж. — Сегодня ректор не принимает, а на завтра у него всё записано. Приходите в другой день, — с этими словами он демонстративно захлопнул перед моим носом калитку и снова скрылся в тени своей кабинки.

Наверно, мне стоило разрыдаться, начать уповать на злодейку-судьбу и мировую несправедливость, но… всё это вряд ли могло бы хоть как-то помочь в моей ситуации. А сейчас было не самое подходящее время для проявления эмоций, поэтому, я просто побрела вдоль массивного забора с острыми шпилями, уже прикидывая, где его будет лучше перелезть.

Раздумывать долго мне не дали. Когда отошла от ворот на довольно большое расстояние, до моего слуха вновь донёсся голос охранника. И пусть из-за разделяющего нас расстояния слышно было плохо, но его слова я всё равно разобрала прекрасно:

— Доброе утро, господин ректор, — громко и чётко поздоровался он, а я замерла на месте.

Высокий темноволосый мужчина в длинном лёгком плаще серого цвета, лишь коротко кивнул учтивому стражу, и поспешил скрыться за воротами. Сквозь прутья забора я отчетливо видела, как он быстрым уверенным шагом пересекает довольно большую площадь перед зданием академии, и в тот же момент решила, что пора действовать. В конце концов, терять мне было уже не чего.

Перевесив массивную сумку через плечо, я на секунду прикрыла глаза, собираясь с силами, и в следующее мгновение рванула с места. Очень удачно на пути моего следования оказалось большое дерево. Зацепившись за его ветки, быстро вскарабкалась до уровня забора, и легко перемахнув через него, мягко приземлилась на траву лужайки.

А всё получилось даже проще, чем я думала. Не завыла сирена, меня не ударило волной защиты или чего-то подобного. Почему-то, мне всегда казалось, что академия должна охраняться лучше. Но сейчас было не самое подходящее время для подобных размышлений, ведь нужно ещё догнать ректора и убедить его взять меня на работу. А об остальном можно поразмышлять и позже.

Странно, но бежать мне не пришлось, как и кричать или уговаривать руководителя академии остановиться. Мне даже показалось, что он сам ждёт меня, делая вид, что ему очень интересна скульптура какой-то девушки в центре фонтана. Я поначалу шла довольно быстро, а когда заметила, что спешить не куда, двинулась медленней, а дойдя до цели, и вовсе остановилась, никак не решаясь начать разговор.

Но… зря я что ли так старалась, ища пути проникновения на территорию Астор-Холт?!

— Простите, господин ректор, не могли бы вы уделить мне несколько минут, — проговорила, немного дрожащим голосом. Почему-то рядом с этим человеком, мне было как-то не совсем просто собрать мысли в кучу и направить их в правильное русло.

— Конечно, дорогая, — ответил он добродушным тоном, и наконец, повернулся ко мне. И если в его голосе не было ничего пугающего, то во взгляде очень явно читалась откровенная угроза, немного приправленная любопытством. — Но только после того, как ты мне скажешь, как умудрилась сюда попасть.

— Если честно — перелезла через забор, — промямлила я, виновато опуская глаза. Но тут же поняла, что ляпнула не то, и поспешила оправдаться: — Не думайте, я не воровка, и не террористка. Мне просто нужна работа. А этот… на воротах… отказался меня пропускать.

— Стоп, — он поднял вверх ладонь, призывая меня остановиться. — Как… через забор?! Это не возможно!

— Ну, я же здесь! А ваш охранник меня не пускал, — буркнула, наблюдая, как меняется выражение лица ректора. Он перевёл задумчивый взгляд голубых глаз, на ворота, оглядел периметр забора, а потом снова посмотрел на меня.

— И кем же ты желаешь работать?! — спросил он, одаривая меня каким-то заинтересованным взглядом.

— Всё равно. Я всегда мечтала здесь учиться, но опоздала. Да и денег у меня нет. А если бы удалось устроиться на работу в академию, у меня бы появился шанс…

Он снова поднял руку, призывая меня замолчать.

— Хорошо, я возьму тебя на работу, и даже зачислю на первый курс… — проговорил он, а в голосе появилась самая настоящая ирония, — при условии, что ты сейчас покажешь мне, как перелазила через забор.

— Согласна, — ответила, даже не пытаясь разглядеть в его словах очевидный подвох. Но… для меня это был шанс, и я не собиралась его упускать.

Он хищно улыбнулся, и тут же отправился к воротам академии, я же покорно побрела за ним. Видя меня выходящей с территории вслед за ректором, охранник чуть не уронил на дорожку собственную челюсть, а его глаза округлились настолько, что и не передать. Я насмешливо отсалютовала ему рукой, и, ускорившись в шаге, поравнялась с своим будущим руководителем. Мы довольно быстро дошли до того места, где совсем недавно совершала акробатические этюды, и остановились.

— Готовы?! — спросила я, читая в глазах собеседника искреннюю насмешку.

— Главное, чтобы была готова ты, — ответил он, и жестом велел мне приступать.

Я лишь пожала плечами, и снова разбежалась и двинулась к знакомому дереву. Опять зацепилась за ветки, переползла выше, и резко оттолкнувшись от массивного ствола, перелетела забор. В этот раз получилось куда лучше, и мне даже не пришлось напрягаться. Наверно сказывались гены циркачей родителей. К тому же, в детстве я всегда любила лазить по деревьям. Правда, никогда не думала, что наступит день и это умение станет для меня проходным билетом в новую жизнь.

— Невероятно! — воскликнул кто-то, и, обернувшись я увидела ректора, в компании пожилой дамы, которая буравила меня поистине восхищённым взглядом. — Как такое возможно?! — продолжала восклицать она.

— У нас ещё будет время это выяснить, — ответил ей, необычайно довольный ректор, а потом снова повернулся ко мне, и продолжил уже громче: — Вы приняты. Подождите меня у фонтана, и мы обговорим детали.

Услышав это, я обрадовано подпрыгнула, и буквально светясь настоящим счастьем, двинулась к указанному месту. Вот уж не думала, что всё будет так легко. Но… что-то упорно не давало мне покоя. Ведь, вряд ли я первая додумалась пробираться сюда таким путём.

Эта мысль яркой вспышкой озарила моё сознание, и к моменту, когда рядом появились недавние зрители, почти полностью затмила собой всё былую радость.

— Скажите, в чём подвох?! — выпалила я. — Что такого сложного в этом заборе?!

— Ничего особенного, — пожал плечами ректор, а потом поднял с дорожки небольшой камешек, и с силой швырнул туда, где несколько минут назад перелетала я. Да только этому кусочку горной породы явно повезло меньше, и достигнув вертикали кованых прутьев, он вспыхнул и тут же отскочил обратно, а я застыла не в силах произнести ни слова.

— Это… что… было… — попыталась озвучить свой шок.

— Защита Астор-Холт, которая на вас, дорогая моя, почему-то совершенно не действует, — выпалил господин ректор. — И для нас это так же странно, как и для вас.

— Как такое возможно?! — в точности повторила я недавнюю фразу удивлённой женщины.

— До сегодняшнего дня это было невозможно, — задумавшись на секунду, ответил ректор. — Но в вас явно что-то есть, поэтому вы и приняты сюда. А сейчас, прошу следовать за мной, ведь нам ещё нужно обсудить вопрос вашего трудоустройства.

С этими словами он коротко улыбнулся, и развернувшись, поспешил ко входу в здание, а мне же пришлось спешно сбрасывать с себя оковы шокового оцепенения и двигать следом. Да только поднявшись по лестнице парадного входа, я вдруг остановилась у самых дверей. Что-то… какая-то неведомая сила как будто держала меня, не давая переступить порог. Она словно пыталась предупредить, что как только я это сделаю, всё измениться и пути назад будут отрезаны окончательно. Быть может, это был простой страх перед чем-то новым, а может что-то другое, но, тем не менее, я не стала к нему прислушиваться и решительно перешагнула неведомую преграду.

Ректор внимательно наблюдал за моими сомнениями, а когда всё-таки сделала этот сложный шаг, лишь довольно улыбнулся.

— Что это было?! — не удержалась я от вопроса.

— Своеобразное приветствие академии, — уклончиво ответил он, снова разворачиваясь и уходя в сторону массивной полукруглой лестницы.

Огромный холл этого поистине царственного здания, поразил меня чуть ли ни больше, чем сама столица. Теперь, разглядывая всю эту лепнину и торжественную позолоту, я ни капли не сомневалась, что раньше здесь был самый настоящий императорский дворец. И… ещё, лишь только решающий шаг был сделан, и я будто почувствовала себя здесь, как дома. Словно само здание благосклонно приняло меня под своё царственное крыло.

— Что именно вы имеете в виду? — попыталась уточнить я.

— Вы перешли барьер, за которым все, кто имеет статус ниже магистра, просто не могут применять магический дар, — ровным тоном проговорил ректор, медленно поднимаясь вверх по широкой полукруглой лестнице.

— А как же студенты?! — не удержалась от очередного вопроса.

— Можно сказать, что это было сделано именно для того, чтобы обезопасить их, от самих себя. Думаю, вы прекрасно понимаете, юная леди, что необученный маг может натворить много дел, а так мы хотя бы уверены, что все свои шалости наши ученики будут осуществлять исключительно собственными руками.

— Интересное решение, — согласилась я, и тут же хотела попробовать по старой привычке попытаться воззвать к стихиям, но… решила отложить этот эксперимент на более подходящее время.

Мы довольно спешно прошли через несколько коридоров, и, преодолев ещё одну лестницу, оказались в широкой галерее. Здесь было столько картин с изображением разных людей, что я даже идти стала медленней, стараясь рассмотреть их все. Но… господин ректор совершенно не желал давать мне время на ознакомление с местным интерьером, и, кинув в мою сторону всего один укоризненный взгляд, жестом попросил поторопиться.

Дверь его кабинета оказалась буквально за следующим поворотом, и, галантно пропустив меня внутрь, он гостеприимно предложил присаживаться. Сам же занял широкое кресло за массивным столом из тёмного дерева.

— Итак, юное дарование, рассказывай, что же привело тебя в Астор-Холт, — начал ректор, рассматривая меня каким-то холодным равнодушным взглядом. — Хотя, наверно мы с тобой не с того начали… Моё имя Регран Беридор, и, как ты правильно поняла, я ректор этой академии.

Он замолчал и одним взглядом показал, что ждёт от меня ответного представления.

— Трил Сиерлен, — проговорила я, рассматривая своего будущего работодателя. — Всегда мечтала учиться здесь…

— Прям уж таки мечтала?! — усмехнулся он, доставая из ящика стола какие-то документы.

— Да… и довольно давно. Просто… не имела возможности приехать раньше, — видя, что он совершенно перестал обращать на меня внимание, я мигом сникла, и сосредоточенно уставилась на свои ногти. Тем временем господин ректор окончательно погрузился в изучение бумаг, и мне даже показалось, что он забыл, что здесь не один.

— И… — неожиданно продолжил хозяин кабинета, вырвав меня из невесёлых дум, — чему бы вы хотели здесь научиться?!

— Не знаю, — честно ответила я, даже не представляя, в какой области можно найти применение моему дару. — Мне довольно легко удаётся управляться и водой, и огнём, а в остальном… я не особо сильна. Хотя… точно сказать не могу.

— Вас кто-нибудь обучал раньше?! — голос ректора стал серьёзным, и мне показалось, что в нём появились нотки заинтересованности.

— Почти нет, — прозвучал мой честный ответ. — Дар помогла открыть моя приёмная мать, но научить меня чему-то не могла, потому что была всего лишь городской знахаркой, и магией практически не владела. Но она как-то умудрялась доставать мне нужные книги… пусть и не часто. Вот из них я узнала много всего интересного, и смогла немного развить собственные способности.

— А продемонстрировать можешь?! — снова спросил мистер Беридор. Но видя моё явное замешательство, тут же поспешил добавить: — В моём кабинете общее ограничение академии не действует, так что можешь не волноваться.

Я глубоко вздохнула, и, прикрыв глаза, привычно потянулась к столь любимым мной стихиям, и уже спустя несколько мгновений, на моей ладони горел небольшой яркий огонёк, а вода из стакана ректора, поднялась вверх, и, приняв форму шара, тут же опустилась на стол в виде круглой льдины.

— Впечатляет, — довольно эмоционально проговорил мой собеседник, дотрагиваясь до ледышки, а затем поднёс руку к огоньку, и убрал лишь после того, как в полной мере ощутил его жар.

— Думали, это иллюзия?! — спросила я, наблюдая за его действиями. — Увы, но этот вид магии для меня недоступен. По крайней мере, все предыдущие попытки сделать что-то подобное, потерпели неудачу. И всё, чем я могу похвастаться на данный момент, это сносное владение даром огненной и водной стихий. Но я готова учиться…

— И ты будешь учиться, — перебил меня ректор. — Да только я даже не представляю, на каком факультете твои способности можно будет раскрыть по максимуму, и получить от этого самую большую пользу. Хотя… Скажи, Трил, интересно ли тебе новые изобретения нашей академии, я имею в виду те, в которых магия соседствует с физикой?!

— Конечно! — воскликнула я, сразу же вспоминая ночной купол города и утреннее облако.

— И ты готова отправиться именно на этот факультет?! — продолжил он, но видя, как загорелись интересом мои глаза, тут же поспешил добавить: — Только учти, помимо магии, там тебе придётся углубленно изучать физику, как квантовую, так и простую механику. Это сложно, тем более, для молодой девушки, а ты, к тому же, просила найти тебе работу.

— Я уверена, что справлюсь, — выпалила, сильнее вцепляясь руками в край стола. — Поймите, это всегда было моей мечтой, и теперь, когда она почти осуществилась, я приложу все свои силы и умения, чтобы сделать её реальностью.

— В таком случае, мисс Сиерлен, вы зачислены. Но… как я понимаю, оплачивать учёбу вы не в состоянии, а этот факультет является самым… мягко говоря, дорогим.

— Именно поэтому мне и нужна работа.

— Боюсь, что у нас нет подходящих вакансий. Сейчас нашему заведению нужны только уборщики. А годовой зарплаты на этой должности едва ли хватит на оплату одного семестра.

— Тогда я буду работать за двоих!

— А выдержишь?! Сможешь совмещать и работу и обучение?! Ведь, всё придётся делать руками. Без применения магии.

— Это не важно, — снова отмахнулась я, хотя уже сейчас понимала, что взваливаю на себя слишком много всего.

— В таком случае… — его улыбка стала хитрой, — начинаешь с завтрашнего утра. У тебя будет два дня до начала занятий, чтобы освоиться в новой должности. А потом… придётся как-то распределять время. За прогулы у нас строго наказывают, да и твои новые одногрупники вряд ли проявят равнодушие к такой твоей работе.

Наверно, мистер Беридор добавил бы ещё что-то, но именно в этот момент в дверь его кабинета постучали. Он тут же отвлёкся на этот звук, и я смогла вздохнуть с облегчением. Жаль, что продлилось оно не долго, потому что появление в кабинете нового лица, снова сбило меня с толку, окончательно запутав.

— Господин ректор, — поприветствовал визитёр, сопровождая свою фразу коротким кивком, — вы просили зайти к вам, дабы обсудить мою работу на этот учебный год и обговорить особенности профессорского проекта.

— Да, да, Тир, проходи, у меня как раз появилась одна замечательная мысль о том, как озадачить тебя на сей раз, — возможно, мне показалось, но в глазах ректора промелькнула какая-то довольно хитрая искорка, да только его собеседника это явно не впечатлило. Тот лишь скривил губы в уже знакомой мне усмешке, и медленно пройдя по кабинету, уселся в кресло напротив меня.

— И какая же?! — спросил мой вчерашний спаситель, переводя на меня любопытный взгляд, да только за намотанным на голову платком явно не узнавал. Даже странно, что мистер Беридор до сих пор не попросил его снять.

— Дорогая, а не могли бы вы убрать с головы этот очаровательный шарф, — высказал ректор, как будто читая мои мысли, и пока я сматывала с себя сей полупрозрачный предмет конспирации, снова обратился к Тиру. — Разреши представить, это мисс Трил Сиерлен. Довольно занятная особа с приличным списком талантов и странностей.

— Мы знакомы, — перебил его Тир, буравя меня непроницаемым взглядом. И было в этот момент в его глазах что-то такое… устрашающее, что заставило меня срочно отвернуться. — И с некоторыми… хм, странностями этой девушки мне уже приходилось сталкиваться, причём, буквально накануне. Значит… вы приняли её.

— Да, друг мой, причём на твой факультет, — продолжил ректор, как ни в чём не бывало. — И мне бы хотелось, чтобы ты стал её куратором.

— Только её?! — Тир чуть наклонил голову в бок, как будто пытался разгадать в замысле ректора явный подвох.

— Да. Трил девушка особенная, но поразила она меня даже не своим откровенно нереальным даром двух противоположных стихий…

— А чем же тогда?! — усмехнулся мой знакомый. — Неужели внешностью?!

— Нет, — на лице ректора расцвела довольная улыбка. — Мисс Сиерлен, конечно, сильно выделяется на общем фоне, но… Дело не в этом, — и тут он как-то даже оживился. — Представляешь, на неё совершенно не действует защита Астор-Холт. Сегодня, эта особа запросто перемахнула через забор академии, и даже не заметила, преграды. А ещё, сам дворец принял её за свою?! Он впустил её без помех… вообще. Тир, эта девочка уникальна, и я не могу доверить её никому кроме тебя, к тому же… ты всегда любил разгадывать головоломки, и, думаю, тебе будет интересно понять, в чём же заключается тайна мисс Сиерлен.

Я снова посмотрела на Тира, и мне даже показалось, что он заинтересовался выданной ректором информацией, но уже в следующую секунду на его лице снова появилась маска полнейшего равнодушия.

— Вы приняли её на работу? — спросил Тир, снова поворачиваясь ко мне.

— Да. Она согласилась отвечать за чистоту основного здания и спального корпуса. Только так её заработка хватит для оплаты обучения, — безразличным тоном ответил ректор. — Я, конечно, постараюсь, добиться для неё свободного посещения занятий, но… вряд ли господа преподаватели согласятся пойти на это. Так что… твоя помощь ей явно понадобиться.

— Вы на самом деле считаете, что она справиться?! — уже не скрывая собственного раздражения воскликнул Тир, а потом снова смерил меня оценивающим взглядом и продолжил. — Неделя… Максимум месяц, и она сама будет умолять вас её отпустить.

— А вот я в этом совсем не уверен, — ответил мистер Беридор, перевода взгляд с меня на Тира и обратно. — Вот только… надо придумать, как скрыть её внешность от других. Не хотелось бы, чтобы у девочки возникли проблемы ещё и из-за этого.

— Попросите мисс Нирилу этим заняться. Думаю, она сможет найти способ, — пробурчал Тир, поднимаясь со своего места.

— Так ты согласен?! — поспешил уточнить ректор.

— А разве у меня есть выбор?! — усмехнулся он, а потом снова кинул в меня уничтожающий взгляд, от которого просто безумно захотелось сжаться в комок и спрятаться под столом, и только собрался что-то добавить, как его перебил ректор.

— Тир, — позвал тот, и только когда этот обладатель тяжёлого взгляда соизволил переключить своё внимание на него, заговорил: — Помни, зачем ты здесь, и, прошу тебя, постарайся не угробить девочку.

— Да, господин ректор, — только и ответил мой новый куратор и, развернувшись, тут же поспешил покинуть кабинет. И как только за ним закрылась дверь, я, наконец, смогла вздохнуть спокойно. Странно, но вчера в его компании я совершенно не ощущала подобного оцепенения. Не было этой угрозы и панического страха. Что же изменилось сегодня?!

— Трил, не принимай это близко к сердцу, — поспешил успокоить меня ректор. — Он хороший, умный парень, и многому сможет тебя научить… но, прошу, постарайся никогда не выводить его из себя. Иногда ему сложно держать себя в руках.

— Постараюсь, — ответила я, всё ещё находясь под впечатлением от тех ощущений, что вызвал у меня этот Тир. Если честно… ещё никогда, ни разу в жизни, ничто не пугало меня, как он сегодня.

Ректор считает, что во мне есть какая-то тайна?! Ладно, пусть ищет… А я пока попробую найти разгадку своего нового куратора. И чует моё сердце, не зря вчера меня так зацепил его взгляд. Думаю… мне удастся понять, что же в нём такого особенного, что даже ректор, который в стенах Астор-Холт почти всемогущ, откровенно опасается этого парня. И, я обязательно узнаю ответ.

Так как набор в академию уже закончился, все комнаты спального корпуса оказались распределены. К тому же, учащиеся здесь, все поголовно, были как минимум обладателями мелких титулов, и почти всегда предпочитали жить поодиночке. Должность же обыкновенной уборщицы вообще не предполагала предоставления жилья. Именно поэтому вопрос о том, куда бы меня поселить сильно озадачил господина Беридора. Пришлось даже снова вызывать Тира, в надежде, что он сможет найти выход. И, к нашей общей с ректором радости, у этого темноглазого буки нашлась по данному поводу дельная мысль.

— Вот, это всё, что мы можем тебе предложить, — сказал глава академии, открывая передо мной дверь нужной комнаты.

Войдя внутрь, я с любопытством осмотрелась. Предложенные мне апартаменты, были, мягко говоря странными, но лично для меня подобная обстановка оказалась вполне привычной. Во-первых, здесь не имелось ни одного окна… И так как на территории академии магия была сильно ограничена, то в качестве основного освещения здесь использовалась старая люстра со множеством свечей. Дневной свет сюда не проникал никак. Если честно, сие жилище сильно напоминало то, в котором я жила в имении графини, но… было не в пример больше, да и имело собственную комнатку с большой ванной и другими установками так необходимыми для комфортного жилья. На стенах виднелась лепнина, посредине стояла большая кровать с балдахином, и на мой скромный взгляд была по своему возрасту ровесницей самого здания. Ещё здесь имелся стол, пара кресел и большая софа, а у дальней стены виднелся огромный шкаф, заваленный всякой рухлядью.

— Раньше, лет тридцать назад, здесь жил главный библиотекарь академии. А до этого, сие помещение использовалось, как реставрационная комната, — уточнил господин ректор. — Если тебе устроит, то можешь жить здесь.

— Устроит, — отозвалась я, проводя пальцем по пыльной столешнице. Да… чувствую, здесь последний раз убирали ещё при жизни предыдущего владельца. Но это всё поправимо, к тому же, в моём новом месте жительства были ещё два поистине огромных плюса. Во-первых, оно располагалось в основном корпусе, так сказать, главном здании, и здесь меня мало кто мог потревожить, по крайней мере, по ночам. А во-вторых, эта комната примыкала к огромному залу библиотеки, и теперь для меня открывался поистине неограниченный доступ ко всем её богатствам.

Наверно, все эти мысли в полной мере отразились на моём лице, потому что Тир усмехнулся, а ректор лишь покачал головой.

— Вижу, тебе, действительно нравиться, — сказал он, проходя к выходу. — Так что, поздравляю с новосельем. Если всё будет хорошо, то это место станет твоим домом надолго. А пока… придумайте что-нибудь с внешностью.

С этими словами он покинул мою новую комнату, оставляя нас с новым куратором в полной тишине. Тир не спешил говорить, и мне показалось, что он сейчас очень занят какими-то своими думами. И решив его не отвлекать, двинулась к шкафу, который, как мне казалось, таит в себе много чего интересного.

И первым, что попалось мне на глаза, оказался старый порванный башмак, который крайне гармонично соседствовал здесь с книгами, пыльными свёртками и какими-то коробочками. Когда же я попыталась потянуться за одной из них, тут же зацепилась за массивную паутину, с огромным коричневым пауком. Руку тут же отдёрнула, справедливо посчитав, что сейчас не самое подходящее время для борьбы с местными жителями. Да и вообще, пауки, тем более такие большие, всегда вызывали у меня приступы брезгливой паники. Хотя в доме графини их водилось очень много.

— Пойдём, — неожиданно позвал Тир, и тут же покинул комнату. А мне не оставалось ничего другого как просто последовать за ним.

Он молча вышагивал по пустынным коридорам академии, засунув руки в карманы брюк и сосредоточенно разглядывая пол. Мне показалось, что он чем-то сильно озадачен, но после его выпада в кабинете ректора заводить разговор первой совершенно не хотелось. Я вообще не до конца поняла, что там, собственно, произошло. Но испытать подобное снова совершенно не желала.

Вокруг было тихо. Я бы даже сказала — слишком тихо, и как-то мрачно. Коридоры оказались пустыми, и сейчас в них слышались только наши шаги. Поравняться со своим куратором я не желала, поэтому покорно семенила следом. Если честно, я даже стала его побаиваться… и пусть внешне он выглядел довольно просто и неприметно, но его глаза меня искренне пугали… Притягивали, и вместе с тем заставляли практически трястись от ужаса. И мне было категорически не понятно, что же в них такого особенного?!

За всеми этими размышлениями, совершено не заметила того момента, когда Тир остановился у какой-то двери. Естественно, я довольно предсказуемо впечаталась в его спину, но тут же поспешила отскочить подальше, совершенно искренне испугавшись его реакции. Всё-таки, произошедшее в кабинете ректора, оставило в моей памяти сильные впечатления.

— Трил, — позвал он меня, но я упорно делала вид, что очень увлечена рисунком мраморного пола.

— Прости, это произошло случайно, и впредь я буду внимательней, — выпалила на одном дыхании. Помню, в своё время графиня тщетно пыталась добиться от меня подобного повиновения, но… ничегошеньки у неё не вышло. Что она только не предпринимала, чтобы поставить на место свою наглую подопечную. А оказывается, меня нужно было просто хорошенько напугать. Даже не думала, что когда-то буду бояться всего лишь одного злобного взгляда.

Он хотел что-то добавить, но именно в этот момент дверь открылась, и перед нами предстала немолодая дама, со странной причёской сложенной из локонов самых разных оттенков. Увидев её я тут же забыла и про Тира, и про свой страх, потому что никого подобного никогда раньше не встречала.

Наверно, её правильней было бы назвать «ходячей радугой» или палитрой, но помимо своей странной разноцветности в волосах, эта дама обладала ещё и аристократическими чертами лица, и безумно притягательными глазами нежно фиолетового цвета. А лёгкая россыпь морщинок на щеках только подтверждала, что улыбалась она довольно часто.

— Добрый день, мистер Элур, — проговорила она, рассматривая меня, замершую позади него. — Могу поинтересоваться, что привело вас ко мне, причём в не приёмный день?

— Мисс Ассирия, прошу прощения за столь неожиданный визит, но мне просто жизненно необходима ваша помощь в одном не совсем обычном деле, — очень галантно обратился к ней Тир. Странно, а разве не они с Шеем буквально вчера отчитывали меня за подобную манеру изъясняться.

— А ни это ли необычное дело сейчас маячит за вашей спиной?! — хитреньким голоском спросила она, переводя взгляд на меня.

— Да, именно оно, — отозвался Тир, и впервые за весь день я увидела на его мрачном серьёзном лице лёгкую улыбку. С этими словами он бесцеремонно схватил меня под локоть и вытащил вперёд. В этот же момент взгляд мисс Ассирии изменился с добродушного сначала на возмущённый. Но потом она что-то разглядела в моих глазах (думаю, это был испуг) и легонько улыбнулась.

— Проходите, — бросила она, разворачиваясь к нам спиной, и возвращаясь в свой кабинет. Естественно, мы вошли.

Мисс Радуга, как я решила называть её про себя, гостеприимно усадила нас в мягкие кресла, расположенные у круглого стола, угостила ароматным чаем и пирогом, и только после этого решила поинтересоваться, что же, собственно, нам от неё нужно.

— Мисс Сиерлен теперь будет учиться на моём факультете, — начал Тир. — Но, ввиду того, что ей совершенно нечем оплачивать учёбу, наш благодетельный ректор, принял её на двойную ставку уборщицы. Как понимаете, при такой загруженности, ей лучше не отвлекаться на проблемы, которые нашей скромной девочке обязательно организует её внешность. Поэтому, мы и пришли к вам.

— Значит, — задумчивым голоском проговорила мисс Ассирия, внимательно разглядывая моё лицо, — вы хотите, чтобы я помогла вам скрыть её красоту?!

— Именно, — уверенным тоном согласился мой куратор.

— А что вы думаете по этому поводу? — спросила она, поворачиваясь ко мне.

— Ну… — почему-то под её пристальным оценивающим взглядом у меня совершенно не получалось говорить связанно.

— Ладно, — мисс Радуга резко поднялась, и, пройдя по комнате, остановилась у большого окна. — Я займусь решением вашей проблемы. Если честно, мне впервые попадается столь… неправильный экземпляр. Вы, мистер Элур, можете быть свободны, а вот вашей подопечной я займусь немедленно. А то, я почти уверена, что одни лишь слухи о появлении в нашей академии такой… девушки, могут сильно подпортить кровь всем нам.

Тир, лишь кивнул, и, поднявшись из-за стола, тут же покинул кабинет, оставляя нас одних. Я же всё никак не могла понять, как стоит общаться со столь… странной особой, и даже немного опасалась её, но тут мои сомнения развеяла сама мисс Ассирия.

— Знаешь, Трил… — начала она, внимательно вглядываясь в мои глаза. — Я почти уверена, что ты не имеешь ни малейшего понятия собственном даре.

— Огонь… вода… — попыталась ответить я, но она лёгким жестом приказала мне замолчать.

— Что только подтверждает мою догадку, — добавила женщина, снова усаживаясь в кресло напротив. — В таком случае, для начала я кое-что тебе расскажу, — на несколько секунд она замолчала, видимо обдумывая, с чего лучше начать, что только распалило моё любопытство. — Может ты не и слышала, но в лесах нашей империи есть удивительно красивые цветы, от которых почти невозможно отвести взгляд. Некоторые называют их «детьми тьмы», другие же, наоборот, считают их «оплотами света». Ими можно любоваться бесконечно долго… глядя на них многие люди начинают чувствовать себя лучше, кто-то даже рассказывал, что рядом с таким цветком излечился от тяжкого недуга. Одним словом, если не наносить ему вред, то он платит добром, но если только подойти слишком близко, или… попытаться сорвать его, случается непоправимое. При возникновении опасности эти растения начинают выделять страшный яд, который на всех действует по-разному. Но чаще всего, обидчики такого цветка попросту сходят с ума.

— Никогда не слышала о подобном, — проговорила я, завороженная рассказом.

— В нашей оранжерее есть несколько экземпляров, но они растут отдельно от других цветов, и отгорожены от любопытных непроходимой преградой. Мы называем их Астории… потому что эти образцы привёз сюда Гардиан Астор, младший сын одного из императоров древности, и было это лет двести назад.

— Как же ему удалось такое сделать, если эти цветки столь ядовиты?! — поинтересовалась я, с большим любопытством глядя на свою собеседницу.

— Ну… во-первых, он привёз их вместе с землёй, почти не повредив корневую систему, а во-вторых… Гардиан был не совсем обычным парнем. Можно сказать, что с этим цветком у него оказалось куда больше общего, чем у кого бы то другого.

— Как это понимать?!

— Как и Астории в царстве растений, и среди людей встречаются такие, которые слишком отличаются от остальных. Чаще всего они просто до невозможного красивы. У них очень правильные пропорции тела, изящные черты лица, шикарные волосы, но самое главное, это их глаза. Они притягивают других людей, подобно магнитам, они всегда необычных оттенков, в них хочется смотреть не отрываясь, но именно в них и кроется основная сила таких людей. Ими можно любоваться со стороны, но… стоит подойти слишком близко… стоит только вторгнуться в личное пространство, как включается защитная реакция. Иногда, одного взгляда человека-астории может хватить для наступления полного помутнения рассудка его обидчика. Но… как и цветку, до такого нужно дорасти.

Она замолчала, разливая по чашкам новую порцию чая, а когда сия процедура была завершена, снова подняла на меня взгляд фиолетовых глаз и продолжила.

— Конечно, в отличие от растений, люди — астории могут контролировать свой дар, а в идеале, очень умело его использовать в качестве оружия. Естественно, таких как они боятся, потому что слишком уж искушает соблазн обладать, и велика вероятность при этом погибнуть. Но, к счастью, такие люди встречаются на нашей прекрасной планете крайне редко. Лично я слышала только об одном… и даже имела честь встречаться лично. И пусть сей дар встречается даже слишком редко, но… никогда нельзя с точностью сказать, кто им владеет, а кому просто повезло родиться чарующе красивым.

— Значит… — попыталась сделать вывод я, но тут же замолчала, не веря собственным выводам. Как-то не особо моя собственная привычная внешность вязалась с «чарующей красотой» о которой говорила эта женщина, хоть и Марси и Джер неоднократно утверждали обратное.

— Ты, Трил, слишком красива, и это отталкивает. Многие на уровне подсознания бояться приближаться к тебе. Возможно ты и не опасна, сейчас слишком рано об этом судить… Но, пока всё говорит о том, что довольно скоро в тебе может проснуться дар Астории. Именно поэтому Тир и попросил меня по максимуму скрыть необычность твоей внешности.

— Эх, знала бы я об этом раньше, — выпалила, только сейчас понимая, как сильно бы изменилась моя жизнь, если бы не эта дурацкая красота.

— Прошлое, уже ушло… его нельзя исправить, — философским тоном заметила мисс Ассирия. — Нам же важно правильно выстроить будущее, а для этого, дорогая, придётся кое-что в себе изменить. Надеюсь, ты согласна со мной?

— Ещё как!


Глава 4. Первые сложности

Думаю, не стоит говорить, что с того памятного дня, когда я впервые перемахнула через забор академии, жизнь моя сильно изменилась. Она попросту стала совершенно не похожей на всё, что было раньше. Конечно, в чём-то, несомненно, стало проще, но в остальном…

Первые два дня было ещё терпимо. И я даже решила, что ректор с Тиром зря делали вид, будто меня ожидает не жизнь, а сплошная каторга. В пределах моих новых обязанностей было обеспечение порядка на территории главного здания, всех его основных залов и галерей, а так же поддержание чистоты в коридорах и холле спального корпуса. И если на первый взгляд фронт работы казался практически невыполнимым одной маленькой мной, да ещё и без использования магии, то на практике всё оказалось не так уж и сложно. А всё дело в том, что мне приходилось бороться вовсе не с пылью, которая бы оседала не смотря ни на что — к моей великой радости, её здесь не было здесь совершенно. И по словам мистера Арси, который был тут кем-то вроде главного по организационным вопросам быта, с пылью было призвано бороться какое-то древнее заклинание. В мои же обязанности входило отмывание полов от грязи, принесённой «чистенькими» башмачками аристократиков-учеников, и всякой другой пакости, которая появлялась здесь хоть и регулярно, но всё равно намного реже, чем это могла бы делать обычная пыль.

Из-за отсутствия студентов, в первые два дня я почти ничего не делала. Так… обходила корпуса, присматривалась к залам и галереям, да и просто, привыкала к обстановке. Наверно, всё, чего я сделала за это время действительно значимого, это наполировала пол в огромном главном зале учебного корпуса академии. А всё остальное время, занималась тем, что пыталась привести в порядок собственные апартаменты. И мне даже почти удалось, вот только разгрести содержимое старого шкафа я так и не рискнула.

Тир в эти дни не появлялся, ректор тоже к себе не вызывал, и только мисс Ассирия пару раз наведывалась в гости. А вечером, накануне начала занятий, снова пригласила меня к себе.

— Я придумала, как скрыть твою необычность от окружающих, — с видом великого гения современности, выговорила она. Весь её вид тонко намекал, что меня ждут крутые перемены, но… выбирать уже не приходилось.

Ассирия усадила меня на стул прямо посреди комнаты и, достав из шкафа какую-то коробку, извлекла оттуда несколько комплектов одежды.

— Вот, Трил. Теперь ты должна одеваться только так.

Я с любопытством осмотрела выложенные передо мной вещи, и снова уставилась на женщину. Мне вообще было совершенно непонятно, как эти длиннющие сарафаны серых тонов, больше похожие на монашеские одеяния, могут помочь.

— Знаю, что это не модно и совсем неудобно, но чтобы оградить тебя от лишнего внимания со стороны как студентов, так и преподавателей, нужны именно такие наряды. В этом ты будешь похожа на целомудренную деву, воспитанную в лучших традициях старого дворянства. Возможно, первое время на тебя и будут смотреть как на пугало, но потом, ты просто сольёшься с серой массой таких же девушек.

— Вы думаете, этого будет достаточно?! — проговорила, не в силах сдержать усмешку. — Я никогда не носила вызывающей одежды, да и вообще, всегда предпочитала одеваться во что-то удобное.

— Поверь, так сейчас делают многие, — чуть раздражённо ответила она. — Современная молодёжь совершенно не ценит традиции, а встретить кого-то в подобающей одежде сейчас можно только на торжественных балах. Так что, Трил, моя ставка на эти сарафаны будет верной. Но… в этом ты будешь ходить на занятия. Заниматься же другими своими обязанностями… такими, как уборка, в подобном облачении будет крайне неудобно. Но и из выбранной роли выходить не стоит. Поэтому… я придумала тебе рабочую форму.

С этими словами она достала из коробки широкие тёмно-серые брюки из грубой ткани, и такую же тунику, достающую чуть ли ни до колен.

— Это… рабочая форма? — спросила я, недоверчиво рассматривая предложенные вещи. Потом и вовсе встала, пробуя их на ощупь, и была сильно удивлена невероятной мягкостью материала.

— Да, дорогая, — сказала Ассирия, в ответ на мой вопросительный взгляд. — И не стоит делать такие глаза. Отличная ткань, плюс качественная иллюзия дают потрясающий результат. Кстати, — она снова потянулась к ящику, и, достав оттуда огромные страшные очки с замутнёнными толстыми линзами, быстро натянула их мне на глаза. — Вот это самое главное.

К моему удивлению, даже при том, как страшно и громоздко выглядели эти окуляры, на лице они практически не чувствовались и обзор мира совершенно не искажали. Конечно, было как-то не совсем обычно, но, думаю, я к ним быстро привыкну.

— Волосы не распускай ни в коем случае. Они у тебя такие… что притягивают взгляд посильнее всего остального. Так что из комнаты выходи либо с косой, либо с пучком на самой макушке. Хотя… — она на миг задумалась, — в идеале было бы правильно их укоротить, хотя бы до плеч…

— Нет, — выпалила я, даже лишком категорично. А всё потому, что собственные волосы всегда были для меня очень дороги. А помимо всего прочего являлись чем-то вроде своеобразного средства релаксации. Помню раньше, когда в очередной раз нападала меланхолия, а мысли одолевала грусть, я часто успокаивалась, просто расчёсывая их. С самого детства, это было своеобразным ритуалом. Сейчас же… их длинна была сравнительно небольшой — всего лишь до талии, и то только потому, что полгода назад Марси уговорила-таки меня их обрезать. Раньше же моя шевелюра опускалась своей густой тёмно-шоколадной волной почти до колен. Но своей массой сильно оттягивала голову. Тогда-то я и приняла решение их немного укоротить, но обрезать сейчас ещё сильнее была категорически не согласна.

— Ладно. Это не столь важно. Ты, главное, их не распускай, — отозвалась мисс Ассирия, видимо, по моему лицу определив, что эту тему я даже обсуждать не стану. — А теперь можешь забирать всё это, и отправляться к себе. Завтра тебе предстоит трудный день, и от того, как он пройдёт, во многом зависит, насколько невыносимой станет твоя дальнейшая жизнь.

Сказано это было с такой добродушной улыбкой, что я решила — мисс Ассиирия просто шутит. Но совсем скоро осознала, что говорила она чистую правду, ни капельки её не приукрашивая.

Принимая от этой экстравагантной леди, коробку, я попыталась пообещать ей, что обязательно верну потраченные на всё это деньги. Но она лишь улыбнулась, и сказала, что за подарки не расплачиваются, и лучшей моей благодарностью будет иногда наведываться к ней на чашечку чая.

Вот так прошёл мой последний спокойный вечер в Астор-Холт, а уже следующим утром всё изменилось.

Облачившись в новую одежду, заплетя волосы в тугую косу и натянув на нос очки, я почти уже была готова покинуть свою комнату, когда всё же решила глянуть, на кого стала теперь похожа. Вот тут большое зеркало впервые за всю жизнь умудрилось меня шокировать. Такой… я себя никогда не представляла. Ну, пугало пугалом! Думаю, будь я в таком виде, ко мне бы даже воры в тёмном переулке побрезговали бы подходить. Но, разве не этого я добивалась?! Теперь уж точно на меня все будут смотреть так же как на простой предмет мебели, причём довольно невзрачной.

В главном зале академии собралось уже много народу, и если первой моей мыслью было попросту присоединиться к толпе студентов, то после одного взгляда на их каменно-надменные лица, это желание резко пропало. Благо ещё вчера случайно наткнулась на небольшой балкончик в тени колонн, который, по словам мистера Арси, почти не использовался. Вот туда-то я и направилась.

Из зала меня видно не было, а вот мне открывался просто удивительный обзор. Все руководители факультетов, включая ректора, уже заняли свои места на небольшом возвышении, а студенты всё ещё продолжали прибывать. Но спустя пару минут, когда большие часы показали ровно девять, массивные двери закрылись, и в зале повисла полная тишина.

Даже и не думала, что такую толпу можно заткнуть всего одним жестом ректора.

— Приветствую вас, дорогие студенты академии Астор-Холт, — начал он, свою пламенную речь, и, наверно, в ней было много важной и ценной информации, да только сейчас мне казалось куда интересней рассматривать студентов. Да и вообще… вся речь ректора почти в точности повторяла тот инструктаж, которым он одарил меня в первый день. Да я почти уверена, что своё торжественное обращение он повторяет из года в год, хотя… возможно всё.

Что же касается студентов… Здесь Ассирия оказалась права. Выглядели они все по разному, а в торжественный фрак или соответствующее нормам аристократии платье, не нарядился никто. Парни предпочитали брюки из дорогих тканей, и простые рубашки. Хотя, на каждом из них в обязательном порядке был надет либо черный пиджак, либо жилет в тон брюкам, но и то и другое с эмблемой академии. Девушки же выглядели совсем по-разному. Хотя… большинство всё-таки предпочло брюки платьям, но значки с эмблемой присутствовали обязательно. У меня тоже был такой, его мне вчера презентовала мисс Ассирия, внушив при этом, что эту штуковину нужно носить здесь практически не снимая.

В общем, вся толпа собравшейся внизу молодёжи выглядела довольно ярко, хотя встречались и такие… хм, монашки, как я. В таких же серых сарафанах до самого пола, с невзрачными причёсками, хоть и без очков, они всё равно выглядели куда интересней, чем моё утреннее отражение. А если быть совсем честной, даже на их фоне я казалась настоящим огородным пугалом.

Да уж… не думала, что наступит день, когда я буду переживать на счёт собственной внешности, но… он наступил. Хотя… с какой-то стороны это даже интересно. Взять да и вот так из писаной красавицы, стать очкастым гоблином. Но раз уж я согласилась на весь этот маскарад, придётся следовать своему решению. Кто знает, может так, и правда, будет проще?!

Тем временем господин ректор закончил толкать свою пламенную речь, и студенты начали разбредаться по группам. Благо расписание появилось в галерее главного корпуса ещё вчера, и сейчас мне не нужно было толпиться со всеми, дабы узнать в какой аудитории первая лекция. И со своего балкончика я отправилась прямиком на занятия.

Идя по постепенно заполняющимся студентами коридорам, я всё никак не могла побороть странную дрожь в руках. В душу закралось странное предчувствие, что это первое занятие точно запомнится мне на всю жизнь.

В аудиторию вошла одной из последних, когда уже вся группа благополучно расселась по местам. И глядя на толпу аристократичных студентов с надменными лицами, искренне пожелала как можно тише прошмыгнуть к последней парте, но… сегодня явно был не мой день.

Продвигаясь по узкому пространству между длинными столами и стеной, я была сосредоточена только на свободном месте, и уже представляла, как тихо займу его. Все мои мысли витали там, когда я вдруг неожиданно для самой себя споткнулась об оставленную кем-то сумку.

Наверно, при других обстоятельствах, я бы с лёгкостью сохранила равновесие, но… не в этот раз. Ноги запутались в длинной юбке непривычного сарафана, и я кубарем покатилась вниз. И всё бы ничего, но пока лихорадочно пыталась остановиться, зацепилась за какой-то мягкий предмет (это позже стало понятно, что это была чья-то рука), и дальше мы полетели вместе.

Радовало меня в тот момент только одно, что я успела преодолеть только половину подъёма, а то б точно пришлось все косточки по кусочкам собирать. Когда же этот бесконечный круговорот мира вокруг меня окончился и глазам предстал белый потолок, всё вокруг стихло… А через несколько секунд по аудитории прокатилась волна жуткого хохота.

И тут мне в голову пришла поистине гениальная мысль: «Кого я угробила?!» Ведь ясно же, что сосед по полёту тоже пострадал. И если все свои конечности, я хоть и сквозь боль, но всё-таки ощущала, то со стороны моей жертвы не доносилось ни звука.

Пришлось спешно отвлекаться от созерцания потолка, и оглядываться по сторонам. Велико же было моё удивление, когда на полу рядом со мной обнаружилась хрупкая с виду блондинка, с огромными голубыми глазами. Она смотрела на меня как на привидение, и не могла произнести ни слова.

— Дамы, — послышался голос со стороны преподавательской кафедры, — я, конечно, понимаю, что у нас очень удобный пол, но… может, вы всё-таки соблаговолите подняться и занять свои места?!

После этого, его не совсем приветливого тона, мы обе довольно резко подскочили, двинулись вперёд. Да только, свободных мест, по иронии судьбы было только два, и те рядом. Вот и пришлось нам с блондинкой сесть вместе… Хотя. Наверно в данном случае это была Судьба.

Не считая утреннего происшествия, день пролетел довольно спокойно. После первого занятия меня вызвал к себе куратор группы, мистер Силис, и сообщил одну довольно приятную новость. Так как из-за необходимости изучения двух противоположных стихий, мне придётся осваивать чуть ли ни вдвое больше материала, чем всем остальным, руководством академии было принято решение не настаивать на моём обязательном присутствии абсолютно на всех занятиях. То есть, по сути, господа преподаватели давали мне свободу в выборе тех лекций, на которых я обязана бывать лично, и которые могу изучить самостоятельно. Это во многом развязывало руки и поднимало настроение, хотя уже тогда стало понятно, что легкой жизни ждать не стоит. Ведь, помимо всего прочего, мне нужно было исполнять свои обязанности, как уборщицы…что, скорее всего, придётся делать по ночам. Ведь я не могла отказаться или попросить изменить программу обучения, и всё что мне оставалось — просто принять эти обстоятельства как данность и постараться выжить во всей этой кутерьме.

И всё закрутилось…

Если в первое время мне казалось, что хуже быть уже не может, то с каждым новым днём я всё чётче понимала — может, ещё как! Времени катастрофически не хватало ни на что. Занятий становилось всё больше, материал к изучению давали всё более сложный, и, к моему глубочайшему ужасу, в коридорах становилось всё грязнее. С каждым разом время моего сна сокращалось минимум на час, и даже настойки по старому рецепту мамы Эриды, больше не давали былой бодрости. И во всей этой непрерывной круговерти радовало только одно: у меня впервые в жизни появилась настоящая подруга.

Звали её Тилия, и она была именно той блондинкой, которую я умудрилась сбить в первый же день занятий. Как нам после этого удалось найти общий язык — совершенно не понятно, но, тем не менее, это произошло. Сначала наше общение проходило как-то вяло: «Привет…» «Пока…» «Не подскажешь, где библиотека?», а потом мы просто подружились. Тили не совсем понимала, почему даже здесь, в застенках академии, я вынуждена одеваться как самая настоящая послушница монастыря, и всё время подбивала меня сменить гардеробчик. А мне совсем не улыбалось объяснять ей причины всего этого маскарада. Пришлось разыграть из себя девочку-праведницу, и придумать историю, что я чуть ли ни клятвенно обещала родне носить сей мешковатый прикид до самой свадьбы. Только после она соблаговолила отстать от меня со своей заботой, и просто смирилась, что её подруга — обычное невзрачное пугало.

Тилия Астилит оказалась младшей дочерью какого-то графа, и единственной в семье у кого обнаружился дар управления стихиями. На занятиях она откровенно скучала, потому что давно изучила почти весь вводный курс по большинству предметов, да и практику управления водой тоже. Конечно, все её знания были исключительно поверхностными, но большего нам пока и не давали.

Поначалу она сильно удивилась, что не живу в спальном корпусе, как все остальные, но когда узнала, что я вынуждена работать, чтобы оплатить своё обучение, прониклась ко мне каким-то сестринским теплом. Я же всё равно относилась к ней с опаской. И дело было именно во мне… просто не так уж просто научиться доверять кому-то, пусть и безумно хорошему, после стольких лет жизни в постоянном ожидании удара в спину.

В это утро я проснулась… точнее, заставила себя проснуться, потому что иначе это назвать нельзя. Ещё бы! Ведь лечь удалось уже после рассвета, и по моим подсчётам в этот раз проспать мне посчастливилось около тридцати минут. Есть не хотелось, пить — тоже… а идти куда-либо — тем более. Но… сегодня у меня было первое семинарское занятие по истории империи, к которому я, если честно, совершенно не подготовилась. А всё потому, что какие-то нерадивые сво… хм, студенты, устроили в коридоре третьего этажа спального корпуса настоящую дуэль на помидорах. Не знаю уж, где эти изверги умудрились найти столько тухлых овощей, но отмывала я их потом полночи. Естественно, к семинару готова не была, но и не явиться туда права не имела. И пусть мне разрешили свободное посещение, но здесь были упомянуты только лекции. Даже не так — ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО лекции! А на всех семинарах и контрольных я должна была присутствовать в обязательном порядке.

Глядя на себя в зеркало, я кисло улыбнулась. Теперь к этому землянисто-серому лицу мои платья подходили идеально. И если ещё неделю назад я была похожа на пугало, то теперь меня можно было смело причислять к особому виду зомби. Ну да ладно.

Привычным жестом натянув очки, я схватила со стола свои тетради и двинулась в сторону нужной мне аудитории. Несмотря на то, что до начала занятий оставалось не больше пяти минут, из моей группы здесь присутствовали только Тилия и Марк. Кстати, я уже неоднократно замечала, что он как-то совсем уж неровно дышит в сторону моей подруги, и постоянно старается находиться с ней рядом.

Как и все здесь (ну, кроме разве что меня) Марк был сыном какого-то аристократа, имел соответствующее воспитание и был всегда предельно вежлив. Даже со мной. Вообще, он оказался одним из немногих в группе, кто вообще знал, как меня зовут и не считал зазорным иногда даже здороваться. Но… подозреваю, что если бы не Тилия, ничего подобного бы не произошло.

— Трил, доброе утро! — радостным голоском поприветствовала меня подруга, и, подойдя ближе, тут же по привычке схватила за руку. — Представляешь, вся наша группа вчера отмечала первую неделю в академии, и сегодня почти никто не в состоянии явиться на семинар! Вот шоу будет, когда об этом станет известно ректору.

— А я даже и не знала, что они собираются отмечать… — проговорила я, пытаясь побороть нарастающее головокружение. — А ты разве не ходила?!

— Нет, я гуляла с Марком, — отмахнулась она, слегка повернув голову в сторону парня. Я тут же проследила за её взглядом, но как не пыталась сфокусировать зрение на лице одногрупника, всё равно оно куда-то плыло, как и весь остальной мир.

— А… — теперь и собственный голос стал казаться каким-то чужим, и дабы не свалиться, я попросту остановилась и оперлась рукой на стену. — По территории академии? Или вас всё же выпустили?

Мир перед глазами завертелся с какой-то совершенно бешеной силой, краски слились в одно сплошное месиво, а звуки стали доноситься до меня, как через толстую стену. И чтобы хоть как-то прийти в себя, пришлось закрыла глаза.

— Трил… — в голосе Тилии послышалось беспокойство, — с тобой всё в порядке?!

— Нет, — честно ответила я. И даже хотела добавить какую-то глупость, но… в этот момент свет окончательно померк, ноги подкосились, и если бы не опора, на которую так упорно облокачивалась, то я бы точно рухнула прямо на пол. А так… просто сползла по стеночке и благополучно отключилась где-то на уровне ног своих собеседников.

Последней моей мыслью было, что я выдержала всего неделю… а ведь учиться здесь не меньше шести лет.

* * *

Открывать глаза категорически не хотелось… и даже тот факт, что кто-то упорно подсовывал мне под нос какую-то отвратительно пахнущую дрянь, не мог заставить меня вернуться в суровую реальность. Здесь, в царстве снов, было куда приятнее. Вокруг бродили разноцветные звери, на небе светило большое тёплое солнце, и меня не беспокоило абсолютно ничего. Волны тишины и умиротворения раскачивали сознание, подобно детской колыбельке, и никакая гадость не заставила бы меня уйти оттуда. Кроме, разве что…

— Ау! — вскрикнула я, подскакивая на месте. Глаза распахнулись сами собой, а тело резко напряглось, и уже подготовилось укорачиваться от очередного удара, но его не последовало. Щека всё ещё горела, от грубой пощёчины, которую судя по всему мне отвесил… Тир?!

— И не надо на меня так смотреть! — выпалил он, буравя меня суровым взглядом. Я не стала ничего отвечать, лишь красноречиво потёрла обожженную щёку. Пусть знает, что это было совсем неприятно. — Прости, Трил, но ты не на что не реагировала, а долго находиться без сознания опасно.

— Ладно, — отмахнулась я, осматриваясь вокруг. Судя по всему меня угораздило очнуться где-то в больничном крыле, потому что только там были такие высокие потолки и абсолютно белые стены. — Что я тут делаю?!

— Возвращаешься к жизни, — ровным тоном ответил мой темноглазый собеседник. Наверно в этот момент моё лицо довольно заметно перекосило от удивления, потому что Тир всё-таки удосужился объяснить. — Просто, дорогая подопечная, иногда, всё-таки, нужно давать своему организму время на отдых. Я, конечно, понимаю, что ты хочешь успевать всё, но… в твоём случае, это, увы, не реально.

— Да уж… — проговорила, снова опускаясь на мягкую подушку. Последнее что помню, это разговор с Тилией у входа в аудиторию, а потом… Хм. Видимо, я действительно отключилась прямо на пороге, под стеночкой.

— А я всё думал, насколько тебя хватит, — усмехнулся господин куратор, и впервые за всё время нашего разговора я увидела на его лице хоть и лёгкую, но всё-таки улыбку. Вообще, насколько успела заметить, Тир был слишком серьёзным, немногословным, и улыбался крайне редко. И несмотря на то, что выглядел он довольно молодо, всего на несколько лет младше того же Шея, в нём чувствовалась скрытая сила. И… меня она пугала.

— Что ты имеешь в виду?!

— Мы с ректором даже поспорили, — не обращая внимания на мой вопрос, продолжил Тир. — Он сказал, что ты рухнешь через три дня, я же посчитал, что твоего внутреннего резерва не хватит и на два. В итоге… мы проиграли оба, потому что ты продержалась больше недели.

Я молчала, ошарашено моргая глазами. У меня в голове никак не укладывался тот факт, что на меня делали ставки. Это же, уму не постижимо!

— Хватит морщиться, — отмахнулся мистер Элур, расслабленно вышагивая по комнате. — Это было сделано исключительно для того, чтобы выявить размер приемлемой нагрузки. И теперь, когда твоё упорство, чуть не добило тебя саму, мы смогли составить подходящее расписание.

— Какое ещё расписание?! — мой сонный, да ещё и шокированный мозг совершенно отказывался понимать происходящее.

— Твоей будущей жизни, — усмехнулся Тир, а потом протянул мне тонкий полупрозрачный прямоугольник, на котором высвечивались таблицы с датами, лекциями, тренировками, семинарами. А вообще, здесь практически по минутам была расписана моя жизнь: когда спать, когда есть, а когда работать. Кстати моим обязанностям по уборке они выделили четыре часа после отбоя. То есть, приступать к работе я могла теперь только после десяти вечера, а заканчивать не позднее двух часов ночи. На сон мне отвели ровно семь с половиной часов… Какие, хм, заботливые! Просто слов нет! По крайней мере, цензурных!

— Но… Здесь почти нет предметов из расписания моей группы. Как же я буду сдавать экзамены и зачёты, если не смогу присутствовать на занятиях.

— Мы исключили из основного расписания всё то, что ты можешь с лёгкостью изучить сама. Для этого тебе и дано время с семи до десяти вечера. И… я буду тебе помогать. Мы с господином ректором не считаем, что нужно тратить столь ценное время на просиживание лекций, которые ты легко можешь изучить сама, причём, гораздо быстрее.

— И что, снова делали ставки?! Вылечу после первого семестра или нет?! — раздражённым тоном проговорила я, резко откидывая одеяло. И уже поднялась на ноги, когда вдруг сообразила, что на мне из одежды только какая-то ультракороткая сорочка.

Замерев в нерешительности, я подняла испуганный взгляд на своего куратора, и… Он смотрел на меня так, как никто никогда — с полнейшим равнодушием. Я буквально чувствовала ледяной взгляд его тёмно-синих глаз на своём теле, но в нём не было ни капли заинтересованности. Наверно, так смотрят на старый шкаф, или глупую книгу. Без эмоций. Совсем.

Странно, раньше, меня безумно бесили взгляды окружающих. Они всегда несли в себе либо ненависть, либо любопытство, либо похоть. Наверно, в моей старой жизни, одна только Марси смотрела на меня, как на человека. И мне настолько надоели эти взгляды, что я просто мечтала, чтобы люди перестали меня замечать. И что же теперь?!

Дожили…

Ведомая исключительно чувством внутренней глупой обиды и противоречия, я отбросила одеяло в сторону, и направилась к своим вещам, которые чья-то заботливая рука аккуратно повесила на спинку стула. И пусть моё нынешнее одеяние полностью открывало ноги, что уже было вопиющей откровенностью, но… я ведь просто мебель… чего мне стыдиться?!

Всю скованность и стеснение, как рукой сняло. Если ему плевать на меня — то и мне плевать на него. И точка. Больше в сторону Тира я старалась не смотреть, да и он снова упёрся в свою плоскую светящуюся доску, чуть меньше той, что до этого вручил мне, и что-то там упорно настукивал.

— Сейчас можешь возвращаться к себе. Работать сегодня не будешь. Ознакомься с расписанием на завтра и постарайся подготовиться к занятиям, — всё тем же равнодушным ровным тоном проговорил Тир. — Информация в твоей доске будет обновляться, если что-то вдруг измениться. Позже, я скину тебе туда план обучения тем дисциплинам, которые тебе предстоит пройти самой, а так же вопросы к экзаменам по ним. Если будут возникать сложности, записывай их в соответствующий раздел на своей доске. Так я смогу иметь возможность помочь тебе, как только у меня самого появится на это время. Всё.

С этими словами, он развернулся и покинул комнату, оставив меня обречённо взирать на захлопнувшуюся за ним дверь. И его ни капли не интересовало моё мнение, касательно всего сказанного. Да и я сама, явно была Тиру абсолютно безразлична. Что ж… наверно, так любой куратор должен относиться к своей подопечной. И зря я так разозлилась. Хотя… именно в этот момент решила, во что бы то ни стало заслужить если не одобрение Тира, то хотя бы его внимание. Нет, не как мужчины… как человека. Как своего куратора. И посмотрим, что победит в этой игре: его холодность и равнодушие или моё упрямство?!


Глава 5. Добрый злой куратор

И дни снова полетели вперёд, превращаясь в недели. Они промелькивали мимо, как какие-то пылинки. Пробегали, унося с собой эмоции, происшествия и неприятности, но оставляя знания, выводы и опыт. И пусть большинство из них были до безумия похожи друг на друга, но бывали и такие, которые действительно открывали новые горизонты.

Что же говорить о моём новом расписании… так я быстро привыкла. Жить по нему действительно оказалось куда удобнее, чем стараться успеть всё и сразу. Несмотря на то, что большинство общих предметов для первого года обучения, «добрые» ректор и куратор оставили мне для самостоятельного изучения, я всё равно каким-то образом умудрилась стать лучшей ученицей своей группы.

Практика по стихиям выходила у меня просто отлично. Настолько, что видя мои успехи там, преподаватели закрывали глаза на некоторые пробелы в моих теоретических познаниях. А я… получала от учёбы просто нереальное удовольствие.

Мне нравилось всё! Абсолютно все магические дисциплины приводили меня в полный восторг, занятия по физической подготовке помогали держать себя в форме, и только по двум предметам возникли проблемы. Как ни странно, но ими оказалась обыкновенная физика, которую я никак не могла понять, опираясь только на учебники, и история родной империи. Вот так… Они хромали у меня, как старая кляча, но… язык не поворачивался сказать Тиру, что у меня проблемы.

Странно, но с того дня, когда он вручил мне доску с расписанием, мы больше не разговаривали. Я всеми силами старалась доказать ему, себе и всему миру, что справлюсь, и никакая работа, не сможет помешать мне быть лучшей. Поэтому, даже когда у меня и возникали вопросы, я находила ответы сама. И пусть на это уходило куда больше времени, пусть причиной всему было чистое упрямство, но… Гордость не позволяла обратиться за помощью к тому, для кого я не больше чем пустое место.

Так, в этой бесконечной кутерьме… между теорией и практикой, между книгами и мойкой полов, между учёбой и работой пролетело три месяца. Через две недели должна были закончиться лекции и наступить долгожданное время зачётов и экзаменов. А за ними… сказочная пора зимних каникул, с их праздниками, радостью, карнавалами и… Новогодним императорским балом.

И всё было бы ровно и обыденно, если бы не физика и история. На днях куратор группы тонко намекнул, что эти два предмета являются главными на моём курсе, и если я завалю их сдачу… учёба в Астор-Холт для меня закончиться, и даже сам ректор не сможет ничего изменить.

Пришлось снова собирать в кучу всю свою силу воли и постараться наверстать упущенные знания.

Поначалу помогать мне вызвалась Тилия. Она хоть и оказалась довольно способной девушкой, но совершенно не умела объяснять. Все её разговоры начинались физикой, а заканчивались пресловутым балом. И кто бы знал, как меня бесило само это слово. Было совершенно непонятно, как он может иметь хоть какое-то значение, когда я на грани отчисления. Я?! Та, кого большинство преподавателей считают самой талантливой студенткой десятилетия! Та, кто управляет огненными вихрями по щелчку пальцев! И та… чья мечта может так и остаться мечтой, если экзамены по ненавистным предметам будут провалены.

Ну, что за несправедливость?! Два каких-то плешивых теоретических предмета… и такие проблемы!

Я старалась, терзала учебники, и даже умудрилась заставить Тилию отвлечься от постоянных мыслей о бале и прекрасных танцах. И если законы физики понемногу начали укладываться в моей голове… то с историей до сих пор оставалось всё слишком глухо.

В итоге, за три дня до экзамена, я всё-таки поборола собственную гордость и решила, что учёба гораздо важнее упрямства или предрассудков. И вот уже несколько минут стояла под дверью комнаты Тира в спальном корпусе, не решаясь постучать.

Я знала, что он может мне помочь. Даже не так, он должен мне помочь! В конце концов, он мой куратор, а я и так несколько месяцев была почти идеальной подопечной. Так пусть же теперь отрабатывает!

Вот примерно с таким взвинченным настроением, я и постучала в заветную дверь. Но уже спустя минуту тысячу раз пожалела, что вообще решила сюда прийти, потому что открывать мне явно не спешили. В голову сами собой стали закрадываться неприятные мысли, что всё это зря, и я уже почти развернулась, чтобы уйти, как створки неожиданно распахнулись.

— Трил?! — голос Тира отвлёк меня от терзаний и самокопаний. Но когда подняла на него глаза, тут же предпочла их опустить. Если я в прошлый раз выглядела неприлично, то… он выглядел хуже, чем неприлично. И почему-то мне кажется, он знал, что я приду, поэтому и решил открыть дверь, вот в таком виде.

Он стоял, внимательно наблюдая за тем, как стремительно краснеют мои щёки, и мне даже показалось — искренне наслаждается произведённым эффектом.

— Что ты хотела? — невозмутимо спросил Тир, да таким тоном, как будто он как минимум император, а я так… горничная, которая давно привыкла, что его царственная персона может вот так расхаживать в одном полотенце, обмотанном вокруг бёдер.

— Поговорить, — прохрипела я, всеми силами стараясь вернуть себе былую уверенность.

— Проходи, — ответил он, и тут же отступил, пропуская меня внутрь. И я прошла. А что мне оставалось делать?! Сейчас возможность сдать экзамен была на первом месте, и если Тир желает вышагивать передо мной в таком виде… то я просто не буду обращать на это внимание.

Его комната оказалась довольно большой и светлой, набор мебели был стандартным для спального корпуса академии, хотя здесь, почему-то вместо кровати стоял довольно большой диван. Да и вообще, складывалось впечатление, что это не спальня, а место для приёма посетителей. Чисто, скромно, и как-то безжизненно.

— Что-то случилось?! — послышалось у меня из-за спины.

— Ещё нет, но если ты мне не поможешь, то непременно случиться, — отозвалась, внимательно рассматривая комнату. Хотя, если честно, я была готова смотреть куда угодно, только не на обнажённый торс своего куратора. Да уж… Ну почему я не могу быть такой же каменной, как Тир?! Холодной и равнодушной ко всему.

Моё внимание привлекла картина, висевшая на стене слева от большого окна. Нет, мне, конечно, приходилось лицезреть шедевры живописи, причём как в доме графини, так и в самой академии, но это было нечто.

На полотне, украшенном позолоченной рамкой, было изображено море. Его пенные волны, как будто ласкали прибрежные камни, омывая их от дневной пыли. Огромное глубокое небо было залито отблесками алого заката. Он отражался в каждом облачке, в каждой капельке брызг… он уносил за собой ещё один день… как море уносит в пучину, всё, что попадается на его пути.

— Нравиться?! — спросил Тир.

— Это даже не шедевр, — восхищённо ответила я, — это… это… чудо! Никогда не видела ничего подобного. Море здесь, как будто живое, мне даже кажется, что я слышу его шум… чувствую запах.

— Это когда же ты успела посетить побережье?! — спросил он с усмешкой. Этот его тон жутко выводил меня из себя, так что в тот же момент очарование картины спало, и я снова вспомнила, где и зачем нахожусь.

— Когда-то моя жизнь была другой, — прозвучал мой ровный спокойный ответ. — Ты оделся?!

— А что, мой вид тебя настолько смущает?! — парировал Тир, всё так же холодно и равнодушно.

— Да, смущает. Если я не имею покровителей, богатых влиятельных родственников и титула, это ещё не значит, что я не имею ещё и ни каких моральных принципов и понятий о стыде.

— Странно, — отозвался мой куратор, и впервые за наш сегодняшний разговор в его голосе зазвучали хоть какие-то эмоции. — При прошлой нашей встрече тебе не казалось постыдным щеголять в подобном виде передо мной.

— Тир, — я резко развернулась. Теперь ясно, что он просто издевается. — Прости за тот инцидент. Но… в отличие от меня, тебя мой вид ни капельки не смущал. Вот я и решила, что коль это так, то не зачем и стесняться.

— Ладно, Трил… — голос Тира стал чуть мягче. Кстати, пока я изучала обстановку комнаты он успел натянуть брюки и рубашку, и теперь хоть и выглядел по-домашнему, но уже не так… развратно. — Будем считать, что инцидент исчерпан. Кстати, картину рисовал Шей.

— Серьёзно?! — вот это сообщение меня сильно удивило, даже больше чем вид полуголого Тира.

— Да, — ответил тот, присаживаясь на диван и жестом предлагая мне занять место на кресле. — Он художник, причём его справедливо считают самым талантливым в империи. И… после нашей памятной встречи в «Оракуле» он загорелся идеей обязательно тебя нарисовать.

— Звучит заманчиво, но… — протянула, отворачиваясь к окну. — Не думаю, что это хорошая идея.

— Можешь объяснить, почему?! — видимо, своей фразой мне всё-таки удалось сбить невозмутимость Тира. Теперь он выглядел очень удивлённым.

— Просто, — странно было говорить об этом с ним, но… по какой-то неизвестной причине, разговаривать с Тиром я могла обо всём. Пусть моё отношение к нему менялось довольно часто, прыгая из крайности в крайность, но… было в нём что-то такое, что заставляло ему доверять. Наверно, если бы за свои, теперь уже девятнадцать лет, я чаще общалась с разными людьми, то всё оказалось бы по-другому. Но… прошлая моя жизнь была до краёв наполнена одиночеством, люди меня сторонились, и пусть сейчас, благодаря пресловутой маскировке всё изменилось, но… многие до сих пор относились ко мне предвзято. Все, кроме Тира. Этому просто было всё равно.

— Спасибо за столь понятный и развёрнутый ответ, — усмехнулся он. — Вообще, самые красивые девушки империи готовы драться за то, чтобы он согласился их рисовать, а ты… против?!

— Понимаешь, — проговорила я, отчаянно пытаясь подобрать слова. — Он не ограничится картиной.

— Одной, может, и не ограничится. Ты умудрилась произвести на него сильное впечатление. Думаю, он измажет красками ни один холст, изображая тебя.

— Я не о том, — щёки снова начали покрываться румянцем. Не часто ли я стала смущаться?! Хотя… разве это важно?! — Ему будет мало меня нарисовать. Я видела это в его глазах.

— И что же ты там увидела? — Тир немного напрягся, а в его голос снова проскользнули оттенки эмоций. Значит он всё-таки не каменный… просто, мастер скрывать всё за маской равнодушия?

— Тоже что и всегда… Понимаешь, Тир, когда на меня смотрит мужчина, в его глазах либо ненависть, либо похоть. Гораздо реже там можно увидеть простое любопытство, и то, довольно подозрительное. И пока я встречала только одного человека, который смотрел на меня с полнейшим равнодушием, и это не Шей.

— Ты… боишься, что он не сможет сдержать себя в руках?! — вот теперь стена невозмутимости рухнула окончательно, и на лице Тира отразилось столько эмоций, и менялись они с такой быстротой, что понять по ним его мысли было просто невозможно.

— Да, Тир. Я боюсь, ты совершенно прав. И у меня есть на то причины. Так что… обойдёмся как-нибудь без рисунков. А сейчас, если ты не против, я скажу, зачем пришла.

В голове проскользнула шальная мысль, что пусть на мгновение, но мы с господином куратором поменялись ролями. Теперь он выглядел шокированным и даже каким-то смущённым, а я… я была как никогда холодна и серьёзна. И именно эта догадка вернула меня обратно, в привычное русло реальности.

— А хочешь, угадаю? — лицо Тира в один миг снова стало холодным и отрешённым. — У тебя проблемы с историей… и, кажется, физикой… я прав?!

— Да, — отозвалась я, внимательно глядя на своего куратора.

— Так, какого… Хм, почему, ты приходишь ко мне за помощью за три дня до экзамена. Насколько я знаю, сложности с этими предметами появились не вчера, и даже не месяц назад. Но волноваться ты начала только сейчас, — он на миг замолчал, видимо стараясь не сорваться. Хотя я буквально кожей чувствовала, что Тир очень на меня зол. — Ты, реально считаешь, что я смогу сотворить чудо и впихнуть в твою непутёвую голову весь материал курса по двум предметам всего за три дня?!

— Ты моя последняя надежда, — опустив глаза, тихо проговорила я.

— Что?! — вот теперь он кричал. Впервые на моей памяти, и это было совсем неприятно. В этот самый момент мне искренне захотелось спрятаться под диваном, забиться в самый дальний угол и не вылезать оттуда, пока он не успокоится. — Последняя надежда?! Ты несколько месяцев самоуверенно считала, что справишься без меня, а теперь что?! Страшно стало вылететь?!

— Тир… пожалуйста, перестань кричать, — сдавленным голосом проговорила я, напряжённо вглядываясь в его потемневшие глаза. — Не знаю, что с тобой происходит, но… ты меня пугаешь. Прости, что заявилась с такой просьбой. Это было плохой идеей. Я справлюсь сама…

И я уже поднялась, чтобы как можно быстрее покинуть его комнату, но он резким движением схватил меня за руку и усадил обратно. Вот так… у мне даже сбежать теперь не получиться.

— Всё, Трил… я спокоен. Но ты меня вывела, и поверь, это происходит не часто. Хотя… будешь знать, — он говорил чётко, но как-то отрывисто. И, наверно, я бы всё-таки ушла… нашла бы способ, но выбор был не велик. Или помощь Тира, или отчисление. — Весь курс так быстро мы не пройдём, но… думаю, пробелы в твоём обучении закрыть сможем. Ведь ты же хоть что-то знаешь?!

— Знаю, и многое, но большинство этих знаний слишком хаотичны и непонятны. Мне просто нужны некоторые пояснения… особенно по истории. Там вообще всё слишком странно.

— Это в учебнике всё туго написано, на самом деле, всё даже интересно, и нам всё равно стоит попробовать наверстать материал, — сказал он уже совершенно спокойным тоном. Быстро же у него получается брать себя в руки. — К тому же… вы, мисс Сиерлен, являетесь основной темой моей профессорской диссертации, к изучению которой, я даже не приступал.

— Как?! Что ты имеешь в виду?! — естественно, мой бедный мозг сразу понапридумывал целую кучу разных вариантов, не один из которых мне не нравился.

— На тебе не подействовала защита купола академии, и это первый известный случай, когда она пропустила чужака. Это во-первых. Во вторых, Трил, маг по определению не может владеть двумя противоположными стихиями, и мне безумно интересно докопаться до того, как такое возможно с тобой, и в-третьих, нужно придумать, как применить полученные ответы и открытия к обычной жизни. То есть, найти точки соприкосновения с физикой… механикой, и получить нечто принципиально новое, но чрезвычайно полезное.

— И если всё получиться, ты станешь профессором?! Таким молодым?! Тир, а сколько тебе лет? — ну вот, снова я не смогла сдержать собственное любопытство.

— Двадцать пять, и поверь, у высшего руководства академии уже давно есть масса причин и поводов дать мне звание профессора. Но до сих пор, наш глубокоуважаемый ректор умудрялся отодвигать этот вопрос на более поздний срок, а после твоего появления, неожиданно сдался. И… как ты понимаешь, я такой шанс упускать не намерен, а значит, нам с тобой, дорогая студентка, придётся сотрудничать. Я помогаю тебе, а ты мне. И, по-моему, это вполне справедливо. Ты со мной согласна?

— Конечно, — отозвалась я. — И, если честно… мне самой очень интересно найти ответы.

— Ну, в таком случае, у нас всё обязательно получится. В этом я уверен.

* * *

Тир оказался замечательным учителем. Даже несмотря на свой явно вспыльчивый характер, он проявил просто ангельское терпение, разъясняя мне те или иные понятия физики. Благо, его объяснения наложенные на мои базовые знания из учебников довольно быстро нашли точки соприкосновения, и уже к вечеру следующего дня, я могла ответить на любой вопрос экзаменационных билетов. Тир же такой явный успех никак не комментировал, а когда я вконец обрадовалась, сообщил, что результат будет виден только после экзамена, а пока обольщаться слишком рано.

Вот, что он умел просто идеально, это ставить меня на место. И если поначалу это сильно раздражало, то вскоре я поняла, одну простую истину. Он делал это не специально, совершенно не имея какой-то скрытой цели или злого умысла. Создавалось впечатление, что это привычка, причём многолетняя. Хотя, я никак не могла сопоставить её с самим образом Тира. Но ведь откуда-то же она взялась. А ещё, чем больше времени мы проводили вместе, тем легче становилось наше общение. В итоге я почти перестала воспринимать его как глыбу льда, а он начал понемногу показывать мне свои настоящие эмоции. Конечно, мы не стали друзьями… Пары дней совместной работой для этого слишком мало, но… по крайней мере я больше не считала его своим личным врагом.

Мы занимались с самого утра и до отбоя. И то, только потому, что после десяти у меня начинался рабочий день, и я отправлялась осмысливать и переваривать информацию в компании своих товарищей: веника, швабры и тряпки. Меня настолько достал этот глупый физический труд, что иной раз так хотелось наплевать на все запреты и попробовать применить хоть какое-то из своих знаний бытовой магии, но… ректор ещё в первый день довольно внятно объяснил, что ничегошеньки у меня не выйдет, а если вдруг выйдет… он обязательно об этом узнает.

Так что, приходилось каждый вечер заниматься одним и тем же. Хотя, в моём случае физический труд давал мозгу небольшую паузу, которой ему так не хватало. А может, я просто пыталась во всём найти хоть какую-то положительную сторону?!

На те дни, что оставались до экзаменов, Тир убрал из моего расписания всё… кроме занятий с ним и работы, что во многом развязало мне руки. Что он сделал со своими неотложными делами, я даже думать не хотела. Боялась, что стоит мне спросить… и он в срочном порядке отправиться решать свои личные вопросы, а меня бросит на произвол судьбы. Вот я и не лезла, целиком посвящая наше общение подготовке к экзаменам.

В отличие от физики, с историей всё оказалось куда печальнее. По словам Тира, я не только не имела представления об основных важных событиях, происходивших когда-то в стране, но и не понимала вообще для чего мне это нужно.

Большинство экзаменационных вопросов относились к эпохе правления династии Астор, но целая их четверть была отдана реформам и событиям, произошедшим уже при нынешнем императоре. И если в учебниках всё это было написано даже слишком скучно, то в устах Тира история империи превращалась в остросюжетный исторический детектив.

Он рассказывал о событиях трёхсот и двухсотлетней давности так, как будто сам присутствовал при их свершении, а я мало того, что слушала, как завороженная, так ещё и умудрялась сопереживать их участникам, и искренне расстраивалась, когда всё заканчивалось печально.

— Да брось ты, Трил, это же не романы, а реальная история реальной страны. А в жизни не так уж часто случаются счастливые финалы. Особенно среди первых лиц государства, — посмеивался над моей сентиментальностью Тир.

— В учебниках всё описывается так скучно, а ты… Скажи, откуда ты всё знаешь в таких подробностях?! — думаю, даже наш преподаватель был хуже осведомлён.

— В своё время у меня были великолепные учителя, возможно даже, лучшие в империи, — ответил он с довольной улыбкой. — Так что… цени это, Трил. Так тебе историю больше никто не преподнесет.

— А я и ценю, ты разве не видишь? — выпалила я, на что он недоумённо приподнял бровь, и покачал головой. — Не веришь?!

— Ни капельки… Вот сдашь свою историю и опять начнёшь меня избегать, — с ехидной улыбочкой добавил Тир.

— Ах так?! — почему-то меня искренне взбесило его заявление. Он вообще, имел просто удивительный талант выводить меня из себя. Впрочем, как и я его. Но сейчас было не самое подходящее время для доказательств преданности криками. Именно поэтому, я и решила пойти другим путём.

Поднявшись с дивана, на котором до этого очень удобно валялась, и привычным жестом натянув на нос свои чудо-очки, подошла к креслу, где восседал Тир. И согнувшись в глубоком шутовском поклоне, чуть ли ни стукаясь лбом о низкий столик, я быстро затараторила, не забывая при этом отчаянно кланяться при каждой фразе:

— О, спасибо тебе, величайший из ныне живущих! Ты пролил свет знаний во тьму моего тёмного мозга! Твой интеллект не знает границ! И я… твоя непутёвая ученица, благодарю богов всех планет, за то, что у меня самый лучший учитель в мире!

Шутка, конечно, была глупой… как и её исполнение, но это я поняла уже слишком поздно. Когда Тир, с совершенно невозмутимым видом осторожно взял меня за руку, поднялся со своего кресла… и быстро препроводил меня к выходу. Я даже сама не поняла, как оказалась в коридоре, да ещё и босиком, потому что мои туфли так и остались стоять возле дивана.

Но, если он рассчитывал на то, что я вот так просто уйду, то придётся его разочаровать. Пусть получилось глупо, пусть его почему-то задела моя тирада, но… он ещё мне должен рассказ по последним десяти вопросам… и туфли! И без этого я сегодня от него никуда не уйду!

На этот раз стучаться я не стала, и тихонько открыв дверь, нагло прошмыгнула внутрь. Мой куратор с самым серьёзным выражение лица, продолжал восседать в своём излюбленном кресле и сверлить меня злобным взглядом. Но… уж мне то не знать какой на самом деле его злобный взгляд, а сейчас Тир… дурачился?! Он, оказывается на такое способен?!

— И чего ты там застряла?! Я уже целых пять минут жду, когда же моя нерадивая ученица, сообразит вернуться назад, — выпалил он, раздраженным тоном.

— А я придумывала, как бы так помягче вымолить прощение, чтобы меня не выставили повторно.

— И как успехи? — его усмешка стала шире, а вот взгляд заметно похолодел. Это-то и отмело у меня все намерения шутить и разыгрывать спектакли, поэтому я сделала то, что на мой взгляд, лучше всего подходило данной ситуации.

— Извини, — проговорила, опустив глаза. — Это была шутка… Глупая такая шуточка. Я просто хотела немного тебя повеселить… да и самой получить небольшую передышку. И знаешь, пусть это звучало наиграно и глупо, но я, на самом деле, говорила от чистого сердца.

Несколько секунд он молчал, внимательно наблюдая за сменой эмоций на моём лице, а потом развернулся, перекинул ноги через мягкий подлокотник, и не глядя на меня, выдал:

— Чего встала?! Садись уже. Времени мало, а нам ещё двадцать лет правления императора Эдира разобрать нужно.

В этот раз я предпочла покорно промолчать, тем более, что Тир уже начал рассказывать.

— У тебя есть вопрос, об окончании правления династии Астор. Ты хоть что-нибудь об этом знаешь?!

— Очень мало, — отозвалась я. — И вряд ли эта информация может считаться достоверной. Мне мама Эрида рассказывала когда-то об этом. Она говорила, что у последнего императора Сержарио Астора, было двое детей. Старший сын, Виторис, почти не интересовался делами страны и всему прочему предпочитал кутежи и вечеринки. К тому же поговаривали, что свой магический дар он почти не развивал, и тогда тот попросту закрылся. А по законам престолонаследия, на трон мог взойти только тот, у кого есть дар, причём не простой, а стихийный. Но, как говорила мама Эрида, это были всего лишь слухи, — я вздохнула, вспоминая, как долгими зимними вечерами она рассказывала мне истории, что узнала, пока жила в столице. — Тем не менее, после очередной вечеринки, кронпринца так и не нашли… Кто-то говорил, что его убили в драке. Кто-то выражал мысль, что он попросту сбежал, а некоторые поговаривали, что это было происками тогдашнего верховного мага… нынешнего императора.

— Даже так?! — слушая мой рассказ, Тир даже соизволил повернуться ко мне лицом, и теперь с большим интересом ловил каждое слово.

— Это сплетни, Тир, — я безразлично пожала плечами. — Их придумывают люди, чтобы разнообразить жизнь. Возможно, на самом деле всё было куда проще и банальнее.

— Ладно, с одним наследником понятно, а что же стало с дочерью императора?!

— Эрида говорила, что замок принцессы Элиры сгорел через два дня после гибели самого императора. Только моя приёмная мать не верила, что это простое совпадение. Она, как и многие считала, что всё это продуманный тихий государственный переворот. Сам же император погиб в 7865 году… двадцать лет назад. Неудачно упал с лошади на охоте. Других наследников династии Астор не осталось, и тогда Совет империи принял решение короновать верховного мага. Он оказался единственным, чей уровень дара соответствовал уровню правящей династии. С тех пор страной правит император Эдир Аркелир. Вот… это всё что мне известно.

— Всё отлично, только не вздумай на экзамене сказать, что подозреваешь нынешнего императора в свержении прошлой власти. За такое и наказать могут. Приравняют это к клевете и… отправят на работы по добыче металлов для производства новых картелов и велир. А мне бы пока не хотелось терять свою ученицу, причём, при таких печальных обстоятельствах, — он ехидно усмехнулся. — А к твоему рассказу могу добавить следующее. По официальной версии, кронпринца сгубил алкоголь… очень большая доза. Его в живых нет. Что же касается принцессы Элиры… замок действительно сгорел, но её не нашли. Есть версия, что в тот день её там попросту не было, а некоторые и сейчас склонны верить, что она где-то прячется, но… По данным из моих источников, о которых тоже на экзамене упоминать не стоит, Элира погибла через два года… Так что, род Астор закончил своё существование.

— Печально.

— Очередная история с плохим концом, — усмехнулся Тир. — Ну, а что ты знаешь о нынешнем императоре… Кроме сплетен.

Я глубоко вздохнула, всеми силами напрягая извилины.

— После своей коронации новый император сразу же приступил к внедрению в обиход новых технологий. Он стал основным инициатором развития новейших видов транспорта и коммуникаций. Всех его реформ я не знаю… Но обязательно изучу, — Тир смотрел на меня так, что снова захотелось опустить глаза. — Прости, газет я не читала, а если и читала, то исключительно то, что касалось изобретений и академии. А реформы… если честно, были мне не интересны.

— Ладно… — нехотя согласился Тир. — Что ты ещё знаешь о нынешнем правителе и о его системе правления?

— Страной управляет император. У него есть Совет, состоящий из десяти министров. При каждом министерстве есть служащие, которые следят за порядками и надлежащим исполнением приказов, а так же являются связующим звеном между императором и народом. Император женат, имени его супруги я не знаю. А ещё у него есть два сына…

— И? — продолжал настаивать Тир. — Что ты знаешь о них?

— Почти ничего, — отмахнулась я. — Ну Тир… они мне всегда были безразличны. Ладно уж император… я и так знаю про него больше чем достаточно, зачем мне что-то знать про его сыновей?

— Один из них, кстати, кронпринц. То есть, твой будущий император, — чуть улыбнувшись ответил Тир. И судя по этой улыбке, моя отповедь его порядком повеселила. — Трил, как ни стыдно? Ты о древних имперских семьях знаешь больше, чем о нынешней. Слушай и запоминай, это есть в одном из вопросов к экзамену. Императрицу зовут Мария. Свой титул она получила в тот же день, когда короновали императора. У них на самом деле двое детей. Старший, Шиан, является официальным наследником. О нём, к сожалению, мало что известно, я имею в виду, официально. Его младшего брата, и второго принца, зовут Дерилан…

— Стой, — выпалила я, только сейчас понимая, что это имя мне знакомо. — О втором я кое-что слышала… кажется.

— И что же?! — усмехнулся мой куратор.

— Кто-то в доме графини рассказывал о нём… кто-то из гостей. Говорили, что его считают самым жестоким человеком в империи. Что этот Дерилан просто зверь, и не смотря на довольно юный возраст его бояться слишком многие. И не безосновательно.

— Мило… — усмешка Тира стала хищной, и мне показалось, что он одновременно и доволен моим ответом, и в то же время практически взбешён.

— Но, это слухи… — я снова пожала плечами. — Очень может быть, что этот мальчик на самом деле окажется милашкой с крыльями и нимбом, которого оклеветали злые языки. Кстати, сколько лет этому извергу?!

— Мой ровесник, — ответил Тир. — Но… надеюсь, вам не доведётся пересечься лично.

— Ох, Тир… это невозможно! Меня и на порог дворца не пустят, не то чтобы с принцами знакомиться. Если ты забыл, я уборщица! Причём довольно страшная серая мышь. Знаешь, как меня одногрупники называют? «Крыска очкастая»! И вот теперь представь картину: огромный тронный зал… всё сверкает тысячами огоньков, по бокам стоят изрядно разряженные аристократы… Девушки в шикарных нарядах, старательно прячут свои хитрые взгляды… На ступенях у трона стоят красавцы принцы и тут захожу я, в своём сером платьице, очках, и тряпкой наперевес.

Тут я сама не выдержала и расхохоталась, Тир же лишь легонько улыбнулся.

— Нет, ну ты только представь?! Подхожу я к ним, такая вся… страшная, и говорю: «Разрешите представится, Трил Сиерлен, уборщица из Астор-Холт!» — я снова расхохоталась. — Тир, ну перестань, это же действительно смешно.

— А ведь скоро Новогодний бал, — как бы между прочим заметил он. — Хочешь сказать, что ты не пойдёшь?

— Ты издеваешься?! Или желаешь, чтобы моя глупая фантазия стала реальностью?! Конечно, не пойду.

— А придётся, — усмехнулся он. — Там обязаны присутствовать все ученики Астор-Холт, а лучших представят императору, а ты Трил… одна из лучших.

— Это ты сейчас так пошутил… про представление императору? — вмиг севшим голосом поинтересовалась я, но довольная улыбка моего куратора говорила, что самое смешное впереди. — Нет.

— Да, Трил.

— Тир… может мне проще экзамены завалить?! — отчего-то теперь собственная шутка с представление перед троном перестала казаться мне смешной.

— Боишься императора?

— Тир! — я стремительно соскочила с дивана и как загнанная в клетку лань начала метаться по комнате. — Это не смешно. Мне, Очкастой Крыске, не место во дворце! Я… изображу болезнь! Или специально навернусь с лестницы.

— Хочешь, чтобы сам император… или один из его сыновей нанесли тебе визит вежливости прямо в твоей коморке за библиотекой?! А это несомненно произойдёт, потому что ты, Трил… на самом деле лучшая, а своих будущих гениев правящая семья обязана знать в лицо.

— Но… я не смогу снять очки… как и одеться хотя бы… красиво, пусть и дёшево. Это погубит конспирацию!

— Значит, тебе придётся там появиться в таком виде. И… вообще, Трил, хватит паниковать раньше времени. В конце концов, там будет твоя подруга.

— Тилия? — спросила я, а потом сама вспомнила, что других, как бы и нет. — А ты?!

— А вот меня не будет, — с полнейшим безразличием в голосе ответил он.

— Почему?! — теперь катастрофа стала казаться мне ещё более страшной.

— Я не студент Астор-Холт, и не профессор… И вообще, меня совершенно не прельщают подобные мероприятия.

— И нет никакой возможности тебя уговорить? — спросила я, хотя по его лицу и так было понятно, что это дело бессмысленное.

— Нет, Трил. И тебе там задерживаться не рекомендую. Хотя, может тебе и понравятся танцы…

— Издеваешься?! Да я за свою жизнь только со шваброй и танцевала! И поверь, этот танец точно не подойдёт для новогоднего императорского бала. Да и кто пригласит такое чучело?! Только полный извращенец! Вот!

— Ладно тебе причитать. Давай, успокаивайся, возвращайся на диван и готовься меня слушать. Времени осталось мало, а у нас ещё шесть вопросов не разобранных. И знаешь ещё что, дорогая моя ученица… Есть такая поговорка: «Чему быть — того не миновать», и в этот раз тебе всё равно придётся смириться. К тому же, поверь, не многие в академии могут похвастаться личным знакомством с императором. А тебе, в какой-то степени повезло.

Да уж… повезло, так повезло. Вот только нужно ли мне такое везение?! Хотя… уже слишком поздно рассуждать об этом. И что толку переживать, если всё равно придётся идти?!


Глава 6. Тёмная натура светлого лика

Экзамен по общей физике я сдала на отлично, причём с первого раза. И если сказать, что мой преподаватель был удивлён, значит не сказать ничего. Ведь он куда лучше других знал, что в его предмете я совершенно не разбираюсь. А тут такие перемены, да ещё и за столь короткий срок.

Естественно, поначалу он лишь улыбался, отказываясь верить в честность моих знаний, поэтому и решил закидать дополнительными вопросами. Но, к его сожалению, пусть и немного коряво, но всё же я ответила на все, и он был вынужден, скрипя сердцем, поставить мне высший бал.

Ребята в группе тоже немало удивились, и только Тилия загадочно улыбалась, видимо полагая, что это именно она сыграла в моей подготовке чуть ли ни главную роль.

Если же вернуться к группе… В общем, за те несколько месяцев, что мы проучились вместе, я постаралась найти общий язык почти со всеми, хотя, если честно, мало кого из одногрупников радовало моё общество. Оно и ясно… кто ж захочет заводить дружбу с таким пугалом, пусть и чрезвычайно одарённым.

Хотя, несомненно, были и те, для кого оказалось гораздо важнее иметь в хороших знакомых ту, кто мог по первой просьбе оказать помощь на семинаре или подсказать на экзамене. Всё ж большинство из того, что касалось магии, давалось мне куда легче, чем остальным.

Экзамен по истории должен был состояться завтра ранним утром, но этим вечером подготовкой к нему я занималась уже сама. Мой дорогой куратор заранее предупредил, что сегодня не сможет уделить мне время. У него появились какие-то безумно важные дела, о сути которых Тир, естественно, распространяться не стал. И теперь я сидела в одиночестве в своей коморке и вялыми движениями перелистывала очередной фолиант с подробным описанием наиболее значимых событий в истории империи за последние лет так… семьсот. На самом деле, чтиво это было до жути скучным, а изложенная там информация совершенно не желала запоминаться. И я уж было собралась бросить это дело и отправиться на уборку территории чуть раньше, чем того требовало расписание, но тут незапертая дверь комнаты распахнулась, и моё уединение было жестоко нарушено влетевшей Тилией.

— Трил! — моё имя она произнесла с таким отчаянием в голосе, что без всякой интуиции стало ясно, случилось нечто катастрофическое.

Моя подруга выглядела напуганной… бледной, и какой-то до жути взвинченной. Они истерично металась по комнате, и чтобы остановить это мне пришлось насильно усадить её на кровать и буквально заставить вернуться в реальность.

— Тилия! — прорычала я ей в лицо. — Перестань паниковать и объясни толком, что случилось.

Она подняла на меня растерянный ничего не понимающий взгляд, пару раз моргнула, и только потом соизволила перестать вырываться.

— Так-то лучше, — проговорила я, усаживаясь рядом с девушкой. — А теперь, когда ты снова в себе, поведай мне, что так выбило тебя из колеи?

Меня пугал её вид, её настроение, да и вообще, такой подругу мне ещё видеть не приходилось. А она никогда не была пугливой и по пустякам бы точно не стала истерить. А значит, ситуация, как минимум, катастрофическая.

— В общем… — она глубоко вздохнула. — Мы как обычно, сидели на лавочке в оранжерее, когда к нам вдруг подошли трое мужчин в чёрном. Один из них представился следователем имперской полиции, и очень вежливо попросил Марка отправиться с ними…

— Для чего?! И что вообще эти люди делали в стенах академии?! — ошарашено выпалила я.

— Я спрашивала, но они не ответили. Трил… — она снова начала нервничать. — Они просто увели его в северную башню… это единственное место на территории академии, где можно открыть портал. Я было кинулась за ними, но меня перехватил мистер Беридор.

— Ректор?!

— Да… он-то и рассказал, что случилось, — она снова замолчала, уперев взгляд в пол. Судя по всему, сомневалась, стоит ли посвящать меня во всё? Достойна ли я такого доверия? Но… прошло несколько секунд, и Тилия продолжила. — Он поведал мне… по большому секрету, что несколько часов назад было совершено нападение на кого-то из императорской семьи. К счастью, планы заговорщиков провалились, но… кое-кого из нападавших удалось задержать. И, по словам ректора, среди них был Сандр — старший брат Марка. Теперь будут допрашивать всю его семью.

— Думаю, тебе нет смысла переживать, — попыталась успокоить я. — Даже если брат Марка и причастен к нападению, на твоём любимом это никак не отразится.

— Дело не только в брате, — несколько озадачено проговорила подруга. — Их отца тоже взяли под стражу… как организатора. А если его вина подтвердится, то всю семью Марка лишат и титулов и земель, а его попросту выставят из Астор-Холт.

— Да уж, — в данной ситуации других слов мне на ум не приходило. Да и что тут скажешь?!

— Я знакома с отцом Марка. Мы были у них в гостях буквально на прошлых выходных, — в отчаянии проговорила девушка. — Поверь, Трил, он очень милый, обходительный, спокойный… Он не способен на то чтобы организовать заговор!

— В таком случае, тебе не о чем волноваться. Не виновных не наказывают, — попыталась возразить я.

— Боюсь, что справедливость торжествует только в книгах… на практике же всегда побеждают именно те, у кого в руках власть.

После этой разы Тилии, да ещё и сказанной с таким нескрываемым отчаянием, я не стала больше искать слов утешения, или пытаться её приободрить. Зачем?! Что сейчас могут изменить слова… Ни брату Марка, ни его отцу словами сейчас не помочь. Да и кто может дать гарантию, что они действительно не виновны?!

Естественно, к изучению своих исторических фолиантов в тот вечер я так и не вернулась. Во-первых, Тилия была настолько расстроена, что оставлять её в одиночестве совершенно не хотелось, да и она сама не желала оставаться наедине со своими невесёлыми мыслями. Во-вторых же, мои рабочие обязанности никто не отменял. И впервые за всё время нашего знакомства, моя подруга могла наблюдать, чем именно я зарабатываю на учёбу. Меня же сильно веселило то, как она морщится при виде мокрой половой тряпки или грязного пятна на мраморном полу. Сразу видно, что об уборке Тилия имела очень слабое понятие, и сама никогда в жизни ничем подобным не занималась.

И всё-таки, несмотря на такую колоссальную разницу между нами, мы дружили, и эта дружба не была пустым словом или моей иллюзией. Мы с Тили каким-то странным образом нашли в друг друге что-то своё… Объяснить это пока оказалось мне не по силам, особенно если учитывать, что до этого единственным другом у меня была повариха Марси, которая общалась со мной скорее из жалости, чем из-за интереса или каких-то возвышенных чувств. Именно поэтому нынешнюю дружбу с этой хрупкой голубоглазой блондинкой я очень ценила.

Сегодня Тили даже ночевать осталась в моей комнате, как будто в её апартаментах девушку могла подстерегать какая-то опасность. Но, я не возражала, чувствуя, что сейчас моё общество ей просто необходимо. А утром…

Утром объявился Марк. Он появился на пороге моей комнаты, когда Тилия ещё спала, и выглядел, мягко говоря, помятым.

— Она у тебя? — спросил он, нервно теребя ремешок браслета своих наручных золотых часов. Я невольно засмотрелась на это чудное произведение ювелирного искусства, а в голове тут же промелькнула шальная мысль, что эта побрякушка стоит едва ли ни больше всего курса обучения в Астор-Холт.

— Если ты о Тилии, то да… Только она спит, потому что из-за своих переживаний уснула только под утро, а от любых сонных отваров категорически отказывалась, — ответила я, выходя из комнаты и прикрывая за собой дверь. — Но… ты здесь, а значит, поводов для переживаний у неё больше нет.

— Как я понимаю, ты в курсе произошедшего, — мрачным тоном произнёс Марк.

— Мне рассказала Тилия. И она знает о причинах, по которым тебя увели на допрос.

— И что же ей известно?! А главное, откуда? — судя по голосу, парень был явно недоволен такой осведомлённостью своей девушки.

— Знает. А откуда спросишь у неё сам. Но… если тебе интересно, Тилия не верит, что твои родственники действительно виновны. Она считает, их оклеветали и подставили, и очень переживает, что это может отразиться на тебе.

— Я очень рад, что она не поверила… — он как-то даже расслабился, и теперь вся его напускная невозмутимость перестала скрывать жуткую усталость от пережитой бессонной ночи.

— Знаешь… — выдала я, прекрасно видя, каких усилий ему стоит сейчас держаться. Ясно же, что подобное происшествие не пройдёт бесследно как для арестантов, так и для всей их семьи. — Если я могу чем-то помочь, обращайся. И сам не вздумай опускать руки.

На этой фразе он коротко кивнул, и развернувшись, медленно побрёл по библиотеке, где, несмотря на ранний час, уже собирались студенты. Странно было видеть этого обычно весёлого задорного парня таким грустным и потерянным. И пусть он, как и многие другие, относился ко мне крайне предвзято, но как подругу Тилии уважал. Марк никогда не грубил, всегда здоровался, пусть и делал при этом вид, что я должна всю жизнь его за это благодарить. Они с Тилией встречались уже пару месяцев и, по словам моей подруги, их отношения были довольно… нежными. Она любила Марка, да и он явно испытывал к ней тёплые чувства. Да и тот факт, что вернувшись с допроса, он сразу же отправился на её поиски, говорил о многом.

Марк не был моим другом, и я не думаю, что когда-нибудь смог бы им стать, но… мне было больно видеть его расстроенным. Наверно, по большей части подобное чувство связано с тем, что это огорчало Тилию.

Перед экзаменом я неожиданно для себя самой начала нервничать, хотя причин для волнения не было совершенно. Материал я знала прекрасно, во многом благодаря усилиям Тира, но даже если бы и провалила сдачу, меня бы уже никто не отчислил. Вот если бы не сдала ещё и физику — тогда да. Тогда бы экзамен по истории стал для меня решающим. Именно поэтому причины собственного волнения оказались мне совершенно не ясны.

Как и следовало ожидать, в аудиторию меня вызвали первой. И в этом не было ничего удивительного — многие преподаватели знали, что я претендую на звание лучшей студентки группы, поэтому и спрашивали с меня куда больше, чем с остальных. Хотя, сказать по правде, такое положение вещей меня полностью устраивало, пусть и приходилось теперь соответствовать.

Естественно, экзамен я сдала, что, кстати, ни капли не удивило ни группу, которая уже давно приписала мне звание «очкастого крысиного гения», ни преподавателя, который оказался наслышан о моём прорыве на физике.

Это был последний экзамен в семестре, и далее студентов ожидали каникулы, а меня… работа. Благо огромная библиотека академии всё равно круглосуточно оставалась в моём распоряжении, а то в тишине этих огромных залов можно было бы запросто тронуться умом.

Отметившись у куратора группы, и с радостью сообщив ему о том, что закрыла этот семестр с наилучшими результатами, я уж было собралась позволить себе расслабиться, уткнувшись в какой-нибудь весёлый роман, но… ничего не вышло.

— Трил! — окликнул меня голос ректора, когда я уже почти скрылась в спасительной тишине читального зала библиотеки. Пришлось разворачиваться и приветствовать мистера Беридора. Ну не могла же я игнорировать руководителя такой замечательной академии… Да и вообще.

— Добрый день, господин ректор, — проговорила, кивнув подошедшему мужчине.

— Хотел поздравить тебя с успешной сдачей всех экзаменов. Ты теперь у нас своеобразная знаменитость… особенно после того, как триумфально разбила планы преподавателя общей физики по твоему отчислению. Я горжусь тобой!

— Это величайшая похвала для меня, — я всеми силами пыталась скрыть свою до жути довольную улыбку, жаль не получилось. Ну и ладно. Пусть знает, что меня тоже несказанно радует такой успех в учёбе.

— Я сделал объявление в твоей группе, но тебя уже не было. Поэтому говорю сейчас. Сегодня нашу академию обещал посетить кто-то из семьи императора. Сам-то он вряд ли явиться, но вот кого-то из сыновей наверняка пришлёт, — проговорил ректор, медленно вышагивая по длинному коридору. — Это своеобразная традиция — приглашать студентов на императорский новогодний бал. И чтобы не отправлять приглашение каждому, как того требуют правила дворцового этикета, кто-то из императорской семьи озвучивает приглашение лично. Так что, Трил, сегодня в восемь будь добра появиться в большом зале главного корпуса, и в этот раз, не на балконе в нише, а вместе со своей группой.

От этих его слов, я даже умудрилась покраснеть. Странно, почему-то раньше мне казалось, что он и не заметил моего отсутствия среди студентов в первый учебный день.

— Почему-то, чаще всего на том балконе прячутся те, кто больше других заслуживает присутствия, именно поэтому я уже давно обзавёлся привычкой во время своих выступлений в главном зале, проверять, нет ли там случайных слушателей.

— Это ведь не преступление, — ответила, стараясь не смотреть ему в глаза. Всё ж, мне было стыдно за то, что тогда я так глупо струсила. Хотя, думаю, если б его самого нарядили таким пугалом, он бы поступил точно так же.

— Конечно, нет, — отозвался ректор с доброй улыбкой. — Но сегодня ты должна быть в зале. И если моей просьбы тебе не достаточно… считай, что это приказ. Ведь ты моя работница, а значит, обязана подчиниться.

— Я буду там, — напоминание про приказ и работницу мигом рассеяли то ощущение какого-то странного тепла, исходящего от ректора. Иногда он вёл себя так, как будто всеми фибрами души желал мне добра, но бывали и такие моменты, когда сам же действовал как жёсткий и принципиальный работодатель. Наверно, именно это называют методом «кнута и пряника».

— До встречи, Трил, — проговорил он официальным тоном, и тут же двинулся в обратном направлении, а я так и осталась стоять посреди широкого коридора напротив картины с изображением кого-то из императоров династии Астор. И одного воспоминания о том, что вечером мне предстоит встретиться с кем-то из правящей семьи, хватило, чтобы вернуть обратно, успокоившееся было волнение.

Я сама не могла объяснить себе причины столь сильного натяжения собственных нервов. Вроде, наоборот, должна радоваться! Но мне почему-то было страшно.

Естественно ничего прочитать у меня так и не получилось. Все мои мысли витали сейчас исключительно вокруг предстоящего вечера, и совершенно не желали погружаться в суть повествования романа. В итоге, я решила пока есть время, попытаться разобрать руины огромного шкафа бывшего библиотекаря.

Чего я там только ни откопала. И старинные фолианты, и какие-то непонятные приспособления, несколько выцветших рукописей. В итоге к семи вечера мне удалось разобрать только малую часть этого кошмара. И, наверно, я бы продолжила заниматься этим делом, если бы случайно не выудила из-под низа какую-то доску, замотанную большой грязной тряпкой.

Первой мыслью было, бросить всё назад и забыть, но врождённое любопытство уже дало рукам сигнал освободить находку от своеобразного чехла. И велико же оказалось моё удивление, когда под слоем ткани обнаружилась небольшая картина в тонкой серебристой рамке. На ней были изображены парень и девушка. Оба светловолосые и синеглазые, чем-то неуловимо похожие.

В тот же момент замотала картину обратно, натянула на нос свои устрашающего вида очки и понеслась к единственному человеку в академии, способному по достоинству оценить сие творение.

С первого дня нашего знакомства я умудрилась проникнуться к мисс Ассирии большой симпатией, и, как ни странно, доверием. Мне нравилось проводить время в её компании, нравился вкус её травяного чая и пирогов, которыми она всегда угощала своих гостей, но ещё больше я любила её рассказы. Она знала множество историй, зачастую связанных с живописью, театром или скульптурами. И это не удивительно для декана факультета искусств. К ней в комнату я давно привыкла вламываться без стука и приглашения, и если поначалу Ассирия пыталась возражать, то вскоре смирилась, и как-то сказала, что ей даже нравится моя наивная наглость.

Мисс Ассирия, как и я, жила на территории главного корпуса, но её комнаты располагались на самом верху, в мансардном этаже. Поэтому даже не пришлось тащиться во второе здание, а всего лишь подняться на несколько лестничных пролётов и вуаля! Ведомая ярым желанием показать ей свою находку, я резко распахнула дверь её апартаментов, и по привычке прикрыв её ногой, прокричала:

— Мисс Ассирия, это Трил! У меня сюрприз! — в первом зале хозяйки не нашлось, но я знала, что она дома. В противном случае мне бы точно не удалось попасть внутрь. — Простите, что вламываюсь, но мне срочно нужно вам кое-что показать!

Выкрикивая эти фразы, я медленно передвигалась по комнатам апартаментов, надеясь всё-таки обнаружить их хозяйку, и распахнув очередную дверь, замерла на месте…

Ассирия оказалась не одна. За небольшим круглым столиком в своей малой гостиной она сидела в компании молодого человека. Вот он-то и поразил меня просто до глубины души. Если честно, ещё никогда мне не приходилось видеть таких красивых людей. Он как будто был ненастоящим — таких просто не могло существовать в природе.

Его короткие тёмные волосы были слегка взъерошены, отчего создавалось впечатление, что он сам их периодически лохматит. Черты лица показались мне идеальными, а глаза… я даже забыла, как дышать, когда столкнулась с их удивлённым взглядом. Они были голубыми… Нет, не просто голубыми, а цвета летнего неба. Такими яркими и мягкими одновременно, что в них хотелось смотреть бесконечно.

— Трил! — укоризненный тон хозяйки апартаментов быстро вернул меня с небес на землю. Судя по всему, на этот раз моё вторжение её жутко разозлило.

— Простите, мисс Ассирия, уже ухожу! — выпалила, стремительно разворачиваясь к двери, да только и шагу ступить не успела, как снова услышала её голос.

— Подожди, — проговорила она мне вслед. — Что-то случилось? Почему без предупреждения? А хотя, кого я спрашиваю?!

— Извините ещё раз. Мне очень стыдно перед вами и… вашим гостем. Но… — под её грозным взглядом говорить было сложно. Нужные слова как назло терялись, и никак не желали складываться в предложения. Поэтому, мне в голову не пришло ничего иного, как просто показать ей картину. И быстро скинув со своей находки слой ткани, развернула её к Ассирии. — Нашла среди хлама в шкафу и решила, что вас она может заинтересовать. Я оставлю её здесь… ладно? А сама пойду.

— Трил, — проговорил вдруг незнакомец, и его голос показался мне очень красивым. Таким мужественным и вместе с тем мягким. От того, как он произнёс моё имя, я даже слегка вздрогнула. — Вы здесь учитесь?

— Да, — отозвалась я, не понимая ни смысла вопроса, ни для чего он задан.

— Тогда, ответьте, в какой такой комнате есть шкаф с так называемым «хламом», среди которого можно найти подобные шедевры?

Наверно глупо, но я совершенно не заметила подвоха в этом вопросе, и даже то, что тон говорившего не был дружелюбным или доброжелательным. Может быть, любой другой человек явно услышал бы в нём угрозу. Но я никогда не считала себя нормальным человеком. И вообще. Этот красавец выглядел довольно молодо, и я не посчитала нужным испытывать от его слов благоговейный трепет. Ясное дело, что он аристократ. И взгляд, и тон, и манера держаться говорили об этом. Да только в Астор-Холт и учились одни лишь аристократы, и я давно взяла себе за привычку обращаться на «ты» ко всем, кого считала примерно равными по возрасту. Вот Тир, к примеру, совершенно не возражал, хотя остальные студенты ему неизменно «выкали». Да и вообще, очарование от первого момента встречи благодаря его надменному тону кануло в небытие, и теперь я видела перед собой просто очередного заносчивого аристократика с прогрессирующей формой мании величия. А таких ребят я очень не любила.

— Понимаешь, я тут немного подрабатываю, и в мои обязанности входит уборка помещений. Кстати, живу я тоже не со студентами, а в коморке старого библиотекаря, и вот там, есть один очаровательный шкаф, до верху набитый старой рухлядью, — моё первоначальное стеснение как рукой сняло, и набравшись наглости, я взяла у стенки стул, и уселась между собеседниками за круглым столом. А здесь уже обнаружились мои любимые пироги с клубникой, и я вообще забыла, что ещё пару минут назад хотела уйти. Пленённая видом вкусностей не сразу заметила, как при моих словах округлились глаза брюнетика, и с лица Ассирии в один момент исчезли все краски. — А чего, кстати, в этой картине такого особенного?! — спросила, пережёвывая лакомство.

— Ничего, — холодно ответил парень, — за исключением того, что на ней изображены Виторис и Элира Астор.

— Очередные представители бывшего правящего клана?! Ясно, — эта информация была для меня совершенно не интересна. — Тогда, может, их лучше повесить в галерее?! Там, по-моему, собраны изображения чуть ли ни всех Асторов, когда-либо живущих. Вот смотрю на них и поражаюсь… Вроде родственники, а все такие разные. Эти, — я кивнула в сторону картины, — хотя бы похожи. А вообще… — и тут я вспомнила. — Это же дети последнего императора! Я права?! Точно!

Собственная догадка заставила меня посмотреть на изображённых парня и девушку совсем другими глазами. А ведь они оба были очень красивы… Кронпринцу здесь явно нет и двадцати, а принцесса ещё младше.

— Трил, ты сведёшь меня в могилу, — севшим голосом прошептала Ассирия.

— Нет, если вы перестанете пытаться меня воспитать. Кстати, можно мне вашего чаю, а то пить очень хочется.

Судя по всему, Ассирия собиралась что-то ответить, но гость её опередил.

— Да, ты угадала. Это именно они. И, к твоему сведению, в мире почти не осталось картин с их изображениями. И этот экземпляр очень ценен.

— Вот видите, — выпалила я, поворачиваясь к неестественно бледной женщине. — Это важно, значит, я ворвалась по уважительной причине, и меня стоит простить. Мисс Ассирия, вам нехорошо?! Голова ни кружится?! Может давление?!

— Нет, Трил… всё нормально, — ответила она, устало откидываясь на спинку стула. — Не беспокойся.

— Ну, тогда ладно, — проговорила я и снова повернулась к парню. — А ты хорошо разбираешься в искусстве. Наверно ученик мисс Ассирии?! Кстати, если есть желание и время, могу показать свой чудо шкаф с кучей раритетов. Может, ещё чего ценного удастся найти. И вообще, уже почти восемь, а мне бежать пора, — с этими словами быстро встала, схватила ещё один кусочек пирога, и тут же метнулась к двери. И только у самого выхода решила всё-таки вспомнить хоть какие-то манеры и, присев в корявом книксене, и выпалила учтивым тоном: — Прошу простить меня за столь сумбурный визит. Надеюсь, моё общество не смогло нанести существенный урон вашей беседе. Благодарю за вкуснейшие угощения и проявленную благосклонность к моей просьбе. И… разрешите откланяться.

— Трил, — Ассирия чуть ли ни плакала при моём монологе, а сидящий напротив парень, наоборот, почти хохотал. Я видела, что ему стоит больших усилий продолжать изображать из себя серьёзность и властность.

— Если ты направляешься в главный зал, то подожди меня, — проговорил он, вставая из-за стола. Естественно, я остановилась, а гость Ассирии грациозно поднялся, поблагодарил всё такую же бледную хозяйку за столь тёплый приём и направился ко мне. Он оказался выше почти на голову, хотя сама на рост никогда не жаловалась. А ещё стоять рядом с ним было как-то не по себе. Чему лично я не находила никакого объяснения.

В коридор мы вышли молча, и судя по серьёзному выражению его лица, мой попутчик заводить разговор не собирался.

— Слушай, а что с Ассирией. Может вызвать к ней кого-то из лекарей? — спросила я. Меня её слишком бледный вид серьёзно озадачил.

— Не стоит, — ответил он со снисходительной улыбкой. — Она просто испугалась. Но это пройдёт.

— Знаешь, мы с ней знакомы несколько месяцев, и я ни разу не замечала, чтобы она чего-то боялась. Мисс Ассирия иногда кажется мне железной леди. Если честно, я впервые вижу её такой.

— А она за тебя испугалась, — всё так же ровно отозвался парень.

— За меня?! Вот уж не думала, что в этой жизни за меня может хоть кто-то переживать! — от этой его фразы стало даже смешно. — Поверь, на меня уж точно всем наплевать. Я всего лишь я… и во мне кроме дара нет больше ничего ценного. И почему она должна была за меня испугаться?! Может на той картине, что я принесла какое-то проклятие?!

— Нет, Трил, всё куда проще и банальнее, — улыбка парня стала озлобленно-хищной. — Ассирия в курсе, что я не переношу выскочек и терпеть не могу любые проявления наглости по отношению к своей персоне. Но… ты явно этого не знаешь.

— Не знаю, и знать не хочу, — отмахнулась я, пытаясь понять, что же его так разозлило. Неужели этот красавчик думал, что я упаду на колени и тут же начну целовать его ноги?! Хотя, судя по выражению его лица, чего-то подобного он как раз таки и ожидал. — А если честно, мне всё равно. Я вижу-то тебя в первый раз и, возможно, в последний. И при этом, ты ставишь себя очень высоко, но… боюсь тебя огорчить. Я не та, кто пресмыкается. Это не по мне. Да и вообще, посмотри на себя… и на меня, из нас двоих ты по всем параметрам в неизменном выигрыше.

— Вот скажи, — он остановился, и, повернувшись лицом, схватил меня за руку выше локтя. — Ты же меня совсем не знаешь. Не имеешь ни малейшего понятия кто я, и чем могу тебе угрожать… Почему ведёшь себя так?

— Как?! На равных?! — возмутилась я, раздражённо вглядываясь в его глаза. В этот момент мне дико захотелось стянуть с себя эти дурацкие очки, чтобы игра в гляделки проходила без препятствий. — Прости, если чем-то ущемила твоё самолюбие, но… Представь, я — девочка без рода и племени учусь здесь, в Астор-Холт, где имеют право находиться только аристократы. И каждый из них выше меня и по статусу и по самолюбию. И скажи мне, что будет, если я стану приклоняться перед каждым студентом?! Что останется от меня?! А тебя и вовсе вижу впервые… Может ты незнакомый мне аспирант, может, выпускник. Возможна уйма вариантов. Ты же не представился… Хотя ваш хвалёный этикет этого требует. Я вот до сих пор твоего имени не знаю. И отношусь к тебе именно так, как ты того заслуживаешь.

При моей последней фразе его голубые глаза резко потемнели, а хватка на моей руке стала твёрже. Думаю, теперь там обязательно останется большой синяк.

— Наш хвалёный этикет запрещает девушкам заводить разговоры с не представленными ей мужчинами, так же он запрещает вламываться в чужие владения без приглашения, и обращаться на «ты», к тому, кто этого не разрешал, — почти прорычал он мне в лицо.

— Ох, простите моё невежество, в следующий раз непременно буду кланяться вам в ноги! — противным гнусавым голоском наигранно протараторила я. — И знаешь, дорогой незнакомец, со мной мало кто в жизни разговаривал уважительно, но ты по степени наглости переплюнул всех.

С этими словами я вырвала из его хватки свою руку и гордо прошагала по коридору. И даже ошарашенный вид застывшего бледного ректора не произвёл на меня никакого впечатления. Собственная злость и обида просто зашкаливали. Этот тип умудрился вывести меня из себя всего за пару минут. Да кто он вообще такой?!

Вот в таком настроении я и влетела в главный зал. Большие часы показывали без одной минуты восемь, и вся моя группа в полном составе под предводительством куратора, мистера Силиса, уже занимала место у правой стены.

— Ты чуть ни опоздала! — воскликнула Тилия, стоило мне подойти. — Сейчас всё начнётся.

— Хочешь, честно? Мне плевать на то, что тут происходит, и уж поверь, нет абсолютно ни какого настроения слушать этот заунывный официальный бред, — прорычала я сквозь зубы, чем изрядно удивила свою подругу.

— Трил, ты в порядке? Я тебе никогда такой злой не видела. Кто-то обидел?! — вкрадчивым тоном спросила Тилия.

— Ага, один самодовольный гусь! — буркнула, инстинктивно поворачиваясь ко входу в зал. И, к моему собственному удивлению именно в этот момент в дверях появился недавний наглый попутчик, да ещё и в компании с ректором. Они мило переговаривались, и мне даже показалось, что наш прекрасный руководитель как-то странно напряжён. Да и при появлении этих двоих голоса в зале стали стремительно затихать.

— Как?! — удивилась Тилия. — Ты же всегда отвечаешь, если тебя пытаются зацепить. Трил, да кто вообще додумался к тебе цепляться?! Ты ещё в первый месяц показала, что молчать не собираешься, перевернув на голову Стассетра ведро с грязной водой. Да ещё и сделала это с видом королевы.

— Стассетра я знала, как минимум неделю, и не раз до того предупреждала, что никому не позволю над собой издеваться. А этот… — меня снова начало трясти от раздражения. — Он непробиваемый идиот!

— Кто он вообще такой?! — снова спросила Тилия.

— Понятия не имею. Вон, рядом с ректором идёт, — ляпнула я, снова повернувшись в их сторону. — Наверно, какой-то его родственник, раз считает, что все должны перед ним преклоняться.

К моему удивлению, Тилия ничего не ответила, а наоборот, приняла вид мраморного памятника. Тем временем, в зале становилось всё тише и тише… И было в этой тишине что-то такое, чего я никак не могла объяснить. Чем-то это молчание напоминало затишье перед жуткой бурей.

— Хочешь сказать… — вкрадчиво и очень тихо начала Тили, — что тебя умудрился вывести из себя тот брюнет, что сейчас подходит к кафедре? Трил, отвечай?!

— Да, именно он. И чего в нём такого пугающего?! Индюк он самодовольный, и всё тут! И мне плевать, что при его виде на всех почему-то нападает приступ экстренной бледности. Ты его знаешь?

— Лично не знакома. Надеюсь, ты ему ничего не наговорила? — она оборвала себя на половине фразы, ещё сильнее побледнев.

— Нет. Мы просто разошлись во мнениях по одному важному для меня вопросу. А он в грубой форме попытался поставить меня на место. Я отказалась… на том разошлись.

Выслушав мою тираду, Тилия издала какой-то то ли громкий вздох, то ли стон, а потом тихо ответила:

— Трил, это Дерилан Аркелир.

— И что?! Мне это имя вообще не о чём не говорит.

Но измученная за время сессии память тонко намекала, что знает, кто это. Знает… И тут я вспомнила.

Это неожиданное открытие заставило меня побледнеть едва ли ни сильнее всех в этом зале, потому что я умудрилась нарваться ни на кого-то там, а на младшего принца империи, которого по праву считали самым жестоким и безжалостным человеком во всей стране.

Я вновь повернулась в сторону кафедры, и тут же напоролась на холодный взгляд голубых глаз, что совсем недавно казались мне самыми прекрасными в мире. Теперь же в них царили вечные льды, и сквозила явная угроза. А его улыбка как будто говорила, что мы ещё встретимся, и я обязательно заплачу ему за своё неуважительное поведение.

— Приветствую вас, студенты Астор-Холт, — начал он, а у меня от этого голоса по спине побежали леденящие мурашки. — До сегодняшнего дня я опрометчиво полагал, что в нашей империи меня знают все представители аристократии, и не считал нужным представляться перед выступлением в академии. Но, как оказалось, даже здесь, несмотря на жёсткий отбор и очень чёткие условия приёма есть те, кто не имеет ни титулов, ни соответствующего воспитания.

Он говорил, а я всеми силами боролась с безумным желанием куда-нибудь испариться. Взгляд предпочла упереть в пол, потому что прекрасно знала, стоит мне его поднять, он тут же встретиться с надменными глазами этого… принца.

Зал молчал. Не было слышно ни единого шороха. Все замерли, как будто их ожидало не официальное приглашение на бал, а, как минимум, приговор о смертной казни.

— И по стечению обстоятельств, сегодня мне посчастливилось повстречать в стенах академии именно такую студентку. Которая даже не попыталась проявить хоть толику уважения к представителю императорской семьи, — в его голосе медленно стали появляться нотки раздражения. — И, как она сама мне сообщила — эта девушка не имеет ни малейшего понятия, кто я… и почему она должна обращаться ко мне на «вы»… И уж поверьте… ни во что меня не ставит. Правда? Трил?!

Вот теперь в мою сторону повернулись все присутствующие, а внутри начала снова закипать злость. Я подняла глаза… Он смотрел на меня не отвлекаясь. Возникло дикое желание высказать этому индюку всё, что я о нём думаю, потому что в голове уже промелькнула догадка, что он сейчас потребует. Ведь такой как он обязательно захочет унизить меня перед всеми… особенно после моих слов. А значит, с минуты на минуту прозвучит приказ о публичном извинении. Или ещё что похуже… Даже представить страшно.

В зале снова повисла тишина, и мне даже показалось, что ещё чуть-чуть и она станет густой, как туман.

— Ваше высочество, — начала я, всё так же упрямо глядя в его глаза. — Я прошу прощения за те слова, что могли Вас как-то зацепить. Мне искренне жаль, что я позволила себе открыто высказать при Вас своё мнение, которое вы, к сожалению, не разделяете. Я совсем недавно в столице, и поэтому не имела возможности знать вас в лицо. Уж поверьте, теперь я вас точно запомню.

— Трил, — его губы растянулись в хищной улыбке. — А ты дипломат… Извинения приняты, но мы ещё поговорим.

Только теперь он соизволил отвернуться, холодно извинился перед студентами за небольшое отступление от темы, и озвучил, наконец, то зачем пришёл. Как и предполагалось, все мы были приглашены на новогодний императорский бал, который должен был состояться через неделю. И я уж было подумала, что на этом его речь закончится, но не угадала.

— Как вы знаете, лучшие ученики академии по традиции будут представлены Его Императорскому Величеству. И, что касается некоторых… лучших учениц, — он снова посмотрел на меня, но теперь в его глазах была скорее усмешка, чем угроза. — Таких, как моя новая знакомая… Прошу господина ректора, лично проследить за её обучением этикету. Потому что, в отличие от терпеливого меня… отец с таким поведением церемониться не станет.

Ох, кто бы знал, как в этот момент мне хотелось его ударить. Смести с его красивого лица эту хитрую усмешку, но главное, я искренне желала больше никогда его не встречать. Хотя что-то в самой глубине души подсказывало, что встретиться нам придётся, и ещё не раз.

Как только голос ректора сообщил, что мы можем быть свободны, я тут же ринулась к выходу в надежде затаиться в каком-нибудь тихом углу пока этот индюк ни уедет. Но… то ли звёзды сегодня расположились как-то не так, то ли моё хроническое невезение снова решило обостриться, да только уже у самой двери меня догнал голос ректора. И судя по его тону, мне теперь грозит как минимум меленное и очень болезненное умерщвление.

— Мисс Сиерлен, — прозвучало под сводами зала, и мне показалось, что от этого возгласа вздрогнула не только я, но и большая часть присутствующих студентов. Пришлось быстро взять себя в руки и обернуться к ректору. — Через пять минут жду вас в своём кабинете. И только попробуйте не прийти.

Стало страшно. Вообще, каким бы строгим и суровым ни казался наш ректор, мне ещё ни разу не приходилось видеть его таким… злым. И это открытие совершенно не радовало.

Всё что я смогла сделать в этом состоянии дикого оцепенения, это коротко кивнуть, и стремительно покинуть зал.

Уже на лестнице меня догнала Тилия.

— Что делать?! — выпалила я срывающимся голосом. — Они же сейчас меня просто прикончат! Особенно ректор…

— За тебя отвечает твой куратор, — спокойно ответила моя подруга. Так что лучшее, что ты можешь, это как можно быстрее найти Тира и спрятаться за его широкую спину.

— Даже не знаю, что хуже… Гнев Тира или ректора с принцем? — дилемма была почти равной. И пусть за последние несколько дней мы с Тиром и стали общаться куда ближе, но… я до сих пор прекрасно помнила его злость… его крик… и его взгляд, от которого хотелось спрятаться как можно дальше. И мне совершенно не хотелось пережить это ещё раз. — К тому же он отбыл по делам академии ещё вчера утром. Так что за свои проступки мне придётся отдуваться одной.

— Тогда лучше молчи, — попыталась вразумить меня подруга. — Ректор зол, а Дерилан вроде как уже успокоился. Так что, постарайся вести себя тихо.

Легко сказать… но трудно сделать. Ведь чего я никогда не умела, так это молчать. Да и спокойно принимать обвинения, с которыми не согласна. И вообще, будь он хоть самим императором, мне плевать! От своих принципов отступать не стану!

Вот с таким настроем я и приблизилась к знакомой двери кабинета ректора. И, судя по тому, что она распахнулась прямо перед моим носом, меня здесь точно ждали.

— Явилась! — воскликнул мистер Беридор.

— Да, господин ректор… как видите, — ровным тоном ответила я.

Хозяин кабинета как обычно занимал своё массивное шикарное кресло за большим деревянным столом, а его гость восседал на диване, и казалось, что его происходящее в кабинете совершенно не касается.

Я остановилась на ковре посреди комнаты и уже стала мысленно готовиться к выслушиванию обвинительной тирады, но… тут заговорил брюнет.

— Трил… — от его вкрадчивого тона по спине снова пробежало стадо мурашек. — Мне бы хотелось поговорить с тобой наедине. Вы же не будете против, господин ректор?!

Вместо ответа руководитель Астор-Холт молча встал и вышел, плотно прикрыв за собой дверь. А мне оставалось лишь ошарашено моргать, наблюдая за происходящим. Я, конечно, ожидала чего угодно, но подобное слепое повиновение мистера Беридора какому-то… казалось мне слишком неправильным. Ведь, насколько знала, ректор подчиняется напрямую императору, а тут такое…

— Что тебя так удивляет?! — спросил вдруг принц, судя по всему, правильно расценив причину моего оцепенения. — Власть, Трил, это такая штука… которая иногда бывает чрезвычайно приятной. Но… мне очень интересно, стала бы выполнять мои приказы ты?

Он поднялся со своего места и медленно прошёл к окну. Во всех его движениях сквозила какая-то хищная грация, которая одновременно и притягивала и дико пугала. Я же так и продолжала стоять посреди кабинета, искренне надеясь, что ему не придёт в голову сейчас же проверять степень моего повиновения.

Он молчал, а мои нервы медленно натягивались, и казалось, что они вот-вот начнут лопаться, как перетянутые гитарные струны.

— Знаешь, какое наказание следует за неуважительное отношение к членам императорской семьи?! — спросил он, вдруг снова повернувшись ко мне лицом.

— К счастью, нет, — ответила я, снова встречаясь с ним взглядом.

— Всё зависит от степени личного оскорбления… — продолжил принц. — Некоторых казнят, кое-кого лишают титулов и земель, но чаще всего за такой проступок отправляют в тюрьму… ненадолго. На несколько недель, иногда месяцев. Чтобы было время подумать над своим поведением.

— И что же грозит мне? — этот вопрос сорвался сам собой, раньше, чем я сообразила, с кем всё-таки разговариваю.

— Я пока не решил, — честно ответил он. — Хотя, всё будет зависеть только от тебя.

— Вы приняли мои извинения. Причём, публичные.

— Ты считаешь, этого достаточно?! — на его губах снова появилась усмешка. Только теперь она почему-то перестала меня пугать.

— Думаю, да.

— А мне кажется, что нет… И знаешь почему? — он подошёл ближе и замер в паре шагов от меня. — Тебе до сих пор плевать, кто я.

А в этом была изрядная доля правды. Не скажу, что его титул для меня не имел совсем уж никакого значения, но, даже зная, что передо мной принц, желания приклоняться и исполнять любое его желание как-то не появилось.

— И что же мне с тобой делать?! — проговорил он, протягивая руку к моему лицу. Я замерла, ожидая как минимум удара, но… Его Высочество просто стянул с меня очки, а после довольно внимательно осмотрел моё лицо, как будто знал, что за этими мутными стёклами его ждёт очень даже симпатичная мордашка. — Даже знать не хочу, почему ты их носишь. Хотя… Ясно, что таким образом пытаешься скрыть внешность. Да только есть люди, для которых и столь качественная и сильная иллюзия не является препятствием.

Нервы натянулись до предела, и готовы были рвануть в любую секунду, но этому гаду, видимо, искренне нравилось надо мной издеваться.

— Многие готовы отдать всё что имеют, ради того чтобы быть хоть чуточку красивее… А ты, имея столь яркую внешность, прячешь её за этим убожеством, — он усмехнулся, переводя свой внимательный холодный взгляд с меня на мутные стёкла в корявой оправе.

А дальше произошло то, что буквально добило моё самообладание, сработав, как спусковой крючок…

Повертев мои очки в руках, Его Высочество принц Дерилан Аркелир, подошёл к зеркалу и нацепил их на себя. И тут я не выдержала…

Наверно, мой дикий смех слышала вся академия, потому что сдерживаться я просто не могла. Но в этих очках он выглядел таким забавным… и совершенно не злым. Даже не думала, что превратить в пугало такого красавца как он можно всего лишь одними очками, пусть и не совсем обычными.

Ох… как же он меня рассмешил. И пусть где-то в глубине души промелькивало понимание, что за это меня теперь уже точно казнят, но не смеяться я не могла. Да только, к моему удивлению, его это ни капли не огорчало. Скажу даже больше, Дерилан смеялся чуть ли ни громче меня, причём смех его явно был искренним.

Не выдержав, я присела в кресло у стола, и попыталась успокоиться. Из глаз уже текли слёзы… но пока наш грозный принц не стянул с себя мои окуляры, бороться со смехом было просто бессмысленно.

— Ну вот, Ваше Высочество, заставили меня плакать, — проговорила, размазывая по щекам мокрые дорожки. — Разве так можно?! И вообще, верните мне мой камуфляж, и пожалуйста, не надевайте их больше, иначе я просто взорвусь от смеха.

— Трил, ты неисправима! — проговорила он, усаживаясь напротив и протягивая мне очки. В тот же момент, его взгляд снова стал холодным и отстранённым, как будто наш принц вдруг вспомнил, зачем, собственно, мы здесь сидим. Эта перемена заставила меня мысленно собраться, и снова посмотреть в его глаза.

— Уже придумали, как накажите? — тихо спросила я.

— Да, — ровным тоном ответил он. — Но… я дам тебе выбор.

— Что именно вы имеете в виду?

— Могу предложить два варианта: либо полгода в застенках городской тюрьмы…

— Ох… — вот и допрыгалась, козочка. Вот и наступил момент оплаты по счетам. Ну, кто тянул меня за язык?!

— Либо… сейчас мы с тобой делаем вид, что ничего не случилось, но… в тот момент, когда мне это понадобится, ты безоговорочно выполнишь любой мой приказ. Это может случиться не сегодня, и даже не в этом году, но, можешь поверить, таких должников я не забываю.

— Это выбор без выбора, — проговорила, нервно теребя в руках очки. — Я не могу пропускать занятия… полгода тюрьмы… для меня непозволительная роскошь. Не знаю, зачем я вам понадобилась, но… мне придётся согласиться на второй вариант.

— Замечательно, — холодным тоном произнёс он. — А теперь можешь идти, и ни один человек не должен узнать о том, что здесь происходило. С первого по последнее слова нашей беседы. Это ясно?!

— Да, — кивнула я, и поднявшись с места, поспешила покинуть кабинет ректора. Всё-таки, мне лишь чудом удалось избежать заточения за решеткой, хотя, что-то подсказывает, что я ещё не раз пожалею о своём решении. Дерилан не тот человек, который позволит себе забыть об этом инциденте, и если я пока осталась на свободе, значит, в его голове уже есть как минимум дюжина вариантов того, как использовать меня в своих целях.


Глава 7. Другая сторона знакомой маски

Стоит ли говорить, что с того памятного дня в академии я стала настоящей звездой сплетен. Никогда не думала, что этому сборищу молодого поколения аристократии империи будет так интересно перемывать косточки чучелу вроде меня. В рейтинге самых обсуждаемых тем, моя персона даже умудрилась перещеголять тему предстоящего бала. Ещё бы… ведь, как оказалось, господа студенты никак не ожидали увидеть меня живой. И пока в следующие два дня я упорно отсиживалась в своей коморке, по академии пронёсся слух, что меня уже арестовали и казнили.

И если поначалу всё это даже немного веселило, то довольно скоро начало жутко раздражать. А как был шокирован Тир, когда после его возвращения, студенты одной из групп у которой он должен был принимать экзамен, первым делом решили выразить ему свои соболезнования, в связи с безвременной кончиной его подопечной.

Не знаю, что именно они успели ему наговорить, но когда он вломился в мою комнату, у его лица было такое выражение, при виде которого мне искренне захотелось зарыться на самое дно шкафа с раритетным хламом и пролежать там минимум лет сто.

— Тир… — отчего-то именно в этот момент мой собственный язык вдруг забыл, как говорить, а мозг решил взять временную передышку.

— Живая, — только и сказал мой куратор, захлопывая дверь, и буквально рухнул на мой старенький диванчик у стены. — А мне сказали, что тебя казнили.

— Да тут вообще в последние два дня много чего говорят. И поверь, казнь, это самый безобидный слух, — ответила, глядя на него снизу вверх, так как сама торжественно восседала прямо на полу. Ведь до его прихода, я снова попыталась предпринять попытку разобраться с хламом в шкафу, да только опять безуспешно. Просто достав оттуда небольшую книгу по древней символике, так увлеклась её изучением, что совершенно забыла об уборке. Так и осталась сидеть на коврике, разглядывая картинки и их значения.

— Но ведь сплетни на пустом месте не появляются, — хитрым тоном добавил мой куратор. И лучше расскажи сама, что ты на сей раз выкинула, потому что пока я добрался до твоей комнаты, услышал как минимум три разных истории. И одна страшнее другой.

— Расскажу, только если пообещаешь на меня не кричать, — постаралась выдвинуть своё главное условие. Всё-таки крик Тира, слишком уж меня пугал.

— Ладно, — согласился он, но стоило на моём лице появиться довольной улыбке, тут же добавил. — Я просто тебе придушу… тихо, без лишних слов.

— Это жестоко! Хотя… знаешь, правда, намного скучнее всех этих сплетен. Ведь на самом деле, меня просто угораздило вломиться к Ассирии, именно тогда, когда у неё был гость. Вот и всё…

— И что это был за гость? — продолжал интересоваться Тир.

— Ну… на первый взгляд парень как парень, хоть и до жути красивый. Знаешь, я впервые теряла дар речи от чужой внешности. Да только при дальнейшем общении оказалось, что он просто упёртый напыщенный гусь! Причём с тяжёлой формой мании величия. Взбесил меня буквально за пару минут, а потом ещё воспитывать пытался!

— И кем же оказался этот…хм… гусь?! — поинтересовался Тир, уже предвкушая развязку истории.

— Дерилан Аркелир.

Тир молчал, видимо информация оказалась для него слишком шокирующей. А может его поразило, что всё это я рассказываю с таким равнодушным выражением лица.

— Представляешь, половина академии меня уже благополучно похоронила… и теперь, каждый вечер, ровно в десять, я становлюсь привидением и иду пугать народ. Знаешь… они так меня бояться, — тут я не выдержала и рассмеялась.

— А ты в курсе, что слухи просто так не появляются. И раньше этот твой Гусь никому не спускал подобных выходок. Просто вызывал на поединок, и там же наказывал обидчика. А если дело касалось девушки… С ними младший принц поступал иначе. Попросту отправлял на несколько дней в общую камеру городской тюрьмы. И это только за неуважительное, по его мнению, отношение. А ты, судя по всему, умудрилась вывести его из себя.

— Смотри, — я закатала правый рукав, демонстрируя Тиру огромный сине-фиолетовый синяк, оставшийся от хватки этого изверга. — Вот после этого, я не сдержалась. Прости, Тир, но к грубой физической силе у меня давно крайне негативное отношение. А он… кем бы он ни был, этот человек позволил себе куда больше, чем я смогла принять. Я не сказала ему ничего грубого… всё строго в рамках. И, как видишь, жива и здорова.

— Ох, Трил… ты совершенно не понимаешь, с кем связалась.

— Понимаю… теперь уже, после всех этих слухов, после того, как мне подробно и популярно объяснили, кто такой Дерилан… я прекрасно понимаю, куда вляпалась. Но сейчас уже слишком поздно что-то исправлять. И знаешь… пусть многие и думают, что он чудовище. Но поверь мне, даже у этого чудовища есть душа.

Вот теперь Тир оказался не просто удивлён, а по-настоящему шокирован, видимо он никак не ожидал от меня таких слов. Особенно после всей той грязи, творимой Дериланом, о которой мне поведали Тилия и Марк.

Больше мой куратор не сказал ничего, только мельком взглянул на часы и тут же вышел, а я снова погрузилась в изучении книги, не придав никакого значения его молчаливому уходу.

Хотя, в последние дни это стало моей своеобразной защитой — просто не замечать странное отношение других. Почему-то всем вдруг стала крайне небезразлична и я, и моя жизнь. А всего-то стоило попасться на пути самого деспотичного и жестокого из всех известных истории принцев империи. И теперь, некоторые меня жалели, некоторые обходили стороной, а кое-кто даже считал безвременно казнённой. Хотя, были и те, кто почему-то начал считать меня особенной, и если уж сам Великий и Могучий Дерилан оставил меня в живых, значит во мне действительно есть что-то интересное.

Время до предстоящего бала пролетело так быстро, что я и не заметила. Вроде бы, только был последний экзамен, а уже прошла целая неделя. Кстати, даже большинство девушек академии так увлеклись обсуждением моей неприглядной персоны, что сами чуть ни проворонили столь важное событие, как торжественный приём в императорском дворце. И тут же в экстренном режиме начали подбирать наряды, продумывать причёски, искать украшения… К счастью, мой наряд был давно готов, и отличался от остального гардероба «серой мыши» лишь белой рубашкой под обычным серым сарафаном в пол. А в остальном… всё та же коса, те же очки… и та же я, которая больше всего желала не нарваться во дворце на своего недавнего знакомого. Всё ж после всего, что я о нём узнала, мне совершенно не хотелось хоть когда-то ещё встать на его пути.

Вечером, накануне праздника, ко мне по старой привычке заглянула Тилия. Да только сегодня она пришла с Марком, чего до этого никогда не случалось. Да и он сам раньше никогда не изъявлял желание, оказывать моей холупке честь своим визитом. Хотя, после происшествия с принцем, Марк явно стал относиться ко мне по-другому. Как будто увидел родственную душу или товарища по несчастью… Ещё бы, ведь его родственников так и не выпустили.

Изображая радушную хозяйку, я напоила ребят травяным чаем, благо пирог они принесли с собой. Не о чём особенном в этот вечер речи не заводилось. Тилия всё шутила, рассказывая о курьёзах, что обычно случались на официальных приёмах, на которых ей посчастливилось бывать, мы с Марком искренне смеялись над её историями, да и сам парень периодически вспоминал что-то из своих прошлых балов. Я же могла только слушать, ведь раньше о подобных мероприятиях даже мечтать себе не позволяла. Кто ж знал, что всего за каких-то несколько месяцев, для меня — простой горничной графского дома — жизнь повернётся вот таким вот боком.

Если честно, я была рада, что ребята решили провести этот вечер в моей компании, ведь кроме них скрасить моё одиночество оказалось, увы, не кому. Тир по неизвестным мне причинам снова исчез из академии, да и мисс Ассирия предпочла на время каникул отправиться в своё имение в северных землях империи. И пусть всё это было логично и даже правильно, но меня всё равно не отпускало ощущение, что они оба попросту стараются меня избегать. Наверно, именно так и открываются настоящие друзья. Когда ты влипаешь в историю и становишься крайне невыгодным знакомым, всем куда проще отвернуться и просто забыть о твоём существовании. Но, к счастью, есть и те, кого не пугают твои проблемы и кто никогда не станет бросать или отворачиваться. Именно таким другом стала для меня Тилия.

Даже сейчас она оставалась рядом… и Марка уговорила прийти, и пусть я и старалась никак не показывать свою радость, но этот их поступок стал для меня настоящим подарком.

Ребята ушли перед самым отбоем, как раз тогда, когда я начала собираться на работу. Кстати, исключительно в честь новогоднего бала, завтрашний день был объявлен для меня выходным. Правда, сегодня пришлось трудиться в усиленном режиме. Да и как назло из-за слякотной погоды, коридоры обоих корпусов оказались просто пугающе грязными.

В общем, освободилась я ближе к трём часам ночи. В это время вся академия уже была погружена в сон, коридоры казались необычно пустыми, и даже картины в галереях выглядели какими-то спящими. Наверно именно поэтому меня настолько испугал простой шорох в читальном зале библиотеки.

В такое время здесь по определению никого не могло быть, ведь сразу после отбоя двери библиотеки закрывались, а студентам строжайше запрещалось приходить сюда по ночам.

— Трил, — позвал меня знакомый мужской голос. От его звучания в тишине огромного зала я едва сдержалась, чтобы не подскочить на месте и ринуться к выходу. Только диким усилием воли удалось сдержаться, и спокойно повернуть голову в сторону звука. И к моему удивлению, в темноте читального зала меня ждал… Марк.

— Ты меня напугал! — выпалила я, усаживаясь прямо на край стола. Ох, видела бы Ассирия, сразу бы начала причитать, что это вопиющая невоспитанность и всё такое, но… её не было, часы показывали половину третьего ночи, и последнее о чём хотелось сейчас думать, это о правилах этикета.

— Прости… — отозвался парень, подходя ближе. — Надо поговорить.

— И это не могло подождать до утра?! — воскликнула возмущённо. Всё ж ночь была не самым подходящим временем для разговоров… тем более со мной.

— Нет… — он уселся на противоположный стол, и на его лице промелькнула тень жуткой усталости и отчаяния. Странно, а ведь я даже не заметила, как сильно он изменился. Даже его светлые волосы стали куда темнее, лицо слегка осунулось, а под глазами появились тёмные круги. — Трил… помнишь, ты говорила, что я могу рассчитывать на твою помощь?

— Конечно, — согласилась, уже начиная догадываться, что здесь он именно за этим. — Только я даже не представляю, чем могу тебе помочь в столь поздний час?

— Мне так и не позволили повидать отца. К нему никого не пускают, и даже записку передать нельзя… — тихо начал Марк. — А вчера стало известно, что ему уже заочно вынесли приговор, и предстоящий суд станет простой формальностью… — его тон был ровным, но таким… безжизненным, что я не могла спокойно слушать. Сразу возникало желание растормошить, вернуть к жизни, но… в данной ситуации это было бы лишним.

— Сожалею, Марк… но здесь я бессильна что-либо изменить?

— Я должен с ним поговорить… Сделать это можно только попав в тюрьму через портал. Проще всего его открыть прямо из здания дворца, но простой портал охранная система не пропустит, нужен особый. А для его создания необходимо участие четырёх стихий. Я владею воздухом, мой друг — землёй… Если ты согласишься, нам всё удастся.

— Значит, ты предлагаешь мне помочь вам проникнуть в здание городской имперской тюрьмы?! Это же преступление! — возмутилась я, прекрасно понимая, что если нас поймают, никакие силы уже не смогут меня спасти.

— Это моя последняя надежда… На рассвете следующего дня после бала, состоится суд, а сразу после — его и Сандра казнят, — было видно, что ему стоит огромных усилий воли держаться сейчас так спокойно и отрешённо. — Мне обязательно нужно поговорить с отцом… Хотя бы попрощаться. Я бы никогда не стал просить тебя о помощи в таком опасном деле, но… больше помочь мне никто не сможет.

Он опустил голову, и мне показалось, что в его глазах сверкнули слёзы. Вот этого я вынести уже не смогла, и резко соскочив со своего места, нервно зашагала по залу.

— Ладно, — выпалила, уже тогда зная, что вскоре об этом пожалею. — Но я понятия не имею, как создавать порталы.

— Тебе и не придётся. Всё сделает мой друг… ты же должна будешь влить в общую воронку силы воды и огня…

— И когда это осуществится?!

— Завтра, во время бала… Ровно в полночь. Но, Трил, — он снова поднял на меня уставший взгляд, — Тилия ни за что не должна об этом узнать. Никто ничего знать не должен.

Уже позже, рассматривая узоры паутины на потолке в собственной комнате, я долго размышляла, что пообещав помочь Марку, уже нарушила закон. Ведь он собирался проникнуть в тюрьму. И пусть мотивы для этого у него были самые благородные, но… моей вины это ни капли не уменьшало. Хотя, я же сама пообещала помочь ему, сама согласилась — он ни к чему меня не принуждал. А значит, и отвечать за свои поступки тоже буду сама. Хотя, до этого момента ещё нужно пережить целый день, представление императору и сам бал… и если всё это пройдёт гладко, то и остальное обязательно получится. Главное не отчаиваться, и просто верить в счастливый конец. Хотя именно сейчас он кажется мне совершенно нереальным.

* * *

Огромный бальный зал императорского дворца буквально мерцал от различных световых эффектов. Свет был везде, и казалось, что само здание состоит из переплетений его лучей. Под самым потолком в такт музыке кружились иллюзии звёздочек и снежинок, а в углах то и дело разгоралось безумно красивое северное сияние.

Разглядывая все эти причуды, я была настолько поражена, что даже забыла, зачем, собственно, здесь нахожусь. Наверно у меня даже рот открылся от удивления… Ведь ничего подобного раньше мне видеть не приходилось. Я как будто погрузилась в совершенно безумный сказочный мир! Мир, где царствовали только музыка и свет… Мир, в котором мне хотелось остаться навсегда.

— Вот ты и попалась! — послышалось у меня над ухом, и уже в следующую секунду окружающее пространство завертелось. А точнее, меня просто бесцеремонно подняли на руки и начали кружить. Всё произошло так стремительно и быстро, что я даже пискнуть не успела, и только сообразив, что под ногами снова твёрдый мраморный пол, а круговорот, наконец, закончился, увидела перед собой довольную физиономию Шея.

— Ты бы хоть предупредил! — воскликнула, пытаясь состроить грозный взгляд. Хотя… за мутными стёклами моих очков этого всё равно было не видно, но, тем не менее, до парня быстро дошло, что его шутку не оценили.

— Прости, — проговорил он, искренне улыбаясь. — Просто ты была так погружена в рассматривание зала, что я не удержался.

— Прощаю, — противостоять его откровенной улыбке не было ни сил, ни желания, и я невольно улыбнулась в ответ. — Но, как ты меня узнал?!

— Тир рассказывал, что ты здесь будешь и даже примерно описал внешний вид. И знаешь, кроме тебя так… хм… колоритно, больше никто вырядиться не додумался.

— Ох, спасибо за комплимент! — буркнула я. — Как будто сама не знаю, что похожа на чучело?!

— Трил… ну не обижайся. Ведь мы-то знаем, что за этим маскарадом скрывается самое очаровательное создание, из всех, что я когда-либо видел.

— Шей, лучше замолчи… — отозвалась, усаживаясь на диванчик у стены. — Представляешь, меня ещё в таком виде должны представить императору.

— Вот и замечательно, — ответил он, усаживаясь рядом. — Ты же у нас лучшая студентка первого курса! И я уверен, что получила это звание вполне заслуженно.

— Во многом благодаря Тиру.

— Да… он говорил, — сегодня мой старый знакомый выглядел куда эффектней, чем при нашей первой встрече. Волосы больше не торчали, а были красиво уложены лёгкими волнами, белый фрак сидел просто идеально, и только в глазах виднелись всё те же смешинки и азарт.

— Жаль, что его не будет… с ним мне было бы куда легче, — проговорила я, обводя зал рассеянным взглядом. А там вовсю кипела праздничная жизнь. Разодетые пары кружились по залу под прекрасную музыку. Дамы поражали красотой и элегантностью своих вечерних нарядов, да и кавалеры едва ли уступали им в яркости.

— Скучаешь по Тиру?! — удивлённо воскликнул Шей. — Он же невыносим!

— Согласна, но иногда с ним бывает очень даже интересно и весело. И вообще, как ты можешь так говорить о своём друге?!

— Вот именно, он мой друг, и знаю я его уже очень много лет, — проговорил тот, да таким тоном, которым обычно воспитывают нашкодивших детей. — С ним временами очень сложно. Он нервный тип, а в гневе Тир действительно очень страшен. Так что, Трил… не советую тебе особенно к нему привязываться. Слишком велика вероятность скорого разочарования…

— Шей, он мой куратор, и общаемся мы с ним исключительно в рамках учёбы. А что его лучше не злить, я и так давно уяснила. Но знаешь… он мне помог, а я умею ценить чужую помощь.

— Ладно, не будем о нём, — отмахнулся Шей, и в его глазах снова появился весёлый огонёк. — Пошли, лучше танцевать!

И не дожидаясь ответа, схватил меня за руку, и стремительно повёл к центру зала.

— Быстро верни меня назад! — прошипела я ему на ухо, но этот хулиган упрямо делал вид, что не слышит ни единого слова, а целиком и полностью погружён в звучание первых аккордов мелодии. — Шей, я не умею танцевать. Не позорь меня ещё больше!

— Расслабься, Трил, — проговорил он, сильнее сжимая мою ладонь. Мою вторую руку он умелым движением закинул себе на плечо, а сам же довольно крепко приобнял меня за талию. — Я веду… ты двигаешься со мной. Эта мелодия подходит нам просто идеально… главное, не нервничай, и всё получится.

Вступление закончилось, и по всему залу прокатились звуки медленной и очень красивой игры скрипки. В тот же момент, танцующие пары пришли в движение, и тихо закружили по залу. Мы с Шеем тоже сдвинулись с места. Он делал шаг — я повторяла за ним. Поначалу медленно, а после того как удалось поймать ритм, движения стали выходить как-то сами собой. Тем более, что меня направляли и поддерживали.

А музыка тем временем ускорялась, становилась более яркой, ритмичной, и мы закружились быстрее. В какой-то момент, мне даже показалось, что я почти не касаюсь пола — настолько лёгкими получались движения. Да и удивлённый и вместе с тем одобряющий взгляд Шея говорил о многом.

— Если ты действительно раньше не танцевала, то я могу с уверенностью сказать, что мне досталась самая талантливая из учениц, — прошептал он, у меня над ухом.

— Всё оказалось куда проще, чем я думала, — ответила, искренне наслаждаясь танцем. — Это так… интересно. Раньше мне казалось, что для того чтобы танцевать нужно долго и упорно тренироваться…

— Так и есть, — отозвался Шей. — Вот только ты у нас слишком неправильная. Так что я даже не удивлён. Гибкая, стройная, да и танцуешь как фея.

— Мои родители были циркачами. Наверно, умение легко двигаться досталось мне от них, — музыка снова стала более медленной, и у меня появилась возможность рассмотреть другие пары. Да только увиденное удивило едва ли не больше, чем оформление зала.

— Думаю, ты меня перехвалил. Наверно со стороны мои движения выглядят страшно, — сказала я, попытавшись отстраниться от Шея, но он не позволил. Лишь сильнее придвинул меня к себе.

— Не глупи, Трил, — бросил он. — Ты прекрасно двигаешься.

— Но почему тогда они все так на меня смотрят?! Особенно девушки… — эту фразу я сказала почти шёпотом. Накатившее смущение пополам с раздражением быстро отравили весь восторг от танца. И, наверно, я бы сбилась, но… тело само продолжало двигаться в такт мелодии.

— Дело в твоём внешнем виде, да и во мне, — весело ответил мой кавалер. — Я ж тут завидный жених номер один, ты разве не знала?! А танцую с такой… мягко говоря, невзрачной особой. Вот они и пялятся.

— Ну вот… теперь из-за тебя мне придётся весь вечер прятаться по тёмным углам. А то вдруг твои поклонницы решат объединиться и устроить на меня охоту?! — шутливым тоном выдала я. Самоуверенность и весёлость Шея оказались на удивление заразительными.

— А я и не собирался тебе отпускать. Пусть пялятся, не обращай внимания.

Легко было сказать, «не обращай внимания». Мой же взгляд всё равно то и дело натыкался на удивлённые, злобные, шокированные лица окружающих. Хотя, спустя несколько, похожих друг на друга мелодий, мне стало как-то не до них. Ну, смотрят и пускай смотрят. Им же хуже… Могли бы вместо этого спокойно кружиться в танцах или угощаться вкуснейшими закусками. Но нет… любопытство ведь важнее.

И тут я увидела его.

Этот факт стал для меня безумно шокирующим, и впервые за весь вечер я запнулась, и обязательно полетела бы прямо на пол, но сильные руки Шея вовремя меня подхватили.

— Что с тобой?! — воскликнул он, вглядываясь в моё лицо. — Ты так побледнела… Тебя утомили танцы?! Пойдём присядем…

— Нет, — я остановила его, когда он уже почти направился к диванам. — Это не усталость. Всё хорошо… Давай закончим танец.

В ответ он лишь пожал плечами, и мы снова закружили, ведомые мягкими звуками прекрасной музыки.

— Ты кого-то увидела, я прав? — спросил вдруг Шей, заметив, что я стараюсь больше не смотреть по сторонам. — Кого-то, кто тебя пугает…

— Да, но это совершенно не важно, — ровным тоном проговорила я.

— Знаешь, думаю, здесь ты можешь ничего не опасаться. Поверь, пока ты со мной, никто просто не посмеет тебя обидеть, — в его голосе появилось незнакомая мне мягкость, которая невольно успокаивала. Всё-таки Шей был тем ещё манипулятором. Он умудрялся менять настроение собеседников, так как было нужно ему. Наверно, это тоже какой-то особый дар, а может, простое умение…

Немножко расслабившись, я снова невольно подняла взгляд. На прошлом месте моего кошмара больше не было. Но не успела я вздохнуть с облегчением, как снова наткнулась на холодный взгляд его нереально голубых глаз. На сей раз Дерилан обнаружился рядом с ректором и какими-то мужчинами. И мне показалось, что даже принимая активное участие в беседе, он всё равно не отрываясь смотрит именно на меня.

И тут мелодия в очередной раз стихла… танец закончился, а одетый в белый фрак голубоглазый брюнет, целенаправленно двинулся к нам.

Я невольно вцепилась в руку Шея.

— Что с тобой происходит?! — озадачено выпалил мой кавалер, но тут же проследил за моим взглядом, и вздохнул. — Ясно…

— Добрый вечер, — проговорил младший принц империи, и коротко кивнув замер рядом с нами.

— Привет, Дери, — ленивым тоном отозвался Шей. — Ты зачем мне девочку пугаешь? Она от одного твоего вида побледнела до уровня белил.

— Разве я кого-то пугал?! — усмехнулся брюнет. — Кстати, даже не удивлён, что вы спелись.

Я переводила ошарашенный взгляд с одного парня на другого, и всё никак не могла понять, что же я упускаю? Какую-то мелочь, но такую существенную, что при её наличии у меня на многое бы открылись глаза.

— Вижу, Трил, хорошим манерам тебя так и не обучили. Где же твоё приветствие? Где поклоны, реверансы? Ты бы хоть головой кивнула, — издевательским тоном добавил Дерилан.

— Простите… — прошептала я, не в силах справиться со странным жутким оцепенением. Но тут меня снова спас Шей.

— Дери, спокойно. Давай не сегодня, а?! — проговорил он, приобнимая меня за талию, и придвигая к себе под бок. — А если это для тебя так важно, я могу пообещать, что сам обучу её основам придворного этикета, а заодно расскажу, как нужно общаться лично с тобой.

— Нет уж, спасибо. Знаем мы твои способы обучения, — на лице брюнета появилась кривая усмешка. — И вообще, не надо делать из меня монстра. Кстати к вам я подошёл исключительно для того, чтобы передать нашей дорогой Трил, что аудиенция у императора состоится через пару минут. И даже хотел проводить её, но… думаю, она предпочтёт твоё общество.

— Какой ты сегодня догадливый, — выпалил Шей.

— Не язви, братец. Тебе со мной ещё жить, — с этими словами он развернулся и направился к выходу из зала, а я, наконец, получила тот мелкий клочок головоломки, которого так не хватало для создания общей картины.

— «Братец», — протянула, поворачиваясь к Шею. — И как я понимаю, пялились на нас совсем не из-за меня.

— Ну… Трил. У всех свои семейные заморочки. Не обращай внимания, — попытался отмахнуться он.

— Значит… Шиан, так? — продолжала я. Почему-то в душе появилось такое мерзкое ощущение, что меня специально затянули в какую-то глупую игру, в которой я совершенно ничего не понимала.

— Это ничего не меняет, — куда более строгим тоном, проговорил он.

— Меняет, Ваше Высочество, и насколько сильно, мне не так давно продемонстрировал ваш брат. А сейчас, прошу меня простить, но мне нужно идти на встречу с вашим отцом, — я слегка присела, склонив голову в почтенном поклоне, и развернувшись, отправилась к ректору. Пусть лучше меня проводит он, а то мало ли… вдруг сорвусь и лишу империю её законного наследника. Или сразу двух.

Шей так и остался стоять в центре зала, хотя я буквально затылком чувствовала, что он на меня смотрит. Но в тот момент, когда мистер Беридор уже собирался препроводить меня к императору, я снова почувствовала на своём плече знакомую руку, а над ухом прозвучали слова:

— Не утруждайтесь, господин ректор. Я провожу мисс Сиерлен сам. Мне всё равно хотелось бы присутствовать на аудиенции.

— Конечно, Ваше Высочество. Как вам будет угодно, — ответил ректор, а меня осторожно развернули, и повели к выходу. Естественно, я не сопротивлялась. Да и как?! Представляю, как бы это выглядело: какая-то замухрышка в очках вырывается из рук кронпринца на глазах у всего зала.

А тем временем Шей хозяйским жестом обнял меня за плечи, и с невозмутимым выражением на своём смазливом лице, повёл по коридорам. Когда же звуки музыки стихли, а на пути перестали встречаться люди, я резким движением скинула с плеча его руку.

— Насколько я знаю, это противоречит вашему… этикету, — процедила сквозь зубы.

— Да?! — с наигранным удивлением выдал Шей. — Иногда он запрещает слишком многое, но мне на это плевать, — он остановился напротив меня, и в его глазах промелькнуло просто дикое раздражение. — К примеру, этикет не даёт право кружить девушку при встрече, а я тебя кружил… — он сделал шаг ко мне, и я невольно отступила назад. — Он запрещает танцевать с одной дамой более трёх танцев за вечер, а я всё время уделял только тебе… — Шиан сделал ещё шаг, а я упёрлась спиной в стену полутёмного коридора. — И уж тем более, он запрещает целовать девушек, вот так… без согласия их родителей на брак, — его лицо оказалось очень близко, а в следующую секунду я ощутила на своих губах, прикосновение его губ. Руки мои Шей предусмотрительно поймал, как будто ожидал сопротивления, но… я не сопротивлялась.

Его поцелуй был нежным, мягким и очень приятным. Поначалу лёгким, а затем всё более и более властным и… каким-то жгучим. Меня никто и никогда так не целовал. Хотя… и сравнивать практически не с кем. Только с Джером, но тот никогда не пытался проявить хоть каплю нежности… а просто брал то, что считал своим. И это было ужасно.

— А ты и тут быстро учишься… — прошептал Шей, слегка отстраняясь. Он всё ещё находился угрожающе близко, но я не чувствовала страха или какого-то оцепенения. Безусловно, его поцелуй был очень… приятным, но продолжать я больше не хотела. — Ведь… ты Трил совершенно этого не ожидала, и даже не сопротивлялась. Да и чувствуется, что до меня тебя не целовали. Эх… повезёт кому-то с девушкой.

— Всё, Шей, хватит, я тебя поняла, — проговорила, освобождаясь от его хватки, которая вмиг ослабла. — Прости, что вспылила… Просто твой братец, действительно меня напугал. И я думала… что ты такой же.

— Ладно, Трил, давай забудем. Только знаешь, я тут кое-что придумал. Каждый раз, когда ты будешь называть меня «Ваше Высочество», я буду тебя целовать. Не зависимо от того, хочешь ты этого или нет.

— Странные у тебя угрозы, — рассмеялась я. — А если вдруг мне понравилось? Если я специально начну таким образом тебя провоцировать на поцелуй?!

— Тогда, дорогая моя, я перестану ограничиваться ими, и игра пойдёт совсем по другим правилам, — голосом опытного искусителя заявил он.

— Всё. Прости, больше не буду. Как-то не горю желанием делить с кем-то постель в наказание за обращение согласно этикету.

Почему-то, даже сейчас, после того, как мне открылся титул Шея, после всех пролетевших в голове мыслей, касательно последствий фривольного общения с ним, даже после поцелуя, причём совершенно не дружеского… этот тип продолжал оставаться для меня просто приятным знакомым. Возможно даже другом… если, конечно, с ним вообще можно дружить.

— Тр-и-и-ил… — протянул он моё имя. Вообще, я уже заметила у него такую глупую привычку, как растягивать имена, а в особенности, моё. — Знаешь, что бесит… Мне, кажется, что ты не смотришь на меня, не как на мужчину, а воспринимаешь как-то совсем иначе.

— Тебе не кажется, — ответила я, даже не пытаясь спрятать усмешку. Но заметив, как странно сжались его губы, поспешила добавить. — Не стоит обижаться. Пойми, дорогой Шей, это не касается лично тебя. Дело совсем в другом. Просто с некоторых пор, мужское внимание ассоциируется у меня исключительно с грубой похотью. И… мне проще видеть в лицах мужского пола знакомых, товарищей, друзей… Но не больше. Можешь считать это психологической травмой.

— А поцелуй? — проговорил он немного растеряно. Видимо, наш догадливый принц уже сообразил, что причина такого поведения у меня может быть всего одна, и она ему совершенно не понравилась. — Мне не показалось, что он был тебе противен.

— Я просто не ожидала, честно, — мы снова остановились. Если так пойдёт и дальше, то император точно не дождётся моего визита. — Но… это ничего не меняет.

— Ты меня запутала, — усмехнувшись, проговорил Шиан. — Ладно… думаю, у нас ещё будет возможность обсудить твои психологические травмы и их последствия, а сейчас… — он остановился перед массивной дверью, слегка её приоткрыв. — Пора знакомиться с папой.

После этих его слов, меня буквально передёрнуло, а в голове резкой вспышкой промелькнуло чёткое осознание того, с КЕМ я додумалась развести дискуссию. Наверно, мне будет сложно привыкнуть к этой двойственности натуры Шея. Всё ж мне было бы куда приятнее знать, что он простой аристократ, а не наследник престола империи.

Мы перешагнули порог какого-то пустынного зала, в дальнем конце которого виднелась ещё одна дверь, а по бокам от неё стояли четверо охранников. Разглядывая их тёмные мундиры и отточенные клинки, я не сразу заметила, что у правой стены на диванах нас ожидает целая делегация тех, кого должны были представить императору. Элита академии Астор-Холт, её самые талантливые и лучшие студенты. В общей сложности нас набралось семеро, и, к моему удивлению, никого из деканов или преподавателей поблизости не было.

— Шей… — тихо позвала я, когда он уже начал двигаться в их сторону. — А нас разве не должны сопровождать?!

— Нет, — коротко ответил он. — Вы — лучшие. Вы — достойны личной аудиенции. Поэтому в зал войдёте сами.

С этими словами, он повернулся к студентам, которые уже застыли в церемониальных поклонах, и кивнув им, направился к двери. Я же так и застыла на месте, не решаясь сдвинуться с места. Всё ж благодаря усилиям обоих принцев я совершенно забыла о нервах перед встречей с императором. Один напугал, всего лишь парой ледяных взглядов. Другой же и вовсе сбил с толку, показав, какими могут быть поцелуи. И со всей этой канителью, я только сейчас, за пару минут до одного из самых важных событий в моей жизни, осознала, что оно вот-вот наступит.

— Господа студенты, — под сводами зала прокатился громкий голос императорского секретаря, что резко вернуло меня из раздумий. — Прошу за мной.

И мы пошли… медленно и осторожно, стараясь не шуметь и не спотыкаться, хотя коленки дрожали, а ноги предательски заплетались. Один коридор сменился другим, за ним оказалось ещё одно небольшое помещение и дверь, с очередной четвёркой охранников. Но когда её массивные сворки распахнулись, я оцепенела ещё больше.

Изначально, аудиенция у императора представлялась мне как нечто пафосное, с троном, оркестром и ковровой дорожкой. А на деле же, нас попросту привели в большую гостиную с множеством диванов и ярким освещением. Здесь находились какие-то люди. Судя по выражениям их лиц и фракам с синими нашивками, эти ребята были министрами, членами имперского совета. Они смотрели на нас с интересом, но меня неизменно преследовало чувство, что мы для них не больше чем развлечение. Думаю, их искренне повеселили наши испуганные лица и потерянные взгляды. Ещё бы… кто мы?! Всего лишь шайка молодых людей, каким-то боком затесавшихся в список лучших студентов Астор-Холт.

Именно в этот момент мне стало плевать на последствия, и, стянув с лица очки, я приняла тот же вид, что и присутствующие здесь представители элиты империи. Пусть видят мои глаза, пусть знают, что и мы — люди, и свои достижения заслуживаем. И пусть провалится в бездну вся эта конспирация, но смотреть на себя так… как на какой-то мусор, я никому из них не позволю.

Ведь одно дело, когда такое происходит в стенах академии — там это действительно необходимо, и совсем другое — на официальном приёме у императора.

Но… пока я думала и осматривалась по сторонам, вся наша делегация испарилась в совершенно неизвестном мне направлении, оставив меня одну посреди зала. Да уж… теперь, без очков и в этом странном наряде, я выделялась здесь как чёрное пятно на белой скатерти. Господа министры смотрели на меня… а я на них, не говоря при этом ни слова. Не знаю, сколько продолжался этот фарс, но появление Шея стало для меня самым настоящим спасением.

— Пошли, ты почти умудрилась всё пропустить, — раздражённо прошипел он, довольно грубо подхватив меня под локоть. Наверно, это их особая семейная черта — оставлять синяки на моём теле, всего лишь от излишне эмоциональной хватки.

Тем временем, он протащил меня через зал, и остановился рядом с высоким темноволосым мужчиной, которого картина моей доставки на аудиенцию изрядно позабавила.

— Вот, последняя потерянная… — выпалил Шей, отпуская мою руку. — Застыла при входе.

— И ты, как благородный рыцарь решил лично проводить даму в нужном направлении?! — ровным тоном, но с долей усмешки ответил мужчина и внимательно посмотрел на меня. А я столь же пристально принялась рассматривать его.

На вид этому человеку было около пятидесяти… но даже сейчас он выглядел презентабельно и очень даже привлекательно. В волосах только начали появляться намёки на скорую седину, а во взгляде читалось неизменное неоспоримое превосходство. И только разглядев на его голове тонкий волнообразный золотой обруч, до меня, наконец, дошло, кто этот человек.

— Прошу прощения, Ваше Императорское Величество, — выдала я, тут же покраснев, и быстро присела в почтительном книксене, низко склонив при этом голову.

— Отец, это Трил Сиерлен, — представил меня Шей.

— Наслышан о ваших успехах, мисс Сиерлен, — проговорил Император. — Буквально накануне господин Беридор представил мне доклад о закрытии семестра, и вам в нём было уделено довольно много внимания, — он на секунду замолчал, рассматривая меня всё более пристально. — Ректор считает вас ценным экземпляром, и вы своими успехами, только подтверждаете его слова.

— Я пришла в Астор-Холт, чтобы учиться, и намерена получить во время учёбы максимум знаний, — ответила, стараясь не нервничать и не дёргаться. И при всём этом не ляпнуть что-то не то.

— Это всё замечательно, и нашей империи нужны столь талантливые подданные. И мне бы очень хотелось, чтобы такие таланты, как вы вносили свой вклад в совершенствование современных технологий и развивали новые области в использовании синтеза магии и физики.

— Мне всегда было интересно именно это направление и я бы очень хотела внести свой вклад в развитие академии, и империи в целом, — наверно, сегодня был первый раз, когда мне действительно пригодилось знание правильных и высоких оборотов речи, которые по словам того же Шея, давно канули в лету. Наверно он, как и я, даже не догадывался в тот день нашей встречи в «Оракуле», что совсем скоро сам будет представлять меня императору.

— Что ж, мисс Сиерлен… надеюсь, вы действительно достигните больших высот на поприще науки и магии. И запомните, империя никогда не забывает своих героев. И пока вы действуете на благо своей страны, она тоже будет во всём вас поддерживать.

После этого он коротко кивнул и, не прощаясь, оставил меня переваривать услышанное. Шея нигде не было, как, впрочем, и студентов академии, и, сообразив, что из всей делегации здесь осталась только одна я, тут же поспешила ретироваться к выходу. Благо, здесь меня никто не задержал, и когда за спиной закрылись двери зала приёмов, я снова погрузилась в полумрак коридоров дворца. К сожалению, на этот раз — одна.


Глава 8. Расплата за наивность или В темноте дворцовых коридоров

Медленно бредя по широким галереям, освещённым только тусклыми лампами, я прошагала наверно, большую часть дворца, но так и не смогла определить, куда же нужно идти. Как назло по пути мне не попадалось никого, кроме охранников, а те упорно делали вид, что они глухонемые и на мои вопросы отвечать категорически не желали. В итоге, я просто смирилась, и отправилась в обратном направлении, попутно рассматривая картины на стенах.

Странно, но здесь оказалось даже больше портретов династии Астор, чем в академии, хотя раньше мне отчего-то казалось, что представители новой правящей семьи не захотят лицезреть в своём дворце лица предшественников. Но… наверно их оставили здесь исключительно как часть истории, ведь даже стены этого поистине впечатляющего здания, казались насквозь пропитанными событиями прошлого.

Я тихо вышагивала по толстому ковру, скользя взглядом по картинам. По мере моего продвижения на них менялись лица, наряды, и даже эпохи… Сколько же было этих Асторов за столько лет правления?! Даже не представляю…

Постепенно интерес к развешанной на стенах живописи начал угасать, и я уж было собралась продолжить свои поиски выхода, когда взгляд неожиданно напоролся на знакомую картину. Ту самую, которую не так давно собственноручно извлекала из недр старого шкафа в своей коморке!

Замерев на месте, я нерешительно подошла ближе… Всё-таки в прошлый раз мне так и не удалось как следует её рассмотреть, а ведь по словам Дерилана, это было чуть ли ни единственное изображение последних принца и принцессы прошлой династии. Виторис и Элира Астор… Странно, я даже сходу запомнила их имена, хотя до личного знакомства с трудом вспоминала, как зовут нынешних принцев. Хотя… сейчас уже вряд ли мне удалось бы об этом забыть.

Странно, несмотря на все рассказы Тира, парень на картине казался мне серьёзным и совершенно не ассоциировался с разгульным пьяницей и повесой. Хотя… на этом изображении он был ещё совсем молод. Возможно, впоследствии всё изменилось. Что же касается девушки… Наверно именно так должна была выглядеть типичная принцесса: красиво, утончённо, и с выражением лица полнейшего превосходства над всем и вся. Если верить художнику, намалевавшему когда-то эту картину, принцесса Элира была той ещё стервой. Хотя, наверно в её положении такая линия поведения являлась единственно верной.

Оставив в покое картину, я двинулась дальше, и к собственному удивлению всего через несколько минут моих блужданий, стала отчётливо слышна музыка из бального зала. Теперь найти правильный путь оказалось совсем просто. Но, не успела я приблизиться к двери, как откуда-то из ниши за колонной вышел Марк, и, схватив меня за руку, затащил в тень.

— Я тебя везде искал. Где ты была?! — выпалил он раздражённым тоном.

— Дворец разглядывала, — отозвалась я, вырывая руку.

В ответ он одарил меня колючим взглядом, и чуть толкнув вперёд, потащил за собой.

— Нас уже ждут. Ровно в полночь мы должны быть готовы, — прошипел он у меня над ухом, и только сейчас я вспомнила, что все прелести этого дня для меня ещё не кончились. И теперь должен был состояться его финальный аккорд. Хотя, после всего произошедшего… после целой кучи убитых нервных клеток мне было почти неважно, куда и зачем меня ведёт Марк. И даже пресловутая интуиция в этот раз предпочла гордо промолчать.

Перед глазами снова замельтешили арки коридоров и своды галерей. Но мне было уже как-то не до разглядывания обстановки. Марк вёл, я шла следом, и единственным моим желанием сейчас было — как можно быстрее оказаться в академии, в своей коморке. Подальше от всего этого пафоса, этикета и дворцовых интриг.

Я даже не удивилась, когда спустя несколько минут быстрого хода, мы оказались в какой-то небольшой круглой комнате. Здесь было очень пыльно, а обилие паутины тонко намекало, что это помещение не использовали уже очень давно.

Нас ждали двое парней. Один показался мне знакомым, наверно именно о нём говорил Марк, как о своём друге, а второй выглядел несколько старше ребят, и никак не походил на студента. Уже это показалось мне странным, но задавать вопросы было поздно. Может это какой-то родственник? Или близкий друг семьи? Разве меня должно это волновать?!

— В круг! — скомандовал этот незнакомец, и мы поспешно заняли места за периметром небольшого мраморного круга на полу.

Он прикрыл глаза и спустя несколько секунд, пространство в центре стало густым, и чем-то теперь напоминало искажённую картину реальности. Как будто кто-то натянул там мутную плёнку. Хотя… наверно это и был портал. Просто никогда раньше мне не приходилось ни создавать их, ни даже видеть. О них я знала исключительно в теории, и если верить книжкам, порталы представляли собой энергетическое искажение пространства, связывающее две разные точки соприкосновения силовых линий, и для того, чтобы строить порталы, нужно было как минимум знать точные координаты линии места назначения, а для этого там необходимо хотя бы раз побывать лично.

И тут послушались странные хлопки, чем-то напоминающие небольшие взрывы.

Я вздрогнула.

— Это всего лишь праздничный салют, — тихо проговорил Марк, заметив моё оцепенение.

— Пора, — перебил его старший. — Вливайте стихии.

После этого я заметила, как от стоявшего рядом Марка к центру круга направился небольшой полупрозрачный шар, а по комнате прокатилось лёгкое дуновение ветерка. Его друг отправил к пульсирующему облаку зарождающегося портала серо-зелёный сгусток сил стихии земли, и, слившись, они стремительно завертелись.

— Давай, Трил.

Никогда раньше мне не приходилось делать что-то подобное, но всё оказалось не так уж и сложно. Мысленно сосредоточившись, я сформировала сначала шар из энергии огня, а затем повторила то же с силами воды, и одним мысленным приказом, отправила их в центр портала.

Стихии закрутились, заметались по воронке, и спустя несколько мгновений, она вспыхнула, и стала значительно больше, а по краю мутного пространства появился едва заметный разноцветный переливающийся ободок.

— Идём, — скомандовал старший, и сделал уверенный шаг к мутной пульсирующей стене перехода. Он исчез в ней, как будто его и не было. За ним пропал Марк, а потом я почувствовала, что меня тоже кто-то подталкивает к порталу. А в следующую секунду мы все оказались в тёмном помещении городской имперской тюрьмы.

Пока я ошарашено хлопала глазами, пытаясь привыкнуть к этому жуткому полумраку и запаху затхлости, откуда-то сбоку послышались звуки борьбы… лязг оружия… гулкие стоны, а потом всё неожиданно стихло. От осознания того, что там сейчас произошло, меня прошибло холодным потом. Мозг до последнего отказывался верить в случившееся. Но, выйдя из тёмного угла, я увидела…

Нет, лучше бы так и оставалась на месте. И вообще, не покидала сегодня пределов своей уютной коморки… Руки задрожали, а к горлу подступил комок.

На грязном полу в круге света лежали двое… судя по форме — охранники тюрьмы. Не могу сказать, как именно их убили, но вокруг тел медленно растекалась вязкая красная жидкость… кровь. Я тут же попыталась закричать, но в ту же секунду кто-то закрыл мне рот рукой, и протащили мимо двух трупов.

Что происходило дальше… я понимала очень смутно. Ощущение жуткого ужаса накрыло с такой силой, что адекватно воспринимать мир уже совсем не получалось. Я всеми силами старалась не думать о том, что же здесь твориться, но это оказалось совсем не просто.

— Что с ней?! — выкрикнул Марк, кидая быстрый взгляд в мою сторону.

— Шок, — ответили ему из-за моей спины. — Девочка, просто, никогда трупов не видела.

Я переводила ошарашенный взгляд с Марка, который возился с ключами и замком камеры, на ухмыляющегося пленника, чьего лица из-за скудного освещения было не рассмотреть, и с диким ужасом понимала, что это вовсе не последняя встреча скорбящего сына с осуждённым отцом… Это побег.

— Марк! Ты меня обманул! — закричала я, срывающимся голосом, и тут же попыталась вырваться, но сильные руки стоявшего позади, крепко сдерживали мои метания.

— Перережь ей горло и дело с концом, — проговорил тип за решёткой. — Её всё равно придётся убить… слишком она впечатлительная. Да и страшная… никто не станет жалеть о такой потере.

— Рано, — ровным тоном отозвался тот, кто ещё вчера так рьяно умолял меня ему помочь. — Без её участия нам не пройти защиту.

— Я не стану вам помогать! — истерично выкрикнула я.

— Ты уже помогла, влив в воронку портала силу своих стихий. Теперь же нужно просто твоё присутствие.

Он говорил всё это так спокойно, как будто каждый день устраивал подобные диверсии. А мне от осознания всей величины собственного промаха искренне захотелось завыть в голос.

Замок решётки скрипнул, а со стороны второго коридора за углом послышались шаги, и через пару мгновений оттуда показался тот тип, который создавал портал, в компании ещё одного молодого парня, с уставшим лицом и в оборванной одежде. Но уже в следующую секунду замерли все…

— Хорошо придумано, мистер Дарис, да только вы не учли одного… — громогласно разлилось под сводами длинных тюремных сводов. — Уйти отсюда я вам не позволю.

Звучание этого голоса, и тот абсолютно спокойный и ровный тон, которым была сказана столь многообещающая фраза, подействовали на меня подобно удару по затылку. Все мысли мгновенно встали на свои места, и я очень отчётливо поняла, что даже если эти ребята по каким-то причинам и оставят меня в живых, то Дерилан уж точно прикончит… и меня уже ничего не спасёт.

В этот момент в слаженной группе новоявленных преступников началось что-то невероятное. Они ринулись в разные стороны, хотя абсолютное большинство всё же направилось к порталу. Тут же двое: тот, что создавал переход и освобождённый молодой пленник, замерли на месте неподвижными статуями. Та же участь постигла и друга Марка, владеющего земной стихией, но сам Марк и его отец, как раз успели скрыться в том месте, где всё ещё находилась воронка портала.

— Ушли, — процедил кто-то с противоположной стороны коридора, и тут из темноты появились трое ребят в чёрном и сам Дерилан. Он равнодушно осмотрел место действия, взглянул на тела мёртвых охранников, и повернулся к своим сопровождающим.

— Дальше стен дворца портал их не уведёт, — ровным, но каким-то злобным тоном сказал принц. — Обыскать всё здание, каждый уголок. Но сделать всё тихо… никто не должен знать о произошедшем. Этих, — он перевёл холодный взгляд на застывших подельников, — в зал допросов. И вытащить из них всё, что можно. Нам важна любая информация.

Он развернулся, и стремительным шагом направился к выходу.

— Ваше высочество, что делать с девушкой? — спросил вдруг один из мужчин в чёрном.

Дерилан остановился, и искоса взглянув в мою сторону, ответил:

— В мой кабинет. Под конвоем.

* * *

Как выяснилось позже, мы оказались вовсе не в городской тюрьме, а в Главной имперской, которая находилась в подвальном помещении дворца. Даже здесь… в этой несущественной мелочи Марк мне соврал. Он попросту использовал меня для построения портала. Но, разве нельзя было вместо меня одной взять двух обычных стихийников. И вообще, слишком всё сложно…

Сейчас их ищут, и, судя по уверенности принца — обязательно поймают, и тогда отвечать за содеянное будут они все. Но… что же, в таком случае станет со мной?!

Сразу после ухода Дерилана ребята из его сопровождения, захлопнули на руках пленников голубые браслеты, и увели их куда-то наверх.

— Руки, — грубо проговорил хмурый темноволосый парень. И схватив меня за запястья, крепко перетянул их белым шнурком. Было больно, а когда я заметила, как под ним начинает сочиться кровь, стало ещё больнее.

Грубо потянув за косу, он заставил меня подняться — странно, я даже не заметила, как оказалась сидящей на полу. От этого его движения снова захотелось взвыть, но пришлось закусывать губу и терпеть. Всё ж, как бы плохо ни было сейчас, меня ожидала ещё одна встреча с Дериланом. А это в любом случае в тысячи раз хуже.

Мы шли долго… Одни коридоры сменялись другими, мимо проплывали залы, галереи, лестницы. И только спустя минут пятнадцать добрались-таки до нужного места. Кабинет Дерилана оказался довольно просторной комнатой с кучей шкафов, набитых книгами, большим камином и массивным столом, заваленным документами. Мой конвоир расположился на большом чёрном диване, а я так и осталась стоять посреди комнаты.

Так проходили минуты… пять, десять, час… но никто не появлялся. Ноги давно устали стоять, но присесть мне не предлагали. Тогда, наплевав на все правила этикета вместе взятые, я опустилась прямо на ковёр. И пусть думают что хотят. Всё равно мне в глазах принца падать ниже уже некуда.

— Можно мне воды? — обратилась я к своему охраннику. С того момента, как мы покинули подвальный этаж, он не произнёс ни слова, и его молчание только сильнее натягивало и без того готовые рвануть нервы.

— Нет, — коротко ответил он, даже не глядя в мою сторону.

Больше я говорить не рискнула… Да и зачем? Стоит ли напрягаться, если ответ будет либо отрицательным, либо грубым. Уж лучше тишина…

Огонь в камине почти потух, и дабы занять себя хоть чем-то, я потянулась к поленнице и подкинула дров. Странно было делать это связанными руками, но это уже хоть какая-то деятельность. Да и замёрзнуть в ожидании прихода Его злобного Высочества мне как-то не хотелось… Хотя, какая теперь разница. Всё равно, вероятность того, что после сегодняшних событий он вдруг решит оставить меня в живых, близка к нулю.

Секундная стрелка на больших часах у стены гулко отчитывала время… А сами часы показывали почти три. И тут дверь резко распахнулась, и тишину треска камина нарушили гулкие шаги хозяина кабинета. Он стремительно прошёл мимо нас с охранником, и упал в кресло за массивным столом.

— Выйди! — коротко приказал он моему конвоиру, а когда тот уже почти достиг двери, добавил: — Сообщи ректору, что его ученица здесь. Но… только ему. Об обстоятельствах — ни слова. Никого не впускать.

Дверь захлопнулась, но я всё ещё не решалась взглянуть на Дерилана. Ведь была уверена, что сейчас он жутко зол и почти обессилен. Видимо, это происшествие сильно вымотало его, но может, мне только показалось.

Он молчал, а я не смогла долго сдерживать взгляд, и всё-таки посмотрела на принца. Он на самом деле выглядел уставшим и каким-то опустошенным, а ведь ему ещё нужно было решить как минимум одну проблему, в моём лице…

— Ваше Высочество… — попыталась начать я, поднимаясь с пола, но он меня перебил.

— Сядь и лучше молчи, иначе я могу не сдержаться и прикончить тебя прямо здесь! — прорычал он, поднимая на меня взгляд, и в этот момент мне не то что сесть захотелось, а сразу забиться в самый дальний и безопасный угол и никогда оттуда не вылезать. В его глазах сквозила неприкрытая угроза, причём их цвет больше не был голубым… Они стали почти чёрными… и это пугало. — Ты предала империю, Трил! Участвовала в организации побега врага своей страны. За это казнят.

— Я не… — в горле снова появился ком, а глупое ощущение того, что всё ещё хуже, чем казалось, буквально лишило меня последних сил.

— Что ты «не»?! — сорвался на крик принц. — Не виновата?! Не знала?! Действовала не по своей воле?! Трил… ты была там. И именно благодаря тебе они смогли пройти защиту тюремных помещений! Ты — главный виновник всего, что произошло! Ты, и никто другой!

— Он меня обманул… — собственный голос больше не слушался, а на глазах уже начали наворачиваться слёзы, но я была обязана рассказать, как всё было на самом деле.

— Ты сама обманулась! — прорычал Дерилан. — И пошла на это добровольно!

— Он просил помочь…

— И ты помогла! Дура! Идиотка! Что у тебя вообще вместо мозгов?! — он ударил по столу кулаком, и по комнате прокатился звук трескающего дерева.

И тут двери распахнулись, и в кабинет влетел растрепанный Шей. Фрака на нём уже не было, вместо него кронпринц империи был одет в простые брюки, и наполовину расстегнутую рубашку, да ещё и прибежал сюда босиком.

Его вид немало удивил и меня и Дерилана. Тот несколько секунд рассматривал взъерошенного брата, и мне даже показалось, что это дало ему возможность немного успокоиться.

— Дери, её нельзя убивать. Она нужна империи. Она нужна ректору и мне! — выпалил Шей, замирая напротив стола.

— И что мне с ней делать?! Погладить по головке?! Или внять её честным объяснениям и простить?! — издевательским, но гораздо более спокойным тоном проговорил Дерилан.

— Ты хоть спрашивал её, как она там оказалась? — продолжал интересоваться Шей, украдкой поглядывая на меня.

— Нет, но мне это и так известно. Хочешь, расскажу? — Шей кивнул, и, потянувшись к полке, достал оттуда бутылку с каким-то тёмным напитком. Заморачиваться со стаканом он не стал, и откупорив крышку, сделал большой глоток прямо из горлышка. — Марк Дарис — близкий друг… я бы даже сказал, любовник, её подруги, Тилии Астилит. И я почти уверен, что ему каким-то образом стало известно, что на нашу Трил… — Дерилан кинул в мою сторону мрачный взгляд, — совершенно не действует магическое охранное поле Астор-Холт, а, следовательно, и охрана дворца и его тюрьмы. Тогда-то он и сообразил, как организовать побег своих родственничков, а сделать это было гораздо проще, воспользовавшись одной из телепортационных комнат дворца. Подозреваю, что он сказал этой глупой курице, — снова взгляд в мою сторону, — что действует из благих намерений… возможно, даже ни слова не сообщил о побеге, и она согласилась в этом участвовать.

— Это так?! — спросил Шей, поворачиваясь ко мне.

— Он сказал, что его отца казнят на следующий день после бала, и попросил меня помочь им встретиться. Он говорил, что хочет хотя бы попрощаться… И да… я согласилась в этом участвовать, — тихо и почти монотонно произнесла я.

— Дери, это не должно стать известно кому-либо! — выпалил Шей. — Мы не можем отдать её под суд, и ты сам прекрасно знаешь о причинах.

— Знаю! — прорычал хозяин кабинета. — Но что мне с ней делать?!

— Они бы убили меня, как только оказались на свободе, — проговорила я очень тихо.

— Конечно! Хотя это было бы довольно глупо, — согласился Дерилан. — Ведь ты могла бы обеспечить им проход через все защитные поля города…

— Я бы не стала этого делать.

— Ты уже сделала! — повысил голос младший принц. — Знаешь, в чём обвинялся Силистар Дарис?! В организации покушения на мою жизнь. Причём, неоднократном. И ты, Трил, помогала ему сбежать из тюрьмы. Значит, ты тоже являешься частью их группы…

— Нет! — воскликнула я, упрямо глядя в его глаза.

— Да! И такой вывод вполне логичен. И за это одна мера наказания — казнь, причём, публичная.

Вот теперь я, наконец, осознала, что всё кончено. Моё преступление слишком серьёзно, чтобы можно было как-то выторговать себе возможность остаться в живых. И разве у меня есть, что им предложить?! Двум представителям императорской семьи?! Да я и так целиком и полностью в их власти.

Все эти мысли тяжёлым камнем легли на душу, и решив, что держать лицо, изображая из себя сильную девушку, уже бессмысленно, я всё-таки дала волю слезам. Пусть льются… тихо и спокойно. Может хоть так станет пусть и немножко, но легче.

Я опустила лицо на придвинутые колени, и, сжавшись в комок, постаралась хоть на пару минут забыть, где и зачем нахожусь. Всё равно моего мнения спрашивать не станут… пусть уже как-нибудь сами решат, стоит ли отдавать меня под суд или проще прикончить сразу.

Они ещё что-то говорили, но я уже перестала обращать на это внимание. Запястья до сих пор кровоточили, и при каждом движении рук, тонкий шнурок всё сильнее въедался в кожу. А ещё, он явно блокировал доступ к стихиям, потому что даже огонь в камине больше не откликался на мой зов… хотя никогда раньше подобного со мной не случалось.

— Трил, — послышался над головой голос Шея, и в нём явно чувствовалось беспокойство. Он было попытался дотронуться до моего плеча, но ему не дали.

— Выйди, — спокойным тоном, не терпящим возражений, выдал Дерилан. — Я разберусь с ней сам.

— Я останусь… — попытался настоять его брат.

— Нет! Это моя проблема и я её решу, — его голос становился всё более раздражённым, и вряд ли бы кто-то другой пробыл в кабинете ещё хоть минуту. Но Шей медлил.

— Пообещай мне, что не причинишь ей вреда, — не сдавался он.

— Если сейчас ты не исчезнешь, ей будет только хуже, — угрожающим тоном, ответил Дерилан, и тут же грозно крикнул: — Выметайся!

Вот это братское общение?! Да уж… Не ожидала, что младшего принца в гневе опасается даже Шиан. Но, тем не менее…до моего слуха донеслись гулкие шаги, а спустя несколько секунд дверь кабинета захлопнулась, а затем послышалось как клацнул замок.

Вот теперь мы действительно остались одни, и если уж Шей не смог ничем мне помочь, то теперь уж точно помощи ждать неоткуда. Да и кто рискнёт в открытую пойти против Дерилана?! Вряд ли во всей империи найдётся хотя бы один подобный идиот.

— Трил, — позвал он, уже куда более спокойным тоном. Я подняла лицо, пытаясь связанными руками стереть с глаз остатки слёз, чему сильно мешали очки. Но уж лучше так, чем показать ему всю степень моего отчаяния, каплями блестевшего на глазах. — Ты же понимаешь, что в случившемся виновата только ты сама?!

— Понимаю… — отозвалась тихим севшим голосом.

— И должна осознавать, что даже несмотря на всю твою потенциальную значимость для империи, твоё преступление подлежит наказанию, — он поднялся из-за стола, и теперь рассуждал, лениво прохаживаясь по кабинету и поигрывая в руках красивым кинжалом.

От этого зрелища мне опять безумно захотелось забиться в угол, но я снова заставила себя смотреть на своего судью… хотя уже одно это можно было считать наказанием.

— Я не убью тебя, — выдал вдруг Дерилан. — И судить тебя тоже не будут. А вот всех, кто учувствовал в организации побега, на рассвете казнят, а ты… Трил, должна забыть, что когда-то принимала участие в сегодняшней диверсии. Но если же кому-то всё-таки станет об этом известно, ты скажешь, что действовала по моему приказу. Это понятно?!

Я не верила собственным ушам. Нет… Это просто не могло быть правдой. Он же деспот! Жестокий и безжалостный! Но сейчас он буквально за уши вытаскивает меня из этой ужасной истории?!

— Понятно?! — чуть громче повторил принц, и я тут же поспешила кивнуть. — Знать об этом будут только избранные, и с твоей стороны это Элур — твой куратор. Ему мы доверим твою охрану.

— Тир?! — удивлённо прошептала я.

— Да. Как ты уже знаешь, он довольно дружен с моим братом, и Шей ему доверяет. А значит, могу доверять и я. Но… если правда всплывёт… мы просто тихо тебя убьём. Надеюсь, это ты тоже понимаешь?!

— Понимаю, — отозвалась, всё ещё не веря своему счастью.

— Но, — Дерилан остановился рядом и сейчас возвышался надо мной подобно огромной гранитной скале. — Своё наказание ты тоже понесёшь.

Он присел на корточки, и, стянув с меня очки, посмотрел в глаза.

— Плачешь?! — усмехнулся Дерилан. — Бессмысленно. Хотя, если тебе так проще, плачь… я не стану мешать.

Он вяло поигрывал кинжалом, а в наполированном остром лезвии отражался свет огня из камина. Тот же свет играл в его глазах, освещал лицо, и делал внешность Его Высочества ещё более совершенной.

— С этого момента, ты подчиняешься моим приказам, Трил… — сказал он, не отводя взгляда. — Теперь ты моя марионетка, и будешь делать всё, что я скажу. И только попробуй возразить… или ослушаться. Такова цена за твою жизнь.

Теперь я смотрела на него с нескрываемым ужасом, потому что фактически, меня не убивали только для того, чтобы сделать рабыней. И это… это было слишком страшно.

— Но тебе явно мало такого наказания, да и простых слов ты не понимаешь, поэтому… — он резко поднялся, и удобней перехватив кинжал, громко произнёс: — На калении, Трил.

Я зажмурилась, всеми силами стараясь сдержать рвущиеся слёзы. Ведь это был приказ… первый его приказ, и если сейчас я ослушаюсь… начну огрызаться, он просто прирежет меня этим самым кинжалом. И не будет больше девочки Трил… Не будет учёбы, книг, постоянной уборки… не будет Тира, Шея, Тилии… Всё просто закончится. Хочу ли я этого?!

— Ты плохо слышишь? — обманчиво заботливым тоном поинтересовался он, и я решила, что в данном случае цена гордости слишком высока, и… выполнила его приказ. Но я больше не жмурилась, и не скрывала слёз… наоборот, упрямо смотрела в его глаза, и пусть чувствовала себя просто безумно униженной, но он видел, что так просто сломать меня не получится.

— Молодец, — пробубнил мой новый хозяин и повелитель… (даже думать об этом страшно), и мне показалось, что он совсем не рад такому повиновению. Но уже в следующую секунду, подошёл ближе… намотал мою длинную косу себе на руку, и, надавив на затылок, заставил меня опустить голову. — Вот твоё наказание… Три-и-и-ил.

В следующий момент он замахнулся кинжалом, и одним единственным чирком отсёк мои волосы… больно резанув по коже шеи. Я всхлипнула, всё ещё надеясь, что мне показалось и это всего лишь дурной сон, но…

— Эта лишь малая плата за твой проступок, — сказал уже более ровным тоном, вертя в руке мою косу. — Зато ты жива… цени это. А волосы… будут напоминанием, что доверять можно далеко не всем. И ещё, Трил… Пожалуйста, постарайся больше никуда не вляпаться. А если почувствуешь неладное, сразу сообщай своему куратору. Всё.

Подойдя к камину, Дерилан бросил копну заплетённых волос в огонь, а сам развернулся к выходу. Я же, как завороженная ошарашено наблюдала за тем, как пламя медленно охватывает их. Как то, что ещё минуту назад было частью меня стремительно становятся всего лишь горсткой пепла.

— Идём, — позвал он, остановившись у двери. — Тебя проводят до академии. И если будут спрашивать, где провела половину ночи, говори, что была с Шеем. Он подтвердит. Чем вы там занимались… не столь важно. Можешь сказать, что он показывал тебе библиотеку. Всё равно, зная репутацию моего брата, каждый поймёт твой рассказ по-своему.

Наверно, нужно было возразить или возмутиться, но… не в моём положении выбирать. Оправдание, действительно, подходящее. Тем более, почти весь вечер мы с Шианом танцевали перед глазами всех гостей бала. И вполне вероятно, что после этого между нами что-то и произошло. В конце концов, лучше уж пусть меня считают любовницей кронпринца — что при моём внешнем виде просто смешно — чем преступницей, только чудом избежавшей казни.

Выйдя вслед за Дериланом, и пройдя через один небольшой тёмный зал, я оказалась в узком коридоре. Здесь на низких диванчиках сидела именно та троица ребят в чёрном, что сопровождала принца нынче вечером в дворцовой тюрьме. При его появлении они дружно поднялись, потом мой бывший темноволосый конвоир, сделал шаг вперёд и протянул мне длинный тёмный плащ с капюшоном. Я тут же приняла его, и накинула на плечи, опустив на голову глубокий капюшон. И уже собиралась выйти из комнаты, когда позади послышался голос Дерилана.

— Трил… — проговорил он, и впервые в его тоне появилось что-то вроде сочувствия… или вины. Хотя, скорее всего мне просто показалось. Но, тем не менее, я обернулась и снова взглянула на принца. — Ты кое-что забыла.

Он протянул мне мои мутные окуляры в страшной громоздкой оправе. И так как между нами было уже расстояние в несколько шагов, мне пришлось подойти. Когда же я попыталась забрать свою собственность всё ещё связанными руками, Дерилан как-то нервно дёрнулся, и жутко напрягся, а в следующую секунду стягивающая запястья удавка исчезла, а на её месте остались глубокие порезы. Я уже думала, что он хоть что-то скажет… хотя бы попрощается. Но… видимо, рабы подобного отношения не достойны, потому что Его Высочество просто развернулся и скрылся в темноте соседней комнаты.

Остальное прошло как в тумане. Коридоры, холод зимнего ветра, острые снежинки, летящие прямо в лицо… и двое сопровождающих в таких же чёрных плащах. Первый чуть впереди, а второй, наоборот, сзади. И только у ворот академии, они оставили меня одну, но продолжали оставаться за высоким кованным забором до тех пор, пока не убедились, что я благополучно добралась до парадного входа.

Оказавшись в огромном пустынном холле Астор-Холт, я тут же перешла на бег, желая сейчас только одного — спрятаться за стенами своей комнаты и никого не видеть. Перед глазами замелькали ступеньки, коридоры, мраморный пол, и только захлопнув заветную дверь коморки за библиотекой, и закрыв её на массивную щеколду, я, наконец, почувствовала себя в безопасности.

Что же сегодня случилось?! Как я умудрилась так изломать собственную жизнь всего за один вечер?!

Мыслей в голове было слишком много… и с каждой секундой они становились всё более страшными и жуткими, и когда уже были готовы спровоцировать полноценный нервный срыв, организм вдруг решил, что с него хватит и благополучно отключился.

* * *

Сны… иногда они бывают такими красивыми, такими яркими и приятными, что из них совершенно не хочется никуда возвращаться. Ведь здесь, во снах, всё совсем не так, как в жизни. Здесь нет правил, нет законов, есть только мир иллюзий, в котором так приятно жить.

Мне снились облака… такие белые и пушистые, и я летала вместе с ними. Парила над миром… подобно сказочной птице, и никто не мог мне помешать. Я была свободна… как ветер. Но даже здесь, не оставляло странное чувство, что внизу меня ждут. Что там есть кто-то, для кого я важна, и любима. И лишь одной этой мысли хватило, чтобы прервать полёт, и метнуться к земле…

Я опустилась на освещённую тёплым солнцем лужайку у пруда, на которой стоял небольшой деревянный домик. И в голове появилась странная мысль, что это мой дом… что я здесь живу.

На крыльце, прямо на деревянном полу, сидел человек… Из-за слишком яркого солнца у меня никак не получалось его рассмотреть, но я прекрасно знала, что он мне дорог… И что я, дорога ему. Это был не мой дом, а наш. Ведомая диким желанием взглянуть в его лицо, я тут же ринулась вперёд, но… как только оказалась слишком близко, он просто исчез… испарился, как будто его и не было. Будто мне показалось…

И тут послышался какой-то стук. Он порывался в мой сон откуда-то издали, и был здесь явно лишним, наверно именно это и заставило меня вернуться в реальность.

— Трил! Открывай! — возмущался кто-то под дверью голосом Тилии.

Я тут же попыталась подняться, и только сейчас обнаружила, что лежу на своей кровати, прямо поверх одеяла, да ещё и в непонятном, но очень тёплом плаще.

Стук в дверь снова повторился и стал каким-то отчаянно яростным, это-то и заставило решительно подняться и впустить-таки утреннюю гостью.

В комнате оказалось довольно прохладно. И не удивительно, ведь из-за этого пресловутого бала я совсем забыла про камин. Да и вообще, не до него было… а когда вернулась, стало уже всё равно.

Вспоминать о событиях вчерашнего вечера мне совершенно не хотелось, да только воспоминания, как назло, сами всплывали перед глазами…Но сейчас было не совсем подходящее время для истерик, переживаний и самокопаний. Ведь всё что случилось — уже не исправить. А значит, нечего и переживать. Нет, подумать и проанализировать всё это, конечно, стоит, но уж точно не при Тилии.

Когда, сильнее кутаясь в тёплый плащ, я всё-таки распахнула дверь, тут же напоролась на озадаченный взгляд подруги, которая, кстати, выглядела сейчас какой-то наряжённой… и даже напуганной.

— Привет, — проговорила я, пропуская её в комнату. — Чего в такую рань? Что-то случилось?

— Рань?! Ты видела время?! — как-то раздражённо ответила она. — Уже почти стемнело, Трил… а ты, видимо, очень весело провела прошлую ночь, если до сих пор спишь.

— Ну да… мы все были на балу… — начала было я, но меня перебили.

— Все… да только обратно ты возвращалась уже без нас. Ректор так переживал, по поводу твоего неожиданного исчезновения, что чуть ли ни самолично оббежал большую часть дворца! Думал, ты заблудилась. Не хочешь признаться, где пропадала?! — она смотрела на меня укоризненно, и даже как-то обозлено. Наверно, тоже переживала.

— Я была с другом… он показывал мне дворец, — ответила первое, что пришло в голову.

— А друга зовут Шиан, я права?! — раздражённо усмехнулась подруга. — Даже не представляла, что ему нравятся такие, как ты.

Почему-то её последняя фраза показалась мне слишком колкой и очень обидной. И пусть я сама к собственной внешности относилась довольно скептично и даже с иронией, но слышать подобное от Тилии… было слишком странно.

Отвернувшись от девушки, я подошла к камину, и, накидав в него поленьев, тут же разожгла, всего лишь подумав об огне. Сейчас всё прошло как обычно, но… мне сразу вспомнился вчерашний вечер… и странная пустота от растерянности, когда собственная стихия не желала мне отвечать. Взгляд сам собой вернулся к запястьям, на которых отчётливо виднелись полоски запёкшейся крови. Стало тошно…

— Трил, ты в порядке? — осторожно позвала Тилия, и я даже попробовала улыбнуться, но когда тряхнула головой, попытавшись отогнать страшные воспоминания, массивный капюшон всё-таки спал. Я не успела его поймать, да и поздно было это делать. Тилия всё уже всё увидела, и теперь смотрела на меня с округлившимися от ужаса глазами, ни капли не веря, что это явь… а не иллюзия.

— Что… как… — попыталась задать она вопрос, но… не смогла. Вид моих обрезанных волос так её шокировал, что формулировать фразы она пока была не в состоянии.

Если честно, после такой её реакции мне стало ещё страшнее смотреть на себя в зеркало, и ведомая желанием скрыться от всего мира, я потянулась за очками. Пусть так… за ними гораздо комфортнее, как за каменной крепостной стеной.

— Что с твоими волосами?! — всё-таки выговорила Тилия, подходя ближе. Она осторожно потрогала короткие неровные кончики, как бы убеждаясь, что это не иллюзия, и снова вздрогнула. — У тебя кровь на шее…

— Порезалась, — отмахнулась я.

— Чем?! — воскликнула подруга. — Решила опробовать, как работает гильотина?! Трил, я может и не гений, но тут и дураку понятно, что волосы тебе отрезали насильно, чем-то острым, но не ножницами, и к тому же, прямо с заплетённой косой. Поэтому, пожалуйста, ответь, кто это сделал?!

— Это не важно, — отозвалась я, отворачиваясь к огню. Сейчас только он был способен дать мне силы не расплакаться.

— Важно! Тебя ведь могли убить?! — продолжала истерить она.

— Могли, — согласилась, опуская глаза. — Но не убили. Лучше скажи, что случилось у тебя? Ты так рьяно стучала в дверь, что я пришла к выводу как минимум о пожаре.

— Да всё как-то не правильно, — отмахнулась она, уже более спокойным тоном, и, усевшись на кушетку, обречённо опустила плечи. — Тебя нигде не было… Марк тоже со вчерашнего вечера не появлялся. А по академии такие слухи ходят…

— Какие?! — не удержалась я.

— Ну… разные. Вообще, на твой счёт меня они даже успокоили. Ваши танцы с наследником престола вся академия обсуждает. А когда стало известно, что вместе со всеми ты не вернулась, у многих появилась довольно логичная догадка о том, где и с кем ты провела эту ночь.

— Мы просто друзья, — довольно грубо ответила я.

— Боюсь, в это мало кто поверит… — отозвалась Тилия. — А ещё… сегодня утром казнили участников нападения, в котором обвинялся отец Марка. И, наверно, ему сейчас тяжело.

— Как, казнили… — ошарашено проговорила я. — Кто сказал?

— Говорят, в новостях по иллюзатору кто-то слышал. Жаль, в академии такой только один, и тот используется крайне редко. Да и разузнать не у кого…

— Ты сегодня видела Тира?! — спросила я вдруг резко поднимаясь на ноги. Он был единственным, у кого я могла узнать правду, и мне срочно нужно было с ним поговорить. Просто жизненно необходимо! Ведь если ночью меня спасла самая обыкновенная отключка, то сейчас она точно не поможет. А истерика близко…

— Да, — не понимая, почему я спрашиваю, ответила Тилия. — В большом обеденном зале… на ужине. Ты куда?! — закричала она мне вслед. Но я уже покинула комнату и понеслась вниз по широким лестницам. Мне нужно было увидеть Тира… Уверена, он уже обо всём знает и может сказать, кого именно казнили этим утром.

Главное здание академии соединялось со спальным корпусом большим подземным коридором. И обычно я пользовалась именно им, но сейчас там оказалось слишком многолюдно, а у меня не было никакого желания разговаривать с кем-либо кроме Тира. Поэтому, едва добравшись до холла, я тут же выскочила на улицу. Здесь уже почти стемнело, хотя тяжёлые тучи даже сейчас очень плотно закрывали небо. В лицо злобно дул ледяной ветер, но я всё равно бежала, потому что на каком-то странном подсознательном уровне билась лишь одна единственная мысль — обязательно поговорить с Тиром.

Как сумасшедшая, я неслась сквозь летящий снег, и мне было совсем не важно, что с головы снова слетел капюшон, что полы длинного плаща волочатся по слякоти, а ноги мои уже изрядно промокли. Это всё было сейчас второстепенно…

Огромное здание спального корпуса внешне почти не отличалось от главного, и было выполнено в том же королевском стиле. Та же лепнина, те же мраморные полы и те же пологие удобные лестницы. Не обращая внимания на снующих по коридорам студентов, я быстро добралась до комнаты своего куратора, и только перед ней остановилась, переводя дыхание. В голове совершенно не во время появилась странная мысль: а захочет ли он со мной разговаривать?! Ведь то, что я собираюсь спросить, никак не относилось ни к учёбе, ни к Астор-Холт в частности. А вдруг, он не станет отвечать?! Просто выпроводит меня, и дело с концом. Но…

Решительно вздохнув, я сильнее натянула капюшон на голову (а вдруг не заметит моей новой причёски?) и постучала в дверь.

Открыли мне не сразу. Если честно, уже и не думала, что откроют, но постучав повторно и немного громче, всё равно ждала реакции хозяина комнаты. Он был внутри, это факт. В узкой щелочке под дверью была явно видна тусклая полоска света, а Тир никогда не оставлял его зажжённым, когда уходил. Значит, просто не желает никого видеть. А может… уже догадался, что это я? Думает, пришла плакаться в его жилетку… Жаловаться на злодейку-судьбу?!

В этот самый момент дверь передо мной распахнулась, и моему взгляду предстал немного заспанный Тир, в помятых брюках и явно наспех накинутой рубашке. Обычно гладко зачёсанные волосы были взлохмачены, а в тёмной синеве его глаз отражалось странное удивление.

— Трил?! — спросил он, внимательно разглядывая моё странное одеяние. — Что это на тебе? Ты от кого-то прячешься?!

— Нет, — прозвучал мой уклончивый ответ. — Прости, я тебя разбудила. Но… коль ты уже всё равно проснулся, уделишь мне несколько минут?!

— Конечно, проходи.

Он осторожно отступил от двери, пропуская меня внутрь, но при этом окинул мой плащ таким озадаченным взглядом, что я просто не смогла удержаться. Да и вообще, в компании Тира мне стало куда легче… всё ж доверенное лицо, как-никак. Вот я и ляпнула первое, что пришло в голову.

— Слушай, я понимаю, что такой фасончик сейчас немного не в моде, но он реально тёплый, а на улице жуткая погода. Да и внимание привлекать к себе не хотелось… — проговорила, медленно прохаживаясь по комнате. Привычно замерла у картины Шея, теперь-то я уже смотрела на неё совсем по-другому. Вот значит, чем у нас увлекается наследник императорского престола.

— Ты в нём привлекаешь куда больше внимания, — тихо отозвался Тир. — А с эмблемой королевской стражи на спине…

— Что?! — воскликнула, и тут же рванула к зеркалу, которое только подтвердило слова моего куратора. Конечно, я ведь не снимала этот плащ со вчерашней ночи, и даже не предполагала, что он не просто чёрный, а с нашитым на всю спину белым драконом. — Я… не видела.

— Даже знать не хочу откуда у тебя эта вещица. Опять, небось, вляпалась в историю… — проговорил Тир, усаживаясь в своё кресло. — Кстати, можешь его снять, тут довольно тепло. Так, что тебя ко мне привело?

— Один вопрос и одна маленькая обида… — отозвалась, снова возвращаясь к картине Шея. А ведь он на самом деле отлично рисует. — Начну со второго.

— И чем же я умудрился тебя обидеть?! — с иронией спросил Тир, расслабленно развалившись в кресле.

— Тем, что не посчитал нужным сообщить, кем является твой дорогой друг — Шей, — спокойно ответила я, не поворачиваясь к своему собеседнику. Мне не хотелось видеть его лицо… его усмешку. Сейчас и так держалась из последних сил, и прилагала просто огромные усилия чтобы не сорваться. Я должна была выдержать этот разговор.

— А разве это так важно?! — абсолютно ровным тоном, с лёгкой ноткой раздражения, спросил Тир.

— Уже нет… А вот вчера было важно. Просто, понимаешь… я весь вечер танцевала со старым знакомым, с которым вела себя более чем на равных, а в итоге узнала, что он всего лишь кронпринц империи.

— И? — равнодушно уточнил голос со стороны кресло.

— Что «и»?! Шей в любом виде и при любых обстоятельствах остается Шеем. Этот… не знаю, теперь, как применять к нему ругательства. В общем, этот не очень хороший тип, нашёл таки способ оставить наше общении на уровне дружеского. Без титулов и этикета. Мне пришлось поддаться на его провокацию, и по сути… ничего в нашем общении не изменилось. Но ты даже не представляешь, что я чувствовала, когда узнала, кто он на самом деле…

— А… могу я узнать, каким способом Шей уговорил тебя забыть о его титуле?! — задавая этот вопрос Тир даже приподнялся и выглядел каким-то напряжённым.

— Это к делу не относится, — отозвалась я. — Мы договорились, и точка. Хочешь, спроси у него сам. Думаю, он с радостью ответит. Я же… предпочту промолчать.

— Ладно, — он снова вернул телу расслабленную позу. — Ты хочешь, чтобы я извинился или искренне раскаялся, что удержал в тайне титул моего друга?!

— Ха, Тир… Ты же не сделаешь ни того ни другого. Я просто хотела высказаться по этому поводу, и мне не нужны твои извинения, даже если бы ты их и принёс. Увы, они ничего не изменят, — последняя фраза относилась скорее ко всем последствия вчерашнего вечера, чем конкретно к поступку Тира. Наверно, так моё собственное напряжённое состояние напоминало, что нервы ещё не пришли в норму, и не стоит их зря напрягать. Всё… узнаю то, зачем пришла, и сразу обратно. А там уже начну думать о насущных проблемах.

— А что за вопрос?! — поинтересовался Тир. — И сними уже свой балахон. Ты в нём похожа на какого-то служителя древнего тёмного храма.

— Нет, мне и так вполне комфортно.

— Убери хотя бы капюшон.

— Нет. Ответь мне, и я сразу уйду. Ты ведь в курсе, за что был арестован Силистар Дарис?!

Тир снова напрягся и в этот раз даже соизволил подняться на ноги.

— Естественно, — холодно ответил он, подходя ближе. Я всё так же стояла у стены, и делала вид, что внимательно разглядываю море на картине. — Но он уже казнён. Сегодня утром.

— Скажи… — замялась я. — С ним казнили обоих его сыновей. Марка тоже?

— Да. И его, и Сандра — его старшего брата. А с ними ещё несколько человек, вроде как их подельники. За организацию побега государственного преступника. Об этом писали в вечерней газете…

Я шумно выдохнула и опустила голову.

Значит всё, что говорил вчера Дерилан — правда. И я единственная, кто остался в живых из всей компании. Но… кто-нибудь может объяснить мне, почему?! Для чего я так понадобилась принцу, что он даже решил меня помиловать, всего лишь сделав личной рабыней, и оттяпав волосы под самый корень?! Чего мне теперь ждать?! Чего бояться?!

— Трил, — позвал было Тир, и я тут же вспомнила, где нахожусь, и что моё напряжённое молчание может вызвать подозрения. Поэтому, сразу поспешила сделать глубокий вздох, взять себя в руки, и гордой походкой отправилась к выходу.

— Прости, что побеспокоила. Именно за этим я и приходила. Тилия ищет Марка… и пока не знает, что произошло. Я беспокоюсь за неё, — мой голос звучал ровно, но полностью напряжение скрыть не удалось. Наверно именно поэтому, уже у самой двери меня остановил громкий голос Тира. Почти приказ…

— Стой! — воскликнул он, и метнувшись ко мне, мигом поймал за руку и в тот же момент, сдёрнул с моей головы капюшон.

Мы застыли. Благо дверь всё ещё была закрыта, а то б эту картину могла лицезреть добрая половина жителей этажа. Тир смотрел на меня жуткими испуганными глазами, переводя взгляд с коротких торчащих волос на застывшее лицо. Я же держалась сейчас из последних сил, потому что от его странной реакции комок в горле стал ещё больше, а слёзы подобрались куда ближе безопасного расстояния.

Всё так же молча, как будто совсем забыл родной язык, Тир коснулся самых коротких волосков на моём затылке, невольно задев царапину. Я поморщилась от резкой боли, а он в ужасе отдёрнул руку. Затем как-то растеряно расстегнул пуговицы плаща, и скинув его, снова меня осмотрел, уже куда внимательней. Его взгляд остановился на порванном рукаве блузки, которая пострадала ещё когда я пыталась вырваться во время освобождения пленника в подземной тюрьме… увидел синяк на руке, наверно заработанный там же… но когда он ошарашено уставился на глубокие раны на запястьях, стало ясно, что сейчас мне устроят самый настоящий допрос.

— Тир… не надо, пожалуйста, я не хочу об этом говорить, — взмолилась я, искренне надеясь, что меня просто отпустят, но… видимо, именно сейчас мой куратор вдруг вспомнил, что я его подопечная, и покачав головой, подтолкнул меня к дивану.

Я села, опустив глаза в пол. Говорить не было никакого желания, а вспоминать события прошлой ночи хотелось ещё меньше. И благо Тир пока ничего не спрашивал. Но… оказалось, что радоваться слишком рано.

— Протяни руки, — проговорил он, севшим голосом. А когда увидел мой удивлённый взгляд, поспешил объяснить: — Порезы надо обработать и замотать. Иначе они вызовут слишком много вопросов.

Я лишь хмыкнула, и покорно позволила ему заняться ранами. Когда же Тир потянулся к шее, попыталась запротестовать, но этот протест был слишком легко подавлен одним лишь строгим взглядом, в котором явно читалось: «Отстань, я знаю, что делаю!» Пришлось промолчать. Благо эту рану он не стал заматывать, как запястья, а лишь намазал какой-то жуткой мазью и, приложив мягкую ткань, закрепил её какими-то липкими штуками.

— Вот ты и доигралась, дорогая подопечная, — тихо проговорил он, оставляя меня в покое. На его реплику я предпочла не отвечать, тогда Тир продолжил говорить сам. — А ты везучая, Трил… Значит такое наказание тебе придумал Дерилан. Жестоко. Но если вспомнить, что остальных казнили…

— Я понимаю, что отделалась очень легко, — тихо отозвалась я, опуская голову на подлокотник дивана, осторожно сворачиваясь клубком. Значит, Тир уже всё знает от Шея. Это существенно облегчало разговор. Он хотя бы не будет требовать подробностей. — Волосы значили для меня очень много, но… жизнь вообще бесценна. Все они… казнены, а я жива. Только…

— Что? — уточнил Тир, когда я замялась на последней фразе.

— Не могу понять, зачем я ему? Для чего принцу Дерилану моя жизнь?! Мелкой никчёмной дурочки, с отвратительным характером и манией вляпываться во всевозможные неприятности?! За время, что мы с ним знакомы, я только и делала, что выводила его из себя… Чего во мне такого… важного?!

— Трил… — начал было Тир, но сразу же замолчал.

— Хочешь честно?! Мне просто до жути страшно. Я боюсь, что в тот момент, когда он всё-таки убедиться в моей полной никчёмности, меня уже никто и ничто не спасёт. А жить в постоянном страхе… в нескончаемом ожидании смертельного удара… и не понимать, что же до сих пор не позволяет им меня прикончить… слишком тяжело.

Я спрятала лицо за согнутым локтем, и закрыла глаза. Весь груз собственных переживаний и страхов давил тяжелейшей каменной глыбой, и я не имела ни малейшего понятия о том, что будет дальше.

— Знаешь, что я думаю… — спокойным тоном начал Тир. — Не так уж и важно, по каким именно причинам тебя оставили в живых, важно, что ты вообще жива. Это шанс… Твой единственный и последний. И надо им обязательно воспользоваться.

— Да… ты прав, — проговорила, шмыгая носом. — Сейчас я им интересна… но что будет, когда станет понятно, почему защита Астор-Холт… и дворца меня не трогает. Что случиться со мной, когда эта тайна будет раскрыта?

— Всё зависит только от тебя. Если хочешь жить, ты должна сделать так, чтобы с каждым днём твоя жизнь становилась всё более ценной для империи. Развивай свои таланты, учись пользоваться тем, что дано тебе с рождения, придумывай новое. Возможно… Хотя нет, я уверен, что когда станет ясно почему тебя не трогает защита, твоя жизнь станет ещё более ценной. Да и две стихии даются далеко не всем…

— Хочешь сказать, что я должна забыть обо всём произошедшем и с утроенной силой взяться за учёбу?! — поинтересовалась, недоверчиво глядя на Тира.

— И не только. Сейчас я заканчиваю один проект, на который мне нужно ещё несколько недель. Но, как только он будет завершён, мы вместе вплотную займёмся изучением твоего феномена. И я намерен докопаться до истины.

Внимательно выслушивая его доводы и разъяснения, я начала медленно приходить в себя. А ведь он был прав…для меня единственный способ выжить, это сделать так, чтобы меня оказалось не выгодно убивать. Но это значит, что придётся стать не просто лучшей, а самой-самой… Уделять занятиям ещё больше времени, и попутно думать, как можно применить свои знания на практике.

Тир сосредоточенно наблюдал, как меняются выражения на моём лице, и только когда увидел разгорающуюся в глазах уверенность, вздохнул с облегчением. Не знаю, как он догадался, что меня нельзя жалеть, что жалость сделает только хуже. Но, я очень благодарна своему куратору… другу… за то, что он снова вернул мне уверенность в завтрашнем дне. Ведь он прав… Жизнь дала мне шанс. И теперь только от меня зависит, использую я его или нет.


Глава 9. Загадки прошлого

И снова мимо полетели дни…

Сначала они тянулись медленно, как будто пытаясь продлить те две недели каникул, что академия дарила своим студентам во время новогодних праздников. Наверно, тем, кто проводил это время дома, среди родных, этого времени казалось слишком мало, да и пролетало оно быстро. Но, что касается остальных… таких как я, и Тилия, которая решила не покидать пределов Астор-Холт, для нас время тянулось подобно старой гружёной телеге… медленно и печально.

Наверно, будь у меня дом и родные, я бы с радостью покинула академию, хоть на несколько дней. Но, к сожалению, в моей реальности существовал только Астор-Холт, он же был для меня и местом работы, и местом учёбы. А вот Тилия…

После известия о казни возлюбленного мою подругу как будто подменили. Всего за один миг из яркой жемчужины она превратилась в серый камень. Тилия как будто потухла, и видеть это было слишком больно.

Естественно она ни на секунду не поверила, что её обожаемый Марк на самом деле был в чём-то виновен. Она проклинала дознавателей, палачей, стражу… но самое главное, она возненавидела всю императорскую семью. В её глазах бывший возлюбленный и его отец с братом оказались бедными овечками, которых нагло оклеветали, на которых специально, умышленно напустили напраслину и казнили… не за что. Поначалу я пыталась объяснить, что она ошибается, но… Тилия требовала доказательств, а я просто не могла признаться ей в том, что своими глазами видела, как её Марк открывал камеру отца.

Коридоры академии в эти дни казались мне особенно мрачными и холодными. Каждый вечер я старалась вытащить подругу погулять хотя бы по галереям, но… никакого эффекта эти прогулки не давали. Она всё так же предпочитала молчать, изредка шепча себе под нос злобное: «ненавижу». Кого именно имела в виду Тили, догадаться не сложно — Императора и обоих его сыновей.

Странно, но именно сейчас мне очень захотелось познакомить её с Шеем… Нет, не с кронпринцем Шианом Аркелиром, а с тем нагленьким самоуверенным повесой, которым и был настоящий Шей… Простым и ярким. Мне почему-то казалось, что ему под силу вернуть мою подругу к жизни, но… не так уж и просто организовать такую встречу, хотя думаю, у меня получиться. Нужно только немного подождать.

Единственным местом во всей академии, где Тилия почти становилась собой прежней и даже иногда позволяла себе улыбку была огромная оранжерея. Теперь мы почти каждый день приходили сюда, к большому толстому стеклу, за которым собирались распускаться цветы Асторий. Процесс этот проходил довольно медленно, но всё равно безумно завораживал. Хотя, даже без своих очаровательных бутонов эти цветы казались удивительно прекрасными. На них хотелось смотреть, не отводя взгляда, и даже просто находиться с ними рядом было очень приятно. Вот так и проявлялась эта их волшебная сила в своём положительном действии. Здесь — на лавочке у толстого стекла, я забывала о своих страхах, а Тилия хоть на несколько минут отпускала свою ненависть, и вспоминала о себе самой.

Кстати, впервые сюда нас с ней отправил Тир, тонко намекнув, что и мне и моей подруге просто необходимо прогуляться по оранжерее. Вот тут-то мы и обнаружили Астории, и теперь не было ни дня, чтобы вечерние прогулки по академии ни приводили нас сюда.

Глядя на состояние Тилии, которая с каждым днём становилась всё мрачнее и печальнее, я всё пыталась уговорить её отправиться домой, к родным. Но она упрямо настаивала на том, что там её не поймут, и более того, будут постоянно напоминать о Марке и о том, что он преступник.

Когда, через два дня после казни в академию явились её родители, они долго причитали над заплаканной дочерью. Твердили, почти не умолкая, что всё не так уж и плохо и нет смысла горевать по такому преступнику. Говорили, как рады раскрытию истинного лица Марка и всей семьи Дарис. Конечно, с какой-то стороны, их можно понять. Ведь если бы Тилию с Марком связывал брак, сейчас бы и их семья была в опале, а так… для них всё сложилось как нельзя лучше. А на глубокую рану в сердце дочери они попросту предпочли не обращать внимания. Мол, перебесится, успокоится и забудет. Молода ещё! Да только сама девушка думала совсем иначе.

Проходили дни, за ними недели, начался новый семестр, но настроение Тилии оставалось прежним. Да только теперь в её глазах появилась самая настоящая озлобленность. А мне почему-то стало казаться, попадись ей сейчас кто-то из императорской семьи — она бы сорвалась. Набросилась и придушила голыми руками. И я уже почти перестала надеяться на то, что когда-нибудь моя подруга сможет стать прежней.

С началом нового учебного семестра в моей жизни тоже произошли изменения.

Естественно, началось всё с моей новой причёски. Короткие пряди неожиданно начали завиваться, превращаясь в очень милые кудряшки. А в сочетании с жуткими очками смотрелось это даже забавно. К моему собственному удивлению, я перестала походить на заумное огородное пугало — теперь это пугало стало вызывать куда больше искренних улыбок, чем когда-либо. А достойным апогеем сего фарса стал тот факт, что ко мне впервые в жизни начали тянуться люди. А это просто не могло не радовать.

Раны на руках зажили ещё за время каникул, и теперь о них напоминали только лишь полоски шрамов, да и те были заметны, только если рассматривать в упор. Что случилось с порезом на шее — сказать не могу, не видела. Но, если после лечения Тира эту отметину от кинжала принца больше никто не замечал, значит всё с ним тоже хорошо. И вообще, если не вспоминать подробности той злополучной ночи, то я почти не злилась на Дерилана. А видя, как его искренне ненавидит Тилия, даже несколько раз ловила себя на странном желании за него заступиться. Хотя до сих пор мне всё же удавалось держать себя в руках.

Согласна, он жестокая сволочь, но, несмотря на все его явные недостатки, только благодаря ему, я всё ещё жива. И пусть за это мне пришлось заплатить довольно дорого, да только в данном случае любая цена была бы ничтожно мала.

А ещё, глупо признаваться, но Дерилан начал мне сниться. Сначала это были страшные сны, в них я снова была в его кабинете, а вокруг словно эхом разносился приказ: «На колени…». В такие моменты я просыпалась от собственных слёз и подолгу сидела в темноте комнаты, пытаясь успокоиться. Да только спустя несколько недель, когда обида немного поутихла, а воспоминания стали не такими яркими, мои кошмары превратились в простые сны. В них я снова видела младшего принца, но больше он меня не пугал, не пытался приказывать. Он просто сидел в оранжерее Астор-Холт рядом с цветком Астории и взирал на меня из-за толстого стекла. Я же смотрела не него, не в силах отвести взгляд и весь мир в эти моменты становился лучше… чище… добрее. После таких сновидений я просыпалась бодрой и отдохнувшей, а ещё какой-то странно счастливой.

И всё бы хорошо, но после этих снов лицо Дерилана стало всплывать в памяти куда чаще, чем требовалось. Я старалась не вспоминать о нём, пыталась доказать самой себе, что он не тот, о ком стоит думать, что он сволочь, жестокий самовлюблённый эгоист с обострённой формой мании величия. Но в моих снах он был другим. Там… в этом царстве иллюзий, его глаза смотрели на меня с нежностью. Наверно, именно поэтому этот призрачный образ стал так мил мне. Да вот только с реальностью он совершенно не вязался. Ведь настоящий Дерилан по определению не был способен смотреть на кого-то вроде меня без надменности. Кто я и кто он!? Да и вообще, в моём мире снов существовал совсем другой человек, пусть и безумно похожий на младшего принца империи.

С новым семестром изменилось и моё расписание. Тир внёс в него больше практических занятий, добавил несколько предметов связанных с изучением свойств моих стихий, а по пятницам выделил несколько часов для изучения «моего феномена». Естественно, работу мою никто не отменял, и она, как и прежде, начиналась после общего отбоя и заканчивалась не позже двух ночи. И жизнь снова понеслась по привычному руслу. Да только больше я не строила из себя гордую всезнайку, и теперь всю неделю копила вопросы для Тира. Всё то, что казалось мне непонятным или не совсем понятным, я записывала в блокнот, с целью получения разъяснений у своего куратора. И такое построение учебного процесса устраивало всех.

* * *

С начала учёбы прошло уже почти две недели, но с Тиром я до сих пор не виделась ни разу. В прошлую пятницу он был чем-то жутко занят, и прямо с утра на моём трилистере (а именно так правильно называлась светящаяся доска с расписанием) появилось сообщение, что наша встреча переносится на следующую неделю. И вот сегодня, настал тот долгожданный день, когда мой драгоценный куратор нашёл-таки время для своей нерадивой подопечной.

Пока шла по коридорам Астор-Холт, отчего-то вспомнила, что с Тиром мы не встречались, почти месяц, и я даже успела немного соскучиться. И пусть наше общение начало налаживаться совсем недавно, но мне уже стало не хватать его строгости, рассудительности и холодного взгляда. Иногда даже казалось, что в них с Дериланом есть какая-то общая черта. Что-то такое, сильное, яркое, способное как притягивать, так и отталкивать. Но сколько бы я ни думала над этим, ответа всё равно не было.

Когда после моего короткого стука Тир распахнул дверь своей комнаты, я не смогла сдержать улыбки. Всё ж не думала, что в этом мире когда-то появятся люди, которых буду искренне рада видеть… А теперь, есть он, есть Шей и Тилия. И это просто не может ни радовать!

Я прошла внутрь, ловя на себе удивлённый взгляд куратора. Тир рассматривал меня со странным удовлетворением во взгляде. Как будто видел перед собой не человека, а своё новое изобретение в действии.

— Что?! — не сдержалась я.

— Да вот, смотрю… — проговорил он, с довольной улыбкой. — Куда же подевался твой затравленный взгляд?! Где жуткая бледность и дорожки от слёз?! Их нет!

— А разве это плохо?! — не поняла я.

— Это прекрасно, Трил. Я, честно говоря, не думал, что ты так быстро и просто оправишься от произошедшего, но, как вижу, та встряска даже пошла тебе на пользу.

— Ха, — усмехнулась я, усаживаясь в его кресло. — Да ты только посмотри на меня в этих очках! Сущий ангелочек… была б я ещё блондинкой, и с этими завитушками меня бы попросту начали обожать. Такая милая… Знаешь, если раньше я пугалась своего отражения и оно каждый раз умудрялось опускать моё настроение всё ниже и ниже, то сейчас… Хм, мне даже смешно иногда становится.

— Да уж… Тебе действительно идёт новая причёска, — довольным тоном ответил Тир.

— Увидишь Его Высочество, передай, что он прекрасный парикмахер! — рассмеялась я, и со странным умилением проследила, как на секунду застыло лицо Тира. — Да брось! Не хмурься, это же шутка. Не надо ничего передавать, я сама лучше скажу… при встрече. Надеюсь, она состоится не скоро.

— Ох, Трил… Ты не меняешься. Едва выжила и снова рвёшься на плаху.

— Я просто шучу. Или у нас активно пропагандируется культ личности?! — выдала уже более строгим тоном.

— Нет, но я бы не рекомендовал тебе особо сильно дерзить в присутствии Дерилана, — спокойно ответил Тир.

— Обязательно учту вашу рекомендацию, господин куратор, — отозвалась абсолютно серьёзным голосом. — И если у вас больше нет своих дел, я бы хотела получить разъяснения по ряду интересующих меня вопросов, относящихся непосредственно к учебному процессу.

— Конечно, я полностью в твоём распоряжении, — ответил он с язвительной усмешкой, и больше к разговору о младшем принце мы не возвращались.

Как ни странно, но весь огромный список непонятных мне тем закончился уж слишком быстро. Казалось, Тир знает всё и обо всём, и не просто знает, а может быстро и доходчиво объяснить. Так что с моей частью мы управились меньше чем за полчаса. И вот когда я демонстративно скомкала свою бумажку и сунула её в сумку, мой куратор довольно улыбнулся и с видом хитрого кота, достал какие-то свои записи.

— Теперь моя очередь, — проговорил он, поглядывая на меня хищным взглядом.

— Чую, меня ждёт форменный допрос, — ответила, закатывая глаза к потолку.

— Да, именно он, так что набери в лёгкие побольше воздуха и начинай рассказывать всё, что помнишь о своих родителях.

— А причём тут они?! — удивилась я. — К тому же я их никогда не видела.

— Притом, что дар стихий в девяноста пяти процентах случаев передаётся от родителей к детям. Поэтому среди обладателей подобных способностей, активно процветают династические браки. К примеру, парень, владеющий даром огня, может жениться только на девушке с таким же даром, или с нейтральным, таким, как воздух. Поэтому им и владеет абсолютное большинство. Конечно, есть случаи, когда у человека проявляются способности к двум стихиям родителей. Но ещё никогда они не были настолько противоположными, как огонь и вода. Теперь понимаешь, причём здесь родители?!

— Понимаю, но… ведь остаются ещё возможные пять процентов. Быть может, я подхожу под них? — высказала своё предположение.

— А пять процентов — это те, кто получил свои способности в виде бескорыстного дара близкого родственника. Ты наверно не знаешь, есть ритуал, пройдя который существует возможность передать кому-то близкому по крови свой дар. Но сделать это можно только от чистого сердца, иначе не приживётся.

— Ого! — вот теперь я действительно была шокирована. — А вдруг и мне кто-то так…

— Ты сирота. Кровных родственников не имеешь. Да и передать его можно только сознательному человеку, и с его согласия. То есть, если бы такое произошло, ты бы точно запомнила.

— Значит, всё-таки родители… — протянула я, прикидывая, откуда у циркачей могли быть такие редкие и ценные способности.

— Вот и излагай всё, что про них знаешь. Упоминай даже те мелочи, которые кажутся тебе несущественными, — попросил Тир, и, одарив меня ободряющим взглядом, приготовился записывать.

— Ну что ж… Мама Эрида рассказывала мне, что в 7866 году в конце осени, а точнее в последних числах месяца Голых Лесов, в городке Сарс, который стоит почти на границе с Эрлинией, появился бродячий цирк. Он был довольно большой. Его труппа насчитывала не меньше тридцати человек. Эрида же цирк не любила и на их представлениях не была. Но как-то вечером к ней пришли трое. Двое мужчин буквально на руках притащили беременную девушку, которой нужно было помочь родить.

— Она говорила, как выглядела эта девушка?! — уточнил Тир.

— Немного. Она не очень хорошо запоминала лица. Говорила, что моя мать была высокой, худой, с длинными светлыми волосами, заплетёнными в тугую косу, и в потрепанной одежде. Но, платье её хоть и выглядело поношенным, да только сшито было из дорогой ткани. А ещё Эрида рассказывала, что у меня её глаза — такие же большие и очень синие.

— Ясно, а про отца она что-нибудь говорила?

— Нет. Она ничего не спрашивала у той девушки, а привели её двое. Об их внешности мне ничего неизвестно.

— Ладно… что было дальше?

— Я родилась. Мне дали какое-то непроизносимое до жути длинное имя, которое очень не нравилось Эриде. Поэтому она предпочла его максимально сократить.

— Стоп! — воскликнул Тир. — Она тебе его говорила?!

— Да… но я тоже его не помню. Что-то начинающееся на Трил.

— А ты знаешь, что в ряде династий по сей день сохранился обычай давать детям длинные имена? Раньше, несколько веков назад, происхождение можно было легко определить по имени. К примеру, крестьяне предпочитали что-то короткое и звучное, обычно не больше четырёх букв. Мелкое и высокое дворянство давало детям имена средней длинны. А вот в высшем, всегда преобладали именно эти длиннющие почти непроизносимые. И чаще всего называли в честь кого-то из родственников. Если вспомнишь имя — мы сможем найти твой род.

— Не вспомню.

— Не зарекайся, — осадил меня Тир. — Я пороюсь в книгах и попытаюсь найти все женские имена начинающиеся на «Трил». И потом мы попробуем освежить твою память.

— Ладно, как хочешь. Только мне никак уж не верится, что я могу иметь отношение к аристократии, да ещё и к высшей.

— Всё возможно в этом мире, — философским тоном изрёк он и снова уткнулся в свои записи. — Почему родители тебя оставили у знахарки?

— Откуда ж мне знать?! Может сына хотели, а родилась дочь?!

— А что они сказали Эриде? — не обращая никакого внимания на мою иронию, спросил Тир.

— Они беспокоились, что я не переживу зиму в дороге. Вот и оставили меня у незнакомой женщины.

— Она так легко согласилась приютить чужого новорожденного ребёнка? — в голосе куратора сквозило явное недоверие.

— Нет, она согласилась сделать это за большую шкатулку, полную золотых монет, и несколько перстней с драгоценными камнями, — пожав плечами, безразличным тоном отозвалась я.

— А вот это уже интересно, — Тир мигом подобрался и уставился на меня. — И откуда же у циркачей такие богатства?! И сразу второй вопрос: этих денег легко хватило бы как минимум для того чтобы безбедно прожить зиму на каком-то постоялом дворе. Почему они этого не сделали?! А ответ только один: они от кого-то прятались. Вот представь… — он поднялся и с задумчивым видом начал вышагивать по комнате. — Твои родители — явно аристократы, причём деньгами не обделённые. Катаются по стране с бродячим цирком, и оставляют ребёнка у незнакомой женщины с кучей золота в придачу.

— Они меня попросту бросили… — устало вставила я. Мне уже изрядно надоело доказывать Тиру, то что и так было очевидно.

— Тем, кого бросают, не дают имя, денег, и побрякушек в виде перстней. Кстати, где они? — в его глазах горел самый настоящий азарт, я же продолжала рассказывать только потому что обещала. Самой же мне в то, что в моём рождении есть какая-то тайна верилось с трудом.

— Их вручили Эриде. А когда деньги закончились, она продала кольца местному ювелиру… Кстати, камушки в них были довольно массивные и по его словам, настоящие. Он ещё хвастался потом, что перепродал перстни в столице втридорога.

— А кому, не говорил? — Тир даже остановился, и с неприкрытым любопытством посмотрел на меня.

— Какому-то коллекционеру. Они, оказывается, были какими-то древними, фамильными…

— Вот! — воскликнул мой куратор, а в огоньки азарта в его глазах разгорелись куда сильней. — Ещё одно доказательство твоего благородного происхождения.

— А может мой отец их попросту украл?! Он же был циркачом, катался по дорогам, вот и ограбил какого-то богатенького аристократика.

— Не наговаривай. Давай думать о хорошем. Кстати, ты помнишь, как перстни выглядели?

— Большие, золотые, один с голубым камнем, второй с зелёным, а третий с красным.

— Стихийники…

— Что?!

— Стихийные перстни. Их обычно носят магистры после окончания Астор-Холт. Но… не три, а по одному. А если их было три…

— Значит, я права, и он их попросту украл, — самодовольно констатировала я.

— Ладно. На них были какие-нибудь рисунки, может гравировка?! — судя по голосу, энтузиазм Тира начал медленно спадать.

— Да… Я с этими штуками довольно долго игралась. На перстне с синим камнем по бокам была изображена большая змея. А вокруг — будто брызги от волны.

— Это родовой знак… Но он нам мало чего даст. Их бесчисленное количество. Нужно посмотреть в справочнике по имперской символике. Хотя, я не уверен, что в этом есть смысл.

— Вот именно, — скептично отозвалась я. Мне вот ни капли не верилось, что моими родителями были аристократы. Слишком это маловероятно.

— Кроме колец и золота, что-то оставили? — почти равнодушно спросил Тир.

— Вроде нет. Хотя… есть ещё кое что, — и расстегнув несколько пуговиц на наглухо застёгнутой рубашке, я извлекла из под неё довольно толстую цепочку из белого золота, на которой болтался увесистый медальон. — Он тяжёлый и неудобный, но его мне на шею повесили сразу после рождения, и с тех пор его никто не может снять… даже я.

— Ого, — проговорил Тир, мигом подскакивая ближе. Потом осторожно взял массивную подвеску в руку и стал внимательно разглядывать. — Это дорогая вещь.

— Знаю, — усмехнулась я. — Но её нельзя продать. Только если со мной в комплекте. Не веришь?! Попробуй её с меня снять! Можешь использовать любые известные тебе способы. Даже магические. Всё равно не поможет.

— И многие пробовали?! — поинтересовался он.

— Пока была маленькая — да, многие. Потом я просто решила, что куда безопаснее его никому не показывать. Вещица-то действительно дорогая. Думаю, стоит не меньше десяти тысяч льер. И я бы с радостью от неё избавилась… Всё ж такие вещи не так уж и удобно носить.

Я вздохнула, наблюдая, как Тир внимательно разглядывает эту побрякушку. Сначала он долго мучился с цепочкой и с замком на ней, но потом решил, что это может подождать, и принялся за сам медальон. Эта массивная штука представляла собой странный плотный клубок из нитей белого и жёлтого золота. И в их переплетении можно было разглядеть несколько довольно крупных драгоценных камней… Два красных и два синих.

— Его надо Шею показать, — вдруг констатировал Тир.

— И что он скажет?! Более точную цену? — поинтересовалась с усмешкой.

— Эта штука явно магическая. Я чувствую, что в ней сосредоточенно просто огромное количество энергии, причём не стихийной. Это что-то вроде оберега. Я где-то читал, что нечто подобное в древности использовали для защиты. Если же рассматривать твой конкретный пример… От физического воздействия он тебя не защищает. От болезней тоже. Значит… есть одно предположение.

— Эй, господин куратор, вы начинаете меня пугать, — проговорила я, внимательно наблюдая за действиями Тира.

— У меня идея. Нужно срочно проверить одну теорию, — проговорил он с видом бешеного фанатика. — Трил… встань у окна.

— Ладно, — отозвалась я, и поплелась к указанному месту. Но стоило мне отвернуться, тут же послышался хрипловатый вскрик Тира. — Эй, ты чего?!

Он выглядел так, будто только что сам ударил себя по голове чем-то тяжёлым, но при этом тупо и очень счастливо улыбался. Я тут же поспешила к нему, пытаясь понять, что же произошло.

— Всё хорошо. Это того стоило, — прохрипел он, забираясь на диван. Но заметив, что ничегошеньки не понимаю, всё-таки снизошёл до объяснений. — Я отправил в тебя небольшой сгусток энергии. Ты должна была почувствовать лёгкий разряд, а знаешь, что в итоге получилось?! Он отрикошетил от тебя, как от стенки, и вернулся ко мне в несколько раз более сильным, чем был изначально. Отсюда вывод…

— Ты идиот! — воскликнула я. — Он же мог тебя убить!

— Не должен был…

— Тоже мне, экспериментатор! Зачем в меня-то целился?! Я тебя уже утомила?! — меня буквально переполняли противоречивые эмоции, но в то же время, где-то на задворках сознания, стали появляться догадки. И я тут же притихла, только сейчас понимая, что же произошло. — Значит, эта штука защищает от магического воздействия?!

— Именно, Трил. И поверь, я никогда ещё не встречал ничего подобного! — с видом триумфатора, воскликнул Тир. — Вот скажи, хоть когда-нибудь, хотя бы раз в жизни ты ощущала влияние на тебя враждебной магии.

— Нет… — проговорила, отрицательно вертя головой.

— Даже гадалки никогда не приставали?!

— Почти нет… Была одна, она как-то на ярмарке всем гадала. Вот только мне ничего сказать не смогла. Только жаловалась, что я её жутко утомила, и после этого никому больше в тот день не гадала.

— Но лечению ты поддаёшься, и излучение портала он тоже принимает… Значит, защита распространяется только на враждебно настроенную энергию.

— Точно! — улыбнулась я. — И через контур АсторХолт я по той же причине прохожу.

— Э… нет. Тут другая система. Давай ещё один эксперимент, — он мигом поднялся, и жестом попросив меня помолчать, сосредоточился на дверном проёме, ведущем в ванную. А я внимательно наблюдала за его действиями и никак не могла понять, что же происходит. — Всё.

— Что? Всё?

— Иди туда.

— Куда?! В ванную?! — удивилась я.

— Это же эксперимент… давай. Только войди и выйди, настаивал Тир.

— Ладно, — я пожала плечами и тут же двинулась в заданном направлении.

Да вот только как ни старалась, так и не смогла войти. Создавалось впечатление, что дорогу мне преграждала невидимая стена, которую никак не получалось преодолеть.

— Сдаюсь… — фыркнула, поворачиваясь к Тиру. Тот же наоборот, выглядел сейчас очень даже довольным. А потом, взял из вазы большое яблоко, и, откусив от него кусочек, резко швырнул остатки к прозрачной стене. К моему удивлению, огрызок долетел до преграды, и застыв перед ней, тут же вспыхнул каким-то зеленоватым огнём, а через пару секунд от него остался один лишь пепел.

— Вот, Трил, это было действие обычной защиты, созданное по подобию контура Астор-Холт, только без применения стихий, и куда менее долговечное. И ты просто не смогла его пройти, при этом ни капли не пострадав. А вот контур академии принимает тебя за свою. Как будто признаёт законной хозяйкой. В этом и есть вся разница.

— А кто ставил защиту на Астор-Холт?

— Основатели… Гиралир Астор и Севор Холт. И было это пять веков назад. С тех пор её немного корректировали, совершенствовали, но полностью не меняли. Такая же защита, в различных её разновидностях имеется у императорского дворца и его отдельных помещений. И до твоего появления, она считалась совершенной. И знаешь, что самое смешное?! — произнёс Тир, снова усаживаясь на диван. — Так легко её не мог пройти никто. Ни из семьи Астор, ни из семьи Холт. Потому что она составлена из сплетения различных энергий. Даже им приходилось получать доступ от магистра охранной башни, или от ректора. А вот тебе это всё попросту не нужно…

— Забавно получается, — на моём лице появилась шальная улыбка.

— Ничего забавного — а вот загадочного, наоборот, слишком много.

После этой фразы Тир вдруг снова стал сосредоточенно что-то записывать в блокнот, я же не нашла ничего интереснее, как опять уставиться на картину на стене. Думать о собственной исключительности и неправильности совершенно не хотелось. Вон Тир умный, начитанный, опытный… пусть разбирается в этом сам. Я же только мешать буду. Хочет копаться в моём прошлом- пусть копается, только мне не хотелось бы видеть его разочарование, когда он окончательно убедится, что никакая я не аристократка. Простая сирота, оставленная нерадивыми родителями. Пусть и с довольно интересным кулончиком на шее.

Минуты медленно текли, а господин куратор всё так же был погружён в свои записи, и судя по выражению его лица, особых успехов в его занятии не наблюдалось.

— Может, я пойду? — поинтересовалась, нарушая густую тишину комнаты.

— А… — Тир резко поднял голову, и быстро осмотревшись, наткнулся на мою фигуру у картины. — Прости, я увлёкся. Ты куда-то спешишь?

— Нет, — ответила, пожимая плечами. — Но мне не хотелось бы мешать твоим размышлениям.

— Ладно, — равнодушно согласился он, и я уже почти двинулась к выходу, как меня догнал его насмешливый голос. — Очки свои не забудь. А то тебя не поймут ни студенты, ни преподаватели.

— Точно, — встрепенулась, разворачиваясь, и направляясь к столику, где уже привычно лежали мои окуляры. Но не успела натянуть их на лицо, как Тир снова заговорил.

— Шей хочет тебя нарисовать. Он все уши мне прожужжал. Это стало его навязчивой идеей, — как бы между прочим сказал мой куратор, опять утыкаясь в блокнот.

— Ну… Я не то чтоб категорически против — просто не вижу смысла. Кому понравится картина с такой чудной девушкой как я?

После этой фразы Тир даже соизволил оторваться от своего чрезвычайно важного занятия, и как-то ошарашено посмотрел на меня. Длилось его замешательство минуты две, но в итоге, он так ничего и не сказал, лишь легонько повёл плечом, будто что-то стряхивая, и снова вернулся к своим записям.

— Ты что-нибудь планировала на сегодняшний вечер? — вдруг поинтересовался он.

— Э… нет. Только работа. Проведу его как обычно, в весёлой компании тряпок, швабры и веника.

— В одиннадцать я встречаюсь с Шеем в «Оракуле». Если успеешь закончить работу до этого времени — возьму собой. Пусть Шей сам объясняет, чего такого необычного в тебе разглядел. Я в отличие от него, не художник.

— Успею! — радостно воскликнула я, и тут же рванула к двери. Если верить настенным часам, на всю работу у меня осталось чуть меньше двух часов, а значит, приступать нужно немедленно.

* * *

Сегодня снова шёл снег. Мелкие белые снежинки падали из глубин тёмного неба, завораживающе мерцая в свете городского купола. И при всём этом возникало такое нереальное ощущение, чего-то сказочного и прекрасного, что я уже несколько раз застывала на месте с широко распахнутыми глазами, и открыв рот, наблюдала за происходящим.

Наверно, Тир тысячу раз пожалел, что решил взять меня с собой, потому что ему уже конкретно надоели все мои восхищённые возгласы и постоянные замирания на месте. И если поначалу я хоть как-то реагировала на его слова, то с каждым разом, окружающая красота поражала всё сильнее, заставляя отключаться от внешнего мира. В общем, когда терпение моего куратора закончилось, он просто схватил меня за руку и словно несмышленого малыша, потащил к «Оракулу».

Может это и странно, но когда тёплая ладонь Тира сомкнулась на моих пальцах, к ощущению всеобщего восторга добавилось ещё одно… какое-то тёплое чувство защищённости и родства. Чего-то близкого… важного. И, отдавшись этому неожиданному эмоциональному всплеску, я вдруг почувствовала себя по-настоящему счастливой. Как будто на самом деле была маленькой девочкой, о которой есть, кому позаботиться.

— Ты что впервые видишь снег?! — спросил вдруг Тир, когда я бросила пялиться на кружащие снежинки и стала идти куда спокойнее.

— Нет, но сегодня он слишком необычен и безумно красив, — отозвалась, поворачиваясь к нему. — Особенно в свете охранного купола.

Дальше мы пошли молча. Хотя уже тот факт, что меня вели за руку, поднимал в душе волну странной теплоты. И это было очень приятно, а я впервые в жизни почувствовала себя не такой одинокой. И пусть Тир всего лишь мой куратор, но наверно он первый человек после мамы Эриды, которому не всё равно.

В «Оракул» мы пришли немного раньше намеченного срока. В зале уже было довольно многолюдно и шумно, а большинство посетителей внимательно взирали в сторону иллюзатора, который демонстрировал какую-то новую модель картелов.

В основном же всё здесь было точно так, как и при первом моём визите. Даже верзила за стойкой, которого Шей в прошлый раз назвал «молчаливым Серном», стоял там же в той же позе. Он коротко кивнул Тиру, уточнив, будем ли что-то заказывать. А пока мой куратор размышлял над заказом, взгляд Серна внимательно изучал меня. И было в его глазах что-то такое, от чего я сразу поняла — узнал. Даже несмотря на то, что мой внешний вид сейчас слишком отличался от увиденного им раньше.

— Рад видеть тебя в добром здравии, — проговорил старый знакомый, улыбнувшись мне. — Значит, ты всё-таки нашла способ скрыть некоторые особенности внешности.

— Как видите, — ответила я, с удивлением обнаружив во взгляде Серна искреннюю радость.

— И покровителем обзавелась, — протянул верзила за стойкой, а потом перевёл взгляд на удивлённого Тира, и продолжил. — Вы уж не наказывайте её сильно, мистер Элур. Она хоть и не смышлёная, но далеко пойдёт. Есть в ней что-то, — а потом снова посмотрел на меня.

— Меня зовут Трил, а то мы с вами в прошлый раз так и не познакомились, — проговорила, опуская глаза. — Простите за тот бардак…

— Не беспокойся. Мне полностью возместили ущерб. К тому же, ты не сделала ничего плохого.

— Всего лишь разнесла ползала, — усмехнулся Тир, не отвлекаясь при этом от изучения меню.

— А можно один вопрос? — проговорила я, снова глядя на Серна. Он добродушно улыбнулся и кивнул, а я продолжила: — Как вы меня узнали?!

— Ну, — улыбка верзилы стала ещё шире, — у меня прекрасная память и хорошее чутьё. Иногда я вижу то, на что другие не обращают внимания. Вот у тебя особенная походка, улыбка, изгиб шеи… и вообще, я просто понял, что это ты. Можешь списать это на интуицию.

— Вы и в прошлый раз безошибочно угадали и откуда я, и что мне нужно, — ответила с улыбкой. — Так что у меня нет поводов сомневаться в вашей проницательности.

— Вот-вот, — он издал странный довольный смешок, который даже Тира заставил улыбнуться. — А ещё могу с уверенностью сказать, что сейчас ты учишься и живёшь в Астор-Холт, причём делаешь там довольно большие успехи.

— Это вы по мистеру Элуру определили?! — быстро сообразила я.

— Почти. Хотя это и был мой основной довод… — он явно хотел что-то добавить, но холодный взгляд Тира быстро показал ему, что этого лучше не делать.

Серн тут же отвернулся и, сославшись на дела, скрылся в небольшом проходе за стойкой. Интересно, чего же такого он увидел в глазах моего куратора, что заставило его так стремительно испариться?! Нет, Тир, конечно, и меня мог пригвоздить к полу одним лишь взглядом, но… такой эффект был слишком неожиданным.

Это насторожило. А может я зря так быстро к нему привязалась? Может, мой куратор совсем не такой, каким кажется?! Вдруг ему, как и Марку, я понадобилась исключительно для достижения каких-то своих странных высоких целей?! В конце концов, что мне о нём известно?! Ничего! А с Серном они явно давно знакомы. Может, Тир какой-нибудь вражеский шпион, ведь, учитывая моё больное везение, я легко могла нарваться на кого-то подобного…

Череду моих размышлений прервало появление мальчика-официанта, который вежливо поздоровавшись, проводил нас всё к тому же угловому столику и принял заказ. Это немного отвлекло, да и сам Тир уже стал странно на меня поглядывать. Эх, знал бы он, какие мысли в этот момент кружили в моей голове, точно бы не обрадовался.

— Оу, Трил! Какими судьбами?! — послышался знакомый голос у меня над головой, и тут же перед глазами появился Шей. Как и в прошлый раз на нём оказался пресловутый серый балахон с глубоким капюшоном, который скрывал почти всё лицо. Да только с нашего с Тиром места были прекрасно видны хитрые глазки этого весёлого типа, у которого, к тому же оказалось просто до противного хорошее настроение.

— Привет, Шей, — поздоровалась я, не в силах сдержать улыбку. В этом парне была такая энергия, что и не передать. Казалось, что ему по силам даже заставить планету вертеться в другую сторону, но только в том случае, если это будет забавно. Он представлялся мне эдаким ураганом, который ради своих игр и целей, может снести не одно поселение. А это одновременно и пугало и завораживало.

— Неужели этот изверг соизволил выпустить тебя из застенок вашего мрачного пристанища?! — усмехнулся Шиан. А потом пригнулся к столу, и, глядя на меня каким-то хитро-взволнованным взглядом, тихо спросил: — Надеюсь, он тебя несильно мучает, а то ты наверно не знаешь, что случилось с его предыдущими учениками.

— Что?! — поддавшись собственной наивности, на полном серьёзе заинтересовалась я. А если учесть о чём думала, до его появления, получалось совсем уж невесело.

— Все они бесследно исчезли. И ходят слухи, что все эти бедняжки стали жертвами вспышек гнева своего куратора… Элура, — закончил Шиан, понижая голос до зловещего шёпота, а из-под капюшона блеснули весельем серые глаза.

— Шей, будь другом… Заткнись! — раздражённо проговорил Тир.

— Да как ты смеешь так со мной разговаривать?! — притворно оскорбившись, воскликнул он, и если бы мой куратор заранее не позаботился о пологе тишины, на этот возглас точно бы повернулись все посетители заведения. А так — никто даже внимания не обратил, как будто нас тут и не было.

— Ой, простите великодушно! Я сейчас же исправлюсь, — на лице Тира отразился явный испуг. Слишком яркий, чтобы быть настоящим. — О, Ваше Высочество, мы, ваши верноподданные, несказанно рады столь прекрасному событию, как встреча с вами, но… не могли бы вы всё-таки заткнуться?

Шей лишь удивлённо заморгал, а потом расхохотался. Я быстро последовала его примеру, и только Тир хоть и улыбался, но довольно сдержанно.

— Ой, не могу! — проговорила я сквозь смех. — Что-то стразу представилась картина, как я говорю то же самое принцу Дерилану. Да он бы меня прибил сразу!

Шей мигом замолчал, а на лице Тира отразилась еле заметная тень. Хотя, возможно, мне просто показалось, потому что спустя секунду он снова улыбался. А потом медленно встал и, сославшись на то, что желает немного изменить заказ, отправился к стойке.

Может, я ещё не успела в полной мере изучить все его повадки и привычки, но сейчас мне показалось, что Тир попросту сбежал. Да только совсем не ясно почему?!

Ответ, пришёл неожиданно.

— А хочешь совет? — довольно серьёзным тоном спросил Шей, провожая глазами удаляющуюся фигуру друга. — Постарайся по возможности не упоминать при Тире Дерилана.

— Почему?! — вот теперь я действительно удивилась.

— Они, мягко говоря, не ладят. И эта давняя вражда, которую, увы, не излечить.

— Но для чего тогда твой брат сказал, что я могу во всём и полностью полагаться только на своего куратора, то есть Тира?! Вряд ли бы он доверил такую тайну своему врагу, — ответила, внимательно глядя в глаза парня.

— Они не враги, в том смысле, о котором ты думаешь. Они просто друг друга недолюбливают. Не спрашивай о причинах, и уж тем более не пытайся выяснить это у Тира. Не заставляй его врать — правду всё равно не скажет.

Меня всегда поражало, как легко Шею удаётся так быстро переключаться с одной маски на другую? Минуту назад дурачился, как подросток, и вот уже передо мной серьёзный человек, с умным взглядом, умудрённого опытом великого мыслителя, в котором нет ни грамма веселья. Если честно, иногда я совсем его не понимала. И даже Дерилан по сравнению с Шианом начинал казаться куда более простым.

— Тир сказал, ты хочешь меня нарисовать, — проговорила я, стараясь вернуть разговору былую непринуждённость. Шей же мгновенно подхватил моё настроение, и теперь из-под глубокого капюшона на меня снова смотрели игривые хитрые глазки мальчика-сорванца и придворного молодого повесы.

— Очень хочу, — довольно эмоционально отозвался он, мигом пересаживаясь ближе. — У меня твой образ постоянно перед глазами. Я буквально с ума от этого схожу… И знаю точно, это не пройдёт, пока не перенесу его на холст. А, уж прости, но рисовать по памяти я не привык. Да и с натуры картины получаются более живыми.

— Видела твою работу в комнате Тира. Она потрясающая! — с восторгом в голосе сказала я.

— Ох… знаешь, мне пришлось самому вешать её на ту стену, потому что мой друг категорически отказывался хоть как-то облагораживать свою берлогу. Упрямо твердил, что ему совершенно не нужна вся эта роскошь! — говоря всё это, он медленно подсел ещё ближе, и ненавязчиво меня приобнял. Так просто, как бы между прочим… Будто бы это было самым обычным делом. И только я собралась попросить его убрать с меня свою руку, как вернулся Тир, и Шея тут же, как ветром сдуло. Эх, научиться бы мне так на людей смотреть, чтоб с полуслова понимали все мои желания.

— О чём беседуем? — ровным тоном поинтересовался мой куратор.

— Обсуждаем живопись, — тут же отозвался Шиан. — И так, Трил, когда мы начнём творить великое искусство?!

— Мне в сущности, всё равно. Можем начать хоть завтра, только у меня будут два условия, — теперь на меня с любопытством смотрели две пары глаз. — Во-первых, по правилам я не могу покидать пределов академии без сопровождения куратора, и чтобы не отвлекать Тира, рисовать тебе придётся в Астор-Холт. А ещё лучше, в моей комнате — чтоб не привлекать лишнее внимание.

— Это условие меня полностью устраивает, — не скрывая довольной улыбки, согласился Шей. — А какое второе?!

— Хм… — замялась я, чувствуя, как стремительно краснею. Мне было сложно произносить это вслух, но и не сказать я тоже не могла. — В общем…

— И что же тебя так смущает? — заинтересовался господин художник, а его тон стал куда более серьёзным.

— Понимаешь… ты меня нарисуешь, и всё. Просто… всем известна твоя любовь к женскому полу, и мне бы не хотелось, чтобы…

— Трил, — перебил он, качая головой. — Если я рисую, значит, ты для меня в первую очередь натурщица… образ. В эти моменты я не вижу в тебе девушку, в физическом смысле. Так что, будь спокойна. Без твоего согласия, я и пальцем тебя не трону.

— Вот и хорошо, — я тихо выдохнула, и попыталась побороть остатки смущения.

— А можно поинтересоваться, почему тебя это так пугает?! — со странной усмешкой поинтересовался Шей. — Неужели я настолько тебе не нравлюсь?! Или твоё сердце безнадёжно влюблено в кого-то другого?!

— Нет… ни в кого оно не влюблено, — отмахнулась я, натягивая на лицо улыбку. — И дело не в тебе…

— Хочешь сказать, что боишься самого процесса? — удивлённо округляя глаза, спросил он. — Дай угадаю, здесь могут быть две причины: неудачный опыт или наоборот, полное его отсутствие. И какой ответ верен?

— Оба, — проговорила я, снова заливаясь краской и опуская глаза.

— Даже так?! — усмехнулся он. — И как это понять?

— А тебе и не нужно понимать. Достаточно уже того, что ты дал слово меня не трогать. Точка, — раздражаясь от собственной слабости, прошипела я. — И давайте закроем эту тему.

Тир с Шеем странно переглянулись, но продолжать расспросы не стали. Наверно, каждый из них решил, что всё выведает у меня позже — наедине. Да только у меня не было ни малейшего желания, ни вспоминать события прошлого, ни говорить о них. Всё-таки, должны же у меня быть хоть какие-то свои тайны.

Дальше наша беседа снова приняла довольно дружелюбный и весёлый характер, да и вкусный ужин немало способствовал разряжению обстановки. Под конец, Тир вдруг вспомнил, что хотел показать другу мой кулон, и вкратце поведал ему о перстнях и символе Водного змея. Перстни Шея не особо заинтересовали, а вот кулон он вертел в руках довольно долго, то поднося его к свету, то закрывая ладонями, создавая тень. Так как всё это происходило неотрывно от моей шеи, мне такие манипуляции довольно быстро надоели, и я попросила его закругляться.

— С виду простое золото с камнями, но, как известно, подобные изделия не могут служить такими мощными оберегами, причём настолько долго. Их нужно было бы постоянно подпитывать, а этот как будто живёт своей жизнью. А на подобное способен только один вид металла.

— Красная Платина, — тихо добавил Тир. — Но её же практически не осталось…

— Поройтесь в справочниках, обратитесь к химикам. Может, среди них найдутся старожилы, которые ещё застали подобные побрякушки. Я же поищу информацию по магическому металлу в дворцовой библиотеке. Если что-то найду, сразу сообщу.

— Хорошо, — ровным тоном проговорил мой куратор. — Как же я сразу не вспомнил о Красной Платине?! Это ведь было элементарно!

— Ладно тебе, — ответил Шей, поднимаясь со своего места. — Нельзя контролировать абсолютно всё. Даже ты не совершенен, и надо просто принять это с достоинством.

Может, мне показалось, но в таком серьёзном ободряющем тоне Шея очень ярко проскользнули ироничные нотки. Как будто он не просто издевался над своим другом, а имел для этого конкретные основания.

Тир же одарил его таким обиженно-раздражённым взглядом, что и не передать. Но довольный Шей, только улыбнулся, и, подмигнув мне, молча покинул заведение. А вслед за ним из-за столов встали ещё шесть человек — все одеты довольно просто, но по ним и так было прекрасно видно, что эти ребята отлично умеют держать в руках оружие.

Глядя на это, я уж было хотела подняться и бежать ему на помощь, но меня вовремя остановил спокойный голос Тира.

— Это его охрана. Или ты думала, что кронпринц империи может вот так спокойно передвигаться ночью по столице, попросту прикрывшись капюшоном?! — с весёлой иронией в голосе спросил он.

— Нет, но… Я просто подумала, что это нападение…

— И тут же рванула спасать бедного Шиана?! — усмехнулся Тир. — К твоему сведению, этот беззащитный прекрасно может за себя постоять. А если ему ещё и оружие в руки попадётся, то мне будет искренне жаль нападающих.

— Но я думала, раз он художник… человек искусства…

— Шей — неправильный художник, — с улыбкой отозвался Тир. — Не спорю, у него действительно потрясающий талант, но это всего лишь увлечение. Одно из многих. Знаешь, во всём, что касается планирования и стратегии ему и вовсе нет равных. А ещё за последние лет семь ещё никому не удалось победить его как в простом бою, так и на мечах.

— И даже брату? — снова поинтересовалась я, решив на время забыть о предупреждении Шея. Всё ж любопытство это такая штука, с которой сложно спорить.

— Да.

— Поэтому покушения совершались именно на младшего наследника?! — судя по тому, как напряглось лицо Тира, этот вопрос задавать мне совсем не следовало. Но к моему удивлению, мне всё-таки ответили.

— Шей — кронпринц, и всегда и везде передвигается под бдительным присмотром охраны, крайне редко сбегая от их опеки. А Дерилан, наоборот, везде старается появляться один. А когда на одного нападают четверо и больше, исход почти всегда очевиден. Но, до сих пор ему удавалось выкручиваться.

— Тогда, может, есть смысл обзавестись охраной?

— Это не нам с тобой решать, — почти спокойно ответил Тир, но я успела заметить, как он немного напрягся. — И вообще, пора возвращаться. Слишком мы сегодня засиделись.

Я поняла, что больше говорить на эту тему мы не будем, и вздохнув, направилась вслед за Тиром к выходу.

Что ж, этот вечер принёс мне довольно много новой информации и почти вся она заслуживала досконального обдумывания. Хотя, кое о чём можно будет расспросить ещё и Шея. К тому же завтра он должен явиться со своими красками и мольбертом. Вот пока будет рисовать, я и удовлетворю своё любопытство. Осталось только решить, что же именно я так хочу узнать. А на это у меня есть ещё целая ночь.


Глава 10. В плену высокого искусства

Как и ожидалось, следующим утром ровно в десять перед дверью моей комнаты нарисовался Шей. Благо, сегодня был один из тех дней, что согласно моему новому расписанию, предназначались для самостоятельного изучения тонн теоретического материала. Кстати, в этом семестре такие вот деньки выпадали у меня минимум раз в неделю, и я с большой радостью проводила их в оранжерее, обложившись стопками нужной литературы.

А вот сегодня, из-за того, что какому-то кронпринцу вдруг вздумалось изобразить меня на холсте, весь список привычных дел пришлось попросту отложить на неопределённый срок. Хотя, не каждый день лучший художник столицы изъявляет желание запечатлеть мою физиономию на века.

Шей был одет как обычно, то есть, так, как одевался простой парень, а не наследник престола. И свой глубокий капюшон соизволил снять, только оказавшись за дверью моей комнаты. Вот интересно, разве тип в таком странном наряде, разгуливающий по коридорам Астор-Холт не вызвал ни у кого подозрения?! А если учесть, что с собой он притащил ещё и довольно массивный мольберт?!

— Привет, подруга! — довольным голоском, поздоровался Шиан. — Что-то у тебя тут мрачновато.

— Как есть, — ответила я, пожав плечами. — Зато никто не тревожит и библиотека под боком.

— А как же друзья, подружки, вечеринки, пьянки?! Сидя в этой конуре, ты всё пропустишь! И не сможешь вкусить всю прелесть студенчества, — разглагольствовал он, доставая краски и выбирая место для работы.

— Ты издеваешься?! — усмехнулась я. — Откуда взять время на всё это?! Да и не особо меня зовут на подобные мероприятия. Всё ж, мой внешний вид не располагает к близкому общению со сверстниками в неформальной обстановке.

— А как же первая любовь? Романтика? — продолжал Шей. — Разве не хочется почувствовать чью-то заботу… нежность? Быть кому-то нужной?

— Отстань, — раздражённо отмахнулась я.

— Значит, всё-таки хочется, — подытожил он с самодовольной улыбкой.

— Мне не до этого, и вообще, я давно привыкла к своему одиночеству.

— Ты просто не знаешь, от чего отказываешься.

— И знать не хочу, — перебила его я, пытаясь намекнуть, что тема закрыта. — Ты рисовать меня пришёл — вот и рисуй. Хватит устраивать мне промывку мозга.

— Ладно тебе, не злись, — с виноватым видом отозвался он, но после небольшой паузы всё же добавил: — Видимо сильно тебя когда-то обидели, раз теперь ты так упорно избегаешь отношений.

— Шей, я вынуждена прятать свою внешность от большинства знакомых! Я работаю, чтобы было чем оплачивать учёбу! Я изучаю одновременно программы двух разных стихийных факультетов, и ещё в исследовании Тира принимаю участие! И скажи теперь, коль ты такой умный, когда я должна заниматься устройством личной жизни?! — довольно громко и слишком эмоционально выпалила я, чем ввела Шея в странный ступор.

— Ладно, больше не буду тебя нервировать, — слишком спокойно согласился он, как раз заканчивая свои приготовления. — А теперь, прости, но вынужден просить тебя переодеться.

— И во что же?! — с яркой иронией поинтересовалась я, внимательно наблюдая за действиями Шиана. Он же быстро развернулся, извлёк из принесённой сумки небольшой свёрток и протянул мне.

— Вот в это. Иди.

Я перевела любопытный взгляд с невозмутимого лица Шея на предполагаемый наряд, и, фыркнув, забрала свёрток из его рук, и направилась в ванную. Когда же дверь за мной захлопнулась, из комнаты донёсся очередной комментарий этого горе-художника:

— Снимай с себя всё. Эта штука надевается исключительно на обнажённое тело.

От его повелительного тона захотелось зарычать, но я откуда-то нашла в себе силы, сдержать сей порыв и приговаривая, что всё это исключительно ради искусства, всё-таки сделала, как он хотел. Да вот только, в свёртке оказалось совсем не платье, а огромный отрез мягкого шёлка серебристо жемчужного цвета.

Ошарашено рассматривая эту штуковину, я глухо зарычала, и, намотав её на себя, тут же выскочила из ванной.

— Как это понимать?! — завопила, сверля Шея бешеным взглядом. Тот же так оторопел от моего неожиданного нападения, что выглядел сейчас каким-то растерянным, и даже немного напуганным. Но тут же легонько тряхнул головой, как будто скидывая это оцепенения, и снова посмотрел на меня. Да только теперь в его взгляде появилось самое настоящее восхищение.

— Даже не представлял, что ты в гневе настолько опасна, — воскликнул он, тут же подскакивая ближе. — Если б не мой братец с его замашками, я б, возможно, сейчас попросту забился в угол и тихо ждал квалифицированной психологической помощи. Трил, это было… жутко.

— Ты о чём? — всё ещё не довольным, но уже более спокойным тоном, уточнила я.

— О твоих глазах. Ты знала, что когда ты в гневе, они чернеют. Как у Дерилана! — горланил он с неподдельным восхищением. — И это… страшно.

— А… — только и смогла сказать я, прибывая в полном шоке от такой новости. — Мне никто раньше не говорил подобного.

— Да этого просто не было. Помнишь, на балу, когда ты злилась на меня, они оставались такими же синими, и это было видно даже через очки. Значит, теперь ты стала ближе к тому, чего опасался Тир, и придётся учиться себя контролировать.

— Не желаю знать, о чём ты! Молчи, а то я ещё раз сорвусь. Объясни мне лучше, что это за тряпка?!

— Так, — Шей мигом вспомнил, зачем собственно сюда явился, и, подойдя ближе, упрямо посмотрел мне в глаза. А значит, они снова стали прежнего цвета. Потому что, если он прав, и они действительно менялись, как у его брата, то смотреть в них с близкого расстояния опасно для психики. — Слушай и запоминай. С этого момента, я для тебя художник, а не мужчина. Ты не должна меня стесняться, потому что ты для меня, только натурщица, и никак не женщина. Я буду до тебя дотрагиваться, чтобы ты заняла правильную, с точки зрения живописи, позицию. И эту, как ты говоришь, тряпку, я тоже с тебя сниму, и надену так, как посчитаю нужным, — я было попыталась возразить, но он тут же продолжил: — Со своей стороны могу гарантировать, что ничего лишнего и слишком интимного на картине не раскрою. Но ты должна мне довериться.

— Это сложно… — попыталась оправдаться я, но в этот момент ладонь Шея легла на моё обнажённое плечо.

— Давай попробуем, — оборвал меня он. — Только пообещай сразу говорить, если вдруг тебя начнут пугать мои действия, и я с радостью объясню, что делаю и почему. Согласна?! — в его глазах виделась такая беззаботная наивная уверенность, что я растаяла и кивнула головой в знак согласия. — Вот и умница, а теперь, иди за мной.

Мы передвинулись к противоположной стене, и он на несколько минут оставил меня одну. А сам медленно отошёл к мольберту и стал внимательно разглядывать. Потом вернулся, слегка развернул, и снова метнулся обратно. Так через несколько подобных перебежек Шей всё-таки определил оптимальный фон и позицию для рисунка, и теперь принялся за мой наряд. Пока он ловкими движениями стягивал с меня эту тряпку, я предпочла зажмуриться, и постараться забыть, что под ней больше нет никакой одежды. Да только господина художника сей факт ни капли не волновал. Освободив моё тело от этого одеяния, он осторожно прижал мои, согнутые в локтях руки к обнажённой груди, и вложил в плотно сжатые ладони кончик полотна. Затем попросил сделать шаг… и так замереть. Сам же распределил лёгкую ткань внизу. И теперь всё выглядело так, будто я просто прикрывалась простынёй. Мягкий шёлк струился по телу, обволакивая одну ногу и почти полностью обнажая вторую. Но какая-то часть полотна ткани всё же лежала на полу.

— Вот так и застынь, — проговорил Шей, отходя к мольберту. — И чем неподвижней ты будешь стоять, тем быстрее мы закончим.

Я в ответ лишь хмыкнула, но отвечать ничего не стала. Пусть рисует, а я уж как-нибудь продержусь. Благо, что додумалась с самого утра растопить камин, а то б на картине вместе со мной появилось ещё и стадо мурашек.

Время шло… и с каждым часом мне становилось всё скучнее и скучнее. Шей работал молча, и уже так измазался в краске, что она была даже на лице. От долгого нахождения в одной позе у меня сильно затекли все конечности, да и желудок уже неоднократно напоминал, что время обеда мы благополучно пропустили. И если так пойдёт и дальше, то не видать мне ещё и ужина. Шиану то хорошо, его во дворце уж точно голодным не оставят. А вот мне, видимо, придётся ждать завтрака.

Все мои обречённые вздохи и реплики он старательно игнорировал, лишь изредка напоминая, чтобы не дёргалась. А я уже сотни раз успела пожалеть, что вообще согласилась на это мучение.

И тут случилось чудо.

В дверь постучали, а когда, растерявшись, я на автомате, крикнула, привычное «Войдите», скрипнули петли, и на пороге появилась Тилия. Да только выглядела она такой шокированной, отчего я запоздало сообразила, что её не следовало сюда впускать. Это всё долгое стояние на одном месте! Видимо, мой мозг, как и всё остальное тело, попросту перешёл в полусонное состояние, и не сразу понял, что происходит.

— Простите, я не вовремя… — замявшись, проговорила моя подруга, переводя растерянный взгляд с меня, на измазанного в краске Шея. — Просто, решила, что ты зачиталась и принесла тебе поесть.

При упоминании еды, я тут же сглотнула, и голодным взглядом, уставилась на гостью.

— Я оставлю всё здесь, — проговорила она, ставя на стол небольшое блюдо, и тут же направляясь к выходу.

— Тилия, останься, пожалуйста. Иначе этот безумный художник не даст мне поесть, и я умру с голода.

Она замялась, осторожно косясь на Шея, а тот, всецело поглощённый творческим процессом только сейчас сообразил, что в комнате мы теперь не одни. Но, разглядев в гостье довольно миловидную особу, как-то самодовольно улыбнулся, и, обогнув свой холст, подошёл к ней ближе.

— О, юная леди, я буду несказанно рад, если вы посидите с нами. Мы с Трил на самом деле немного заработались. Я — Шей, как вы заметили, художник, — произнёс он, галантно склоняя перед ней голову. Я же наблюдая за этим актом соблазнения, только закатила глаза, вспоминая все слухи, что ходили об этом неисправимом ловеласе.

— Тилия, — немного смутившись, отозвалась подруга, но взгляд от его глаз так и не отвела. Да только на её щеках выступил очень милый румянец, а губки растянулись в красивой открытой улыбке. — Рада знакомству. Мне ещё никогда не приходилось встречать настоящих художников.

— Что же у вас нет ни одного портрета?! — совершенно искренне удивился Шиан.

— Есть. Но их рисовал мой брат, а его я даже при всей моей любви не могу назвать настоящим живописцем. К тому же, на большинстве его картин, я мало похожа на саму себя.

— В таком случае, нас с вами свела сама судьба! — продолжал играть Шей. — Если вы позволите, я бы с радостью вас нарисовал.

— Не уверена, что это… — она окинула меня странным оценивающим взглядом, и только потом продолжила, тщательно подбирая слова. — Я хотела сказать, что не готова позировать в подобном виде.

— Это мелочи, и о них можно поговорить позже, — отмахнулся он, хотя я уже знала, что Тилию он нарисует, и она в отличие от меня не станет долго сопротивляться.

Мои гости присели на старенький диван, и я, замотавшись всё в ту же ткань, поспешила к ним присоединиться, пока всё не съели. Первые несколько минут в комнате были слышны только звуки тщательного пережёвывания пищи. Тилия принесла нам мясной пирог и сладкие булочки, которые просто изумительно готовили местные повара. Я уплетала еду за обе щёки, запивая ароматным чаем, коим меня иногда одаривала мисс Ассирия, и украдкой наблюдала, за Шеем и Тили.

Они явно заинтересовали друг друга, и если намерения Шея были вполне понятны, то отношение к нему Тилии оставалось для меня загадкой. Всё ж она всё ещё не оправилась от потери Марка.

И тут я закашлялась. Внезапная догадка стала такой шокирующей, что тело оцепенело, а в горле застрял кусочек пирога. А мысль была о том, что Тилия постоянно говорила, как мечтает отомстить всей императорской семье, а сейчас перед ней сидел один из её представителей — такой весь простой и беззащитный.

— Тебе плохо? — заботливо поинтересовалась подруга. Но мне уже удалось откашляться, и снова прийти в себя.

— А разве вы раньше не встречались?! — спросила я хриплым голоском, обращаясь к обоим молодым людям.

— Нет, — отозвалась Тилия. — Такого интересного человека я бы точно запомнила.

— Официально не представлены, — отмахнулся Шиан, не понимая к чему я клоню, а вот его хвалёная интуиция уже почувствовала неладное. — Но я имел честь наслаждаться красотой мисс Астилит на недавнем мероприятии во дворце.

— Вы там были?! — удивлённо воскликнула девушка. — Этого не может быть. Я бы вас точно запомнила.

Только сейчас, видя, что она действительно искренне удивлена, я вздохнула с облегчением. Как же хорошо, что моя подруга не узнала в Шее кронпринца империи, а то вряд ли б мне удалось остановить её боевую истерику.

Но, судя по его сосредоточенному взгляду, Шей уже сложил цепочку событий и, добавив к этому мой недавний испуг, быстро понял, что простой интрижки с Тилией уже не получится. Слишком уж непредсказуемы последствия.

— А вот я вас прекрасно запомнил, как и вашего кавалера, с которым вы неотрывно танцевали весь вечер, — улыбка Шея стала немного отстранённой, но вот глаза сосредоточенно наблюдали, как стремительно меняется выражение лица моей подруги. Сначала она побледнела, а потом поспешила опустить взгляд, и вся как будто сжалась, чем основательно напомнила большую пружину. Тем временем, наш художник, уже что-то для себя решил, и, сделав вид, что не заметил перемены в поведении новой знакомой, продолжил: — Но, вы знаете, Тилия, я, конечно, очень сожалею о том, что вам пришлось лишиться ухажёра, но, поверьте, он получил по заслугам.

— Откуда вы можете это знать?! — злобным тоном воскликнула девушка, резко вскидывая голову, и упрямо глядя в глаза Шею.

— Знаю, и не только я, — он глубоко вздохнул, и прямо ответил на её взгляд. — Его поймали, когда он помогал своему отцу совершить побег. При этом были убиты двое охранников тюрьмы, и если бы не вмешательство императорских стражников, то пострадавших оказалось бы куда больше.

Шиан мельком взглянул на меня, как бы намекая, кого именно имеет в виду, и тут же снова повернулся к Тилии. Та сидела бледная, и так сжимала подлокотники деревянного стула, что мне показалось — они начинают трещать.

— Откуда… вы это знаете? — спросила она мгновенно севшим голосом.

— Знаю, — ровным тоном ответил Шей. — И уж поверьте, источники у меня самые надёжные.

— Тогда скажите, за что именно казнили отца Марка?!

— За организацию нападения на Дерилана, — спокойно сказал он. — Причём, неоднократное.

— Но… почему?! Зачем ему это?! — недоумевала моя подруга.

— А на этот вопрос я, к сожалению, ответа вам не дам, — проговорил Шей с улыбкой. — Не стоит лезть в дебри тайн и разборок императорского дворца. Поверьте, это вам не нужно.

— Всё, Шей, хватит об этом, — вклинилась в их разговор я. — Не стоит ворошить это прошлое… его нужно просто забыть.

— Да, Трил, — отозвался Шиан, и в его глазах снова появился озорной огонёк. — Ты права. Скажу только одно и сразу закроем тему, — он снова повернулся к Тилии, и наклонился чуть ближе: — В произошедшем с вашим возлюбленным, виноват только он сам, и никто более. В этой жизни каждый сам выбирает, по какой дороге ему идти. Он свой выбор сделал, а вот ваш выбор — в ваших руках.

— Не знала, что ты ко всему прочему ещё и философ, — заявила я, натягивая на лицо улыбку. — Актёр, художник, стратег, обольститель, да ещё и философствовать успеваешь! Ты меня поразил!

— Ты не упомянула как минимум три пункта, — отозвался он с улыбкой. — Я хороший друг, очень терпеливый брат, и ещё один… момент, который мне не совсем приятен.

— И какой же, — заинтересовалась вдруг Тилия, уже более расслабленным тоном.

— Отвечу, если будешь обращаться ко мне на «ты», — он одарил её тёплым взглядом и довольно открытой улыбкой.

— Договорились, Шей.

— А может не надо… — я искренне попыталась остановить этого болвана от столь глупого поступка, но он не стал меня слушать.

— Это ничего не изменит, — отозвался он.

— Я не уверена… — всё-таки у меня были довольно веские причины сомневаться в правильности его решения.

— В отличии от Дери, я предпочитаю играть в открытую. Это он у нас мастер тайн и перевоплощений. А мне уже однажды пришлось доказывать одной особе, что я — это я, какую бы роль при этом ни играл.

— Это ты обо мне? — поинтересовалась, склоняя голову на бок.

— Ну… кроме тебя на мой статус так остро отрицательно не реагировал никто, — усмехнулся он.

— Стоп, — осторожно сказала Тилия, обрывая нашу милую перепалку, к которой до этого очень внимательно прислушивалась. — Шей — это прозвище. Я права?

— В какой-то степени, — уклончиво ответил парень. — Меня так называют все близкие и друзья. А ты, уже пообещала, что будешь обращаться ко мне по-дружески.

— А полное имя назовёшь?! — заинтригованная его игрой, Тилия уже перестала напоминать бледную статую, и теперь сверлила Шея пронзительным, но до жути любопытным взглядом.

— Шиан, — ответил он каким-то тихим виноватым тоном, и даже изобразил лёгкий испуг, слегка вжав голову в плечи, хотя на его лице светилась озорная улыбка.

— Шиан, — машинально повторила девушка, как будто вспоминая, откуда знает это имя. И так внимательно посмотрела на парня, что я еле сдержала смех.

— Именно, — проговорил этот озорник. А с таким игривым взглядом и измазанным в краске лицом, он выглядел самым настоящим юным сорванцом. — Аркелир.

— Серьёзно?! — усмехнулась Тилия, видимо посчитав это какой-то шуткой, и тут же рассмеялась. Да так заливисто, что мы с Шеем не смогли остаться в стороне, хотя лично мне причины для её веселья были совершенно не ясны.

Она смеялась долго, звонко. А если начинала успокаиваться, ей было достаточно всего одного взгляда на улыбающуюся физиономию Шея, чтобы снова расхохотаться. И только сейчас я поняла — Тилия ему не поверила, посчитав всё это представление, не более чем шуткой. А глядя на довольного Шиана, стало понятно, что он именно этого и добивался. А что?! Он признался, его совесть чиста, а то, что эта юная леди предпочла не верить правде — так это только её решение. Я вообще заметила, что Шей очень не любит ложь во всех её проявлениях. Он больший сторонник правды, какой бы она ни была. И мне это безумно в нём нравилось.

— Трил, а почему ты без очков? — спросила вдруг подруга, закончив свою смешливую истерику.

Наверно мне давно стоило рассказать ей обо всей этой конспирации, но… сначала было страшновато, потом как-то случая не представилось. И вот сейчас Тилия попросту застала меня врасплох. Но видя моё замешательство, наш любитель правды вдруг решил ответить за меня сам.

— А разве ты не знаешь?! — удивлённо проговорил он, обращаясь к улыбающейся Тилии. Та уставилась на него, как на нечто чудное и отрицательно помахала головой. Тогда Шей одарил меня каким-то укоризненно насмешливым взглядом и только потом продолжил. — Понимаешь, Тилия… Дело в том, что Трил у нас не совсем обычная девушка, и, если ты заметила, её внешность сильно бросается в глаза.

— Да… особенно, когда нет этих страшных очков, — согласилась подруга, и на пару с Шеем принялась меня рассматривать. — И как я раньше этого не замечала?! Трил… да ты красавица! Да с такой внешностью…

— Поверь, с такой внешностью куда больше проблем, чем ты думаешь, — перебила её я. — Но мне бы не хотелось это сейчас обсуждать. Прошу только об одном, сохрани мою маленькую тайну. Не хочу, чтобы об этом маскараде знали другие.

— Так и одежда и очки… это всего лишь маска?! А волосы ты тоже по этой причине обрезала?! — удивлённо воскликнула она.

— Нет уж. С волосами постарался мой личный парикмахер, — при упоминании нового звания Дерилана, Шей прыснул, а потом и вовсе расхохотался. Я же предпочла не обращать внимания на его смех, и попыталась сохранить серьёзный вид. Тем более, что Тилии тоже были не совсем понятны причины его внезапного веселья.

— А можно я передам Дери, как ты его назвала?! Ну, пожалуйста?! — промямлил Шиан сквозь смех.

— Если хочешь чтобы он меня прирезал — передавай, — мрачным тоном отозвалась я.

— Он тебя не тронет, — самоуверенно ответил парень. А потом улыбнулся и добавил: — Мне вообще кажется, что мой братец к тебе крайне неравнодушен.

— Только если как к своей игрушке-марионетке, — холодным тоном ответила я, вспоминая его приказ той жуткой ночью.

От этих воспоминаний меня передёрнуло, что не скрылось от внимательного Шея. Он тут же как-то осёкся, и хотел было что-то сказать, но тут же вспомнил о Тилии, которой о многом знать было совершенно необязательно. И я решила, что тема исчерпана. Жаль, что этот вывод оказался слишком поспешным и довольно преждевременным.

Моя подруга просидела с нами ещё около четверти часа, и, пообещав Шею вернуться с ужином, отправилась по своим делам. Когда она уходила, он провожал её таким задумчивым взглядом, который показался мне уж слишком заинтересованным. Было в нём что-то такое, чего я раньше в его взглядах не видела. Какая-то теплота, что ли… Поэтому, как только хлопнула дверь, а он повернул в замке ключ, я не смогла удержаться от колкости:

— Ты смотришь на неё, как на что-то диковинное. Как будто перед тобой не девушка, а как минимум огромный бриллиант, — заметила я с улыбкой.

— Серьёзно?! — усмехнулся Шей.

— Угу. Такое впечатление, что ты восхищён, обрадован, но… понятия не имеешь, как же теперь использовать сию драгоценность. Практического применения для неё нет.

— Ты о Тилии или бриллианте?! — уточнил парень.

— О твоём взгляде, — хитро добавила я.

Он усмехнулся, но ничего не ответил, лишь махнул головой в сторону моего места для позирования, намекая, что пора продолжать.

Уже не стесняясь Шея, я развязала ткань и постаралась принять ту же позу, в которой провела до этого много часов. Господин художник согласно кивнул и снова погрузился в свою работу.

И опять мимо потекли минуты, а за ними и часы. Сначала было просто скучно, потом всё тело начало затекать, и довольно скоро я почти завыла, от этого бесконечного стояния на месте.

Поначалу Шей старательно игнорировал все мои тонкие намёки на скорейшее окончание работы, и только когда я уже почти рухнула от усталости, сжалился, и сказал, что больше я ему не нужна. Это сообщение стало настоящим даром небес. Всё-таки не так уж и легко провести весь день в одной позе, всего с парой небольших перерывов.

Быстро замотавшись всё в ту же ткань, я схватила свои старые брюки и любимую тёплую тунику, и стремительно скрылась за дверью ванной. Эти вещи были самыми удобными во всём моём гардеробе, и идеально подходили для нахождения в моей холодной комнате. Жаль, что в них нельзя было никуда выходить, потому что общему стилю моего маскарада они совершенно не соответствовали. Брюки были пусть и широкими, но их синий цвет считался слишком ярким для выбранной мной роли «серой мыши», а туника и вовсе имела просто огромный вырез на горле, и постоянно норовила сползти с одного плеча, что тоже, выглядело не совсем порядочно. Но… благо в мою комнату редко кто захаживал, что и позволяло мне хотя бы здесь снова становиться собой.

Так как Шей всё ещё был полностью погружён в свою работу, я попросту схватила очередную книгу, из списка обязательных, и удобно устроившись на своём стареньком диванчике, принялась за её изучение. И настолько увлеклась, что совершенно потеряла счёт времени. Присутствие Шея ни капли не напрягало, да и он не пытался меня никак отвлечь, сосредоточенно малюя что-то на своём холсте. Поэтому громкий и довольно напористый стук в дверь стал для нас обоих полной неожиданностью.

От этого резкого звука я вздрогнула, а Шиан и вовсе умудрился выронить кисти, и влезть рукавом в краски. Да и выглядел он сейчас таким шокированным, как будто его и вовсе только что очень грубо разбудили.

Велико же было моё удивление, когда на пороге комнаты обнаружился мой дорогой куратор собственной персоной, да ещё и с подносом, накрытым белой салфеткой.

— Привет, — осторожно проговорила я, глядя на напряжённое лицо Тира. Он явно был зол. Скажу даже больше, очень зол. — Что-то случилось?

— Впустишь? — натянутым голоском поинтересовался он, хотя по его тону и так было ясно, что отказ он всё равно не примет. Если честно, в подобном состоянии я видела его очень редко, но прекрасно знала, что если сейчас он сорвётся, пожалеют все.

— Конечно, проходи, — я отступила назад, пропуская его внутрь.

— Тилия сказала, что ты не одна… — начал было он, но тут наткнулся взглядом на растерянного Шея, который при виде друга начал стремительно бледнеть. — Какая встреча! И… что же он тут делает?!

Голос Тира был более чем суровым. Таким обычно отчитывают очень сильно провинившихся, но я никак не могла понять, чем, а главное, когда, успела его разозлить.

— Рисует меня, — отозвалась, облокотившись на закрытую дверь. — Ты же вроде в курсе…

— Да?! — он перевёл потемневшие глаза на друга, и медленно направился к нему. — Только, во-первых, кто-то обещал сообщить мне когда явится, а во-вторых… Представляете, в обеденном зале я столкнулся с Тилией Астилит, которая тащила куда-то вот этот самый поднос. А на мой вопрос, куда же она направляется, не скрываясь сообщила, что несёт ужин Трил, у которой в гостях молодой человек, а сама она не одета… поэтому, прийти в столовую не может.

— Тир, Шей просто меня рисовал, — промолвила я, наблюдая, каким недобрым взглядом он сверлит своего друга. — И ты сам говорил, что в этом нет ничего преступного.

Тем не менее, слышать меня никто не желал.

— Шиан, покажи как мне картину, — слащавым голоском попросил Тир, да только в этом ласковом тоне слышалась такая угроза, что Шей только сильнее закутал свой холст тканью, которую неизвестно когда успел на него набросить.

— Ты же знаешь, что я никому не показываю незаконченные работы, — ровным тоном ответил блондин.

— Конечно. А ещё ты почти никогда не рисуешь девушек в одежде, — отозвался Тир, а на его лице расцвела злобная самодовольная улыбка. — Хотя обещал мне, что она станет исключением.

— Стоп, Тир, объясни мне, почему ты бесишься?! — выпалила я, подходя к нему. — Шей попросил, я согласилась, на этом и закончили. И если ты так печёшься о моём целомудрии, то спешу уверить, что все наиболее интимные части тела были прикрыты большим куском шёлка.

Он повернулся ко мне так резко, что я невольно отступила назад. Его взгляд был пугающим, но… почему-то теперь мне было куда легче смотреть прямо в эти тёмные глаза. Наверно, просто привыкла.

— Ладно, — наконец выговорил Тир, и всё-таки поставил поднос на низкий столик у дивана. — Забудьте. Просто плохое настроение.

— С чего это?! — поинтересовался Шей, в своей обычно шутливой манере. Кстати бледность уже покинула его лицо, да и выглядел он совершенно обычно. Всё ж, у него несомненный талант мгновенно менять маски вместе с настроением.

— Есть причины, но сейчас не время говорить о них, — ровным тоном отозвался Тир, и одним махом сорвав с подноса салфетку, пригласил нас к столу.

Как и в прошлый раз, ели мы молча. Всё-таки чувство голода совсем не располагало к беседе, и за эти минуты тишины, я успела успокоиться и даже каким-то образом поднять себе настроение.

— Кстати, Трил. Я тут порылся в библиотеке, — как бы между прочим проговорил Шей, вытаскивая из кармана свёрнутый в несколько раз лист бумаги. — И нашёл несколько имён, которые начинаются как твоё. Давай, я их тебе прочитаю. Может, что-то из них покажется тебе знакомым.

— Это почти бессмысленно, — ответила, поднимая на него усталый взгляд. — Меня так почти не называли. Это имя знала только мама Эрида, и употребляла его лишь в те исключительные моменты, когда сильно на меня злилась. А случалось это не так уж и часто.

— И всё-таки… может, вспомнишь, — с этими словами он уткнулся в свои записи и начал.

— Триларисия?

— Нет, — ответила я с улыбкой.

— Триларина? — всё тем же ровным официальным тоном продолжал он, я же лишь отрицательно крутила головой.

— Трилисия, Трилунния, Трилесия?

— Ничего знакомого.

— Тригория? Трилинтия?

— Стой! Вот это последнее кажется каким-то… своим. Повторить можешь, только грубо и укоризненно?!

— Трилинтия! — грозно проговорил Шей, внимательно наблюдая за моей реакцией.

— Точно, оно. До сих пор мурашки по коже от этого имени. Простое — Трил, мне куда более по душе, — ответила, наблюдая, как на физиономиях обоих парней расцветают довольные улыбки.

— Такое имя носила мать бывшего императора — Трилинтия Агрил Астор, — задумчиво изрёк Шей. — Именно она занималась воспитанием последних принца и принцессы. Эта женщина известна в истории своим добродушным характером и постройкой нескольких десятков школ в мелких городах и деревнях. Так что, гордись, тебя точно назвали в её честь.

— Ох, какие почести! — рассмеялась я. — У моих родителей явно было своеобразное чувство юмора. Имя то они мне дали, а вот о фамилии не позаботились. Если б не Эрида, я бы так и осталась просто Трил.

— Значит, у них были на то свои причины, — серьёзным тоном высказал Тир. — Не думаю, что они просто так тебя бросили, оставив кучу золота и такой оригинальный кулон.

— Итого, — перебил его Шей. — Есть имя, наличие большой суммы золотом, странный оберег из магического металла, который уж точно изготавливался на заказ именно для тебя, Трил, — и я только хотела возразить, но он тут же жестом попросил меня помолчать. — Поверь, украсть такую побрякушку невозможно, даже у мёртвого человека. Твои родители не были циркачами, это точно. Вот то, что они путешествовали под прикрытием цирковой труппы, это факт. Тебя не взяли, потому что, скорее всего, вынуждены были прятаться. Это всё, что пока можно сказать.

— И кто я, по-твоему?! — воскликнула, не скрывая раздражение.

— Не знаю… мы ещё перстни не нашли, хотя я уже наметил несколько нескольких коллекционеров, у которых они могут быть, — не унимался Шей. — Кто знает, может нам даже удастся отыскать твоих настоящих родственников.

— Даже если и найдёте, что это изменит?! — с нескрываемой иронией спросила я.

— Многое, — добавил Тир, который до этого предпочитал молчать. — В семьях аристократии, тем более высшей, не принято разбрасываться роднёй. Тебя примут, если будут доказательства.

— Ох, не нравится мне всё это, — пройдя по комнате, я с ногами забралась на кровать, и села, оперевшись спиной на одну из её деревянных колонн на коих ещё держался потрепанный балдахин. — Не хочу обнадёживать себя. Да и привыкла я уже так жить. Сама по себе…

— Прости, но мы всё равно докопаемся до истины. А уж потом будешь решать, менять свою жизнь или оставлять всё как есть, — философским тоном добавил Шей.

Это, конечно, замечательно, но… Что-то мне подсказывает — никто мне этого выбора не даст.

Чуть позже, когда мы с Тиром отправились провожать Шея до ворот академии, где его терпеливо поджидали ребята из личной охраны, на нашего художника снова напало просто до противного прекрасное настроение. Он постоянно шутил, и всё время пытался хоть чем-то уколоть Тира, снова вывести его из себя. Но мой куратор упрямо не вёлся на все его уловки и делал вид, что вовсе не замечает этого белобрысого шутника. Я же, наоборот, всю дорогу только и делала, что хохотала, не в силах держать себя в руках и невольно привлекая внимание проходящих мимо студентов.

— А скажи, Шей, какая судьба ожидает мою картину? — спросила, вдруг сообразив, что свои художества он забрал с собой, и до сих пор не сказал ни слова о том, что после всего вручит сие творение мне.

— Не знаю, — ответил он, пожав плечами и удобнее перехватив свою массивную ношу. От нашей с Тиром помощи он предпочёл отказаться, и теперь волок весь свой арсенал сам. — Хотя… я её подарю.

— И кому же?! — удивлённо воскликнула я. Всё ж, что бы ни говорила Тиру, но мне бы не хотелось, чтобы кто-то рассматривал меня в таком… мягко говоря, обнажённом виде. Пусть и на картине.

— Брату! — ответил Шей, а на его смазливой физиономии появилась такая коварная улыбочка, от которой мы с Тиром мгновенно замерли на месте.

— Шутишь?! — воскликнула я, хотя уже прекрасно видела по его уверенному взгляду, что этот негодяй именно так и поступит. — Ты хочешь, чтобы он, находясь в плохом настроении, кидал в неё ножи? Или каждый раз, глядя на твой подарок, вспоминал, что у него есть личная ра… — и тут я осеклась, хотя и так уже сказала слишком много.

Шей мгновенно перестал улыбаться.

— Договаривай, Трил, — холодным тоном высказал он, мгновенно изменившись в лице. Оно застыло холодной напряжённой маской, и сейчас мой весёлый друг как никогда был похож именно на кронпринца империи.

— Это наше с ним дело, — отмахнулась я, заметив, что и Тир смотрит на меня выжидающе. — И вас оно не касается.

— А с каких пор у вас с ним появились свои дела, тем более о которых нам не надо знать?! — продолжал допрос Шей, преградив мне дорогу.

— С тех самых, как он соизволил оставить меня в живых, — гордо вскинув голову, ответила я. — Об остальном можешь спросить у него сам. Он же всё-таки твой брат.

Шиан кинул в сторону Тира хмурый взгляд, потом как-то коротко выругался и, развернувшись, отправился к выходу, кинув на ходу, что дальше дойдёт сам. Мы молчали, провожая его одинаково сосредоточенными взглядами, и только когда дверь за ним закрылась, я рискнула посмотреть на Тира.

— Можешь объяснить, что так вывело его из себя? — спросила раздражённым тоном. — Впервые вижу его таким.

— Это из-за Дерилана, — тихо ответил Тир, разворачиваясь, чтобы направиться обратно. Но видя, что я с места не сдвинулась, добавил. — Просто, по ряду вопросов у них иногда расходятся мнения. А ты — один из этих вопросов. Вот Шей и злиться, что брат за его спиной ведёт свою игру, о которой он ничего не знает.

— А-а… Ну, теперь хоть что-то понятно, — чуть успокоившись ответила я. — Знаешь, мне самой жутко не нравится что вообще угораздило связаться с этими двоими. А тот факт, что с каждым из них у меня свои дела… совсем не радует.

Наверно добавила бы ещё что-то, но тут случилось то, чего я точно не ожидала. И даже не подумала, что такое вообще возможно. Но… чаще всего неожиданные вещи происходят в самый неподходящий для этого момент. Наверно, в этом и есть непредсказуемость нашей жизни.

Когда я почувствовала чьё-то прикосновение к своему плечу, меня передёрнуло. Это ощущение было таким знакомым, таким пугающим, что на меня мгновенно напало жуткое оцепенение.

— Неужели это действительно ты?! — проговорили у меня над ухом бархатным красивым голосом, и в тот же момент, знакомая рука с плеча сползла на талию, резко развернув меня к себе. — Трил… Какая встреча!

Я искренне желала зажмуриться и представить, что это всего лишь дурной сон и не больше. Но… когда мягкие пальцы грубо приподняли моё лицо за подбородок, стало не до иллюзий. Я тут же попыталась вырваться, но меня очень крепко держали… как и всегда.

— Джер, пусти, — севшим голосом проговорила я, только сейчас решившись посмотреть в его глаза. Но… лучше б я этого не делала. Он выглядел охотником, поймавшим, наконец, свою заветную добычу, и явно был уверен, что теперь уж точно ему некто не помешает.

— Милая, ты даже не представляешь, о чём просишь, — с наигранным сожалением уронил он, улыбаясь. — Можешь быть уверена, теперь я тебя уж точно никуда не отпущу. Ты моя собственность… и, уверяю тебя, я намерен пользоваться этой собственностью как можно чаще.

— Пусти! — воскликнула я, пытаясь вырваться, но… он был и сильнее и уж куда опытнее в плане боевых искусств.

— Ты мне ещё должна, детка. Знаешь, сколько я проторчал в том пруду?! — злобно усмехнулся он. — Сутки. И за это ты начнёшь расплачиваться прямо сейчас.

Я совсем забыла, где мы находимся, что вокруг бродит куча студентов, а где-то недалеко стоит Тир. Всё это вылетело у меня из головы, при виде кошмара прошлого. Сейчас в сознании билась только одна мысль — вырваться! Сбежать! И, набравшись сил и смелости, и выключив, наконец, панику, я сделала вид, что смирилась. Перестав сопротивляться, покорно обмякла в его руках, и даже склонила голову ему на плечо.

— Так-то лучше, — самодовольно проговорил он, чуть ослабляя хватку. Именно в этот момент я и сомкнула зубы на его шее.

Руки Джерома на мгновение разомкнулись. Но я успела сделать лишь один шаг в сторону, как снова оказалась в плену его железной хватки. И в этот же момент почувствовала, как его пальцы стремительно сжимаются на моей многострадальной шее.

— Ты же знаешь, что это тебе точно с рук не сойдёт! — прорычал Джер, а его красивое лицо вновь стало именно таким, каким я его запомнила — застывшей маской ненависти и жестокости.

— Гральян, опустите девушку, — холодным спокойным голосом, заявили у меня за спиной.

— А… Элур, это вы, — насмешливым тоном, отозвался Джер, и только сильнее сдавил пальцами моё горло. — Вы же знаете, что я вам не подчиняюсь. К тому же, эта… как вы говорите, девушка, принадлежит мне. Что-то вроде частной собственности. И я могу делать с ней всё что захочу.

Следующим, что я запомнила, было то, как стремительно меня освободили и отодвинули в сторону, а Джер, как будто куда-то исчез. Горло жгло, и, прислонившись к ближайшей стене, я всё пыталась отдышаться, и совладать с собственным зрением, которое никак ни хотело фокусироваться. Когда же мне всё-таки это удалось, перед глазами предстала такая картина, которая куда больше напоминала фантазию или сон. Джером лежал на полу лицом вниз, обе его руки были закинуты за спину, а Тир сидел сверху, коленом придавив его позвоночник. И выглядел при этом таким спокойным и сосредоточенным, что я невольно охнула. Так действуют профессиональные бойцы — тихо, жестоко и молниеносно, а мой куратор, вроде бы, таким не был. Он же учёный! Будущий профессор! Разве он может быть способен на подобное?!

— Ты за это ответишь! — рычал Джером, всеми силами пытаясь скинуть с себя противника. — Ты оскорбил дворянина! Ты… ты… будешь казнён! Я обращусь к ректору! У моей семьи есть друзья в Совете Министров!

— Мне плевать на твои слова, — тихо сказал Тир. — Сейчас я тебя отпущу, но если ещё хоть раз ты подойдёшь к мисс Сиерлен ближе, чем на три метра, можешь быть уверен, я размажу тебя по стенке. А если и этого не хватит, то один мой друг с радостью организует для тебя уютную камеру с видом на городскую канализацию. Это понятно?! — последняя фраза была сказана таким угрожающим шёпотом, что позавидовал бы и Дерилан. Никогда не думала, что Тир умеет так расточать угрозы.

Но долго раздумывать мне не дали. Джером что-то прохрипел, и в тот же момент, Тир стремительно поднялся и, схватив меня под локоть, поволок наверх. Но как только бывшее «поле боя» скрылось из виду, развернул к себе и внимательно оглядел, и только убедившись, что никаких внешних повреждений нет, потащил дальше. А доведя до коморки за библиотекой, тут же вошёл следом.

— Объяснить ничего не хочешь?! — требовательным тоном поинтересовался он, замирая посреди комнаты.

Я же всё ещё находилась в состоянии сильного шока от всего произошедшего, и не имела никакого желания вообще с кем бы то ни было говорить. Мне хотелось забыться, спрятаться в самой глубокой норе или в самом тёмном углу, чтобы меня никто никогда не нашёл. Хотелось одновременно и зарыдать и рассмеяться, ведь я прекрасно понимала, что Джер теперь от меня точно не отстанет.

Забравшись на диван и подтянув к груди колени, я сжалась в комок и закрыла глаза. Сейчас даже Тир не казался мне защитником… он враг. Они все враги и все против. И никто не поможет!

— Трил… — голос Тира стал мягче, и, подойдя ближе, он осторожно присел рядом. В ответ на это я инстинктивно отодвинулась, да так резко и испуганно, что он замер. — Ты меня боишься?

— Нет, — прошептала я, всеми силами стараясь сдержать слёзы. — И да…

— Почему?! — он был настолько шокирован моим ответом, что не смог усидеть на месте, и двинулся ближе. — Я ведь ничего тебе не сделал.

— Пока… — всё так же шёпотом ответила я. И может быть умом и понимала, что он прав, что он друг. Но сейчас все они были для меня врагами. Грубыми, сильными, страшными… похотливыми тварями.

— Что сделал Гральян?! — продолжал настаивать мой куратор. Но я лишь отрицательно помахала головой. — Трил, если ты не ответишь, я пойду выяснять это у него!

Я снова опустила лицо на колени, накрыв голову руками. Сейчас мне было всё равно. Пусть спрашивает что хочет и у кого хочет. Это уже ничего не изменит. Джер здесь, и он непременно выполнит все свои угрозы. И ничто его не остановит.

Больше не обращая внимания на присутствие в комнате постороннего, я медленно погружалась в странный транс, в котором больше не было никаких мыслей, лиц, звуков… Лишь спасительная тишина. Наверно, я действительно, сильно перенервничала, раз снова решила спастись, уйдя в себя, но мне было прекрасно известно, что это ненадолго. И такой выход всего лишь отодвинет неизбежное на каких-то пару дней. А потом всё вернётся снова.


Глава 11. Доверие

Жаль, но в этот раз надолго остаться в царстве грёз мне не позволили. Хорошо хоть в этот раз Тир предпочёл ограничиться простым выливанием на мою голову холодной воды. И пусть это тоже было не совсем приятно, но уж точно не так болезненно, как его прошлая пощёчина.

Как только я открыла глаза, он лишь довольно усмехнулся, и, не говоря ни слова, вышел. Этот его уход и стал для меня окончательным пробуждением… и только сейчас, отчаянно моргая, я всё же поняла, что нахожусь не в палате, и даже не в кровати, а лежу в собственной ванне… одетая и насквозь вымокшая. А рядом стоит какой-то парень, с незнакомым лицом.

— Ну как?! Легче стало?! — спросил он, добродушно улыбаясь и внимательно вглядываясь в мои глаз, которые всё ещё непонимающе моргали.

— Определённо, — ответила я, медленно поднимаясь на ноги, и вытирая лицо большим полотенцем. — Вы лекарь?

— Да, — отозвался он, а потом галантно подал мне руку, помогая выбраться из этой посудины, которую кто-то когда-то придумал назвать ванной. — У вас был небольшой нервный срыв, вызванный сильным шоком. Но, мистер Элур уже принял меры по изоляции вашего обидчика, и намерен сам заниматься его наказанием.

— Ох… — вздохнула я, напряжённо размышляя, что именно мой куратор может сделать с Джером. Хотя… Какая ему в сущности разница, что было между нами в прошлом. Вряд ли Тир станет тратить своё драгоценное время, только для того, чтобы докопаться до истины. А по поводу происшедшего сегодня, этот змеёныш — Джер может легко найти оправдание, в котором виноватыми в любом случае останемся мы с Тиром. Мол… спровоцировали бедного мальчика, а потом ещё и напали. Что ни говори, а младший Гральян был способен на подобную подлость, тем более, если дело касалось спасения его драгоценного мягкого места.

— Теперь, вам необходимо поспать, — всё тем же тёплым тоном продолжил парень, осторожно провожая меня по направлению к кровати. — И я бы настоятельно рекомендовал посетить психолога-эмпата. В нашей академии таких не обучают, но у меня есть несколько знакомых, которые с радостью окажут вам помощь.

— Психолога-эмпата?! — переспросила я, только сейчас понимая, что этот молодой лекарь уже причислил меня в ряды душевнобольных, потому и улыбается. Это так взбесило, что я тут же вырвала у него свою руку и предпочла передвигаться сама, хоть и чувствовала себя как никогда ослабленной.

— Это не то, что вы подумали, — всё так же добродушно усмехнулся он. — Почему-то многие ошибочно считают, что эти специалисты работают только с пациентами, имеющими сильные психические отклонения.

— А разве не так?!

— Нет. Они помогают вскрыть старые обиды, разобраться со страхами. Видят наиболее сильные и слабые стороны характера и дают своим пациентам возможность, найти правильный путь к саморазвитию. С ними очень просто говорить, и они никогда не станут использовать свои знания во вред. Поверьте, вам они тоже смогут помочь.

Он уговаривал. Объяснял всё это таким мягким и вкрадчивым голоском, как будто я была маленьким несмышленым ребёнком, которого легко спугнуть всего одним неверным словом, или резкой интонацией.

— Как ваше имя?! — спросила я, вдруг осознав, что понятия не имею, с кем разговариваю.

— Серж, — ответил он, снова растягивая на губах улыбку.

— Знаете, Серж… Сейчас у меня нет огромного желания обращаться к вашим специалистам, да и будущее пугает куда больше, чем прошлое. Но если вдруг решу, что мне необходима их помощь, сразу же дам вам знать, — проговорила, укладываясь в кровать.

— Как вам будет угодно, — ответил он, и изящно поклонившись, вышел. Интересно, а он со всеми такой любезный или я какая-то особенная?!

Оставшись одна, я снова попыталась погрузиться в сон, но сделать это оказалось совсем непросто. Тем более что старые настенные часы показывали только начало десятого. Мой организм привык засыпать после двух ночи, и сейчас был категорически против внепланового погружения в царство снов. Да только сил на какие-то другие действия практически не осталось.

Так я и пролежала довольно долго, тупо глядя в потолок и пытаясь разобраться, что же именно настолько напугало меня сегодня? Воспоминания прошлого или явления настоящего?! А может всё дело в том, что я опасаюсь повторения прошлого в будущем? Видимо, при виде Джера что-то надломилось в моей душе такое, что я даже Тира мгновенно причислила к своим личным врагам… как, в прочем и всех остальных людей.

Наверно, всё дело в моей замкнутости. В том, что я попросту привыкла доверять только себе и рассчитывать только на свои силы. Самоуверенно посчитала себя сильной, способной со всем в мире справиться в одиночку. Да только на практике всё оказалось совсем не так.

Но не встреча с Джером стала тому доказательством… нет. Скорее она сыграла роль пресловутой последней капли в чаше моих нервных потрясений. Я привыкла встречать трудности с гордо поднятой головой и во всеоружии, но в последнее время эти самые трудности плевать хотели на мою уверенность. Один Дерилан чего стоит — уж молчу об остальном.

И в итоге, моя психика оказалась куда слабее, чем я сама наивно полагала. Вот теперь и выкидывает кульбиты в виде внеочередных погружений в глубины подсознания, из которых так не хочется возвращаться в реальность…

Дверь неожиданно скрипнула, и резко повернув голову на этот звук, я заметила замершего на пороге Тира. Он выглядел таким… растерянным, что я невольно улыбнулась.

— Прости, что без стука, — выговорил он, мгновенно возвращая на лицо маску ироничной холодности. — Думал, ты спишь. Не хотел будить.

— Что-то не спиться, — отозвалась я, усаживаясь на кровати. — Рада, что ты пришёл… — и тут же замялась, потому что извиняться никогда не умела, а сейчас было самое подходящее и нужное время для извинений.

— Можешь не утруждаться, — отмахнулся он, прикрывая дверь и проходя к дивану. — Всё твоё сожаление написано на лице, и оно куда красноречивее любых слов. Да и какой смысл в извинениях, если мы уже выяснили, что ты, оказывается, мне совсем не доверяешь.

— Это не так, — сказала, опуская голову. — Всё сложнее… Тир.

— Может, объяснишь?!

— Может, и объясню, но только не сегодня. Давай как-нибудь в другой раз… — изрекла я, устало прикрывая глаза. — Рассказ долгий, а сейчас не лучший момент для изливания души.

— В таком случае, если ты всё равно не спишь, предлагаю небольшую прогулку. Идти не далеко, а смена обстановки тебе сейчас не повредит, — поднимаясь с места проговорил он. — Только надень что-нибудь лёгкое. Там, куда мы направляемся будет довольно тепло.

Он ободряюще мне улыбнулся и скрылся за дверью, а я осталась ошарашено смотреть ему вслед и думать, это он так пошутил или мы действительно куда-то пойдём.

Размышляя над всем этим, осторожно сползла с кровати, и протопала к полкам с моим скудным гардеробом. Он хмуро пестрил серыми тонами, на которые уже было тошно смотреть. И плюнув на всё и всех, я снова натянула свои синие брюки и любимую тунику, а поверх всего этого напялила длинный чёрный плащ с эмблемой королевской стражи. Всё… даже очки надевать не стану. Какой от них толк, если от моего главного кошмара они всё равно уберечь не смогли.

— Готова? — мягкий голос Тира прервал мои нервные размышления о превратностях судьбы, и, нацепив капюшон, я развернулась и покинула свои хоромы.

Тир молча вышагивал по опустевшим коридорам академии — после отбоя здесь уже никого не было. Я же тихо ступала следом, лишь в этот момент вспомнив, что мои обязанности по уборке никто не отменял. Но, именно сейчас мне категорически не хотелось выполнять эту изрядно надоевшую работу, да и страх встретить в одном из тёмных коридоров Джерома никак не хотел отпускать.

Мой куратор ни словом не обмолвился по поводу сегодняшней работы. Хотя нёс за меня полную ответственность перед ректором. А значит, скорее всего, мне просто пожертвовали внеочередной день отдыха. По крайней мере, очень хотелось в это верить.

Мы проходили коридор за коридором, миновали галерею Асторов, оставили в стороне дверь в кабинет ректора, и, поднявшись по винтовой лестнице, оказались в Северной башне. Здесь, под самой крышей, располагалась странная круглая комната, пол которой был отделан чёрным мрамором. По периметру горели символы четырёх стихий, а под самым потолком висела большая светящаяся пятиконечная звезда. В целом помещение оказалось довольно светлым и уютным, и даже полное отсутствие мебели не смогло этому помещать.

— Тебе уже доводилось бывать в таких местах? — спросил Тир, наконец, обратив на меня свой внимательный взор.

— Это комната для построения порталов… Верно? — спросила, вспоминая, где и при каких обстоятельствах видела похожее помещение. — Во дворце была почти такая же, — выпалила я. Но вдруг вместе с этой догадкой услужливая память решила подкинуть и другую информацию: она ненавязчиво напомнила кто, а главное, зачем притащил меня в подобную комнату в прошлый раз, и как именно была использована моя способность проходить магический защитный барьер императорского дворца. Это-то и заставило меня тут же сделать несколько шагов к стене… подальше от выделенного на полу круга.

— И чего ты испугалась на этот раз? — холодным раздражённым тоном спросил Тир. — Иди сюда, и давай руку. Для построения портала твои стихии мне не к чему.

Было в его взгляде что-то такое… какая-то снисходительная усмешка, которая и заставила меня разозлиться на себя и собственную трусость, и плюнуть на все страхи. Всё ж, вряд ли в этом мире найдётся кто-то достойный моего доверия, больше чем Тир Элур. С такими мыслями, я сделала решительный шаг к нему, вложила пальцы в протянутую ладонь, и лишь увидев, как губы моего куратора растянулись в победной улыбке, вздохнула с облегчением. Мне даже показалось, что всё это какой-то очередной его урок, но чему он собрался меня учить ночью за пределами академии?!

Пространство перед нами начало медленно искажаться и пульсировать, а спустя пару секунд вокруг предполагаемого прохода появился бело-зелёный ободок. Он был таким лёгким и призрачным, что невольно захотелось его потрогать, да только такой возможности мне уже никто не дал. Тир осторожно подпихнул меня к арке портала, и в следующую секунду мы синхронно шагнули в никуда…

Я ощутила странную слабость, переплетённую с безумной лёгкостью. Моё тело как будто исчезло, растворилось в этом странном нигде… Это ощущение было по меньшей мере странным, но закончилось так же быстро, как и началось.

Почувствовав под ногами твёрдую землю, я почти рухнула от внезапной перемены ощущений, но крепкая рука Тира не позволила мне упасть. После нескольких секунд нахождения в непонятном пространстве, ударивший в глаза яркий свет показался совершенно уж неожиданным, окружающий воздух — слишком свежим, а звуки природы — безумно громкими. Но, даже окончательно придя в себя, я была не в силах поверить в реальность окружающего мира — слишком уж он казался не настоящим.

— Как?! — только и смогла выдавить из себя, ошарашено рассматривая покрытую зелёной травой поляну, расположенную перед большим живописным озером с водой невероятного голубого цвета. Вокруг него росли высокие лиственные деревья, отдалённо напоминающие ивы. Их ветви имели волнообразные формы и тем самым превращали окружающий лес в настоящее сказочное царство. Сама же полянка располагалась в тени огромного дуба, который, как будто свитой, был окружён небольшими берёзками.

— Нравится? — спросил Тир, присаживаясь в тени у одного из деревьев.

— Безумно! — воскликнула я, осматривая всё восхищённым взглядом. — Но… Разве такое возможно?! Ведь сейчас второй месяц зимы и… ночь. А здесь светло и тепло, как летом!

— Возможно, Трил, — ответил он с довольной улыбкой, растягиваясь на мягкой травке. — Просто, мы довольно далеко от академии… и от столицы… и от страны.

— И где же?! — то, каким спокойным тоном он говорил совершенно невероятные вещи, совсем не добавляло мне уверенности.

— На юге Исконии, — ответил он. — По-моему, где-то недалеко от Левара.

— Шутишь?! Это же на другом конце света!

— Всего лишь на другой стороне нашей прекрасной планеты. Именно поэтому здесь сейчас лето, и, как видишь, день.

Пока я ошарашено осматривалась, пытаясь найти в себе силы поверить в происходящее, мой куратор уже стянул с себя пиджак и, подкатив брюки, направился к воде. Казалось, его очень забавляет моё явное замешательство, да только мне было не до забав. Лихорадочно напрягая память, я в срочном порядке вспоминала всё, что когда-либо слышала об этой стране.

Искония когда-то тоже входила в состав нашей империи, но около пятнадцати лет назад, новый император, позволил ей отделиться, и стать самостоятельным государством. Насколько я знала, он поступил так именно по той причине, что эти земли находились слишком далеко от основных территорий Сайлирской Империи, и управлять ими с такого расстояния оказалось совсем непросто. Зато сейчас Искония была чуть ли ни самым крупным поставщиком продовольствия для империи в зимний период, а согласно заключённому императором договору, их цены ничем не отличались от цен внутри страны. Я не запомнила всех тонкостей, да и не были они мне интересны. Но тот факт, что теперь эта страна наш главный союзник, как в политическом, так и в экономическом плане, усвоила прекрасно.

— Ладно, — решительно проговорила я, скидывая на землю свой тёплый плащ и тоже направляясь к озеру. Тир стоял по щиколотку в воде и внимательно всматривался в очертания противоположного берега. Там у самой кромки вяло плавали несколько лебедей, а рядом с ними притаилась небольшая стая диких уток.

— Не веришь мне? — спросил он с усмешкой, не отводя взгляда от птиц.

— В том то и дело, что верю, — ответила с усмешкой. — Да только никак не пойму двух вещей, как мы смогли сюда попасть, используя всего один переход, и когда ты успел побывать здесь раньше, ведь это обязательно условия для построения портала.

— Ну, если отвечать по порядку… — начал он хитрым тоном, — мне достаточно одного шага, чтобы попасть в любую точку планеты. Благо сил для этого хватает. А что касается второго вопроса… Как оказалось не так уж и обязательно бывать в точке назначения — достаточно знать точные координаты необходимых переплетений силовых межпространственных потоков. Именно над созданием такой карты я трудился все последние несколько лет.

— А… — тут в моей голове родилась поистине странная мысль: — Купол над столицей… все его светящиеся чёрточки и узелки — это ведь карта?

Улыбка Тира стала шире, и он, наконец, соизволил оторваться от созерцания лебедей и посмотреть на меня.

— Умница, Трил, — похвалил он, поймав мою руку и потянув глубже. — Что ещё можешь о нём сказать?

Вода была прохладной, но такой приятной, что мне невольно захотелось окунуться, но мысли сейчас всё равно были о другом.

— Он защищает, освещает, и даёт координаты нужных мест. Разве этого мало?! — выпалила я, но тут вдруг ощутила прямо под ногами странное шевеление — камни на дне как будто начали двигаться сами по себе. Я тут же отпрыгнула в сторону, но дно упрямо продолжало уходить из-под ног, пока я всё-таки ни потеряла равновесие и ни свалилась в воду. Наверно, будь тут хоть немного глубже, я бы даже порадовалась такому исходу, но… мы же стояли у самого берега, и, падая, я больно стукнулась мягким местом, да и плюс ко всему, оказалась почти полностью вымокшей. И пока ошарашено хлопала глазами, пытаясь понять, с чего это камни начали оживать под ногами, услышала весёлый хохот Тира. Он смеялся так заливисто, что у меня не осталось никаких сомнений, кто так хитро организовал моё падение.

— Значит так?! — воскликнула, поднимаясь ноги. В ответ на моё заявление он просто развёл руками и попытался сделать вид, что он тут совершенно не причём. Да только я уже знала, что он врёт, а оставаться в воде одной совсем не хотелось.

Сделав шаг назад, я так же, как когда-то давно, потянулась к своей родной стихии, что довольно плескалась под ногами и с радостью откликнулась и на мой зов, и на мою просьбу. А спустя всего пару секунд, крупная волна уже окутала ноги ухмыляющегося Тира, и резко дёрнув, опрокинула его в озеро.

Вот теперь смеялась я. Всё ж мокнуть вдвоём оказалось куда веселее! Да только мой смех довольно быстро заставили стихнуть чередой сильных брызг. Пришлось срочно отвечать тем же, и вскоре мы уже, подобно маленьким детям, впервые попавшим в водоём, довольные обливались водой. И пусть это выглядело глупо, но сейчас… после всех эмоциональных срывов и потрясений, такая мокрая разрядка оказалась более чем уместной.

— Эх, знаешь, как поплавать хочется, — проговорила я, когда, закончив дурачиться, мы снова уселись на берегу.

— И что тебе мешает? — поинтересовался Тир.

— Они, — я приподняла над водой одну ногу, продемонстрировав мокрую широкую штанину, с которой струями стекала вода. — Очень тяжело плавать в одежде… Так что, видимо не судьба.

— А раньше ты меня не стеснялась, — усмехнулся он, поглядывая с озорной улыбкой. Но заметив, что его намёк меня не впечатлил, всё-таки продолжил. — Брось, Трил. Если хочешь плавать, пожалуйста. Я отвернусь.

— Да мне, в общем-то, не важно… — промямлила, борясь с заливающей лицо краской.

— Иди, — ответил он, демонстративно поднялся и отошел к дереву. Моих сомнений хватило всего на пару секунд, и в итоге, сообразив, что упускать такой шанс поплавать среди зимы просто глупо, тут же стянула с себя всё лишнее, и нырнула в воду.

Вот теперь, когда ничего не мешало и не сковывало движения, плавать стало просто до безумного приятно. Я скользила по водной глади, и никак не могла поверить, что всё это действительно происходит наяву. Слишком уж нереальным казалось наше перемещение в «тёплые края».

— Тир, прыгай. Здесь классно! — прокричала я. А мой куратор в это время расслабленно сидел на берегу, и, закрыв глаза, о чём-то размышлял.

— Я тоже не могу плавать в одежде, — отозвался он, не меняя позы. Вот теперь мне пришлось закусывать губу, чтобы не засмеяться. Тоже мне, царь целомудрия! Или он просто ждёт, пока я закончу плескаться?!

— Ладно тебе, залезай. Я отвернусь, — крикнула, растягивая на губах глупую улыбку.

— Нет уж, лучше ты вылезай! — проговорил он, когда я подплыла совсем близко. — Нам скоро нужно будет возвращаться, а если мы заявимся в академию в мокрой одежде, нас могут не правильно понять.

— Так там же ночь… и никто не увидит.

— В Северной Башне всегда есть дежурный, который следит за всеми перемещениями. И уж поверь, докладывает ректору о каждой, даже самой незначительной мелочи, — ответил Тир, глядя на меня, как на маленькое несмышленое дитя. — Так что выходи, я не смотрю.

И, как бы мне ни хотелось поплескаться подольше, но доводы Тира имели под собой веские аргументы. Пришлось вылезать.

Мокрые вещи я раскидала по ближайшим низким веткам, сама же замоталась в плащ и уселась на траву. К этому времени брюки Тира уже выглядели полностью сухими, а его рубашка висела рядом с моими вещами.

— Спасибо тебе, за такую шикарную прогулку, — выдала я, глядя на растянувшегося на травке куратора. В ответ он лишь немного растянул губы в улыбке, и, перевернувшись на бок, вдруг спросил.

— Ты знаешь, что я до противного любопытен?!

— Конечно, — ответила, тоже поворачиваясь к нему. — Шей говорил, да и сама я неоднократно это замечала. А это ты к чему?

— Ни к чему особенному, просто, меня мучает один вопрос… А ты знаешь на него ответ, — всё тем же загадочным тоном, добавил Тир. — И, может это и не моё дело, но я хочу знать, почему ты испугалась Гральяна. К тому же, тебе и самой не помешало бы поделиться своими страхами. И уж поверь, зная правду, я смогу найти способ держать этого щенка от тебя подальше.

Напоминание о произошедшем сегодня быстро смело улыбку с моего лица, буквально заставив резко протрезветь от очарования сего прекрасного места. Вместе с этим воспоминанием пришли и другие, более старые и совсем не приятные. А собственный страх тут же нарисовал перед глазами картинки того, что может сделать Джер, если я снова попадусь в его руки.

— Ты мне помочь не сможешь… — промямлила, опуская голову. — Он не отступит, теперь для Джерома это дело принципа. И у него есть титул, влиятельные родители, деньги… Он не станет слушать ни чьих предупреждений.

— Ну… — загадочным тоном изрёк Тир. — А у нас есть Шей, который никогда не оставит тебя в беде. Можешь мне поверить. Ты для него теперь своя, а своих Шиан оберегает, как зеницу ока. Так что, где не смогу справиться я, поможет он. Но… для этого нам нужно знать, чего именно ты так боишься. Без этой информации, мы просто бессильны.

Он замолчал, терпеливо ожидая моего ответа, а я думала… И мысли мои в этот момент носились подобно бешеным пчёлам. Мне не хотелось ничего рассказывать, потому что… всё это было слишком личным и слишком грязным. Но, с другой стороны, помощь Шиана стала бы для меня единственным шансом избежать повторения прошлого. К тому же, нет никакой уверенности, что получив желаемое, Джером просто оставит меня в покое. Скорее, всё совсем наоборот. Он не раз говорил, что ему нужно моё полное порабощение, и называл при этом «своей вещью». А учитывая всё это, для меня слишком глупо отказываться от предложенной помощи, а значит, всё-таки придётся вернуться к прошлому и всё рассказать.

— Хорошо, Тир… — севшим голосом проговорила я. — Но учти, рассказ грязный, и не совсем приятный.

— Это и так понятно, — добродушно отозвался он. — Но мне важно знать всё. Да и тебе станет гораздо легче, когда поделишься своими переживаниями. Так всегда бывает.

— Ну, тогда, — выдала смиренным тоном, — слушай…

Я улеглась на траву, и, прикрыв глаза, снова мысленно вернулась в тот день, который до сих пор считаю самым кошмарным…

— Это было зимой, перед праздниками. На тот момент мне только исполнилось четырнадцать, и в доме графини Гральян я жила и работала уже четыре года. В этот день хозяйка имения с нетерпением ожидала приезда своего единственного сыночка, Джерома. В академии начались каникулы, и он решил навестить родное гнездо. В тот вечер мне, и ещё двум горничным поручили подготовить его комнату, да только то ли мы не успели закончить в срок, то ли он приехал раньше. И естественно застал нас троих в своих покоях. Мы тихо поклонились и поспешили выйти, но тут он поймал меня за руку. А остальным велел исчезнуть. Мне было непонятно его поведение, но вырываться я не стала, справедливо полагая, что у него просто есть для меня поручение…

…— И как же зовут такое прелестное создание? — спросил Джер, окидывая меня оценивающим взглядом, и судя по довольной улыбке, осмотром остался очень доволен.

— Трил, — ответила я, поднимая глаза.

— А ты выросла, — проговорил молодой хозяин. — Стала такой… аппетитной. Яркой. А я даже не предполагал, что дома меня ждёт столь приятный сюрприз.

В этот момент его руки потянулись к моему фартуку, и через несколько секунд он оказался на полу.

— Что вы делаете?! — воскликнула я, совершенно не понимая, действий парня.

— Ничего особенного, — ответил он, отпуская мои руки. — Раздевайся.

— Что?!

— Снимай с себя всё это тряпьё, — уточнил он, уже жестче. — Или я сделаю это сам.

— Зачем?! — воскликнула, испуганно пятясь назад.

— Всегда мечтал о таком подарке на праздники. Думаю, ты не скоро мне надоешь. И хватит дрожать, раздевайся!

Сказав это, Джер уселся в кресло, и с видом победителя, стал наблюдать за моими действиями. Естественно я не стала ничего делать, да и совершенно не понимала, что ему нужно. Так и стояла, замерев и ошарашено хлопая глазами. И если поначалу молодой хозяин выглядел довольным, то с каждой секундой моего оцепенения, становился всё напряжённее и злее, и в итоге, не выдержал:

— Немедленно снимай одежду! — прорычал он, мигом вскакивая на ноги. Я испуганно отпрыгнула, и попыталась добраться до двери. И когда до заветной цели оставалось всего пара шагов, Джер схватил меня за плечо, и уже замахнулся, чтобы ударить, но, в этот самый момент, на пороге появился секретарь графа. Не знаю, что именно привело его в комнату младшего Гральяна, но его неожиданный приход оказался для меня спасительным. При виде неожиданного посетителя, хватка Джерома ослабла, и я смогла вырваться и убежать. Да только уже тогда знала, что на этом дело не кончится.

Следующие два дня прошли относительно спокойно, и пусть я всеми силами старалась не попадаться на глаза хозяйского сына, но мы всё равно встречались. И каждый раз… при каждой новой встрече решительный огонёк в глазах Джера разгорался ещё сильней. Я невольно стала чувствовать себя бедным зверьком, который вынужден скрываться от злого охотника, и с каждой новой нашей встречей мой страх становился всё сильней.

Так уж получилось, что мне никто не рассказывал, что такое физическая любовь. Мама Эрида считала, что мне о таком знать ещё рано, а когда я стала взрослей, поведать об интимной части отношений между мужчиной и женщиной оказалось просто не кому. В доме графини меня не любили и по возможности старались обходить стороной. Наверно, будь там Марси, я бы обратилась к ней, но… к сожалению, в то время она там ещё не работала.

В итоге, всё что я знала об этой стороне жизни, было почерпнуто мной в паре романов, найденных в библиотеке. И, естественно, там всё было красиво и интересно… с кучей прекрасных эпитетов, чувств и эмоций. Но нигде не указывалось, что же должно при этом происходить.

И пусть, я догадывалась, что Джер хочет от меня именно этого, но… в его глазах не было ни любви, ни нежности… одно лишь слепое желание обладать. А это пугало меня почти безумно. И пусть он был очень симпатичным юношей, и даже нравился мне, но страх… мой глупый животный страх заставлял прятаться и никак не желал выяснять, что же именно понадобилось от меня хозяйскому сыну.

А прояснилось всё одним зимним вечером… Когда в особняке не было гостей, не было запланировано никаких мероприятий, и в коем то веке, появилась возможность вздохнуть свободно. Наверно, именно это и притупило мою бдительность, и в одном из коридоров, я и столкнулась с Джером.

Он появился из темноты… будто специально поджидал здесь свою бедную жертву. Когда его рука опустилась на моё плечо, я естественно, закричала. За что и получила по лицу…

— Заткнись! — прошипел он, встряхивая меня, и убедившись, что на мой крик так никто и не прибежал, быстро потащил к своей комнате. — Будешь орать — получишь ещё!

Пощёчина больно жгла лицо, и испытывать его гнев повторно мне совершенно не хотелось. Я была настолько шокирована происходящим, что не сразу поняла, как мы оказались в его апартаментах, как он стянул с меня одежду, и очнулась, только почувствовав холод.

Джер снова сидел в своём кресле, и внимательно наблюдал за моими действиями, а я просто стояла посреди комнаты… совершенно голая. Он ухмылялся, добившись того, что требовал в прошлый раз. Он чувствовал себя победителем, а я… добычей.

— Подумать только… — проговорил он, поднимаясь с места, и подходя ближе. — Ещё совсем недавно ты была нескладной девочкой, и что же я вижу сейчас?! Напуганного ребёнка с телом богини.

Он рассматривал меня, как какую-то скульптуру, а когда его пальцы коснулись плеча и стали продвигаться к груди, я тут же отпрянула. Наверно, только тогда до меня дошло, что одними взглядами и даже прикосновениями, Джер не ограничится.

Но я уже была в его ловушке, и он никуда не собирался меня отпускать.

— Ты моя, — сказал он приказным тоном, и тут же поймал меня за руку и вернул на место. Теперь его прикосновения стали грубее… и приносили боль. Он потянулся к моим губам, пытаясь поцеловать, но отвечать я не стала. Мне было страшно, жутко, противно, и я понятия не имела, как нужно целоваться. Но его всё это не волновало.

Он заставил меня открыть рот. Его поцелуй был болезненным и грубым, а моё малейшее неповиновение каралось болью. Ударами, укусами, грубостью… И, если бы ни графиня, вошедшая в его комнату без стука и заставшая именно тот момент, когда швырнув меня на кровать, её очаровательный сынуля был почти готов завершить начатое, я даже не представляю, чем бы всё это закончилось. Она меня спасла…

Миссис Гральян категорически запретила Джерому трогать меня до того момента, пока она не перестанет быть моей официальной опекуншей. То есть, до моих восемнадцати лет. Она буквально заставила сына поклясться, и пусть Джер всё равно не отказался от своей навязчивой идеи сделать «недоступную Трил» своей игрушкой, но против данной матери клятвы пойти не смел.

— Так с тех пор и жили… — подытожила я, открывая глаза, и снова возвращаясь в реальность, где вокруг была прекрасная свежая зелень, шумела вода, а тело приятно согревало нежное солнышко. — Он вылавливал меня по углам, и пытался грубо тискать, но определённой грани всё же не переступал. Я же поняла, что кроме меня самой никто мне не поможет, и начала по ночам штудировать библиотеку графини, изыскивая всё новые и новый фолианты по магии стихий. Когда мне исполнилось восемнадцать, Джер был на практике в Эрлинии, и вернулся только в конце прошлого августа. И сразу же решил воспользоваться своим правом, которое сам же себе и дал. Да только в тот момент хоть и продолжала почти панически его бояться, но всё же смогла за себя постоять, — я улыбнулась, вспоминая, как легко Джер попал в такую примитивную водную ловушку, и, повернувшись к притихшему Тиру, решила уточнить. — В тот день я просто плавала в пруду, где он меня и нашёл. А когда стало ясно, что от своей затеи этот тип отказываться не намерен, мне пришлось применить на практике те знания, что успела получить из книг. Джер не ожидал подвоха, и не сразу понял, что влип. А вся величина собственного промаха открылась ему, только когда он оказался в воде и осознал, что сам выбраться из этой ловушки не может. Тогда-то я и покинула поместье Гральянов… И тем же вечером встретила вас с Шеем. Вот, такая история.

Я замолчала, пытаясь разглядеть в глазах Тира хоть какую-то реакцию, но… увы, он выглядел всё таким же спокойным и сосредоточенным. Как будто ему было абсолютно плевать на всё то, что я сейчас выложила. Но… с другой стороны, мистер Элур крайне редко показывал свои истинные эмоции, и чаще всего предпочитал, чтобы они не становились всеобщим достоянием. Именно поэтому по нему было невозможно что-либо понять.

Так как он продолжал молчать, я решила выложить все свои мысли по данному вопросу.

— Знаешь… — начала, снова откидываясь на траву. — Последние пять лет я жила, в постоянном страхе, перед Джером. Всегда боялась его, и того, что он может со мной сотворить. А вот сейчас вдруг подумала, что и он сделал из всего этого навязчивую идею, только потому, что так и не получил желаемого. И пришла к такому выводу, что, может быть, если я приду к нему добровольно… и, скажем, сама проявлю инициативу этой близости… — я замялась, но тут же вспомнила, что если уж и доверять Тиру, то во всём. — В общем, есть вероятность, что после этого стану для него не интересна.

— И ты реально готова на это пойти?! — ровным тоном с нотками металла спросил Тир. И было в его голосе что-то такое, от чего мне захотелось снова отвернуться и закрыть глаза.

— Не могу сказать точно. Просто… я же до сих пор имею обо всём этом очень смутное представление. И не совсем уверена, что смогу, — проговорила, не глядя на своего собеседника. — Хотя, если честно… не знаю.

— Ох, Трил, — усталым голосом, отозвался Тир, поднимаясь на ноги. — И откуда ты только взялась на мою бедную голову?!

— Ты не обязан мне помогать, — пробормотала, наблюдая, как он срывает с веток уже высохшие вещи. — В конце концов, Джер — это только моя проблема.

— А не много ли проблем на тебя одну?! — чуть грубее, чем обычно, выпалил он. — И не смей даже думать о том, чтобы самой прийти к Гральяну. Не падай в моих глазах! Ты девушка, к тому же совсем не простая. Не стоит преподносить себя на блюдечке тому, кто этого не достоин.

На языке крутилось куча разных ответов, но почему-то в этот момент я благоразумно решила промолчать. Да и вообще, когда Тир в таком расположении духа ему лучше не перечить, а то ещё сорвётся.

В общем, говорить мы больше не стали. Да и не было для этого никакого настроения. Каждый думал о своём, но что-то мне подсказывало, что мою проблему мистер Элур так просто не оставит. Всё ж, он не раз говорил, что я ему нужна… пусть всего лишь для проведения исследования, пусть только в качестве ценного редкого и загадочного экземпляра. Но тем не менее, я была уверена — пока он не закончит свою научную работу, я буду в полной безопасности, и даже вездесущий Дерилан будет не в силах ему помешать.

В академию мы вернулись около трёх утра. Всё так же молча, Тир провёл меня до двери в мою комнату и уже развернулся, чтобы уйти, но вдруг остановился.

— Трил, — позвал он, глядя на меня из-за собственного плеча. — Пообещай мне, что без моего ведома, не станешь ничего предпринимать в отношении Гральяна.

— Зачем? — выпалила я, совершенно не понимая, для чего ему это обещание.

— Так я буду уверен, что ты не наделаешь глупостей, — тихо ответил он. — Так что просто, пообещай, и если в твоей непутёвой головке созреет ещё хоть какой-то гениальный план, пожалуйста, сразу же ставь меня в известность.

— Обещаю, Тир, — ответила, легонько улыбнувшись одними губами. В ответ он лишь кивнул и скрылся в темноте коридора, а я так и осталась стоять у двери в собственную комнату, совершенно не понимая, что у него на уме.


Глава 12. Поверженный

Тихий мягкий снег медленно кружил над башнями городских особняков, стелился по крышам, и в свете городского охранного купола казался мне каким-то сказочным. А с высоты Восточной башни Астор-Холт сие зрелище становилось поистине завораживающим.

Место это было довольно интересным, и если бы ни Тир, мне б в жизни не удалось найти сюда проход. Но, как-то одним зимним вечером, когда у моего куратора был приступ хорошего настроения, он вдруг решил посвятить меня в тайну проникновения в самую высокую башню академии.

Помню, пока мы петляли странными полу заброшенными коридорами, Тир рассказывал, что узнал об этом месте из какой-то старой карты, найденной им в закромах библиотеки. И на все мои удивлённые возгласы отвечал лишь одной фразой:

— Ну здесь же раньше был императорский дворец, а какой же дворец без потайных ходов?! — и довольно улыбался тому, какой эффект производила на меня эта информация.

Странным выглядело и то, что в Восточную башню можно было попасть только через Северную. Именно там начинался этот мрачный узкий коридор, полный пауков и странных звуков. Наверно, если бы когда-нибудь по чистой случайности я бы сама и умудрилась наткнуться на этот проход, точно б ни рискнула в него сунуться. А вот в компании Тира идти туда оказалось совсем не страшно.

С Восточной башни открывался прекрасный вид на Себейтир. Отсюда можно было разглядеть императорский дворец, здание театра, два базара, парки площади и просто особняки горожан. И к моему собственному удивлению, на этой высоте я странным образом начинала чувствовать себя гораздо спокойнее и легче. Как будто сами стены этой старинной башни умиротворяли и заряжали какой-то положительной энергией.

И пусть здесь было холодно, постоянно дул ветер, но, несмотря на все неудобства, я стала приходить сюда чаще. Сначала со мной рядом всегда был Тир, но довольно скоро частые посещения башни его утомили, и мне пришлось наведываться в этот уголок академии одной. А ко всему прочему, бывать здесь получалось исключительно ночью.

Вот и сейчас, закончив раньше времени свою работу, я не смогла удержаться от нескольких минут покоя в своей башне. Кстати, Шей с Тиром как-то решили что название «Восточная башня» звучит слишком просто, и с того дня переименовали её в «Башню Трилинтии». Да только мне было всё равно.

Сидя на широких перилах крыши, я всё сильнее куталась в тёплый плащ и со странным умиротворением наблюдала за игрой мелких снежинок в сиянии купола. Почему-то именно здесь мои мысли приходили в относительный порядок, а решения насущных проблем находились на удивление просто. К примеру, именно в этом месте мне в голову пришла идея принять более активное участие в исследовании Тиром моего феномена и взять на себя обязанности по раскрытию тайны кулона. Для этого за прошедшие месяц в буквальном смысле перерыла все библиотечные архивы, в дикой надежде найти хоть какую-нибудь информацию, способную пролить свет на загадку этой не снимаемой побрякушки из золота. И… нашла. Целую кучу книг, и теперь всё своё свободное время посвящала исключительно изучению этих фолиантов. А тем временем мой куратор вместе с Шеем, пытались найти следы перстней, что вручили Эриде мои родители, и понять, откуда они взялись у циркачей.

Вот так и жили… Тихо спокойно и без происшествий.

После моей откровенности Тир предпринял какие-то меры, о которых, естественно, ничегошеньки не рассказал, но Джером больше даже не пытался ко мне приблизиться. Ни днём, ни ночью…

Однажды, меня даже угораздило столкнуться с ним нос к носу в одном из тёмных коридоров спального корпуса. И я уже начала испуганно пятиться назад… почти собралась бежать… Но он, попросту коротко извинился и пошёл своей дорогой. В тот момент я и поняла, что теперь этот тип для меня точно не опасен.

Как оказалось, Джером был одним из самых видных студентов своего факультета воздушной стихии, и его группа до самой зимы находилась на практике. Именно поэтому мы и встретились лишь недавно. Но теперь у меня появился ещё один повод недолюбливать факультет воздуха. Он добавился к уже имеющемуся не совсем приятному знакомству с его деканом — Фейроном Белком и его очаровательным племянником, которое произошло в тот самый первый день в «Оракуле». Оба этих человека периодически попадались мне на глаза в коридорах Астор-Холт, но, благодаря некоторым изменениям в моей внешности — естественно, не узнавали. Хотя и я сама старалась как можно реже бывать на территории воздушного факультета, и даже взяла себе за правило убирать там в самую последнюю очередь, то есть, глубокой ночью.

Кстати, моя башня… хм, то есть, конечно, не моя, а Восточная, находилась как раз над деканатом именно этого факультета. Да только Тир сказал, что никто кроме него и меня не знает сюда дороги, а у меня не было ни одной причины ему не верить. Именно поэтому я и чувствовала себя здесь совершенно спокойной, хоть и находилась буквально над головами условных врагов.

Сейчас шёл первый месяц весны, именуемый в наших краях месяцем Талого снега. Да только глядя на игру снежинок над городом, мне совсем не казалось, что этот самый снег вообще собирается таять. Напротив, создавалось впечатление, что он вопреки всем желаниям и ожиданиям желает засыпать город, и продлить зиму на неопределённый срок. И пусть я любила снег, его игры и переливы, но весну ждала чуть ли ни сильнее всех остальных. Наверно уже сейчас чувствовала, что она принесёт мне огромные перемены.

Было уже около четырёх утра, когда я, наконец, соизволила покинуть башню и отправиться в свою коморку. В такое время вся академия давно спала, и у меня не было никакого желания кого-то будить, особенно дежурного в Северной башне. Именно поэтому передвигалась я очень тихо, почти бесшумно. Да только в эту ночь такая привычка оказалась очень полезной, и даже спасительной, причём, не только для меня одной.

Едва успела закрыть за собой массивную панель, прикрывающую вход в коридор, как до моего слуха донеслись странные звуки. Тихие голоса, смешивались с беспорядочными стуками и шорохами. Кто-то падал, поднимался и снова падал. И это показалось мне совсем не правильным.

Медленно подобравшись к месту действия, я ошарашено уставилась на то, как трое высоких мужчин, в длинных абсолютно чёрных одеждах, с закрытыми лицами, толпятся вокруг четвёртого, лежавшего на полу. И если верить тому, что я видела, картина получалась совсем уж страшная. Ведь в то время как один забрасывал поверженного огненными шарами, просто шокирующей мощности, двое других старательно пытались пробить его ослабевшую защиту силами воды и воздуха. Мне не было видно лица их жертвы, и я не имела никакого понятия, зачем они это делают, но в тот момент в мыслях было только одно совершенно безумное желание — спасти. Именно поэтому, набрав в лёгкие побольше воздуха, я закрыла глаза и попыталась сосредоточиться. И пусть ректор и все остальные упрямо твердили, что Астор-Холт не позволит пользоваться способностями в своих стенах, да только огонь в камине я упрямо разжигала своими силами. А значит и сейчас он меня не подведёт.

Ещё сильнее натянув на лицо глубокий капюшон, я решительно вышла из укрытия, и воззвав к обоим стихиям, влила их в защиту лежащего на полу парня. Если честно, никогда раньше ничего подобного мне делать не приходилось, и сейчас я не имела никакого понятия, чем обернётся такой ход.

Не знаю, какой именно стихийной защитой прикрывался этот несчастный, но как только мои стихии слились с его, раздался тихий хлопок, полупрозрачный купол, закрывающий его от ударов, покрылся голубой плёнкой, а после резко полыхнул алым. От этого странного синтеза пошла такая силовая волна, что нападавших тут же отнесло на несколько метров. И я уже была готова вступить с ними в бой (естественно, стихийный), но они как-то слишком быстро поднялись и исчезли коридорах Северной башни, а тот на кого нападали, так и остался на полу.

Убедившись, что «враги» ушли через портальную комнату, я тут же кинулась к парню. Он смотрел на меня каким-то совершенно пустым взглядом, в котором почти не осталось ничего живого. Как будто никак не мог сфокусировать зрение, и понять, кто я, друг или враг. Его одежда была изрезана странными ранами, из которых сочилась красная жидкость, а голова под капюшоном оказалась замотана тонким серым шарфом, который открывал только глаза.

Быстро собравшись с мыслями, я стала лихорадочно думать, что же делать дальше. То, что этому несчастному надо помочь, было понятно и так, но вот что именно делать я не знала. Интуиция подсказывала, что звать на помощь никого не нужно. Да и единственным, к кому бы я рискнула обратиться, являлся Тир, а он уже как две недели отсутствовал в академии. Но и оставаться здесь было слишком опасно — а вдруг эти ребята решат вернуться, да ещё и друзей прихватят? Именно поэтому, решила сначала оттащить изученного бедолагу к себе, а там уже подумать, что делать дальше.

Когда я попыталась его поднять, он издал какой-то жуткий стон, и, снова распахнув глаза, уставился на меня ничего не понимающим взглядом знакомо голубых глаз. Наверно, при других обстоятельствах, я бы даже рассмеялась тому, что ни один Дерилан может похвастаться их таким своеобразным цветом. Но сейчас было явно не до того.

— Потерпи, родной. Сейчас оттащу тебя в безопасное место, — прошептала я, встречаясь с ним взглядами. И мне даже показалось, что в его лазурных озёрах отразилось удивление, смешанное с какой-то жуткой обречённостью. А в голове промелькнула странная догадка, но мне пришлось тут же отмахнуться от всех лишних мыслей, потому что первостепенной задачей было как можно быстрее дотащить раненого до моей комнаты.

Нести этого тяжёлого парня на себя у меня не было ни сил, ни возможности, поэтому я подхватила его под мышки и поволокла так. Благо пол был мраморным, довольно гладким, и тело, закованное в черный Ассиомский шёлк, скользило по нему просто замечательно. Да только за нами оставалась довольно странная кровавая дорожка, которую пришлось спешно убирать, снова воззвав к силе стихии. В тот же момент я мысленно пообещала себе больше такого не делать, потому что если об этом прознает ректор, мне придётся долго и нудно объяснять, как же такое вообще возможно. Тем более он ещё от моего триумфального перепрыгивания через забор не вполне отошёл.

Оказавшись за дверью собственной коморки, и закрыв её на все имеющиеся замки, я дотащила своего неожиданного бессознательного гостя ближе к камину и оставила пока там. Судя по сочащейся крови, его основательно порезали, а значит нужно как можно скорее обработать раны. Скинув плащ и очки, я мигом метнулась за миской с водой, несколькими обеззараживающими настойками и старой простынёй, которую решила пустить на бинты, и тут же вернулась к парню.

Сейчас он был уже без сознания, и не выказал никакого недовольства, когда я стягивала с него одежду. Да только, едва размотав шарф и узрев таки лицо своего пациента, я тут же села, ошарашено вглядываясь в знакомые черты. И пусть эта информация отказывалась укладываться в моей голове, да только факт оставался фактом. И сейчас передо мной лежал обездвиженный, истекающий кровью, поверженный… Дерилан Аркелир.

Странно, но в моих мыслях не появилось ни единого сомнения, что именно стоит с ним сделать, и поблагодарив все силы мира за то, что сейчас он без сознания, я начала обрабатывать раны, коих оказалось даже больше, чем могло показаться сразу.

Всё-таки не зря когда-то давным-давно, мне довольно часто приходилось помогать Эриде в лечении людей. Всё ж работы у городско знахарки всегда оказывалось достаточно. Именно поэтому сейчас я с лёгкостью определила, какие из ран — не больше чем царапины, а какие требуют особого внимания. Были среди них и глубоки колотые, как от старой сабли, и рваные, как от огненных шаров. И я довольно шустро обрабатывала каждую, накладывая соответствующую мазь, коих в моём арсенале было достаточно. Благо оранжерея академии изобиловала всякими лечебными травами, и буквально пару недель назад я делала несколько снадобий для Тилии, которая сильно упала на одной из тренировок на полигоне. И, по счастливой случайности, кое-какой запас остался не востребованным, и сейчас оказался как нельзя кстати.

Когда большинство ран моего царственного пациента были обработаны, намазаны и замотаны, я кое-как умудрилась перетащить его на кровать, и только сейчас смогла перевести дух и подумать над произошедшим.

Примостившись на старом узком диване, я накрылась тёплым пледом, и решила-таки разложить мысли по полочкам. Ведь, получается, что сегодня я спасла младшего принца империи от очередного покушения. Но, что он забыл глубокой ночью в академии?! Как сюда попали те, кто на него нападал, и что мне со всем этим теперь делать?!

Получается, ему устроили ловушку именно там, где он совсем не ожидал. А тот факт, что эти ребята открыто пользовались стихиями на территории Астор-Холт говорит лишь о том, что им позволили, а подобные полномочия есть далеко не у всех.

В общем, можно легко догадаться, что это кто-то из деканов, или даже сам ректор. А значит, пока этот изверг не поправится, никто не узнает, что же произошло сегодняшней ночью. Ведь в таком состоянии, Дерилан более чем уязвим, и как бы ни складывались наши отношения раньше, но сейчас я ни кому не позволю причинить ему вред. Почему?! Сама не знаю… Это сложно объяснить, но, несмотря на всё, что я о нём знаю, этот тип почему-то для меня важен. И судя по всему, простая логика тут бессильна.

* * *

Спать на старом диване оказалось даже более чем неудобно. Он был узким, твёрдым, и чтобы хоть как-то на нём поместиться мне приходилось буквально складываться пополам. А ведь рядом стояла такая огромная широкая и удобная кровать, но… боюсь, если Его Высочество по пробуждению обнаружил бы с собой на одном ложе какую-то плебейку вроде меня, добром бы это точно не кончилось. Вот поэтому и приходилось ютиться на диване. Да только со всеми своими мыслями и сомнениями уснуть мне удалось уже под утро, и то только потому, что ворочаться дальше не осталось никаких сил.

Когда проснулась, часы показывали одиннадцать утра. Дерилан спал, причём довольно спокойно. Всё ж хорошо, что когда-то Эрида оказалась не совсем обычной знахаркой, и у неё тоже имелись кое-какие секреты приготовления лекарств, и единственная ученица в моём лице. Наверно, именно поэтому я и была уверена, что Дерилан поправится, хотя колотая рана в области груди оказалась довольно опасной.

От этой мысли я замерла посреди комнаты, ошарашено моргая и вспоминая всё, что произошло ночью. А ведь действительно… он фактически умирал у меня на руках. И я это знала… Но действовала настолько решительно и спокойно, как будто ни капли не сомневалась в успехе своего дела. Да и не нервничала совсем. И вообще, я слишком смутно помню, что и как делала, словно сознание накрыл какой-то дикий транс. И пока у меня не находилось ни одного нормального объяснения подобному поведению.

Глубоко вздохнула, зажмурилась, и, отбросив все эти мысли, решительно двинулась к кровати.

Дерилан лежал неподвижно, и даже невзирая на бледность и явную болезненность, выглядел просто безумно красивым. Сейчас, когда его лицо казалось расслабленным, а чёрные волосы разлохматились, он даже стал похож на нормально человека. Простого, милого, пусть и очень яркого…

Отодвинув одеяло, я осмотрела некоторые, самые опасные ранения. Кровь больше не шла, но до полного выздоровления всё равно ещё очень далеко. И теперь, когда сама я снова находилось в адекватном состоянии, можно было уделить внимание и более простым ранам, а так же попытаться найти другие повреждения.

И начать я решила с царапин, а точнее с двух довольно глубоких порезов на щеке и лбу. Притащив баночку с нужной мазью, тихо присела на край кровати и осторожно коснулась влажным кусочком ткани запёкшейся крови. В тот же момент глаза Дерилана распахнулись, а его правая рука, дёрнулась, пытаясь отмахнуться. Да только прошлой ночью наш принц видимо прикрывал ей лицо от ударов, поэтому большинство ранений получила именно она. И сейчас любое движение для него должно было отзываться жуткой болью.

— Не дёргайтесь, — тихо проговорила я, ловя его ослабленную руку и возвращая её на кровать. — Я всего лишь хочу помочь.

Он снова закрыл глаза. А точнее зажмурил. Наверно пытался понять, как умудрился попасть ко мне. А может, ему просто было очень больно.

— Здесь запёкшаяся кровь, и довольно глубокие порезы, — тихим спокойным голосом продолжала объяснять свои действия, снова касаясь его лба. — Если сейчас не намазать нужным средством, могут остаться шрамы. А они на вашем лице явно будут лишними.

Когда холодная мазь коснулась ран, он слегка вздрогнул и сильнее сжал губы, но больше никак не отреагировал, хотя это ядрёное снадобье жутко щипало кожу. Закончив с лицом, я проделал то же самое с шеей и левой рукой, а когда отодвинула одеяло ниже, спускаясь к животу, Дерилан снова дёрнулся и даже попытался что-то сказать. Да только слава давались ему сейчас крайне тяжело.

Я снова посмотрела в его лицо. Глаза он открыл, да только по этим черным провалам оказалось невозможно понять, что же твориться в его голове.

— Не… надо… — прошептал он, не отводя взгляда.

— Что не надо?! Обрабатывать раны?! — усмехнулась я. — Надо, ещё как.

И снова вернулась к своему занятию. Живот пострадал не сильно, как в прочем и спина. Зато ноги были буквально изрезаны странного вида кровавыми бороздками.

— Впервые вижу такие раны, — промямлила я себе под нос. — Что ж за изверги придумывают подобные изощрения. Просто ужас… здесь почти не осталось живого места.

— Почему… — шёпот Дерилана стал чуть громче и увереннее.

— Почему вы здесь?! — уточнила я, отвлекаясь от лицезрения царапин. Он легонько кивнул, и продолжил изучать меня внимательным взглядом. — Потому что так получилось. И… можете меня ругать, но я не смогла вспомнить никого в академии, кому могла бы доверить вашу жизнь. Поэтому и решила действовать в одиночку. Кстати, получилось у меня неплохо.

На некоторое время он снова прикрыл глаза, что позволило мне закончить свою работу, больше не отвлекаясь. Но как только я попыталась накрыть его одеялом, снова наткнулась на внимательный взгляд, теперь уже голубых глаз.

— Трудно дышать… — прошептал он, намекая на то, что с одеялом станет ещё хуже, но я всё равно укрыла его по самую шею.

— Это пройдёт, и довольно скоро. Одна рана оказалась довольно… плохой. Но вам лучше не знать подробности. Кстати, если хоть кто-то из нападавших на вас ребят знает о ней, тогда можете быть уверены, что они уже причислили вас в ряды усопших.

С этими словами я скрылась за дверью ванной, а когда вернулась, умытая, одетая и причесанная (если мои короткие кудряшки вообще можно назвать причёской), Дерилан снова спал, и выглядел при этом очень спокойным. Да только стоило мне щёлкнуть дверным замком, его глаза распахнулись, а меня тут же догнал тихий шёпот:

— Куда?!

— За едой. Спите, — довольно резко ответила я, и поспешила скрыться.

Быстро пересекая коридоры академии в направлении кухни, я с усмешкой подумала, что впервые за всё время нашего знакомства с Дериланом, последнее слово осталось за мной. И пусть он просто не в состоянии говорить, ругаться и топать ногами, но… факта моей первой победы это не отменяет. Да и вообще, судя по его состоянию, в моей комнате он проведёт ещё минимум неделю, и чует моё сердце, этого времени ему будет достаточно, чтобы окончательно свести меня с ума. Думаю, жить с больным принцем это то ещё испытание.

Так уж повелось, что из-за моего не совсем обычного графика, кушать вместе со всеми удавалось не часто. Именно поэтому я довольно быстро освоилась на кухне. И если поначалу работающие здесь повара смотрели на меня искоса и недоверчиво, то сейчас меня здесь знали все. Иногда я ела тут, в компании официанток или посудомоек, но куда чаще предпочитала утаскивать еду к себе в комнату, и заниматься её поглощением, уткнувшись в очередную книгу.

Вот и сейчас по привычке накидала на поднос всё, что приглянулось, налила в тарелку лёгкого бульона из варившегося к обеду супа, и приспокойненько двинулась обратно. И никому даже в голову не пришло, что есть сегодня я буду не одна.

Когда вернулась в комнату, Дерилан всё так же лежал на спине и внимательно рассматривал потолок. В его лице не отражалось ни единой эмоции, и на первый взгляд оно даже могло показаться расслабленным. Да только на виске явно блестела капелька пота, что точно показывало, чего ему стоит такая невозмутимость.

— Я принесла бульон, — проговорила, подходя к кровати, и опуская на старую обшарпанную тумбочку чашку с ароматной жидкостью, в которой плавали маленькие кусочки варёного картофеля.

— Я не голоден, — тихо, но уже не шёпотом отозвался мой пациент.

Присев на край постели, я морально подготовилась к первому раунды моей борьбы с принцем за его же здоровье, и глубоко вздохнув, снова посмотрела на него.

— Вы должны поесть, иначе всё мое лечение окажется бессмысленным, — начала вкрадчивым тоном.

— Я сказал, что не голоден, — всё так же холодно и ровно ответил принц, не отводя взгляда от потолка.

— Я понимаю, что вам больно, и это вполне нормально. Да многие с такими ранами вопили бы от боли и ужаса, а вы держитесь…

— Я не они, — перебил меня он.

— И всё-таки, вам нужно поесть, потому что только после этого я смогу дать вам снимающую боль настойку, которая к тому же, значительно ускорит процесс заживления ран, — не унималась я, но старалась при этом говорить как можно убедительнее.

— Это не поможет, — самоуверенным тоном, в котором явно слышалась странная обречённость, воскликнул Дерилан. — Я не чувствую стихий.

— Оно и понятно, — ответила, сообразив, наконец, что именно так его расстроило. — Организм слишком слаб. Но всё вернётся, как только вы поправитесь.

— Ты в этом уверена? — спросил он, поворачивая ко мне голову.

— Конечно. По крайней мере, со мной всё было именно так. Правда, моя жизнь не оказывалась на грани, да и организм не был так изрезан, но общее энергетическое истощение я ощутила по полной программе. И теперь знаю, как с этим бороться.

— Почему ты мне помогаешь? — спросил вдруг он, внимательно глядя в мои глаза прямо через мутные линзы очков. — Вед я же не сделал для тебя ничего хорошего… Скорее, наоборот.

— Потому что, считаю это правильным, — ответила, не отводя взгляда. — И если у вас есть ещё вопросы, то на них я буду отвечать только после того, как вы поедите.

— Ты ставишь мне ультиматум?! — пересохшие губы Дерилана дрогнули в грустной улыбке.

— Именно, — выпалила самоуверенным тоном. — А сейчас, я помогу вам сесть.

Больше он не сопротивлялся, хотя я прекрасно видела, что ему довольно сложно всё это воспринимать. Дерилан не привык быть слабым, и уж тем более ему не доставляло никакого удовольствия эту самую слабость показывать. Да только сесть он мог пока только с моей помощью, да и самостоятельно питаться у него не совсем получалось. А я лишь улыбалась про себя, никак не демонстрируя этого веселья. Ведь и сама никогда не думала, что когда-нибудь буду кормить с ложечки младшего принца империи.

Мою настойку он тоже выпил с выражением полного равнодушия, хотя она имела отвратительный запах и не менее противный вкус. Но, и эффект давала просто волшебный. Кстати, она осталась у меня ещё из старых запасов, доставшихся от Эриды. И дело даже не в том, что её было много, совсем нет. Просто для достижения нужного эффекта хватало всего нескольких капель, разведенных в стакане воды. Да и пить эту гадость можно было не чаще раза в месяц.

Воспользовавшись таким странным смирением своего пациента, я поспешила так же напоить его сбором сонных трав, и только когда он благополучно вырубился, вздохнула с облегчением.

Сегодняшний день стал для меня безумно насыщенным и поистине бешеным. Пережив три лекции, два семинара, заработав несколько не совсем простых заданий, я решила добавить к этому так же занятия на полигоне, где как раз сегодня тренировалась моя группа. А что?! Тира нет, а значит контролировать соблюдения моего расписания не кому, вот я и прибавила себе парочку внеурочных практических занятий. Всё ж, что ни говори, а вчерашний инцидент изрядно меня напугал, к тому же всё ещё оставалась вероятность того, что те ребята могут вернуться, и тогда встречать их мне придётся одной. Ведь Дерилан сейчас не в той форме, чтобы давать отпор.

В общем, когда освободилась, было довольно поздно. И, захватив из кухни ужин, я уже шла к себе, когда в коридоре мелькнула шевелюра мистера Беридора, который медленно прохаживался мимо библиотеки.

— Добрый вечер, господин ректор, — позвала я, подойдя ближе.

— А… Трил. Давно ты мне на глаза не попадалась, — вялым тоном ответил он, явно размышляя о чём-то своём.

— Да… так получилось, — отмахнулась, решив сразу спросить всё в лоб. — Скажите, а что произошло прошлой ночью в коридоре у входа в Северную башню?

— А разве что-то должно было произойти?! — поинтересовался он, а в его сереньких глазках зажёгся какой-то странный огонёк любопытства.

— Не знаю, — изрекла, неопределенно пожав плечами, — просто вчера я закончила уборку уже довольно поздно, и когда возвращалась к себе, увидела там большую лужу крови. Естественно, я не стала её трогать, решив утром сообщить смотрящему. Но, когда вернулась туда через несколько часов, никаких следов уже не было.

— Почему же не сказала мне?! — воскликнул он, глядя на меня широко распахнутыми глазами.

— Но ведь это могло быть всего лишь иллюзией, а часы показывали только четыре утра. Вот я и решила, что лужа крови никуда не денется до рассвета.

— Глупо Трил, — ответил ректор, качая головой. — Очень глупо. Там на самом деле произошло что-то странное. Следов крови, действительно, нет, но остался шлейф от использования стихий. Я уже дал задание мистеру Бэлку, и он пообещал всё выяснить. А ты, пока лучше никому не рассказывай о произошедшем. Хорошо, Трил?!

— Конечно, господин ректор, — уверено выговорила я. — Только… прошу вас, сообщить мне, когда всё выясниться. Просто, вы же знаете, что я работаю по ночам, а после всех этих загадочных событий мне, честно говоря, немного страшно…

— Конечно, — ответил он, с серьёзным лицом. — Тем более что ты уже не раз доказывала, как хорошо умеешь держать язык за зубами.

На том и разошлись. И пусть я была совершенно уверена, что ректор знает куда больше, чем говорит, но не стала ничего уточнять. Мне было достаточно уже того, что он в курсе, а значит, сможет принять меры по усилению охраны. Что же касается выяснения подробностей, так я всё равно знаю больше чем он, к тому же сам источник информации сейчас находится не где-нибудь, а именно в моей комнате.

Да только стоило войти, как от моей самоуверенности не осталось и следа. Наверно только теперь я в полной мере осознала, кого именно умудрилась спасти прошлой ночью.

Дерилан больше не лежал, а полусидел поверх застеленной кровати и с интересом изучал содержимое какой-то книги. А когда хлопнула входная дверь, лениво повернулся в мою сторону и одарил своим холодным царственным взглядом. Почему-то в этот самый момент мне захотелось завыть, подобно голодному волку, ведь в глазах младшего принца снова появилась его странная ледяная надменность, которая, как мне казалось, была способна замораживать города.

Я замерла на места, шокированная столь разительной переменой в своём больном, в ответ на что, Дерилан лишь изобразил едва заметную усмешку, и снова вернулся к чтению. Наверно, именно этот жест полного пренебрежения и стал для меня решающим. Да чего говорить, он умудрился поднять во мне такую волну дикого протеста, что лишь чудом удалось удержаться от язвительных реплик.

— Вижу, вам лучше, — проговорила, подходя к камину, и подбрасывая поленьев в горящий огонь. — Уже и вставали, хотя при ваших ранах это крайне не желательно.

— Я практически здоров, — ровным тоном ответил принц.

— Конечно… порезы почти затянулись, боль пропала, — язвительным голоском продолжила я. — Да только всё это лишь часть ваших травм, и совсем не главная.

— Что ты хочешь этим сказать? — ради получения ответа на свой вопрос он даже соблаговолил снова оторваться от книги и повернуться в мою сторону.

— Всего лишь то, Ваше Высочество, что та настойка, которую вы выпили, попросту мобилизовала и направила ресурсы вашего организма на заживление наиболее опасных ран. Она всего лишь собрала по крупицам остатки вашей же энергии, то есть забрала её из резервов стихии. И если вы как можно скорее не начнёте давать своему организму силы, а не просто бездумно их тратить, рискуете остаться без собственного дара. Он попросту истлеет, отдавая себя ради того, чтобы вы жили!

Всю эту тираду я выпалила на одном дыхании, и в этот момент мне было всё равно, как он отреагирует. Пусть знает, чем грозит ему его же безрассудство. И плевать, что ему может не понравиться мой тон.

— Возвращайтесь в постель, — добавила уже тише. — Еду сейчас подам, и пожалуйста, постарайтесь двигаться как можно меньше, по крайней мере, в ближайшие пару дней. Пусть вы чувствуете себя вполне сносно, но вашему организму нужны силы, чтобы удержать и восстановить связь со стихией. И пока этого не произойдёт, лучше немного поизображать бревно.

К моему удивлению, и даже шоку, он ничего не ответил, даже, совсем напротив — опустив голову, покорно забрался под одеяло и стал терпеливо ждать свою порцию ужина. При виде такого несвойственного принцу повиновения, мне безумно захотелось расхохотаться, причём истерически, но… вряд ли бы он это оценил.

В этот раз Дерилан предпочёл есть сам, пусть и держал ложку левой рукой, ведь правая всё ещё болела. Я тоже решила подкрепиться, ведь несмотря на общую усталость, мне ещё предстояла уборка двух корпусов Астор-Холт. И я искренне надеялась, что сегодня обойдётся без происшествий, и желательно, без грязи, но тут уже как получится.

Перед уходом, решила осмотреть раны своего царственного пациента, и при необходимости сменить повязки. Но, видимо, всё моё неслыханное везение закончилось сразу после ужина. Потому что, как только Дерилан увидел в моих руках ленты ткани и баночку с мазью, тут же вспомнил, и о своем титуле и о нашем неравенстве, и что он вроде как имеет право отдавать мне приказы.

— Нет, — уверенно сказал он, останавливая меня своим ледяным взглядом.

— Мне необходимо проверить как идёт процесс заживления, — не сдавалась я, всё-таки усаживаясь на край кровати.

— Я сказал, нет! — повторил он куда громче и увереннее. — Раны больше не болят. Их не надо трогать.

— Мне лучше знать, — не сдавалась я. И уже протянула руку к одеялу, как Дерилан, перехватил её, остановив на полпути. Что только сильнее меня разозлило, да так, что сил сдерживать себя в руках почти не осталось.

— Мне это не нужно! — прорычал он, глядя на меня своими потемневшими глазами, да только сейчас мне было на это плевать. Не знаю как, не знаю, почему, но этот взгляд перестал казаться мне устрашающим и вызывать панику. Теперь я могла встречать его без опасений.

— Знаете, что, Ваше Высочество, — процедила сквозь зубы. — Меня ни капли не волнует ваше мнение. И коль я накладывала эти повязки, останавливая кровь и убивая всякую заразу в ранах, то и мне решать, нужно это вам или нет. И я сделаю то, что необходимо, и сменю эти повязки не зависимо от того, хотите вы или нет. И пусть для этого мне придётся вас попросту отключить… Уж поверьте, это у меня получится с лёгкостью. И тогда вы уж точно не сможете сопротивляться!

— Что ты несёшь?! — воскликнул он, подавшись ближе, и потянув на себя мою руку. — Я приказываю тебе, оставить меня в покое!

Вот это и стало для меня последней каплей.

Резко выдернув руку, я тут же поднялась и прошествовала к полкам. И откопав среди старых склянок, нужную, достала оттуда щепотку измельчённой сонной травы, и вернулась к кровати.

— А я приказываю вам спать, и мой приказ, вы выполните! Ваше Высочество… — выпалила, нависая над ним мрачной скалой.

И пока он пытался понять, что происходит, прикрыла свой нос платком, и одним лёгким движением рассыпала щепотку порошка над принцем.

— Что ты делаешь?! — выпалил он, глядя на меня широко распахнутыми глазами.

— То, что должна, — ответила я, и, схватив со стола грязную посуду, тут же поспешила выйти. Но у самой двери обернулась, и ехидно улыбнувшись, добавила: — Сладких снов, мой принц.

Ох, и разозлил же он меня! Не знаю, чем именно славится Дерилан, помимо своих жестоких выходок, но у него явно талант выводить меня из себя. Никому… Ни Шею, ни Тиру, ни даже Джерому никогда не удавалось подобное. А этот… ему достаточно всего лишь взглянуть в мою сторону, чтобы все активы нервов сразу же пришли в боевое состояние. И кто бы знал, как меня бесил тот факт, что он живёт в моей комнате, пусть и временно. Да ещё и приказывать мне вздумал! Ладно… если не желает по-хорошему, будет по-плохому. В любом случае, мне совсем не сложно отправлять его в царство снов, а в его положении, это даже полезно. Меньше будет двигаться, быстрее наберётся сил. Жаль только, кушать во сне он не сможет, а значит хотя бы в это время, но мне всё-таки придётся терпеть его выходки. Хотя с другой стороны, ничего не мешает мне оставлять его в такие моменты в одиночестве. А что?! Гениальное решение. И все будут спокойны, а ещё живы и здоровы. Потому что в противном случае я его просто придушу.

* * *

К моему удивлению, борясь с собственным раздражением, я сама не заметила, как привела в порядок оба корпуса. Причём справилась гораздо быстрее, чем всегда. И будь сегодня обычный день, обязательно порадовалась бы такой удаче и тут же ринулась в свою любимую башню, но… К моему глубокому сожалению, в коморке за библиотекой меня ждал младший принц империи, от одного воспоминания о котором, всё мое настроение падало ниже некуда.

Возможно, в сложившихся обстоятельствах было бы правильней, сообщить о случившемся ректору, и переложить сей царственный груз на его плечи. Но… что-то помешало мне сделать это сразу, да и сейчас от одной подобной мысли становилось не по себе. Почему-то, я не могла доверить жизнь Дерилана ни одному другому человеку. И откуда-то в моей голове имелась странная мысль, что в безопасности он только со мной. Естественно тут же возникал закономерный вопрос: «Почему?!» Да только у меня не было на него ответа.

В комнату я вернулась около полуночи. Как и предполагалось, мой гость спал, причём очень крепко и спокойно, что и позволило мне с лёгкостью осмотреть все его раны. Кое-какие я попросту освободила от повязок, так как они, действительно, полностью затянулись, а вот некоторые, особенно глубокие, пришлось обрабатывать и заматывать снова.

Уже позже, укладываясь на неудобном диване, вдруг подумала, что Дерилан ни за что не простит мне выходку с сонной травой и с неповиновением его приказам, а значит нужно готовиться к ответным действиям с его стороны. И зная уровень фантазии и степень находчивости младшего принца, вряд ли мне вообще удастся после всего этого выжить. А значит нужно попросту поговорить, обсудить, объясниться… И пусть меня многие не поймут, но невзирая ни на что я считаю, что куда лучше сразу посмотреть опасности в лицо, чем убегая, получить удар в спину.

Следующее утро началось для меня ещё веселее предыдущего. И пусть я передвигалась по комнате практически бесшумно, даже расставляя на тумбочке посудины с завтраком, умудрилась не шуметь. Да только когда уже собралась отправляться на занятия, меня всё равно остановил сонный голос принца.

— Ты отключила меня! — прохрипел он, приподнимаясь на локтях. — Мало того, что прямой приказ проигнорировала, так ещё и заставила уснуть! Ты ненормальная?!

— Я всего лишь хотела, чтобы вы поскорее поправились, а для этого вам необходимо как можно больше отдыхать. К тому же, сонный порошок рассыпался случайно… — проговорила, как бы между прочим.

— Случайно?! — повысил он голос, а в заспанных голубых глазах снова стала появляться чернота.

— Да, и он будет рассыпаться так до тех пор, пока вы не научитесь слышать просьбы. Я повторяю, не приказы, а просьбы, той, что спасла вам жизнь, — я сдерживалась, продолжая общаться с ним крайне уважительно, но с каждой секундой нашего разговора, с каждым новым словом, бесилась всё сильнее. Но сейчас, стоя перед дверью… всего в одном шаге от заветного выхода, вдруг почувствовала себя спокойней, и глубоко вздохнув, отвернулась от принца. — Поешьте… на тумбочке завтрак и обед. Я вернусь не раньше ужина, так что у вас будет уйма времени, чтобы как следует обдумать наказание за мою выходку. Комнату не покидайте, и постарайтесь побольше отдыхать. И ещё… я не жалею о том, что вчера сделала. Если бы послушала вас, некоторые раны могли бы загноиться, и тогда вас лечила бы уже не я, а процесс выздоровления занял бы куда больше времени.

Закончив свою тираду, я коротко кивнула и тут же поспешила покинуть комнату, оставляя странно притихшего Дерилана переваривать мои слова в одиночестве.

Весь день снова витала в каких-то далёких облаках, а во время тренировке на полигоне и вовсе умудрилась пропустить пару точных ударов огненными шарами. Что кстати оказалось совсем не приятно, а на руках, которыми инстинктивно прикрылась, остались довольно сильные ожоги. Обычно во время столь опасных занятий, я всегда была максимально сосредоточена, и ничего не могло заставить меня отвлечься. А вот сегодня всё оказалось с точностью на оборот. Все мои мысли были о Дерилане, о тех, кто на него напал, о том, кого можно просить о помощи, и нужна ли эта помощь вообще. В итоге, только заработав травму, я пришла к выводу, что в первую очередь нужно поговорить с самим принцем, и только после этого начинать делать выводы. Эх, как же всё-таки жаль, что рядом нет Тира, с его холодной рассудительностью. Думаю, он бы обязательно нашёл выход. А так приходится попросту действовать напролом, что в случае с Дериланом и вовсе может стоить мне жизни.

Так как из-за ранения с тренировки меня отпустили раньше, мне пришло в голову скоротать оставшееся до ужина время в оранжерее. К тому же, для лечения собственных ожогов, были нужны некоторые травы, растущие здесь в изобилии. Осторожно срывая нужные мне росточки и листики, я сама того не заметив, добралась до купола Асторий, к которым раньше так часто приходила, а в последнее время, совершенно забросила.

Сейчас эти прекрасные цветы снова встретили меня закрытыми бутонами. Вообще, с того дня, как впервые пришла в эту оранжерею, они ни разу не явили мне свои цветки. Эти странные растения как будто застыли, ожидая чего-то важного. Судя по набухшим бутонам, которые сами по себе оказались просто безумно прекрасными, Астории были готовы в любой момент раскрыть миру всю свою красоту, но отчего-то пока этого не делали. И каждый раз, когда я смотрела на них, возникало ощущение, что они меня зовут… просят подойти ближе, помочь им. И я бы обязательно поддалась этому зову, если бы знала как преодолеть границу купола. Но… стекло было прочным, дверь — закрытой, а мои возможности, увы, небезграничны.

— И часто ты тут сидишь?! — прозвучал за моей спиной знакомый мужской голос. От неожиданности я вздрогнула, и резко обернулась, что только сильней развеселило и без того улыбающегося Шея.

— Что ты тут делаешь?! — выпалила, тут же поднимаясь на ноги.

— Тира искал… — ответил парень, и потянув меня за руку, снова усадил на лавочку у стекла. Сам же сел рядом, и тоже уставился на Астории. — Странные они, не находишь?

— Они всегда такие, — отозвалась, впервые замечая, что улыбка Шея слишком натянула. — И разве ты не знаешь, что Тира уже как две недели нет в Астор-Холт. Он давно укатил куда-то, решать мега важные дела академии.

— Знаю, — отмахнулся Шей, не отводя взгляда от бутонов за стеклом. — Просто… он уже должен был вернуться. Вот я и зашёл узнать, здесь он или нет.

— Может и появлялся, но ко мне не заходил, — ответила, внимательно разглядывая своего собеседника. — Не думала, что ты будешь так за него переживать.

— Что, так заметно? — спросил он, с невесёлой усмешкой.

— Нет… просто, мне так показалось, — ответила, пожав плечами. — А на счёт Тира… я давно уже привыкла, к его постоянным отъездам на пару недель, так что не вижу в нынешнем отсутствии ничего удивительного. Да и ты раньше никогда не беспокоился по поводу его отлучек.

— Ты права, да только именно сейчас мне понадобилось его присутствие здесь… его совет, — опустив голову, отозвался Шиан.

Именно в этот момент мне в голову пришла мысль, что Шей переживает не из-за Тира, а из-за Дерилана. Ведь с того момента, как он исчез с поля всех этих политических игр, прошло почти двое суток, и никто кроме меня не знал, где он.

Но… пока я думала и анализировала факты, Шиан вдруг встал, и сдавлено мне улыбнувшись, развернулся к выходу.

— Пойду я… — вяло проговорил он. — Буду решать свои проблемы сам.

— Шей, — заикнулась было я, и только намеревалась сказать, что Дерилан жив и скоро будет здоров, но тот лишь одарил меня тяжёлым взглядом, и прижав палец к своим губам, легонько помахал головой.

— Не стоит ничего говорить. Это лишнее… — изрёк он, и, кинув очередной взгляд в сторону Асторий, молча ушёл, оставляя меня одну.

После его ухода, тишина оранжереи, стала какой-то давящей, а в мыслях всё сильнее начала биться жуткая мысль, что из-за моего неуместного молчания, Шей будет медленно себя изводить. Он и сейчас выглядел не лучшим образом, а что же случится с ним, когда его брат не появиться и через пару дней?! Но… он сам настоял на моём молчании, хотя, скорее всего попросту решил, что я хочу его ободрить или успокоить. Хотя, неважно это всё. Теперь уже мне его точно не догнать, да и вообще, правильней будет уточнить у самого Дерилана, стоит ли кому-то говорить о его местонахождении. Всё-таки на его жизнь покушались, и в этот раз нападавшим почти удалось добиться своей цели. И коль в тот роковой момент я попалась на их пути, и на пути Дерилана, то теперь уж точно замешана во всём этом по самые ушки.

Пусть странно, пусть неправильно и даже глупо, но теперь я не могу допустить, чтобы Дерилан пострадал. А значит нужно положить конец этим нападением, и что-то мне подсказывает, если я предложу свою помощь, один наглый самоуверенный несносный принц будет вынужден её принять.

А над причинами своего поступка я подумаю как-нибудь потом, потому что сейчас, даже мне самой они кажутся более чем нелогичными.


Глава 13. Кулон с сюрпризом

— Ваше Высочество, — выпалила я сходу, едва переступив порог собственной комнаты, и закрыв дверь. — Понимаю, что вам это может не понравиться — титул, правила и всё такое, но… нам нужно поговорить.

Дерилан полусидел на кровати, обложившись книгами, кстати, именно теми, что я так упорно отбирала для себя в библиотеке, и сосредоточенно изучал очередной раскрытый фолиант. И, судя по всему, так увлёкся, что даже не сразу заметил, что в комнате он не один.

— Мне тоже есть, что тебе сказать, — начал он, отложив книгу в сторону.

Представляя, что именно может сообщить мне этот тип, я стремительно пересекла комнату, и, поставив на стол поднос с едой, решила высказаться первой.

— Предлагаю, сначала обсудить проблемы насущные, а к вопросу о моём наказании вернуться чуть позже.

— Трил, — попытался вставить Дерилан, но встретив мой решительный взгляд, странным образом запнулся.

— Ваше Высочество, — начала я, воспользовавшись неожиданной паузой. — Пусть мы с вами разные, пусть далеко не друзья, но… ведь и не враги. И я считаю, что хотя бы на время вашего пребывания здесь, нам нужно постараться быть чуть терпимее друг к другу. Поймите, я ведь на самом деле хочу вам помочь. Причём совершенно искренне. Но без вашего участия и согласия, все мои попытки так и останутся попытками.

— Трил, — снова попытался взять слово он, да только я ещё не сказала самого важного, и справедливо сообразив, что терпение Дерилана небезгранично, решила сразу перейти к главному.

— Я видела Шея. Сегодня. В оранжерее. И он явно нервничает. Но… я не сказала ему, что вы здесь.

— Почему?! — выпалил он, довольно громко, и от возмущения даже сел. — Неужели ты считаешь, что я не доверяю собственному брату?!

— Я вообще не знаю, кому можно доверять! — ответила тем же громким нервным голосом. — Именно поэтому нам и нужно поговорить! На вас было совершено несколько покушений, и последнее оказалось бы успешным, если бы не ряд случайностей. А теперь вы здесь, и временно вне игры. Так может, стоит подумать, как использовать этот козырь?!

— Ты полагаешь, я этого не понимаю? — проговорил он уже тише. — А что касается Шея, он вообще единственный кроме отца, кто имеет право знать, где я и что со мной.

— Я не стала рисковать, — отозвалась, опуская глаза.

— Так он же вроде как твой друг, — язвительным тоном добавил Дерилан. — Вы же так прекрасно ладите, и что же получается, ты ему совсем не доверяешь?!

— Доверяю… всё, кроме вашей жизни, — ляпнула я, и только по ошарашенному лицу принца поняла, что явно сказала лишнее.

— И что это значит? — с нескрываемым любопытством поинтересовался он, да только голос стал куда более спокойным, а взгляд — каким-то настороженным.

Я замялась, и с огромным удовольствием предпочла бы сбежать, но все пути отступления были отрезаны, и даже если сейчас промолчу, вряд ли Дерилан попросту забудет об этом разговоре.

— Ничего особенного, — ответила, снова отводя глаза. — И вообще, это мой личный бзик, и сейчас он совершенно не важен. Нужно решить, что делать дальше. Ведь сейчас вы в безопасности, и обе стороны: и друзья, и враги, не имеют ни малейшего понятия о вашем местонахождении. Скажу даже больше, те, кто на вас нападал, должны быть уверены в вашей гибели.

— Как?! — от этой новости голос принца сел до хриплого шёпота. Судя по всему, он даже не догадывался, насколько серьёзными были его раны.

— Так, — буркнула, перенося на тумбочку у кровати его порцию ужина. — Не знаю, как именно действовали ваши противники, но судя по тем ранам, что они наносили, живым вы им не нужны.

— Это я без тебя понял, но почему они должны считать меня мёртвым? — уточнил он, внимательно наблюдая за моими перемещениями по комнате.

— Рана на груди, чуть левее сердца, была довольно глубокой — с такими не выживают. Да и крови вы потеряли слишком много, и общее энергетическое истощение оказалось очень серьёзным. Одним словом, вам просто повезло.

— А ты и есть моё везение? — тихо спросил принц, снова откидываясь на подушку.

— Можно сказать и так, и теперь мне бы совсем не хотелось, чтобы все мои труды оказались напрасными. Так что, давайте решать, как поступать дальше. Одна я, увы, почти ничего не могу, — с этими словами я вернулась за стол, и принялась поглощать ужин. Мой гость молчал, уперев сосредоточенный холодный взгляд в противоположную стену, и видимо, только сейчас в полной мере осознал всю полноту и серьёзность происходящего.

Пока я ела, в комнате стояла такая гнетущая тишина, в которой невольно начало казаться, что сегодня у меня даже жевать получается как-то слишком громко. Естественно, в подобной обстановке поглощение пищи превратилось в каторгу, а аппетит пропал, как будто его и не было. Да только мне всё равно пришлось заставить себя расправиться со своей порцией, ведь иначе сил на ночную работу совсем не останется.

— Трил, я вынужден просить тебя об одном одолжении…

Тихий и необычайно вкрадчивый голос принца прозвучал именно в тот момент, когда я как раз собирала грязные тарелки. И от его столь непривычного звучания впала в такой ступор, что едва не выронила всю стопку прямо на пол. Но, вовремя спохватившись, всё-таки удержала, и тут же подняла взгляд на Дерилана.

Видя моё явное замешательство, он легонько улыбнулся, совсем не злобно, а как-то даже нежно, и… я всё-таки выронила посуду. С громким звоном керамические тарелки ударились о мраморный пол, засыпав его острыми осколками.

— Ну почему с вами так сложно?! — воскликнула я, с большим трудом отводя взгляд от его лица. И присев, принялась к сбору того, что ещё секунду назад было целой посудой.

— Что я опять сделал не так? — вмиг погрустневшим голосом, поинтересовался принц.

— Ничего, Ваше Высочество, — отозвалась я, лишь сейчас понимая, что во всём виновата только моя впечатлительность. — Просто я немного растяпа. Сейчас всё уберу, и обязательно выслушаю вашу просьбу. Кстати, почему не приказ?!

— Именно об этом я и хотел поговорить, — послышалось с кровати, и, поднявшись на ноги, я снова увидела в лице Дерилана тень то ли сомнения, то ли замешательства. И это странное выражение больше пугало, чем настраивало на продуктивную беседу. Наверно, поэтому я и попыталась снова избежать этого разговора.

— Мне нужно осмотреть ваши раны. Некоторые из них никак не желают затягиваться, — сказала, решительно подходя к кровати. И уже ожидала продолжения вчерашней тирады, которая закончилась применением сонного порошка, как вдруг Его Высочество снова умудрился меня шокировать.

— Конечно, Трил, — ответил он, откидывая одеяло. А в его голосе было столько покорного смирения, что окажись снова у меня в руках посуда, я бы точно выронила её повторно.

— Вы хорошо себя чувствуете? — спросила, тут же списывая такие перемены на побочные действия сонной травы.

— Вполне сносно, — сказал принц. — И если ты готова начать перевязку, я готов быть самым примерным пациентом.

— Боюсь даже спрашивать, но всё-таки… С чего такие разительные перемены?! — проговорила, развязывая узел на белой ткани, которой закрывала рану на его груди.

Всё ж хорошо, что с самого детства такая работа для моих рук была довольно привычной. Именно поэтому мне совершенно не приходилось задумываться, о своих действиях. Да и вообще, в голове сейчас крутились совсем другие мысли.

— Я постараюсь больше тебе не грубить и… не приказывать, — проговорил принц, наблюдая за моими действиями. — Понимаю, что нынешнее положение вещей не особо приятно нам обоим, но судя по всему, мне придётся остаться здесь ещё на несколько дней.

— Пока раны полностью не затянутся, а энергетическая связь со стихией не восстановится, я вас отсюда не выпущу, — спокойным тоном, не терпящим возражений, отчеканила я.

— Я полностью доверяю тебе своё лечение, — продолжил Дерилан. — И если ты считаешь, что так будет лучше, значит это правильно.

— Но почему вы так резко изменили своё мнение?! — спросила, глядя в его глаза, и пытаясь найти в их спокойной лазури хотя бы намёк на правильный ответ.

— Тебе не всё равно, — выдал он, не отводя взгляда. — А это для меня — уже очень много.

— Значит… в этой комнате снова будет мир? — не веря собственным словам, осторожно поинтересовалась я.

— Именно, — ответил принц, легонько улыбнувшись. — По крайней мере, я приложу для этого все усилия.

А дальше, я как раз освободила от повязки самую опасную рану на груди, и полностью сосредоточилась на её осмотре и обработке. Кстати, сегодня она уже перестала выглядеть пугающе, и почти не кровоточила. Стянутые швами края начали заметно срастаться, и если так пойдёт и дальше, то через пару дней, можно будет обходиться без повязки. Остальные ранения уже покрылись довольно плотной корочкой, и заматывать их теперь не было необходимости.

Пока я обрабатывала раны, промывая их раствором трав и смазывая довольно жгучей мазью, Дерилан молчал, лишь изредка жмурясь или закусывая губу. И несмотря на то, что все эти процедуры были крайне болезненными, ни разу не пожаловался и не вскрикнул. Я же только восхищалась его выдержкой, и всеми силами старалась действовать как можно осторожнее.

— Трил… я всё же вынужден просить тебя ещё кое о чём, — напомнил принц, когда я закончила. — Мне нужно передать Шею записку… ты сможешь отнести её в «Оракул»?

— Вы думаете, он там? — поспешила уточнить я, а в голове уже начал сам собой складываться план, как покинуть академию не привлекая внимания. Видимо, сегодня будет первый уникальный день, когда я воспользуюсь своим иммунитетом к защите Астор-Холт в своих же интересах. А вот мысли о том, чтобы просто отказаться даже не возникло. Наверно, всё потому что впервые Его Высочество обращался ко мне именно с просьбой, а не с приказом. Судя по всему, именно этот факт и стал для моего самолюбия решающим.

— Вполне возможно, но даже если его там и не будет, просто отдашь записку хозяину, он обязательно передаст, — спокойным тоном пояснил принц. — Так ты согласна?

— Конечно, — ответила с совершенно искренней улыбкой. — Если честно, мне немного совестно, что отпустила Шея в таком подавленном состоянии, ничего ему не сообщив. Только… что делать, если он будет спрашивать про вас?

— Ничего. Просто передай записку и сразу возвращайся. Если он посчитает нужным, то пойдёт с тобой сам.

В общем, спустя всего несколько минут, я уже была вполне готова к выходу, а Дерилан как раз дописывал своё послание на маленьком листке бумаги. А когда закончил, не складывая, передал его мне. Я же упорно отводила взгляд от текста, хотя собственное любопытство так и уговаривало посмотреть хоть одним глазком.

— Читай, Трил. Я же вижу, как тебя распирает. Заодно и скажешь, сможет ли кто-то посторонний выявить в этом бреде хоть каплю истины, — снисходительным и даже немого насмешливым тоном, выдал принц. И, получив такое разрешение, я тут же уткнулась в текст.

Послание было написано печатными буквами, но сопровождалось витиеватыми загогулинами, какие чаще всего использовали девушки, дабы добавить своему почерку лишнего шарма.

Приветствую Вас, мой любимый… Спешу сообщить, что Алев, снова пытался применить ко мне силу, и в этот раз почти добился своего, но наша любовь оказалась сильнее. Не переживайте, я верна лишь вам, и живу одной надеждой на встречу. Жду Вас в месте, где был создан Ваш мне последний подарок… Но помните о нашей тайне.

С любовью,
Ваша Малышка

Сию несуразицу я перечитала несколько раз, но так и не смогла найти в этом послании хотя бы намёка на действительность.

— А вы уверены, что Шей правильно всё поймёт? — спросила, недоверчиво глядя на спокойного Дерилана.

— Он-то поймёт. Главное, чтобы никто другой не понял, — спокойным тоном ответил принц, наблюдая, как я натягиваю длинный плащ с капюшоном и направляюсь к выходу. — Только, пожалуйста, возвращайся быстрей, — добавил он вдруг, и мне показалось, что я слышу в его голосе нотки беспокойства. Наверно, он и сам это заметил, поэтому и поспешил добавить: — Всё ж ночная столица не самое безопасное место для юной девушки. А зная, с какой лёгкостью к твоей персоне липнут разного рода неприятности, и вовсе становится страшно отпускать тебя одну.

— Мне искренне льстит ваше беспокойство, — отозвалась, поворачиваясь к нему. — Но, право… не стоит волноваться. Я постараюсь вернуться как можно скорее, а вы пока отдыхайте. Кстати, не думала, что вы интересуетесь книгами по древней символике и амулетам.

— К твоему сведению, мой дорогой брат держит меня в курсе всех дел, что касаются «твоего феномена», и если сейчас я временно вынужден придерживаться постельного режима, почему бы не принять в ваших поисках непосредственное участие? А вообще, мне уже удалось найти кое-какую информацию, и я обязательно обо всём тебе расскажу, но только, когда вернёшься.

— Это что, такой стимул, чтобы не задерживалась?! — усмехнулась, рассматривая искреннюю открытую улыбку на лице принца.

— Ну-у, можно сказать и так, — ответил он, безразлично пожав плечами. И выглядел в этот момент таким милым, что я посчитала самым правильным и безопасным для здоровья собственных нервов, поскорей покинуть комнату.

Помнится, мисс Ассирия как-то упоминала, что за свою жизнь встречала лишь одного человека-асторию, и что-то мне подсказывает, говорила она именно о принце Дерилане. Но ведь я приближалась к нему, и даже прикасалась, причём против его воли, а сколько раз он, одаривал меня своим жутким чёрным взглядом?! И несмотря на всё это, я до сих пор жива, и даже вполне здорова. Хотя… что мне вообще известно о таких, как он?! Только какие-то странные слухи и те, исключительно со слов мисс Ассирии. Так может, стоит спросить об этом у самого принца?! Он же вроде как объявил между нами временное перемирие — вдруг и расскажет чего. Хотя, лично мне эта идея всё равно кажется утопической.

Академию я покинула беспрепятственно. А всё дело в том, что выйти за её ворота, как в прочем и войти на территорию, могли только те, кто получил разрешение ректора или кого-то из деканов. Если же этого не было, охранный контур превращался для таких дезертиров в невидимую стену. А при упорных попытках её преодолеть, попросту отталкивал назад энергетическим всплеском. На меня же вся эта идеальная система совершенно не действовала, а соответственно и проходить ворота я могла без каких-либо разрешений — охранники не обращали на меня никакого внимания.

Сегодня было холодно, с неба снова падали мелкие редкие снежинки, а по широким улицам столицы гулял довольно сильный ветер. Наверно, если бы не ответственная миссия, я бы никогда не покинула пределов академии в такую суровую погоду. Но, доводы обстоятельств оказались сильнее моих желаний, и пришлось терпеть. Благо хоть мой плащ оказался практически не продуваемым, а глубокий капюшон, хорошо защищал от ветра голову.

А ещё несомненным плюсом такой непогоды оказалось почти полное отсутствие на улицах столицы людей. Оно и правильно, ведь мало кто рискнёт покидать уютные тёплые дома, когда за их стенами царит такой жуткий холод. Не было ни прохожих, ни торговцев, ни стражников. Все как будто вымерли в этой белой пустыне, и только я одиноко брела по улицам Себейтира, оставляя за собой дорожку из следов на снегу, которая тут же стиралась очередным сильным порывом ветра.

«Оракул» встретил меня непривычной тишиной. Сегодня пустовала большая часть зала, да и присутствующие посетители явно не выглядели довольными. Наверно, многих загнал сюда начинающихся буран, а кто-то наоборот, не стал уходить, боясь встречи с непогодой. За стойкой скучал молчаливый Серн, а на иллюзаторе крутили картинки незнакомых мне городов нашей обширной империи. Оба дальних угловых столика пустовали, и я пришла к выводу, что и Шиан, как и многие другие, оказался зависим от капризов природы, и предпочёл этим вечером не покидать пределов дворца.

— Приветствую вас, господин Серн, — поздоровалась я, присаживаясь на стул у стойки и скидывая капюшон.

— О, Трил, — радостным голосом поздоровался он, а на его лице тут же разгорелась приветливая улыбка. Судя по всему, до моего появления его терзали не совсем приятные мысли, и он был безумно рад отвлечься от них хоть на пару минут. — Ты-то чего в такую погоду не сидишь в тепле? Согласись, месяц Таяния снегов в этом году особенно суров.

— Вы, несомненно, правы, — согласилась, принимая из его рук чашку с горячим травяным чаем. — Спасибо.

— Так что же привело тебя сюда? Думаю, повод, действительно стоящий, ведь иначе и быть не может, — ответил он, отодвигая обратно монету, что я положила на стойку в качестве оплаты. — Это тебе от меня, в благодарность за то, что хоть ненадолго развеяла мою скуку.

— Я пришла к вам с просьбой, — начала, оставляя монету на том же месте, и накрывая её сложенным вчетверо листком. — Мне необходимо передать это парню, что часто встречается здесь с мистером Элуром.

— Шею?! — уточнил Серн, удивлённо приподнимая брови.

— Да, — сказала, изобразив полную обречённость. — Одна подруга попросила вручить ему лично в руки, но… думаю, вы сможете сделать это не хуже меня.

— Надеюсь, там нет ничего опасного или секретного, — недоверчивым тоном, проговорил хозяин заведения.

— Нет, что вы. Просто у них вроде как близкие отношения… А это обыкновенная любовная записка. Так я могу надеяться на вашу помощь?

— Конечно, дорогая. Если честно, через меня часто передают всякого рода послания. Так что не волнуйся, как только твой Шей здесь появится, я незамедлительно вручу ему это письмецо, — когда Серн закончил, у него было такое хитренькое выражение лица, а во взгляде лучилось столько странного одобрения, что я сразу отгадала все его мысли. Конечно, теперь он думает, что эту записку написала именно я, а у нас с Шеем роман. Вот уж точно интересная информация! Хотя, судя по блеску в глазах хозяина, он не допускал даже мысли о том, что мог ошибаться. Что ж… Может оно и к лучшему. В любом случаем, о нас с Шеем уже давно ходят самые разные слухи, и если сейчас они в очередной раз подтвердятся, никто не пострадает.

В этот момент к стойке подошёл какой-то мужчина, и Серн, быстро смахнув в карман записку вместе с монетой, отвлёкся на него. Я же тихо сползла с высокого стула, и снова накинув на голову капюшон, направилась к выходу.

И уже в дверях почти нос к носу столкнулась с двумя высокими крепкими парнями, которые как раз пропускали внутрь Шиана, закутанного в плащ так, что на виду оставались только глаза. Невольно отступив в сторону, я пропустила всю эту процессию в зал. И уже собралась подойти к Шею, когда заметила, как к нему тут же подскочил Серн и вместе с меню протянул и мою записку. Тот лишь кивнул, и тут же спрятал её в карман, а значит, моя миссия на сегодняшний вечер была окончена.

Снова бредя по холодным улицам Себейтира и размышляя о событиях этого вечера, пришла к выводу, что всё сделала правильно. Ведь даже хорошо, что кронпринц меня не заметил. Это всё только упростило. Ведь иначе пришлось бы объясняться с ним самой, а я не совсем уверена в том, что можно ему рассказывать, а что нельзя. Всё ж, как ни странно, но во всём, что касалось Дерилана, я становилась очень недоверчивой, хотя в отношении других людей никогда ничего подобного за собой не замечала. И я искренне надеюсь, что такому моему поведению есть логическое объяснение, потому что иначе, просто перестану саму себя понимать. А то и вовсе, воспользуюсь советом одного лекаря из больничного крыла академии и пойду лечиться у психологов-эмпатов.

Обратный путь до академии преодолела даже быстрее, чем рассчитывала, к тому же ветер на этот раз оказался попутным, и прекрасно подгонял, толкая порывами в спину. А занятая собственными мыслями, я и вовсе не заметила, как добралась до двери в свои апартаменты.

— Ваша просьбы выполнена в лучшем виде, — выпалила, едва переступив порог и встретившись взглядом с горящими голубым огнём глазами Дерилана. Сейчас он показался мне каким-то нервным и даже немного растерянным, поэтому я тут же поспешила добавить: — Серн передал записку Шею на моих глазах. Так что, теперь всё зависит только от вашего брата.

Даже не надеясь услышать слова благодарности, я скинула плащ, и, подкинув в камин несколько поленьев, подсела к огню. Несмотря на довольно тёплую одежду, всё равно умудрилась продрогнуть до самых костей, и теперь желала только одного — побыстрее согреться.

— Пока тебя не было, я кое-что попробовал, — тихим голосом проговорил Дерилан. — Нашёл в одной из книг описание сыворотки, способной проявить Красную Платину, даже если она впаяна в другие металлы.

— И что нужно для его приготовления?! — заинтересованно спросила я, поворачиваясь к принцу.

— Я уже всё сделал. Осталось только погрузить кулон в раствор… так что, как согреешься, можем попробовать, — спокойным тоном, ответил принц, а в его глазах появилась уже знакомая мне искорка азарта.

Если честно, всего лишь осознав, каким прорывом в нашем деле может стать этот эксперимент, я мигом позабыла и о холоде, и о закоченевших руках. Всё ж любопытство, особенно моё, иногда было способно творить самые настоящие чудеса. И спустя несколько минут, я уже стояла у кровати, и выжидающе смотрела на Дерилана, не в силах унять нахлынувшие эмоций.

— Можем начинать, — выпалила, глядя на улыбающегося принца. — Я готова.

— Тогда, пожалуйста, подсядь поближе, и давай сюда свой кулон, — сказал он, потянувшись к тумбочке, где стоял прозрачный стакан, наполненный бледно зелёной жидкостью. Я даже и не думала сопротивляться или задавать вопросы. Сейчас меня вёл тот же азарт, помешанный с диким любопытством, который я так явно видела в глазах Дерилана. И вообще, сейчас мы с ним выглядели, как два заговорщика, задумавших, как минимум, обратить время вспять.

Присев на кровати рядом с принцем, я тут же повернулась к нему. И в этот странный момент, всё вокруг как будто замерло… Он оказался слишком близко — так близко, как не был никогда. И эта его близость стала для меня по-настоящему шокирующей. Странно, но в последнее время мне довольно часто приходилось бывать в компании мужчин, причём, довольно видных и интересных, но только сейчас, находясь рядом с этим человеком, я почувствовала какую-то странную незнакомую раньше теплоту и… смущение. Ни Тир, ни Шей, ни Джер, никогда не вызывали во мне подобных чувств, так что же происходило сейчас?!

Дерилан смотрел в мои глаза, и отчего-то медлил. И было в его взгляде, что-то такое… яркое, сильное, тёплое, что мне стало казаться, ещё секунда, и я попросту расплавлюсь в их голубой бездне. Он осторожно потянулся к моей шее, заставив меня в буквальном смысле замереть. Я, кажется, даже дышать перестала, и пока его пальцы с неимоверной аккуратностью расстёгивали пуговицы на горловине моей рубашки — даже не шелохнулась. А когда, цепляя кулон, он нечаянно коснулся кожи, меня странно передёрнуло, а по телу разлилась волна сладкой теплоты.

Я совершенно перестала понимать происходящее, и, судя по полной растерянности во взгляде принца, это было взаимно. Он смотрел на меня сосредоточенно и даже как-то нежно, и никогда раньше его глаза не казались мне настолько яркими и такими безгранично глубокими. Будто два бездонных океана…

Дерилан пришёл в себя первым. Он резко зажмурился, и, встряхнув головой, с шумом выдохнул. А когда распахнул ресницы, передо мной снова оказался Его Высочество младший принц империи, а не то смутное видение, так поразившее меня всего несколько секунд назад. Это мигом отрезвило и напомнило, для чего мы вообще тут сидим.

— Нужно продержать его в этом растворе пару минут, — проговорил Дерилан, опуская мой кулон в стакан. Естественно для этого мне тоже пришлось наклониться, что оказалось совсем неудобно.

Как только шарик из белого и жёлтого золота, погрузился в жидкость, она начала стремительно менять цвет, потом вдруг задымилась и забулькала. Я тут же дёрнулась, но в тот же момент мягкая ладонь легла на моё плечо, одновременно удерживая, и выказывая свою моральную поддержку. Именно в этот момент в дверь моей комнаты громко и настойчиво постучали.

Мы с принцем переглянулись, как будто ища друг у друга ответ на вопрос «что делать?» Всё ж прерывать эксперимент ради неизвестного посетителя не хотелось ни мне, ни ему. Тем более, что реакция уже пошла. Не знаю, как нам удалось так просто договориться, не произнеся при этом ни одного слова, но наше решение оказалось однозначным — кто бы ни был за дверью, ему явно придётся либо уйти, либо подождать.

Тем не менее, стук повторился снова, и теперь он стал куда более нервным и громким.

— Трил, это Шей. Открой! — послышалось из-за двери. И если у меня всё ещё оставались сомнения в действительности его слов, то Дерилан, наоборот, легонько улыбнулся, и кивнул. Всё-таки, голос брата он узнавал куда лучше, чем я.

— Ты один?! — спросила я довольно громко, чтобы меня было слышно за дверью.

— Конечно, — отозвался визитёр, а в его тоне явно слышалось нетерпение.

Я закрыла глаза, медленно погружаясь в пространство, где царила энергия стихий, и применяя нехитрые манипуляции, сняла с двери охранное плетение. Его я в экстренном порядке установила совсем недавно, попросту уговорив Тира, объяснить, как это сделать. Он лишь усмехался, утверждая, что пока я нахожусь на территории академии, ничего у меня не выйдет, но, даже несмотря на то, что мой дар был в этих стенах сильно ограничен, на установку контура сил хватило. И теперь войти в эту комнату мог только тот, кого я желала здесь видеть. Остальным же путь в мою коморку был заказан.

— Заходи, — выкрикнула, заканчивая снимать контур.

Дверь тут же распахнулась, и в комнату влетел напряжённый Шиан. Да только увидев, что мы с Дериланом сидим рядом, причём слишком близко для друзей, и уж тем более — для врагов, и при этом совершенно спокойны, тут же замер на месте. Длилось его оцепенение около минуты, но как только он окончательно удостоверился, что это не иллюзия и даже не галлюцинация, так красочно и эмоционально выругался, что я невольно поспешила придвинуться к своему товарищу по эксперименту, а он, так же машинально, сильнее приобнял меня свободной рукой за плечи. И всё это выглядело настолько естественно, что мы не сразу осознали своих действий. Зато Шей, снова шокировано замолчал.

— Да что тут происходит?! — выпалил он, сосредоточенно щурясь, и переводя внимательный взгляд с меня на брата. — Дери, что ты здесь делаешь?! Я два дня не нахожу себе места, поднял на уши чуть ли ни всю городскую полицию, вместе с дворцовой охраной, а он, оказывается тут сидит! Хорошо устроился, братец! — закончил с диким упрёком в голосе.

— Шей, успокойся, — ровным тоном, отозвался Дерилан, и как будто чувствуя моё напряжение, обнял чуть уверенней. — Думаешь, я тут по своей воле?! И вообще, когда ты уже научишься сначала думать, а потом делать выводы, а не наоборот?!

— И что же я не правильно понимаю? — полным иронии голоском, поинтересовался Шиан, и схватив стул, уселся прямо напротив кровати. Вот теперь я на самом деле начала чувствовать себя, как на допросе.

В этот момент жидкость в стакане как-то странно задымилась, напомнив нам, что мы вроде как тут эксперимент проводим, причём не самый обычный. Заметив эти изменения, Дерилан осторожно потянул за цепочку кулона, а когда на поверхности показалась подвеска, даже тихо присвистнул.

Я тоже уставилась на то, что ещё совсем недавно выглядело обыкновенным клубком нитей. Да только теперь мой кулон был совсем другим. Золото в нём как будто стало прозрачным, а под ним очень явно обозначился странный символ.

— Стоп! — воскликнул Шей, тут же подскакивая к нам. — Это то, что я думаю?!

— Через несколько минут он снова станет прежним, — тихим отстранённым голосом ответил его брат, сосредоточенно рассматривая кулон. — Рисуй, поговорим потом.

Шею не нужно было повторять дважды, и, вытянув их кармана листок бумаги (которым оказалась наша записка) и короткий заточенный карандаш, он тут же принялся что-то чертить. В те минуты, пока нам был открыт истинный облик побрякушки, что я всю жизнь носила на себе, мы не говорили. Шей рисовал, Дерилан внимательно следил, чтобы тот не упустил ни единой детали, а я просто ошарашено разглядывала подвеску.

И в истинном виде она представляла собой следующее…

В двух сцепленных кольцах, были размещены сплетённые между собой дракон, с шипами по всему телу и массивными крыльями, и водяной змей, такой же, как я видела в детстве на перстне с голубым камнем. Они переплетались длинными шеями, которые связывала тонкая лента.

— Всё, — выдохнув, сказал Шиан, когда нити золота на кулоне снова стали обретать свой цвет, закрывая фигурки внутри, уже знакомым мне мотком золотых нитей. — Вот вам и новая загадка. Лично я даже не представляю, что может означать сия фигурка в кольцах.

— У меня есть пара книг по древней символике, — отозвалась я, севшим голосом. — Не так давно в шкафу нашла. И на одной из них такой же символ, те же змей и дракон, только они в двух сцепленных квадратных рамках. И без ленты.

— Такие рамки — символ сотрудничества и взаимопомощи, — сказал Дерилан. — Это всё, что мне известно. Сейчас эти знаки почти никто не использует.

— И откуда же ты знаешь про рамки?! — скептичным тоном спросил Шей.

— Символ академии состоит именно из таких, а в них знаки четырёх стихий, связанных в круг цепью, — ответил его братец. — Что ж, теперь остаётся всего лишь узнать значение символа и тайна рождения нашей Трил будет раскрыта.

— Ты в этом уверен?! — поинтересовался Шиан, рассматривая собственный рисунок. — Легко сказать, но трудно сделать. Если эта штука фамильная и передавалась из поколения в поколение не один век, то мы можем ничего не найти.

— Ладно, — встряла в их спор я, а заодно решила выпутаться из таких приятных, но совершенно непонятных объятий Дерилана. — Сейчас это не столь важно, и с символом я могу разобраться сама. В другое время. А пока есть дела куда более важные.

— Это какие же?! — не понял Шей, который явно до сих пор находился под впечатлением от увиденного под слоем золотых нитей.

— На твоего брата снова напали, причём произошло это здесь, в академии, и в этот раз до последнего удара им не хватило буквально нескольких секунд и всего одной капли везения, — отозвалась я без улыбки. — И жив он остался только благодаря собственному невероятному упорству и крепкому здоровью.

— Шей, она спасла меня, — проговорил Дерилан, тихим, но очень уверенным тоном, обращаясь исключительно к брату. — Не знаю, какие силы привели в тот коридор Трил, но чтобы она ни говорила, последнее, что я увидел перед отключкой, это пламя… обволакивающее мой, почти рухнувший щит. Оно просто сплелось с моей стихией, и я уже подумал, что это конец, но в этот момент прямо по нему потекли струйки воды, а спустя мгновение, стихии слились, и раздался взрыв. Всё. Больше ничего не помню, да только на подобные выкрутасы способен только один известный мне человек — Трил.

Теперь на меня внимательно смотрели две пары глаз. И если в одних я видела лишь холодный интерес, то в других буквально плескалось нетерпеливое любопытство, приправленное изрядной порцией шока.

— Как?! — выпалил ошарашенный Шиан. — Ведь на территории академии ты практически бессильна.

— Как оказалось, не совсем, — ответила, отворачиваясь к огню. — Кое-что я всё-таки могу. И это кое-что оказалось очень полезно. Хотя, я действовала на чистых инстинктах, и видя как трое почти добили одного, решила вмешаться. Тогда я не думала… Ведь от меня зависела жизнь другого человека, который показался для меня важным. Я попросту не могла допустить его гибели, — потом вдруг резко вскинула голову и затараторила, как будто пыталась оправдаться: — Я не знаю, что происходило со мной тогда, и почти не помню подробностей. Такое чувство, что все действия совершала на чистой интуиции, почти без эмоций… Зато утром, когда в моей голове наступило просветление, и стало ясно настолько серьёзными были ранения Его Высочества, впала в настоящий ступор. Но… он был жив и явно шёл на поправку, и это оказалось самым важным.

— С чего вдруг такая забота?! — недоверчивым тоном поинтересовался Шиан.

— Понятия не имею! — ответила раздражённо. — Саму безумно бесит, что этому нет разумного объяснения. Просто знаю, что сейчас жизнь и безопасность твоего брата для меня первостепенны, и если кто-то сможет объяснить мне причину, с радостью выслушаю.

— Ты что-нибудь понимаешь?! — поинтересовался он, обращаясь к Дерилану.

Тот лишь легонько и как-то загадочно улыбнулся, и поспешил прикрыть глаза, как будто желал показать, что всеми этими разговорами мы его изрядно утомили. Хорошая уловка — ничего не скажешь.

— Есть пара догадок, но они слишком сырые, и основываются лишь на моих наблюдениях и предположениях. Так что озвучивать их не стану. По крайней мере пока, — сказал он, не открывая глаз. Хотя, что-то мне подсказывает, Его Высочество попросту не желал показывать нам горящие в них хитрые искорки. Ведь ответ на мой вопрос явно был ему известен.

— Дери, ты темнишь, — попытался упрекнуть его Шей.

— А ты делаешь чересчур много необоснованных выводов, — парировал наш больной. — И вообще, предлагаю оставить эту тему, и решить всё-таки, как быть дальше.

— Судя по твоему тону, план действий уже продуман и досконально просчитан, — отозвался Шиан, растягивая на губах ироничную улыбку.

— Конечно, — усмехнулся младший принц, снова распахивая ресницы. — У меня на это было много времени. Но пока, если ты не против, мы просто оставим всё как есть. Можешь продолжать изображать взволнованного брата, поднять на уши всю империю, и даже организовать полномасштабные поиски. Я хочу, чтобы те, кто организует покушения, поверили в то, что добились успеха. Пусть считают меня мёртвым, — лицо Дерилана приобрело поистине коварный вид. — Можно даже пустить слух, что кто-то видел мой труп в реке за городом. Или что-то в этом духе.

— Ты в своём уме?! — закричал Шей. — Да как вообще можешь так спокойно говорить о подобном?!

— Это единственный шанс понять их мотивы и определить, кто за всем этим стоит, — продолжил мой пациент. — Пойми, мы почти ничем не рискуем. Но в целях твоей безопасности, лучше усиль состав своих телохранителей. Если нападавшим нужен трон, то следующей жертвой станешь ты.

— Оно и так ясно, — отмахнулся Шиан. — Ладно. Будь по-твоему. Только ответь, как долго продлится весь этот фарс.

— До моего полного выздоровления. Возможно, неделю, или чуть больше. А когда я приду в форму, мы посмотрим, в каком направлении стоит продолжать игру. А сейчас, тебе пора идти.

— Что, так не терпится от меня избавиться? — спросил Шей со злобной усмешкой, а его взгляд странным образом скосился в мою сторону.

— Просто, ты и так находишься здесь довольно долго. Некоторым это может показаться подозрительным, — добавил Дерилан.

— Как раз в этом нет ничего подозрительного, и даже наоборот. Ведь, если ты забыл, вся эта академия считает нашу Трил моей любовницей. И для всех очевидны причины моего к ней прихода, — он говорил всё это с такой противной ухмылочкой, от которой и у меня, и у Дерилана одинаково застыли лица. Да только Шиану такая реакция явно понравилась: — Ох, да вы, и правда, спелись, мои черноглазые друзья. Два сапога — пара. Чувствую, я здесь лишний.

— Шей, заткнись! — выпалил младший принц, ровнее усаживаясь на кровати. — Если желаешь шутить, то спешу сообщить, что ты выбрал для этого не самое удачное время. И ещё… про глазки… — он многозначительно ухмыльнулся, а его улыбка показалась мне оскалом. — Будь осторожней, брат мой. Если я хоть как-то себя контролирую, то Трил этого пока не умеет. И не мне тебе рассказывать, что будет, если вывести её из себя.

Шиан замер и медленно повернул ко мне лицо. И было в его взгляде что-то такое, слишком похожее на испуг, что мигом заставило меня успокоиться.

— О чём вы?! — не удержалась я от вопроса.

— Дери, а ты раньше сказать не мог?! — рявкнул Шей, полностью игнорируя мою реплику. — Я же не первый раз вижу у неё подобное.

— А вот я — в первый, — отозвался его брат. — И если честно, теперь мне многое стало понятно. А тебе я всё-таки советую поскорей убираться, и в ближайшие пару дней не приходить.

— Тогда я пойду. И… постарайтесь не угробить академию. Если она раньше страдала от одного, то двоих может и не выдержать.

С этими словами, он резко развернулся и, не прощаясь, покинул мою коморку, оставляя меня наедине с целым обозом вопросом и странно улыбающимся Дериланом.

Я молчала, почему-то боясь начинать спрашивать, да и мой собеседник явно не стремился говорить первым. Не знаю, что именно останавливало его, но я просто боялась услышать подтверждение кое-каких своих догадок. Да и вообще, слишком много всего сегодня произошло, и мне очень хотелось хоть ненадолго остаться наедине с собой и своими мыслями. Всё ж в голове творилась самая настоящая каша, которая никак не желала становиться чем-то простым и понятным.

И тут взгляд наткнулся на большие старые настенные часы, которые ненавязчиво показывали половину одиннадцатого. Это-то и стало столь необходимым мне решением, и, поднявшись с места, я тут же ринулась в ванную за своей рабочей одеждой и уже спустя несколько минут покинула комнату. Дерилан наблюдал за мной с какой-то не свойственной ему отстранённостью. Видимо и сам желал многое обдумать, а мой уход стал для нас обоих своеобразной передышкой. Пусть и недолгой.

Лениво водя шваброй по поверхности мраморного пола галереи, я всё никак не могла отделаться от брошенной Шианом фразы, касательно моих глаз. Точнее их чёрного цвета. А ведь он уже как-то упоминал об этом. Кажется, тогда я на него за что-то разозлилась. Да и Дерилан, когда раздражён или взбешён, его глаза становятся чёрными. Кстати, у Тира я как-то тоже замечала подобное, но в гораздо меньшей степени. В его случае, менялся просто цвет радужки, а с глазами младшего принца явно происходило что-то другое, мне совершенно не понятное.

Да ещё и этот кулон! И Тир, как назло, всё ещё не вернулся! И ожоги на руках после моего фиаско на полигоне болят. А помимо всего этого списка оставалась ещё учёба и вот эта работа. И что же мне со всем этим делать?!

Смириться? Не получится. Даже если я и забуду про некоторые странные моменты — сами моменты меня точно не забудут. Не знаю почему, но я, вместе со своим «феноменом» оказалась интересна слишком многим. Наверно, если бы не они, сама бы никогда и не стала копаться в собственном прошлом, и не было бы сейчас этих пресловутых тайн и головной боли. Но… как говориться, что сделано — то сделано. И всё что мне остаётся, это принять весь царящий в моей жизни бедлам, и постараться идти дальше.

И пусть, мне тоже безумно любопытно узнать хоть что-то про своих родителей, но… какое-то шестое чувство, именуемое интуицией, упорно подсказывает, что правда мне не понравится.


Глава 14. Королева швабр и тряпок

В свою комнату я вернулась, когда часовая стрелка перевалила за два. К моему удивлению, Дерилан не спал, и даже не собирался. Сидя на кровати, он очень внимательно изучал небольшую книгу в плотном переплёте. Именно ту, на которой был изображён символ из двух рамок, дракона и змея.

— Зря вы до сих пор не спите, — проговорила, уставшим голосом. — Здоровый сон — лучшее лекарство.

— Не мог заснуть, — спокойным тоном ответил принц. — Вот и решил немного почитать, тем более под руку сама попалась столь интересная книга. Кстати, — он поднял на меня довольный взгляд. — Я кое-что нашёл. Подойди — покажу.

Естественно, я подошла, и даже присела на край кровати, чтобы не заставлять своего пациента совершать лишние движения. Дерилан не возражал, и даже подвинулся, чтобы мне было удобнее.

— Вот, — проговорил он, показывая пальцем на изображение двух сцепленных колец. — Если верить этому фолианту, сей символ означает брачный союз, причём заключённый по обоюдному согласию.

— Значит, есть повод полагать, что я была рождена в законном браке, — проговорила с недоверчивой усмешкой, на которую Его Высочество предпочёл не обращать внимание.

— Фигурки внутри — это родовые знаки семей жениха и невесты, а лента — знак взаимной любви, — продолжил он. — К сожалению, здесь нет списка символов родов империи, но подобный я как-то видел в личной библиотеке отца, в его кабинете. Так что, Трил, скоро станет ясно, к каким именно родам ты принадлежишь, и тогда будет куда проще найти разгадку твоих странных способностей.

— Знаете, мне иногда кажется, что вся эта затея очень скоро выйдет мне боком, — сказала я, поднимаясь с кровати. — Что будет, если мои родственники окажутся какими-нибудь опальными дворянами или преступниками, совершившими немало зла? Я уже привыкла быть одна, и вовсе не уверена, что хочу обзаводиться роднёй. Всё ж, если мои родители на самом деле прятались, то уж точно не просто так.

— В любом случае, это дело мы не бросим, — с невозмутимым видом отозвался мой собеседник. — И если уж на самом деле выясниться что-то неприятное, мы попросту оставим это в тайне.

— Вам легко говорить, Ваше Высочество. А вот я чувствую себя подопытным кроликом, и не уверена, что хочу, чтобы этот опыт когда-нибудь завершился.

Он предпочёл промолчать, милостиво давая мне возможность самой разобраться со своими страхами и противоречиями. Да только мысли эти как назло никуда уходить не желали. Они кружили в сознании подобно рою лесных диких пчёл, и не умолкали ни на мгновение. И даже мягкие струи воды в ванной оказались не способны хоть как-то расслабить мой бедный мозг. Хотя, никогда раньше это проверенное средство меня не подводило. В итоге, провалявшись в воде довольно долго, я вернулась в комнату, прибывая всё в том же мрачном настроении. А при виде неудобного дивана, от которого на утро болели все кости, и вовсе еле подавила в себе дикое желание завыть.

Но… конечно, у меня был выбор: спать на диване или на полу у камина. И в этой дилемме, как ни странно, выигрывал мой корявый деревянный друг.

Дерилан уже погасил огни бокового освещения, оставляя горящим всего один тусклый фонарь на тумбочке. Он создавал эффект мягкого полумрака, в котором даже тени начинали казаться какими-то мирными и спокойными частями интерьера комнаты. Наверно, будь я в другом расположении духа, это бы мне даже понравилось. Но сегодня был явно не такой день.

Ворочаясь на узком диване, я долго не могла найти удобной позы для сна. Этот старинный предмет мебели скрипел, кряхтел и тонко намекал, что если я не уймусь — он попросту развалится. Я же всё больше злилась, сильнее поддаваясь своему раздражению, и уже почти была готова собственноручно отправить этот деревянный кошмар на дрова, когда со стороны кровати послышался сонный голос принца.

— Трил, хватит мучить и себя, и мебель, — проговорил он, приподнимаясь на локте. — Эта кровать способна вместить как минимум, четверых. Я лягу на одной половине, а ты сможешь спокойно выспаться на другой. И никто при этом не пострадает.

— Вы серьёзно?! — ошарашено воскликнула я, ещё сильнее раздражаясь такой злобной шутке. — Не волнуйтесь, я уже привыкла к этому дивану.

— Я вижу, — с усмешкой отозвался он. — Да только боюсь, что если ты решишь остаться на нём, эта ночь может стать для него последней. Так что, пожалей старика, и ложись в кровать.

Если в первые мгновения я решила, что он шутит, то теперь всё больше уверилась в серьёзности его предложения. И, уж было хотела вежливо отказаться, как диван в очередной раз скрипнул и зловеще затрещал. Это-то и стало самым главным доводом, во всей тираде моих размышлений.

— Ну?! — настойчиво поинтересовался Его Высочество.

— Иду, — тихо отозвалась я, и, схватив своё тонкое одеяло, двинулась к кровати.

Первое время мне было очень неловко лежать, зная, что стоит протянуть руку, и мои пальцы коснуться Дерилана. А это напрягало похуже всей вереницы навязчивых мыслей, но… спустя несколько минут, проведённых в мягкой кровати в удобном положении, без скрипов и тресков, я сама не заметила, как отключилась.

Мне снился луг…

Я лежала на небольшой уютной поляне, укутанной молодой травой. Она утопала в зарослях раскидистых деревьев, среди которых имелись и дубы, и ели, и берёзы. Но самым большим и ярким среди них была большая ива. Её ветки горели странным зеленоватым пламенем, которое не причиняло ни самому дереву, ни другим растениям ни капли вреда. Она мягко ласкала меня, укрывая от ветра и жгучих солнечных лучей, и в её таких странных родных объятиях мне было так легко, тепло и спокойно, как никогда прежде.

Да только, когда проснулась, это ощущение никуда не ушло. И в первые минуты после пробуждения я, ничего не понимая, продолжала нежиться в этом мягком тепле. Но потом проснулось сознание, а вместе с ним — логика и здравый смысл. И стало понятно, что меня грел далеко не сон, а сосед по кровати, и что самое странное, мне это нравилось.

Я лежала рядом с Дериланом, уткнувшись лицом в его шею. Моя рука нагло покоилась на его груди, как раз рядом с раной, а он крепко держал меня в своих объятиях. Эх, как же хорошо было вот так находиться с ним рядом. Возникало ощущение, что в этом мире существуем только мы вдвоём. И нет ничего другого… ни проблем, ни тайн, ни титулов, ни предрассудков. Хотя, где-то на глубинах сознания, билась мысль, что всё это лишь очередная моя иллюзия, и правдой быть никак не может.

Чуть приподняв голову, я невольно уставилась на расслабленное лицо спящего принца. Сейчас, он казался мне таким родным, таким милым, таким своим, что сердце буквально замирало, млея от переполняющей его нежности. Мне безумно захотелось коснуться его волос, провести рукой по щеке, губам, шее… И смотреть, вот так, ни отрываясь ни на мгновение, даже зная, что это просто мираж.

— Доброе утро, Трил.

Погрузившись в свои мысли, я умудрилась пропустить тот момент, когда ресницы Дерилана дрогнули, и он открыл глаза. И теперь, в буквальном смысле почувствовала себе преступницей, застигнутой на месте преступления. Он смотрел на меня с каким-то недоверием, и я не придумала ничего лучше, чем, попросту отвести взгляд, и попытаться, как можно скорее покинуть кровать, а лучше, комнату. Но, отпускать меня никто не стремился, и, несмотря на болезненную слабость, объятья принца оказались довольно крепкими.

— Доброе утро, Ваше Высочество, — проговорила, чувствуя, как лицо заливает предательский румянец.

— Судя по всему, ночью стало холодно, и нас обоих потянуло к ближайшему источнику тепла, — высказал он своё предположение, рассматривая меня с какой-то совершенно счастливой улыбочкой. — Но я уже давно не спал настолько сладко. А ты с утра такая забавная… Просто настоящая фея.

— Это упрёк или комплимент?! — решила уточнить я, перенимая его беззаботный тон.

— Это констатация факта, — отозвался Дерилан, и осторожно уложив мою голову на подушку, освободил от плена своих рук. Да только отодвигаться или как-то отстраняться совсем не спешил. — А как тебе спалось?

— Если честно, замечательно, — прошептала, прикрывая глаза, и искренне наслаждаясь последними секундами тепла его тела. Не знаю, что мог подумать при этом сам принц, но я вдруг поняла, что вряд ли когда-то ещё мне представится возможность ощутить нечто подобное, поэтому и решила, самым наглым образом воспользоваться ситуацией. Да только вопреки моим ожиданиям, он чуть удивлённо улыбнулся, и, притягивая меня здоровой рукой, оказался ещё ближе.

— Можешь не верить, но мне кажется, что я чувствую твои эмоции, — тихим загадочным голосом проговорил он, у меня над ухом. — И судя по всему, это взаимно.

— Возможно, — неопределённо отозвалась я, всё так же шёпотом. Глаза открывать всё ещё не торопилась. Да и вообще, так я почти уверилась, что это не что иное, как продолжение сна.

А в следующую секунду сон стал просто безумно реалистичным, но таким сладким, что я окончательно уверовала в то, что сплю. Мягкие губы на осторожно коснулись моих. Сначала эти прикосновения были очень лёгкими, почти воздушными, но мне явно было этого мало. Я попыталась поцеловать его в ответ, что стало для принца своеобразным разрешением действовать. В этот момент поцелуй перестал быть целомудренным, и стал таким чувственным и ярким, что я попросту утонула в водовороте нахлынувших эмоций. Мне казалось, я таю… теряю мир, действительность, и саму себя. Меня накрывала невероятная жаркая нежность. Хотелось быть ближе к нему, прижиматься, чувствовать его тело, его дыхание, стук его сердца. Хотелось попросту раствориться в нём, отдавая себя без остатка.

Но вдруг, волшебство закончилось. Он медленно отстранился, и, почувствовав странную пустоту, я протестующе застонала.

— Нужно остановиться, — послышался у меня над ухом его тихий шёпот. — Не открывай глаза… просто полежи так, расслабься… я рядом.

— Знаю… ты здесь, со мной… — так же тихо отозвалась я, чувствуя его присутствие, даже без прикосновений. Но, всё же не смогла удержаться и посмотрела на него. Это-то и стало моей ошибкой.

Дерилан лежал на боку, такой же заспанный и взъерошенный, но при этом безумно притягательный, и всё бы ничего, но его глаза снова были чёрными, и казались настоящими бездонными колодцами. Именно они и заставили меня осознать, что всё это совсем не сон, а самая настоящая реальность.

Понимание сего факта произвело на меня эффект сильнейшей лавины, и резко дёрнувшись, я пулей покинула кровать.

— Простите, — выпалила на ходу, и, не оборачиваясь, скрылась в ванной. А раньше даже не подозревала, что могу так молниеносно передвигаться, да ещё и по утрам.

Только оказавшись за прочной дверью, отделяющей меня от комнаты, где остался Дерилан, я начала медленно осознавать всю неправильность этого утра. Ведь я не должна была спать с ним в одной кровати, и уж тем более целоваться! Это всё ошибка! Глупое стечение обстоятельств, странных желаний и расслабленного состояния. Но… я даже не представляю, что теперь будет?! Как разозлиться на меня сам Дерилан, какое придумает наказание? Или, того хуже, потребует повторения с продолжением!

Хотя, именно он нашёл в себе силы остановится… А ведь я готова была идти до конца. Но почему так растаяла именно с ним?! Что это вообще было?!

Щёки всё ещё горели от жуткого смущения и стыда, и даже холодная вода оказалась не в силах вернуть им нормальный цвет. Наверно, будь моя воля, я бы и вовсе просидела здесь весь день, да только занятия никто не отменял, а значит нужно поскорее приходить в себя и отправляться с повинной к принцу. Всё ж, если уж на то пошло, он первый всё это начал.

Ванную комнату я покидала уже умытой, одетой и наскоро причёсанной. В общем, полностью соответствовала своей роли «серой крыски». Хотя для полного комплекта не хватало только очков, а без них картина получалась не полной. За то время, что мне приходилось их носить, они стали не просто очками, а настоящей ширмой, закрывающей меня от внешнего мира. И сейчас, в момент собственной растерянности, мне как никогда не хватало их мутных стёкол. Именно поэтому, только водрузив эти окуляры на их место на носу, я почувствовала себя уверенней.

Дерилан лежал на кровати с закрытыми глазами, и с первого взгляда можно было решить, что он просто спит. Но, он сам сказал, что мы каким-то странным образом чувствуем друг друга, и именно поэтому я и знала, что ему просто точно так же, как и мне, хочется избежать объяснений.

Придя к такому выводу, я ещё несколько долгих секунд потопталась у кровати, а потом решительно развернулась и покинула комнату. Нам, на самом деле стоит подумать, что, а главное, почему, произошло утром. А поругаться и устроить скандал мы всегда успеем.

Когда, спустя полчаса я принесла в комнату поднос с завтраком и обедом, Дерилан спал, теперь уже по-настоящему. Что натолкнуло меня на мысль — а стоит ли вообще что-то выяснять и в чём-то разбираться?! Может, куда проще, сделать вид, что всё произошедшее — не больше чем сон. Ведь так определённо будет правильней… и сейчас, этот вариант прельщал меня куда больше всех остальных.

Весь день я искренне старалась не думать о Дерилане и сосредоточиться на учёбе. Даже предпочла заменить свободный час ещё одним занятием на полигоне. Но, наверно было в моих глазах что-то такое, какая-то искусственная сосредоточенность, которая и заставила любопытную Тилию спросить обо всём напрямую.

— Ты сегодня как-то странно себя ведёшь, — заметила она, шагая рядом со мной по направлению к кухне.

— По мне так, всё как обычно, — ровным голосом ответила я, лихорадочно думая, как избежать её расспросов.

Наверно, мой тон, вместе с хмурым выражением лица, всё же объяснили Тили, что я не стану сейчас изливать ей душу и каяться в своих грехах. Да только, судя по странному блеску в глазах моей подруги, и в её рукаве имелся довольный крупный козырь.

— Кстати, ты уже видела Тира? — спросила она вдруг, резко переводя тему.

— А он что, вернулся?! — уточнила я, а на лице уже сама собой начала растягиваться довольная улыбка.

— Судя по всему, да, — отозвалась она, неопределённо пожав плечами. — Я встретила его в коридоре, недалеко от кабинета ректора. Кстати выглядел он каким-то очень довольным. Наверно, его поездка оказалась успешной.

Видимо, я действительно успела сильно соскучиться по своему куратору, потому что лишь от одного сообщения о его возвращении, напрочь забыла и о принце, и об утреннем происшествии. Сейчас мне больше всего хотелось расспросить Тира о поездке, рассказать обо всём, что произошло за время его отсутствия, о нападении, Дерилане, кулоне…

Наверно, я бы с большой радостью прямо сейчас сорвалась на его поиски, и только распахнутые двери столовой смогли напомнить, что для начала я должна накормить своего пациента ужином. Зато после — совершенно свободна!

Тилия уже давно привыкла к столь резким перепадам моего настроения, которые в последние несколько дней случались очень часто и были слишком резкими, поэтому и не стала ничего спрашивать. А ещё, она прекрасно знала, что я почти никогда не ужинаю в столовой, распрощавшись со мной у самого входа, направилась к ребятам из группы.

Я же двинулась дальше, туда, где пыхтели котлами недра огромной кухни. Здесь все давно перестали обращать на меня внимание. Просто здоровались, и сразу возвращались к своим делам, позволяя набирать на свой поднос любую еду из той, что можно было найти в этом месте, совершенно не ограничиваясь в количествах. А всё дело в том, что я тоже была наёмной работницей, и местные повара и посудомойки попросту принимали меня за свою. А всем трудящимся на благо Астор-Холт разрешалось либо есть на самой кухне, либо забирать еду к себе. В большом обеденном зале если исключительно студенты и преподаватели. Я же почти в равной степени относилась и к учащимся, и к работникам, но чаще всего предпочитала именно кухню.

Настроение было просто замечательным, и, вышагивая с массивным подносом по коридорам академии, я даже поймала себя на том, что тихо напеваю какую-то весёлую песенку. Почему-то мне упрямо казалось, что Тир одним своим присутствием сможет положить конец всей той непонятной каше событий, в которую меня угораздило вляпаться. Я собиралась рассказать ему обо всём, и была уверена, что он, как и всегда, легко найдёт самый правильный выход из любых сложных ситуаций. А тот факт, что они с Дериланом вроде как на ножах, так это мелочи. Мы с принцем тоже совсем не приятели, но всё же вынуждены сотрудничать. А Тир, он ведь ещё и близкий друг его брата, и, следовательно, ни за что не оставит младшего принца в беде.

— Ваше высочество, ужин подан, — радостно выпалила я, вплывая в свою комнату. — Будете есть в кровати или вам накрыть за столом?!

— Что с тобой? — спросил Дерилан, глядя на меня недоверчивым взглядом. — Боюсь даже спрашивать, что произошло с твоим настроением?

Он сидел на кровати, и медленно пролистывал очередную книгу, из большой стопки, но моё столь яркое появление настолько его озадачило, что он мигом забыл о своём занятии.

— Я просто рада возвращению своего куратора, вот и всё, — довольным тоном уронила я, расставляя на столе принесённую еду.

— Тира? — поспешил уточнить Дерилан, а в его глазах появилось непонятное сомнение.

— Ну да, у меня один куратор — мистер Элур. Так где вы предпочитаете ужинать?

— Если ты не против, то я бы хотел есть за столом, — отозвался принц.

— Вы довольно быстро идёте на поправку, тем более, что и так свободно передвигаетесь по комнате, когда меня нет. Так что, если желаете кушать за столом, пожалуйста. Только, в таком случае, вам придётся есть вместе со мной, — попыталась съязвить я.

— Ну, после ночи, проведённой в одной постели, совместный ужин уже не сможет меня смутить, — парировал он, и с довольной улыбочкой уселся на стул. — Кстати, с чего ты взяла, что Тир вернулся? Может это всего лишь слухи?

— Тилия сказала. А она видела его своими глазами. Так что, это правда.

На этой фразе, лицо принца стало каким-то отстранённым, а в глазах проскользнули нотки какого-то сомнения или даже опасения.

— Шей, говорил мне, что вы с Тиром не ладите. Но, думаю, в нынешней ситуации он может оказаться крайне полезным, — озвучила я свою мысль, но Дерилан как будто меня не слышал. Мне даже показалось, он настолько погружён в свои мысли, что его сейчас ничем не проймёшь.

Но тут в дверь довольно требовательно постучали.

— Трил, ты здесь? — послышался голос Тира.

— Да. Сейчас открою, — крикнула я, и только собралась ринуться к засову…

— Не впускай его! — остановил меня Дерилан, и голос его был слишком серьёзным и каким-то мрачным.

— Это ещё почему?! — возмутилась, поднимаясь из-за стола, но принц ловко поймал меня за руку, не давая пройти.

— Нам с твоим куратором лучше не встречаться, — мрачным голосом отозвался он, и выглядел при этом таким озадаченным, что и не передать.

— Тем не менее, это моя комната, и я буду решать, кого сюда впускать, а кого нет. К тому же, вы сами говорили, что я могу полностью доверять Тиру, а сейчас именно тот момент, когда мне это необходимо.

Я снова попыталась прорваться к двери, но даже ослабленные болезнью руки Дерилана держали меня очень крепко.

— Не надо, — почти взмолился он, но видя, что я всё равно намерена сделать то, что задумала, вдруг напрягся, мгновенно принимая свой обычный холодный властный вид. — Я приказываю тебе его не впускать!

— Что… — от осознания услышанного я даже вырываться перестала, и ошарашено моргая глазами, медленно вернулась на стул. — Вы же говорили, что не станете больше этого делать.

— Ты меня вынудила, — злобно отозвался он, возвращаясь на своё место.

— Значит так, да? — обиженным тоном, произнесла я, опуская глаза. Отчего-то сейчас мне было даже обиднее, чем в ту ночь, когда он заставил меня стать перед ним на колени. Это жуткое чувство жгло душу подобно пожару, и, поддавшись внезапному желанию сделать хоть что-то для своего успокоения, грустно усмехнулась, и всего лишь подумав о тяжёлом засове на двери, умудрилась сдвинуть его, не вставая с места. Сама не знаю, как это произошло, ведь раньше ничего подобного не делала. Всё произошло как-то самом собой. Будто от обиды мобилизовались какие-то скрытые силы и ресурсы, что и позволило творить такие чудеса.

Дверь тут же распахнулась, и перед нами предстал довольный, но какой-то уставший Тир.

— Что так долго? Совсем не рада меня видеть? А, Трил?! — проговорил мой куратор с весёлой усмешкой, осторожно прикрывая дверь. Но я была слишком шокирована собственным поступком, чтобы отвечать в том же тоне. Это-то и заставило его насторожиться. — Что с тобой?!

— Я, — мрачно ответил за меня принц, которого от Тира скрывала массивная колонна кровати, с висящими на ней остатками балдахина. — И мне безумно интересно, что ты здесь делаешь?!

— Ваше Высочество?! — удивлённо проговорил Тир, подходя ближе к столу. Но тут же на его обычно невозмутимом лице расцвела холодная жестокая улыбка. — Вот уж не ожидал вас здесь встретить. Решили проверить, как поживает моя подопечная?!

— Не язви, — отмахнулся Дерилан. — Ты прекрасно знаешь, что я тут делаю.

— Откуда же?! — поинтересовался Тир, всё с той же холодной усмешкой. — Или вы всерьёз считаете, что мне известно абсолютно всё?

— Говори, зачем явился, и уходи, — процедил сквозь зубы принц, сверля его злобным взглядом быстро чернеющих глаз.

— Ох, Дери, да ты, как я вижу, не в себе, — выпалил Тир, усаживаясь за стол. — И вообще, я пришёл к Трил, и насколько могу видеть, ей твоё общество ни капли неприятно. Так что, если кто отсюда и уйдёт, то уж точно не я.

— Тир, — позвала я, уже жалея, что всё же решила его впустить. Теперь эти двое точно поругаются, да и мои отношения с Дериланом только начали походить на дружеские. Но теперь все наши совместные усилия по установке пусть и хрупкого, но мира, отправятся коту под хвост.

— Скажи мне, дорогая подопечная, почему этот человек здесь? — поинтересовался куратор, сверля меня холодным взглядом. — Что-то мне не вериться в вашу чистую и бескорыстную дружбу. Я скорее поверю в то, что какой-то вконец обнаглевший принц, решил воспользоваться своим неоспоримым правом приказывать. Ведь, ты же у него на крючке… Хоть и не говорила. И не надо так на меня смотреть, Трил. Я прекрасно знаю Дерилана, и могу тебя уверить, он никогда не упускал возможности извлечь свою выгоду из любого дела. А ты… Тебе он фактически подарил жизнь. Полагаю, что и плату за это он потребовал соответствующую.

Дерилан закатил глаза, всеми силами стараясь сдержать себя в руках. Да только я буквально кожей чувствовала его агрессию и нарастающее напряжение. А Тир даже не собирался униматься. Казалось, он только и ждал столь удобного момента, чтобы больней ударить своего врага. Ведь он тоже прекрасно видел, что Его Высочество слишком слаб, и не сможет сейчас дать достойный отпор. И это было подло.

— А знаете, мистер Элур, — поднимаясь со стула, заявила я. — Его Высочество находится здесь по моей воле. Если хотите, могу сказать, что он мой гость. И оскорбляя его, вы ведёте себя совершенно некорректно и неуважительно именно по отношению ко мне. И вообще. Я, кажется, уже говорила и вам и Шею — вас совершенно не касается, что связывает меня и Дерилана. Но если вы не поняли, могу повторить: это не ваше дело! А сейчас, вынуждена просить вас покинуть мою комнату, а разговор мы продолжим, когда вы снова сможете вести себя адекватно. И уже не здесь!

— Ты меня выгоняешь?! — холодным тоном процедил Тир.

— Нет, я вежливо прошу тебя перенести нашу встречу на другое время… и место, — отозвалась, упрямо глядя в его глаза.

— Ладно, — бросил он, резко вставая. — Жду тебя в восточной башне, через час. Надеюсь, к этому времени ты успокоишься и сможешь услышать и правильно понять то, что я хочу до тебя донести.

С этими словами он развернулся, и быстро покинул комнату, оставляя нас с Дериланом в полной тишине.

Стараясь хоть как-то отвлечься от произошедшего, я лениво ковыряла вилкой в тарелке, не в силах даже взглянуть в сторону принца. Он молчал, хотя я чувствовала, что ему явно есть, что мне сказать. Может, собирался с мыслями, а может просто ждал, пока заговорю я. Но… никто не стремился первым нарушать эту напряжённую тишину.

Еда постепенно остывала, вместе с этим пропадали и последние крупицы аппетита. А у меня на душе было слишком неуютно и пусто, и даже мягкие пирожные перестали казаться заманчиво вкусными. Тишина угнетала, заводя и без того мрачные мысли в какие-то совершенно жуткие коридоры сознания. Я больше не могла это терпеть, поэтому и решила заговорить первой.

— Простите, Ваше Высочество… Мне, правда, не следовало его впускать.

Дерилан приподнял голову, и посмотрел на меня. И было в его взгляде что-то такое… какая-то затравленность, совершенно чуждая ему раньше. Это-то и заставило меня продолжать.

— И приказ… Я понимаю, что вы имеете на это полное право. Но, простите, не сдержалась. Просто, — не в силах больше выдерживать его внимательный взгляд, я опустила глаза, — для меня это сродни удару по лицу… Только в тысячу раз больнее. Хотя… по идее, после стольких лет работы горничной мне надо бы уже привыкнуть к такому. Но… пока не могу. А Тир… не понимаю, что на него нашло. Впервые вижу его таким… обозлённым.

— Трил, — тихо прервал меня Дерилан, а потом медленно поднялся, и, подойдя ближе, уселся прямо на пол у моих ног.

— Что с вами?! — испуганно воскликнула я, не понимая, что на него нашло. А тем временем, он шокировал меня ещё сильнее, осторожно положив голову мне на колени, и легонько приобняв за ноги. — Ваше Высочество?

— Можно я так посижу? — спокойно спросил он, поднимая на меня усталый взгляд.

— Конечно. Вам плохо? — осторожно спросила я, легонько касаясь пальцами его лба. Тот оказался нормальной температуры, значит дело не в жаре. И только собралась убрать руку, но Дерилан мягким движением перехватил её, и медленно прижал раскрытой ладонью к своей щеке.

— Так — хорошо, — отозвался принц, прикрывая глаза. В этот самый момент, следуя непонятному секундному порыву, я легонько погладила его по голове второй рукой. Почему-то сейчас всё это казалось мне правильным… буквально необходимым. Да и сам Дерилан за эти несколько минут стал ближе всех остальных. И даже тот факт, что из-за него я фактически выставила отсюда Тира, стал казаться простым пустяком. — Ты пойдёшь к нему? — снова нарушил ход моих мыслей принц.

— Конечно. Он ведь будет ждать. Да и нам действительно о многом нужно поговорить. К тому же я на самом деле соскучилась.

— Он для тебя так важен? — ровным тоном поинтересовался лежащий у меня на коленях парень.

— Тир — в первую очередь, мой друг, а я привыкла ценить своих друзей, — отозвалась, продолжая гладить его по голове, иногда пропуская между пальцами мягкие тёмные пряди.

— Как думаешь, — начал он, слегка хриплым голосом, — а мог бы я быть твоим другом?

— Всё зависит от вас, Ваше Высочество, — тихо отозвалась я.

— Значит, ты допускаешь такую мысль, — перевёл он, а его губы дрогнули в лёгкой улыбке.

— Да, но…

— Что?! — уточнил он, когда я внезапно запнулась.

— Друзьям не приказывают, — сказала, горько усмехнувшись, и тут же убрала руку от его головы.

Послышался какой-то обречённый полу вздох — полу стон, и в следующий момент Дерилан распахнул глаза, глядя на меня своим внимательным взглядом.

— Обещаю больше этого не делать. Но, взамен хочу, чтобы ты хоть иногда прислушивалась к моему мнению. Поверь, оно почти всегда оказывается самым верным…

— Ладно. Согласна, — выдала с улыбкой. — Только и вы в таком случае должны хоть иногда меня слушать. Всё ж, как это ни странно, но есть вещи, в которых я осведомлена лучше вас.

Он улыбнулся, и впервые за всё время нашего знакомства, я увидела у его глазах проблески озорства.

— В таком случае, — с лукавой улыбкой проговорил Дерилан, — пожалуйста, называй меня по имени.

— Дерилан? Вот так, без всяких титулов и соответствия этикету?! — тем же тоном отозвалась я, а он кивнул. — И даже на «ты»?! А можно, «Дери»?! — а что, наглеть так по полной.

— Так мня только Шей… и ещё, некоторые личности, называют. Чаще чтобы просто позлить. Некоторые зовут «Дерил» или «Дер». Но лично ты, можешь звать меня, как тебе больше нравится. Думаю, как-нибудь перетерплю.

— Мне сложно будет привыкнуть, — честно созналась я, рассматривая тонкий чёрный рисунок на радужке у его зрачков.

— Я буду тебе в этом помогать, — сказал он, снова прикрывая глаза. — Кстати, сегодня утром ты уже обращалась ко мне так… на «ты».

— Это не считается! — выпалила, мгновенно покраснев. Всё ж это утро было для меня слишком необычным. А те эмоции, что до сих пор всплывали в памяти, вряд ли вообще когда-то удастся забыть.

— Почему же?! — усмехнулся он. — Говорила ты вполне искренне, и… мне это очень понравилось.

— Всё, мне пора идти, — буркнула, чуть шевельнув коленями. Тогда Дерилан убрал с них голову, и так же медленно поднялся на ноги.

— Возвращайся скорее, — тихо промолвил он, отходя к кровати.

— Постараюсь, — улыбнулась в ответ, и, разгладив складки на длинной юбке, пошла к двери.

— Трил, — позвал он вдруг, с какой-то насмешкой в голосе, а когда обернулась, спокойно указал пальцем на оставленные на столе очки. Я тут же вернулась за ними, попутно натягивая их на нос. — И почему я всё время тебе о них напоминаю?! — проговорил Дерилан, обращаясь скорее к самому себе. Поэтому я и предпочла уйти молча. Ну не говорить же ему, что в его присутствии я просто забываю обо всех условностях, и о своём маскараде в том числе.

* * *

Как и ожидалось, Тир ждал меня на последнем этаже восточной башни. Щурясь от холодного ветра, он напряжённо вглядывался в горизонт, и казалось, совершенно не слышал моих шагов. Я остановилась у дальней стены, где сквозняк ощущался куда меньше, чем на открытой площадке этого огромного участка крыши. И пусть, пришла сюда с определённой целью, но отчего-то совсем не стремилась говорить. Наверно, просто чувствовала, что этот разговор станет для меня переломным.

— Я виделся с Шеем, — начал Тир, не отрываясь от изучения панорамы города. — Он рассказал мне про эксперимент с твоим кулоном.

— И ни слова не обмолвился об участии в нём Дерилана?! — недоверчивым тоном спросила я.

— Сказал, да только всё это показалось мне не больше чем его очередной шуткой, — с грустной улыбкой отозвался мой куратор, наконец, разворачиваясь ко мне. — Но к вопросу о Дери мы вернёмся позже. Я ведь не за этим к тебе шёл… — он медленно прошагал по каменному полу, и устало присел на корточки под каменными перилами.

— У тебя что-то случилось?! Какие-то проблемы? — поинтересовалась я, усаживаясь рядом, на трухлявую лавочку.

— Нет, со мной всё в полном порядке, — тихим, но каким-то обречённым голосом ответил мой куратор. Затем глубоко вздохнул, как будто черпая силы в холодном вечернем воздухе, и только потом продолжил. — Шей узнал, что означают фигурки в твоём амулете. Как он и думал, это гербовые знаки двух древних родов высшей аристократии.

— И?! — не удержалась я, когда он сделал очередную паузу.

— Не торопись… Водяной дракон, именно такой, какой был на его рисунке, был и остаётся знаком династии Холт.

— Тех самых, кто когда-то основал академию?! — уточнила я, уже понимая, что в этом определённо есть какая-то связь.

— Да. А огненный дракон — древний знак династии Астор, — добавил Тир, внимательно наблюдая за моей реакцией.

— И что это значит?! — не выдержала я, подскакивая на ноги.

— Не нервничай, — попытался успокоить меня Тир. — Шей додумался спросить о значении этих символов у старого дворцового ювелира, который, к нашему общему удивлению, узнал рисунок. А что ещё хуже, именно он когда-то и изготавливал сию драгоценность… по заказу Сэйлема Холта. Этот парень был наследником рода Холт, и побрякушку собирался преподнести своей возлюбленной… Элире Астор.

— Стоп. И что же было с ними дальше?! — спросила я, непроизвольно сжимая кулон под рубашкой, как будто он мог дать ответ.

— Не знаю, — раздражённо ответил Тир. — И никто не знает. После смерти бывшего императора, имение, где жила принцесса сгорело дотла, а саму Элиру так и не нашли. Но вместе с ней пропал и Сейлем. Так что… теоретически, вполне возможно, что ни и есть твои родители, а ты — последний представитель рода Астор.

— Нет… — выпалила, ошарашено моргая глазами. — Это бред, Тир. Это ведь невозможно! Я дочь циркачей!

— Думай, как хочешь. Я просто сказал тебе то, что узнал. И у меня даже есть, что к этому добавить.

— Не хочу ничего слышать! — воскликнула, закрывая руками уши. — Это бред. Бред!

— Доподлинно известно, что Элира владела даром огня, как и все в роду Асторов, а Сейлем, наоборот, умело справлялся с водной стихией. И дар обоих был довольно сильным, что и позволило их дочери получить свой, двойственный, от обоих родителей. Это во-первых! — рассудительным, но довольно злым тоном говорил Тир. — А во-вторых, мы так же знаем, что охранный купол академии изначально строился из синтеза энергии наиболее сильных представителей Асторов и Холтов. А ты, как и придуманный ими купол — есть своеобразный результат слияния таких же энергий. Поэтому и можешь беспрепятственно шагать через любую охранную сеть города.

— Это всего лишь догадки! — процедила сквозь зубы, не в силах поверить, что всё это может быть правдой.

— Согласен. Всё что я сказал — не больше чем домыслы, подкреплённые парочкой фактов, — с усмешкой добавил Тир. — И имя, и кулон, и две стихии, и даже твои отношения с защитой академии, могут оказаться не больше чем простыми совпадениями. Да только ты сама веришь, что может быть столько совпадений?!

Я предпочла промолчать, мысленно соглашаясь с логичностью его доводов, и если бы речь шла о ком-то другом, обязательно бы поддержала гипотезу Тира. Но, он говорил именно обо мне, приводя всё новые и новые факты и делая из них довольно закономерные выводы. А каждая его фраза как хлыстом била по моей душе.

Да мне никогда бы и в голову такое не пришло! Я — и одна из Асторов. Родственница всех этих важных людей на портретах в галерее, дочь принцессы и внучка последнего императора. Да не может такого быть!

— Мне нужно идти, — сдавленным голосом проговорила я, опуская глаза. — Слишком много информации… Она давит.

— Конечно, Трил, иди. Только, не вздумай даже заикаться при Дерилане о том, что узнала. Никто из Аркелиров не должен узнать о твоём предполагаемом родстве с бывшим императором. Шей уже дал клятву, что никому ничего не скажет и не станет ничего предпринимать. А вот в его отце и брате я совсем не уверен. Для них обоих интересы империи всегда были превыше всего остального. А ты — прямая угроза их власти.

Услышав его последнюю фразу, я буквально замерла на месте, не в силах сделать больше ни шага.

— Меня убьют? — этот вопрос сорвался сам собой.

— Я не могу ничего тебе гарантировать. Но… Трил, лучше не рисковать. Сейчас нам важно сохранить это в тайне, — взволновано ответил Тир. — Я не могу допустить даже малейшего промаха. Ведь на кону действительно стоит твоя жизнь.

Ноги мои предательски подкосились, и я бы точно рухнула, если бы Тир вовремя не подхватил моё падающее тело. Всё-таки эта информация стала слишком шокирующей, и мне определённо нужно было время, чтобы всё обдумать, переварить, или попросту смириться.

— Знай, Трил, я сделаю всё возможное, чтобы ты не пострадала, — отчеканил Тир, прижимая меня к своей груди.

— Спасибо тебе, — прошептала, из последних сил сдерживая подступившие слёзы. — Одна бы я точно сошла с ума.

Он не ответил, лишь, обнял чуть крепче и медленно повёл по коридорам башни по направлению к выходу. А когда мы оказались в одной из центральных галерей, мой куратор коротко попрощался, и поспешил покинуть академию, отговорившись тем, что ещё не совсем закончил свои дела. Но в то же время пообещал, вернуться всего через несколько дней. Я лишь кивала на все его реплики, всё ещё прибывая в шоковом состоянии от всего, что сегодня узнала.

Время медленно приближалось к отбою, и я вдруг подумала, что если вернусь в комнату в таком состоянии, Дерилан начнёт задавать вопросы. А ответить ему мне было нечего. Поэтому и решила сразу же приступить к уборке. Всё ж, физический труд почти всегда действовал на меня успокаивающе, и даже умудрялся настраивать на позитивный лад.

Позже, возясь в ведре с грязной водой, я с усмешкой подумала, что у всей этой истории есть даже смешные моменты. Вот если представить что я, Трилинтия Астор Холт, единственная наследница императорского рода Астор, сижу на коленях в коридоре академии, в компании своих верноподданных: Герцога — Швабры, и фрейлин — тряпок. Нет, это просто уму непостижимо! Какая из меня наследница?! Я Трил! Просто Трил — сирота без рода и племени. И плевать мне на все доводы Тира. Я отказываюсь в них верить!

Подумать только, Трилинтия Астор Холт. Или просто, Холт? А что, Трил Холт… Звучит как-то гордо. А может, Трил Астор? Нет, как-то слишком сухо. А если — Трилинтия Астор?! По-моему неплохо. Да только что-то меня куда-то не туда понесло.

К моменту моего возвращения в комнату, настроение снова достигло отметки «вполне терпимо», а дурные мысли почти ос