Александр Кипчаков - Палач Императора

Палач Императора 1892K, 441 с.   (скачать) - Александр Кипчаков

Пролог.


1,5 ДБЯ,

планета Камино,

комплекс клонирования №14,

нижний уровень.


– Лорд Вейдер, мы готовы приступать… Если позволите, – заискивающе поклонился доктор О’Ран. В общении со мной каминоанец всегда терял величественность, присущую его виду.

– Фетт, – наёмник изваянием застыл возле двери в операционную. – Полагаюсь на вас.

Убийца лишь качнул шлемом. Для профессионала вроде него лишние слова были не нужны. Фетт прекрасно понимал, в каком беспомощном состоянии я буду находиться во время операции. У него было достаточно времени, чтобы превратить весь этаж в смертельную ловушку. Возможно, это паранойя, но лучше быть живым параноиком, чем мёртвым скептиком. Уж слишком много врагов нажил Дарт Вейдер.

– Итак, как планировали, – нервно продолжил доктор. – Пока ограничимся заменой протезов?

– Да. Возиться с лёгкими или, тем более, кожей сейчас нет времени. Я и так выпадаю из жизни на целых два дня.

Доктор спешно мотнул головой на длинной шее, что можно было принять за кивок, и пригласил проследовать в шлюз. Как только закрылась герметичная дверь, нас обработало обеззараживающее поле, а тем временем в операционную подавалась специальная атмосфера, насыщенная кислородом и щедро перемешанная с антисептическими аэрозолями.

Уже в операционной дроиды помогли снять элементы доспеха и дыхательную маску. Хорошо, что никто кроме доктора и Императора не видел «Ужас Галактики» в таком состоянии… Даже в специальной атмосфере дышать было трудно. Глаза, лишённые защиты маски, постоянно слезились. А отвыкшая от контакта со свежим воздухом, искусственная кожа жутко чесалась. К счастью, лошадиная доза седативных средств начала действовать через пару минут. За годы существования в костюме жизнеобеспечения я привык интуитивно, с помощью Силы, контролировать все процессы в организме и просто приказал ему отключиться.

Уже на границе небытия появилась мысль, что обратного пути нет. Теперь я либо проснусь обновлённым, либо не проснусь вовсе…


      Глава 1.


3 ДБЯ,

Корусант,

Империал-Сити,

Дворец Императора.


Поначалу удивление вызвало жжение в лёгких. Как будто пробежал тяжёлый кросс. Потом – вес. Тяжесть, давящая со всех сторон. Открыв глаза, понял, что поле зрения заметно сузилось. Руки и ноги ощущались иначе. Не так остро, как должны были. А потом… Пришло другое чувство. Непонятное, чуждое, но невероятно приятное. Наверное, именно это имели в виду йоги и мастера кунг-фу, когда рассказывали о глубокой медитации. Единение со Вселенной. Я знал, что перед дверью комнаты нерешительно мнутся два человека. Знал, что декоративные деревья на балконе находятся на последнем издыхании, так как система автоматического полива сломалась несколько недель назад. Мог точно подсчитать число живых существ в радиусе нескольких десятков метров…

К сожалению, «просветление» закончилось внезапно и жестоко. Мозг начали рвать воспоминания. И были они… какие-то неправильные. Двойственные. Словно от разных людей. Вот я иду в первый класс и я же собираю первого в своей жизни дроида. Первый поцелуй и восторг от первого самостоятельного полёта. Драка в переулке. Тихие коридоры Храма джедаев. Свадьба в живописной долине. Однообразие армейских будней. Ужасы войны в унылых, дождливых джунглях.

Две жизни за несколько секунд. Это было больно. Очень. И не только в плане нагрузки на мозг. Я ведь почувствовал всё. Прожил жизни двух человек. Их взлёты и падения. Счастливейшие моменты и то, что хотелось забыть, как страшный сон. Состояние было странным. Ещё не раздвоение личности, но весьма близко. С одной стороны, я точно знал, что меня зовут Станислав Борецкий. Обычный россиянин XX-XXI веков. Ну, может, не совсем обычный – руководитель кафедры точного машиностроения в одном из ведущих вузов страны, всё же. Как говорили – самый молодой из всех подобных, ну, так, слава Богу, умом меня не обделили. Я не растрачивал свои силы на всякую муть, как многие молодые люди моего времени: спиртное меня никогда не привлекало, курить толком так и начал, бросив, потому что понял, что это – полная хрень, секс… ну, знаете, беспорядочно сношаться было не по мне. Пошло, что ли. Поэтому меня считали чуть ли не мутантом каким-то и часто подсмеивались, называя импотентом. Пусть. Им виднее было, как жить самим, а мне – как жить самому. Последнее, что я помнил – это яркий свет фар несущейся на меня прямо в лоб потерявшей управление многотонной фуры. И темнота…С другой стороны, я был Энакином Скайуокером. Вернее, уже Дартом Вейдером. Правая рука Императора. Его личный палач. Главнокомандующий имперской армии. Вся жизнь – сплошная трагедия. Каким образом я не сломался под гнётом ударов судьбы и собственных ошибок – неизвестно. Но я выжил. Переродился. Стал сильнее. Энакин умер на пылающем Мустафаре, остался лишь Дарт Вейдер. Полтора десятка лет непрерывной войны сделали меня замкнутым, циничным человеком, привыкшим в любой момент быть готовым отражать нападение или атаковать. Добавьте сюда старую привычку резко реагировать на любую агрессию в свою сторону, и вы получите примерный портрет.

Мысли путались, осколки двух личностей сталкивались, конфликтовали или, наоборот, соединялись. Оба Я боролись за существование. Сконфуженный Борецкий и чрезвычайно злой Вейдер. Неизвестно почему, но ни одна из сторон не могла взять верх. И в их противодействии рождался кто-то иной. Рассудительный, немного скучный прагматик Стас и вспыльчивый, циничный Лорд Ситхов. Они исчезали. Медленно, но неотвратимо. Их личности – соединялись. Их знания, память и умения структурировались. Их характеры, растворяясь, создавали нечто новое. Спустя, казалось, целую вечность, в рабочем кабинете Лорда Вейдера родился новый человек. Он помнил свои предыдущие жизни, но не считал себя ни землянином-попаданцем, ни командующим Имперских Вооружённых Сил, чьё тело попыталась захватить неизвестная сущность. Он просто радовался. Радовался жизни. Потому что Жизнь определённо лучше чем Не-Жизнь.

– Я родился! – выдохнул человек, вспоминая дурацкий детский мультик. И, впервые за долгие годы, на обожжённых губах под устрашающей чёрной маской заиграла искренняя улыбка.


Глава 2.


3 ДБЯ,

Корусант,

Империал-Сити,

Дворец Императора.


Верно говорят, что человек существо неприхотливое, привыкает ко всему. Вот и я привык к своему положению, всего за пару дней. Пришлось. Ибо, если вы думаете, что работа Вейдера в качестве Главнокомандующего, сводилась к руководству карательными акциями, удушению некомпетентных командиров, допросам-разумеется, с последующей казнью ни в чём неповинных пленников и зловещему сопению, то просто пойдите и попробуйте покомандовать группой из хотя бы трёх человек.

Отчёты, декларации, списки, донесения, формуляры, доклады… Казалось, что ВСЁ в этой чёртовой Империи требовало моего внимания. Люди даже чихнуть не могли, не получив моего письменного дозволения в двух экземплярах. Комплектование и дислокация флотов и армий. Информация разведки. Военные закупки. Проведение учений. Неудивительно, что в фильмах Вейдер крайне болезненно реагировал на просчёты подчинённых. Когда после титанических усилий всё идёт насмарку из-за какого-то некомпетентного Di'kut… К счастью, с первым потрясением удалось справиться довольно быстро. Новый Главнокомандующий вернулся к работе на следующий день. И даже, как и оригинальный Вейдер, начал получать от этого некое извращённое удовольствие. Ощущение того, что от твоей воли зависят миллиарды жизней, пугало и завораживало одновременно…

Не в последнюю очередь, успешной акклиматизации поспособствовало то, что «попал» я в относительно спокойный год. Старые мятежи и большие осколки Конфедерации давно задавлены. Джедаи – убиты или залегли на самое дно. Знаменитый «Альянс за восстановление Республики» окончательно сформируется только через год. Сейчас есть разрозненные группы мятежников и террористов. Во Внешнем Кольце периодически вспыхивают небольшие конфликты. В целом, подобные движения осуждаются общественностью и не имеют широкой поддержки населения. По-настоящему, на окраинах, полыхнёт только через год.

К огромному счастью, никакого «Тайного ученика» Вейдер не имел. Однако это заставляло задуматься о надёжности прочих сведений из «канона». Небольшая проверка прояснила некоторые основные моменты… некто Хан Соло пару лет назад дезертировал из Имперских Вооружённых Сил в компании вуки. Четыре года назад для предотвращения последствий несчастного случая при испытаниях биологического оружия на «Фоллине», я действительно отдал приказ зачистить целый город, уничтожив около 200000 разумных. Долгострой – «Звезда Смерти» – сжирал финансы не хуже «нанотехнологий» и «Cколково». А Император обучал четырнадцатилетнюю девочку по имени Мара. Не выдержав и хорошенько покопавшись в голонете, попытался найти информацию о некоем Люке Скайуокере, проживающем у дяди и тёти на влагодобывающей ферме недалеко от Анкорхеда. К сожалению, татуинский домен имел весьма скудный объём и, в основном, содержал информацию о продаже различных товаров. Начиная с наркотиков и заканчивая законтрактованными рабочими (рабами).

Признаться честно, мне чертовски повезло. Мало того, что жив, так ещё и попал сразу в князья. Лорд Вейдер – второй человек Галактической Империи. И я на его месте. Власть и авторитет главкома, плюс знания землянина, немного увлекавшегося «Далёкой-Далёкой Галактикой»… Да о таком подарке судьбы можно только мечтать!

Конечно, тело оставляет желать лучшего. Сделанные на скорую руку протезы – тяжелы и неудобны. Искусственная кожа периодически жутко чешется. Панель управления доспехом зачем-то вынесена на грудь – стреляй, не хочу. Что это, козни Палыча? Или банальные технические ошибки? Костюм жизнеобеспечения конструировали в спешке. Поначалу Вейдер не обратил на это внимания. Ему пришлось, фактически, заново учится ходить и говорить. А после боялся, что-либо менять, ибо это гарантированно сделало бы его беспомощным на некоторое время. Ну, я подобными комплексами не страдал и в один из вечеров набросал примерный план модернизации костюма. Кроме того, современная медицина позволяла установить качественные кибернетические лёгкие. Или вообще, вырастить новый орган из ДНК реципиента и пересадить с минимальным риском отторжения. Почему прежний хозяин тела так не поступил, было не понятно. На рабочем компьютере я нашёл множество ссылок на клиники, занимающиеся проведением сложных операций.

С другой стороны, было кое-что, что с лихвой компенсировала физическое уродство. Изменение личности Избранного ничуть не повлияло на его связь с Силой. Именно с помощью Силы Вейдер поддерживал свой повреждённый организм. Он не хотел либо не мог полностью излечиться. Возможно, Тёмная Сторона не способна исцелять (хотя Дарт Плэгас мог чуть ли не отрубленные конечности отращивать). Зато она постоянно укрепляла тело, заставляла нужные клетки делится и расти, выводила токсины. Думаю, это стало для Вейдера таким же привычным, как дыхание. Первое время я даже не замечал, что использую Силу чуть ли не каждую секунду. Кстати, в фильмах её описывали как нечто, что соединяет и пронизывает все живые организмы в галактике. И это жутковатое чувство всё время было со мной. Хорошо, что одним из пунктов ситхского обучения было обязательное умение закрываться в Силе и по памяти Вейдера удалось совершить необходимые манипуляции. С непривычки постоянно ощущать себя частичкой чего-то невообразимо большего было… не очень комфортно.

Выполняя рутинные дела, попутно подумывал о том, как бы по-тихому свалить из столицы. Унаследованные память и знания лорда это, конечно, хорошо, но будет очень обидно проколоться перед Палычем на какой-нибудь ерунде. На флагман, висящий на орбите, уже были отданы соответствующие распоряжения. К сожалению, тактическое отступление провалилось. На пятый день пребывания во дворце, буквально за пару часов до запланированного отъезда, кабинет посетил адъютант и вежливо напомнил о малом совете. Правитель всея Империи проводил что то вроде совещания, на котором присутствовали самые могущественные существа галактики: Сет Пестаж – Великий Визирь, личный помощник Императора, исполняющей должность кого-то вроде министра внутренних дел. Принц Ксизор – фоллинец, глава «Чёрного Солнца», самого крупного преступного синдиката в галактике. Арманд Айсард – руководитель ИСБ. Гранд-мофф Таркин, губернатор Внешних Территорий и автор знаменитой «Доктрины Страха», которую лично я считал бредом. Ещё один интересный человек наблюдал за встречей из скрытой ниши.

Обсуждали самые обычные политические вопросы. Бюджет на следующий год, налогообложение, новые законопроекты и, особенно внимательно, ситуацию во внешних регионах. Таркин брызгал слюной и требовал от военных жёстко карать за любые народные выступления. Айсард резонно замечал, что чем сильнее давить, тем больше поддержки будут получать всякие экстремистские группировки и докладывал о всё увеличивающихся масштабах коррупции в рядах некоторых планетарных правительств. Ксизор молчал, изредка злобно косясь в мою сторону. Пестаж тихо матерился, требуя снизить расходы на армию. Император – улыбался… В общем, нормальная рабочая атмосфера Государственной Думы. До тех пор, пока из-под капюшона мантии не раздался тихий голос.

– Лорд Вейдер, – все затихли, стоило только первым звукам сорваться с морщинистых губ. – Вы по-прежнему считаете нецелесообразной достройку объекта, как там его окрестили штабисты?

– «Звезда Смерти», Повелитель, – услужливо подсказал Таркин, а пристальный взгляд жёлтых глаз упёрся точно в меня.

– Да, Владыка, – медлить и, тем более, юлить было нельзя. О возможностях пси-контроля старого ситха я был наслышан ещё из прошлой жизни. Возможно, прямо сейчас он размышляет, куда делся его ученик и что делать с наглым вселенцем.

– У Империи нет внешнего врага, против которого мы могли бы применить такую огневую мощь. А использовать станцию против так называемых «повстанцев», – я изобразил кавычки, – всё равно, что стрелять по майнокам из турболазера. Высвободившиеся средства можно потратить с куда большей пользой, – постепенно я начал распаляться, скидывая первое оцепенение.

– К примеру, несколько фирм представили прототипы истребителей нового поколения, которые на порядок превосходят СИДы по ряду характеристик. Я был бы крайне рад, если подобные машины, хотя бы ограниченно, примут на вооружение. Или, если губернатор Таркин так обеспокоен экстремистами во Внешних Регионах, мы могли бы создать флотилии быстроходных лёгких крейсеров, которые смогут оперативно реагировать на угрозы и заниматься патрулированием опасных секторов, вместо того, чтобы гонять Разрушители за устаревшими истребителями и переделанными грузовиками.

Заканчивать тираду пришлось под одобрительные кивки Пестажа и снисходительную улыбку Палыча. Как услужливо подсказывала память, прежний Вейдер несколько раз заводил беседы на тему нецелесообразности «Звезды». Каждый раз его доводы выслушивались, а детальные докладные записки откладывались в ящик. Таркин злорадно посмеивался, считая это проявлением благосклонности Палпатина к его персоне. Однако, судя по всему, таким образом ситх манипулировал своим ближайшим окружением, дабы исключить появление сильной коалиции против себя любимого. Большая часть высокопоставленных лиц Империи на дух не переносило своих коллег по "особо приближённому" положению. Старому интригану достаточно было лишь изредка дуть на угли, отмечая своим благоволением то одного, то другого. Вообще, власть Императора не была такой уж абсолютной. И он сам, как никто другой, это прекрасно понимал. За Вейдером – стояли армия и флот. Под руководством Ксизора – по всей галактике трудились миллионы преступников всех мастей. Главный разведчик наверняка имел сейф с компроматами на каждого мало-мальски значимого чиновника. Пестаж занимал место водителя в государственной бюрократической машине, а Таркин за последние годы сколотил вокруг себя самых амбициозных и беспринципных аристократов. Плюс Древние Дома. Плюс планетарные губернаторы и гранд-адмиралы с широкими полномочиями. Всё вместе это составляло сложную систему сдержек и противовесов, которые и удерживали власть в руках у Палпатина.

– Губернатор, сколько времени вам потребуется для завершения проекта при полном финансировании? – проскрипел ситх.

– Не более трёх лет, Владыка. Как я уже сообщал, основная силовая конструкция закончена. Элементы реактора и гипердрайва, а также компьютерных систем, готовы и ожидают монтажа на складах. Небольшие проблемы есть с суперлазером. Уверен, что при достаточном финансировании нам удастся всё решить в кратчайшие сроки. Скажем, два года на монтаж и ещё несколько месяцев на испытания.

– Хорошо… Хорошо, – снова улыбнулся Палпатин. – Я прослежу, чтобы вам выделили всё необходимое. Благодарю всех за визит. – Правитель встал и направился к выходу. Это был сигнал к концу аудиенции.

Таркин покидал зал с видом триумфатора. Пестаж, никого не стесняясь, хватался за голову, причитая что-то о безумных милитаристах с их гигантоманией. Фоллинец, в последний раз злобно зыркнув раскосыми глазами, удалился, эффектно взмахнув полами плаща.

А я всё пытался понять – раскусил ли меня Палпатин? Пристальное внимание ситха ощущалось на протяжении всей встречи. Пару раз даже почувствовал что-то вроде лёгкого давления на виски. «Учитель» явно заподозрил неладное, но уж точно не наглую подмену его правой руки. В противном случае, не думаю, что смог бы выйти из той комнаты живым. Значит, либо Палыч не может вот так сразу прошерстить мозги другому одарённому, либо просто не стал копать так глубоко. Пока… Быстрое тактическое отступление по-прежнему является идеальным вариантом. При наихудшем сценарии в этом осином гнезде не будет никаких шансов на успешный побег. О том, куда податься, если бежать всё же придётся, я пока даже не задумывался. За размышлениями не заметил, как дошёл до кабинета. Вызванный адъютант споро собрал все вещи, подготовленные для отправки на флагман. Всего через четверть часа шаттл типа «Лямбда» нёс лорда Вейдера к висящему на орбите ИЗРу «Опустошитель».

Что можно сказать об «Опустошителе»? Ни память Вейдера, ни фильмы знаменитой Саги, ни изображения из голонета – ничто не могло передать величие Имперского Звёздного Разрушителя. Громада стреловидного корпуса. Грозно нависающая над ней командная башня. Наросты турболазеров и ионных пушек. Тот, кто вживую видел линкоры Второй Мировой, поймёт. Я бы задержал дыхание, если не аппарат искусственной вентиляции. К сожалению, насладится видом великолепного корабля мне не дали. Шаттл с эскортом из четырёх СИД-истребителей ловко проскочил в главный ангар, где уже ожидали прибытия высокого начальства.

– Лорд Вейдер – рад видеть вас на борту! – гаркнул один из встречающих офицеров со знаками различия капитана.

– Пропустим официальную часть, капитан. Я приказывал подготовить корабль к длительному походу. Он готов?

– Так точно, милорд! – ничуть не смутился потомок древнего аристократического рода.

– Отлично, тогда – курс на Куат. Я буду в своей каюте. – С этими словами я протопал по направлению к лифту. Каюта главкома располагалась в верхней части командной башни.

Мысль насчёт Куата появилась несколько дней назад. Дело в том, что именно там располагался штаб Имперской Комиссии по Вооружениям, которая занималась вопросами принятия на вооружение новых образцов техники. Естественно, главком обязан интересоваться, чем именно воюют или будут воевать его бойцы. А как раз сейчас Империя проводила конкурс на поставку нового многоцелевого истребителя. И через неделю там должен проходить финальный этап. Таким образом, появлялся благовидный повод ненадолго свалить из столицы. Тем более, что ещё в прошлой жизни определённые образцы вооружений ДДГ вызывали недоумение. Некоторые неясности развеялись с получением знаний Вейдера и прочтением кое-какой исторической и технической документаций. Так, выступающая командная башня ИЗР появилась потому, что на мостик и комсостав в корпусе просто не хватило места. Огромные ангары, мощный реактор, кубрики экипажа и десантных отделений – всё это съедало львиную долю пространства. AT-AT – это развитие идей, заложенных в республиканский АТ-ТЕ, но при этом – доведённые до абсурда. Здесь прежний главком был со мной солидарен. Не спорю, внушительная транспортно-штурмовая машина наводила ужас на агрессивных аборигенов, партизан и других противников режима. Но что случится, если придётся сражаться с серьёзным врагом?

В защиту сумрачного имперского гения можно было сказать, что в этом плане они были не одиноки. Весь прогресс в области техники у галактической цивилизации, как будто, дошёл до определённой ступени и замер несколько тысяч лет назад, так и не сумев шагнуть дальше. Примеры? Тысячи их… Аэродинамика: если отсутствие обтекаемых форм у чисто космических аппаратов ещё понятно, то почему некоторые истребители, зачастую ведущие бои и в атмосфере, имеют формы обработанного напильником утюга? Кибернетика: в распоряжении имеются весьма совершенные компьютерные системы с возможностью самообучения, но экипажи военных звездолётов насчитывают тысячи человек. И это только вершина айсберга. Застой длиться уже чуть ли ни целое тысячелетие, если не больше.

Перспективы мрачноваты, но некоторые идеи всё же вырисовывались. Вместе с возможностями по их реализации. А если учесть тот факт, что главком Империи теперь имеет сведения не только о будущей техники Восстания, но и об их будущих лидерах и местах расположения главных баз, есть не иллюзорная возможность задавить «Альянс за восстановление Республики» в зародыше. Только стоит ли игра свеч? Стас Борецкий всегда симпатизировал Империи и считал фильмы Лукаса, как и жуткие истории о кровавом СССР и "миллионах расстрелянных лично Сталиным", чем-то вроде пропаганды победителей. Дескать, Имперский флот опустошал планеты, штурмовики – вырезали целые семьи и т. д. А мы – герои, свергли огромную злобную Империю на десятке «крестокрылов», которые купили, собрав пожертвования с мирного населения. Ага, как же… Любая революционная деятельность требует денег. А в масштабах такого огромного государства, как Галактическая Империя – огромных денег. Очевидно, что за юношами и девушками с горящими сердцами стояла обеспеченная элита, которую чем-то не устраивал «Новый Порядок» Палпатина. Да и если Evil Empire действительно такое плохое государство, то почему на пунктах вербовки нет отбоя от желающих поступить на службу, а Новая Республика и после смерти Палпатина ещё много лет вела войну с имперскими осколками?

На момент образования Галактическая Империя Палпатина была идеальным государством. Опять же, идеальным в определённом смысле. Палпатин сделал больше, чем кто-либо для стабильности Галактики. Ну, а то, что в Империи куча недостатков, так извините – за два десятка лет не выметешь всё то, что намусорили за тысячу лет. Империя была логическим последствием победы Республики в войне клонов. Галактика устала от слабости власти? Усилить власть Императора. Сенат мешает управлять? Придать ему совещательно-рекомендательный статус! Дела рассматриваются на Корусанте по нескольку лет, плодя бессмысленную бюрократию, комитеты и подкомитеты? Создать институт моффов и губернаторов. Наглость пиратов переходит всяческие границы? Усилить флот для борьбы с ними. Рабство запрещено, но при этом от него не хотят отказываться? Ведь широко известно, несмотря на запрет рабства в Республике, многие планеты практиковали его на основании «Внутренних законов и сложившихся культурных обычаев», а ещё больше просто смотрело на работорговцев сквозь пальцы и имело с этого неплохой процент. Так почему бы не легализовать и упорядочить деятельность работорговцев, чтобы от них страдали не все подряд, а враги Империи. Государственный аппарат поражён коррупцией? Создать службу безопасности, которая будет следить за чиновниками.

Кстати о службе безопасности… ИСБ очень мощная организация и совершенно непонятно, каким образом в той истории она проворонила создание Альянса. Есть мнение, что восстание спровоцировано самим Императором. Вонгские агенты уже несколько десятков лет действуют в Неизведанных Регионах, ситх либо знает о планируемом вторжении, либо подозревает нечто подобное. Наличие мятежников позволяет ему выявлять неблагонадёжные элементы и иметь формальный повод для значительных ассигнований на армию. И вообще, Палпатин очень умный человек и в политике смыслит куда больше меня. Короче, сначала нужно попробовать разобраться в мотивах Императора и политической ситуацией в целом, а уже потом, исходя из фактов, выстраивать манеру поведения. А пока будем импровизировать и надеяться на «Веление Силы».


       Глава 3.


3 ДБЯ,

Куат,

Орбитальные Верфи «Kuat Drive Yards»,

Штаб квартира ИКВ.


На орбите Куата разворачивалось настоящее космическое сражение. Голопроектор в центре небольшого зала в реальном времени показывал, как серый истребитель резко сменил курс, догнал дроида-имитатора цели на вираже и безжалостно расстрелял его из двух лазерных пушек.

– Как видите, милорд, несмотря на размеры, «Альфа» остаётся высокоманевренной машиной. Этого удалось добиться благодаря установке на законцовках плоскостей дополнительных маневровых двигателей, – заливался Ли Корнал, представитель «Cygnus Spaceworks», периодически с превосходством поглядывая на своего конкурента из «Инкома».

Ещё два дроида взорвались во время схождения на встречных курсах. Истребитель видимых повреждений не получил.

– Дефлекторный щит обеспечивает непревзойдённую защиту, а встроенный гипердрайв даёт недоступную до сегодняшнего дня оперативную гибкость. Это позволяет использовать «Альфу» в качестве истребителя завоевания космического превосходства, патрульной и эскортной машины, или даже малого торпедоносца. – Несмотря на присутствие в зале ещё пятнадцати человек, Корнал подчёркнуто обращался именно к Главнокомандующему.

Пилот «Альфы» повернул к кораблю-мишени, прорвался через плотный огонь ПВО и залпом выпустил шесть противокорабельных торпед. Корвет не выдержал такого надругательства и взорвался, разломившись на две части. На этой эффектной ноте презентация окончилась и Корнал, под вежливые аплодисменты представителей имперской комиссии, покинул сцену.

Инженер «Инкома» был мрачнее тучи, уже понимая, что проиграл. «Цигнус» привёз полноценный предсерийный образец, который и участвовал в эффектной демонстрации. У «Инкома», был только прототип, совсем недавно вставший на крыло. Демонстрировать Лорду Вейдеру, который за два дня до начала заседания заявил о своём визите, абсолютно сырую машину – самоубийство. Джо просто показывал собравшимся военным чинам таблицы ТТХ, кадры со стендовых испытаний и т. д. Члены комиссии откровенно скучали, а Юзли думал, что здесь не обошлось без саботажа. Изначально кто-то очень влиятельный очень не хотел, чтобы тендер на поставку нового многоцелевого истребителя заполучил «Инком». Сначала им пришлось на ходу переделывать проект, так как «в результате ошибки» компании выдали неверное техзадание. Потом систематические неудачи двигателистов. Подрядчики, постоянно срывающие сроки поставок. И, как венец всего этого бардака – сдвиг сроков сдачи проекта на целых полгода, о котором им сообщили всего месяц назад. Только что Джо наглядно лицезрел результат… Напротив истребителя «XG-1 Alpha» стоял всего лишь полноразмерный пластиковый макет «Т-65».

Уложившись всего в половину стандартного часа, инженер сошёл со сцены. Всё, что он мог рассказать, и так было известно. Детальные ТТХ участвующих в конкурсе машин представители ИКВ получили неделю назад. Без этого контракта перед корпорацией открывались очень мрачные перспективы. Друг из управленческого отдела по секрету рассказал, что последние кредиты были взяты под какой-то совершенно грабительский процент, в духе времён Банковских Кланов Старой Республики. Крупный государственный заказ уплыл, Джо уже абсолютно в этом уверен, прямо из под носа. И даже если удастся завершить разработку «Шестьдесят Пятого», никто не позволит выпустить на свободный рынок боевую машину нового поколения. Компания продержится на плаву еще какое то время, за счёт продаж транспортов, истребителей устаревших моделей и спидеров. А потом – банкротство. Есть ещё небольшая надежда, что Империя поможет дотациями или вообще национализирует фирму. Всё-таки на заводах «Инкома» трудится огромное количество рабочих…

– Председатель комиссии, а также представители компаний – в конференц-зал, – скомандовал лорд Вейдер после часового перерыва. Джо никогда не думал, что человеческий голос может быть столь сух и безэмоционален.

Вообще, про Вейдера ходило множество слухов. Про его безжалостность и беспринципность слагали легенды. Кто-то шептал, что офицеров, напортачивших в его присутствии, расстреливают на месте. А 501-й легион, тренируясь, использует в качестве живых мишеней политических заключённых. Поговаривали даже, что он обладает сверхъестественными силами, вроде тех, что приписывали рыцарям-джедаям. Или даже, что он был одним из них, но во время бунта перешёл на сторону канцлера.

– Адмирал Вос, – спросил Вейдер когда все расселись. – У вас была неделя, чтобы оценить представленные образцы. Сегодня мы увидели весьма эффектную демонстрацию одной из машин, – на этих словах Юзли еле сдержался от досадного плевка. – Так скажите вкратце, каковы выводы ваших подчинённых?

– Милорд, – грузный от долгой кабинетной работы адмирал с заметным трудом поднялся на ноги. – Комиссия рекомендует «XG-1 Alpha» к принятию на вооружение. Мы считаем…

– Сядьте адмирал, – главком резко перебил человека. – Мистер Корнал, – представитель «Цигнуса» подобрался, когда взгляд непроницаемой маски обратился к нему.

– Я прочитал выводы комиссии, но у меня есть некоторые дополнительные требования. Во первых, усильте лазерное вооружение. В данной версии пушек не только меньше, они ещё и слабее, чем на корабле «Инкома». Во вторых, более мощный полётный компьютер, одному пилоту слишком тяжело управлять таким большим количеством вооружения. В третьих, – Вейдер на секунду замолчал, а потом рявкнул. – Вы почему не записываете?!

Корнал, подскочив, схватился за датапад и принялся на нём что-то строчить.

– В третьих, вполне возможно, «Альфам» придётся действовать в отрыве от крупных кораблей и баз. А сенсорные системы откровенно слабые. Берите пример с конкурентов, они об этом подумали. – Лорд задумчиво постучал костяшками пальцев по столешнице.

– В кратчайшие сроки устраните все выявленные недочёты и можете отправлять машину на госиспытания.

Это был конец. По пути в зал у Джо ещё теплилась небольшая иррациональная надежда. Вейдер разбил её. Инженер уже начал прикидывать возможные варианты трудоустройства. Но неожиданно голос лорда возвестил:

– Все свободны. А вас, Юзли я попрошу остаться.

Дождавшись, пока посторонние покинут зал, Вейдер сел прямо напротив Джо и спросил:

– Сколько времени «Инком» сможет продержаться?

– Я, э-э… – сначала Юзли даже не понял, что именно у него спрашивают. – Не более года милорд, – после пятисекундной задержки выпалил инженер.

– Я скажу так, – степенно продолжил лорд. – То, что некоторые ваши неудачи являются следствием грязной игры – понятно. Но, даже если бы вы успели вовремя, машина «Цигнуса» куда больше подходит для нужд флота. Однако, – Вейдер жестом остановил инженера, порывавшегося что-то возразить, – это ещё не значит, что я не оценил ваш проект.

Главком передал Юзли инфочип.

– Здесь техническое задание. Небольшой корабль для дальней радиолокационной разведки, РЭБ и тактической координации соединений МЛА. Автономность в несколько дней, гипердрайв, оборонительное вооружение и, разумеется, хорошие сенсоры. Если через полгода у меня на столе будут готовые чертежи машины, удовлетворяющей представленным требованиям, я лично поговорю с министром финансов насчёт предоставления вашей компании государственных субсидий. А впоследствии подпишу приказ о принятии этих машин на вооружение. Вам всё понятно?

– Д-да, – только и смог выдавить Джо.

На следующее утро Джо Юзли улетал с Куата в приподнятом настроении. Он уже успел мельком просмотреть информацию на чипе и не нашёл там ничего невозможного. Многие наработки по «шестьдесят пятому» можно будет использовать в РЭБ-канонерке (как инженер про себя окрестил второй новый проект). Конечно, контракт на поставку истребителей куда как вкуснее, но и этот сможет обеспечить компании стабильный доход на протяжении нескольких лет. Ужасный палпатиновский палач на деле оказался вполне вменяемым человеком. А в том, что главком своё слово сдержит, Джо ни секунды не сомневался.


– Куат-Контроль, это Оникс-Лидер, запрашиваю разрешение на взлёт.

– Оникс-Лидер, взлёт разрешаем. Вектор 32/50. Не угробь новую машину, лихач! – весело напутствовал диспетчер.

Представитель «Цигнуса» преподнёс прототип Альфы, который вчера участвовал в показательном полёте, как «небольшой презент Лорду Вейдеру». Вспомнив, что прежний Лорд занимался коллекционированием редких космических кораблей – не стал отказываться. Да и захотелось опробовать навыки пилотирования. Я знал предназначение всех приборов и органов управления. Мог вспомнить, сотню типовых манёвров и тактику действия истребительных соединений в космическом бою. Но это ещё не означало, что в боевой обстановке я буду так же хорош, как и главком. А то, что мне предстоит пилотировать истребители в бою – не подлежит сомнению. Галактика на пороге великих потрясений. Гражданская война. Вторжение вонгов. Какое-то затерянное племя ситхов и ещё куча всякой ерунды, о которой я имею только весьма смутное представление. Разумеется, можно взять корабль и свалить куда-нибудь далеко-далеко, изучать Силу, медитировать, поискать затерянные планеты… Те же Тайтон или Зиост наверняка хранят множество интереснейших артефактов прошлых эпох. Побуду эдаким Индианой Джонсом. Но исчезновение одной из ключевых фигур изменит баланс сил и события могут пойти в совсем другом направлении. Кроме того, это же один из основополагающих периодов в ДДГ! Я физически не смогу усидеть на месте без попытки повлиять на события.

Корабль споро набирал ход, двигаясь по предоставленному коридору к месту вчерашних испытаний. Управление оказалось до предела простым, отработанным за тысячелетия космических сражений. Основной груз ответственности нёс полётный компьютер. Пилот, задавал общее направление движения, импульс маршевых двигателей и т. д., в то время как комп занимался сложными вычислениями вроде микрокоррекций курса или управление компенсаторами инерции. Человек говорил, куда и как он хочет лететь, а машина делала всё остальное. Разумеется, опытный пилот мог изменить настройки компьютера, что усложняло управление, но обеспечивало лучшую отзывчивость. Но ему всё равно не приходилось тратить время для учёта влияния гравитации или вычисления оптимального угла входа в атмосферу. Любой земной аэрокосмический инженер полжизни бы отдал за такой компьютер. А тут подобная вещь стоит копейки и позволяет любому вчерашнему крестьянину, после 10 – 15 дней обучения, сесть за штурвал космического корабля. Сказка, да и только.

Между тем, истребитель достиг импровизированного космического полигона. Для начала я заложил несколько виражей, в духе винтовых самолётов Второй Мировой. Припомнил «петлю Нестерова», «змейку» и «русский штопор». Всевозможные развороты, перевороты, повороты, скольжения. Разумеется, машина вела себя несколько иначе, чем самолёт. Сказывалось отсутствие сопротивления атмосферы и силы тяготения. Немного полетав хвостом вперёд, дал отмашку на выпуск истребителей. Сейчас против меня летают СИД-истребители 34-й истребительной группы. Очень хорошие пилоты. И хотя неудачу можно списать на технические неполадки прототипа, опозориться всё равно не хотелось бы.

СИДы поделились на пары и, зайдя с разных сторон, атаковали. По учебнику, отметило сознание, а руки уже пустили «Альфу» в энергичную змейку. Дождавшись, пока ребята разгонятся до достаточной скорости, выхожу из виража на форсаже, проскакивая мимо одной пары на встречных курсах. Индикатор лобового дефлектора скакнул вниз. Плохо, прежний Вейдер прошёл бы гораздо чище.

– Мародёр-5 сбит, – звучит в наушниках голос командира 34-х.

Двое, сзади слева. Пытаются отомстить за товарища. Переворот на сто восемьдесят градусов. Торможение маршевыми. Пара пронеслись мимо. Снова разворот. Чувствуется, что рефлексы заточены под управление более маневренной и приёмистой машиной. Захожу в хвост. Пилоты начинают маневрировать. Ловлю ведущий истребитель. Система прицеливания не нужна, я и так знаю, что сделает противник, за полсекунды до его манёвра. Целых полсекунды, в условиях космического сражения – это очень много и, в то же время, ужасающе мало.

– Мародёр-4 сбит, мародёр-6 сбит, – сигналит комп.

Линейный СИД-истребитель быстрее и маневреннее «Альфы». Но у него нет щита, а мои пушки дальнобойнее процентов на двадцать. Из первой четвёрки уцелел только один. И сейчас он спешит на соединение с ещё четырьмя истребителями. Компьютерные имитации ракет догоняют парня на полпути к цели.

В бой бросается вторая четвёрка. Они уже более осторожны. Идут одним фронтом. Навожу и выпускаю оставшиеся ракеты. Они, разумеется, проходят мимо активно маневрирующих целей, но дают возможность сломать их строй. Ни секунды не размышляя, бросаюсь в брешь, стреляя наугад.

«Я словно лист на ветру. Посмотрите, как я парю».

– Мародёр-1 и -2 сбиты.

Вот и сказывается влияние Силы. Двоих не целясь. И, судя по ощущениям, это ещё далеко не предел… Оставшаяся пара была деморализована такой быстрой расправой, и, вместо быстрой атаки (теоретически, у них был шанс в бою на самой минимальной дистанции), попробовала отойти на безопасное расстояние. Совершенно забыв про дальнобойность пушек и меткость пилота…

Весь бой занял 3 минуты 47 секунд.


Неделя на Куате пролетела совершенно незаметно. Большую часть времени заняла инспекция колоссального судостроительного комплекса. Поддавшись порыву, толкнул речь, в духе советских времён, перед рабочими одного из цехов. Но главное, во время визита я успел пообщаться с такими выдающимися личностями как Райт Сиенар и Лира Уэссекс.

Буквально пару месяцев назад произошла закладка моего будущего личного флагмана, и, решив, что я приехал инспектировать ход работы, госпожа Уэссекс притащила на встречу кучу технической документации. Лира оказалась заносчивой, сварливой, невероятно самовлюблённой стервой. Но при всех недостатках характера – почти гениальным корабелом. К счастью, в присутствии Вейдера, даже обладатели непомерного ЧСВ предпочитали сидеть тише воды, ниже травы. Принципы принципами, но жизнь-то она всего одна. Единственный раз дама почти сорвалась, когда я завёл разговор о новом основном линейном корабле для флота. Мол, как это так? Я что, не доволен её Звёздными Разрушителями? Жестко оборвав инженера (вот они, плюсы диктатуры), потребовал взять ИЗР типа «Император II» и выкинуть всё, на мой взгляд, ненужное. Модули с мобильной базой, отсеки штурмовой дивизии и полк флотской пехоты. Плюс немного урезал авиагруппу. Итоговый корабль, в теории, должен иметь равную огневую мощь при меньшей цене и стать основой модернизированного Имперского Флота. Конечно, корабль потеряет присущую ИЗР универсальность и больше не сможет исполнять роль БДК, но я никогда не был сторонником теории о складывание всех яиц в одну корзину.

Если Уэссекс прибыла после моего вызова, то Райт Сиенар, узнав о том, что новый истребитель принимал лично Лорд Вейдер, сам примчался на Куат. Довольно долгое время его покровителем был Таркин, курировавший все проекты инженера. Но около полугода назад у них произошёл серьёзный скандал. Сиенар ушел, не прощаясь, и с тех пор все его предложения встречаются с сильным противодействием со стороны имперского бюрократического аппарата. Энергичный мужчина напросился на аудиенцию и, набравшись смелости, чуть ли не с порога заявил, что линейный СИД стремительно устаревает и чем скорее мы его заменим, тем лучше. Как вежливый хозяин, я предложил гостю присесть, а потом мы выпали из реальности часов на шесть.

В занимаемом мной кабинете шёл жестокий технический диспут. Участники баталии, в попытках доказать свою правоту, «рвали на себе рубашки», клялись Великой Силой и всеми богами, чертили графики и таблицы на чём придётся. Уэссекс была отличным инженером, Райт был художником, который искренне любил свои смертоносные творения. Сперва он показал проект глубокой модернизации СИД-истребителя, небезызвестный СИД-перехватчик. Увидев мою заинтересованность и знание матчасти, с удовольствием вступил в спор по поводу облика совершенно новой машины. Поначалу он осторожничал и опасался моего неудовольствия, но, постепенно распалившись, забыл про репутацию собеседника. Сложилась обстановка непринуждённого общения, которого мне так не хватало всё последнее время. Осточертело слушать неприкрытую лесть и наблюдать за трясущимися от ужаса людьми. Расставаясь, я лично проводил инженера на корабль и попросил связываться в случае возникновения любых проблем.

Торжественное отбытие главкома состоялось на следующий день. Местные чинуши с явным облегчением провожали высокое начальство. Обещали увеличить темпы сборки кораблей, повысить налоговые выплаты и т. д. Лишь бы Тёмный Лорд свалил куда подальше. Прямо сказать, визит оказался невероятно продуктивным. Напряг инженеров, принял на вооружение новый истребитель, подружился (надеюсь) с Райтом Сиенаром, к чертям выгнал несколько диванных генералов из ИКВ. Кроме того, удалось навести справки об одном очень интересном докторе-каминоанце. Он был светилом в клонировании и пересадке органов. Но доктор подождёт, пока стоит разобраться с первоочередными проблемами.

Дальнейший путь лежал на планету Префсбелт-IV. В тамошней Академии Имперского Флота преподаёт один очень интересный человек…


     Интерлюдия 1.


Корусантский Национальный Музей Военной Истории,

«Чёрная эскадрилья».


Элитная эскадрилья Имперского Флота, образованная приблизительно в 3 ДБЯ, была основана и долгое время возглавлялась лично Верховным Главнокомандующим Лордом Дартом Вейдером. Первый состав эскадрильи принимал участие практически во всех важнейших сражениях ГГВ, начиная битвами при Сагме и Бомпрейле, и заканчивая Эндорским сражением. В состав эскадрильи входили такие признанные асы как Сунтир Фел, Марек Штааль, Виллиан Дэнс и многие другие.

К 3 ДБЯ у Лорда Вейдера уже имелась небольшая эскадрилья, которая занималась его охраной и участвовала вместе с ним в боевых вылетах. Неизвестно, чем руководствовался главнокомандующий, принимая тогда решение о роспуске эскадрильи. Этим пилотам были присвоены внеочередные звания, после чего, Лорд Вейдер лично назначил их на должности командиров крупных сил Имперского Флота во Внешних Регионах. Вскоре на базе старого соединения была создана новая полноценная эскадрилья. Для этого он по всей галактике искал талантливых пилотов среди курсантов, инструкторов академий, пилотов-испытателей и даже контрабандистов (адмирал Нас Гент, известный ас, во время Юужань-вонгского вторжения командовавший знаменитой 117-й ударной эскадрой, некоторое время промышлял контрабандой запрещённых стимуляторов). Первоначально планировалось использовать эскадрилью для отработки новых методов космического боя и тестирования прототипов техники в боевой обстановке, но со временем первый состав «Чёрной эскадрильи» стал чем-то вроде личной гвардии Лорда и всю гражданскую войну сражался бок о бок с главнокомандующем.

Так о формировании эскадрильи вспоминает гранд-адмирал Фел:

«За пару дней до выпускных экзаменов нам сообщили, что на них будет присутствовать сам главком. Все всполошились, в войсках ходили легенды о крутом нраве Лорда Вейдера. Встречали командующего с размахом. Внушительный эскорт, почётный караул, торжественное построение и т. д. Он ограничился короткой речью, но все, даже прожжённые ветераны вроде Барвела, прониклись простыми словами о защите Родины и граждан Империи. Когда Вейдер говорил, казалось, что он насквозь видел каждого человека в строю. После церемонии приступили к лётным экзаменам. Я тогда летал против курсантов вместе со старшим инструктором академии, ветераном Войны Клонов, Винду Барвелом. В какой-то момент в бой на стороне кадетов ворвался новый истребитель, и у нас троих завязалась жесточайшая схватка. По комму передали, что это Лорд Вейдер изъявил желание лично поучаствовать в бою. Разумеется, даже двум опытным инструкторам не удалось долго противостоять лучшему пилоту галактики. Лучшее, чего мы смогли добиться, это пара попаданий в солнечные панели его СИД-истребителя. После боя Вейдер пожал нам руки и попросил предоставить список лучших инструкторов и наиболее перспективных курсантов со всех курсов. На следующий день в кабинете Лорда собралось три человека, включая меня. Главком предложил войти в состав новой эскадрильи под его личным командованием. Разумеется, дураков, решивших отказаться от предложения лорда Вейдера, не нашлось…»

Первый набор собрал вместе совершенно разных людей. Ветеранов Макрейвена и Гента. Инструкторов и пилотов-испытателей Фела и Луде. Восемнадцатилетних новичков, даже не окончивших Академию (Штааль, Бренн, Аниел). Их объединяли только талант и любовь к полётам. Боевое крещение разношёрстная группа прошла в ходе «Панкирской зачистки». За 17 боевых вылетов пилоты эскадрильи сбили 20 истребителей, 3 вооружённых фрахтовика и один корвет, не понеся безвозвратных потерь. Эскадрилья тогда летала на новейших СИД-перехватчиках и тяжёлых истребителях «Альфа». С тех пор именно в «Чёрную эскадрилью» поступали прототипы и первые модели новых истребителей, а пилоты, в процессе боевой эксплуатации, оценивали перспективные машины и выявляли недостатки в конструкции.

К началу гражданской войны эскадрилья базировалась на ИЗР «Опустошитель», флагмане 1-й флотилии. Первым боевым заданием эскадрильи стало участие в операции «Умеренная сила». План подразумевал уничтожение террористической ячейки повстанцев на луне Кореллии Гас Тэлон. База находилась в портовом поселении с очень плотной застройкой, что сильно осложняло действия пилотов. В ходе операции подразделения штурм-коммандос окружили склад, на котором скрывались мятежники. После отказа от сдачи звено тяжёлых истребителей эскадрильи осуществило бомбометание по наземному наведению. В результате были уничтожены более 30 боевиков и значительные запасы оружия. Благодаря умелым действиям пилотов, жертв среди мирного населения удалось избежать.

После первого боя последовали и другие. Вскоре «Чёрная эскадрилья» получила дурную славу среди мятежников. Их боялись и называли «Тенями Вейдера». А одного сообщения о появлении истребителей с чёрной звездой на фюзеляжах, хватало для деморализации духа целых полков повстанческих пилотов. Командование мятежников обещало месячный отпуск и награду в 100 тысяч любому пилоту, сбившему «Чёрного». Эскадрилья всегда участвовала в самых сложных операциях. Будь то битва при Деспайере или уничтожение «Соединения Зет». Всегда и везде пилоты «Чёрной эскадрильи» были в первых рядах имперских сил. К сожалению, их не было в составе авиагруппы первой Звезды Смерти во время «Явинского Провала». За неделю до тех событий авиапарк эскадрильи проходил плановое обслуживание, а пилоты получили отпуска. Но «Чёрные» отыгрались за явинский провал во время осады Хота, когда их усилиями был захвачен генерал Альянса, предатель Крикс Мадин.

В своём оригинальном составе, эскадрилья просуществовала вплоть до окончания ГГВ, когда лорд Вейдер передал командование полковнику Фелу. Все пилоты первого набора, пережившие гражданскую войну, со временем покинули эскадрилью, заняли высокие посты в Имперских Вооружённых Силах и продолжили службу, отличившись в последующих конфликтах. Ну, а сама эскадрилья пополнялась молодыми пилотами, которые продолжали достойно нести и преумножать славу своих предшественников. До сих пор среди имперских пилотов назначение в «Чёрную эскадрилью» считается признанием таланта и высочайшего мастерства. Только лучшие удостаиваются чести нести нашивки с чёрной звездой.

«Империя обучила вас и дала лучшие корабли. Если кто-то покажет, что моя страна зря потратила на него столько сил и времени, я найду самый вонючий и захолустный каменный шарик, где он будет служить, пока вонги не станут последователями каамасского культа толерантности и всепрощения!» (Из речи комэска Бренн перед сражением за Фондор).

Пилоты первого набора:

Дарт Вейдер, Сунтир Фел, Марек Штааль, Касан Мур, Мител Рашер, Феннир Тур, Додсон Макрейвен, Сивэ Рашон, Нас Гент, Виллиан Дэнс, Сулэрус Бренн, Эвир Деррикот, Джендон Луде, Йонус Хебсли, Алдрич Кугель, Йон Оберхаур, Раар Аниел, Джона Т. Старк.

Техника эскадрильи в разные периоды:

(3-2 ДБЯ) «TIE Interceptor»; «Ag-1 Alpha»

(2 -1 ДБЯ) «TIE ProtoType»; «Ag-1 Alpha Mk-2»; «LRF-101A Intruder»

(1 ДБЯ – 2 ПБЯ) «TIE TestType»; «Ag-1 Alpha Mk-2»; «TIE Lone Scout Mod.2»

(2-4 ПБЯ) «TIE Javelin»; «Ag-1 Alpha Mk-3»; «TIE Lone Scout Mod.3»


Глава 4.


2 ДБЯ,

Корусант,

Империал-Сити,

Дворец Императора.


– И почему я всё ещё терплю эту кучу banta poodoo прямо у себя под носом!? – устало сказал пожилой человек в чёрной мантии.

Очередная сессия Имперского Сената вымотала Владыку Ситхов. Палпатин терпеть не мог этот атавизм Старой Республики. В основном, за то, что, как и во времена Республики, это место представляло собой сборище напыщенных павлинов и совершенно бесполезную говорильню. Дельные идеи Сенат выдавал очень редко, в порядке исключения. А между тем, обстановка в государстве (в том числе и стараниями самого Императора) накалялась всё сильнее. Консолидация революционно настроенных сил или уже произошла или должна была произойти в самое ближайшее время. Гром мятежа грянет очень скоро. И это ощущение щекотало нервы, ведь, когда всё начнётся, Сидиусу останется только надеяться, что выступления не примут совсем уж массовый характер. Как показывал опыт, тоталитарные режимы уничтожаются не партизанской войной, а выступлением общественных групп вместе с разочарованием в идеалах широких масс населения.

Ещё беспокойства прибавляло поведение Вейдера. Около года назад ученик сильно изменился, и это изменение совпало с мощными возмущениями в Силе. После памятного совета, на котором лорд ситхов был неестественно взвинчен, он спешно отбыл из дворца и с тех по, скакал по всей галактике, общаясь с Сидиусом только по голосвязи. В нём как будто, вновь проснулся тот непосредственный, энергичный юноша. Донесения ИСБ не успевали дойти до дворца, а лорд уже был в другом месте. На Куате он беседует с ведущими инженерами о будущем флота и армии. Через неделю – принимает экзамены у курсантов и формирует новую эскадрилью под личным командованием. Которая уже в следующем месяце гоняет пиратские кланы во Внешнем Кольце. Недавно Арманд жаловался, что Вейдер сдёрнул его дочь с оперативной работы и направил в вотчину Заарина с какими-то мутными приказами.

Подобное поведение ученика радовало и настораживало одновременно. Радовало оно тем, что именно энергия и предприимчивость молодого Скайуокера много лет назад привлекла внимание Сидиуса. Конечно, Вейдер вовсе не был таким уж бесчувственным, каким сам хотел казаться. Палпатин не стал бы Императором, если бы плохо разбирался в людях. Его не обманули напускные холодность и безразличие. В конце концов, почему ученик год за годом упорно лез в самое пекло, когда с его-то должностью давно пора занять удобное кресло в штабе и спокойно руководить оттуда? Огонь, горевший в душе молодого Скайуокера, погас вместе со смертью его возлюбленной (сарлакк бы побрал эту гиперактивную поборницу справедливости!). Долгие годы ученика мучили сомнения и сожаления. Всё, кроме битв, совершалось как бы по инерции, без былого огня. И Император понимал, что однажды это приведёт того к гибели. Но вот, внезапно, тлеющие угли вновь превращаются в пламя. Он помнил, как, на собрании привычно прощупал эмоции Вейдера и чуть не «оглох». Чистая, незамутнённая ненависть к Таркину. Глубокое отвращение от вида фоллинца. Неподдельный интерес к прятавшемуся в нише телохранителя, чиссу. Палпатин обрадовался, что ученик внял его советам и вновь почувствовал вкус к жизни.

С другой стороны, такое внезапное изменение настораживало само по себе. С чего вдруг человек сбросил бремя переживаний, которое нёс долгие годы? Сидиус привык всё знать и всё контролировать. Там, где не было возможностей для прямого контроля, мог ограничиться наблюдением. А в этой ситуации у него не было ни того ни другого. Какое-то ЗНАЧИТЕЛЬНОЕ событие позволило Вейдеру вырваться из плена вялотекущей апатии. Нечто очень важное, наверняка связанное с тем памятным возмущением в Силе. Но что именно? Обновлённый лорд, безусловно, нравился Императору, в таком состоянии он принесёт гораздо больше пользы ему и его Империи. Однако ситх вовсе не собирался оставлять без внимания тот факт, что что-то могло так сильно повлиять на его «правую руку» без ведома самого Сидиуса. Вейдер упрям и, если изначально решил держать что-то в секрете, переубедить его сможет только прямой приказ. Слишком грубо и прямолинейно, по меркам Палпатина. При наличии иных вариантов мастер интриг всегда предпочитал тонкие пути и изящные решения. А раз эта информация не имеет критического значения, то можно поиграть с учеником. Ему нужен был человек, способный пробиться под броню Вейдера. Тот, кому он откроется. Тот, кто будет жить своей ролью. И подобная личность у него есть. Она, даже не осознавая этого, сможет сыграть на ностальгии и чувстве вины младшего лорда. Несмотря на бурлящую в ученике мощь Тёмной Стороны, он так и не смог избавиться от глуповатой наивности, веры в честь и прочую ерунду.

– Ха-ха, встань среди пепла погибших Владык и спроси у их теней – важна ли честь? – тихо рассмеялся Сидиус.

Решено! Ученику пойдёт на пользу подобный урок, да и девочку надо бы поднатаскать перед выпуском в "глубокую воду". Привычно окунувшись в течения Великой Силы, Сидиус быстро нашёл, сверкающий всеми оттенками жизни, молодой разум.

– Мара. Для тебя есть задание, – мысленно произнёс ситх и уселся в удобное кресло.

Пока девочка добирается до кабинета, можно спланировать речь перед сенатом, которую непременно придётся произносить, когда восстание активно заявит о себе. Фигуры расставлены, кукловоды на местах. Непревзойдённый мастер интриг и политики, сильнейший форсьюзер галактики Шив Палпатин улыбался. В воздухе вновь, как и двадцать лет назад, витал запах Большой Игры…


Директива.

Кому: всем секторальным командующим.

От кого: Верховный Главнокомандующий Лорд Вейдер.

Тема: Вербовка на имперскую службу.

Дата сообщения: 17 год Имперской Эры, или год 33:3-34:2 от Великой Ресинхронизации.

В связи с тяжёлой политической обстановкой и участившимися выступлениями экстремистов, в рядах личного состава некоторых военных частей наблюдаются серьёзное падение морального духа и случаи дезертирства. Мы более не можем позволить мятежникам и сочувствующим им личностям проникать в ряды имперских вооруженных сил, подрывать моральный дух войск своей пропагандой и тем вынуждать солдат переходить на сторону противника. Вы должны убедиться, что вербовка и процесс обучения приведены в соответствие со следующими директивами.

Новобранцы для любого рода войск должны иметь высокий уровень лояльности к Империи. В свете последних случаев дезертирства мы больше не можем полагаться на солдат или офицеров, лояльность которых сомнительна.

По этой причине вам необходимо прекратить вербовать личный состав с планет, подвергнутых имперской бомбардировке или планетарному вторжению за последние пять стандартных лет. Миров, которые имеют историю либеральных социально-политических идей, также следует избегать, поскольку эти миры, как известно, являются рассадниками Восстания.

Вербовку следует проводить на планетах, известных лояльным отношением к нашему Императору. Планеты, находящиеся в центре Империи (Ядро, Внутреннее Кольцо и Колонии), продолжают обеспечивать наши вооруженные силы наиболее преданными и способными новобранцами. Выходцы из этих миров будут по-прежнему составлять большинство нашего офицерского корпуса.

Следующие приоритетное направление для поиска новобранцев – миры, граничащие с центральными регионами (Регион Экспансии и Среднее Кольцо). Здесь службу Империи можно представить в виде романтичного и захватывающего приключения. Вербовщики должны рассказывать обывателям о ярких карьерных перспективах военной службы.

Особое внимание будет по-прежнему уделяться тем преимуществам, которые дает военная служба: путешествия и приключения, возможность повидать галактику, обучение ценным навыкам, возможности продвижения по службе и уважение, которые офицер или солдат будет неизменно ощущать от рядовых граждан Империи.

Третья допустимая область для вербовки новичков – пограничные миры Внешнего Кольца. Перед началом вербовки в имперскую армию морально-психологический настрой местного населения должен быть тщательно изучен, так как известно, что некоторая часть тамошнего населения симпатизирует мятежникам. Но даже несмотря на данное обстоятельство, нельзя игнорировать эти планеты.

Примитивные миры также могут рассматриваться как потенциальный объект для вербовки новобранцев. Из уроженцев слаборазвитых миров получаются отличные штурмовые подразделения имперской армии. Отсутствие у них технических знаний с лихвой компенсируется их хорошей обучаемостью. Но помните, что эти солдаты являются расходным материалом. Это обстоятельство должно учитываться вами.

Для того, чтобы гарантировать, что только лучшие кадры вербуются в имперскую армию и флот, вы должны проводить строгий отбор. Необходимость найти больше новобранцев не является веской причиной для снижения качества вербуемых. Рекруты должны быть в хорошей физической форме, смелые, лояльные и умные. Последняя черта не обязательна при вербовке новобранцев в армию, но необходимо для флота.

Первичный отбор новобранцев следует доверить сотрудникам имперского комиссариата. Проверка каждого новобранца должна включать анализ его семейной жизни и школьных оценок. Сотрудники комиссариата также должны выяснить, почему новобранец желает присоединиться к имперским вооруженным силам, и хотят ли новобранцы подать заявление для поступления на офицерские курсы. Обязательно обучайте персонал выявлять любое проявление активности мятежников и неизменно напоминайте о необходимости докладывать об этом. Осуществляйте проверку семей новобранцев на предмет симпатий к повстанцам. Кандидаты не соответствующие озвученным базовым требованиям должны быть отвергнуты. Тем не менее, подозреваемых в шпионаже в пользу повстанцев следует пытаться завербовать в ИСБ.

Кандидаты, прошедшие первоначальную проверку (в том числе – вероятные лазутчики повстанцев), должны быть переправлены в учебные центры, где необходимо провести полный медицинский осмотр новобранцев, оценив их физические и умственные способности.

После этого необходимо определить, к каким родам войск желают присоединиться новобранцы и к чему они имеют склонности. Но если проведенные после опроса тесты показывают, что новобранец сможет лучше проявить себя в другой сфере, он немедленно должен быть переправлен в соответствующий учебный центр или отказаться от службы в вооруженных силах. Если новобранец не выказывает больших умственных способностей, он должен быть отправлен в пехоту. И, напротив, если новобранец обладает высоким уровнем интеллекта, лучшим вариантом для него будет служба во флоте.

Подразделения штурмовиков будут продолжать формироваться прежним способом. Следовательно, процесс вербовки в штурмовой корпус находится вне пределов вашей юрисдикции. Тем не менее, Империя всегда ищет талантливых и инициативных людей. Личные дела новобранцев, проявивших эти качества, должны быть отправлены местному имперскому командованию.

Воспитательная часть. Еще на этапе вербовки лояльность наших новобранцев должна быть высокой, а начальное военное обучение должно способствовать дальнейшему увеличению этой лояльности. Необходимо подчеркивать анархические взгляды Альянса Повстанцев, игнорирование ими закона и порядка. Напоминайте, что именно Империя является единственной силой в галактике, которая активно способствует установлению стабильности и мира. Каждый солдат должен знать то, что они ведут благородный крестовый поход против сил хаоса. После окончания базового курса подготовки каждый солдат должен быть готов отдать жизнь за Империю. Следует также подчеркнуть огромный размер и мощь имперской военной машины, добавив, что каждый новобранец играет в этой машине важную роль.


Начало войны, застало меня на Кореллии. «Декларация Альянса» произвела в голонете эффект разорвавшийся бомбы. Под шумок, опережая события на несколько лет, представил генеральному штабу новые правила отбора новобранцев. Возможно, удастся хоть чуть-чуть снизить количество повстанческих агентов в рядах имперских войск. Между тем, борцы за свободу со всех планет соединялись под единым знаменем. Недовольные «Новым Порядком» увидели свой шанс. Кое-где даже случились демонстрации, плавно перетёкшие в погромы. И, практически сразу, вместо террористической войны, развернулась война настоящая… Которая закончилась через два месяца с гибелью большинства крупных кораблей Альянса. Флоты «Дредноутов», «Предусмотрительных», «Бунтарей» и прочего летающего хлама, не могли на равных противостоять машине имперского флота. Я, в основном, занимался стратегически планированием и даже не успел принять участие ни в одном сражении. К моему прибытию на ТВД, ИЗР уже превращали наследие клонических войн в швейцарский сыр. Конечно, были и потери, пропаганда Альянса на каждом углу кричала о громких победах. На практике, это были случаи некомпетентности командного состава, моменты, когда имперские корабли оказывались в значительном меньшинстве, или пресловутая повстанческая удача.

Месяц назад мятежники, наконец-то, перешли к тактике партизанской войны и каноничному «Ударил – убежал». Рейдерские группы внезапно появлялись в разных районах, атакуя конвои, склады и слабозащищённые базы. Видимо, в военном командовании Альянса появился думающий человек, ну, или они просто потеряли большую часть крупных кораблей. На поприще партизанской войны успехи мятежников выглядели уже посолидней, но булавочными уколами Империю не опрокинуть. Восстанию срочно требовалось показать, что они действительно являются силой, способной противостоять Палпатину. И они бросили все усилия на работу в регионах, где исторически не жаловали Императора.

Сейчас Первая эскадра находилась в районе Чалакты и Биммисаари. На протяжении нескольких недель здесь действовало крупное соединение мятежников. Поразительно, но до моего прибытия проблемой повстанцев вообще никто не занимался. Генерал-губернатор Кашийика, на котором находилась крупнейшая имперская база во всём регионе, отчаянно боялся за свою шкуру и смылся в «рабочую поездку», оставив всё на адмирала Дорода. А Ул Дород, служивший ещё в республиканском «Корпусе Юстиции», на склоне карьеры стал крайне нерешительным и осторожным. Как и губернатор, до дрожи боясь мятежей вуки, Дород запретил крупным кораблям покидать орбиту планеты. Разумеется, в таких тепличных условиях мятежники достигли впечатляющих успехов. На Биммисаари массированным налётом авиации была сбита орбитальная станция. Гарнизон на поверхности удержался, но тамошний «Че Гевара» поднял народ на борьбу с «проклятыми оккупантами», и имперским силам приходилось вести ожесточённые бои, пытаясь вернуть контроль над столицей. В условиях, когда мятежники регулярно кошмарили коммуникации сектора, крайне осложняя подвоз снаряжения и боеприпасов, оставалось лишь констатировать печальный факт – полный контроль над планетой вернётся нескоро. К счастью, закрепить успех на Чалакте Альянсу не удалось. Базировавшиеся там лёгкие силы флота отстояли орбиту, а расшевелить народные массы не удалось. Однако, в ходе нескольких налётов на столицу, «Y-крылые» полностью разрушили здания администрации, космопорт и армейские топливные склады. Ущерб инфраструктуре был огромен. Учитывая вышеперечисленные "успехи", неудивительно, что командование сектором встречало меня с абсолютно бледными лицами, видимо заранее попрощавшись с жизнью. Импотенция местных военачальников просто поражала. У Дорода было ДВЕНАДЦАТЬ разрушителей!!! Но маразматик упорно держал их на орбите, опасаясь, что его выманивают с Кашийика. А ведь совсем недалеко находились неподконтрольная Империи родина викуэев, чуть ли не в открытую поддерживающая Альянс, и Пространство Хаттов, где можно было спрятать целый флот. Повстанцы вгрызлись в предоставленный шанс с упорством питбуля.

Прибыв на место, я первым делом отправил в отставку Дорода, его заместителя, а также выдал распоряжение об аресте бывшего генерал-губернатора Оззика Штурна. Затем направил помощь гарнизону Биммисаари и обеспечил должную охрану околопланетного пространства. Буквально на следующий день, коммодор Варра доложила об обнаружении повстанческого авианосца. К несчастью, заметив корабли Империи, рейдер быстро отступил. Варра предполагала, что корабль ушёл серией прыжков, путая следы. Оперативные отряды день и ночь прочёсывали космос в поисках малейших намёков на местонахождение рейдера Альянса. Пока – безрезультатно. Немцы за всю войну так и не смогли выловить партизан в белорусских лесах, мне же требовалось найти один корабль в миллионах кубопарсеках пустоты. Неделя активного поиска дала близкий к нулю результат. Всего пару раз истребители натыкались на маневренные группы Z-95 и «скелетов». Мало того, так ещё ублюдочный рейдер продолжал перехватывать беззащитные конвои и упорно игнорировал наживки. Складывалось ощущение, что в штабе сидит крот. Местный безопасник после профилактического силового захвата землю носом рыл, к сожалению – безрезультатно. Конечно, я мог со спокойной совестью покинуть это захолустье. Не дело целому главкому гоняться за одним кораблём. Вот только, не войдёт ли в привычку такое снобистское отношение? До сих пор все начинания давались мне легко. В войска плотным потоком, поступают новейшие СИД-перехватчики и «Альфы». Дан приоритет в развитии лёгких шагоходов и танков на репульсорно-гусеничном шасси. Неблагонадёжные моффы и адмиралы под плотным колпаком ИСБ. В бою тыл прикрывают лучшие пилоты. И вот галактика преподносит мне первое испытание, а я позорно отступаю? Ну уж нет, перерою весь сектор, но найду этот проклятый корабль и дам в морду его капитану.

Поток мыслей прервал вызов комлинка.

– Милорд, боюсь, истребители Старк и Луде так и не удалось починить. Не хватает запчастей, – доложил Фел, когда его голограмма появилась над рабочим столом.

А вот и ещё один источник проблем…

– А, ну их к хатту, – устало махнул рукой я. – Пусть пересаживаются на «сто первые» и идут в свободный поиск вместе со звеном Макрейвена. Остальным красную готовность. Вылет через двадцать минут.

Фел отсалютовал и отключился. Мне же оставалось только посетовать на собственную самоуверенность. Четыре месяца назад, за два дня до начала Восстания, «Чёрная эскадрилья» получила новейшие истребители. У них даже названия не было, только заводское обозначение – "СИД-прототип". Мощный двигатель, гипердрайв, щит, четыре лазерные пушки и две торпедные ПУ. Теоретические расчёты и заводские испытания показали, что истребитель почти в полтора раза быстрее перехватчика, при сохранении его маневренности. Недолго думая, я потребовал у Сиенара первую партию для своих ребят. Райт честно предупреждал, что конструкция не отработана. Что полный цикл испытаний на надёжность ещё не завершён. Что, в конце концов, в случае форс-мажора, у меня даже самых банальных запчастей не будет. Но нет! Страна требует новый истребитель, мать твою! В значительной степени, на принятие столь опрометчивого решения повлиял ещё один фактор – моя гордыня. Серийные СИД-перехватчики начали поступать в войска незадолго до восстания, и «Чёрные» потеряли привилегию обладателей лучших истребителей. Сей факт меня несколько огорчал и, понадеявшись на Силу, я предложил ребятам опробовать машину.

За этим решением не замедлили последовать неприятности. Мало того, что с началом восстания переучивать пилотов пришлось чуть ли не в боевых условиях, так ещё выяснилась куча проблем с самой машиной. Нет, в принципе, сложности ожидались изначально, истребитель-то совсем новый. Однако, пока мы отрабатывали манёвры в пространстве Кореллии, мелкие отказы устранялись механиками на раз-два. Истребитель, в целом, понравился и мне и пилотам, решили брать. Глубины задницы, в которую я загнал эскадрилью, проявились, когда флотилия отбыла во Внешнее Кольцо. В первом же столкновении, после попадания в солнечную панель, у истребителя Луде заклинил один из маневровых двигателей. Домой он вернулся своим ходом, но для дальнейших боёв его машина стала непригодна. В той же стычке выявилось, что прекрасные, на бумаге, скорость и маневренность «прототипа» недостижимы в боевых условиях. Потребление энергии дефлектором и орудиями превышает расчётное значение, не позволяя силовой установке выйти на нужный режим. Кстати об орудиях: на «прототип» устанавливаются модернизированные пушки от перехватчика. Мощные, но очень капризные и требовательные к качеству обслуживания. Проходя мимо работающих в две смены механиков, постоянно ловил отголоски, направленных в мою сторону, крайне недобрых мыслей. Когда же второй бой лишил меня ещё одного пилота, несколько ящиков в ангаре непроизвольно смялись. Казалось, «хромой джава», как окрестил машину Макрейвен, целенаправленно гадит пилотам в самые ответственные моменты. Нет, ничего трагичного не произошло, опытный инструктор Джона Старк вернулась на корабль невредимой. Но её машина тоже выбыла – на одном из двигателей полетел стабилизатор ионного потока. Я бы уже давно приказал пересесть обратно на перехватчики. Но, чтобы вместить на стойках ангара гораздо более массивные «Прототипы», старые машины пришлось выгрузить. На «Опустошителе» просто не было запасных истребителей! Отбирать у авиагрупп других кораблей? Для пилотов это станет сильнейшим оскорблением, а в местные гарнизоны новая машина ещё не успела поступить. Так что со дня на день я ждал большой конвой с проверенными перехватчиками, грузом запчастей для «Прототипа» и несколькими сиенарскими инженерами. А пока пилотам и техникам придётся обходиться наличными средствами.

В ангаре царило привычное оживление. Персонал загружал боеприпасы, проводил финальные проверки. «Альфы» Макрейвена парами уходили на взлёт. Он должен проверить несколько необитаемых систем, потенциально подходящих под убежище рейдера. Остальная эскадрилья будет лететь следом с разницей минут в десять, на случай нападения мятежников. Одиночное звено – довольно лакомая цель.

– Эй! Не знал, что тебе пухленькие нравятся! – пошутил кто-то над совершенно несчастным Луде.

Тот ответил весельчаку известным жестом и пару раз вздохнул, бросив взгляд на полуразобранный истребитель. После чего направился в сторону «Интрудера». Очень нехорошо, что выбыли два опытных пилота и придётся ломать хорошо слётанные пары. За прошедший год молодёжь, конечно, поднабралась знаний и заматерела. Но кто удержит горячие головы от необдуманного геройства?

– Рашон – идёшь моим ведомым, Аниел с Деррикотом, – гаркнул я. Сивэ умная девочка, но иногда слишком увлекается и нужен кто-то, способный её одёрнуть. Аниел же, отличающийся очень осторожной манерой пилотирования, составит великолепную пару со стабильным, опытным Деррикотом.

Молодые пилоты козырнули и побежали занимать кокпиты истребителей. Старшее поколение никуда не торопилось, ведь до вылета целых пять минут.

Когда, компьютер, наконец, прогнал предстартовую диагностику, я переключился на частоту эскадрильи:

– Всем внимание, здесь Чёрный-Лидер. Доложить о готовности.

– Чёрный-Два готов, Чёрный-Три готов, Чёрный-Четыре… – посыпалось в эфире.

– Слушаем внимательно, – продолжил я после переклички. – Идём тихо и аккуратно. Радиомолчание, никаких активных сенсоров. Ждём сигнала от живца.

– Как-будто, есть надежда, что эти крысы всё-таки вылезут, – скептически заметил Оберхаур.

– Отставить праздные разговоры и обмен мнениями. Сосредоточьтесь на выполнении задачи. – Я позволил прорваться накопившемуся раздражению.

– Чёрный-Лидер, вылет разрешаю, – сообщили с мостика.

Уже привычными движениями вывел корабль из ангара и ввёл в компьютер координаты для прыжка. Шестое чувство подсказывало, что что-то должно произойти в самое ближайшее время.


Мара просматривала информацию по Дарту Вейдеру. Её всё не покидало чувство, что Император отослал её с какой-то конкретной целью, а не просто завершать обучение. Или ей просто хотелось, чтобы у императора БЫЛА такая причина. В любом случае, пока Разрушитель типа «Победа II» вёз её к месту дислокации эскадры Вейдера, она снова и снова пыталась разузнать что-нибудь о протеже своего Мастера. Хотя, даже с её допуском, информации было крайне мало. Вейдер просто появился из ниоткуда во время подавления мятежа джедаев. Появился – и сразу занял место правой руки Мастера. А Император не был склонен разбрасываться своим доверием. Джейд уже давно предполагала, что Вейдер либо сам состоял в Ордене, либо долгое время скрывался среди джедаев по приказу Мастера. Когда погас свет, она как раз пыталась, сопоставляя скудные факты, выяснить джедайскую личину Вейдера.

Это было странно. На военных кораблях свет просто так не гаснет. Закрепив на поясе кобуру и меч, Рука Императора вышла в коридор. Джейд разместили в одном из кубриков, где по штатному расписанию должны были жить пилоты. Но сейчас, когда корабль использовался для перевозки запасных истребителей и запчастей, каюты пустовали. Первым делом, девушка пошла в ангар, желая найти кого-нибудь из экипажа и узнать ситуацию. Мара всё ещё двигалась по коридору, когда корабль начал сотрясаться. По ним стреляли! Затем, она почувствовала лёгкий толчок, который случается во время перехода на сверхсвет. Желание узнать ситуацию увеличилось и она побежала.

Её планы прервали два вооружённых бойца…

– Стоять! – рявкнул вышедший из-за поворота солдат, поднимая бластер.

Не сбавляя скорости, Джейд взмахнула рукой, призывая Силу. Противники лишь пошатнулись, но Маре этого хватило. Бластер плюнул огнём и на полу перед девушкой остались лежать два тела. Она впервые убивала разумных существ, но не было никаких угрызений совести. Только холодный расчёт профессионала. Быстро осмотрев того, кто выглядел старше, Джейд забрала его комлинк и пошла дальше, уже соблюдая все меры предосторожности.

Итак, корабль захвачен. Как это случилось – неясно. Но, судя по всему, захват был молниеносным, что говорит о высоком профессионализме бойцов. Первым делом, ей необходимо спрятаться и дождаться выхода из гиперпространства. Учитывая, что её нет в списках пассажиров и экипажа, это будет довольно просто. Затем следует пробраться на один из постов связи, и оповестить Империю о местоположении судна. В идеале, стоило бы сначала вывести из строя гипердрайв, чтобы полностью исключить возможность побега мятежников с передовыми имперскими разработками. Кроме того, она в любой момент может связаться с Мастером, но если беспокоить его по таким пустякам, Император может решить, что зря вложил в неё столько сил и времени. В конце концов, именно к подобным нестандартным ситуациям и готовили Руку Императора…

Когда освещение частично восстановилось, Рука Императора уже бежала по направлению к техническому тоннелю, который вёл прямиком в машинное отделение.


– Что-о?! Что значит, корабль захвачен?! Как, мать вашу, вы умудрились просрать корабль на рейде собственной базы!!!

– Милорд… – офицер на экране нервно теребил воротник мундира. – «Коса» вышла из гиперпространства, и встала в ожидании обновления информации по местоположению вашей эскадры. Затем с поверхности поднялся челнок, на нём якобы было оборудование и персонал для Первой эскадры. Я лично проверял, они предоставили верные коды!

– Шаттл сел в ангаре «Косы», дальше?

– Через десять минут после посадки с «Косы» подали автоматический сигнал SOS, который практически сразу прервался. В ответ на запрос диспетчеров, с корабля сообщили, что был кратковременный сбой энергоустановки, и в реакторе образовалась течь. От нашей помощи они отказались, подтвердив, что способны справится с утечкой своими силами.

– И что же вы предприняли? – хотелось одновременно и смеяться и плакать.

– Э-э… ничего, милорд. Диспетчеры действовали по уставу. Раз с корабля сообщили, что справятся с неполадкой сами, у нас не было причин беспокоиться.

Давно бы сделал фэйспалм, да только маска сильно мешала. Ну почему? Почему я раньше не обратил внимания на этот идиотский пункт устава? Вспомнились известные «100 вещей, которые я сделаю, когда стану Злым Властелином». Один из пунктов прямо гласил: «Неважно, сколько недостатков есть в системе; охранникам будет дана инструкция рассматривать любую поломку камеры слежения как чрезвычайную ситуацию». Нет, серьёзно, это же одна из классических ошибок злодея.

– Так когда вы поняли, что с кораблём не всё в порядке? – раздражённо продолжил я.

– Спустя двадцать минут, после посадки челнока, милорд. На связь вышел один из пассажиров и сообщил, что на корабль проникла группа неизвестных. И прямо сейчас они ведут бои с экипажем. Контр-адмирал Тальвири приказал открыть огонь из ионных пушек и готовить абордажные отряды, но судно практически сразу ушло в гиперпространство.

– Вектор прыжка на мой флагман! Поднять все имперские силы в радиусе десяти световых лет! НАЙТИ КОРАБЛЬ! Или я вам всем гарантирую пожизненный пятизвёздочный отдых на Кесселе!!!

Отключившись, я устало взглянул в иллюминаторы мостика «Опустошителя». Бедного связиста, конечно, зря чуть до инфаркта не довёл. Технически, они действительно действовали по уставу. Да и сам парень ни в чём не виноват. Но когда тебя выдёргивают из истребителя сообщением о чрезвычайной ситуации, а потом докладывают ТАКОЕ

– Милорд, пришли координаты вектора прыжка, – тихо сообщил оператор связи.

– Значит так. Хорошенько их изучите. Дайте список наиболее вероятных точек выхода. Как только определитесь, сразу отправляйте туда корабли. Надо перехватить мятежников до того, как они смогут замести следы. Всем работать!

Навигаторы засели за картами, а я, тем временем, отдал приказ об отзыве всех разведчиков. Хатт с ним, с рейдером, как мне потом за потерю передовых разработок перед Императором отчитываться?

– Милорд, мы определили двенадцать наиболее вероятных координат выхода, – доложил командир навигационной части. Я же бегло осмотрел предложенные варианты.

– Передайте это всем соединениям в районе. Пусть ведут поиски по этим координатам. Мы же отправимся… – я на секунду задумался, прислушиваясь к ощущениям. – Сюда!

Что-то заставило меня ткнуть пальцем в последнюю на тонкой линии точку…


Когда корабль вернулся в обычный космос, Мара выбралась из своего убежища и направилась в сторону отсека с гипердрайвом. Мятежники заминировали главные технические шахты, но миниатюрная девушка смогла протиснуться в машинное отделение по одному из предназначенных для дроидов коридоров. К счастью, и без того немногочисленный противник понёс значительные потери в ходе захвата корабля, поэтому внутри дежурил всего один часовой. Аккуратно убрав его и проникнув в святая святых, Джейд привела в негодность мотиваторы основного и резервного гипердрайвов. После чего поспешила убраться из отсека. Теперь предстояло выйти на связь с имперскими силами. До момента, когда повстанцы узнали о пропаже одного из передатчиков и сменили кодированную частоту, удалось выяснить, что выживших членов экипажа сгоняют в главный ангар. Значит, большая часть спецназовцев находится именно там. Мостик и резервная рубка тоже охраняются, а остальные посты, откуда можно воспользоваться межзвёздной связью, наверняка отключены. То есть, у неё всего два варианта. Припомнив планировку палуб, девушка решила идти на мостик. Больше пространства для манёвра и путей отхода. Кроме того, нападение на мостик менее ожидаемо, с тактической точки зрения. Игнорируя турболифты и главные коридоры, Рука Императора довольно долго добиралась до командной палубы.

Первый «звоночек», прозвучал, когда на посту перед лифтом не обнаружилось часовых. С чего это противник проигнорировал столь удобное для размещения караула место? Когда, почти вжимаясь в стены, Джейд добралась до входа на мостик, не встретив по пути вообще никого, интуиция просто выла об опасности. Мара припомнила, что там говорилось насчёт тактики штурмовых подразделений. Проверила, хорошо ли сидят кобура с запасным пистолетом и вибронож. Затем достала трофейную шоковую гранату и нажала кнопку открытия двери.

Ра-аз, граната летит в образовавшуюся щель. Два, прижаться к углу, отсчитать три секунды. Три, вломиться внутрь и сразу уйти в сторону перекатом.

– Я ждал кого-то повыше ростом, – прозвучал искажённый вокабулятором голос.

В дальнем конце мостика стояла, защищённая узнаваемой бронёй, фигура. В момент стали понятны и быстрый захват судна и отсутствие охраны мостика. Мара метнулась за одну из консолей, отчаянно надеясь, что противник не решится применить тяжёлое вооружение в замкнутом пространстве.

– Это работа с самого начала была слишком скучной. С украденными кодами попасть на борт не составило труда. А дальше… Даже двенадцатилетний мандалорец даст фору сброду, который мятежники выдают за элитный спецназ, – Мара представила, как губы под Т-образным визором расплываются в презрительной усмешке. – Но их всё же хватило, чтобы захватить корабль с неполным экипажем. Скука смертная… И тут я узнаю, о диверсии в машинном отделении… Ты, наверное, хотела отослать сигнал с нашими координатами? Спешу огорчить – я отключил системы связи после разговора с нанимателями.

Выглянув из-за консоли, девушка увидела, что противник не стоял на месте во время монолога. Наёмник постоянно перемещался, как бы случайно оказываясь рядом с возможными укрытиями.

– Короче говоря, я не знаю, кто ты такая, но готов предоставить возможность умереть с честь…

Джейд не стала дожидаться окончания фразы. Вместо этого, она выскочила из-за укрытия и, стреляя с двух рук, прыгнула в левую яму управления. Мандалорец, с лёгкостью увернувшийся от неприцельных выстрелов, послал в ответ очередь из своего карабина. Теперь наёмник думает, что она загнала себя в ловушку. Ведь в тесной командной яме он сможет навязать рукопашный бой и реализовать преимущество в силе. Во всяком случае, она надеялась на это.

Девушка выжидала, как никогда ярко ощущая движения своего врага в Силе. Ближе, ещё ближе… Когда мандалорец оказался на расстоянии метра, Мара прыгнула. Красивое сальто, с одновременной активацией светового меча. Наставник в школе инквизиторов за такой приём точно бы отправил её в наряд по уборной. Но у наёмника не было меча…

Он почти успел. Почти повернулся, и почти навёл на неё левую руку со встроенным в броню огнемётом. Фиолетовый клинок пронзил грудь сына Мандалора, а из-под шлема раздался удивлённый хрип:

– Jetii?


В который раз убеждаюсь, что Сила – это страшная сила. Казалось бы, просто ткнул в первую попавшуюся точку. И вот она – «Коса», всего в 350 километрах от «Опустошителя». Похоже, мы нагрянули как раз ко времени встречи. Возле угнанного разрушителя кучковались два фрегата МС30, авианесущий крейсер «Огонь Квазара» и лёгкий крейсер МС40. Вот значит, из кого состояла рейдерская группа.

Похоже, наше появление очень удивило бунтовщиков. «Опустошителю» дали подойти на пять тысяч, до того, как с вражеских кораблей начали поднимать истребители. В принципе, в худшем случае, нам бы пришлось ожидать атаки семидесяти двух МЛА противника, что почти равно авиагруппе Разрушителя. Но, даже если не учитывать лучшую выучку имперских пилотов и отличное состояние матчасти, повстанцы всё равно сильно проигрывали в огневой мощи. ИЗР им противопоставить нечего.

– Выпускайте бомбардировщики. Капитан, ваша цель – их флагман! Этот хаттов корабль попортил нам достаточно нервов. Белая эскадрилья в резерве, Чёрные прикрывают бомберы.

Этот бой я решил провести на командном посту «Опустошителя». Очень не хотелось упускать крупные корабли. Наблюдать, как двенадцать бомбардировщиков вышли на перехват стремительно удирающих кораблей повстанцев… Мм, это просто нечто. Вот двенадцать машин слаженно ложатся на боевой курс, смыкают строй. Истребители прикрытия выходят чуть вперёд, встречая жиденькое сопротивление Альянса и связывая его боем. На подлёте бомберы рассредоточиваются, усложняя работу комендорам крейсера. И… Сброс! Противник теряет ход, отстаёт от основной группы. Остальные корабли мятежников и не думают останавливаться, ведь следом за бомбардировщиками и истребителями на полном ходу летит «Опустошитель».

– Милорд, он в зоне поражения, – докладывает старпом.

– Огонь из ионных пушек. Не сбавляем скорость, преследуем остальных. Торпедами по лидеру, как только выйдем на дистанцию удара. Белые, проверьте, чтобы из ангаров крейсера больше ничего не взлетало.

Уйти удалось только фрегатам. Хрупкий авианосец разломился после попадания торпеды в центральную часть. Капитан крейсера отказался сдаваться, что очень обрадовало ребят из 501-го легиона, уже пару месяцев скучавших без дела. Абордаж длился недолго. Вскоре мне пришлось придумывать, куда деть почти две тысячи пленных. С угнанным Разрушителем тоже не возникло проблем. Оставшиеся на нём мятежники попытались торговаться. Требовали корабль и возможность безопасного бегства взамен жизней экипажа. Штурмовики проникли на корабль и просто пустили усыпляющий газ в ангар, где засели спецназовцы Альянса.

Довольный собой, я шел на мостик, по коридорам отбитого корабля. По словам одного из мятежников, там забаррикадировался наёмник-мандалорец, которого наняли для командования операцией. Вот только на мостике ожидал сюрприз иного рода. На одной из консолей сидела рыжая девчонка лет пятнадцати и задумчиво вертела рукоять светового меча. При виде меня девушка встала, слегка поклонилась и выдала:

– Приветствую, Лорд Вейдер. Император просит, чтобы вы нашли немного времени и завершили моё обучение путям Силы. – Мара Джейд испытующе взглянула мне прямо в глаза.

Приехали…


      Интерлюдия 2.


2 ДБЯ,

Алдераан.


Старинный особняк притаился посреди лесистых холмов. Хотя, скорее, это был небольшой дворец. Каменная конструкция удивительным образом сочетала в себе лёгкость и основательность. Красоту, вышедшую из-под руки древнего мастера, не смогли испортить даже многочисленные антенны, генераторы дефлекторных полей, большая посадочная площадка и прочие элементы современного быта. Во дворе был обустроен сад, за которым довольно давно никто не ухаживал, и это придавало ему некий шарм нетронутой природы. По садовой аллее неспешно прогуливалась пара человек. Представительный мужчина со спокойным уверенным взглядом вёл под руку величественную женщину в белых одеждах.

– Твоя загородная резиденция – просто чудо. Почему ты меня раньше сюда не приглашал?

– Я сам не бывал здесь уже лет десять. Приехал всего неделю назад. Это особое место для моей семьи. Дом Органа владеет поместьем уже более трёх тысяч лет. Оно было построено, как тайное убежище во время войны с Империей Ситхов.

– Что ж, похоже, сейчас мы вновь используем дом по назначению. Но мне не терпится сообщить потрясающую новость. Наконец удалось выйти на прямой диалог с руководством «Инкома». Они, разумеется, юлят и изворачиваются, но думаю, не откажутся продать некоторые не востребованные имперцами разработки. Тот, сорванный год назад контракт, сильно ударил по их бюджету.

– И сколько они затребовали?

– О цене пока, говорить рано. Понятно, что полный пакет технической документации и описание производственного цикла будет стоить недёшево, да и несколько готовых образцов прихватить не помешает.

– Ты ведь понимаешь, что сейчас мы ограничены в ресурсах?

– Бейл! Я, может, и женщина, но в финансах и политике разбираюсь ничуть не хуже тебя!

– Ладно-ладно… Кстати, говорят, ты летала на переговоры с ботанами? Я в последние дни немного выпал из жизни.

– Да. Провели небольшую встречу на Монус Манделе. В открытую нас не поддержат, это было понятно с самого начала. Но некоторые влиятельные члены правительства серьёзно опасаются имперской агрессии и готовы предоставить помощь. Пока небольшую, однако, зная их натуру, это звучит как приглашение к широкому сотрудничеству.

– Отлично. Немного хороших новостей нам не помешает. Результаты первых боевых действий, мягко говоря, не впечатляют.

– Никто и не говорил, что будет легко. Жертвы на войне неизбежны.

– Да, хотя такого разгрома я не ожидал. Нам позарез нужны опытные командиры… Как там работы с привлечением бывших республиканских военных?

– Большинство из них либо цепляется за спокойствие привычной жизни, не интересуясь политикой, либо уже впало в маразм. Есть всего несколько перспективных кандидатур. Например, прямо сейчас, агенты работают с Яном Додонной.

– Хмм… Додонна – известное имя! Будет просто отлично, если получится его завербовать. Вообще, в наших рядах не помешали бы несколько публичных личностей.

– А тебе не кажется, что, если мы выйдем за некоторые рамки – то за нас возьмутся всерьёз? На данном этапе Альянс существует, потому что его существование полезно Палпатину…

– А тебе не кажется, что, если бездействовать, то Альянс рассыплется?! Или, что более вероятно, нас сбросят с руководящих постов за нерешительность. Бел Иблис уже имеет наглость выказывать своё недовольство мне в лицо и открыто оспаривает приказы. А ты знаешь, какой поддержкой пользуется этот кореллианский выскочка среди офицерского состава.

– Бейл, не стоит так горячиться. Я и не предлагаю распускать Альянс. Тем более, учитывая, с каким трудом мы собрали вместе все эти группировки. Я просто говорю – почему бы не скорректировать генеральный план? В одном ключевом моменте.

– Ты о чём?

– Империя – это Император и Вейдер. Они стержень, основа, символы «Нового Порядка». Если убрать ситхов и успеть оседлать волну, которая обязательно поднимется после…

– Да знаю я! Мы это уже сто раз обсуждали! К делу.

– Нам тоже нужен символ. Герой. Тот, кто поднимет знамя, и поведёт в атаку людей. А кто подходит на эту роль лучше джедая?

– И кого же ты, дорогая Мон, предлагаешь на должность героя? В наши дни, довольно-таки трудно найти джедая. Йода и Кеноби не в счёт. Я уже не раз предлагал им присоединиться к нашей войне, но они всё твердят про какие-то пророчества и Веление Силы…

– Значит, будем искать…


Глава 5.


2 ДБЯ,

флагман 1-й эскадры,

ИЗР «Опустошитель».


– Да не туда, глупая жестянка!

 Дроид испуганно пропищал на бинарном и спешно переместил манипулятор со сварочным аппаратом.

– Во-от. Другое дело. Эх-х, как же не хватает старины R2. Может, наведаться к Бейлу? – серебристый R3 предпочёл оставить заданный в пустоту вопрос без комментариев.

 Уже вторую неделю, в краткие часы отдыха, я мастерил новую броню. Дюрастиловые панели были заменены на пластины из кваданиевой стали. Новый герметичный комбез получил дополнительную защиту вплетением кортозисного волокна. Система искусственной вентиляции обзавелась аварийным дублирующим контуром, а её контроллер был значительно улучшен. Грудная панель осталась на прежнем месте, только теперь была, как и весь костюм, защищена персональным силовым полем. Костюмчик получался – загляденье. Правда, цена… В общей сложности, пришлось потратить больше четверти миллиона. Благо, зарплата правой руки Императора позволяла.

 К тому же, имелся достойный повод. Неделю назад мне исполнилось сорок лет. Совсем немного, по меркам этой галактики. А учитывая ещё и связь с Силой, я бы мог рассчитывать минимум на сто – сто пятьдесят лет активной жизни… Если бы не полученные на Мустафаре чудовищные травмы. За год я успел привыкнуть к аппарату искусственного дыхания. Тяжёлому и местами неудобному костюму. О способе питания и удалении отходов жизнедеятельности вообще говорить не стоит. Ко всему этому я привык. Привык, но не смирился. И новая броня – это первый шаг на пути к хотя бы частичному выздоровлению.

– Так, R3, этот жгут надо провести под пластиной. – Астромех ответил короткой трелью и принялся старательно заталкивать пучок проводов под броню.

 Час упорной работы, два часа тестовых прогонов, и я, наконец, готов примерить новый костюмчик. Основная сложность – придётся отключать устройство вентиляции лёгких. Четыре дроида должны провести процедуру всего за полторы минуты. К сожалению, они не влезут в сферу медитации и переодеваться предстоит «на свежем воздухе».

 Дав дроидам условный сигнал, я ложусь на специальное кресло и погружаюсь в медитацию, чувствуя, как отключается дыхательная маска.

– Покой – это ложь. Есть только страсть!

 Покой – это полное противоречие окружающему миру, беспокойному и хаотичному. Недостижимый абсолют. Страсть – топливо. То, что заставляет идти к цели, снося преграды. Мы все движимы страстями, у кого их нет – тот просто мертв.

Я центр Вселенной, фокус Великой Силы. Она повсюду. Но её величие не должно ослеплять. У меня есть цель, и я подчиняю потоки своей воле.

– Через страсть я обретаю Силу.

 Питаемые страстями, мы движемся по жизни. Вперёд, назад, не имеет смысла. Суть жизни – движение. И неважно, приведёт ли оно к прогрессу или смерти. А Сила – и есть Жизнь, во всём её многообразии.

По искусственной коже бегут микроразряды электричества, вокруг тела словно оборачивается нечто могучее и неизмеримо большее, чем любое разумное существо.

– Через силу я познаю могущество.

 Сила увеличивает твои возможности. Дает способность влиять на течение Жизни… А власть над Жизнью – абсолютная власть.

Она вокруг и внутри меня. Она окутывает каждую клетку искалеченного тела.

– Через могущество я обретаю победу.

 Могущество не является самоцелью, лишь средство её достижения. Победа – это цель. А обладая властью над Жизнью, ты можешь достичь всего!

Я смещаю точку концентрации, и она оказывается прямо в области груди. Энергия самой Жизни наполняет мои лёгкие.

– Через победу мои оковы рвутся.

 Побеждай. Раздвигай границы. Испытывай себя на прочность. Ставь цели и иди к ним.

Сила вдыхает жизнь в обожжённые лёгкие. Мёртвые ткани – регенерируют. Альвеолы расправляются, насыщая кровь кислородом.

– Великая Сила освободит меня!

 Открываю глаза и вижу копошащихся дроидов. Они устанавливая машинерию к новому костюму. Вдыхаю глоток корабельной атмосферы. Она приторно-стерильна, но для меня кажется слаще чистейшего высокогорного воздуха. На какой-то квант времени бесконечная энергия заполняет каждую клеточку моего тела. Так бывает после глубокой медитации. К сожалению – эффект временный. Но я надеюсь, что когда-нибудь достигну нужной степени концентрации и освобожусь от оков.

 Пока же, стоит заняться более насущными проблемами.


– Неплохо, – пробасил чёрный гигант, когда Мара, в очередной раз, резким отскоком ушла от его клинка. – Но ты продолжаешь пользоваться шаблонными связками. Они хороши только против новичков. Импровизируй.

 Джейд нанесла серию быстрых рубящих ударов, метя в конечности, в попытке вывести противника из равновесия, и закончила её уколом в район груди. Массивный противник отразил удары жёсткими блоками, а от выпада просто увернулся с удивительным для своих размеров изяществом.

– Хатт! – чертыхнулась девушка. Вейдер чуть не подловил её в конечном положении выпада.

– Мне начинает казаться, что Император тебя перехваливает, – лорд умудрялся говорить и вести поединок, не сбивая своего фирменного дыхания. – Пора проинспектировать Цитадель на Праките. Если все наши инквизиторы столь посредственны…

 С этими словами Вейдер сам пошёл в атаку. Удары били точно и безжалостно. Девушке пришлось применить все свои знания и ловкость, даже и не думая о попытке поставить блок. В чудовищной силе лорда она убедилась на самой первой тренировке. Когда за спиной замаячил угол импровизированного тренировочного зала, Мара предприняла отчаянную попытку вырваться из безнадёжной позиции. Прыжок, позволивший ей одержать победу над мандалорским наёмником, был прерван жёстким рывком и последовавшим за ним ударом об пол.

– Я разочарован. Ты не можешь победить. Не хватает знаний и опыта. А вот то, что ты ещё и совершенно не следишь за окружающей обстановкой… – Вейдер Силой отправил свой тренировочный меч в угол зала.

– Если продолжишь в том же духе, тебя ждёт гибель на первом же задании. Продолжим завтра.

 Лорд вышел, оставив девушку наедине с бессильным гневом. И ведь он прав – самое поганое. Она допустила непростительную ошибку – слишком увлеклась одним аспектом боя. Хотя по-другому было нельзя, стоило на секунду ослабить бдительность, как девушка оказывалась на полу, с очередным ожогом от тренировочного меча. До поединка с ним, Мара считала себя неплохой мечницей. Однажды она даже побила инструктора в академии. Но бои с Вейдером дали понять, что значит сражаться с настоящим мастером. Его стиль не отличался высокой подвижностью. Ни одного лишнего взмаха. Точные, экономные движения. Вейдер либо заканчивал поединок одним мощным натиском, либо вёл долгую планомерную «осаду», до момента, когда Мара сама падала от усталости. Атаковать удавалось, только когда лорд позволял ей.

 Джейд вздохнула, поднялась с пола и направилась в душ. Много лет назад Император увидел в ней потенциал, и с того самого момента она была полна решимости оправдать ожидания Мастера. Вейдер лишь одна из ступеней на её пути.


 Когда Император «просит» – отказываться не принято. И теперь я – счастливый обладатель ОГРОМНОЙ ПРОБЛЕМЫ. Появление Джейд означает, что Палыч, наконец-то, решил взяться за меня всерьёз, прислав идеального проводника своей воли. Безусловно, подозрения у него появились ещё при первой встрече, но наивная надежда, что большое расстояние и моя полезность Империи успокоят Сидиуса, рухнула. В моём окружении и без девчонки хватало соглядатаев. Более того, в стремлении умиротворить Императора, я специально не предпринимал никаких попыток борьбы с ними. Как видно – план не удался. Но не всё так печально. Палпатин мне не доверяет. Однако, если с его точки зрения одних подозрений недостаточно для радикальных мер, то ещё не всё потеряно. Скорее всего, Палыча насторожила резкая смена поведения, и Рука послана, чтобы подробно разузнать о причинах. Нетрудно догадаться, Сидиус надеется пробудить в своём ученике ностальгию. Ведь поведение и характер Мары очень уж напоминают о другой девушке, много лет назад обучавшейся у Скайуокера. Раз так, то надо придумать логичную причину смены характера, которое успокоит Императора. А пока вести себя с девчонкой очень аккуратно и ни в коем случае ей не доверять.

 Тем более, я быстро убедился в мастерстве девушки, несмотря на юный возраст. Для сохранения инкогнито, Мара решила представиться моим новым адъютантом. На ехидный вопрос: "Каким образом пятнадцатилетняя девчонка стала помощником верховного главнокомандующего?" Джейд загадочно улыбнулась, и уже через полчаса передо мной предстала симпатичная брюнетка, слегка за двадцать. На следующий день по флагману поползли слухи о сногсшибательной красотке. Главные ловеласы корабля не замедлили открыть сезон охоты, за которым я периодически с интересом наблюдал. К несчастью, отшивая очередного ухажёра, девушка додумалась мельком упомянуть о своей должности, и все дальнейшие поползновения в сторону адъютанта милорда главнокомандующего были мгновенно пресечены.

 Если уж говорить откровенно, Джейд мне понравилась. Серьёзная, вдумчивая, но ещё не потерявшая толики юношеской безбашенности. Она спокойно принимала факт своего невежества и стремилась его ликвидировать. И я даже с некоторым удовольствием взялся за её обучение. Тем более, задача стояла весьма нетривиальная. Улучшить умения обращаться с Силой, не нарушая доктрину Бейна. До меня девушка училась вместе с инквизиторами и Императорской Гвардией, что позволило сделать из пятнадцатилетней Мары великолепного универсального бойца. Однако она сильно уступала стандартам подготовки джедаев в плане владения Силой и световым мечом. Сидиус, стремясь не нарушить «Правило Двух», развивал в ней только способности к дальней телепатической связи, а обучение инквизиторов включало лишь основы. С фехтованием, подтягиванием которого я занялся уже по личной инициативе, дела обстояли несколько лучше. В Академии она на неплохом уровне овладела «Формой решительности». Разумеется, этого было совершенно недостаточно для противостояния опытным фехтовальщикам, но наличие базы – уже хорошо. В тренировочных боях Мара показала недюжинную силу характера и склонность к подвижным стилям. Девушка была очень быстрой и гибкой. Думаю, в идеале, ей бы подошла смесь Атару и Шиена. К сожалению навряд ли получится сделать её мастером (Палыч не даст столько времени), но вот показать направление развития – точно успею.


Внешнее кольцо,

Лианна.


 Сол Брекенридж пил. Пил уже давно. Упорно заказывая снова и снова, под душеспасительные комментарии дроида-бармена. За последнее время у мужчины скопилось много причин, чтобы хорошенько надраться, однако, главным стало то, что совсем скоро Сол может лишиться даже той жалкой пародии на смысл жизни которой обладал.

 Всю свою недолгую жизнь Сол понятия не имел, какова цель его существования. Разумеется, он хотел денег, комфорта, красивых женщин. Но это были лишь сиюминутные желания. А вот настоящей, с большой буквы, Цели, у парня не было. Наверное, поэтому сын фермера с Дантуина просто плыл по течению. В школе звёзд с неба не хватал, но старался быть не хуже других. После поступил в сельскохозяйственную академию, но специальность агроинженера так и не получил, вылетев с последнего курса из-за драки с соучеником. Недолго думая и не желая дальше сидеть на шее у родителей, подписал контракт на ближайшем вербовочном пункте. В двадцать один год Сол Брекенридж поступил на службу в пехоту Галактической Империи.

 Довольно скоро выявился его скверный, с точки зрения начальства и некоторых сослуживцев, характер. Брекенридж всегда был несколько раздражительным. Вкупе с прямой, бесхитростной фермерской натурой, это образовывало весьма взрывную смесь. Попросту говоря, вместо того, чтобы до хрипоты спорить с обидчиком, писать жалобы или просто промолчать, Сол бил в морду. Вот и в армии командование быстро отметило «недостойное» поведение курсанта. Худо-бедно, парню удалось пройти «курс молодого бойца» и новоиспечённый рядовой угодил в гарнизон важного промышленного мира, Лианны. Несмотря на расположение во Внешнем Кольце, планета обладала серьёзным производственным потенциалом. Здесь производился практически весь спектр кораблей для имперского флота. Начиная истребителями и заканчивая Звёздными Разрушителями.

 Служба шла неплохо. Рутинные армейские будни пришлись по душе бывшему фермеру. Их часть дислоцировалась в небольшом военном городке, недалеко от завода, производившего СИДы. Так что в увольнительные можно было неплохо развлечься. В часе полёта располагалась столица Лианны, где уроженец провинциального Дантуина мог приобщиться к последним технологическим достижениям. Да и относились к людям в форме с неизмеримо большим уважением, чем к фермерам. И всё бы ничего, только натура Брекенриджа и тут дала о себе знать. Одним погожим вечером рядовой проводил свой досуг в компании парочки сослуживцев. Они даже успели найти девчонок, которые были не прочь поближе познакомится с бравыми пехотинцами и Сол уже подумывал об отличном завершении вечера в компании миниатюрной блондинки… К несчастью, судьба обладала иными планами на этот вечер.

 По той же улице, только навстречу рядовым, неспешно прогуливалась группа флотских. Звездолётчики, которые тоже находились в изрядном подпитии, решили, что недалёкие грязееды недостойны внимания столь прекрасных дам, и попытались отбить у солдат их законные трофеи. По мнению одного из них: «Даже обезьяна может взять в руки бластер и начать палить из него во все стороны. И совсем другое дело вести сквозь хладную черноту космоса огромный звездолет весом в тысячи тонн». Закончить монолог летуну не позволили. Брекенридж, в попытке опровергнуть заявление оппонента, осуществил удачную стыковку своего кулака с головой обидчика, мгновенно превратив боеспособного офицера в работу для врачей. Столь явная демонстрация силы убедила флотских отступить, прихватив своего друга. Солдаты же сочли инцидент исчерпанным и не вспоминали о нём до следующего дня, когда трёх товарищей пригласили к капитану.

 Подобные конфликты между "землёй" и "космосом" не были редкостью и в большинстве случаев, командиры предпочитали обходится дисциплинарными мерами. Только вот капитан поведал Солу, что нокаутированный им был лейтенантом и сыном какой-то местной шишки. Родственники жертвы не собирались спускать дело на тормозах. За нападение на офицера рядовому и так грозил нехилый тюремный срок. Вот и сидел рядовой в баре, напиваясь как в последний раз, пока не началось официальное разбирательство, с которым обязательно придёт и распоряжение о его аресте.

 Внезапно с улицы раздался рёв боевой тревоги. Недоумевающий рядовой сам не понял, как буквально через пять минут оказался в расположении части. Сработали вбитые на тренировках инстинкты. Стоя в строю и немного пошатываясь, от жестокого остаточного эффекта спецтаблеток с говорящим названием «Трезвенник-4», Сол слушал про нападение мятежников, бои на орбите и прорыв нескольких десантных транспортов. Уже погружаясь в машину, Брекенридж подумал, что сегодня у него есть замечательный шанс избежать срока. Нужно, всего лишь совершить какой-нибудь подвиг…

– Ха-ха, всего лишь, – грустно посмеялся рядовой


 Когда я практически ввалился в зал для брифингов, офицеры нервно вскочили с кресел. Обведя присутствующих взглядом, я проследовал к своему креслу. Джейд, как мой адъютант, расположилась за правым плечом.

– Лейтенант…

– В 14:55 по местному времени в систему Лианны вторгся флот мятежников. Его состав всё ещё уточняется, однако, по меньшей мере он включал два тяжёлых крейсера, пять фрегатов, не менее двадцати пяти корветов и переоборудованных грузовиков и порядка трёх сотен МЛА различных типов. В 15:00 командующий 704-й флотилии сконцентрировал вверенные ему силы для обороны орбитальных верфей и подготовился к эскадренному бою. В 15:02 МЛА противника предприняли атаку на один из комплексов, в то время, когда корабли основного класса маневрировали за пределами зоны поражения оборонительных платформ и Разрушителей. Лёгкие силы адмирала вступили в бой с группой атакующих в 15:05. После незначительных потерь повстанцы отступили. В то же время вице-адмирал Семтор, увидев своё преимущество, приказал части флота начать преследование и задержать корабли мятежников до подхода крупных линейных сил. – Лейтенант смахнул пот со лба, сделал глоток воды и продолжил.

– Когда флот адмирала перестроился для преследования, несколько десятков кораблей различных типов попытались прорваться к верфям и планете, а в 15:12, на стапеле №9 произошёл взрыв. Как выяснилось, часть этих кораблей были переоборудованы в брандеры и начинены взрывчаткой. Двумя минутами позже первого, были зафиксированы ещё два взрыва. В 15:20 флот повстанцев организованно отступил. К сожалению, Семтор не смог выделить достаточные силы для преследования противника. В результате серьёзных повреждений комплекс №9 сошёл с орбиты и представлял серьёзную угрозу для планеты. Сейчас несколько ИЗР пытаются стабилизировать его орбиту, используя притягивающие лучи. Кроме того, десант с прорвавшихся транспортов высадился в районе электростанции «SIER-2» и захватил её. К станции выдвинулись войска планетарного гарнизона и силы штурмового корпуса. – Офицер снова отпил из стакана.

– И последнее. Это неподтверждённая информация, милорд, но охрана электростанции сообщила, что десант противника возглавляет джедай.

 Я почувствовал волну удивления, прокатившуюся по старшим офицерам корабля и то, как напряглась за спиной Джейд. Интересно, а её возможности позволяют напрямую общаться с Императором и из гиперпространства?

– Установить курс на систему Лианны. Мы всего в восьмидесяти семи парсеках, стоит немного отклонится от маршрута и проверить слухи насчёт джедаев.


 Лёжа на больничной койке и наблюдая, как двигаются металлические пальцы искусственной руки, рядовой Брекенридж размышлял о «цене победы». Более трёх сотен убитых и в два раза больше раненых. Именно столько заплатила имперская пехота за взятие комплекса. Они только прибыли в район, когда начальство сообщило, что у повстанцев есть пятидесятикилограммовая барадиумная бомба, и, судя по всему, они собираются подорвать электростанцию. «SEIR-2» располагалась в центре промышленного района и своими реакторами питала несколько десятков заводов ВПК. Последствия от её взрыва были бы ужасающими, поэтому бойцов бросили на штурм практически без подготовки.

 Первый раз в жизни Сол действительно понял простую истину – человек смертен. Он думал об этом, ползком пробираясь к проходной, вжимаясь в стены извилистых коридоров, грязно матерясь на самого себя, повстанцев и командиров, нервно водя стволом в поиске противников. Его никогда всерьёз не учили тактике зачистки зданий. Зачем? Для этого есть штурмовики и полицейский спецназ. Только они прибыли уже в самом конце, когда остатки отделения Брекенриджа уже ворвались в реакторный зал, стреляя во всё, что движется.

 Сколько раз за последние шесть часов он был на грани гибели? Сколько раз удача позволяла ему увернуться от огня мятежников, вовремя почуять засаду, не попасть случайным выстрелом в важную деталь реактора? Раньше Сол считал, что его жизнь бессмысленна. Так что же заставляло его раз за разом цепляться за эту бессмысленную жизнь? Неужели ценность жизни можно по-настоящему понять только побывав в подобной ситуации?

 Из размышлений солдата вывел неестественно бледный врач:

– Рядовой Брекенридж, к вам посетитель. – Приподнявшись на кровати, Сол уставился на дверь, готовясь встречать гостя. Когда в проём протиснулся гигант в чёрных доспехах, внешность которых была известна всей галактике, рядовой почти не удивился. Он уже исчерпал свой месячный лимит потрясений.

– Сол Брекенридж? – пробасил главнокомандующий имперских войск. – Это ты убил "джедая"?

– Да, сэр, – Сол удивился слабости своего голоса.

– Мне нужен рассказ из первых рук. Ты в состоянии сделать доклад?

– Так точно сэр.

 И рядовой рассказал. Рассказал, как они пробились через баррикады. Как из закутка с невнятными криками выскочил человек и взмахом зелёного клинка разрубил Шона. Как Сол, ничего не соображая, бросился на него врукопашную и пришёл в себя, только когда в правой руке хрустнули шейные позвонки…

 Выслушав его, Вейдер издал похожий на хмыканье свистящий звук, поблагодарил и ушёл. А через три дня, выписываясь из госпиталя, Брекенридж с удивлением узнал, что представлен к награде и внеочередному званию, а все обвинения с него сняты. И более того – посыльный, который и вручил Брекенриджу наградной лист, вместе с ним передал и приказ о переводе на ИЗР «Опустошитель». Сол не был дураком и прекрасно знал, ЧЕЙ это корабль. Но к добру или нет это назначение? Брекенриджу оставалось только гадать…


– Хатт! – чертыхнулась Мара, когда очередная ложка впечаталась ей прямо в лоб. Я же лишь глухо рассмеялся (из-за чёртовой маски по другому смеяться не получалось).

– Как раньше – отвратительно. Продолжим. – В Джейд полетел следующий столовый прибор.

 Навыки владения Силой у Мары находились на весьма низком уровне. Нет, она вполне осознанно использовала в бою телекинез, прыжки и прочие простые элементы. Но для этого ей приходилось задумываться, концентрироваться. Учитывая отличное обучение, задержка была совсем небольшой, но в поединке с обученным адептом Силы, эти доли секунды могли стать фатальными. Ситуацию нужно было исправлять в кратчайшие сроки. Тем более, ничего неординарного придумывать не нужно – просто наработать рефлексы. Через несколько дней после событий с фальшивым лианнским джедаем мы приступили к новым тренировкам. Я кидал в Джейд позаимствованные из столовой приборы, она их останавливала или отбивала. Силой.

– Так, уже лучше, – Джейд, разозлившись, поймала аж пять предметов, а потом запустила в меня с неплохой скоростью.

– Гнев – это хорошо. Но нужно иметь необходимый настрой. Использовать эмоции, не становясь их рабом. Ярость, страх, ненависть – они могут стать смертоносным оружием или причиной твоей смерти. Ведомые эмоциями долго не живут. Продолжим.

 Прогрессировала Мара быстро. Девушка, очень боясь не оправдать надежд своего Учителя, на занятиях выкладывалась до полного изнеможения. Уже через месяц, она вполне уверенно держалась против меня в поединке и использовала Силу практически не задумываясь. Но всё же, главным успехом я считал налаживание контакта с временной подопечной. Помнится, в оригинальной истории ученики Сидиуса не очень ладили. Здесь же у нас сложились вполне рабочие отношения, замешанные на уважении и толике взаимного интереса. Как и все подростки, Мара оказалась очень любопытной. И после "недолгой акклиматизации" она начала задавать мне вопросы, которыми боялась беспокоить Палыча. Вот и приходилось рассказывать: то о Войнах Клонов и их предпосылках, то о древних мастерах Тёмной Стороны и философии Ситхов в целом, то о причинах, вынудивших джедаев на попытку государственного переворота. Иногда, если девушка была не согласна с моим мнением, рассказы превращались в дискуссии, где она демонстрировала острый ум и высокую эрудированность. Пожалуй, Джейд даже стала третьим человеком в этой галактике (после Сиенара и Фела), которого я мог назвать другом.

 Иллюзиями я себя не тешил. Пока жив Император, Мара, не задумываясь, выполнит любой его приказ. Однако, теперь девушка дважды подумает, прежде чем просто так вмешиваться в мои дела. В этом удалось на практике убедиться, когда пришла пора разыгрывать спектакль перед Сидиусом. Необходимость как-то обосновать изменения характера не оставляла меня в покое протяжении нескольких недель со дня приезда "ревизора". В конце концов, мысли сформировались во вполне конкретный план, вовлекавший в себя прикормленных чинов ИСБ и Инквизиции, группу ботанских "ледорубов" и лучшего наёмника галактики. Через инквизитора Малорума (который уже занимался этим делом, лет эдак семнадцать назад), Боба Фетт получил заказ с требованием выяснить причины смерти некоей Падмы Амидалы Наберри. Непрофильность и сложность задания компенсировались внушительной наградой. Около полутора месяцев мандалорцу потребовалось, чтобы проследить путь Амидалы в последние дни её жизни. За давностью лет, большая часть информации уже была утеряна, и именно здесь пригодились услуги ботанов. Они вносили небольшие закладки в реестры космопортов, служб иммиграции и таможенной охраны, подкидывая Фетту новые улики по мере его продвижения. В конце концов, путь наёмника завершился на Полис-Масса. Компьютеры медцентра не обладали данными об Амидале, но проявив немного смекалки и убеждения, Боба выяснил правду. Консервативные каллидахинцы, основное население астероидной колонии, стёрли компьютерные файлы по просьбе джедаев, но сохранили флимсипластовую медкарту, которую и не думали искать технически продвинутые инквизиторы, агенты ИСБ и имперские «ледорубы» (на самом деле, это была высококачественная подделка). Получив подтверждение о выполненной работе, Малорум, действуя согласно предоставленным инструкциям, направил Фетта лично ко мне.

 Далее оставалось, чтобы Джейд увидела нашу встречу. Для неё всё выглядело так. Внезапно на аудиенцию к Дарту Вейдеру прилетает Боба Фетт. Они о чём-то долго беседуют, после чего наёмник быстро улетает вместе с лейтенантом 501-го легиона, а сам лорд запирается в каюте и требует беспокоить только в случае атаки на "Центр Империи". Подозрительно? Ещё бы… Но никаких претензий от Руки не последовало. Хотя я знал, что утаить подобное от Сидиуса Мара не смогла бы, даже если бы очень захотела. А уж Император сумеет разузнать подробности и сделать нужные выводы. Главное, чтобы не оказалось, как в том идиотском анекдоте: "Сам себя перехитрил"…


1.5 ДБЯ,

орбита Камино,

борт космического корабля охотника за головами Бобы Фетта Раб-1.


– Мне не нравится, что меня используют то как пешку в ситхских играх, то как контрабандиста, а теперь ещё и в качестве охранника.

– А я думал, что наемник никогда не жалуется.

– Откуда ты это знаешь? – в голосе Фетта зазвенел металл. На секунду он даже забыл об обязательной вежливости с клиентом.

– В молодости пару раз приходилось пересекаться с твоим отцом. Не самые приятные воспоминания, но сейчас не об этом. Обдумал моё предложение?

– Неприемлемо и неосуществимо! – отрезал наёмник. А потом как-то грустно добавил. – Слишком большая ответственность.

– Пока неосуществимо. Пока… А ответственность… Вечно бегать от неё не получится.


Корусант,

Империал-Сити,

Дворец Императора.


 Вот уже несколько минут Сидиус нервно нарезал круги по кабинету. Сын! У Вейдера есть сын!

 Правда превзошла даже самые смелые предположения Палпатина. Как и ожидалось, Мара смогла быстро сблизиться с учеником. О нет, Вейдер не стал ей доверять, всё-таки, не все уроки Сидиуса прошли даром. Он всего лишь немного ослабил бдительность. Совсем чуть-чуть, но девочке этого хватило. Когда она рассказала про странную активность, Императору оставалось только дёрнуть за пару ниточек и уже через несколько дней копия доставленного Вейдеру документа оказалась во дворце.

 Подумать только, ненавистная Амидала успела родить ему сына. Мозг Палпатина быстро выстраивал фрагменты в общую картину. Большую часть былой мощи ученик утратил вследствие травмы. Большую часть, но не всю. Вейдер всегда был невероятно силён в предвидении. То памятное возмущение, случившееся во дворце почти полтора года назад… Он увидел! Увидел нечто, что вырвало его из вялотекущей апатии, позволило вновь обрести смысл! В том видении он увидел своего сына. А недавно получил материальное доказательство его существования. И если он обладает хоть половиной силы, которой обладал его отец…

– Хмм, посмотрим. Посмотрим…

 Вейдер, без сомнения, продолжит поиски мальчика. И когда они увенчаются успехом, молодой Скайуокер станет либо полезным приобретением для его Империи (возможно, даже преемником самого Вейдера), либо канет в Лету.


1 ДБЯ,

Корусант,

Империал-Сити.


 Новый восемнадцатый год Имперской Эры, или год 34:3-35:2 после Великой Ресинхронизации, начался для граждан Империи с чудовищного скандала. Приходя с работы и включая головизоры, разумные смотрели сюжеты про арест крупной группы заговорщиков под предводительством гранд-моффа Трахты. СМИ смаковали рейтинговую тему, постепенно обраставшую всё новыми и новыми подробностями. Рассказывали и про группу специально выращенных для убийства Императора клонов, и про масштабы заговора, который охватил часть военно-политической элиты, и даже про связи заговорщиков с Альянсом. Ведущие вечерних передач особенно любили подчёркивать блестящую работу ИСБ. Заговорщиков взяли с поличным, когда осуществлялся последний этап подготовки к покушению на Палпатина. Улик было столько, что даже самым либеральным сенаторам хватило ума не поднимать крик по поводу «очередных бесчинств кровавого режима». Примечательно, но моё участие в этом деле свелось всего к одному приказу: «Провести тайную проверку деятельности гранд-моффа Трахты и его ближайшего окружения». Вот они, плюсы положения высокого начальника.

 Вторым по обсуждаемости событием стала трагическая гибель гранд-адмирала Деметриуса Заарина. Собираясь прибыть в столицу на ежегодный императорский приём, Заарин решил лично пилотировать свою яхту. К сожалению, сказалось многолетнее отсутствие практики, и роскошный корабль врезался в корпус фрегата сопровождения. "Свободные СМИ" отвергали "наивную официальную версию" и заявляли о причастности Заарина к хищениям бюджетных средств в особо крупном размере. "Надёжные источники, близкие к правительственным кругам", сообщали, что узнав о скором аресте, адмирал решил не сдаваться правосудию и застрелился из наградного бластера. Исанн Айсард провела отличную работу. Всего за год девушка смогла создать сеть осведомителей в штабе гранд-адмирала и нарыла внушительное число доказательств нечистоплотности его помыслов. Пусть все они были косвенными, но их объём убедил Императора пригласить старину Деметриуса на "чашечку каффа". Не могу сказать, что хотел бы ещё раз увидеть, как разум человека выворачивают наизнанку…

 На фоне подобного практически незаметно прошли обыски в головном офисе «Инкома» на Фрезии. Оперативники СБ, помимо многочисленных финансовых махинаций, выявили факты продажи незаконным вооружённым формированиям образцов современной военной техники и технической документации. В отношении руководства корпорации и нескольких инженеров возбудили уголовные дела по очень неприятным статьям, а флот, разумеется, тут же разорвал уже подписанный контракт. Но без дальних разведчиков мы не остались. Сиенар, и так по горло загруженный работой с новыми истребителями, согласился передать «Цигнусу» документацию на свой "TIE Lone Scout". На его основе, с использованием наработок «Инкома» по "Интрудеру", «Цигнус» обещал выдать нечто грандиозное. Что же касается судьбы «Инкома», то, посовещавшись с Пестажем, я принял волевое решение не национализировать компанию. Зачем? Когда вмиг обесценившиеся активы опальной корпорации с удовольствием выкупили гиганты вроде «SubPro» или Куата. А среди рабочих, значительное число которых лишилось своих мест при реорганизации, оказалось достаточно сообразительных личностей, догадавшихся, кого именно нужно винить в своём положении. Словосочетание "Альянс повстанцев" на Фрезии ещё долго было сродни ругательству.

И совсем уж на заднем плане в свете последних новостей промелькнуло сообщение о нападении мятежников на Лианну. Правда то, что это сообщение прошло после основных новостей, вовсе не означало, что оно не имело особого значения. Имело, да ещё какое! Известие о том, что входе своего нападения на планету повстанцы собирались обрушить на поверхность Лианны орбитальные верфи, причём – вполне осознанно – на жилые районы, вызвало бурю негодования среди населения Империи, как среди людей, так и среди инопланетян. Симпатии к мятежникам явно пошли на спад, во всяком случае, на самой Лианне – Вейдер был более чем в этом уверен – любого из так называемого «Альянса» ждал ОЧЕНЬ тёплый приём.

 Галактику лихорадило. На мой стол ежедневно поступали доклады о мелких бунтах, народных выступлениях во Внешнем Кольце, нападениях на конвои и мелкие базы. Дезертирство, к счастью, пока не приняло столь массовый характер, как в оригинале, но единичные случаи всё же были. Сидиус и моффы закручивали гайки, Периферия бурлила, Регион Экспансии настороженно выжидал. И только в Ядре события продолжали течь своим чередом.

 Хотя подготовка к ежегодному Императорскому Приёму проходила в атмосфере всеобщей подозрительности и нервозности. Орбита "Центра Империи" была забита Разрушителями. По городу сновали отряды полиции, усиленные дроидами. А километровую запретную для полётов зону вокруг Империал-Сити расширили до пяти. Учитывая, что традиционно Императорский Приём собирал высший цвет Галактической Империи, меры безопасности не казались сильно преувеличенными. Высокопоставленные политики, крупнейшие бизнесмены, отличившиеся военные, деятели культуры и искусства получали награды лично из рук Императора. И если в прошлом году мне удалось ограничиться номинальным присутствием, сославшись на тяжёлую ситуацию во Внешних Регионах, то на этот раз отказы не принимались.

 "Опустошитель" прибыл в столицу за три дня до мероприятия и впервые за два года я получил возможность хоть немного отдохнуть. Конечно, по медицинским причинам, возможности сходить в ресторан или заказать сауну с девочками не было. Так что, большую часть этого времени я провёл в своём дворце. Имея в распоряжение огромное богатство (Палыч не скупился на жалование для своего ученика), прежний Вейдер позволил себе немного роскоши. Монументальное сооружение, фактически уменьшенная копия императорского дворца, располагалось в северном полушарии и могло служить резиденцией, убежищем, или даже резервным штабом планетарной обороны. Пожалуй, главной достопримечательностью дворца была коллекция кораблей. Экспонаты коллекции не были объединены общей тематикой. Присутствовали и просто редкие модели вроде набуанского Н-1 или перехватчика "Дельта-7" (к которому прочно приклеилось прозвище "джедайский истребитель"), и экзотические диковинки типа джеанозианского "Нантекса", и совершенно невероятные раритеты (в одном из кораблей с удивлением признал реликвию времён Ревана). Состояние экспонатов, тоже разнилось от "заправил-полетел" до "ценный металлолом".

 Насмотревшись на корабли, я решил, пока есть свободное время, посетить сессию Имперского Сената. Неплохо было бы узнать настроение элиты. К тому же, вот уже неделю в его составе, как представитель от системы Алдераан, заседала сенатор Лея Органа…


Интерлюдия 3.


Мон Мотма раздражённо поглядывала на стоящего перед ней человека. Тот имел выдающийся рост, не менее выдающийся обхват талии и хитрые, немного навыкате, глаза. Однако прямо сейчас этот человек был растерян и немного напуган. Было видно, что под своей дорогущей и идеально подогнанной к объёму живота белой адмиральской формой Альянса Повстанцев он вспотел.

– Я ещё раз спрашиваю, что это такое?

– Не могу знать! – хрипло отозвался адмирал.

Мон захотелось ругнуться, но она сдержалась. Лишь кинув очередной убийственный взгляд в сторону провалившего такое дело адмирала, она кивком отпустила его и уселась в своё кресло. А ведь как красиво всё шло! Впрочем, не время думать о провальных операциях. Подумаешь, потеряли пару кораблей… Не впервой. Главное, что надежда и вера в победу всё так же крепка в их сердцах и время истинной демократии еще придет!

Успокоив свою совесть, Мон собиралась уже перейти к документам, которые успели скопиться за то время, когда она отчитывала адмирала, как вдруг…

– Мон, Мон! Ты должна это видеть…

Только один разумный имел доступ к её средствам связи и мог так резко и без спроса врываться в её жизнь. Мон вздохнула и немного сварливо, но так, чтобы не обидеть собеседника, спросила:

– Ну что там такое, а?

– Ты должна это увидеть, срочно!

– Что ты хочешь мне показать?

Ярким голубым светом голопроектор воспроизвёл заставку одного из центральных новостных сервисов Империи, после чего достаточно миловидная человеческая девушка кратко проинформировала о главных новостях дня, среди которых было восстановление некоторых промышленных центров, разрушенных во время Клонических Войн, создание нового огромного центра по переработке галактического мусора, открытие огромного парка-музея истории на одной из планет Центральных Миров.

– Тут же ничего…

– Подожди, сейчас будет! – перебили Мон.

Внезапно девушка чуть дернулась, после чего стала вещать изменившимся и ставшим чуть твёрже голосом:

– В нашу студию поступила срочная информация о нападении мятежников на систему Лианны, что расположена во Внешнем Кольце. Воспользовавшись тем, что на орбите планеты расположены многочисленные имперские производственные комплексы, обеспечивающие работой население планеты, которые сковывали действия Имперского Флота в этой системе, они смогли на некоторое время лишить подвижности имперские соединения и подойти вплотную к планете. В это же время с помощью заминированных кораблей они совершили попытку обрушить на поверхность планеты один из больших производственных комплексов. Ценой огромных усилий и жертв положение платформы было стабилизировано на орбите, а флот мятежников частично уничтожен и изгнан из системы. Попытка высадиться на планете обернулась для мятежников неудачей – вовремя подошедшие имперские войска, а также патриотически настроенное местное население, уничтожили десант. В боях за местную электростанцию, попавшую под удар мятежников, особо отличился штурмовой корпус и местные войска.

Стоит сказать, что это уже не первое нападение мятежников на производственные комплексы во Внешнем Кольце с целью их уничтожения. Как стало известно, из-за былых неудач лидеры мятежников приняли новую тактику – вместе с комплексами уничтожать также рабочих, которые на них работают…

– Что?! Но это же… – Мон задохнулась от этой гнусной лжи, которую сейчас крутили по всему голонету.

– Слушай дальше.

– … запугивание, похищение, политические убийства и массовый геноцид верных подданных Империи – вот новая тактика мятежников…

Мон сжала кулаки, глядя на кадры, которые пустили сопровождающим рядом. Несколько убитых чиновников, уничтоженный конвой снабжения, взорванный корабль с продовольствием для одной из отдаленных баз, разрушенное административное здание на одной из планет и случайным огнем уничтоженный многоквартирный дом.

– Сейчас еще одно видео поставлю. Только недавно показали по голонету…

– … террористические методы, которые применяют мятежники, вынудили многих поменять своё мнение о так называемом «Альянсе»…

Мон заскрипела зубами, глядя на какого-то молодого паренька в форме Альянса, которые рассказывал, как их командир, оказавшийся бывшим контрабандистом, «крышевал» местный преступный бизнес и вымогал деньги у некоторых бизнесменов.

– Чего нам ожидать от них? Чего ждать от тех, кто сотрудничает с хаттскими конгломератами и нанимает пиратов и контрабандистов? Мы обратились с этим вопросом к главнокомандующему Имперской Армии.

Высокий тяжёлый чёрный металлический доспех, внушающий ужас и непередаваемый страх врагам, на мгновение заставил Мон Мотму внутреннее сжаться. Этот человек – если это был человек – пугал её не меньше Императора Палпатина. Пожалуй, даже больше Палпатина. Тот мог сохранить тебе жизнь, рассчитывая как-то использовать, но этот монстр на такое не способен.

– Как мы знаем, «Альянс» – это объединение множества разнообразных группировок боевиков. Некоторые из них были ранее совершенно законными частными компаниями, охранными агентствами, а некоторые были официально признаны террористическими организациями и преследовались не один и не два года. Эта солянка из разнообразных преступников и аферистов всех мастей перемешана с фанатиками и простыми заключенными, которых «Альянс» освободил, нападая на тюрьмы и ставя себе на службу. Вся его деятельность направлена на дестабилизацию ситуации в Галактике. Их цель – уничтожение существующей системы власти и замена её на собственное полукриминальное правительство, полностью подконтрольное главарям террористов.

– Значит, их цель – захват власти? – поинтересовалась ведущая.

– Не совсем. Власть для них – лишь способ удовлетворения собственных амбиций и мести. Ведь там скопилось множество отбросов общества, преступников, моральных уродов, маньяков, которые поставили своей целью разрушение существующей системы и уничтожение всех её сторонников. Под сторонниками многие из них понимают простой народ, который далёк от их сумасшедших идей и поддерживает стабильный курс Императора на построение здорового государства. Ведь их цель – создание анархии и обогащение путём разграбления того, что создаётся на производственных комплексах империи.

– А как вы прокомментируете недавнее нападение на систему Лианны?

– Это их обычная тактика. Вы видели, сколько они нагнали брандеров, собираясь обрушить на планету верфи и другие инфраструктурные объекты с орбиты. Однако выучка и оснащение у имперских войск куда выше, чем у бандитов и террористов, что и позволило избежать огромных жертв.

– Но, только по официальным данным, число погибших измеряется тысячами…

– Да. Это – огромные числа. Но жертвы среди мирного населения в случае удачи плана террористов исчислялись бы миллионами, если не миллиардами. Ведь их план был – обрушить комплексы на крупные города, в том числе столицу, где проживает около ста двадцати миллионов.

– Что он несёт?!

Мон подскочила из кресла и начала ходить по кабинету. Её охватил гнев и страх. Она разозлилась на слова Вейдера, и одновременно боялась того, что будет дальше.

– Слушай дальше, – хмуро посоветовали ей. – Сейчас будет самое интересное.

– Что бы вы хотели передать мятежникам? – задала вопрос журналистка, глядя на тяжело дышащую фигуру.

– Что бы я хотел им передать? Вот что – запомните мои слова. Мы будем преследовать террористов везде. Если они попытаются спуститься на планету Империи – проследим и уничтожим. Нападут на блокпост или базу войск – загоним, как животных, в леса и уничтожим. Мы будет испепелять их турболазерами, взрывать бомбами и ракетами, стрелять торпедами по их кораблям. Мы будем стрелять из всех орудий, пока не уничтожим всех террористов и убийц, до которых дотянемся. Их жизнь больше никогда не будет спокойной. Если понадобится – будем уничтожать их тихо, если надо – громко. Но ни один их них не уйдет от правосудия. Я это вам обещаю.

Мотма откинулась на кресло и прикрыла глаза. Она очень устала за последние дни, столько неожиданных потерь было, столько союзников погибло, но надежда была всё ещё жива…

– Вот как… – задумчиво проговорила она.

– Всё именно так, – хмыкнул собеседник, – всё именно так. Многие серьёзные люди сейчас ищут выход из ситуации. И многих заинтересовало, чей же это был план – взорвать комплексы на орбите. Не только личность, а всю подноготную, – особо подчеркнули голосом.

– Ты связался со мной только для этого? – раздраженно поинтересовалась Мотма, массируя переносицу.

– Не только…


Я был более чем доволен. Взбаламученный голонет пестрел цитатами из моего интервью, а сводки радовали глаз очередными небольшими победами. Впрочем, поражений было не меньше, но Империя качественно выигрывала у мятежников, теряя только конвои. Соотношение потерянных солдат было совершенно другим. Впрочем, не только боями радовали сводки. Не раз и не два проскакивала в них информация про точечные удары или подосланных убийц, которые уничтожили очередного повстанческого командира или просто авторитетного лидера.

Да и сами мятежники порадовали – устроили серию взрывов, отправив на тот свет вместе с парой не очень лояльных частей несколько десятков мирных человек, ранив при этом пару сотен.

С попытками откреститься Альянсу не повезло – пару дней он громко кричал об успешной операции. Да так, что сам заманил себя в ловушку, из которой теперь было сложно выпутаться.

Впрочем, я не слишком обольщался. Голонет на то и огромная всегалактическая сеть, что всё равно будет тот, кто не узнает об этом и других похожих случаях. Тем более, что иногда правительства планет не пропускают такие новости, заявляя, что это «окажет непоправимое моральное воздействие на молодое поколение. Какая жестокость!» Таких я всегда беру на заметку и приказываю штабу разработать план быстрого наведения порядка в данных системах.


Глава 6.


– Таким образом, ситуация на Раллтиире ухудшается с каждым днём. Уже сейчас жители ощущают нехватку товаров первой необходимости, а если блокада будет продолжаться, возможен голод или даже начало эпидемий. Я выношу на голосование вопрос о принятии Ноты Протеста. Необходимо довести до сведения Императора преступные действия адмирала Тиона. Мирные граждане Империи страдают!

 Закончив речь, сенатор Органа глотнула воды и откинулась на спинку кресла. Винтер, её секретарь-референт, сжала правое плечо девушки и прошептала на ухо что-то одобряющее.

– Патетичная речь, сенатор Органа, – в центр зала вылетела платформа с сенатором от Сакоррии. – Но ведь Раллтиир фактически открыто поддержал мятежников. Неужели вы хотите тратить деньги налогоплательщиков на поддержку мятежа?

– Мы говорим о мирном населении! – Лея с трудом стряхнула усталость и вновь поднялась с кресла. – Люди умирают в условиях отсутствия элементарнейших медикаментов и продовольствия! О какой поддержке мятежа вы говорите? В ней были замешаны представители банковской элиты и все они уже убиты или арестованы!

– Уважаемый сенатор, – продолжила слегка полноватая представительница Сакоррии, – мы ведь не военные. Очевидно, что командующий Тион куда более осведомлён о делах на планете и без сомнения он принял вер…

– Этот человек виновен в бомбардировке города с десятимиллионным населением! – наконец сорвалась девушка. – И после этого вы называете его компетентным военным?! Да уж, теперь я абсолютна уверена в отсутствии у вас не только военных знаний, но и элементарной логики!

 Сакоррианка надулась и покраснела:

– Милочка, возможно, вы в силу юношеского максимализма ещё не способны замечать некоторые детали. В следующий раз предлагаю сперва обращаться за советом к кому-нибудь постарше, более опытному…

 Лея уже собиралась сказать, что сакоррианка может оставить при себе подробности пути к креслу сенатора (она уж как-нибудь сама разберётся в своих интимных отношениях), но рука Винтер удержала алдераанку от дипломатического скандала.

– Если никто больше не желает высказаться, выношу вопрос на голосование, – пробубнил престарелый спикер Сената.

– 81% против, 9% за, остальные воздержались.

 Разглядывая руки и совершенно не прислушиваясь к речи следующего сенатора, Лея печально констатировала ожидаемый результат. А ведь она с нетерпением ждала, когда же наконец сможет занять место отца и сделать Империю лучше. Всего двух недель хватило, чтобы развеять наивные мечты. Отец был прав, "Сенат – неработоспособный рудимент". 60% сенаторов безоговорочно поддерживают Палпатина. 30% оказались здесь благодаря родственным связям и даже не думают о работе, просто просиживают кресла. Оставшиеся 10% гордо именуют себя оппозицией, просто потому, что это стало модным в среде столичной богемы. Ещё только готовясь к должности, Лея создала ряд законопроектов и внесла их на рассмотрение в первые дни работы.

– Ха-ха-ха… Дура, наивная дура! – говорила себе девушка, вновь и вновь вспоминая свою патетичную речь и обращённые к ней безразличные взгляды.

 Лея не запомнила остаток заседания. Мысленно она уже придумывала способы оказать помощь бедствующей планете. К сожалению, в столице все считают происходящее нормой и не собираются ничего предпринимать, хотя, возможно, ей удастся повлиять на события, находясь непосредственно на месте. Или воспользоваться "друзьями" отца. Девушка не была настолько наивной и прекрасно понимала, с какими именно силами связан Бейл. К деятельности Альянса её ещё не привлекали, но Лея не сомневалась, что это случится рано или поздно (а убедившись в несостоятельности Сената, она стала с нетерпением ожидать возможности реально повлиять на ситуацию в государстве).

 Когда в одном из коридоров она чуть было не столкнулась со зловещей бронированной фигурой, у алдераанки засосало под ложечкой от неприятного предчувствия.

– Сенатор Органа. – Гигант удостоил её едва заметным кивком.

– Лорд Вейдер. – Лея также ограничилась лёгким поклоном.

 Некоторое время шли молча, пока девушка (ситх знает почему) не решила нарушить молчание.

– Вы присутствовали на заседании?

– Да, – лаконично ответил лорд, даже не повернув головы.

– И что вы думаете по этому поводу? – не удержалась от шпильки Лея. – Как главнокомандующего Имперских Вооружённых Сил, вас в первую очередь должны интересовать действия подчинённых.

– Адмирал Тион действовал согласно Уставу и имеющимся у него приказам. Правительство Раллтиира использовало возможности своей финансовой системы для ведения антиимперской деятельности. Значительные средства переводились на счета террористов и мятежников, а на самой планете у Альянса повстанцев было несколько баз и складов с оружием. Что же касается разрушений… В ходе зачистки некоторые части планетарной обороны открыто поддержали мятежное правительство. Тион просто сделал свою работу.

– Можно подумать, вы могли меня удивить, – фыркнула принцесса. – У диктаторов всегда есть железные оправдания для своих преступлений.

 Вейдер внезапно остановился, а по спине Леи побежал липкий холод, когда непроницаемые глазницы маски повернулись в её сторону.

– Вы никогда не видели настоящей Диктатуры. Уже один факт того, что вы спокойно высказываете своё недовольство режимом мне, главнокомандующему и правой руке Императора, говорит о многом.

– Полагаете, при "настоящей" диктатуре, вы должны были застрелить меня на месте за подобные высказывания, – всё же смогла ответить принцесса.

 Вейдер издал странный булькающий звук, потом снова и ещё несколько раз. К моменту, когда девушка осознала, что это смех, лорд успокоился и сказал:

– Ну зачем же так грубо. Вовсе нет. Просто через пару дней к вам в дверь позвонили бы люди в неприметной одежде и больше никто и никогда не видел бы смелую принцессу Алдераана. – Лея всё ещё пыталась сообразить, было ли предыдущее высказывание угрозой, когда заворачивающий за угол лорд развернулся и отвесил ей прощальный кивок. – Политических успехов и постарайтесь держаться подальше от сомнительных компаний.

 Последнее было сказано таким тоном, что девушке невольно вспомнились слухи, утверждавшие, что лорд Вейдер может читать мысли…


 Приёмный зал имел форму вогнутого к центру полукруга. Углы возвышались над центром чуть ли не на полметра. В свою очередь, над всем доминировал Трон, миниатюрная копия того, что стоял в тронном зале. Такой же массивный, нарочито грубый, словно вытесанный из куска гранита. Из украшений – только имперский герб над спинкой. Палпатин, безусловно, ценил роскошь, но не торопился демонстрировать это своим подданным. Вместо этого он стремился показать мощь. Массивность, надёжность, сила, нерушимость – вот что он любил. Словосочетание «Имперский дизайн» уже успело стать синонимом монументальности. Всё – от мебели и бытовых дроидов до циклопических небоскрёбов и «Звёздных Разрушителей» – несло определённое послание. Послание о нерушимости и могуществе Первой Галактической Империи. Империя привлекала уже чисто на эмоциональном и эстетическом уровне. Стройные колонны штурмовиков, потрясающие марши, грозные треугольники кораблей, дисциплина. Это привлекает многих людей. Хоть периодически их и клеймят «бесхребетными, которые сами ничего не могут решить и мечтают о добром царе», но у людей не отнять естественной любви к порядку, безопасности, стабильности. Как бы кто к этому не относился…

 Тем временем, по мраморному полу бесшумно катились тележки с вином и закусками, музыканты играли приятную ненавязчивую мелодию, своим чередом текли неспешные разговоры. Никаких дроидов, только живые, идеально вышколенные официанты. Торжественный ужин начался сразу после церемонии награждения и состоял из шести блюд, не считая дополнительных. Хрустальные люстры над столиками добавляли антураж деликатесам. Черепаховый суп подавали под нежно-лимонным светом, рыбу сопровождало бирюзовое сияние, а печёную птицу – салатовое. К счастью, за чёрным каффом не наступил мрак.

 Вторая половина вечера протекала в атмосфере лёгкой беззаботности. Гости, полтора часа простоявшие в тронном зале (единственный на весь зал стул принадлежал Палпатину), с удовольствием насыщались деликатесами из разных уголков галактики, обсуждая новости с рынков, последние политические веяния и обласканных императорской милостью везунчиков. Пожалуй, самой популярной темой (после одного малоизвестного художника, внезапно принятого на должность придворного портретиста), являлся новый гранд-адмирал. Вакантное место занял императорский фаворит, чисс с непроизносимым именем. Сидиус лично вручил Трауну гранд-адмиральские планки и дружески попросил поскорее продолжить дело предшественника. В консервативном обществе подобное вызывало вопросы. Некоторые из гостей начали всерьёз обсуждать возможную отмену правовых ограничений для нечеловеческих видов.

 Официальную часть пришлось провести подле трона учителя, периодически отвлекаясь для вручения медалей отличившимся офицерам. Сейчас же Палпатин куда-то удалился вместе с Пестажем (с исчезновением старого ситха температура в обеденном зале мгновенно поднялась на пару градусов, а гости почувствовали себя гораздо свободнее). Я же, предоставленный самому себе, занял местечко в тихом углу и смотрел. Вот в компании четырёх красоток мелькнул пышно разодетый Ксизор. Сухой и тонкий, как щепка, Таркин что-то доказывал престарелому сенатору. Лорд Вейдер был лишним среди дам в вечерних туалетах и галантных кавалеров. Их фальшивые эмоции резали глаза, а истинные чувства оглушали восприятие. Умение мгновенно отличить правду от лжи полезно, но далеко не всегда приносит радость.

– Добрый вечер, лорд Вейдер. – Увлечённый наблюдением за толпой, я совершенно упустил из виду подошедшего человека. Или вернее, не совсем человека.

– Траун, – я, как обычно, ограничился кивком. – Поздравляю с новым званием. Хотя, с вашими талантами, это был лишь вопрос времени.

– Благодарю за похвалу, – чисс в белоснежном кителе улыбнулся, в то время как алые глаза уставились в мою маску, словно пытаясь угадать скрытые под ней эмоции. – В свою очередь, позвольте поздравить с блестящим завершением компании на Шрилууре.

 Чисс имел в виду захват планеты викуэев, на границе с Пространством Хаттов. Шрилуур открыто не поддерживал мятежников. На практике, Альянс через планету осуществлял все боевые действия в районе Кашийика. После объявления войны Пятый Флот сокрушил космическую оборону викуэев за шесть стандартных часов. Через день, под угрозой орбитальной бомбардировки, сдалась столица. Остальной Шрилуур капитулировал через неделю. В глуши всё ещё действовали остатки армии, а гарнизоны в крупных населённых пунктах периодически подвергались атакам "городской герильи". Но Альянс был вынужден свернуть активные действия в целом регионе.

– Бросьте, – ответил я Трауну. – В победе над маленькой заштатной планеткой нет ничего удивительного. Мы воюем с призраками. Выгоняем мятежников из одного сектора – они тут же появляются в другом.

 Как-то незаметно получилось, что за разговором мы начали неспешное продвижение по залу.

– Да, – кивнул гранд-адмирал. – За последние полгода они поднабрались опыта, рассредоточились и осмелели.

 Это была чистейшая правда. Если всего год назад Палпатин полностью контролировал ситуацию, а Империя могла раздавить мятеж несколькими точечными ударами, то с расширением движения и его децентрализацией борьба с Альянсом превратилась в сражение с гидрой. Пожалуй, даже убийство лидеров, вроде Мотмы и Бел Иблиса, не дало бы сейчас нужного эффекта.

– Как вы находите этот вечер? – поменял тему чисс когда мы вышли на садовую террасу.

– Никогда не любил компанию лизоблюдов и подхалимов.

 Траун, наклонившийся к декоративному дереву, внезапно повернул алые глаза ко мне.

– Просто считайте это ещё одним полем боя, милорд, – впервые улыбнулся чисс. – Взгляните на них – цвет Империи. Учёные, чиновники, писатели, военные, артисты, художники. Казалось бы, столько интересных тем для разговоров… Но все они обсуждают политику. Они боятся. Даже здесь, во дворце Императора, средоточие имперской мощи, не утихают слухи о новых нападениях мятежников. Самые флегматичные люди понимают, что грядут перемены.

 Пару минут мы молча наблюдали огни небоскрёбов. Даже Сила не могла помочь узнать истинные намерения Митт'рау'нуруодо. Вспомнилось первое впечатление Палпатина: "Он постоянно думает, анализирует, разрабатывает стратегию. Страха он не показал и с любопытством изучал меня."

– Начинается буря, Лорд Вейдер. И нам придётся ей противостоять…


     Интерлюдия 4.


0.5 ДБЯ,

Камино,

Комплекс клонирования №14.


– Аутотрансплантация свободного перфорированного лоскута клонированной кожи даёт сорокапроцентное ускорение наращивания по сравнению с несвободной кожной пластикой и практически стопроцентную гарантию успешного приживления тканей. – Высокий каминоанец ещё раз внимательно рассматривал контейнер с бактой, в которой плавал образец, сверился с таблицей результатов и продолжил. – А также снимает проблемы недостатка донорской тканей и контроля правильности роста. Однако, всё ещё не удаётся добиться достаточной гибкости воссозданного кожного покрова из-за обширности повреждений. Возможные решения: ультразвуковое дубление уже восстановленных участков или коллагеновое покрытие донорской поверхности.

О'Ран выключил запись и откинулся на кресле. Пожалуй, на сегодня он закончил. Помощники и так вымотались донельзя да и ему не помешает пара часов нормального сна. Глаза закрывались сами собой, но это была приятная усталость, возникающая после хорошо проделанной работы.

Мягкий свет лаборатории, мерцание графиков и таблиц на экранах, практически неслышное движение стерильного воздуха, радость от прорывов и горечь неудач – О'Ран полюбил всё это с детства. Пожалуй, впервые оказавшись в рабочем кабинете отца, он уже понял, с чем свяжет свою жизнь. Двадцать лет прилежных занятий, и вот они уже работали вместе, до хрипоты споря о цепочках нуклеотид и лучших способах транскрипции. О'Ран гордился, что благодаря ему и сотням единомышленников, их планета славилась лучшими в галактике биоинженерами. После смерти отца прилежный каминоанец продолжил приумножать славу их семьи на ниве науке и даже успел приложить руку к величайшему проекту всей их планеты – Великой Армии Республики, по праву гордясь проделанной работой. Пока не началась война…

Кто-то говорил, что их творения служат щитом для граждан Республики, что без них миллионы погибли бы под стальными ногами дроидов Конфедерации. Но учёный видел лишь смерть и разрушения, которые клоны обрушивали на головы врагов государства. Он не помнил в какой момент поклялся исправить содеянное. Но когда его клоны начали нести галактике "Мир и Порядок", О'Ран увлечённо штудировал книги по микрохирургии и трансплантологии, как всегда, с головой погружаясь в процесс познания. Вскоре, благодаря незаурядному уму и усидчивости, он превратился в одного из ведущих специалистов по пересадке клонированных органов. Ежедневно ему поступали сотни писем. Все хотели, чтобы их операцию проводил признанный мастер. Разумеется он не мог помочь всем, стараясь выбирать наиболее сложные случаи, пока однажды не столкнулся с очень странным письмом.

Отправитель прислал медицинскую карту человека и интересовался можно ли хоть как-то ему помочь. Прочтённое поразило врача до глубины души. Человек выжил, получив ожоги 95% тела. Лишившись рук и ног, с практически мёртвыми лёгкими, он продолжал существовать и даже вёл активный образ жизни в специальном костюме жизнеобеспечения. О'Ран страстно желал познакомится с этим человеком, но и в самых страшных снах не мог подумать КТО явится к нему на консультацию.

Он настаивал на тайной встрече и доктор предположил, что имеет дело с кем-то влиятельным, с кем-то, у кого много врагов. Крупный бизнесмен, влиятельный политик или криминальный босс. Когда во время официального визита лорд Вейдер решил пообщаться с прославленным хирургом и внезапно спросил, где будет проходить осмотр, О'Ран долго не мог сообразить, в чём дело. А потом ещё неделю не отходил от шока. Правая рука Императора, Ужас Галактики – калека.

Неудивительно, что все контакты с врачом осуществлялись в атмосфере строжайшей секретности. А личных встреч и вовсе было всего две. Последняя – более года назад, когда пациенту заменили протезы конечностей. Именно тогда, услышав совершенно искреннее "благодарю вас", О'Ран начал всерьёз воспринимать лорда, как своего пациента, хотя ещё раньше с энтузиазмом взялся за сложнейшую задачу. Некоторые моменты были вне его компетенции и приходилось консультироваться с коллегами. Другие вещи требовали разработки совершенно новых хирургических методов. Новые лёгкие в комплекте с трахеей, улучшенные протезы, восстановление слухового аппарата, но главное – кожа. Уже два года он бился над созданием нового кожного покрова.

Каминоанец открыл глаза, вновь уставившись в экран деки.

– Прорыв близок. Идти отдыхать в такое время?

Согнав последние остатки дрёмы, доктор отдал приказы лабораторным дроидам о подготовке новых образцов. Да, он уже не так молод, как сорок лет назад, но всё ещё достаточно упрям, чтобы не бросать дело на половине пути.


Глава 7.


0.5 ДБЯ,

Префсбелт-IV,

Академия Имперского Флота.


– Проходите, вас ждут, – офицер в форме ИСБ открыл дверь в небольшое помещение.

Полумрак и спартанская обстановка навевали неприятные ассоциации. Неужели его опять собираются допрашивать по поводу тех дезертиров? Месяц назад несколько младших офицеров сбежали с боевого корабля, угнав свои СИДы. Он знал их ещё по учёбе в Академии, но никогда тесно не общался. Студенты выпускного курса относятся к "молодёжи", в лучшем случае, со снисходительным безразличием. Разумеется, безопасников не интересовали такие тонкости. Проверке подверглись все замеченные в контакте с предателями, но он думал, что двух допросов было достаточно.

– Проходите. Присаживайтесь, – сообщили с другого конца стола.

Он удивился, поняв, что его будет допрашивать симпатичная молодая женщина с планками майора. Но куда больше высокого звания удивляли её глаза, льдисто-голубой и кроваво-красный.

– Если это насчёт Дарклайтера и Кливиана, – несколько раздражённо начал он, – то я уже всё рассказал вашим коллегам…

– Нет. Я здесь, чтобы предложить вам кое-что, – девушка слегка склонила голову влево и окинула его изучающим взглядом.

Предложение от ИСБ – это плохо, очень плохо. Как правило, от них невозможно отказаться.

– Слушаю, – ему с трудом удалось сохранить хладнокровие.

– Скажу прямо. Империи нужен молодой, умелый пилот для выполнения долговременного задания под глубоким прикрытием.

– Вы хотите, чтобы я "дезертировал" в Альянс? – он начал понимать. И то, что он понимал, ему совершенно не нравилось.

– Именно, – кивнула женщина. – Вы лучший на курсе, и не только по лётным дисциплинам, – начала перечислять офицер. – Разведка мятежников с лёгкостью подтвердит, что вы замечались в связях с симпатизирующими мятежникам лицами. Родителей нет, и в Империи вас удерживала только жена. Даже на Флот вы поступили ради жалования. По легенде, она погибла.

– Подождите, подождите! – она говорила так, будто он уже взялся за эту работу. – Я же не шпион! У меня нет подготовки! И, вы правильно сказали, я женат! Что случится с Мэлой, когда она узнает о моём дезертирстве?!

– От вас требуется только летать и иногда связываться с начальством, но если хотите, можем предложить пройти ускоренный курс полевого агента, – женщина обезоруживающе улыбнулась, хотя глаза оставались ледяными. – Ваша жена получит новую личность, дом на любой планете Империи и, независимо от исхода задания, никогда не будет ни в чём нуждаться. Перед началом задания даже сможете с ней встретится и всё объяснить.

– Неужели у разведки нет настоящих профессионалов для этой работы? – обречённо сказал курсант. – Мне же придётся сражаться против бывших сослуживцев…

– Да, – холодно констатировала женщина. – Всем нам приходится идти на жертвы ради Империи.

– Где мне расписаться? – тяжело выдохнул парень.

Майор подала ему несколько флимсипластовых листов и сказала:

– Добро пожаловать в имперскую разведку. Ваш позывной – "Шифр-2".


0 ДБЯ,

закрытая система Деспайер,

Экспедиционный Боевой Планетоид "Звезда Смерти".


 Обзорный экран командного центра демонстрировал небольшую планету. Она была серо-коричневой и какой-то чахлой, так и веющей безнадёгой и апатией. Идеальная планета-тюрьма.

– Можете стрелять, когда будете готовы.

 Таркин весь в предвкушении своего триумфа. Его нетерпение, наверное, ощущается даже на нижних палубах.

– Первичное зажигание. Балансировка магнитного поля системы.

 Не знаю, разумна ли Сила, но в воздухе витает тревога, а подсознание почти срывается на крик, пытаясь предупредить о надвигающейся угрозе.

– Выход на номинальную мощность. Подача энергии на эмиттеры вспомогательных лучей с первого по восьмой.

 Несмотря на название, "Суперлазер" не является лазером, в классическом понимании этого слова. Если бы это было так, то для одного выстрела потребовалась бы энергия, которую звезда вроде Солнца выделяет за семь тысяч лет.

– Фокусирующие кольца первого и второго каскадов выровнены.

– Усилитель полевой развёртки в норме.

 Признаться, первые попытки вникнуть в суть устройства адской машины были провальными. Только после изучения нескольких фундаментальных физических трудов (переведённых на нормальный язык)и беседы с участниками проекта, мне удалось понять, что такое "виртуальная частица" и каким образом она используется.

– Подача энергии на гиперфазный генератор.

 Явление, называемое «виртуальными частицами», давно известно даже земным физикам. Это частицы, которые на короткое время проявляется "из ничего" (точнее, из физического вакуума), и сразу же обратно в это "ничто" возвращаются, "отдавая кредит" закону сохранения энергии. Однако, если энергетический "кредит" был возвращён из другого источника, виртуальная частица может стать реальной. Кроме того, в определённых условиях (в сильных электромагнитных или гравитационных полях, например) вероятность рождения виртуальных частиц сильно возрастает.

– Запущен генератор поля прицела. Наведение и финальная коррекция.

Группа учёных создала технологию, позволяющую на несколько секунд "заморозить" виртуальные частицы. По сути, "Звезда" "одалживает" у вакуума огромную энергию, необходимую для выстрела. Поток частиц или квантов летит к цели, делает свою разрушительную работу, после чего исчезает бесследно. Появление любой виртуальной частицы нарушает закон сохранения энергии на некую величину, но такие нарушения допускаются квантовой механикой и принципиально не наблюдаемы в течении некоего промежутка времени. В момент исчезновения/поглощения виртуальной частицы баланс энергий восстанавливается.

– Создание поля фокусировки.

 Главный калибр "Звезды" – "А-потенциальное" оружие. Вначале тарелка "суперлазера" создаёт в фокусе зону возбуждённого вакуума, которая является благоприятной для рождения виртуальных частиц. Потом восемь малых лучей, пересекаясь в том же фокусе, "поджигают" активную зону, инициируя массовое рождение «виртуальных частиц». По аналогии с обычным лазером, тарелка выступает в роли устройства накачки, а возбуждённый вакуум – в качестве рабочего тела. Малые лазеры (один из которых, возможно, будет установлен на «Затмении»), соотносятся с ним по мощности так же, как детонатор от бомбы относится к самой бомбе.

– Залп!

 Я "закрываюсь" в Силе, но эффект от мгновенной смерти миллиона разумных существ всё равно ударяет по восприятию.

Это всего лишь преступники, предатели, мятежники. И тысячи тех, кто попал туда из-за ошибки следователя или действий коррумпированного чиновника…

Такова цена "Мира и Порядка". Ты знал, на что идёшь. Знал, и всё ещё готов дальше идти этим путём. Но что, если цена окажется слишком высока?

В любой момент можно отступить и действовать по старому сценарию. Но ведь ты не отступишь. На самом деле, ты выбрал уже очень давно. Когда отсёк руку Мейсу, когда вёл клонов по ступеням Храма, когда убивал бывших наставников… Ты сделал выбор, Энакин Скайуокер. То, что произошло тогда, три года назад, лишь укрепило твою решимость. Да. Я пройду этот путь, а если он окажется ошибочным – заплачу за свой выбор.

Однако в этот момент сознание Тёмного Лорда будто бы прошил мощный энергетический разряд, заставив меня пошатнуться на месте. Никто не обратил на это ровным счётом никакого внимания, что было мне на руку, ибо мысль, посетившая сознание Вейдера, была настолько крамольной, что поразила ситха до самой глубины его души. Существовал и иной путь, однако, чтобы пройти по нему, требовались недюжинное мастерство и решимость. Нет, не путь предателя – но от этого его сложность не уменьшалась ни на йоту. И ещё – похоже, что в момент гибели Деспайера всплеск в Силе что-то перевернул в сознании Вейдера. Что – пока оставалось неясным и требовало всестороннего изучения. Но не здесь и не сейчас.

 Облако раскалённых газов и пыли медленно расширялось, а я смотрел на "дыру" в Силе, оставшуюся на месте печально известной тюрьмы.


0 ДБЯ,

Внешнее Кольцо,

сектор Субтеррел,

система Полис Масса.


– Это Разбойник-1, всем кораблям. Спутник-2 уничтожен. Перегруппироваться у станции и ждать подкреплений.

– Принял. Призрак на позиции. – Ведж потянулся, чтобы подстроить частоту передатчика. Новые истребители были великолепны. Быстрые, маневренные, вооружённые. Картину немного портили невысокая надёжность (следствие полукустарной сборки) и эргономические просчёты в кабине.

– Сколько до прибытия подкреплений? Если нас обнаружили…

– Отставить разговоры! "Коготь" прибудет с минуты на минуту.

 Беспокойство товарищей не удивляло. Лучшей защитой станции прослушивания служил пояс астероидов. На постоянной основе здесь базировалось только звено потрёпанных BTL. И, хотя пару дней назад сюда перебазировали две эскадрильи новеньких "Крестов" и три канонерки, при массированном нападении им не устоять. А учитывая, что прибывшие по пятам силы Империи установили блокаду астероидной колонии и уже с утра упорно прочёсывают пояс, вероятность прямого столкновения крайне велика.

 Большая часть эскадрилий состояла из молодых людей, отчаянно желавших драки. Они считали: "Уж с новыми-то истребителями мы покажем импам, где гунганы зимуют." Антиллес не разделял их оптимизма. Ведж был умелым пилотом, которому удалось в кратчайшие сроки добился положения лидера звена. Но он предпочитал следовать мудрому высказыванию, согласно которому: "Самый лучший воин – тот, кто пользуется своей самой лучшей смекалкой для того, чтобы избежать необходимости демонстрировать свои самые лучшие боевые навыки."

– Контакт! Контакт! "Гляделка" на 4-10! – Почти панические крики вывели пилота из раздумий.

 "Гляделкой" повстанцы окрестили ближний разведчик имперцев.

– Я Призрак-Лидер первое звено, на перехват.

 Парень нервно погладил ручку газа. Зона ответственности звена Веджа располагалась чуть дальше и он не мог помочь своему комэску. Оставалось надеяться, что тот не будет лезть на рожон. "Одиночный разведчик, лёгкая добыча для истребителей." Именно с такими мыслями многие пилоты Альянса растворялись в пустоте. Будучи созданной на базе великолепной "Альфы", "гляделка" продолжала оставаться опасным противником.

– Множественные отметки. Крупные корабли в секторах А-10, М-4 и… – Спутник-5 замолчал. Повстанцы лишились глаз и ушей на границе астероидного поля.

 В мгновении ока разведчик стал наименьшей из проблем Антиллеса. Разрушители не смогут подойти к базе на расстояние артиллерийского удара. Некоторые из астероидов обладали достаточными размерами, чтобы перемолоть имперские "треугольники" в мелкую труху. Вместо этого импы будут атаковать палубной авиацией.

– Плоскости в боевое положение. Рассыпаться на пары, – скомандовал кореллианец. – Проверьте сканеры, но и глазами не хлопать. Их разведчики ходят парами, второй где-то затаился и может забить сенсоры в самый неподходящий момент.

– Внимание лидерам, это Разбойник-1. Видим группу сигналов. Вражеские истребители, направляются в нашу сторону.

 Ведж вёл своё звено вокруг крупного астероида, когда наконец увидел их. Истребители Империи маневрировали между летающими глыбами, пытаясь достичь относительно чистого участка вокруг базы.

– Вижу их. Вектор 12/12. – Ведж присмотрелся к отметкам на радаре и силуэтам имперских машин. – Тут, похоже, целая корзина с яйцами.

– Понял вас, Призрак-7. Задержите их в своём секторе.

 Вот так просто. Задержите семьдесят два летательных аппарата противника. Самое печальное, что среди них не было старых добрых СИД-истребителей. Только "Перехватчики", "простаки" и свеженькие модификации "Альф". "Это будет ой как не просто", – подумалось Веджу.

– Четыре к одному босс. Где это ситхово подкрепление? Если не поторопятся, мы заберём всю славу себе… – иронично сообщил Призрак-11.

– Так. Всем успокоится, – лихорадочно соображал лейтенант. – Они нас ещё не видят. Проходим вон ту группу камней, затем прямым спуском на первый ряд.

 Мятежники обогнули скопление мелких астероидов и свалились на головную часть имперского построения. Ведж с некоторым удовольствием наблюдал, как рассыпается ведущий СИД-Перехватчик.

– Делай, как я! – гаркнул парень на общей частоте и нырнул в плотное пылевое облако, уводя корабль от огня. – Поиграем в кошки-мышки!

 Успешная атака взбесила импов и на преследование шести "крестов" они выделили целую эскадрилью. Но в изменчивом астероидном поле численность только мешала. Кроме того, его ребята успели изучить траектории движения основных потоков. Во всяком случае, он на это надеялся. Пройдя особо неприятное место, он вынырнул в следующем, более-менее чистом кармане, и спросил:

– Кто со мной? Доложить!

 У него отлегло на сердце, когда наушник воспроизвёл шесть коротких ответов. Они сбили четверых первым ударом и ещё двух – во время отрыва от преследования. Капля в море, но начало было положено. Второй заход принёс новые очки команде "хороших парней". Три бомбера выбились из общей формации и стали добычей стаи Веджа. Имперские пилоты не знали местности и двигались медленно, а звено Антиллеса продолжало кусать их строй, на несколько секунд выскакивая из пыли и камней, чтобы затем там же скрыться. К сожалению, успех продлился недолго. Уже на пятом заходе им не удалось повредить ни одной машины.

 Шестой стоил ему половины звена. Четвёрка истребителей появилась из неоткуда. Это были непонятные, новые истребители, совершенно иной формы. Вытянутые, узкие боковые панели. Размер, сопоставимый с его "крестом". Они напоминали двузубые вилки. Пратт и Зейн погибли в перестрелке на встречных курсах (щиты дьявольских повозок оказались мощнее). Бёрст врезался в астероид во время манёвра уклонения. Молодые, неопытные пилоты растерялись. Антиллес и сам уцелел только потому, что их не стали преследовать.

– Всем внимание, это Разбойник-1. Мы эвакуировали базу и всю ценную информацию. "Коготь" на месте, но они не смогут долго отвлекать силы Империи. Уцелевшим кораблям – прорываться малыми группами к местам встречи. Да пребудет с вами Сила!

– Босс, куда летим? – поинтересовался Одиннадцатый.

 Ведж с трудом взял себя в руки. Успокоился. Поглядел на датчик топлива. Взгрустнул. Вспомнил в уме карту астероидного пояса.

– Сейчас все дружно садимся на эту глыбу, – он передал координаты подходящего камня. – Глушим всё, кроме жизнеобеспечения. И сидим так часов двенадцать в полном радиомолчании. Я серьёзно! Даже пукать не смейте!

 Возражений не последовало. У "Призраков" топлива хватит только на один прыжок, а пытаться уйти сейчас – значит, тащить на хвосте весь имперский флот. Лучше переждать. Империи нет дела до трёх маленьких истребителей. Они пришли сюда за базой, они её получили. Всё, работа сделана. Безусловно, если их обнаружат, то будут вести до последнего. Только вот никто не будет обшаривать сотни тысяч камней в поисках трёх истребителей.


ИЗР «Опустошитель»,

флагман Первой эскадры.


 В конференц-зале царило напряжение. Все ожидали справедливого разноса за провал операции. Ведь, несмотря на уничтожение базы и кораблей, мятежникам удалось прорвать блокаду и отправить своим подельникам кодированный сигнал с чертежами «Звезды Смерти». В последний момент группа кораблей смогла вырваться из зоны радиоподавления на время, достаточное для передачи.

 Пожалуй, единственными, кто сохраняли спокойствие были Айсард и Фел. Но лицо барона в любых ситуациях сохраняло, как говаривал сам главком, "идеальный покерфэйс". А про Айсард болтали, будто она – продукт отцовского эксперимента и вообще лишена эмоций. Сам Пиетт, будучи переведённым на должность капитана "Опустошителя" всего месяц назад, старался даже не дышать в присутствии Вейдера.

– Вы отследили сигнал?

 В первые дни Фирмуса крайне удивило присутствие на борту огромного количества офицеров из служб и войск, которые не имели к флоту никакого отношения. Как ему объяснили "старожилы", последние года три Вейдер практически не сходит с корабля, предпочитая решать вопросы прямо на местах. Первой эскадре приходилось выполнять десятки различных боевых и дипломатических задач. Так что, как-то незаметно, Объединённый Штаб Имперских Вооружённых Сил переехал сюда. Под его нужды даже отдали целый отсек корабля.

– Да, милорд. Он прошёл четыре нелегальных ретранслятора и влился в систему "Голонета" на Каларбском узле, – ответил главкому «ледоруб» из компьютерного отделения ИСБ.

– Информация о получателе?

– Прошу извинить, милорд. Но это не в моих силах. Там всего один сжатый пакет, а Каларбский домен один из самых загруженных во всём секторе.

 Пиетт инстинктивно вжал голову, готовясь к гневу начальства. Вообще, отношение лорда к экипажу было очень странным. Он мог придраться по поводу абсолютно незначительной мелочи (пару недель назад они уничтожили эскадрилью мятежников. Так, после боя Вейдер устроил Пиетту разнос по поводу незакрытой бронестворки иллюминаторов командного мостика. Пообещав засунуть в задницу его отговорки о незначительной опасности «ауребешного супа»). В то же время, главком мог запросто закрыть глаза на крупное нарушение (как в случае, когда клон из 501-го избил отпрыска какой-то знатной фамилии). Порой капитану казалось, что главком еле сдерживается, чтобы не прибить провинившегося. В то же время, когда Вейдер был в настроении, о лучшем командире можно было и не мечтать.

– Хмм. Айсард, вы ведь установили постоянную слежку за наиболее подозрительными сенаторами? – задумчиво произнёс лорд.

– Так точно.

– Дайте на экран их передвижения за последнюю неделю.

 Большой головизор заполнила карта галактики с линиями и таблицами. Минут десять все молча всматривались в экран, не решаясь потревожить командира. Пиетт честно старался найти связь между перелётами сотни сенаторов и похищением планов имперского супероружия. Но единственное, что лезло в голову, это настойчивая мысль о переводе на менее перспективное, но более спокойное место службы.

– Хатт!

 Ага! Так у «ледяной принцессы» всё же есть эмоции!

– Именно, Исанн, именно! – покивал главком. – Набу, Маластар, Раллтиир, а теперь ещё и Каларб. А ведь я её предупреждал. – В голосе лорда промелькнула неприкрытая досада.

– Капитан, – Фирмус подобрался. – Свяжитесь с нашими силами в том районе и выясните курс "Тантива-IV". Необходимо немедленно найти и задержать корабль.

– Но, милорд – это дипломатический транспорт, – Пиетт, наконец, решился подать голос. – Чисто технически, мы не имеем права его арестовывать.

– «Чисто технически»! – ехидно заметил лорд. – Я даже извинюсь перед госпожой принцессой, если на борту корабля не найдётся полных чертежей "Звезды". – Вейдер посмотрел на капитана ИЗР и Пиетту показалось, что глаза под непроницаемой чёрной маской насмешливо усмехаются. Я буду медитировать в своей каюте, – отрезал ситх и вышел, эффектно взмахнув плащом.

 Пиетт тоже поспешил на мостик. Предстояло быстро выполнить сложную, кропотливую работу. Главком не любит разочаровываться в людях.


Внутри медитационного модуля было тихо и спокойно. Манипуляторы, аккуратно стащившие с головы Вейдера шлем, замерли над головой ситха. Неспешно вдыхая насыщенный медикаментами воздух барокамеры, главнокомандующий Имперским Флотом размышлял.

А поразмыслить было о чём. Тот всплеск в Силе в момент уничтожения Деспайера, похоже, оказался тем самым катализатором, который подвёл меня к окончательному решению проблемы под названием «ситхско-джедайский конфликт». Для многих этот вариант мог стать неприемлемым, но здесь, похоже было, последнее решение оставалось… за самой Великой Силой, как бы это ни странно казалось на первый взгляд.

Итак, эту проблему мы, кажется, решили. Идём дальше. «Тантив-IV» в данный момент приближается к Татуину, неся на своём борту чертежи боевого экспедиционного планетоида «Звезда Смерти», похищенные работавшими на мятежников ботанскими шпионами. Для чего Альянсу эти чертежи, ясно, как дважды два. Найти слабое место они попытаются. И найдут, нашт их задери! Вот же оно – вспомогательная теплоотводящая шахта, которая вела напрямую к реактору. И, в отличие от основной шахты, она была практически полностью незащищена. Тила Каарз, политзаключённая-архитектор, принимавшая участие в строительстве станции, была против её строительства – шахты, а не станции – но забыла составить письменное распоряжение по данному поводу, и вспомогательная теплоотводящая шахта была всё же построена. И что же теперь предпринять? С одной стороны, Палпатин знает о том, что в Неизведанных Регионах действуют разведчики Праэторит-Вонга и «Звезда Смерти» призвана стать тем оружием, которое избавит Галактику от вторжения чужаков-фанатиков. Но! И в этом-то заключалась вся соль. Что мне было известно об этой галактике? Только то, о чём показывали в фильмах. Да ещё читал пару книг на эту же тему… кажется, «Вектор-Прим» и ещё какую-то, название её вылетело напрочь из головы, помню только, что она относилась к более позднему периоду. Будет ли на самом деле это вторжение или нет – неизвестно, а станция построена, между прочим. И Уилхафф Таркин был одним из тех, кто всячески продвигал её создание. Его «Доктрина Страха» была его детищем, с которым он носился, как курица с яйцом, но она была в корне ошибочна и неверна. Посеять страх можно, но какой в этом смысл? Страх только усилит позиции повстанцев и тогда бороться с врагом, который получил моральную и людскую поддержку, станет куда как сложнее. Если Таркин надеялся этой своей «доктриной» усилить позиции Империи, то, сам того не ведая, он поступал ровно наоборот. Следовательно, нужно было не допустить разрушения Алдераана – но для этого надо будет приложить массу усилий. В первую очередь – убедить Палпатина, что подобными действиями Империя лишь позиционирует себя, как зло, дав Альянсу козыри, в которых он нуждался. А я почему-то чувствовал, что старого ситха убедить будет не так-то просто. Я подозревал, что тогда, много лет назад, когда четыре магистра-джедая – Мейс Винду, Кит Фисто, Аген Колар и Сэси Тийн – попытались арестовать канцлера Палпатина, что-то произошло с Сидиусом в тот момент, когда Винду сумел отразить выпущенные в него Молнии Силы прямо в тогда ещё Верховного Канцлера Палпатина. Ведь эти самые Молнии не слишком-то безопасны для того, в кого направлены, поэтому, вполне возможно, с разумом Палпатина что-то могло случиться. И даже наверняка случилось. Ведь до этого случая он был вполне вменяемым человеком, пусть и адептом Тёмной Стороны Силы, после же неудавшегося ареста со стороны джедаев у Вейдера стали часто возникать подозрения по поводу психического состояния Сидиуса. Конечно, и сам Тёмный Лорд был очень далёк от того, чтобы его можно было назвать физически здоровым человеком, однако его разум был, в целом, вполне нормальным. Сказать такое про Сидиуса было довольно затруднительно. Но эту проблему пока отложим, так как время для решения, хоть и приближается, но ещё не наступило.

Так, что у нас дальше? Ах да, конечно – дети Энакина Скайуокера, Люк и Лея. Тут уже я задумался всерьёз. Если с дочерью Вейдера всё было более-менее ясно – в данный момент она находилась на борту «Тантива-IV», который вот-вот должен был быть перехвачен «Опустошителем» – то с Люком было несколько сложнее. В данный момент он проживал всё на том же Татуине, в семье Оуэна и Беру Ларс, под неусыпным наблюдением выдающего себя за обыкновенного отшельника Оби Вана Кеноби. Не знаю, каковы были намерения Вейдера относительно старого джедая – по канону, о его существовании он не догадывался до того момента, как Люк, Кеноби, Хан Соло и Чубакка не оказались на «Звезде Смерти» после уничтожения Алдераана, чтобы вытащить из «имперских застенков» сенатора Лею Органу – но лично у меня не было никакого желания убивать старика. Сколько осталось этих идиотов, разбросанных по всей галактике? Едва ли больше сотни джедаев пережило Приказ 66, а уж после почти двадцатилетней охоты на них их вообще остались единицы. Капля в море. Скажете, что даже один джедай может натворить дел? А я и не спорю, вот только они были разобщены и если могли действовать, то только поодиночке. А поодиночке джедаи были не страшны. Из того, что было известно мне, на основании просмотренных фильмов и прочитанных книг, а также материалов в Интернет-энциклопедиях, на данный момент в живых могло оставаться не более двух-трёх десятков джедаев, и все они были разбросаны по галактике, тщательно маскируясь, чтобы не быть засечёнными через Силу ситхами.

Однако, вернёмся к молодому Скайуокеру. Если придерживаться линии, которую избрал Вейдер в каноне, я должен отдать приказ о захвате корвета, как только тот будет обнаружен. Лея Органа, видя, что от ИЗР «Тантиву» не уйти, загрузит чертежи «Звезды Смерти» в R2-D2, который, вместе с другим дроидом, C3PO, покинет корвет на одной из спасательных капсул и приземлится на Татуине, где попадёт как раз к Люку Скайуокеру. Тот затем увидит послание Леи к Кеноби, ля-ля, тополя, и всё это, конечно, здорово, но мне-то что делать? Боевая станция готова и этот старый идиот Таркин захочет её скоро предъявить миру, а для этого не найдёт ничего лучшего, как взорвать планету со всем её населением. И, между прочим, чертежи-то эти везут именно на Алдераан! Вот же хаттова дилемма!

Поразмыслив, я всё же принял решение. На данном этапе активно вмешиваться не станем, ограничимся поисками чертежей, однако ситуацию будем держать на контроле. Найдём Люка и попытаемся ему объяснить, кто есть кто в этой галактике. Всё-таки неподготовленному…

На одной из панелей, расположенных по периметру медитационной сферы, вспыхнул оранжевый огонёк, свидетельствующий о том, что в отсек кто-то вошёл. Кто-то! Кроме Фирмуса Пиетта, этим «кем-то» никто другой быть не мог.

Я вздохнул и мысленно усмехнулся. Капитан «Опустошителя» мог пожаловать в его личную каюту только с одной целью – сообщить о том, что сканирующие системы ИЗР обнаружили «Тантив-IV». По крайней мере, навряд ли что-то другое могло заставить Пиетта потревожить Тёмного Лорда. Ну-ну… Возьмём на заметку этого довольно неплохого и толкового офицера. Хорошими кадрами разбрасываться я как-то не привык.

Манипуляторы аккуратно опустили чёрный шлем на изуродованную шрамами и ожогами голову Вейдера. Включилась система ЖО, заработали насосы, принявшиеся откачивать из медитационной сферы насыщенный медикаментами воздух. Верхняя часть камеры поднялась и на капитана Имперского Звёздного Разрушителя «Опустошитель» Фирмуса Пиетта воззрилась так хорошо знакомая всем солдатам и офицерам Имперского Космического Флота чёрная маска.


Глава 8.


0 ДБЯ,

регион Внешнее Кольцо,

Сектор Арканис,

система Тату,

орбитальное пространство второй планеты – Татуин.


– Милорд, – капитан Пиетт почтительно опустил глаза при виде сидящей в медитационной сфере массивной чёрной фигуры, – нашим операторам удалось засечь сигнал, исходящий от корвета кореллианской постройки типа CR-90, и идентифицировать его. Это тот самый звездолёт, который сумел ускользнуть из-под носа «Бессмертного» возле Топравы. «Тантив-IV», принадлежащий Королевскому Дому Алдераана. В данный момент судно используется в качестве дипломатического корабля главы правительства вышеупомянутой планеты Бейла Престора Органы. Звездолёт следует к планете Татуин с неизвестными намерениями и наш крейсер пару минут назад совершил гиперпрыжок с целью блокирования и захвата корвета.

– Отличная работа, капитан Пиетт, – одобрительно произнёс я, выбираясь из медитационной барокамеры. – Распорядитесь подготовить абордажную команду космодесанта и начинайте процедуру активации притягивающего луча. Этот корабль необходимо захватить целым, насколько это возможно.

– Осмелюсь спросить, милорд… – нерешительно начал командир ИЗР.

– Капитан, – я обернулся и внимательно поглядел на Фирмуса, – я хочу, чтобы вы запомнили одну вещь.

– К-какую, милорд?

– Я весьма ценю толковых и преданных офицеров, а все разговоры о моей кровожадности и жестокости есть плод антиимперской пропаганды, направленной не только против государства, но и против меня лично. Разве вам доводилось слышать о том, что я… хм… хоть раз наказал невиновного?

– Никак нет, милорд! – по-военному чётко отозвался Пиетт.

– То-то же. Так о чём вы хотели меня спросить, Фирмус?

Услышав, как я назвал его по имени, капитан Пиетт на несколько секунд буквально лишился дара речи. Он лишь изумлённо пучил глаза и открывал рот, будто выброшенная на берег рыба. Однако профессиональный военный быстро справился с изумлением и взял себя в руки.

– Э-э… да, лорд Вейдер. Какие указания я должен буду отдать абордажной группе? Разрешено ли им стрелять на поражение? Теоретически ведь «Тантив-IV» является судном бунтовщиков.

– Теоретически, капитан, только лишь теоретически. По факту, звездолёт этот принадлежит Бейлу Органе, а вам прекрасно известно, что этот алдераанец является весьма влиятельной фигурой на политической арене Империи. Да, его подозревают в связях с повстанцами – и замечу, не без оснований. Но это ещё не делает его врагом, Фирмус. Если разумный заблуждается, то его всегда можно вернуть на путь истинный. Как правило. А я лично считаю, что сенатор Органа заблуждается. А посему, будьте любезны отдать приказ абордажной команде использовать только парализаторы.

– Да, милорд. – Пиетт почтительно поклонился.

– Работайте, капитан. Этот корабль не должен достичь поверхности Татуина.


Не знаю, кому как, но лично мне было в этот момент немного странно наблюдать за тем, как «Опустошитель» настигает корвет, ведя огонь из носовых турболазеров. «Тантив-IV», понятное дело, огрызался ответным огнём, но его лазеры были слишком слабы для того, чтобы пробить силовое поле Разрушителя. Почему странно? Да потому, что этот момент я в своей прежней жизни не один раз наблюдал на экране своего телевизора, а сейчас вижу всё это своими собственными глазами, пусть и через оптику шлема Вейдера. Воистину, чего только не бывает в этой Вселенной!

В кормовой части корвета вспыхнуло и тут же погасло яркое свечение – один из энергозарядов поразил двигатели судна, отчего то сразу же стало терять ход. «Опустошитель» немедленно воспользовался этим обстоятельством, нацелив на повреждённый звездолёт один из проекторов притягивающего луча. Над обездвиженным корветом навис массивный клиновидный корпус ИЗР и «Тантив-IV» начало заводить на швартовку в главный ангар крейсера.

– Милорд, – слева от меня возник капитан Пиетт, – «Тантив-IV» полностью блокирован и сейчас проходит процедуру докования. Абордажная команда заняла позиции в штурмовом шлюзе и ожидает команды на штурм судна.

– Начинайте, капитан. – Я степенно кивнул. – Пусть взрывают шлюз корвета – не думаю, что нам его просто так откроют, даже если мы очень вежливо постучим.

Пиетт при этих словах сдержанно улыбнулся. Стоящие рядом офицеры переглянулись между собой. Да, нечастое, должно быть, это явление – Лорд Ситхов, обладающий чувством юмора. Оно, конечно, немного рискованно, но ведь лучше иметь под рукой преданных тебе не из-за страха за свои жизни людей, а доверяющих тебе и верящих в то, что твои действия несут Империи лишь благо.

– Я иду на корвет, капитан. – Я сделал знак стоявшим по обе стороны от него запакованным в весьма необычную для имперских солдат боевую броню серо-стального цвета – «хамелеон», последняя разработка «Imperial Munitions», изготовленная по моим спецификациям несколько месяцев назад, имеющая встроенное микрооборудование маскировки (как пример – бойца в «хамелеоне» с включённой системой камуфляжа было почти невозможно заметить даже в яркий солнечный полдень в паре метров от себя) и генератор персонального силового поля – флотским пехотинцам и зашагал к выходу из командной рубки ИЗР. – И помните – мне не нужны трупы на его борту.

– Разумеется, милорд. – Пиетт многозначительно переглянулся со своим помощником.

– Джейд – вы идёте со мной. – Я взглянул на Мару, которая внимательно наблюдала за всем происходящим.

– Да, милорд. – Рука Императора подобралась и провела ладонью по висящему на поясе световому мечу.

– А вот этого как раз лучше избежать, – я покачал головой. – Лишние трупы вовсе ни к чему.

– А в порядке самообороны? – прищурилась девушка.

– В порядке самообороны можно. Но только в этом случае.

Надо отдать должное командовавшему штурмом «Тантива-IV» офицеру – всё было сделано как нельзя лучше. После предупреждения, что в случае отказа открыть внешний люк звездолёта военные будут вынуждены применить силу и последовавшим за этим предупреждением молчанием со стороны экипажа корвета, по периметру внешнего люка шлюза разместили детонационные пакеты и соединили их при помощи специального шнура, затем абордажная команда укрылась за защитными бронещитами из супрастали. Взрыв проделал в люке «Тантива-IV» довольно внушительное отверстие, в которое сразу же полетели светошумовые гранаты. Это в фильмах, виденных мною в той, другой, жизни имперские штурмовики представлены туповатыми солдафонами, прущими прямо под бластерный огонь, в реальности же дело обстояло ровным счётом наоборот. Любой командир, бездумно подставляющий своих солдат под вражеский огонь, не прослужил бы долго на Флоте. Выждав пару секунд, чтобы самим не схлопотать от разрывов гранат, двое штурмовиков, облачённые всё в те же «хамелеоны», ворвались внутрь корвета и заняли позиции по бокам от проделанного отверстия, взяв на прицел своих ружей-нейропарализаторов коридор звездолёта. Разумеется, экипаж корвета уже был готов к подобному стечению обстоятельств – перед самым поворотом коридора был установлен бронещит, за которым укрылось несколько алдераанцев, вооружённых бластерами DL-18, готовых к отражению атаки абордажной команды. Но светошумовые гранаты повергли их в нокдаун, вследствие чего они не смогли что-либо предпринять. Ещё спустя секунду в коридор ворвались солдаты абордажной команды и защитники импровизированного бастиона полегли на холодный металлический пол, подвергнувшись воздействию парализующего излучения. Затем штурмовики рассыпались по всему звездолёту, весьма грамотно подавляя малейшее сопротивление со стороны экипажа, однако используя только предписанное им оружие, несмотря на то, что экипаж вовсю использовал бластеры, однако защитные поля бронекостюмов отлично справлялись со своей задачей. Вскоре штурмовики безраздельно властвовали на борту «Тантива», часть экипажа пребывала в объятиях Морфея, остальные были отконвоированы в кают-компанию корабля, где и находились сейчас под бдительным присмотром взвода штурмовиков.

– Милорд. – Командир абордажной команды лейтенант Джейс Лоран при виде появившегося в дверях отсека, где содержался пленённый экипаж «Тантива-IV», вытянулся во фронт и вскинул правую руку к шлему. – Корабль находится под нашим полными контролем. Досмотровые группы, соблюдая все необходимые меры предосторожности, ведут обыск отсеков на предмет обнаружения любых носителей информации.

– Результаты есть? – спросил я, внимательно оглядев боязливо глядящих на меня алдераанцев. Ну, конечно, как ещё они должны были глядеть на самого Дарта Вейдера, «Палача Императора»? Всё же пропаганда Альянса успела сделать своё чёрное дело, н-да… Ну, и хатт с ней! Может, оно и к лучшему. Пусть трясутся за свои шкуры и ожидают неминуемой смерти… а потом пусть приходят в себя от изумления по поводу того, что Тёмный Лорд даже не удостоил их вниманием.

– Сожалею, но пока нет, – виновато ответил Лоран. – Ничего подозрительного на корабле пока обнаружить не удалось.

– Лорд Вейдер – по какому праву вы совершили это ничем не спровоцированное нападение на наше судно? – вперёд выступил среднего роста алдераанец в капитанской форме, с пристёгнутой к поясу пустой кобурой от бластера. – Это дипломатический корабль Королевского Дома Алдераана и…

– Дипломатический корабль, говорите? – я взглянул на говорившего – Реймус Антиллес, капитан «Тантива-IV», если память меня не подводит. – Мне об этом известно, капитан…

– Антиллес… м-милорд, – с запинкой ответил алдераанец. По всей вероятности, он уже простился с собственной жизнью… вот только я вовсе не собирался убивать этого парня. Зачем? Мне лично он ничего плохого не сделал, а то обстоятельство, что вверенный ему звездолёт использовался в преступных целях – так ведь сам Антиллес не крал чертежи «Звезды Смерти», а перевозил их… хотя это тоже является преступлением против Империи.

– Капитан Антиллес – вам известно, что на вашем звездолёте перевозились секретные документы, выкраденные мятежниками у военных Империи? Это уже само по себе является преступлением по имперским законам.

– Ни о чём таком мне неизвестно, лорд Вейдер, – парировал Антиллес. Надо отдать должное капитану корвета – держался он стойко, даже находясь лицом к лицу с самим Вейдером. – Мы следовали на Алдераан с Топравы, когда вы столь бесцеремонно прервали наш полёт…

– С Топравы на Алдераан? – фыркнула за моей спиной Мара. – Через Татуин? Это, надо полагать, кратчайший маршрут?

Я сделал предостерегающий жест, и Джейд замолчала.

– С Топравы? Что ж – в таком случае, вам должно быть известно, что именно на Топраве находилась группа бунтовщиков, похитивших эти чертежи. Но, возможно, вы действительно об этом ничего не знали, капитан Антиллес. Возможно, вас просто использовали для своих неблаговидных целей лидеры мятежников. Это бывает. В таком случае, вы не несёте ответственность за действия третьих лиц и, следовательно, не можете быть осуждены по законам Империи.

Вид у алдераанца был такой, словно вот прямо сейчас перед ним материализовался дух Дарта Ревана. Мне стоило немалого труда удержаться от смешка.

– Однако, если вы утверждаете, что это – дипломатический корабль, то позвольте вас спросить – где же посол?

– Э-э… видите ли, лорд Вейдер, дело в том, что…

В этот момент запищал комлинк, закреплённый на левом запястье Лорана. Офицер-штурмовик поднёс его к шлему и внимательно выслушал поступивший по защищённому каналу связи сообщение, после чего перевёл взгляд на меня.

– Милорд – только что одна из досмотровых групп имела боевое соприкосновение на нижней палубе «Тантива-IV», – доложил он. – Один из бойцов получил лёгкое ранение плеча, захвачен – вернее сказать, захвачена – пассажирка корвета. В данный момент она находится под воздействием парализующего разряда. Каковы будут ваши указания на её счёт?

– Вы идентифицировали её? – спросил я.

– Так точно. Это сенатор от Алдераана Лея Органа.

– Сенатор Органа? – я постарался придать своему голосу нотки удивления и, кажется, мне это удалось. – Очень интересно. И что же сенатор Органа делала на борту вашего корабля, капитан Антиллес? Или это и есть ваш посол?

– Совершенно верно, – отозвался алдераанец.

– Вот как? И что же миссия была возложена на сенатора?

– Она находилась на Топраве по делам Имперского Сената, – сказал Антиллес таким тоном, словно это должно было меня впечатлить. Ну да, дела Сената! Интересно, Сенат вообще способен ещё на какие-либо «дела», кроме как вести пустопорожние дискуссии? Навряд ли.

– По делам Сената. – Я оглядел Антиллеса с ног до головы. – Понятно… Что ж, капитан Антиллес – более не смею вас задерживать. Можете следовать по своим… хм… «делам Сената». Я распоряжусь, чтобы ваш корабль был отремонтирован – кажется, мои канониры что-то повредили у вас на борту. После этого вы сможете продолжить свой путь – но без сенатора Органы. Уверяю вас, что ей не будет причинён никакой вред во время её нахождения на борту «Опустошителя», о чём вы можете сообщить её семье.

– Вы… нас отпускаете? – Антиллес не поверил собственным ушам.

– А вас это положение дел не устраивает? Могу отправить всех вас на Кессель… или ещё куда-нибудь подальше.

– Нет, уж лучше на Алдераан, если вы не возражаете.

– Не возражаю. – Я сделал знак Лорану. – Однако до окончания ремонтных работ на борту корвета будут присутствовать штурмовики. Это не обсуждается. И мой вам совет, капитан Антиллес – не играйте в эти игры с Восстанием. Ведь второго раза просто не будет. Если вы ещё раз попадётесь мне на чём-нибудь подозрительным – это будет вашей последней ошибкой. Я понятно изъясняюсь?

– Д-да… лорд Вейдер, – выдавил из себя потрясённый тем, что его и весь экипаж «Тантива-IV» оставляют в живых, Антиллес.

– Рад, что вы вняли голосу разума, капитан. – Я посмотрел на Мару и едва заметно кивнул, приглашая следовать за собой.

Итак, что мы имеем на данный момент? Сенатор Лея Органа захвачена во время перехвата «Тантива-IV» и доставлена на борт «Опустошителя», похищенные планы БЭП на борту корвета не обнаружены, что и неудивительно – их там просто нет, они находятся в данный момент в бочкообразном теле дроида класса R2, который в компании своего беспокойного и трусливого спутника – протокольного дроида С3РО – приближается к поверхности Татуина на борту спасательной капсулы. Получается, что мы приближаемся к поворотной точке, после прохождения которой события в Далёкой-Далёкой Галактике пойдут совсем иным чередом.


Интерлюдия 5.


0 ДБЯ,

где-то в галактике Небесная Река.


Коммуникационное устройство, встроенное в рабочий стол Мон Мотмы, мигнуло зелёным сенсором, после чего воспроизвело голографическое изображение некоего разумного, который в данный момент находился за много парсеков от теперешнего месторасположения штаба Альянса, на планете, название которой ничего не говорило чандрилианке. Однако личность самого разумного была очень хорошо известна Мотме и, хотя лично они никогда не встречались, лидер Альянса хорошо представляла себе, с кем имеет дело. Разведка повстанцев тоже не пяткой сморкалась, хотя надо признать, что до уровня ИСБ она явно не дотягивала.

– Я не совсем понимаю, чего вы от меня хотите, – произнесла собеседница Мотмы. – Мы только закончили обустройство базы на Явине-IV и готовимся развернуть комплекс дальнего обнаружения и поэтому…

– Дело, о котором пойдёт речь, не имеет отношения к нашей новой базе, мастер, – мягко ответила Мотма. – Оно несколько иного плана.

– Какого именно? – голограмма нахмурилась.

– Оно… имеет некоторое отношение к вашему бывшему учителю…

– Что?! – глаза собеседницы Мотмы вспыхнули опасным блеском. – Некоторое отношение к… Вы, наверное, шутите, Мон, – уже более спокойно произнесла она.

– Нет, я совершенно серьёзна. До нас дошла некая информация, которая может иметь огромное значение для всего Альянса.

– Какая именно?

– После эвакуации одной из наших баз, расположенной на Полис-Массе, среди документов архива, вывезенного оттуда перед появлением имперских сил, одним из наших аналитиков были обнаружены некие данные, которые привлекли его внимание. Поначалу он решил было, что это всего лишь медицинская карта пациента, проходившего медицинское обследование в клинике каллидахинцев, однако, как только ему стало известно имя пациента, он тут же поднял все записи, которые только смог найти в архиве.

– Интересно. – Голограмма с минуту помолчала, собираясь, по-видимому, со своими мыслями. – Имя пациента, случаем, не Падме Амидала Наберри?

– В проницательности вам не откажешь, мастер. – Мон Мотма сдержанно кивнула. – Именно так. Речь шла о сенаторе от Набу времён Клонических Войн Падме Амидале.

– Что она делала на Полис-Массе?

– А вот это и есть то, ради чего я приняла решение связаться с вами. Вы на тот момент уже не являлись членом Ордена джедаев и не могли знать о том, что произошло на астероиде. А именно там Падме Амидала родила двойню, после чего по совершенно необъяснимым причинам умерла, хотя по медицинским показателям этого не должно было произойти… Мастер – с вами всё хорошо? – обеспокоенно спросила Мотма при виде разом изменившегося лица собеседницы.

– Падме… родила двойню? – выдавила собеседница чандрилианки. – Вы в этом уверены, Мон?

– Абсолютно. Более того – нам известно, где они сейчас находятся.

– Известно? Но… тогда я не совсем понимаю…

– Видите ли, дело в том, что нас больше всего интересует сын Скайуокера. Думаю, что вы согласитесь со мной, что он может быть как полезен для Империи, так и опасен. Во втором случае это было бы замечательно, но, если дело сложится так, что реализуется первый, то допустить такого развития событий мы не можем. Надеюсь, вы понимаете, почему.

– Сын Вейдера может склонить чашу весов Тёмной Стороны в пользу Империи, – пробормотала собеседница Мотмы. – И тогда вряд ли уже удастся что-либо сделать.

– Именно так. Поэтому такого развития событий мы никак не можем допустить.

– Гм… Однако, всё же мне не совсем понятно, чего вы хотите от меня.

– Нужно установить тщательное наблюдение за сыном Вейдера. А ваш опыт разведывательно-диверсионной работы известен всему Альянсу. Подключите свою агентурную сеть, установите наблюдение за молодым Скайуокером…

– Скайуокером? – глаза собеседницы чандрилианки сузились.

– Этого молодого человека зовут Люк Скайуокер, в данный момент он живёт на Татуине, в семье приёмных родителей – фермеров-влагодобытчиков Ларсов. Судя по всему, он не догадывается о том, КТО является его отцом, но не вам объяснять, что это ничего ровным счётом не значит. Если молодой Скайуокер чувствителен к Силе хотя бы вполовину чувствительности своего отца, то он в любой момент может узнать о своём происхождении, и что тогда может случиться, невозможно предугадать.

– Гм…

– И кстати – там же, на Татуине, живёт один хорошо знакомый вам человек…

– Магистр Кеноби? – губы собеседницы лидера Альянса изогнулись в улыбке. – Мне об этом известно, Мон. Или я незаслуженно имею ту репутацию, о которой вы мне только что говорили? Похоже, что он выполняет роль… сторожа, что ли…

– Можно сказать и так. – Мон Мотма осталась совершенно серьёзной. – Однако его инкогнито должно быть соблюдено. Не вам объяснять, что произойдёт, если Вейдеру станет известно о том, что на планете скрывается один из выживших джедаев.

– Само собой разумеется, – кивнула голограмма. – И когда мне начинать работу в этом направлении?

– Немедленно. Если у вас есть кто-то на Татуине – свяжитесь с ним и отдайте необходимые указания. Если же нет – подготовьте агентов для отправки на эту планету. Нельзя ни на минуту оставлять юного Скайуокера без внимания.

– Хорошо.

– И ещё одно, мастер. – Мон Мотма пристально поглядела на собеседницу. – Если события примут нежелательный для нас оборот… Нельзя допустить того, чтобы молодой Скайуокер попал в лапы Империи. Вы меня понимаете?

– Думаю, что понимаю, – медленно отозвалась голограмма после некоторой паузы.

– Тогда действуйте. Обо всех изменениях в ситуации докладывать лично мне. Связь поддерживайте по закрытому каналу. И учтите – о подробностях дела не должен знать никто. Никто, это вам, надеюсь, ясно?

– Яснее некуда! – мрачно усмехнулась собеседница Мотмы.


Глава 9.


То же время,

орбитальное пространство Татуина,

борт ИЗР «Опустошитель.


Я внимательно оглядел появившегося на командном мостике «Опустошителя» лейтенанта Штурмового корпуса Сола Брекенриджа. Лица дантуинца, скрытого боевым шлемом, я видеть не мог, но то, как уверенно он стоял перед своим главнокомандующим, говорило о многом. Что ж – повышение явно пошло этому способному парню на пользу. Оно не вскружило ему голову, наоборот – Брекенридж с большой ответственностью подходил к каждому порученному ему заданию, демонстрируя незаурядные смекалку и сообразительность.

– Милорд. – Брекенридж вытянулся в «струну», глядя на Тёмного Лорда.

– Вам всё ясно, лейтенант? – спросил я.

– Так точно, милорд. – Брекенридж, судя по всему, не испытывал никакого трепета от того, что стоял перед самим Дартом Вейдером, и мне это импонировало. Искреннее уважение всегда приятнее, нежели уважение, оказываемое из-за страха.

– Повторите те инструкции, которые вы получили касательно ваших действий на Татуине. Нельзя ничего пропустить. Слишком высоки ставки в этой игре.

– Моё подразделение высаживается на Татуине в месте падения капсулы с «Тантива-IV» и проводит предварительную разведку на предмет наличия неких секретный чертежей, похищенных бунтовщиками. Если поиски не принесут результатов, мы ищем след дроидов, которые, вне всякого сомнения, покинули капсулу и пытаются добраться до мало-мальски населённых мест. Оружие первыми применять лишь в случае непосредственной угрозы жизни солдат, с местными вести себя уважительно и не проявлять по отношению к ним агрессии. Если нам удастся перехватить вышеупомянутых дроидов, мы должны будем доставить их на борт «Опустошителя» с соблюдением всех необходимых мер предосторожности. Если же, по каким-либо причинам, этого сделать не удастся, тогда нам надлежит действовать сообразно обстоятельствам. В любом случае, связь между моим подразделением и кораблём поддерживаем постоянно. По кодированному каналу.

– Что касается особых, – я выделил интонацией, насколько это было возможно через вокабулятор, это слово, – указаний, вам всё ясно, лейтенант?

– Так точно, милорд.

– Отлично, лейтенант. – Я довольно кивнул. – Свободны.

– Есть! – Брекенридж по-военному чётко откозырял и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, направился к выходу из командного отсека ИЗР.

– Ваше решение о переводе этого молодого человека на борт «Опустошителя» оказалось весьма прозорливым, милорд, – сказал стоящий слева от меня капитан Пиетт. – Он производит очень хорошее впечатление. Толков, рассудителен, не подвержен ксенофобии, предан Империи… Такие люди нам нужны.

– Такие разумные, – поправил я Пиетта, – нам очень нужны, Фирмус. И чем больше таких способных молодых разумных мы сможем привлечь на свою сторону, тем быстрее мы положим конец этой нелепой братоубийственной войне.

– С вашими словами трудно не согласиться, милорд. – Капитан Звёздного Разрушителя переглянулся со своим помощником Эскелом Таггом. – Ещё какие-нибудь распоряжения будут?

– Да. – Я перевёл взгляд на офицеров. – Установите канал связи со Звездой Смерти и вызовите инженера-проектировщика силовых полей Тилу Каарз. Канал закрытый, на плавающей субчастоте. И переведите сигнал в мою каюту.

– Хорошо, милорд. – Пиетт сделал знак Таггу. – Будет исполнено.

Кивнув капитану ИЗР, я развернулся и быстрым шагом, насколько этому способствовали доспехи, вышел из отсека.

Первым делом, что я сделал, очутившись в своей каюте – это включил особое устройство, делающее невозможным прослушивание помещения в любом диапазоне. Плох тот военачальник, который недооценивает противника. Конечно, вряд ли в экипаже «Опустошителя» мог действовать шпион Альянса, но бережёного, как говорится… Затем я подошёл к встроенному в одну из стенных панелей коммуникатору и набрал лишь одному мне известному комбинацию. Ровным матовым светом загорелся большой коммуникационный экран, на котором возникло изображение женщины средних лет, чья кожа имела зеленовато-жёлтый оттенок, а лицо украшали традиционные мириаланские татуировки. Одета она была в форму имперского военного инженера.

– Специалист Каарз. – Я поприветствовал бывшую политзаключённую, а сейчас – ведущего специалиста в области систем защиты двигательной установки Звезды Смерти – лёгким кивком.

– Лорд Вейдер. – Тила Каарз слегка наклонила голову.

– Как продвигается ваша работа? Есть ли положительные сдвиги?

– Есть, лорд Вейдер. Мы только недавно завершили монтаж основного питающего контура генератора силового щита, который будет прикрывать тепловой выхлопной порт. В ближайшее время проведём экспресс-тесты, которые покажут нам, насколько щит прочен и сможет ли он выдержать прямое попадание чего-нибудь навроде протонной торпеды или ракеты с ядерной боеголовкой.

– Ну, насчёт ядерной ракеты – это вы, по-моему, перегнули, – несколько досадливо произнёс я.

– Отчего же? – мириаланка пожала плечами. – То, что Империя не использует атомное оружие, вовсе не означает, что его не могут использовать против неё. И, хотя таких случаев не отмечалось, не стоит забывать, что ядерное оружие до сих пор имеется на Мандалоре и в Тионской Гегемонии. Также нельзя сбрасывать со счетов и Мореллию, хотя их запасы тактического атомного оружия весьма малы, но они симпатизируют Альянсу, а это означает, что есть теоретическая вероятность того, что мятежники смогут получить в своё распоряжение пару ядерных зарядов. Поэтому я не считаю, что нам стоит пренебрегать вероятностью использования против станции атомного оружия.

– Что ж – вам виднее, Каарз. Но учтите – ошибок в расчётах быть не должно. Слишком высока цена. И не забывайте, что односторонний силовой щит не есть панацея, нужна и механическая защита на непредвиденный случай.

– Я поняла вас, лорд Вейдер. С вашего позволения, я вернусь к своей работе.

Я молча кивнул мириаланке и отключил коммуникатор. Постояв у экрана в задумчивости с минуту, снова включил устройство и набрал код вызова абонента, используя всё тот же принцип связи на плавающей гиперчастоте. Некоторое время экран светился матово-серым фоном холостого режима, затем по нему пробежала интерференционная волна и передо мной возникло коричневое лицо, принадлежащее иридонианскому забраку. И выражение этого самого лица было явно далёким от радушие или почтения.

– Я же просил не отвлекать меня во время… – раздражённо начал было забрак, но осёкся, когда увидел, КТО находится по другую сторону экрана. – О, прошу прощения, милорд! Я не знал, что это вы!

– Не стоит извинений, Шивал. – Я жестом остановил забрака. – Как продвигаются у вас дела? Готовы ли прототипы?

– Прототипы? – Мерв Шивал снисходительно усмехнулся, словно сейчас он объяснял туповатому студенту основы квантовой механики и принцип гиперперехода. – От прототипов нет никакого толку, милорд. У меня есть для вас кое-что получше.

И коричневое лицо забрака при этих словах приобрело вид игрока в сабакк, только что сорвавшего грандиозный куш, как минимум, по стоимости равный цене Звёздного Разрушителя.

Я позволил себе слегка улыбнуться под шлемом. Мерв Шивал, инженер с Иридонии, оказался весьма неплохим приобретением для Империи. На своей родной планете его работы не могли получит сколь-нибудь серьёзного признания по причине недостаточного финансирования, но в Империи подобных проблем не существовало. Поэтому в исследовательском центре, который располагался на Кариде, Шивал смог развернуться на полную, так сказать, катушку и добился больших успехов в создании прототипов.

Лицо забрака исчезло с экрана, уступив место изображению боевой машины на колёсном шасси – не очень распространённый вид транспорта в Далёкой-Далёкой Галактике.

– Прошу любить и жаловать, милорд – штурмовой бронеавтомобиль «Гарпун». – Голос Шивала раздавался откуда-то из-за кадра. – При его разработке мы строго следовали тем наработкам, которые вы нам предоставили. Машина получилась весьма скоростной и живучей благодаря новой двигательной установке и новым щитам. Масс-драйверная пушка калибром восемьдесят восемь миллиметров имеет скорострельность двадцать пять выстрелов в минуту. Максимальная скорость «Гарпуна» составляет сто сорок километров в час на ровной поверхности, при движении по пересечённой местности она равняется сорока двум километрам в час. Машина способна форсировать водные преграды глубиной до двух с половиной метров. Фильтрационная установка позволяет экипажу без особых последствий миновать любой очаг химического, биологического или радиоактивного поражения, противоатомная защита обеспечивает выживаемость даже в пяти километрах от эпицентра ядерного взрыва. При выходе из строя основного двигателя броневик может в течении нескольких секунд перейти на резервный двигатель, получающий энергию от протонного микрореактора. Экипаж – четыре оператора плюс двенадцать штурмовиков. Защитное поле обеспечивает полное экранирование машины в радиусе десяти стандартным имперских метров… – Шивал неожиданно замолчал, а потом спросил: – Скажите, лорд Вейдер – откуда у вас в распоряжении оказалась технология производства таких защитных экранов? Технология весьма проста, но в то же время, необычна. Такое силовое поле практически непробиваемо бластерами, деактивировать его можно, лишь используя особые дезинтеграционные заряды. Мне раньше…

– Шивал – ваше дело доводить до ума те разработки, которые вам переданы, а не задавать вопросы об их происхождении. – Решив, что добрый Вейдер всё же несколько не вписывается в общепринятую картину – да и к тому же, интересно было – я сфокусировал на находящемся за сотни светолет от Татуина инженере поток Силы и с некоторым удовольствием увидел, как забрак схватился обеими руками за горло и принялся судорожно хватать ртом воздух. – Надеюсь, больше мне вас не придётся предупреждать?

– Н-не… п-придётся… – еле слышно выдавил из себя Шивал.

– Очень хорошо. – Я убрал силовой захват. – Теперь о «Девастаторе». Машина уже прошла полевые испытания?

– Мм… так точно, милорд. – Шивал сделал несколько вдохов, понемногу приходя в себя. – Полевые испытания проходили на полигоне на Джанкш-V и показали очень впечатляющие результаты.

– Как обстоят дела с производством данных машин?

– «Убриккианский Транспорт» уже начали производство «Гарпунов» и «Девастаторов». Мы ожидаем поступление первых партий в войска уже в течении этого месяца.

– Что ж – это радует. А что насчёт ручных образцов масс-драйверного оружия? Как в этом направлении продвигаются дела?

– Боюсь, милорд, что здесь не всё так просто. Создать ручной масс-драйверник несложно, сложно адаптировать под такой малый калибр снаряд с дезинтеграционной боеголовкой. Но мы работаем над этой проблемой, милорд. Я привлёк к исследованиям двоих довольно неплохих специалистов в области ручного оружия – Тена Совва из «СороСууб» и Шелдона Трейса из «Оружие Цзерки». Скорого прорыва не обещаю, но работа продвигается.

– Очень хорошо, Шивал. Надеюсь, вы сумеете оправдать возложенное на вас доверие. – Я сдержанно кивнул забраку. – Продолжайте в том же духе.

– Да, лорд Вейдер.

Экран погас. Я с минуту глядел на панель, потом усмехнулся. Всё же надо было задать некое направление имперским «научникам», чтобы расшевелить их в нужном направлении. Может быть, мои идеи поспособствуют прогрессу. Как знать…

Я чувствовал, что ситуация на Татуине скоро будет разрешена, причём явно не в пользу Альянса. Я твёрдо решил, что молодого Скайуокера мятежники не получат и, следовательно, Оби Ван не успеет промыть ему мозги своей джедайской ересью насчёт Силы и всего того, что с ней связано, а главное – старый дурак не расскажет ему, что его отца «предал и убил молодой джедай по имени Дарт Вейдер». Джедай по имени Дарт! Ха! Сказал бы сразу – ситх! Имя «Дарт» сроду не носил ни один джедай, хотя, впрочем, живущему на этой удалённой от Центра Империи планете Люку была фиолетово, джедай ли, ситх ли – он до сего момента ни о тех, ни о других и знать не знает ничего толком, благодаря своему приёмному дяде Оуэну Ларсу.

Однако для сына Вейдера существовала серьёзная опасность в лице Императора. Следовало каким-то образом отвлечь внимание Палпатина от Люка. А заодно и подготовить почву для последующих действий. Я отвернулся от настенного коммуникационного экрана и прошёл на середину каюты, где располагался проектор личной голосвязи с Императором. Как только я очутился в центре круга, по его периметру вспыхнул голубой световой кант, свидетельствующий об активации кодированного гиперканала. Следуя установленному протоколу, я опустился на правое колено и почтительно склонил голову.

– Приветствую вас, повелитель, – произнёс я при виде возникшей передо мной голопроекции Сидиуса. – Возникла необходимость связаться с вами по крайне неотложному делу.

– Что-то серьёзное? – голограмма Палпатина внимательно оглядела меня своими цепкими жёлтыми глазами.

– Да, повелитель. Дело касается гранд-моффа Таркина.

– Вот как? А что не так с гранд-моффом?

– Я считаю, что своими действиями гранд-мофф подрывает авторитет Империи и лично ваш авторитет, как Императора. – Рискованно вот так в лоб брякнуть такое Палпатину? Возможно. Но иногда именно такие действия и приносят пользу. – А как главнокомандующий вооружёнными силами Империи, я не могу этого допустить. Особенно сейчас, когда мятежники резко активизировали свои противоправные действия.

– Я так полагаю, что у тебя есть доказательства некомпетентности Таркина. Я прав?

– Не некомпетентности, повелитель. Недальновидности и самоуверенности.

– Хм. – Голограмма Сидиуса внимательно поглядела на меня. – Полагаю, что будет лучше, если ты встанешь и подробно обо всём мне поведаешь, лорд Вейдер.

– Как прикажете, повелитель. – Я поднялся на ноги и встретился взглядом со старым ситхом.

– Я слушаю тебя, Вейдер. Говори.

– Проблема в «Доктрине страха» Таркина, повелитель.

– В «Доктрине»? – я почувствовал, что Сидиус заинтересовался. Ещё бы ему не заинтересоваться, когда его правая рука говорит такое об одном из самых лояльных гранд-моффов Империи.

– Именно так. Я лично считаю, что его взгляды на проблему в корне ошибочны и более того – они могут принести огромный вред Империи.

– Поясни свою точку зрения.

– Запугивание, террор и угнетение лишь навредят Империи в плане имиджа. Если жители галактики будут знать, что они беззащитны перед лицом военной машины Империи, то это привлечёт их на сторону Альянса, а это, сами понимаете, нам совсем не нужно. Напротив, если они будут видеть, что Империя всячески пытается их оградить от вылазок мятежников и террористов, при этом гибнут солдаты и офицеры армии и флота, то симпатии их будут на нашей стороне.

– Да, твоя идея с контрпропагандой возымела эффект. После нападения мятежников на Лианну вербовочные пункты буквально захлестнул поток добровольцев, желающих вступить в ряды имперской армии. – Палпатин хихикнул – противненько так. – И среди не-людей тоже возросло число наших сторонников, как бы это не выглядело странно. Я доволен твоей работой, Вейдер. Очень хорошо сработано. Твоё выступление по головидению выбило почву из-под ног Альянса. Но всё же я не вижу причин для того, чтобы обвинять Таркина в том, в чём ты его обвиняешь.

– При всём моём уважении, я вынужден не согласиться с вами, повелитель. Действия Таркина могут спровоцировать весьма серьёзный кризис – как политический, так и военный.

– Каким образом?

– Таркин может использовать наше новое оружие для демонстрации нашей мощи и нашей решимости довести дело до конца, но это только привлечёт новых бойцов в ряды Альянса и гражданская война разгорится в полную силу. Вы ведь не сомневаетесь в моих способностях адепта Силы, повелитель?

– Если бы я в них сомневался, я не стал бы тебя обучать ещё тогда, двадцать лет назад. Но проблема такого рода действительно беспокоит меня. Нельзя допустить, чтобы бездумное рвение какого-нибудь высокопоставленного болвана нанесло вред Империи. Учти, что болваном Таркина я вовсе не считаю.

– А я и не утверждаю, что гранд-мофф принадлежит к категории болванов. Просто его взгляды на некоторые вопросы несколько ошибочны.

– Понятно. И что именно тебя беспокоит?

– Я полагаю, что Таркин может использовать Звезду Смерти для уничтожения какой-нибудь планеты, имеющей среди своего населения сочувствующих повстанцам. Это не выход, повелитель. Даже если количество симпатизирующих мятежникам достаточно велико, это не повод для того, чтобы уничтожать планету, населённую миллионами разумных. Уже не говоря о том, что в Силе это ощущается весьма… болезненно.

– Однако против уничтожения Деспайера во время ходовых испытаний ты не возражал, – произнёс Сидиус.

– Это совсем другое дело. Конечно, на планете были и те, кто попал туда из-за судебных ошибок, но основная масса заключённых являлась врагами Империи. Хотя удар по сознанию, отозвавшийся при гибели столь большого количества разумных, был неприятен. Однако не в этом дело…

– Я понял твою мысль, Вейдер. – Император некоторое время молчал, явно пребывая в раздумье, что я ощутил при помощи Силы. Разумеется, Сидиус это почувствовал, но виду не подал. – Согласен, что давать козыри мятежникам вовсе ни к чему. Тем более в нынешней обстановке, когда этот так называемый Альянс резко активизировался. Действуй, как сочтёшь нужным. Я даю тебе своё разрешение.

– Благодарю, повелитель. – Я решил, раз уж такое дело, идти до конца. – И ещё одно. Последнее.

– Да?

Почувствовав в голосе Тёмного Владыки раздражение, я решил быть кратким. Не хватало ещё, чтобы Палпатин начал догадываться о том, о чём ему не стоило догадываться.

– Я полагаю, что есть некоторое количество лиц, которые будут противиться Новому порядку, несмотря ни на что.

– Вот как? И кто же это?

– Джедаи, повелитель.

Некоторое время Император молча глядел на меня, словно решая – здоров я или у меня начался бред. Потом медленно проговорил:

– Джедаев не осталось, мой друг. Или я чего-то не знаю?

– Я тоже так думал до некоторого времени, однако совсем недавно я ощутил некое возмущение в Силе. Ничем иным, как воздействием на неё адептов Светлой Стороны, я его не могу охарактеризовать. Оно было весьма незначительным, но ошибиться я не мог.

– Хм… Полагаю, определить, кто это был, тебе не удалось?

– Воздействие было кратковременным, так что определённо сказать сложно. Однако я полагаю, что их, как минимум, двое.

– Двое? Это уже чересчур. Интересно, каким образом они смогли избежать внимания со стороны Инквизитория?

– Это и мне хотелось бы знать, повелитель. Не хотелось бы разочаровываться в талантах Джерека и Тремейна.

– Это в корне меняет дело. – Император властно кивнул мне, давая понять, что здесь я волен действовать так, как сочту нужным. – Здесь я предоставляю тебе полную свободу действий, лорд Вейдер. Задействуй все ресурсы, но найди этих смутьянов. И как обстоят дела с похищенными планами?

– Думаю, что вскоре они будут доставлены на борт «Опустошителя». Я отправил надёжного человека на Татуин, где, судя по последним разведданным, они и находятся.

– Причастность к похищению Королевского Дома Алдераана доказана?

– Нет, повелитель. Похоже, что ряд алдераанских политиков действовал по собственной инициативе, и первую скрипку там играет Бейл Органа.

– Твоё мнение?

– Его дочь находилась на борту захваченного нами звездолёта и сейчас моим приказом переправляется на Звезду Смерти для проведения следственных мероприятий. Однако я бы советовал воздержаться от каких-либо силовых акций в отношении её отца. Думаю, что факт нахождения Леи Органы в руках имперского правосудия уже сам по себе будет являться сдерживающим фактором для Бейла.

– Тактика взятия заложников? – Палпатин одобрительно кивнул. – Очень хорошо. Только не перестарайся.

– Постараюсь, повелитель. – Я произнёс эти слова со зловещим оттенком и, как мне кажется, Сидиус воспринял это как и должен был. – Но ничего не могу обещать.

– Ну-ну. Держи меня в курсе дела. И… знаешь, что? Я думаю, что тебе не помешает помощь. В конце концов, ты не вездесущ и не можешь сразу за всё браться. Я отправлю к тебе Тремейна.

– Да, повелитель.

Голограмма Императора покровительственно кивнула и погасла.

Я позволил себе слабо улыбнуться под шлемом. Что ж, похоже, что внимание Сидиуса от Люка Скайуокера удалось отвлечь. Пока. Я не тешил себя мыслью, что Император забудет о наличии сына Вейдера. Однако на время его голова будет занята другими проблемами. А Тремейн… Тремейн – ученик Вейдера, когда-то бывший падаваном мастера-джедая Дэва Килану, ставший впоследствии Верховным Инквизитором и понявшим всю бессмысленность джедайского учения о Силе. Его помощь была бы весьма кстати. Вежлив, культурен и обезоруживающе сдержан – такой человек будет мне весьма полезен. Правда, смущает его идея о превалировании человеческой расы над остальными народами галактики, но это дело поправимое.

Отключив персональную линию связи, я задумчиво поглядел на сферу барокамеры. Не мешало немного отдохнуть, однако кое-что ещё требовало моего вмешательства. Я дотронулся до персонального комлинка, набирая код вызова.

– Исанн – вы свободны? – спросил я.

– Да, милорд, – отозвалась Айсард.

– Зайдите ко мне. Нужно кое-что обсудить…


Глава 10.


– Чисто, сэр. – Из открытого люка спасательной шлюпки высунулась голова штурмовика. – Никого и ничего.

– Ну, то что никого, это и нерфу понятно. – Лейтенант Брекенридж оглядел окрестности. – А ветерок-то замёл следы… Врэнк – что у тебя?

Стоявший чуть в стороне от капсулы солдат с каким-то прибором в руках жестом подозвал к себе лейтенанта. Брекенридж, несколько неуклюже оступившись на песке, обошёл капсулу и приблизился к солдату.

– Ветер занёс следы песком, сэр, – проговорил Врэнк Альстер, держащий в руках следоискатель, – однако это не помеха для следоискателя. Смотрите – дроиды, находившиеся в спасательной шлюпке, после приземления выбрались наружу и двинулись прочь от аппарата, однако в нескольких метрах от него остановились, а потом разделились и двинулись каждый в своём направлении. Следы гуманоидного дроида – вполне возможно, что это дроид-переводчик либо протокольный дроид – ведут на север, в то время, как следы от колёс – вероятно, это астромех – идут в восточном направлении, в сторону окраины Юндлендской Пустоши. Если и находятся у них похищенные чертежи, то, скорее всего, у астромеха.

– А тот, другой дроид, какого хатта попёрся на север? – спросил Брекенридж. Врэнк в ответ лишь молча пожал плечами. – Так, понятно. Значит, идём по следу астромеха. Сэлидж, Крук – останетесь на шаттле, будете следить за обстановкой с воздуха.

Двое штурмовиков, стоявшие чуть поодаль от капсулы, согласно кивнули.

– Эрвин – мы отправимся по следу одного из дроидов, – лейтенант вызвал пилота десантного челнока, – возьмём мотоспидеры. Оставлю Сэлиджа и Крука, поднимайтесь до эшелона «один-ноль» и ведите наблюдение, но ни во что не вмешивайтесь.

– Вас понял, сэр, – отозвался пилот.

– Народ – работаем.

Штурмовики вывели из ангара космоплана мотоспидеры 64-Y Swift 3 и, усевшись на них, выжидательно уставились на своего командира. Сол ещё раз переговорил с Альстером, после чего согласно кивнул алдераанцу и забрался на сиденье своего спидера. Надиктовав сообщение для Лорда Вейдера и закодировав его в информпакет, дантуинец отправил его на ИЗР по кодированному субканалу, после чего запустил двигатель «шестьдесят четвёртого». Пилот «Стража» после того, как двое штурмовиков, оставленных Брекенриджем, поднялись по десантной аппарели, задраил внешний люк и поднял машину в воздух, после чего космоплан развернулся в воздухе на девяносто градусов и устремился в том же направлении, в котором уходили следы астродроида.

Выстроившись правильным клином, на острие которого расположился спидер Альстера со следоискателем, репульсорные машины устремились в указанном алдераанцем направлении. Вокруг не было ничего, кроме бесконечных песчаных просторов да редких скал, и глазу было абсолютно не за что зацепиться. Однако спустя двадцать минут впереди по курсу появилось большое коричневое пятно, медленно движущееся в юго-западном направлении. Завидя этот объект, Брекенридж подал в эфир условный сигнал, призывающий штурмовиков к готовности, после чего направил свой 64-Y наперерез тихоходному транспорту. Поскольку тот и не думал останавливаться, Брекенридж произвёл наперерез курсу машины выстрел из установленного на мотоспидере бластерного орудия, чтобы привлечь внимание водителя транспорта. Это возымело эффект – огромный краулер заскрипел тормозами и остановился. На песок опустился трап, по которому осторожно спустились несколько невысоких гуманоидов-джав, опасливо косящихся на закованных в броню штурмовиков, восседающих на спидерах, окруживших их транспорт полукольцом.

– Кто из вас является… э-э… главным? – подобрал, наконец, подходящее слово Брекенридж, обращаясь к джавам на корусантском стандартном. Использовать электронного переводчика не имело смысла – язык джав не входил в число тех языков, что обычно включаются в лингвистические базы данных.

Вперёд выступил один из инопланетян, будучи несколько крупнее остальных своих сородичей, державший в руках ионный бластер, которыми пользовались джавы для обездвиживания дроидов.

– Я – лейтенант Имперского Флота. – Брекенридж с иронией оглядел низкорослого обитателя Татуина. – Мы ищем двух пропавших дроидов, возможно, протокольного и астромеха класса R2. Вы видели что-нибудь подобное?

Джава какое-то время настороженно глядел на имперского офицера, потом разразился целой серией звуков, среди которых ухо дантуинца уловило часто повторяющееся слово «Utinni». Однако понять смысл сказанного он не смог, что было совсем не удивительно – джавский язык был очень сложен и практически не поддавался изучению уроженцами других планет.

– Сэр – похоже, он вас не понимает, – подал голос один из штурмовиков.

– Похоже на то. – Брекенридж с досадой поглядел на низкорослого гуманоида. – Дроиды. Большой и маленький. Вы их видели?

Джава опасливо оглядел штурмовиков и у Брекенриджа создалось впечатление, что гуманоид понимает, что говорит ему дантуинец. Во всяком случае, джава повернулся и своей маленькой рукой указал направление, противоположное тому, в котором двигался краулер. Свой жест он сопроводил потоком непонятных фраз, причём произнесённых так быстро, что для Брекенриджа они слились в одну длинную неудобоваримую фразу.

– Если я правильно его понял, – Альстер оторвался от монитора следоискателя и взглянул на дантуинца, – то дроиды вполне могут находиться в том направлении, в котором он указывает. Учитывая то обстоятельство, что джавы любят прибирать к своим ручонкам всё, что плохо лежит, можно сделать вывод, что они подобрали дроидов, а затем продали их какому-нибудь фермеру.

– Это можно проверить самым простым способом. – Брекенридж включил встроенный в шлем коммуникатор и вызвал челнок. – Эрвин – здесь Брекенридж. Тебе сверху не видно никакого поселения?

– Поселения? – отозвался пилот «Стража». – Погоди минуту…

Связь не отключилась, однако пилот челнока замолчал.

Брекенридж терпеливо ждал, то и дело поглядывая на беспокойно суетящихся около краулера туземцев. Остальные штурмовики спокойно сидели на своих спидерах, наблюдая за действиями своего командира.

– Есть контакт, – наконец раздался голос пилота космоплана. – Примерно сто – сто сорок километров к востоку от вашего теперешнего местоположения. Средних размеров ферма, какой-либо подозрительной активности не наблюдаю. Запустить сканирование?

– Запускай. – Брекенридж довольно усмехнулся под шлемом. Посмотрел на джаву. – Благодарю за содействие и оказание помощи имперским властям.

Неизвестно, понял ли джава то, что ему было сказано, да и не интересовало это Брекенриджа. Подав условный знак своим подчинённым, лейтенант вдавил педаль акселератора и направил свою машину в том направлении, которое указал ему пилот челнока.


Чтобы не напугать владельцев фермы, Брекенридж распорядился, чтобы челнок находился вне поля видимости, высоко в тропосфере. Сами же штурмовики подъехали к ферме с солнечной стороны, чтобы их не смогли заметить раньше времени. Их и не заметили, пока спидеры не оказались совсем близко от одного из испарителей, возле которого возился пожилой мужчина в традиционной для этой планеты одежде, а возле него крутился дроид модели R4. Лишь когда на его руку упала тень от зависшего рядом с испарителем спидера, мужчина поднял голову от полуразобранной панели устройства и недовольно поглядел на того, кто осмелился оторвать его от работы. Однако при виде сидящего в седле боевого мотоспидера имперского штурмовика он вмиг проглотил всё то, что, возможно, вертелось на его языке.

– В чём дело? – осторожно осведомился мужчина, распрямляясь и вытирая испачканные маслом руки ветошью.

– Лейтенант Имперского Флота Брекенридж, Штурмовой корпус. – Дантуинец внимательно оглядел фермера. – Кто вы такой?

– Оуэн Ларс, владелец влагодобывающей фермы. – Фермер, в свою очередь, настороженно оглядел штурмовиков, которые спокойно сидели на своих спидерах и молча глядели на татуинца, не вмешиваясь в действия своего командира. – Что вам здесь нужно?

– Мы ищем дроидов, которых, возможно, вы могли видеть в этих местах. – Брекенридж недвусмысленно положил руку на свой Е-11. – Один из них, возможно, является гуманоидным дроидом, вероятно, протокольным, другой же, судя по всему, астромех. Что-нибудь подобное вы видели?

Оуэн Ларс сощурил глаза и тщательно скомкал ветошь, которой вытирал руки, после чего бросил её в стоящий поодаль бак для мусора.

– С каких это пор Империя охотится за какими-то дроидами? – буркнул он.

– Империя охотится за всем, что может представлять угрозу жизни и здоровью её законопослушных, – дантуинец выделил это слово интонацией, – граждан. Поэтому мы и ищем этих дроидов.

– Гм… – Ларс нахмурился. Снова оглядел сидящих на спидерах солдат.

– Оуэн – что здесь происходит? – раздался позади фермера женский голос.

Брекенридж поглядел в ту сторону. Из-за спины Ларса показалась женщина невысокого роста, одетая в некое подобие джуббы, с коротко остриженными волосами.

– Что происходит, Оуэн? – повторила она, подходя к Ларсу и вставая рядом с ним.

– Эти солдаты ищут дроидов… – Оуэн нахмурился и искоса взглянул на женщину – по-видимому, супругу. В его взгляде на мгновение проскочило некое беспокойство и Брекенридж понял, что они, похоже, напали на след. – Говорят, что они могут представлять опасность… хотя, задави меня банта, не понимаю, каким образом протокольный дроид и астромех могут угрожать кому-то…

– Опасность? – женщина перевела взгляд на Брекенриджа.

– Госпожа – я лейтенант Имперского Флота Брекенридж, Штурмовой корпус, выполняю задание по поиску двух дроидов. Если вы их здесь видели, то вы должны нам указать направление для их дальнейших поисков.

– Беру… – начал было Ларс, но женщина не дала ему докончить фразу.

– Я так и знала, что с этими дроидами что-то не так! – она одёрнула мужа суровым взглядом. – Не зря я так не хотела, чтобы Люк не покупал того астромеха! Теперь нашему мальчику может угрожать опасность, и всё из-за какой-то жестянки!

– Вашему мальчику? – осторожно спросил Брекенридж. – Вы имеете в виду вашего сына?

– Племянника. Он рано остался сиротой и мы взяли его на воспитание. Люк очень хороший мальчик, разбирается в технике, да и пилотировать спидеры умеет очень неплохо… Оуэн – ты так и будешь молчать или расскажешь лейтенанту Брекенриджу об этих дроидах?

– Если вы опасаетесь, что к вам могут быть применены какие-то меры наказания, то это напрасно, уверяю вас, – проговорил дантуинец. – Законопослушным гражданам Империи нечего бояться… если они на самом деле законопослушны.

– Мм… видите ли, лейтенант – похожие дроиды действительно были у нас, но они всего один день как считаются нашими. – Ларс, почесав подбородок, скрестил на груди руки и слегка отодвинулся в жиденькую тень, которую давал испаритель. – Вчера мимо нашей фермы проезжал песчаный краулер джав, ну, и они остановились здесь и предложили несколько дроидов на продажу. А мне как раз нужен был новый дроид-механик – у меня два дня назад сломался один из R4. Обычно я сам их ремонтирую, но у него сгорел центральный процессор, а такие работы мне не по плечу, и Люк тоже в этом мало что смыслит. А везти дроида в Мос Эйсли и долго, и затратно – ремонт ЦП недешёв, а уж про новый процессор я и не говорю. Проще было дроида просто разобрать. Да и дроид-переводчик мне тоже не помешал бы. А джавы эти предложили мне как раз такого – модель С3РО, ну, вы знаете, эти надоедливые протокольные дроиды. Но он знал боцца и бинарный язык испарителей, а мне это как раз и было нужно. А тот астромех… Джавы поначалу хотели мне всучить R4, но тот оказался несправным и вышел из строя, едва отъехав от краулера, так что выбор пал на R2, тем более, что дроид-переводчик настоятельно советовал его взять. – Оуэн пожал плечами. – Собственно, это всё, что я могу вам рассказать, лейтенант. Я понятия не имею, откуда у джав взялись эти дроиды и что в них такого особенного есть. Для меня они – просто обычные дроиды.

– Где они сейчас? – Брекенридж почувствовал, как внутри него всё сжалось. Вот оно! Шанс показать командованию, что не зря его перевели из лианнского гарнизона на борт личного Звёздного Разрушителя Лорда Вейдера!

– Сегодня утром Люк отправился с ними на восточный склон, чтобы…

Откуда прилетела ракета, ударившая в склон искусственного кратера, вырытого фермером в центре своих владений, Брекенридж не понял. Прогремел взрыв, ударная волна опрокинула один из спидеров, вышибив штурмовика из седла и приложив его о корпус испарителя. В следующую секунду дантуинец уже разворачивал свой спидер в ту сторону, откуда к имперцам устремились бластерные разряды. Однако дураков в Штурмовом корпусе не держали. Все подчинённые Брекенриджа держали оружие наготове, а персональные силовые поля – включёнными, поэтому, несмотря на то, что нападение было неожиданным, преимущество противник не получил.

– Альстер, Брес – защищайте гражданских! – Брекенридж выхватил из держателя бластерный карабин и открыл огонь по бегущим к ферме с оружием в руках фигурам, лишь часть из которых была людьми. – Маркус – помоги Флориану! Отходим к брустверу! Занять оборонительные позиции! Эрвин!

– Я вижу бардак на сканерах, – раздался спокойный голос пилота десантного шаттла Эрвина Боурса, уроженца Алсакана. – Иду к вам. Держитесь.

Фермеров двое штурмовиков, прикрывая своими телами, сноровисто утащили вниз, в жилые помещения. Раненого штурмовика его товарищ уволок туда же, при этом умудряясь ещё и отстреливаться от противника. Остальные, спешившись, заняли позиции по обе стороны от входа в жилое пространство фермы и открыли прицельный огонь из своих бластерных карабинов по атакующему противнику. Нападающие, не ожидавшие такого поворота событий, явно растерялись, что стоило нескольким из них жизни – персональных щитов у них явно не было, а стреляли штурмовики метко. Уцелевшие… кто? бандиты? мятежники? наёмники? были вынуждены залечь на нагретый двойным солнцем Татуина песок и открыть огонь по позициям имперцев, однако, по большей части, огонь этот был весьма неприцельным.

Заметив целящегося в спидеры ракетчика, Брекенридж тут же перенацелил на него свой Е-11. Луч угодил рослому вуки в голову и гуманоид рухнул на песок, выронив ракетомёт.

Позади обороняющихся штурмовиков раздался звук двигателей приближающегося «Стража», но именно в этот момент Брекенриджу стало не до этого. И даже то, что рядом с его спидером разорвалась брошенная кем-то из боевиков граната, не привлекло внимание дантуинца. Ибо он увидел, КТО возглавлял отряд напавших на ферму супругов Ларс боевиков. Ошибиться Сол на сей раз не мог, ибо человек, взвившийся в воздух так, словно его выстрелила катапульта, и державший в правой руке струящийся бело-голубым сиянием лучевой клинок, мог быть только джедаем. Крепко сложенный черноволосый мужчина со слегка раскосым лицом спикировал прямо на позиции штурмовиков, не ожидавших такого поворота событий. Однако надо отдать должное солдатам Брекенриджа – никто не запаниковал и не попытался покинуть поле боя. Рейт Галл навскидку выстрелил в джедая из карабина – тот легко отбил выпущенный в него едва ли не в упор энерголуч и нанёс мощный рубящий удар. Не будь у штурмовика персонального щита – его просто разрубило бы надвое, а так огненное лезвие всего лишь прошлось по касательной, вызвав интерференционную волну на поверхности защитного поля. Этот факт вызвал явное замешательство у джедая, однако он быстро сумел справиться с этим и сгенерировал силовую волну, которая унесла солдата за край кратера. Больше ничего джедаю сделать не удалось. Брекенридж, на бегу свалив очередного боевика, бросился вперёд, словно сорвавшийся с цепи ранкор, и буквально протаранил джедая всем своим закованным в броню телом, сбив противника с ног. Обоих от этого усилия унесло на несколько метров в сторону, но джедай каким-то образом исхитрился извернуться и оказаться на ногах вперёд дантуинца. Держа световой меч обеими руками, он бросился на штурмовика с явным намерением прибить его на месте, упустив из виду то обстоятельство, что силовое поле лейтенанта никуда не исчезло. Но Брекенридж вовсе не собирался проводить рискованные опыты, тем паче – на себе. Припав на левое колено, он резким движением выхватил из закреплённых на поясе ножен боевой нож с лезвием из высокопрочного сплава, заточенным до молекулярной остроты, и резким движением резанул по ноге джедая, метя точно за правое колено. Острое лезвие без труда вспороло штанину и перерезало сухожилия на ноге врага; джедай, споткнувшись на бегу, упал на горячий татуинский песок буквально в метре от штурмовика. В следующее мгновение Сол заученным натренированным движением выбил ногой лучевой меч из правой руки противника и навалился на джедая всем своим телом. Брекенридж отчётливо отдавал себе отчёт в том, что поимка джедая есть очень важное деяние и такой поступок Лорд Вейдер однозначно не оставит без внимания.

Позади раздались разрывы выпущенных с космоплана ракет, затем Брекенридж услышал, как «Страж» открыл пальбу по боевикам из лазерных орудий. Однако отвлекаться дантуинец не мог – даже раненый, джедай всё ещё был опасен для солдат и для него самого, причём для него – в первую очередь. Но действия лейтенанта не остались незамеченными его подчинёнными. Воспользовавшись тем, что боевики отвлеклись на прибывший на подмогу челнок, двое штурмовиков тут же бросились на помощь своему командиру. Джедай, несмотря на ранение, попытался было взбрыкнуть, но ему не позволили этого сделать. Луч нейропарализатора угодил ему прямо в голову и он обмяк, оставшись лежать на песке.

– Сэр – вы в порядке? – один из штурмовиков бросил обеспокоенный взгляд (разумеется, за лицевым щитком шлема этого видно не было) на Брекенриджа.

– Да, всё нормально. – Сол поднялся на ноги, убирая нож обратно в ножны. – Этого заковать в шоковые наручники и отправить на Разрушитель. Эрвин – свяжись с капитаном Пиеттом и сообщи ему, что у нас тут пленный джедай.

– Джедай? – в голосе алсаканца явно просквозило удивление. – Откуда он тут взялся?

– Откуда я знаю? Взялся откуда-то… – Брекенридж огляделся. Скоротечный бой уже завершился, причём полным разгромом нападавших. Штурмовики уже деловито паковали уцелевших боевиков – двоих мужчин человеческой расы и одного худощавого викуэя, остальные бандиты валялись на песке в тех местах, где их настигла заслуженная кара. – Вот же хатт! – дантуинец мотнул головой. – Но это что же тогда получается? За нами следили?

– За нами ли? – Иринар Селдж, уложивший джедая из парализатора, хмыкнул. – Сдаётся мне, что следили совсем не за нами, сэр. За дроидами… или за кем-нибудь ещё…

– Да за кем тут сле… – Брекенридж осёкся на полуслове. – О, твою мать! Без понятия, что за хренота тут творится, но, если меня не подводит чутьё, тот парень… как там его… Люк, да? Так вот – он может быть в большой опасности… Понять бы ещё, почему, – это Сол произнёс уже себе под нос, но его товарищи прекрасно его услышали. И не сказать, что слова лейтенанта успокоили штурмовиков. Однако у них был чёткий приказ – найти дроидов и изъять вложенные в их электронные мозги секретные планы, похищенные бунтовщиками. А если при выполнении этого задания им удастся спасти жизнь гражданскому лицу, то это только на благо имиджа Империи пойдёт.


Глава 11.


Проводив взглядом быстро удаляющийся космоплан, Сол Брекенридж оглядел свой несколько поредевший отряд. Рейта Галла и Каллиуса Флориана пришлось отправить на «Опустошитель», так как они получили довольно серьёзные травмы во время атаки – особенно Галл: свалившись с высоты нескольких метров в результате применения джедаем силовой волны прямо на сложенные внизу какие-то ящики, уроженец Анаксиса повредил себе спину. Броня – бронёй, но от подобного падения никакая броня не убережёт. Она же не надувается.

– Всем всё понятно? – хмуро спросил лейтенант.

– Да чего ж тут непонятного, сэр! – ответил за всех Альстер. – Дуем на этот Восточный склон, находим парня и дроидов – и всё!

– И всё! – Брекенридж покосился на смирно стоявших в стороне Ларсов. Покачал головой. – Если бы всё было так просто, Врэнк – не было бы нападения этих отморозков! Погляди, что они натворили!

При этих словах Сола Оуэн Ларс тяжело вздохнул и покачал головой, после чего сплюнул на песок. Ферме, конечно, досталось при нападении – бластерные выстрелы и ракеты разрушили большую часть расположенных по периметру жилого сектора испарителей и повредили сам жилой сектор – но главное, что сами Ларсы не пострадали при атаке. И своими глазами смогли убедиться, на деле, так сказать, что из себя представляют эти так называемые «борцы против тирании Империи». Обычные уголовники – вот кто они такие.

Трупы убитых наёмников штурмовики отволокли в сторону от фермы и накрыли пластиковым чехлом, чтобы уже вылетевший из Мос Эйсли, где располагался небольшой имперский гарнизон, патруль мог провести процедуру опознавания. Затем они осмотрели свои «шестьдесят четвёртые» – по стечению обстоятельств, ни один из спидеров не получил сколь-нибудь серьёзных повреждений. Напавшие на ферму террористы целились, в основном, в штурмовиков – вполне возможно, что они планировали захватить машины целыми и неповреждёнными.

– Спасибо вам, лейтенант. – Беру Ларс, держа мужа за руку, с благодарностью во взгляде посмотрела на дантуинца. – Мы раньше думали, что от солдат Империи ничего хорошего ждать не приходится, но это была всего лишь грубая пропаганда тех, кто называет себя «борцами за свободу». Вот что от их действий бывает! – женщина горестно вздохнула, глядя на покорёженное оборудование. – Надеюсь, что вы сможете найти Люка и дроидов раньше, чем до них доберутся негодяи, подобные этим.

– Да, похоже, что эти дроиды имеют большое значение для мятежников. – Оуэн протянул Брекенриджу руку, которую лейтенант пожал. – Спасибо вам за то, что спасли наши шкуры.

– Не за что, Ларс. – Штурмовик кивнул фермеру и знаком приказал своим товарищам занять места на спидерах.

До обозначенного Ларсами места, известного под названием Восточный склон, штурмовики добрались за несколько минут, но место было пустынным, лишь стоявшие с равными промежутками между собой влагоуловители нарушали однообразие татуинского пейзажа. Однако Альстер думал совершенно наоборот – остановив свой спидер рядом с одним из уловителей влаги, он жестом подозвал к себе Брекенриджа.

– Что у тебя, Врэнк? – лейтенант подъехал к алдераанцу и, остановив свой 64-Y около спидера Альстера, перегнулся через сиденье, чтобы взглянуть на монитор следоискателя.

– Есть отметки. – Альстер ткнул пальцем в монитор. – Смотри. Вот следы дроида, и это явно астромех, возможно, класса R2. А вот эти следы идут немного в сторону и здесь прослеживается следующая закономерность – те, кто идёт в этом направлении, тщательным образом скрывают свою численность…

– Тускены. – Брекенридж подал условный знак остальным штурмовикам, которые тут же перевели свои бластерные карабины в режим готовности. – Значит, они тоже следят за дроидом… хотя зачем им дроид? Тускены не…

Брекенридж замолчал и в упор взглянул на Альстера. Тот хмыкнул.

– Похоже, мы оба подумали об одном и том же, – отозвался алдераанец. – Да, есть ещё одна отметка, вот она. – Врэнк указал лейтенанту на ещё одну ломаную линию зелёного цвета, видимую на мониторе следоискателя. – Судя по всему, человек и дроид. Движутся параллельно краю каньона. И они от нас всего в паре сотен метров.

Альстер тронул сенсор на панели закреплённого на его правом запястье небольшого приборчика, похожего на маленький эллипсоид, большую часть которого занимал дисплей. На этом самом дисплее светилось несколько отметок – одна зелёная, восемь тёмно-зелёных и три бледно-фиолетовых.

– Видишь, что показывает биосканер? – спросил он Брекенриджа. – Один человек, восемь местных – эти отметки явно от тускенов – и три каких-то животных, думаю, это банты. И тускены однозначно заметили парня, который сейчас находится в довольно непростой ситуации. Полагаю, ему нужна помощь.

Брекенридж не раздумывал долго. В конце концов, им, похоже, удалось обнаружить дроидов, сбежавших с борта алдераанского звездолёта. И не только дроидов – тот парень, которым неизвестно почему так сильно заинтересовался Лорд Вейдер, тоже был здесь. Для себя лейтенант решил, что ситх обнаружил чувствительного к Силе разумного и решил его прибрать к своим рукам. Ну, дела ситхов мало волновали дантуинца – здесь от него толку не было. Но позволить парню пропасть за здорово живёшь лейтенант отнюдь не собирался.

– Маркус, Олвин – оставайтесь здесь. – Брекенридж соскочил со спидера и проверил состояние энергоячейки своего карабина. – Щиты держать на полной мощности, не высовываться. Спидеры уведём под прикрытие вот этой скалы. – Лейтенант указал на нависающую над тем местом, где штурмовики остановились, скалу, похожую на космический корабль. – Остальные – за мной. Живо, живо! Нельзя упустить дроидов и парня!

Загнав машины под скальный козырёк, который, кстати, неплохо защищал от палящих лучей двойного солнца, и оставив при них двоих штурмовиков, Брекенридж и остальные солдаты сноровисто вскарабкались на скалы и бегом устремились в том направлении, которое им указал Альстер. Лейтенант мимолётом подумал о том, что сейчас очень бы пригодились эти новые бронекостюмы флотской пехоты, как их там… а, вот – «хамелеоны». А то в стандартной броне штурмовика как-то не очень уютно шастать по этим пустынным местам, пусть и все солдаты имели при себе генераторы персональных щитов. Ну да ладно, сейчас не время дурью маяться, строго одёрнул себя Сол. Нужно выполнить то, ради чего они, собственно, и прилетели на Татуин.

Движущийся впереди Альстер вдруг вскинул вверх правую руку в условном знаке, и штурмовики тут же замерли, заняв оборонительные позиции. Брекенридж осторожно приблизился к алдераанцу и тронул того за плечо. Врэнк, не оборачиваясь, указал рукой куда-то вперёд.

Лейтенант взглянул туда, куда указывала закованная в броню рука Альстера, и увидел у края каньона лежащего человека, одетого так, как обычно одеваются местные жители – простые домотканые штаны из недорого материала, ботинки с толстыми подошвами, чтобы защитить ступни от излучаемого песком жара, и просторная рубаха с открытым воротом. Рядом с человеком лежало старое лучевое ружьё, а позади эдаким металлическим истуканом возвышался золотистый протокольный дроид. Про себя Сол удивился тому, что при себе незнакомец не имел никакой накидки, которую обычно – как было известно лейтенанту – берут с собой в пустыню, но, рассмотрев стоящий внизу старенький лэндспидер модели Х-34, понял, что накидку парень мог оставить в машине. Ещё раз поглядев на то, как неумело незнакомец расположил свой транспорт, Брекенридж покачал головой и уже собрался было дать знак своим бойцам окружить парня, но тут совершенно неожиданно на бруствере, на котором лежал тот, наблюдая за дном каньона через электронный бинокль, возник здоровенный тускен, потрясая своим гадерффаем, явно горя желанием сделать парня ниже ростом на целую голову. Однако с этим желанием местного жителя категорически был не согласен лейтенант Имперского Штурмового корпуса Сол Брекенридж. Он вскинул свой Е-11 и выстрелил, практически не целясь, именно в тот момент, когда парень от неожиданности не нашёл ничего лучшего, как использовать свою винтовку в качестве щита. Разумеется, из этой затеи не вышло ничего путного – гадерффай тускена просто-напросто развалил старое лучевое ружьё на две части, а дальнейшее было слишком очевидным, но тут невесть откуда прилетел бластерный луч, ударивший аборигена прямо в голову. Выронив свой обоюдоострый посох, тускен скатился по склону на дно каньона, где и замер безмолвной грудой тряпок.

– Противник слева! – предупреждающе выкрикнул один из штурмовиков, открывая огонь по внезапно появившимся на склоне соплеменникам убитого тускена. Вооружённые лишь своими обоюдоострыми посохами-гадерффаями и парой старых лучевых винтовок, аборигены были перебиты в считанные секунды.

– Похоже, парень, тебе крупно повезло. – Сол Брекенридж, спрыгнув со скалы, подошёл к жмущемуся к большому валуну незнакомцу и внимательно его осмотрел. Гм… типичный фермер. И что такого интересного Лорд Вейдер нашёл в этом типе? Ну, нам пути адептов Силы неведомы, подумал про себя дантуинец, и лучше всего нам туда не влезать. – Какого хатта, спрашивается, ты сунулся сюда? Или тебя никто не учил тому, что одному шариться в этих местах опасно для жизни?

– Вы кто такие? – выдавил из себя парень, опасливо глядя на окруживших его штурмовиков.

– Мы? – Брекенридж коротко хохотнул. – Да мы так, погулять вышли!

Штурмовики захохотали, заставив парня испуганно вжать голову в плечи.

– Всё, парни: повеселились – и хватит! – Брекенридж сделал знак солдатам, чтобы те угомонились. – Парень – тебе нечего опасаться. Мы здесь, чтобы помочь тебе.

– Да? А с чего это я должен вам верить?

– С того, что мы представляем Империю. Я – лейтенант Брекенридж, Штурмовой корпус Имперского Флота. Мы ищем двух дроидов, – при этих словах дантуинец покосился на золотистого дроида, – которые, возможно, имеют при себе то, чего им иметь не положено.

– А я тут при чём?

– Парень – может, для начала представишься? – Альстер подвесил к поясу следоискатель и встал слева от татуинца. – А то как-то неудобно получается…

– Э-э… меня зовут Люк. – Парень осторожно поднялся на ноги.

– Ты – родственник Оуэна и Беру Ларсов? – задал уточняющий вопрос Брекенридж.

– Племянник. – Люк обеспокоенно поглядел на имперца. – С ними всё в порядке?

– В порядке, в порядке, не рефлексируй ты так. Ферма, конечно, пострадала, но твои дядя и тётя в безопасности…

– Ферма? – Люк ошарашенно вытаращил глаза. – Что произошло?!

– Похоже, парень, что эти дроиды кому-то очень нужны. Причём нужны так, что они не остановились даже перед убийством невинных гражданских. Если бы мы не оказались в тот момент рядом с фермой, неизвестно, что бы случилось.

– Но… как…

– Вопросы потом. Где второй дроид?

Люк нерешительно потоптался на месте и пожал плечами.

– Я и сам бы хотел это знать. Вчера, после того, как мы этих дроидов купили у джав, я попытался почистить их от грязи, и у астродроида случайно выдернул ограничитель. Ну, то есть, я выдернул его потому, что хотел увидеть полное сообщение…

– Какое сообщение? – насторожился Брекенридж.

– Без понятия. Какая-то девушка постоянно повторяла «Помоги мне, Оби Ван Кеноби. Ты – моя последняя надежда». А при попытке убрать ограничитель дроид просто перестал что-либо вообще воспроизводить. А сегодня утром обнаружилось, что астромех куда-то подевался. Ну, я и взял спидер и отправился по его следам, хотя, похоже, что потерял их.

– Не потерял. – Альстер кивнул куда-то вниз. Брекенридж посмотрел в ту сторону и увидел выкатывающегося из-за поворота стелющейся по дну каньона тропы астродроида R2, целеустремлённо двигающегося куда-то в одном лишь ему ведомом направлении. Дантуинец довольно усмехнулся и поднял голову к небу, откуда уже раздавался звук заходящего на посадку космоплана.


Интерлюдия 6.


Сигнал входящего вызова застал Гарма Бел Иблиса на пороге его каюты, расположенной в недрах звёздного крейсера Альянса «Дом Один», который в данный момент находился в малоизвестной широкой публике звёздной системе в восточной части галактики, неподалёку от Дронгара. Несколько удивлённо посмотрев на коммуникатор, который издавал незамысловатую мелодию, свидетельствующую о том, что вызов поступает по специальному каналу, частота которого была известна очень немногим в Альянсе, кореллианец вернулся назад в каюту и, подойдя к коммуникационному устройству, тронул сенсор активации связи. Вспыхнул голографический экран, на котором появилось изображение женщины, принадлежащей к расе тогрутов, одетой в полевую форму разведчика, к поясу которой был приторочен лучевой клинок джедая, а в набедренной кобуре виднелся бластер.

– Мастер Тано? – Гарм слегка нахмурился. Явно что-то произошло, причём из разряда не слишком приятного, иначе бы тогрута не связывалась бы с ним по кодированному каналу. – Чем обязан?

– Есть новости с Татуина, – произнесла Асока с озабоченным видом. – И, боюсь, что они не слишком приятные, Гарм.

– Ваши люди сумели добраться до дроидов?

– Добраться! – возмущённо фыркнула тогрута. – Если бы вы дали мне разрешение послать туда отряд спецназа или группу Джарруса, ситуация бы повернулась по-иному, а так…

Тано презрительно махнула рукой.

– Поконкретнее, пожалуйста. – Гарм, впрочем, уже и так понял, что ничего хорошего из вылазки на Татуин не получилось.

– Пожалуйста! – снова фыркнула Тано. – Отряд Блэйка без труда добрался до Татуина и, пользуясь данными, которыми снабжали его мои агенты, прибыл на ферму этих Ларсов, где, как предполагалось, находились разыскиваемые нами дроиды и молодой, – тут она на секунду запнулась, – молодой Скайуокер. Однако по прибытии на место обнаружилось, что ни дроидов, ни Скайуокера на ферме нет, зато там находилось подразделение имперских штурмовиков. Завязался бой, в ходе которого почти все бойцы Блэйка были убиты, трое захвачены в плен.

– А Джастисс? – нахмурился Гарм.

– Тоже схвачен. И все они переправлены на Имперский Звёздный Разрушитель, который был замечен незадолго до того, как с «Тантивом-IV» была временно потеряна связь. Думаю, не стоит пояснять, КТО находится на его борту.

– Это плохо. – Кореллианец нахмурился. – Против Вейдера Кай долго не продержится.

– Он против него вообще не продержится ни секунды! – лицо тогруты приобрело злое выражение. – Как вообще так наплевательски можно было ко всему этому отнестись?! Или вы решили, что наёмники Блэйка с успехом смогут противостоять профессиональным солдатам?

– Согласен, что здесь мы допустили серьёзный просчёт, но у нас просто не было времени на детальное планирование операции, мастер Тано.

– Это одна из причин нашей неудачи на Татуине. – Тано слегка успокоилась, однако раздражённое выражение лица не оставило тогруту. – Хорошо хоть, что R2 удалось уйти от имперцев, уж не знаю, каким способом. Но он тем и был известен, что мог найти нетривиальный способ выхода из сложного положения. Тем не менее, несмотря на провал, всё же кое-какие успехи нами достигнуты. Чертежи имперской боевой станции благополучно были доставлены магистру Кеноби, который теперь займётся их переправкой на Алдераан.

– А с чего такая уверенность, что Кеноби станет помогать? – прищурился Гарм. – Он же столько лет отшельником просидел на Татуине…

– Теперь ему нечего там делать, Гарм, – спокойным тоном ответила Асока. – Парень, которого он негласно опекал, больше не находится на планете. Отправившись на поиски R2, юноша угодил прямиком в лапы штурмовиков. Сейчас он, также как и оставшиеся в живых боевики Блэйка и Джастисс, переправлен на борт «Опустошителя». Боюсь, что начинают сбываться самые мрачные прогнозы.

– Этого ни в коем случае нельзя допустить, – решительным тоном произнёс Бел Иблис. – Если Вейдеру удастся склонить молодого Скайуокера…

– Говорите уж прямо, Гарм! – при этих словах кореллианца Асока поморщилась, будто проглотила целый плод киу-киу. – Если Вейдеру удастся склонить своего сына на Тёмную Сторону, тогда всем нам лучше сразу отправиться на погребальный костёр. И никак не иначе. Вдвоём им по силу сбросить самого Палпатина!

– Вам виднее, ведь, в конце концов, вы же были падаваном Скай…

– Не смейте об этом говорить в моём присутствии! – лицо тогруты исказила гримаса боли и злости. – Это было в той, другой, жизни, Гарм! До того, как этот… это чудовище устроило резню в Храме Джедаев!

Кореллианец едва заметно усмехнулся. Да, здесь сторонники Республики сработали, как говориться, на совесть, сделав из Энакина Скайуокера, ставшего Лордом ситхов Дартом Вейдером, пугало из детских страшилок и чудовище, без жалости и сострадания уничтожившего всех в Храме Джедаев тогда, девятнадцать лет назад. О том, что на самом деле произошло там, знали лишь несколько человек и все они принадлежали к высшему руководству Альянса. Даже Бейл Органа был не в курсе истинных событий. Попади сейчас эта информация в руки Имперской Службы Безопасности – сама идея Светлой Стороны Силы была бы дискредитирована если не навечно, то надолго точно. Но Гарм вовсе не собирался открывать правду о тех событиях мастеру Тано. Беда многих джедаев заключалась в том, что из-за их глупого идеализма и непоколебимой веры в Республику ими легко можно было манипулировать. Но это-то как раз и было на руку деятелям вроде Иблиса и Мотмы.

– Извините, мастер, – примирительно проговорил он. – Я не хотел разбередить ваши старые раны.

– Да это… ладно… – Тано сердито насупилась и зачем-то потеребила себя за нос. – Так что вы от меня хотите в свете происшедших событий, Гарм? Выкрасть парня со Звёздного Разрушителя Вейдера?

– Нет. Это равносильно самоубийству, а вас, джедаев, и так осталось совсем ничего. И мы не ситхи, чтобы посылать вас на верную смерть. – Гарм сдвинул брови. – Усильте наблюдение за молодым Скайуокером. Нельзя его ни на минуту оставлять без присмотра. Понимаю, что внедрить агента на «Опустошитель» практически невозможно, но ведь вы, джедаи, можете чувствовать любого разумного через Силу, разве нет?

Асока молча кивнула. Объяснять тонкости джедайского искусства кореллианцу ей не хотелось. Не то настроение сейчас у неё.

– Он не должен оставаться без присмотра. Если же возникнет реальная опасность того, что сын Скайуокера может пасть на Тёмную Сторону – тогда вы знаете, что надо делать.

Тогрута молча кивнула.

– Тогда работайте, мастер. – Бел Иблис коротко кивнул джедайке и отключился.

А Тано ещё с минуту стояла перед коммуникатором в каюте её личного звездолёта класса «Эгида», невидящим взором глядя на потухший экран. Приказ Иблиса был недвусмыслен – при угрозе падения Люка Скайуокера на Тёмную Сторону Силы он подлежал немедленной ликвидации. Вот только какова будет последующая реакция Тёмного Лорда? Явно не самая приятная для Альянса.


Глава 12.


Выйдя из одного из многочисленных лифтов «Опустошителя», я, сопровождаемый капитаном Пиеттом и Исанн Айсард, направился в сторону отсека для содержания заключённых. Пройдя по широкому коридору несколько десятков метров, мы оказались перед запертой бронированной дверью, у которой в полной боевой выкладке стояли два флотских пехотинца, державшие в руках бластерные карабины E-11MI. При моём появлении они вытянулись во фронт и взяли своё оружие «на караул».

– Открывайте. – Я сурово взглянул на одного из охранников. Понятное дело, из-за шлема суровости этой он видеть не мог, но мне и не надо было, чтобы он видел эту суровость. Пехотинец почтительно откозырял и, достав из ячейки на поясе бронекостюма ЭМ-карту, приложил её к ридеру, установленному сбоку от двери. Что-то коротко пискнуло и красный огонёк на панели сменился зелёным. Тяжёлая двойная дверь из супрастали плавно отъехала в сторону, пропуская меня, Фирмуса и Исанн внутрь небольшого отсека, в центре которого сидели на простых раскладных пластиковых стульях пленные наёмники – двое мужчин, принадлежавших к человеческой расе, высокий коренастый шатен с кожей оливкового цвета, и темнокожий невысокий угрюмый тип со шрамом, идущим через всё лицо, и викуэй в кожаных штанах и кожаной же безрукавке. Руки и ноги наёмников были скованы шоковыми кандалами, а по бокам стояли вооружённые космопехи, державшие наготове свои E-11MI. С потолка ярко светили фотонные лампы, заставляя пленников постоянно щурить глаза от яркого света, в то время, как их охранники были от этого избавлены благодаря оптике боевых шлемов.

При моём появлении все трое боевиков вытаращили на меня свои глаза, а потом принялись беспокойно ёрзать на стулья. Я усмехнулся про себя – вот что делает с человеком известность! Космопехи слегка напряглись и оружие в их руках недвусмысленно повернулось в сторону пленников.

– Какие-то они нервные, вы не находите, господа? – с саркастической усмешкой в голосе произнесла Айсард. – Мы только вошли в этот отсек, а они уже изображают из себя закуску для ранкора! Или это вы их так напугали, господин инквизитор?

Сидящий на таком же пластиковом стуле невысокий человек в одежде Имперского Инквизитора флегматично пожал плечами.

– Их не надо запугивать, Исанн, – негромким голосом произнёс инквизитор. – Они сами себя запугали теми слухами, что распускает пропаганда Альянса относительно Империи.

– Это очень хорошо видно по их перекошенным от страха физиономиям. – Я подошёл к пленникам и по очереди осмотрел каждого из них. – Я так полагаю, инквизитор Бандим вас уже допросил?

– Д-да… лорд Вейдер… – выдавил из себя один из боевиков – коренастый шатен.

– И что же вы ему рассказали такого интересного?

– Ну… мы люди маленькие и многого не знаем…

– Ложь. – Я слегка сдавил горло шатена психокинетическим импульсом, отчего тот сразу же схватился за горло это самое и начал судорожно хватать воздух ртом. Ну, полноте! Это же так, разминка, если можно так выразиться. Чего ж сразу корчить из себя мученика? – А ложные сведения, сообщённые следствию, есть деяние, наказуемое сообразно законам Галактической Империи военного времени. Вы же не станете отрицать, что сейчас идёт война… Лорус Кинт, вас ведь так зовут?

Я отпустил горло боевика и безразлично понаблюдал, как тот приходит в себя.

– Разве мы являемся военнопленными? – буркнул викуэй, которого, похоже, демонстрация способностей ситха не слишком-то впечатлила.

– Нет, не являетесь. Вы – просто бандиты и террористы, захваченные имперскими штурмовиками на месте преступления. Технически, по законам военного времени вас следовало расстрелять на месте, но толку-то? Из мёртвых сведений не вытянуть. Не так ли, Сев Редат?

– Похоже, вы о нас всё знаете, – проворчал третий боевик, с опасением косясь на меня. – Зачем тогда весь этот цирк?

– Этот «цирк», как вы изволили выразиться, Шорр, таковым вовсе не является, по крайней мере, для меня, – проговорил Сорс Бандим, невозмутимо рассматривая свои ухоженные ногти на руках. – Необходимо было установить не ваши личности, которые, по большому счёту, нас мало интересуют, а то, кто, когда и где подрядил вас на это дело. Мне это удалось сделать, а теперь вы это всё повторите лорду Вейдеру. Самолично.

Я внимательно поглядел на инквизитора. Сорс Бандим слыл одним из самых талантливых следователей Инквизитория, прошедшим обучение у самого Антинниса Тремейна. Всегда спокойный и уравновешенный, лоронарец не казался опасным, но это продолжалось ровно до того момента, как допрашиваемые не начинали пытаться посыпать ему уши, как было принято говорить у криминальных субъектов, «космической пылью». Нет, он никого никогда не подвергал воздействию путём рукоприкладства, хотя слыл очень даже хорошим мастером рукопашного боя – ему не было нужды в физическом воздействии. Бандим очень хорошо владел аспектами Тёмной Стороны и мог без особых усилий устроить в мозгу упрямствующего идиота «короткое замыкание» или чего похуже. И, судя по виду одного из боевиков – темнокожего типа со шрамом на морде лица – он нечто подобное уже использовал.

– А то он, можно подумать, не знает, кто и…

Неожиданно боевик, которого Бандим назвал Шорром, покачнулся на своём стуле и болезненно скривил лицо. Да, знаем, это больно, но зачем же хамить главнокомандующему Имперским Флотом? Это, по меньшей мере, невежливо.

– Довольно, Сорс. – Я на пару шагов приблизился к пленникам, хотя делать этого было вовсе необязательно – расстояние для меня не играло ровным счётом ничего, но так достигался определённый эффект. – Я уверен, что эти достойные сожаления господа проникнутся всей серьёзностью ситуации, в которой находятся, и расскажут мне то, что уже рассказали вам.

– Как прикажете, милорд. – Инквизитор невозмутимо повёл плечами.

– Итак – Лорус Кинт, Сев Редат и Даннер Шорр. – Я по очереди оглядел всех троих. – Каким именно образом вы оказалась на Татуине, от кого получили инструкции и наводку и что собирались делать вообще?

Риторический вопрос. И так понятно, что вся эта компания головорезов не на обед к Ларсам заглянула. Но ведь не сами они решили так поступить, а вот кто их на это надоумил, это мы сейчас и узнаем.

– Мы прибыли на Татуин на зафрахтованном нашим боссом корабле… милорд, – ответил после непродолжительной паузы Кинт. – Прилетели с Бунты, где наш босс, Кантос Блэйк, и получил эту работу, чтоб её! Мы не знаем, с кем он встречался в кантине в порту на Бунте, но подозреваем, что это был джедай…

– Однако! – вырвалось у Айсард при этих словах, но она тут же спохватилась. – Прошу прощения, милорд!

– Продолжайте. – Я едва заметно качнул головой, призывая Исанн к сдержанности.

– На Татуине мы должны были выследить двух дроидов, протокольного и астромеха R2, захватить их и доставить на Орд Мантелл. Также нами были получены определённые инструкции насчёт одного парня из местных, Люк Скайуокер его зовут. Его мы тоже должны были вывезти с Татуина в том же направлении. На Орд Мантелле Блэйк должен был передать дроидов и парня каким-то хмырям, не исключено – джедаям. Это всё, что нам известно.

– Джедая, с которым вёл переговоры ваш босс, вы, понятное дело, не видели? – я слегка усмехнулся.

– Полагаете, что Кантос нас повсюду за собой таскал? – пробурчал Шорр. – Мы узнали о предстоящем деле только тогда, когда босс вернулся из той кантины. Сказал, что после завершения этого дела у нас появится много денег. Денег, ха! Геморроя у нас много появилось, а не денег! Идиот – связался с джедаями!

– Не доверяете джедаям? – я с интересом посмотрел на темнокожего боевика.

– Не доверяю, – подтвердил тот. – Я с ними имел дело ещё со времён Клонических Войн. Мутная братия. Говорят одно, а делают другое.

– Вы видели джедая, с которым договаривался ваш босс?

– Откуда? Он нас за собой не таскал.

– Тогда почему вы так уверены в том, что ваш босс имел дело именно с джедаем? – задала вопрос Айсард.

– Он сам нам сказал, когда мы стали спрашивать у него, что за работу он для нас нашёл. Вы что ж думаете – раз мы наёмники, то у нас нет мозгов? Не за каждую работу можно браться. С хаттами дела иметь можно – платят хорошо и, как правило, без дури всякой. От мандалорцев тоже лучше подальше держаться, да им, как правило, наёмники и не требуются, они сами кого хочешь уконтрапупят. Мы, понятное дело, сначала заупрямились, да он сказал, что хорошо заплатят, а мы на тот момент как бы на мели были. Вот и подрядились на это дело, чтоб его! Казалось бы – что тут сложного? Забрать дроидов и парня. А вон как оно вышло!

– Да, не повезло, – посочувствовал я. – А тот джедай, который с вами был – это не он вас, случаем, нанял?

– Не-а! – мотнул головой Шорр. – Он объявился перед отлётом с Бунты. Босс сказал тогда, что его прислали нам в помощь. Вот тогда-то я и заподозрил, что он связался с повстанцами. И это мне сразу не понравилось. Хотел свалить, да пока думал и решал, мы уже вылетели с планеты сюда.

– Бандим? – я внимательно посмотрел на инквизитора.

– Всё так и было, милорд, – всё тем же негромким голосом отозвался лоронарец. – Слова Шорра полностью совпадают с тем, что он сообщил во время допроса.

– Что ж – пусть и задним числом, но всё же до вас дошло, что вы сунули свои носы не туда, куда надо. – Я перевёл взгляд на Айсард. – Исанн – распорядитесь, чтобы этих недоумков переправили в имперскую исправительную колонию на Оринакру. Они совершили преступление против Империи и пусть радуются, что я не отдал приказ их казнить за нападение на военнослужащих.

– Да, милорд, – почтительно склонила голову Исанн.

– Бандим – я хочу видеть джедая.

– Сюда, милорд.

Инквизитор поднялся со своего стула и, не обращая никакого внимания на понурившихся боевиков (Оринакра была не столь известна, как Кессель с его шахтами по добыче спайса, но условия на ней были ничуть не лучше, чем на планете-тюрьме, да и располагалась она на задворках галактики), направился к выходу. Кивнув Айсард и Пиетту, я последовал за ним.

Сорс Бандим провёл нас по коридору и остановился перед такой же бронированной дверью, по обеим сторонам от которой замерли металлическими изваяниями двое космопехов с оружием в руках. Помимо охраны, дверь была заблокирована снаружи пентащитом – пусть Джастисс и был джедаем, так сказать, мелкого пошиба, но я вовсе не собирался давать ему шанс сбежать из камеры и шастать по звездолёту, устраивая на его борту бардак. Конечно, скажете вы, генератор, питающий поле, можно отключить с помощью Силы, но это можно сделать только тогда, когда на твоей голове нет сдерживающего обруча. А со сдерживающим обручем – увольте.

Один из охранников отключил пентащит, после чего массивная дверь отъехала в сторону, пропуская меня и Бандима в камеру; Пиетт и Айсард остались снаружи. Первым внутрь вошёл лоронарец, за ним в дверь протиснулся я.

Джастисс находился внутри сдерживающего поля, подвешенный за руки силовыми захватами. Вид у джедая был, конечно, весьма понурый, так как он явно не был дураком и понимал, что ничего хорошего ожидать ему здесь не приходится. Сам виноват – никто не просил его ввязываться в это дело.

При нашем появлении Джастисс поднял голову и мрачно оглядел меня и инквизитора. Его лицо не выражало никаких особых чувств, хотя для меня не нужно было смотреть на его лицо, чтобы понять, что именно он чувствовал в данный момент. Досада от того, что миссия так бездарно провалилась; злость на наёмников, которые оказались полными болванами; беспокойство за свою судьбу. И последнее явно превалировало.

– Надо же, кто пожаловал! – усмехнулся джедай. – Сам великий Энакин Скайуокер!

Бандим вопросительно посмотрел на меня, но я сделал инквизитору едва заметный знак, призывающий его не вмешиваться.

– Ты называешь меня именем, которое мной давно забыто, – прогудел я из-под маски. – И если ты хочешь таким способом разозлить меня, то это глупо, Кай Джастисс. Я – не наёмный головорез, выходящий из себя по малейшему поводу.

Джедай при этих словах лишь усмехнулся.

– Полагаю, инквизитор Бандим тебя уже допрашивал. – Я остановился прямо напротив Джастисса. – И полагаю, что не все ответы, которые он хотел бы от тебя получить, он получил.

– Удивительная догадливость, Скайуокер! – снова усмехнулся Джастисс.

– Если ты намереваешься этим вывести меня из равновесия, то это напрасные усилия, джедай, – пророкотал я. – Имя, которое ты употребляешь, я давно отбросил вместе со своим прошлым, которое…

– Прошлое! – Джастисс словно выплюнул это слово. – О да, тебе есть что вспомнить, Скайуокер! Одна резня в Храме Джедаев чего стоит! Не после этого ли ты решил отказаться от своего истинного имени и стать тем, кем являешься сейчас?

При этих словах джедая Бандим повернул ко мне своё лицо и уставился на меня вопросительным взглядом.

– Как это типично для последователей Светлой Стороны! – я покачал головой. – Не зная того, что НА САМОМ ДЕЛЕ произошло в тот день в Храме, ты судишь обо мне на основании тех слухов и сплетней, что распространила на мой счёт пропаганда вашего Альянса.

– Так расскажешь, может быть? – нагло ухмыльнулся джедай…и тут же выпучил глаза и открыл рот, силясь сделать хотя бы глоток воздуха.

– Какая тебе от этого будет польза, Джастисс? – с сочувствием в голосе сказал я. Сочувствие, понятное дело, было притворным, так как мне, если честно, этот тип был противен. Это не Кота, не Кеноби и не К’Крук, которые, несмотря ни на что, заслуживали уважения. Это так, мелочь пузатая. – Ты же прекрасно понимаешь, что живым ты отсюда не выйдешь.

– Однажды… один из нас… доберётся до тебя… Вейдер! – прохрипел Джастисс, судорожно хватая воздух ртом. – И тогда… мы ещё… посмотрим…

– И кто же это будет? Оби Ван? Генерал Кота? Или, быть может, Асока Тано? – при упоминании имени моего бывшего падавана Джастисс как-то странно дёрнулся, заставив мои губы, скрытые лицевой пластиной шлема-маски, слегка скривиться в понимающей усмешке. – И что тогда?

– Тогда… тебе…

– Конец? – я философски пожал плечами. – Кто может знать желание Силы? Всё возможно. Но если это и случится, Кай Джастисс – то не здесь и не сейчас. А насчёт резни в Храме – спроси об этом инквизитора Бандима, если, конечно, он захочет тебе об этом рассказать.

Бандим при этих словах лишь нахмурился и покачал головой, а потом отвернулся, потеряв к пленному джедаю всякий интерес.

Небольшое усилие – и джедай безвольно обвис в силовых путах. Мёртвый.

– Зачем вы с ним играли, милорд? – спросил инквизитор, глядя в стену перед собой. – Спорить с джедаем бессмысленно, он всё равно будет стоять на своём. Лишь единицы из них способны увидеть истинную природу Силы и понять, что нет ни Светлой, ни Тёмной Стороны. Этот – явно не из их когорты.

– Вижу, что Антиннис хорошо обучил тебя, инквизитор Бандим, – довольно произнёс я. – И я с ним вовсе не играл, как тебе, должно быть, показалось. Спровоцировав его на этот глупый диалог, я сумел кое-что выудить из его разума.

– Вот как? – в глазах Бандима загорелись огоньки любопытства. – И что же это, если мне будет позволено узнать?

– За нападением на ферму Ларсов явно стояла одна очень бойкая тогрута, что было хорошо видно из реакции Джастисса. Полагаю, ты понял, о ком идёт речь. – Инквизитор кивнул. – И, судя по всему, джедаи играют не последнюю роль в Альянсе, пусть их и осталось совсем мало. И они находятся где угодно, только не на базах мятежников. Что является верной стратегией – так им легче оставаться в живых. До поры, до времени. Однако надо иметь в виду то обстоятельство, что не все они являются упёртыми фанатиками, с некоторыми вполне можно наладить диалог…

– С джедаями, милорд? – Бандим удивлённо вытаращил глаза.

– Джерек тоже когда-то был джедаем… хотя я бы предпочёл видеть его мёртвым. Но это строго между нами, Сорс.

– Конечно, милорд. – Инквизитор понимающе усмехнулся. – Как всегда – планы в планах, и в них тоже планы?

– Это очень опасное знание, надеюсь, ты это понимаешь?

– Не стоит беспокоиться на этот счёт, милорд. Я вас не подведу.

– Я знаю это, Сорс. Иначе бы ты здесь не стоял.

Бандим в ответ слегка склонил голову в знак того, что принимает эти мои слова как должное.

– Что ж – теперь, как я полагаю, надо бы навестить одного очень интересного молодого человека, которого наш бравый лейтенант Брекенридж вывез с Татуина. Как ты верно заметил, мой юный друг – планы в планах и в них планы.


Глава 13.


Примерно в то же время,

планета Татуин,

космопорт Мос Эйсли.


Спустившись с трапа десантного челнока, что доставил её в космопорт Мос Эйсли, Мара Джейд огляделась по сторонам. Хм, и кто только придумал называть это беспорядочное скопление разбросанных по всему городу посадочных площадок, которые были способны принять самое больше кореллианский грузовоз класса «иттриль», космическим портом? Наверное, какой-нибудь болван из первопоселенцев. Впрочем, в данный момент её этот вопрос не интересовал. Лорд Вейдер поручил ей одну весьма деликатную миссию и следовало сосредоточиться на её выполнении, чтобы показать ему свою состоятельность в качестве Руки Императора.

Световой меч Мара предусмотрительно спрятала в футляр, притороченный к поясному ремню; бластер же в набедренной кобуре девушка прятать не стала. Как только она сошла на грунтовую поверхность посадочной площадки, трап челнока поднялся и запечатал выходной люк. Пилот имел строгий приказ, исходящий от самого Вейдера – сидеть здесь и ждать возвращения Руки Императора, а в случае возникновения непредвиденных обстоятельств на борту космоплана имелось подразделение штурмовиков. При мысли о солдатах Мара презрительно фыркнула про себя – что же, Вейдер полагает, что она такая слабачка? Но спорить с Тёмным Лордом она не стала. В конце концов, если ему так спокойнее – пусть будет так.

Открыв массивную металлическую дверь, ведущую из дока наружу, Мара миновала дверной проём и очутилась на пыльной узкой улице, по которой взад-вперёд сновали разумные и дроиды. Огляделась по сторонам, затем перевела взгляд на закреплённый на запястье левой руки небольшой приборчик, но неожиданно нахмурилась и резким движением выключила устройство. В конце концов – её что, не учили контролю над Силой? Зачем капитан Пиетт всучил ей это устройство, когда она может определить местоположение кантины «Чалмун» при помощи Силы? Сосредоточившись, девушка позволила потоку Силы пройти сквозь себя и через несколько секунд довольно ухмыльнулась. Кивнув сама себе, Мара Джейд развернулась в противоположном направлении и двинулась вглубь города.

Перед тем, как войти внутрь кантины, Рука Императора внимательно огляделась вокруг. Несколько потрёпанного вида спидеров и два репульсорных мотоцикла не привлекли её внимания, равно как и стоявшие у входа в заведение двое космонавтов-дуросианцев. Ничего подозрительного не обнаружив, Мара спустилась по короткой лестнице и, миновав вход, очутилась внутри кантины.

Подобных заведений по всей галактике существует великое множество и за свою недолгую карьеру в качестве Руки Императора Мара успела побывать в некоторых из них. Отличия между ними существовали лишь внешние, а внутренняя начинка всегда оставалась неизменной: заполненное представителями различных разумных рас помещение, зачастую утопающее в дыму от ароматических сигарет и курительных смесей, пропахшее запахами еды и напитков, неизменные музыканты – зачастую ими были уроженцы Клак’дора-VII, известные всей галактике своими музыкальными способностями – и, конечно же, опасность. То же самое она ощутила и в кантине «Чалмун», едва лишь переступила порог главного зала.

Понятное дело, что новоприбывшая тут же была самым тщательным образом осмотрена со всех ракурсов и многие посетители сошлись во мнении, что эта самая новоприбывшая очень даже ничего. Однако висящий на бедре бластер ясно показывал, что особа эта вовсе не беззащитная девушка, неизвестно зачем зашедшая в кантину. Намётанные глаза сразу заметили, что оружие это является не просто деталью наряда, а представляет собой именно то, что и должно представлять. Поэтому посетители сочли за благо вернуться к своим делам, что было очень даже на руку Джейд. Поручение, которое дал ей Вейдер, не должно было привлечь ничьего внимания, чтобы всё вышло так, как задумал ситх.

Выбрав свободный столик в противоположной от стойки стороне зала, Мара уселась на стул и огляделась по сторонам. В полутьме помещения было непросто ориентироваться, но для адепта Силы не имело значения количество падающего с потолка света. Правда, Мара отдавала себя отчёт в том, что её способности ещё далеки от идеала, да и неизвестно ещё было, сумеет ли она когда-нибудь этого идеала достичь. Тем более в такой обстановке. Джейд догадывалась, что Вейдер ведёт какую-то свою, понятную лишь ему одному, игру, но вот что это за игра, Рука Императора понять не могла. Вряд ли здесь было замешано джедайское прошлое главнокомандующего Имперским Флотом – Маре было известно, кем был Вейдер до того, как стал тем, кем являлся сейчас. Но это было единственное, в чём она была уверена, всё остальное же было для неё сокрыто пеленой тайны.

Упавшая на столешницу тень заставила девушку поднять голову кверху, а правая рука машинально скользнула к бластеру. Хвататься за световой меч пока явно не стоило, дабы не привлекать излишнего внимания к своей персоне.

– Я всегда не понимал тяги красивых девушек к таким опасным местам, – произнёс стоящий у столика мужчина-человек, глядя на Мару с высоты своего роста. – Такие места не для таких, как вы. Здесь ведь в любой момент можно нарваться на неприятности.

– Неужели? – Мара позволила себе холодную улыбку.

– О, я вижу, вы вооружены. – Незнакомец вернул ей улыбку. – Но наличие бластера не всегда позволяет избежать неприятностей.

– Это в том случае, если бластером владеет позёр. Я – не позёр.

– И вы можете это доказать? Кстати – быть может, мне будет позволено присесть за ваш столик, мисс…

– Можете присесть, если вам так удобно.

Незнакомец довольно улыбнулся и тут же оккупировал стул по другую сторону столика.

– Итак – быть может, вы сообщите мне своё имя, которое, как я подозреваю, является прекрасным дополнением к той красоте, которую я в данный момент имею удовольствие лицезреть?

– Это ваш обычный метод подката к понравившейся особе женского пола? – усмехнулась Мара. – Надо признать, он весьма недурён, только вот на мне отрабатывать своё обаяние не стоит, право.

– Сдаюсь! – незнакомец шутливо поднял вверх обе руки. – Вы меня раскусили! Неожиданно, признаюсь вам!

– Почему? Вы считаете, если девушка красивая, то обязательно дура?

– Ну зачем же так сразу? Хотя бывали прецеденты, знаете ли, мисс… а всё же, как ваше имя, прекрасная незнакомка?

– Если вам будет так спокойнее, то можете звать меня Мара.

– Великолепное сочетание имени и внешности! – последовала немедленная реплика. – Если честно, то другое имя вам бы просто не подошло!

– Весьма прямолинейно, если честно. – Мара сложила на груди руки и откинулась на спинку стула. – Вы всегда так себя ведёте?

– Лишь в исключительных случаях, а данный случай как раз к такой категории и относится. А будет ли мне позволено узнать, что всё же привело вас в это… хм… почтенное заведение? Кстати, я до сих пор не представился…

– В этом нет необходимости, капитан Хан Соло, владелец звездолёта «Тысячелетний Сокол».

Мара с удовольствием понаблюдала, как уверенное выражение лица кореллианца медленно сходит на нет, уступая место настороженности. Правая рука Соло как бы невзначай переместилась на край стола и это не ускользнуло от внимания Мары. Однако девушка осталась внешне совершенно спокойной.

– Вам известно, кто я? – нахмурился Хан. – Тогда к чему все эти игры? Вас послал Джабба? Если так, то можете передать…

– Капитан – ваши дела с местным криминальным боссом меня абсолютно не касаются, – спокойным голосом произнесла Джейд. – Я здесь для того, чтобы сделать вам одно очень выгодное предложение. А так как, по моим данным, вы сейчас остро нуждаетесь в финансовых средствах, то полагаю, что вы примете моё предложение.

– Да ну? – Хан с подозрением воззрился на Мару. – И почему же вы в этом так уверены?

– Как я уже говорила, вы в данный момент испытываете серьёзные денежные затруднения, учитывая то обстоятельство, что вам пришлось сбросить за борт груз спайса, который принадлежал Джаббе Хатту, поскольку вас обнаружил патрульный крейсер. И Джабба явно не в восторге от этого. Пока вам удаётся уворачиваться от гнева хатта, но как долго это будет продолжаться?

– Вот же гадость! – Соло поморщился так, будто проглотил разом что-то очень-очень кислое. – Но откуда вам всё это известно? Кто вы вообще такая?

Мара в ответ лишь загадочно улыбнулась.

– Дерьмо! – кореллианец враз утратил хорошее настроение и теперь глядел на Мару уже иным взглядом. – Не хотите объяснять, откуда вам всё это известно – не надо, но ведь чего-то же вам от меня надо?

– Есть одна работа, которая требует наличия хорошего пилота. Работа простая – надо всего лишь доставить одного разумного и одного дроида с Татуина на Алдераан. Только и всего. Куда именно на Алдераане вам надлежит их доставить – вам укажут.

– И что с буду с этого иметь? – хмуро осведомился Хан.

– Полагаю, что сумма в пятьдесят тысяч империалов будет вполне приемлемой для такого незначительного мероприятия. Если вам предпочтительнее получить вышеозначенную сумму в виде слитков золота, платины, электрума или чего-либо в этом роде, вам стоит только сказать.

Мара с удовольствием пронаблюдала, как лицо кореллианца приобретает выражение человека, которого помиловали буквально на эшафоте, за секунду до казни. Однако лицо Руки Императора при этом осталось абсолютно спокойным и невозмутимым.

– Я так полагаю, что задавать вопросы в данном случае неуместно?

– Смотря какие вопросы вы станете задавать, капитан Соло.

– Хм. – Кореллианец немного нервно провёл рукой по волосам и зачем-то потрогал рукоять бластера. – Очень интересно всё это выглядит… Мара. Кто же вы всё-таки такая? На кого вы работаете?

– Так ли это важно? – пожала плечами анаксианка.

– Как сказать… А что, если вы представляете какую-нибудь организацию наподобие ГеноХарадана или Синдиката пайков?

– Это неверное суждение, капитан Соло. Я представляю более серьёзную силу, нежели упомянутые вами организации, являющиеся, между прочим, преступными бандами.

С минуту Хан молча глядел на девушку, потом медленно кивнул сам себе.

– Кажется, я догадываюсь, кого именно вы представляете, – медленно проговорил контрабандист. – Ведь так, Мара? Имперская разведка?

– Типа того. – Джейд вовсе не собиралась пускаться в откровения с Соло. – Вас я выбрала именно из-за того, что ваша известность бежит впереди вас, Соло, да и то, что вы когда-то были лейтенантом имперских вооружённых сил, сыграло свою роль. Обстоятельства, при которых произошло ваше… мм… оставление службы, мне известны. – Анаксианка кинула быстрый взгляд влево, где за угловым столиком сидел здоровенный лохматый антропоид-вуки, внимательно наблюдавший за их разговором. – Коммандер Никлас был идиотом и мерзавцем, к сожалению, таковые встречаются в рядах вооружённых сил Империи, и это прискорбный факт. Кстати, после того случая Никлас был разжалован в рядовые и переведён на отдалённую базу где-то во Внешнем Кольце, и если вас это удовлетворит, то могу сообщить вам, что два года назад рядовой Кэл Никлас погиб во время операции против наркоторговцев где-то в районе Биргиса.

– Хе, мерзавец получил заслуженное! – усмехнулся Хан, но тут же посерьёзнел. – Я так полагаю, что дело, которое вы хотите мне поручить, является делом государственной важности?

– Вы сами сделали такой вывод. Я же больше ничего вам сообщить не могу. Не имею права.

– Это-то как раз понятно. – Соло задумчиво потёр подбородок. – Некто и дроид летят на Алдераан, а планета эта известна тем, что там проживает немало сторонников Альянса. Следовательно, у Империи есть какие-то планы на счёт повстанцев.

– Симпатизируете бунтовщикам? – прищурилась Мара.

– Кто? Я? – казалось, этот вопрос ошарашил кореллианца. – Да вы шутите, наверное? От этих идиотов я вообще стараюсь держаться подальше. Соваться в политику – увольте! Там сплошь быдло и психи, одна только радость, что закопают бесплатно.

– Увы, вам вряд ли доведётся испытать такую радость, капитан.

– Во-во. Потому-то мне на неё и чихать. – Хан снова потёр подбородок. – Что ж – пожалуй, я соглашусь на ваше предложение. В конце концов, отвезти двух пассажиров с одной планеты на другую – это не переться мимо имперских патрулей с грузом спайса.

– Отлично. – Мара достала из притороченной к поясу небольшой сумочки небольшую пачку банкнот, перехваченную резинкой, и бросила её на столешницу. – Это аванс, капитан Соло. Десять тысяч империалов. Остальные сорок тысяч получите после того, как пассажиры покинут борт «Тысячелетнего Сокола» на Алдераане. На этом кристалле, – девушка протянула кореллианцу мини-кристаллодиск, – координаты места, где вас встретит имперский военный корабль. Вопросы?

– Кто этот тип, которого я повезу? Человек? Инопланетянин? Особые условия для перевозки требуются?

– Нет, не требуются. Это человек. – Мара решила, что этого будет вполне достаточно для кореллианца. – Он скоро прибудет в Мос Эйсли для того, чтобы найти подходящий корабль. Вы должны будете предложить ему свои услуги. Насчёт платы – ваше дело, но не усердствуйте. Надеюсь, жадность вам не свойственна, Хан Соло.

– Ну, деньги лишними никогда не бывают, – усмехнулся Хан, – но я последую вашему совету. Не хочется потом всю жизнь бегать от ищеек Айсард.

Ага, он считает меня агентом ИСБ, подумала Мара. Что ж – пусть так. Тем лучше для неё. Раскрывать своё инкогнито Рука Императора совсем не собиралась.

– Что ж – раз мы друг друга поняли, тогда я, пожалуй, не стану вас более задерживать, капитан Соло.

– Вам виднее, – пожал плечами кореллианец.

Мара встала из-за стола и уже собралась двинуться в сторону выхода, как неожиданно замерла на месте, поскольку рядом с Соло нарисовался какой-то родианец, одетый в зелёную куртку и такого же цвета штаны и коричневый жилет, державший в правой руке тяжёлый бластер DT-12. И ствол оружия был направлен прямо на кореллианца.

– Koona t'chuta, Solo?(Куда-то собрался, Соло?) – произнёс родианец на хаттском, тыча оружием в грудь Соло. На Мару он не обратил никакого внимания.

– Гридо. – Хан недовольно поморщился при виде родианца. – Тебя что, Джабба прислал?

– Uba jatii-la, Solo(Какой ты догадливый, Соло), – усмехнулся родианец, почему-то упрямо говоривший на хаттском, хотя Мара отлично знала, что для уроженца Родии не составляло труда выучить корусанти. Возможно, поступая так, этот Гридо хотел подчеркнуть своё превосходство над человеком, однако этим он лишь подчёркивал свою глупость. – Tapi da-khruuni chappa. (Я давно ждал этого момента).

– Ты за этим лишь прилетел на Татуин? – усмехнулся кореллианец, тоже из принципа говоривший на корусанти.

– Nobata. Jabba toona paka so-moulee-rah. (Нет. Джабба хочет знать, когда ты вернёшь ему его деньги).

– Скажи Джаббе, что в данный момент я не при деньгах, однако скоро ситуация изменится в лучшую сторону и я смогу…

– Solo, – перебил его родианец, всё так же держа бластер наставленным на кореллианца, – Jabba cooli-ma pahchatta danki. Hees garka ba-yoko, bana-ba yo pankpa bona nai unka. (Джаббе уже это надоело. Он просил передать тебе, что он забирает «Тысячелетнего Сокола» в счёт уплаты долга).

– Только через мой труп, Гридо, – процедил сквозь зубы Хан, сузив глаза.

– Toe wanna-chi choo-pi.(Это можно устроить.)

Родианец нажал на спусковой курок своего бластера, но каким-то невероятным образом умудрился промахнуться. Ответный же выстрел Соло поразил незадачливого наёмника прямо в грудь.

– Джабба всегда выбирал для таких вот дел всяческих тупиц, – бесстрастно прокомментировал Хан, убирая свой DL-44 в набедренную кобуру. – А отдавать свой корабль в то время, когда мне светит сорвать такой куш, я не собираюсь. Я вообще не собираюсь никому отдавать «Сокола».

– Забавная сценка. – Мара невозмутимо усмехнулась. – Похоже, что вы способны постоять за себя, капитан Соло. Это радует.

– Иногда это не кажется мне забавным. – Кореллианец поглядел в ту сторону, где находился его напарник. Здоровяк-вуки мотнул своей лохматой головой и пролаял какую-то фразу на своём языке. – Да-да, я знаю, Чуи. Но не забывай, что нам надо вернуть долг Джаббе, пока он не послал по нашу душу кого посмекалистее этого придурка. – Хан кивком головы указал на лежащего на полу родианца. – Не беспокойтесь, Мара – я сделаю то, о чём вы меня просите.

– Я в этом не сомневаюсь, капитан Соло. – Рука Императора позволила себе лёгкую улыбку. – В противном случае, руководство ИСБ назначит за вашу голову такую награду, что вы никогда в жизни не сможете приблизиться ни к одной цивилизованной планете ближе, чем на десять мегаметров.

– И почему это меня нисколько не удивляет? – усмехнулся кореллианец.

– Потому что вы знаете, что это правда. – Мара многозначительно подмигнула Соло.


Глава 14.


Подойдя к двери отсека, в котором в данную минуту находился доставленный с Татуина Люк Скайуокер, я остановился и на минуту задумался. Следовало выработать тактику поведения в разговоре с сыном. Не мог я же вот так взять и с порога брякнуть: «Люк – я твой отец!» В лучшем случае, парень просто покрутит пальцем у виска, в худшем – пошлёт подальше или же попытается меня убить, что, впрочем, чревато для него серьёзными проблемами. Нужно было вести себя очень дипломатично и поначалу просто сформировать интерес у Люка к самой природе Великой Силы. Подготовить, так сказать, почву для появления нового ученика-ситха.

При моём появлении охранники вытянулись в струну и взяли оружие «на караул». Не обращая на них никакого внимания, я при помощи Силы отключил блокировку дверного замка и отодвинул тяжёлую панель в сторону, после чего вошёл внутрь отсека.

Парень сидел на жёстком стуле у противоположной стены отсека, рассеянно водя пластиковой кружкой по поверхности небольшого квадратного столика. При звуке открываемой двери он поднял голову от стола и его глаза сделались похожими на две большие тарелки при виде того, КТО появился на пороге каюты.

– Надо полагать, тебе очень хочется знать, почему тебя доставили на борт имперского военного корабля. – Я невозмутимо, как и полагалось Тёмному Лорду, прошествовал на середину каюты и остановился точно под вмонтированной в потолок фотонной лампой, глядя на Люка с высоты своего роста. – И, как это ни странно, ты имеешь на это право, Люк.

– Вы… знаете, как меня зовут? – выдавил из себя парень.

Я многозначительно промолчал.

– Да, глупый вопрос. – Люк с опаской глядел на меня, словно ожидая, что сейчас я начну воздействовать на него, используя способности Тёмной Стороны Силы. С таким же успехом он мог ожидать рейсового корабля до, скажем, Дагобы. – Наверное, мне следовало бы поблагодарить ваших солдат за то, что спасли меня от тускенов… м-да…

– Твоё спасение было лишь вторичным деянием, – проговорил я, всё так же невозмутимо глядя на Люка через видеофильтры маски. – Основной целью их было то, чему ты стал невольным свидетелем.

При последних моих словах Люк боязливо втянул голову в плечи. Возможно, он решил, что оказался не в том месте и не в то время и теперь его, как нежелательного свидетеля, собираются устранить. Хм, пожалуй, не стоит уж слишком запугивать бедолагу, а то ещё произойдёт что-нибудь непредвиденное – всё-таки он ведь тоже форсюзер, хотя этого пока и не знает.

– Однако, неким образом ты имеешь отношение к произошедшему на Татуине, Люк Скайуокер. Ты оказался владельцем этих дроидов и это очень поспособствовало делу их обнаружения…

– Но вы для чего-то отпустили астромеха, – перебил меня Люк. – Для чего, интересно?

Ого, да мы, оказывается, осмелели уже! Что ж – это хорошо. Вести разговор с насмерть перепуганным от вида Вейдера парнем мне очень не хотелось. Толку в таком случае было бы пшик.

– Это касается дела государственной важности и, как ты сам понимаешь, тебе об этом знать не положено. – Я многозначительно прошёлся взад-вперёд по каюте, отмечая, как парень внимательно за мной наблюдает. – Полагаю, тебя снедает беспокойство за своих родных. – Не нужно было обладать способностями ситха, чтобы почувствовать тревогу Люка за своих дядю и тётю. – Можешь успокоиться – они в полной безопасности, именно благодаря штурмовикам, которые оказались на их ферме как раз в момент нападения террористов. Конечно, ферма понесла значительный урон при нападении, но нет ничего такого, с чем бы твой дядя не справился бы.

– Я… я должен как можно скорее вернуться на ферму… помочь ему с работой…

– Не думаю, что это правильное решение, молодой Скайуокер, – весомо проговорил я, останавливаясь в том же месте, под лампой.

– Помочь восстановить разрушенную ферму, да притом – своего дяди, по-вашему, неверное решение? – удивлённо проговорил Люк.

– Не всё так просто, как тебе может казаться. Эти негодяи, что напали на твой дом, искали не только дроидов.

Я замолк, выжидательно глядя на Люка. Если у него в голове достаточно мозгов, он быстро сообразит, что к чему. Да и должно быть у него достаточно мозгов – всё же яблочко от вишенки, как говорится…

– Вы хотите сказать, что эти бандиты искали не только тех дроидов, но и… меня? – недоверчиво вымолвил парень. – Но… с какой стати я им сдался?

– Ты сам не догадываешься?

– А должен? – прищурился Люк. Похоже, что первоначальный страх передо мной у него прошёл, и это было добрым знаком.

– Как знать…

– Слушайте – вы всегда вот так говорите или просто мне мозги полощете? – последовал вопрос.

Признаться, от такого я несколько оторопел. Парень, похоже, не слишком и придавал значения тому факту, что перед ним стоит не кто иной, а командующий Имперским Космическим Флотом Тёмный Лорд ситхов Дарт Вейдер, которого молва окрестила «Палачом Императора». Гм, кстати, не мешает эту самую молву всё же подкрепить кое-какими делами, чтобы не разубеждать народ.

– А в смелости тебе не откажешь, молодой Скайуокер. – Я позволил себе усмехнуться, хотя из-за этой хаттовой маски смех слышался эдаким бульканьем. – Что ж – это хорошо. Страх убивает разум, а он должен быть открыт для того, чтобы усваивать новые порции информации и анализировать происходящие вокруг тебя события.

– Ну, я прекрасно понимаю, что ничего сделать вам не смогу, если бы вдруг у меня возникли такие мысли. Кто вы – и кто я!

– Не стоит быть о себе столь низкого мнения, Люк. Не всё так просто, как тебе может показаться.

– Бен тоже так говорил как-то…

– Бен? – конечно, мне было прекрасно известно, КОГО ИМЕННО имел в виду Люк, но не говорить же ему о том, что старый отшельник, живущий неподалёку от фермы Ларсов, на самом деле является джедаем и моим бывшим учителем? Спросите – почему же тогда я не приказал нанести орбитальный удар по тому месту, где обосновался Кеноби? А потому. Потому, что это не соответствовало моим планам. Больше пока вам знать не обязательно.

– Да, Бен Кеноби. Старый отшельник, живущий неподалёку от фермы… – Люк неожиданно замолчал и уставился в пространство перед собой невидящим взором. – Постойте-ка – а ведь тот малыш R2, похоже, катил именно в том направлении! Но… для чего?

– Ты задаёшь вопросы. Это похвально. Только не на все из них тебе можно получить ответы.

– Это почему?

– Люк. – Я присел на второй стул, который жалобно скрипнул от моего веса. – Те бандиты, что напали на ферму Оуэна Ларса, охотились не только за R2. Им был нужен ещё и ты.

– Я? – Люк недоумённо воззрился на меня. – А я-то им зачем сдался? Зачем им простой фермер с Татуина? Что, дела у Альянса обстоят уже настолько хреново, что они вот таким способом набирают солдат?

– Нет, дело не в этом. Дело в том, что ты являешься чувствительным к Силе разумным, а мимо такого обстоятельства мятежники пройти никак не могли, особенно учитывая то обстоятельство, что среди них есть и джедаи.

– Я – чувствителен к Силе? – Люк хохотнул. – Вы, наверное, шутите, лорд Вейдер. Я даже не…

– Я нисколько не шучу, Люк Скайуокер. – При помощи Силы я подхватил с полки, прикреплённой к противоположной стене, массивный стеклянный графин с питьевой водой, и швырнул его в сторону парня. Попаду – значит, где-то была допущена ошибка. Отобьёт – значит, всё верно, ошибки не было.

Графин, неожиданно изменив свою траекторию, облетел голову Люка по дуге и устремился к стене за его спиной, но разбиться я ему не позволил. Незачем мусорить на корабле. Поймав графин силовым захватом, я аккуратно перенёс его на столик и опустил прямо перед ошарашенным парнем, глаза которого на сей раз сделались не просто круглыми или квадратными – они сделались кругло-квадратными.

– Это… это… – он оторопело глядел на стоящий перед ним графин, явно выбитый из колеи таким поворотом дела, – это что… как это произошло? Это я, что ли, сделал? Но… этого не может быть! Разве…

– Ты своими действиями сам ответил на свой вопрос, Люк. – Я довольно посмотрел на графин, который спокойно стоял на столешнице. – Если же и это тебя не убедит…

– Постойте, погодите! – парень всё ещё никак не мог прийти в себя после того, как отбил Силой брошенный в него графин. – Это… это я сделал?!

– Вопрос, я считаю, несколько не к месту. – Можно было бы, конечно, сказать что-нибудь в юморном стиле, но это не соотносилось с тем обликом Вейдера, к которому привыкли окружающие. – Графин не сам полетел в стену, Люк. Это сделал ты. Ты сам. И это, как мне кажется, для тебя внове. Я прав?

– Да, правы… – Люк снова посмотрел на графин. – А… что теперь со мной будет?

– Ну, способности твои тебе прятать ото всех не имеет смысла, ведь рано или поздно о них станет известно. Они пока ещё в латентном состоянии, но их можно пробудить и направить в нужное русло. Если ты сам, конечно, этого хочешь.

– Стать ситхом? – Люк сдвинул брови. – Мм… Но…

– Люк – всё не так просто, как тебе может показаться. – Я, не торопясь, поднялся на ноги. – Вовсе не обязательно становиться ситхом. Тёмная Сторона Силы отнюдь не так страшна, какой её обрисовали в своё время джедаи. Да, есть некоторые нюансы, но их можно и избежать, если ты сочтёшь, что они могут навредить тебе.

– Но если не становиться ситхом – то кем тогда?

– Разве инквизиторы – ситхи? Они всего лишь адепты Силы. Но решение ты сам должен принять. Без давления извне.

Люк задумчиво поглядел на меня.

– А я больше не увижу Оуэна и Беру?

– Это зависит от тебя. Мы не джедаи, мы не запрещаем общаться с теми, кто тебе дорог. Ты можешь даже прямо сейчас вернуться назад… и остаться на Татуине, если того пожелаешь сам.

– Ну, вернуться я всё равно хотел бы, хотя бы и для того лишь, чтобы проститься с родными. Да и забрать кое-какие вещи тоже хотелось бы. Видите ли, милорд, я вообще-то собирался поступать в Академию, да всё никак не получалось. Вот Биггс в позапрошлом году сумел вырваться с этой кучи песка и камней, а я, похоже, надолго застрял здесь…

Биггс? Это имя почему-то показалось мне знакомым, но я поначалу не придал этому значения. Мало ли людей с таким именем в галактике? Сейчас, по крайней мере, это не имело значения. А вот то, что мне удалось перехватить Люка до того, как его захомутал Кеноби и начал свою «мозгоправку», значение имело, да ещё какое! Чистое незамутнённое сознание молодого татуинца способно было в своём теперешнем состоянии отличить зёрна от плевел. Этим я и собирался воспользоваться.

– Я распоряжусь, чтобы тебя на челноке доставили на ферму Ларсов. Сможешь забрать всё, что сочтёшь нужным, заодно и с родными простишься. Но не стоит им всей правды говорить – можешь сообщить им, что подвернулась возможность поступить в Академию. Это, в некотором роде, является правдой.

– Ну да… – было видно, что Люка всё ещё гложут сомнения. – А…

– Оставь все свои вопросы на будущее, Люк. – Я решил, что сейчас не стоит забивать парню голову всякими терминами. – Ответы на них ты рано или поздно найдёшь. А сейчас можешь проследовать на Пятую ангарную палубу. Я распоряжусь касательно челнока.

Люк неуверенно кивнул мне и как-то несмело протиснулся мимо меня к выходу. Я позволил себе улыбнуться под шлемом. Что ж – эта часть плана благополучно завершилась. Но вот остальное ещё было очень и очень даже далеко от своего логического завершения. И неизвестно ещё, наступит ли оно когда, это самое логическое завершение.


Интерлюдия 7.


Отключив монитор рабочего компьютерного терминала, Тайко Селчу потёр ладонью уставшие от долгого сидения перед терминалом глаза и откинулся на спинку стула. Тяжело вздохнул. Потом побарабанил пальцами по столешнице и неожиданно зло выругался, при этом ещё и сплюнув на пол.

Аклай сожри этих двух идиотов! Чего ради Дарклайтер и Кливиан решили переметнуться на сторону Альянса? Да ещё и СИД-истребители увели с «Рэнд Эклиптик»! Уже за одно это по имперским законам их поступок был равнозначен пиратству, а в Империи за пиратство было только одно наказание – смертная казнь. Алдераанец покачал головой. Поступок Дарклайтера и Кливиана никак не укладывался в логические умозаключения Селчу. В самом деле – разве так уж плох этот «Новый Порядок»? Да, поначалу Империя несколько «закрутила гайки» в отношении нечеловеческих рас, но в последнее время неожиданно наметился отход от антропоцентризма и ксенофобии, а среди представителей власти и военных появились не только представители родственных и близких к людям видов, но и негуманоиды. По-видимому, Император Палпатин пришёл к выводу, что подобный стиль правления несомненно привлечёт множество нечеловеческих рас под знамёна мятежников, а это уже гарантированно означало полномасштабную гражданскую войну в галактике. Селчу искренне считал, что Войны Клонов было вполне достаточно – сколько планет было опустошено в тот период? Его родная планета сумела остаться в стороне от потрясений того периода и Селчу не видел причин, по которым Алдераан был бы вовлечён в то, что с таким пафосом именовалось «Альянсом за восстановление Республики». Республики, ага! То есть, повстанцы хотели восстановить весь тот институт бюрократов, который не давал свободно продохнуть всей галактике? Который сквозь пальцы смотрел на грязные делишки хаттов и зайгеррианских работорговцев? По крайней мере, Империя не привечала у себя этих мерзавцев, а тех работ… э-э… сейчас их было принято на официальном уровне называть «конторами по найму законтрактованных рабочих»… словом, кто не выпендривался и соблюдал имперские законы, чувствовали себя вполне нормально. Пиратство во Внешнем Кольце и в прилегающих к Пространству Хаттов системах резко пошло на убыль после рейдов эскадр ИКФ под командованием адмиралов Креннеля, Терадока и Скрида. Да и с коррупцией власти Империи, в отличие от республиканских, боролись не на словах, а на деле – в течении последнего года имели место четыре крупных процесса над чиновниками-коррупционерами, двое из которых занимали посты планетарных губернаторов, третий являлся вице-директором одной из крупных машиностроительных корпораций, а четвёртый, к вящему стыду властей, оказался моффом одного из секторов в Регионе Экспансии. Все они были осуждены и приговорены к различным срокам тюремного заключения, а моффа даже отправили в газовую камеру, так как этот мерзавец имел наглость перепутать свой карман с государственным. Изъяны, конечно, существовали, но, по мнению Селчу, государства без изъянов пока ещё просто не изобрели.

Алдераанец, опасливо покосившись на дверь своей маленькой комнатушки, расположенной в недрах повстанческой базы, расположенной в джунглях одного из континентов Явина-IV, являвшегося спутником газового гиганта с тем же названием, вставил в гнездо на боковой панели терминала небольшой носитель информации и включил канал передачи данных. На мониторе высветилось диалоговое окно, отображавшее лишь две виртуальные кнопки. Ткнув курсором в кнопку, дающую разрешение на передачу данных, Селчу терпеливо дождался, пока закодированная информация с носителя по специальному защищённому от перехвата и отслеживания каналу уйдёт через сеть Голонета на Корусант, после чего выключил терминал и вынул носитель из гнезда. Поразмыслив немного, алдераанец засунул носитель информации в пакет для мусора и поднялся из-за стола, направившись к выходу из комнатушки. По пути пакет надлежало выбросить в один из мусоропроводов, ведущих к печам для сжигания отходов – оставлять такое доказательство своей работы на ИСБ Селчу вовсе не собирался. Алдераанец надеялся, что его сотрудничество с силами безопасности закончится в недалёком будущем и он снова сможет вернуться к своей обычной жизни пилота Имперского Флота, которая была далека от всех этих тайных операций, сулящих сомнительную выгоду и могущих в любой момент обернуться очень крупными неприятностями.


Глава 15.


Некоторое время спустя,

имперский боевой экспедиционный планетоид «Звезда Смерти»,

внешняя зона системы Прокус.


Дроид обслуживания аккуратно расставил на небольшом металлическом столике нехитрый обед, состоявший из жиденького супа, сомнительного вида куска мяса, лежащего на одной тарелке с кучкой овощей, и маленькой чашки подслащённой воды, после чего, не обращая никакого внимания на находящегося в маленьком отсеке, который предназначался для содержания арестантов, человека, невозмутимо проплыл по воздуху к бронированной двери, которая при его приближении отъехала в сторону. Мелькнули стоящие по обе стороны от двери на страже штурмовики в характерной серо-стальной броне 501-го легиона, затем тяжёлая дверь бесшумно встала на своё место.

Сидящая на жёсткой кушетке молодая девушка, одетая в просторный белоснежный балахон, из-под которого виднелись такого же цвета штаны и бежевые ботинки на небольшом каблучке, с брезгливой миной поглядела на столешницу и тяжело вздохнула. Понятное дело, что рассчитывать на изысканный обед в теперешних условиях было крайне глупо, а в сложившемся положении оставалось винить только саму себя. Предупреждал же её сам Лорд Вейдер тогда, в прошлом году на Корусанте, чтобы она было поосмотрительнее в своих связях, но она просто пропустила эти слова ситха мимо ушей. И вот теперь, после того, как личный Звёздный Разрушитель Вейдера атаковал и захватил «Тантив-IV» вблизи Татуина, принцесса и сенатор от планеты Алдераан Лея Органа сидела с мрачным выражением лица на казённой кушетке в одной из камер для заключённых на борту боевого экспедиционного планетоида Империи, который в данный момент находился в какой-то неизвестной ей системе Прокус с неизвестной, опять же, целью. Да-да, тот самый БЭП, чертежи которого с таким трудом и ценой жизни нескольких агентов добыли шпионы повстанцев на посту АХ-235, Дануте и Топраве и которые сейчас находились неизвестно где. Не исключалось, что чертежи были возвращены их законным владельцам, а это могло означать только одно – скорый и бесповоротный конец Восстания. Обладая таким колоссальным оружием, как этот планетоид, Галактическая Империя была способна одним мощным ударом покончить с Альянсом.

Нахмурившись, Лея всё же заставила себя встать с кушетки и подойти к столу. Как бы не была безвкусна тюремная еда, но организму требовалась какая-никакая, но подпитка, если она хотела и дальше сохранить ясность ума и решимость бороться с тиранией Империи. Гм, с тиранией…

Сев за стол и взяв в правую руку простую, без изысков, дюралевую ложку, алдераанка принялась неспешно помешивать всё ещё горячую баланду, размышляя о тирании этой самой. Лея отнюдь не считала себя упёртой фанатичкой, свято верящей в непогрешимость Альянса и Старой Республики – нет, она прекрасно отдавала себе отчёт в том, что та Республика, которая существовала до палпатиновского переворота, отнюдь не была идеальной, отец сам это не один раз говорил. Коррупция, наплевательство на интересы простого народа, закрывание глаз на такие неприглядные вещи, как работорговля и ксенофобия – вот далеко не полный перечень тех недостатков Старой Республики, которые в итоге и привели к её падению. И Война Клонов – здесь тоже возникало много вопросов. Откуда в самый решающий момент, когда, казалось бы, сепаратисты уже праздновали победу над остатками высадившихся на Джеонозисе джедаев, взялись эти клоны? Выходило, что армию для Республики начали создавать задолго до возникновения сепаратистского движения графа Дуку, но тогда возникал резонный вопрос – для чего это было нужно? Не преследовали ли цель создатели этой самой армии устроить бардак с целью захвата власти? А если так, то получалось, что Великая Армия Республики, как именовали клонов, создавалась по инициативе одного весьма известного в галактике человека, который в то время являлся всего лишь простым сенатором от Набу. И имя этого человека – Император Шив Палпатин. Великий комбинатор и кукловод, который весьма умело манипулировал и Республикой, и сепаратистами ради достижения своих целей. А Совет Ордена джедаев оказался настолько близоруким, что проморгал ситха вблизи себя, да и не одного, а целых трёх – Сидиуса, Дуку-Тирануса и Вейдера.

Проглотив пару ложек этого так называемого «супа», Лея поморщилась и невесело усмехнулась про себя, подумав, что вот теперь и она на своей собственной шкуре узнала, каково это – находиться в тюрьме. Конечно, это не Кессель, здесь даже вполне комфортно, если так можно выразиться о тюрьме, но, как бы то ни было, это место лишения свободы и оно таковым и останется, какую бы еду здесь не готовили.

Принцесса задумчиво повертела в пальцах дюралевую ложку и проглотила ещё несколько ложек бурды, которую почему-то именовали супом. Подумалось о том, скольким несчастным довелось вот так вот давиться этой похлёбкой, чтобы не протянуть ноги от голода. Правда, среди этих «несчастных» встречались разумные, которым, по твёрдому убеждению Леи, стоило просто-напросто выпустить заряд бластера в затылок, вместо того, чтобы тратить государственные средства на их содержание в местах лишения свободы.

Мысли девушки вернулись к Империи. Несмотря на то, что её отец был противников Нового Порядка и всячески старался привить ей свои взгляды, у Леи сформировалось своё видение ситуации в галактике. Она не идеализировала Галактическую Империю, равно как и Старую Республику, однако у первой всё же было некоторое преимущество перед второй, как бы ни кричали сторонники республиканского правления и демократии об «имперской тирании». Какое, сразу же возникал вопрос? А вот какое. Власти Империи не разглагольствовали о какой-нибудь проблеме, как это делалось во времена Республики, а делали дело без лишних проволочек. И с коррупцией, не в пример республиканским властям, боролись, и не смотрели на то, кто какое положение занимал. Вон, моффа Сектора Бёус Дарвона Джуетта сняли с должности, арестовали и, после проведения тщательного расследования казнили в газовой камере. Причина? Сей благородный муж перепутал – случайно, конечно же – свой личный карман с государственным. И тем самым совершил смертельную для себя ошибку. Если во времена Республики многие политики чуть ли не открытую занимались тем, что брали всевозможные взятки и при этом оставались непойманными. В Империи же такое могло прокатить только один раз, второго уже могло и не быть.

Отодвинув в сторону почти пустую тарелку из-под супа, Лея посмотрела на не до конца прожаренный кусок мяса и груду овощей и вздохнула. Взяв вилку, она уже было собралась подцепить пригоршню овощей, как неожиданно входная дверь отъехала в сторону и в камеру в сопровождении пятерых штурмовиков вошёл высокий худощавый имперец в мундире офицера Флота.

– Гранд-мофф Таркин! – Лея тут же отложила вилку в сторону и с вызовом взглянула в, казалось, состоящее из одних углов и прямых линий лицо уроженца Эриаду. – Я так и знала, что это ваших рук дело!

– Знали? – Таркин позволил себе усмехнуться. – И откуда же вы знали, ваше высочество?

– Догадалась по той вони, которую почуяла на борту! – выпалила Лея.

Гранд-мофф при этих словах лишь криво улыбнулся.

– Дерзите, как и всегда. – Таркин сделал едва уловимый знак, повинуясь которому, штурмовики окружили принцессу полукругом, держа наготове бластерные винтовки Е-11. – Но это вряд ли поможет вам выбраться из той передряги, в которую вы угодили по собственному недомыслию.

– Не понимаю, о чём вы. – Лея фыркнула и скрестила на груди руки. – Вообще-то, если вы не в курсе, меня здесь держат на совершенно незаконных основаниях и я…

– Незаконные основания? – Таркин насмешливо покачал головой. – Полноте, ваше высочество! Вас задержали на совершенно законных основаниях, что бы вы не думали на этот счёт. На борту вашего корабля находились секретные чертежи, выкраденные шпионами мятежников. Уже одно это является весьма веским предлогом для того, чтобы задержать и вас, и ваш звездолёт.

– Это дипломатический корабль Имперского Сената, Таркин, и если вы полагаете, что Император…

– Я ничего не полагаю, сенатор Органа, – холодно проговорил Таркин. – Кстати, вам будет, вероятно, небезынтересно узнать, что Император принял решение распустить Сенат. Последний пережиток Старой Республики канул в небытие. Не кажется ли вам это символичным?

– Император распустил Сенат? – новость была, конечно, очень важная, но почему-то Лею она не удивила и не возмутила. Она прекрасно помнила своё последнее выступление в Сенате, когда та дура с Сакоррии выступила в поддержку действий Тиона. М-да, возможно, Палпатин правильно поступил. Толку от этих идиотов! Одни пустопорожние разговоры, напыщенность и напускная важность, хотя на самом деле все эти болваны и гроша ломаного не стоили. Правда, сами сенаторы были о себе более высокого мнения, но их мнение Лею совершенно не интересовало.

– Мне кажется, если память меня не подводит, вы как-то сами высказывались по поводу того, что Сенат в том виде, в каком он существовал на тот момент, абсолютно бесполезен. Так что, полагаю, это решение Императора не должно вас расстроить… если не считать того факта, что теперь вы более не являетесь сенатором от Алдераана.

– Высказывалась. Однако без Сената у вас теперь будут развязаны руки.

– Развязаны руки? – гран-мофф хохотнул. – А до этого они, по-вашему, были связаны этими пустоголовыми болванами? Вспомните хотя бы голосование по вопросу оказания гуманитарной помощи населению Затриса, пострадавшему от небывалой для планеты засухи. Если бы не ваши усилия, вкупе со стараниями сенаторов от Алсакана, Оринды и Куата, то Сенат бы до сих пор мариновал этот вопрос.

Лея в ответ на эти слова Таркина лишь молча кивнула, хотя и с неохотой. Ей не очень хотелось соглашаться с гранд-моффом, но и не признать его правоту она тоже не могла.

– Мне кажется, вы только зря тратите своё время, Таркин, – раздался вдруг от двери хорошо знакомый принцессе голос, говорящий с некоторым придыханием. – В данный момент вас не история должна интересовать, а то, что происходит сейчас.

– Лорд Вейдер. – Лея с вызовом взглянула в сторону входа в камеру, где возник гигант в чёрных доспехах. – И как это я сразу не догадалась?

– Сарказм ваш вовсе не к месту, сенатор Органа… а, уже не сенатор, просто принцесса Органа. – Алдераанка с подозрением уставилась на Тёмного Лорда, однако было непохоже, чтобы Вейдер шутил. Да и вообще – разве что-нибудь можно понять по этой непроницаемой маске с голосовым модулятором? А вот интересно, неожиданно подумала принцесса, что всё-таки послужило причиной того, что Вейдер всегда носит этот свой костюм? И ведь это не просто боевая броня – это самый что ни на есть костюм жизнеобеспечения. Из всего этого исходило, что когда-то в жизни этого человека произошло что-то не очень приятное, из-за чего он и вынужден теперь постоянно носить этот костюм. О прошлом главнокомандующего Имперским Флотом не было известно ровным счётом ничего, если не считать то обстоятельство, что он был в прошлом учеником Императора. Но ничего более Лее о Вейдере известно не было, отец же её избегал затрагивать эту тему.

– Ваше положение отнюдь не способствует тому, чтобы строить из себя обиженное достоинство. – Вейдер спустился по ведущим в камеру ступенькам. – И на вашем месте я бы не усугублял положение.

– И чем же, по-вашему, я его усугубляю? – Лея сдвинула брови и с вызовом посмотрела на Тёмного Лорда. Увы, получилось это у неё крайне неубедительно.

– Отказом сотрудничать с имперскими властями.

– В чём именно?

– Мне кажется, вы понапрасну тратите своё и моё время, Вейдер, – недовольно проговорил Таркин, выделив при этом интонацией местоимение «вы». – Она – пособник мятежников и должна быть допрошена сообразно протоколу положения военного времени.

– После допроса по вашим методикам, Таркин, – Вейдер выделил, в свою очередь, «вашим», – подозреваемый, как правило, мало на что способен. А всё же здесь мы имеем дело не с каким-то уголовным элементом или бунтовщиком, а с представителем семейства, принадлежащего к правящему Королевскому Дому Алдераана. Или вы хотите настроить против Империи население лояльных по отношению к нам планет своими необдуманными действиями?

– Вздор! – отмахнулся гранд-мофф. – Всем известно, что Бейл Органа тайно сотрудничает с руководством этого так называемого Альянса. Да и количество сочувствующих мятежникам на Алдераане далеко не так мало, как вы считаете.

– Неужели? – показалось Лее или и в самом деле в голосе Вейдера просквозила издевательская усмешка? Трудно сказать из-за шлема. – А у меня прямо противоположная информация. Да, на планете имеется прослойка населения, сочувствующая Альянсу, но это где-то около двух-двух-с-половиной процентов от общего числа жителей. Если вы находите, что это много, что ж – это ваше право. Далее. Вооружённых сил у Алдераана практически нет, если не считать таковыми солдат так называемой «алдераанской вооружённой охраны». Вы, видимо, хотите объявить войну практически безоружной планете, Таркин?

– За примером далеко ходить не надо, Вейдер, – вернул Тёмному Лорду «любезность» эриадуинец. – Или вы забыли про Каамас?

– Это был опрометчивый поступок и Император это уже признал, пусть и не публично, а в кулуарах, но тем не менее. К чему это привело, вы и сами знаете. Теперь каждый выживший каамаси считает нас чуть ли не исчадиями ада. Хотите, чтобы это мнение ещё более укрепилось?

– Я не собираюсь с вами спорить, Вейдер. Это вредно для здоровья. Я всего лишь хочу, чтобы принцесса Органа сообщила мне, где находится база мятежников. Тогда мы сможем нанести один-единственный удар по врагу и покончить, наконец, с этим глупым «восстанием против Империи».

Вейдер ничего на это не ответил. Голова в непроницаемом чёрном шлеме повернулась в сторону алдераанки, и у девушки сложилось впечатление, что лорд-ситх оценивает её. И снова, как и тогда, на Корусанте, после заседания Сената по вопросу о помощи Раллтииру, её посетила мысль о том, что чужой разум является для Тёмного Лорда не таким уж и чужим. Но доказать или опровергнуть это она, к сожалению, не могла.


Глава 16.


– И каким же способом вы собираетесь этого достичь? – с сарказмом в голосе спросил я.

Таркин сарказма не понял, скорее всего, из-за этой хаттовой маски. (Напомнить себе – связаться с О’Раном и выяснить, как обстоят дела у каминоанца.). Он неторопливо прошёлся взад-вперёд по маленькому помещению, сцепив руки за спиной. В этом положении он почему-то здорово напоминал арикса – крупную птицу с родной планеты мастера-джедая Ки-Ади Мунди, Цереи. Только, в отличие от того же арикса, в Таркине чувствовалась злость, для чего даже необязательно было являться адептом Силы.

– Мне нужно всего лишь задать принцессе Органе один-единственный вопрос, на который она должна дать один-единственный ответ. – Гранд-мофф свысока поглядел на меня, что ему не очень-то удалось, учитывая разницу в росте.

– И какой же это вопрос, Таркин? – усмехнувшись, поинтересовалась Лея.

– Полагаю, вы догадываетесь. Если же нет, то я просвещу вас на сей счёт. – Таркин прошёлся взад-вперёд, намеренно держась от меня на расстоянии, насколько это было возможно в этом небольшом отсеке. – Мне нужно знать местонахождение базы мятежников.

– А почему вы решили, что мне оно знакомо? – прищурилась девушка.

– Ваше высочество – напомню вам, что подобные игры по законам военного времени могут весьма плачевно для вас окончиться. Я бы очень не хотел прибегать к более болезненным методам ведения допроса, но если вы будете упорствовать, то мне придётся к ним прибегнуть.

Позади меня раздалось какое-то мерное жужжание и я невольно оглянулся. Ага, стало быть, Таркин заранее побеспокоился о том, чтобы в нужный момент под рукой у него оказался дроид-дознаватель IT-O. Безусловно, алдераанке тоже был знаком этот дроид, так как при его виде она смертельно побледнела и попятилась, пока не упёрлась спиной в холодную металлическую стену отсека.

– Как видите, ваше высочество, – произнёс гранд-мофф, – есть два варианта выхода из положения. Оба разные, но в итоге они всё равно приведут нас к искомому. Какой из этих двух вариантов выберете вы – решать вам.

На левом запястье Таркина коротко пискнул комлинк. Эриадуинец взглянул на устройство, затем включил его, одновременно активировав прикреплённую к правому уху гарнитуру, что означало активацию зашифрованного спецканала, слышать который мог только гранд-мофф. Что говорил Таркину собеседник на другом конце линии, никто не слышал, но мне не было нужды прибегать к ушам для этого. Достаточно было слегка коснуться струящейся повсюду Силы – и голос офицера, который сообщал гранд-моффу о том, что боевая станция только что вышла из гиперпространства в системе Алдераана, стал слышен мне так, словно говоривший стоял в каком-нибудь метре от меня.

Бросив в гарнитуру короткое «ждите меня», Таркин выключил комлинк и сердито взглянул на Лею. Девушка ответила ему вызывающим взглядом, в котором, однако, промелькнули и тревожные нотки.

– Надеюсь, к тому моменту, как мы закончим основные приготовления, вам будет что мне поведать… ваше высочество. – Таркин смерил принцессу колючим взглядом с головы до ног и, повернувшись на сто восемьдесят градусов, быстро вышел из отсека. Штурмовики последовали за ним, однако Лея про себя отметила, что перед этим они синхронно взглянули на Вейдера, и тот еле заметно кивнул. Сам же Тёмный Лорд остался в камере.

– Надо полагать, вы сейчас прикажете этой бездушной машине начать допрос? – Лея кивнула на парящий в воздухе IT-O. – Что ж, валяйте, только учтите…

– Принцесса – не будьте такой глупой и наивной. – Я заложил руки за спину и прошёлся взад-вперёд по небольшому отсеку, в точь-точь, как до этого прохаживался Таркин. – Мне для этого нет нужды прибегать к услугам дроида-дознавателя. Или вы забыли, кто я такой?

– Забудешь, как же! – фыркнула Лея.

– Тогда вы должны понимать, что ваше упорство здесь совершенно ни к месту. О сотрудничестве вашего отца с руководством Альянса мне прекрасно известно. Погодите, не перебивайте меня! – я поднял закованную в броню руку, видя, что девушка уже готова выдать в эфир очередную колкую фразу. – Как и о том, что он покрывает уцелевших джедаев – тоже.

– Джедаи, в отличие от вас, являются борцами за правое дело! – выпалила Лея. – Вы же только и делаете, что причиняете зло! Недаром вас прозвали «палачом Императора»!

– В такое время, как сейчас, мягкотелым быть нельзя. Расслабишься – и получишь заряд бластера в спину. И о каком таком «правом деле» вы упоминали, говоря о джедаях? Борьба за восстановление республиканского строя? За возвращение всей той бюрократии, которая в итоге и сгубила Республику?

– Но вы не можете не признать, что в Республике были и хорошие, честные, политики…

– Хотя бы одного можете назвать? – Лея сконфуженно замолкла и нахмурилась. – Вот и я о том же. Если таковые и были, то за общим количеством идиотов их не было заметно. А что до джедаев – ваш отец вам много чего про них рассказывал, как я полагаю, только вот он упоминал такие неприглядные моменты из истории Ордена, как Хакскую войну или резню на Галидраане?

– Ну… он… э-э…

– Понятно. Не упоминал. Как же можно было об этом говорить? Это бросает тень на репутацию Ордена, как-никак.

– Лорд Вейдер – вы пытаетесь вывести меня из равновесия, что ли? – Лея непонимающе взглянула на меня. – Какую игру вы ведёте?

Ого, а вот этого, признаться, я не ожидал. Алдераанка оказалась куда более проницательной и смышлёной, и продолжать в том же духе становилось нелогичным.

– Игру? – я покачал головой. – Я не веду никакой игры, ваше высочество. Я просто, в силу своих обязанностей и возможностей, пытаюсь предотвратить большее кровопролитие, нежели то, которое уже имеет место быть. Разве это не ваша цель – мир в галактике?

– Да, но какой ценой? Ценой гибели миров, как это произошло на Каамасе? Ценой торжества Тёмной Стороны Силы?

– Вы так много знаете о природе Силы, что берётесь рассуждать на эту тему? Что вам вообще известно о ней?

– Мне? – этот вопрос, казалось, поставил Лею в тупик. – Ну… То, что известно тем, кто знает, что она существует… Хатт вас побери, Вейдер – что за идиотский вопрос? Я же не джедай, чтобы знать об этой вашей Силе! Она существует и вы используете её для достижения своих целей!

– Какое информативное высказывание. – Я позволил себе добавить сарказм в голос, и было похоже, что девушка это уловила. – Однако оставим дискуссию о природе Силы, ваше высочество. В данный момент меня, как и Таркина, интересует вопрос – где расположена база повстанцев?

– Мне это неизвестно! – отрезала Лея.

– Ложь. Если вы думаете, что сможете меня обмануть, то глубоко в этом заблуждаетесь.

– Да вы у нас просто ходячий детектор лжи! – рассмеялась алдераанка. Невесело так, что и было понятно – она, должно быть, решила, что сейчас я примусь за неё всерьёз и натравлю на неё дроида-дознавателя.

– Не совсем, но не забывайте о том…

Раздавшийся от комлинка сигнал входящего вызова перебил меня на полуслове. Недовольно нахмурившись, я включил устройство.

– Вейдер – как ваши успехи? – услышал я язвительный голос Таркина. – Вам удалось разубедить эту упрямицу?

– Нет ещё, – проворчал я.

– Прекрасно. Тогда, быть может, вы соблаговолите подняться в командный отсек? Станция только что завершила выход на исходную позицию и, я полагаю, что эта небольшая демонстрация поспособствует тому, что наша уважаемая гостья всё нам расскажет.

– О чём это он? – настороженно спросила Лея, которая слышала разговор. – Что вы собираетесь мне продемонстрировать?

– Ждите меня, Таркин, и не вздумайте ничего предпринимать без меня. – Я отключил комлинк и посмотрел на алдераанку. – Ваше высочество – следуйте за мной.

– Вы не ответили на мой вопрос, Вейдер!

– Вы сейчас не в том положении, чтобы их задавать! – парировал я. Однако, что за дела? С чего вдруг мне, командующему Имперским КФ, пускаться в пререкания с упрямой девицей девятнадцати лет от роду? Упрямства и наглости ей, безусловно, было не занимать, но это лишь усугубляло положение.

Я уже развернулся, чтобы покинуть тюремный отсек, когда неожиданно, повинуясь какому-то внутреннему порыву, остановился на пороге двери и обернулся, чтобы посмотреть на алдераанку.

– И ещё одно обстоятельство, ваше высочество. Можете, конечно, мне не доверять – я ведь, как-никак, числюсь в разряде ваших врагов – но задайте себе один вопрос. Почему вы так непохожи на своих родителей? В вас нет ничего ни от Бейла, ни от Брехи Органы. Вам это ни о чём не говорит?

И, не дожидаясь, пока до алдераанки дойдёт смысл этих слов, я резким движением повернулся и размашистым шагом вышел в коридор. Повинуясь моему жесту, IT-O бесшумно вскользнул в коридор, а я сделал знак двум штурмовикам, которые тут же с оружием наготове окружили алдераанку.

– Следуйте за мной, ваше высочество, – приказал я тоном, не терпящим возражений.


В командном отсеке «Звезды Смерти» царила обычная деловая обстановка. У главного обзорного видеоэкрана стоял в надменной позе гранд-мофф Таркин, наблюдая, как станция выходит на боевую орбиту; рядом, выжидательно глядя на эриадуинца, замерли гранд-адмирал Юларен и генерал Мотти. Десантный генерал Тагге, стоявший чуть в стороне от Таркина, хмуро взирал на происходящее. Через Силу я ощутил, что тепасианец не вполне одобряет того, что задумал Таркин, однако субординация и дисциплина не позволяли ему вмешиваться, хотя было очевидно, что задуманное гранд-моффом Тагге не по нутру.

– А, Вейдер! – заметив меня и принцессу, Таркин повернулся спиной к экрану. – И как у нас обстоят дела?

– Она ничего не сказала, – буркнул я, зло зыркнув на Таркина. – Упрямая, как нерф!

– Полагаю, вы, по доброте душевной, не использовали дроида-дознавателя, – понимающе хмыкнул Таркин. – Вот уж чего от вас не ожидал, Вейдер, так это милосердия по отношению к мятежнику…

– Таркин! – негодующе вскричала Лея. – Да как вы смеете…

– Ваше высочество, – гранд-мофф смерил девушку ледяным взглядом, – здесь я смею ВСЁ. Вы же, с точки зрения той ситуации, в которую вы сами себя поставили, должны быть более почтительны с представителем имперской власти. – Таркин провёл рукой по редеющим волосам. – Как вы видите, данная боевая станция полностью готова и функционирует в полном объёме, и, поскольку вы не обнаружили особого желания сообщить нам, где находится база повстанцев, я решил продемонстрировать галактике разрушительную мощь этой станции на вашей родной планете – Алдераане. Вы, вне всякого сомнения, узнаёте её?

Таркин указал на видеоэкран, в котором висело изображение зелёно-голубого шара планеты.

С минуту Лея просто пыталась осмыслить услышанное ею от гранд-моффа, потом её лицо посерело.

– Вы… вы с ума сошли, Таркин! – выдохнула она. – Алдераан – мирная планета, на ней нет никаких баз Альянса! Да у нас даже собственной армии нет! Вы же не можете так поступить! Это же чудовищно!

– Чудовищно? Возможно. Но вы сами своим нежелание сотрудничать с властями подписываете смертный приговор тем двум миллиардам, что населяют ваш мир! – лицо Таркина заострилось и приобрело неприятные резкие черты. – Или, быть может, вы предпочитаете другую цель? Возможно, вооружённую? Тогда назовите систему, ваше высочество, и прекратим этот глупый фарс!

Какое-то время девушка широко раскрытыми глазами глядела на изображение планеты на экране, потом голова её поникла и она едва слышно произнесла:

– Дантуин… Ваша цель на Дантуине, Таркин.

Я про себя усмехнулся. Ага, Дантуин! База мятежников там действительно существовала, но она уже некоторое время как была оттуда эвакуирована. Но Таркин этого не знал.

– Вот как? – гранд-мофф жёстко усмехнулся. – А вы, оказывается, можете быть благоразумной, ваше высочество. Да, Лорд Вейдер? – я ничего не ответил, а Таркин, повернувшись к одному из операторов, спокойным тоном произнёс: – Продолжайте активацию, лейтенант. Огонь можете открывать без дополнительной команды.

– ЧТО-О?! – враз пересохшим горлом выдавила из себя алдераанка.

– Наивное дитя! – снисходительно усмехнулся Таркин. – Дантуин слишком далеко для эффектной демонстрации нашего нового оружия, но вы можете не расстраиваться – после того, как мы закончим здесь, мы разберёмся и с вашими друзьями-бунтовщиками на Дантуине.

– Вы сошли с ума, Таркин! – глаза принцессы наполнились слезами. – Вы сошли с ума!

– Напротив, ваше высочество…

– Таркин.

Мой спокойный голос, раздавшийся в командном отсеке боевого экспедиционного планетоида, заставил всех, кто находился в эту минуту в данном помещении, замереть в ожидании. Многие были осведомлены о той неприязни, которую я испытывал к этому старому мерзавцу, поэтому персонал мостика прекратил всю работу и выжидательно уставился на меня.

– Я весь внимание, Вейдер. – Таркин, пусть и не обладал чувствительностью к Силе и не имел никаких врождённых экстрасенсорных способностей, инстинктивно напрягся, понимая, что сейчас что-то произойдёт, причём явно не очень приятное для него.

– Вы осознаёте весь смысл того, что вы собираетесь совершить? – спокойно и нарочито медленно проговорил я, глядя на эриадуинца через оптические фильтры своей маски. – Вы собираетесь отдать приказ об УНИЧТОЖЕНИИ ОБИТАЕМОЙ ПЛАНЕТЫ! Планеты, на которой проживает два миллиарда жителей! Вы представляете хотя бы немного последствия этого шага?

– Последствия этого шага будут воистину чудовищны и не исключено, что они в итоге могут привести к падению Империи.

Спокойный уверенный голос, раздавшийся от входа в командный отсек, заставил Таркина едва ли не подскочить на месте. А я при звуке этого голоса и при виде того, кто произнёс эту фразу, довольно усмехнулся под шлемом.

– Сейчас поддержка мятежников зиждется, в основном, на обитателях периферийных миров, однако всё может измениться, причём отнюдь не в нашу пользу. – Антиннис Тремейн остановился подле экрана и некоторое время молча глядел на плывущий в пространстве Алдераан. – Уничтожение же планеты, расположенной в центральной части галактики, да ещё и такой, как Алдераан, приведёт к тому, что многие миры переметнутся на сторону Альянса и, таким образом, это приведёт к полномасштабной гражданской войне. Сейчас же ситуация в галактике сложилась таким образом, что на сторону Империи начали переходить и не-человеческие расы, далеко за примером ходить не надо, достаточно упомянуть Деварон, Иктотч и Кубинди. Хотите обратить процесс вспять, Таркин? Попробуйте, только потом не ропщите. А если вы думаете, что Император просто погрозит вам пальчиком, то вы глубоко заблуждаетесь.

– Но мятежники…

– Таркин – вы глупец! – я решил, что с меня хватит. – Как командующий Флотом, я отменяю ваше распоряжение о нанесении орбитального удара по Алдераану. Отправьте разведывательный корабль к Дантуину и проверьте планету на предмет наличия базы бунтовщиков. Генерал Тагге – подготовьте отряд десантников для выполнения задания на Дантуине. – Десантный генерал почтительно склонил голову в знак того, что моё распоряжение принято им к исполнению. – До момента возвращения разведкорабля станция остаётся в системе Алдераана, но это не означает, что против планеты будут применены какие-либо военные меры. Генерал Мотти – свяжитесь с планетарными властями и обрисуйте им ситуацию. Их следящая аппаратура, без сомнения, уже засекла нас и сейчас они обдумывают ситуацию. Не следует допустить необдуманных действий с их стороны, давая таким образом преимущество Альянсу. – Я перевёл взгляд на Лею, которая округлившимися от удивления глазами следила за происходящим. Вне всякого сомнения, она не ожидала такого развития событий. – Вас же, ваше высочество, я вынужден задержать на борту станции для дальнейшего разбирательства. Извините, но ваше участие в перевозке планов, похищенных шпионами бунтовщиков, слишком неоднозначно и тянет на антигосударственную деятельность. Однако, – я поднял закованную в броню ладонь, – если будет доказано, что вы не знали о том, что на борту «Тантива-IV» находятся секретные чертежи, вам нечего опасаться. Более того – вы можете связаться со своим отцом и сообщить ему, что с вами всё в порядке. Подробности ему ни к чему знать, достаточно будет простой информации о том, что вы в порядке. – Я взглянул на Тремейна. – Антиннис – я поручаю принцессу Органу вашему ведомству. Проведите подробный допрос, без применения каких-либо внешних методов воздействия. Просто опросите.

– Слушаюсь, милорд. – Тремейн почтительно кивнул.

– Ваше решение весьма опрометчиво, Вейдер. – Таркин зло глядел на меня. – Мне кажется, что вы действуете, исходя из личных мотивов, а не из долга перед государством.

– Мои мотивы, Таркин, не должны вас касаться. – Гранд-мофф неожиданно побледнел и схватился рукой за горло. (Я позволил себе всё же слегка использовать свои возможности для того, чтобы показать эриадуинцу, кто здесь босс). – Все мои действия, которые я совершил до этого момента, были направлены исключительно для того, чтобы обеспечить безопасность и процветание Империи. А вот в ваших мотивах я могу и усомниться.

Я снял силовой захват с Таркина, отчего гранд-мофф покачнулся и, чтобы удержаться на ногах, схватился рукой за край одного из пультов, за которым сидел оператор. Тот быстро взглянул на побелевшего эриадуинца и поспешил обратить своё внимание обратно на монитор.

– Это исходя из заботы о безопасности вашей Империи вы учинили резню в Храме джедаев? – хмуро осведомилась Лея.

Так, значит, и здесь постаралась пропаганда Альянса. Хотя нет – что это я, это явно плоды воспитания, полученного от Бейла Органы. Хм… Что ж – вернём, так сказать, «любезность».

– Вам весьма однобоко преподнесли те события, принцесса, – спокойно отозвался я. – Не было никакой резни – был честный бой с засевшими в Храме джедаями и Стражей Храма. Альянсу, безусловно, выгодно представить меня эдаким чудовищем, поубивавшем в Храме всех без разбора, однако я не видел тогда причины спокойно стоять и ждать, когда мне снесут голову световым мечом. Да, были жертвы среди падаванов и юнлингов, но это только среди тех, кто решил проявить идиотский героизм и показать, какой он хороший воин и как хорошо умеет обращаться с оружием. А что касается остальных… Я не ожидаю, что вы сразу поверите моим словам, но задайте себе один вопрос – откуда появились имперские инквизиторы? Ответ на этот вопрос заставит вас если и не изменить свою точку зрения, то хотя бы поможет избавиться от той шелухи, которая осела в вашем мозгу.


Интерлюдия 8.


Бейл Органа, нервно теребя пальцами фигурную пряжку поясного ремня, быстрым шагом миновал ведущую в персональную комнату связи, укрытую в недрах его дворца, расположенного в окрестностях Альдеры – столицы планеты. Стоявшие на страже вооружённые охранники в форме Королевской Гвардии отсалютовали главе правительства Алдераана, замерев затем в позе замороженных в карбоните. Переступив порог отсека, Бейл дотронулся пальцем до запирающего сенсора, и тяжёлая бронированная дверь встала на своё место, отрезав комнату от внешнего мира. Затем, подойдя к панели коммуникационного устройства, алдераанец дотронулся до маленького оранжевого сенсора, включив дисторсионное поле, исключающее любую возможность для перехвата разговора. Эта предосторожность отнюдь не была лишней, поскольку Бейл прекрасно знал возможности ИСБ и также знал, что по технологическим возможностям Алдераану – и Альянсу – очень сложно тягаться с Империей, научно-технический потенциал которой был не просто огромен, он был колоссален. Служба перехвата ИСБ могла запросто перехватить гиперсигнал и проследить его от начальной до конечной точек. А что могло случиться потом, Бейлу и думать не хотелось.

Загорелся большой видеоэкран, с которого на алдераанца воззрилось серокожее щекастое лицо уроженца Салласта. Гуманоид был одет в дорогой костюм, свидетельствовавший о его статусе, который был прекрасно известен Органе. Лицо салластанца выражало крайнюю степень озабоченности.

– Бейл. – Гуманоид смерил алдераанца долгим пристальным взглядом. – Чем, хатт вас побери, вы там занимаетесь?! Что за идиотские выходки?!

– О чём вы, председатель Ити? – не понял Бейл.

– О чём? – Даш Ити, председатель верховного правления корпорации «СороСууб», недовольно поморщился. – Мне только что сообщили, что вблизи вашей планеты находится имперская боевая космостанция. Это как прикажете понимать? Что она делает вблизи Алдераана? Вы хотя бы представляете, что произойдёт, если имперцы обнаружат инсталляцию в районе Джуранских гор?

– Разумеется, но…

– Но – что? – в чёрных мышиных глазах Ити не было заметно никаких эмоций, однако щекастое лицо салластанца нервно подрагивало. – Если Вейдер не пошлёт на планету десантную группу, моё мнение о нём изменится отнюдь не в лучшую сторону, но мне лично так не кажется. И что у вас за проблемы с вашей дочерью? Ведь ясно было сказано, чтобы она доставила чертежи на Явин-IV! Что за самоуправство? За каким хаттом её понесло на Татуин?!

Упоминание имени Леи заставило Бейла сжать челюсти и он едва сдержался, чтобы в резких выражениях посоветовать Ити не вмешиваться в его личные дела, но вовремя спохватился. Даш Ити, председатель правления корпорации «СороСууб», являлся одним из основных спонсоров Повстанческого Альянса и сердить такого влиятельного предпринимателя Бейлу не хотелось.

– Я всё же попросил бы вас не вмешивать членов моей семьи в дела Альянса, – внешне спокойно произнёс алдераанец. – То, что Лея добровольно согласилась принять участие в этой рискованной операции, ещё не значит, что мою дочь можно использовать и впредь для подобных мероприятий.

– Это решать не вам, глава правительства, – надменно произнёс Даш Ити. – Слишком многое поставлено на карту, и вы это прекрасно понимаете. И симпатии и антипатии тут совершенно ни при чём.

– Да ведь речь идёт о моей дочери! – всё-таки не выдержал Бейл.

– О вашей дочери? – салластанец выделил особой интонацией слово «вашей». – Ну, возможно, вы и вправду считаете принцессу собственной дочерью, Бейл, но ведь вам прекрасно известно, ЧЬЕЙ дочерью она является. Сына Скайуокера вы уже потеряли, так что…

– Председатель Ити – вы что, предлагаете мне организовать штурм имперской боевой станции? – Бейл саркастически усмехнулся.

– Ваш сарказм, Бейл, неуместен. – Ити недовольно качнул головой. – Никто вас не призывает к подобным идиотским выходкам, однако вы должны понимать, что потеря сына Скайуокера может иметь весьма далеко идущие последствия для…

Неожиданно помещение, в котором находился Органа, сотрясла мелкая дрожь, пробежавшая по стенам, полу и потолку. Видеоэкран мигнул, изображение подёрнулось интерференционной рябью и пошло полосами.

– Что там у вас творится, Бейл? – донёсся до слуха алдераанца недовольно-властный голос Ити. – Что происходит?

– Какие-то помехи… Одну минуту, тут, кажется, сигнал по внутрипланетной системе связи…

Органа включил ещё один экран, меньший по размерам, на котором тут же возникло изображение человека в мундире алдераанских сил самообороны. Видно его было плохо сквозь помехи, однако аудиосвязь работала хорошо. До Бейла долетел взволнованный голос офицера.

– … что получено сообщение от низкоорбитального патруля! – почти что кричал он. – Район Джуранских гор подвергся орбитальной бомбардировке, поражена площадь размером в пять тысяч квадратных километров! Судя по первичным данным, удар был нанесён с борта имперской боевой станции, находящейся внутри орбитального пространства Алдераана! Цель и причина обстрела неясна, однако…

Дальше слушать офицера Бейл не стал. Он прекрасно знал и цель, и причину обстрела. Похоже, что не такой уж и секретной была «инсталляция» Альянса, как изволил выразиться Ити, для военных Империи, раз эта станция нанесла удар точно в то место, где находилась база. Бейл взглянул на главный экран и с удовлетворением обнаружил, что всю его поверхность занимает сплошное море помех. Протянув руку в панели управления, алдераанец выключил бесполезное сейчас коммуникационное оборудование и мрачно подумал о том, что согласие на размещение на Алдераане секретной перевалочной базы повстанцев может выйти его миру боком. Каким – зависело от одного-единственного человека, который, судя по всему, и отдал приказ о нанесении точечного орбитального удара.

О том, что именно благодаря вмешательству этого человека Алдераан по-прежнему находился на своей орбите, а не был превращён в беспорядочное скопление космического мусора, Бейл Органа, разумеется, не знал.


Глава 17.


– Милорд, – сидящий за своим пультом оператор повернул в мою сторону голову, – сканеры засекли звездолёт, вышедший из гиперпространства в семи мегаметрах от Алдераана. Его идентификационный код совпадает с кодом корабля, которому удалось вырваться с Татуина, несмотря на карантин в Мос Эйсли. Это грузовой звездолёт «Тысячелетний Сокол», милорд. Какие будут приказания на его счёт?

Так, вот и капитан Соло объявился. Я довольно ухмыльнулся про себя. Пока всё шло в полном соответствии с тем, что я задумал. «Звезда Смерти» прибыла в систему Алдераана раньше, чем здесь объявился кореллианец, следовательно, первоначальный план не годился. Нужно было запускать второй вариант, а именно – перехватить корабль Соло, используя для этого тракционный луч, и вытащить из R2-D2 якобы похищенные чертежи боевой станции. Смысла сливать мятежникам фальшивые планы БЭП я более не видел – всё равно они не смогли бы сколь-нибудь серьёзно навредить станции, учитывая те меры, которые были предприняты инженерами для обеспечения безопасности выводного порта. Вот-вот должен были поступить данные от разведывательного корабля, посланного на Дантуин, и хотя я прекрасно знал, что там разведчики ничего не найдут, это тоже укладывалось в мою схему. Таркин после того, как его прилюдно унизили в присутствии нескольких высших офицеров, предпочитал не показываться мне на глаза. Безусловно, гранд-мофф был вне себя от такого позора, но, как говорится – сам напросился. Да и Император явно перестал благоволить этому упрямому аристократу, который всё ещё никак не мог взять толк, что в сложившейся в галактике на сегодняшний день военно-политической ситуации его «Доктрина страха» несла Империи больше вреда, чем пользы. Подсовывать Таркину под нос расчёты, сделанные аналитиками отдела геополитических исследований при Институте Империи, я не стал – вряд ли в своём теперешнем состоянии эриадуинец мог трезво оценить эту информацию. Пусть злится и шипит – тем самым он облегчает мою задачу.

Оператор за своим пультом выжидательно смотрел на меня, ожидая дальнейших распоряжений на счёт «Тысячелетнего Сокола». Я едва заметно кивнул сам себе, потом повернул голову к оператору.

– Активируйте один из проекторов притягивающего луча, лейтенант, – приказал я. – Корабль надо посадить в одном из ангаров, выбор оставляю вам. Спецназ космопехоты и два взвода штурмовиков Пятьсот Первого легиона заранее перебросить в выбранный вами ангар. Никто не должен покинуть этот корабль без моего личного разрешения. Никто – это понятно?

– Так точно, милорд! – оператор почтительно откозырял и снова вернулся к своей работе.

– Милорд, – услышал я за своей спиной голос Мотти, – только что на станцию вернулась группа бомбардировщиков, отправленная вами для выполнения задания по уничтожению секретной перевалочной базы мятежников, располагавшейся на Алдераане. Командир бомбардировочного звена лейтенант Сиридо докладывает о полном уничтожении объекта противника, при этом гражданским объектам не нанесено какого-либо вреда. Однако правительство планеты уже обвинило Империю в акте агрессии против нейтрального мира, коим, вне всякого сомнения, Алдераан и является…

– Этого и следовало ожидать, – усмехнулся я. – Они вовсю кричат о своей политике нейтралитета, которую, надо отметить, очень уважает Император, несмотря на имеющиеся разногласия между ним и главой планетарного правительства Бейлом Органой, и одновременно дают приют бунтовщикам. Могу поспорить, что многие из членов алдераанского правительства даже и не подозревали о том, что Бейл Престор Органа разрешил нахождение на Алдераане этой перевалочной базы. Я так полагаю, что стоит это их неведение развеять. Как вы считаете, господа?

– Каким образом, позвольте узнать? – хмуро осведомился Таркин.

– Свяжитесь с председателем правительства Алдераана и пригласите его прибыть на борт станции. Если они хотят получить объяснения, то получить их они должны здесь, а не Алдераане. В конце концов, именно при его попустительстве на планете была размещена база снабжения мятежников, что поставило под угрозу жизни простых граждан Алдераана. Займитесь этим, Таркин.

Гранд-мофф зло зыркнул на меня из-под своих бровей, но ничего не сказал в ответ, лишь еле заметно кивнул и направился к коммуникатору.

– Уведомите меня, когда председатель правительства Алдераана прибудет на борт. – Я развернулся и быстрым шагом, насколько это позволяли мои протезы, направился к выходу из командного отсека. «Тысячелетний Сокол» вот-вот должен был втянут внутрь БЭП и посажен в одном из ангаров станции, следовало проконтролировать процесс. Я прозондировал пространство вокруг «Звезды Смерти» в поисках характерной ауры, которая могла принадлежать только джедаю, ничего не обнаружил и нахмурился. Странно. Насколько мне было известно, Оби Ван не владел техникой Сокрытия Силы… или всё же владел? Если честно, то мне об этом ничего не было известно, хотя всё могло быть. За время, проведённое на Татуине, бывший наставник мог и овладеть этой техникой, чего уж греха таить, Кеноби не был дураком. Из всего вышесказанного выходило, что либо Оби Вана нет на борту корабля кореллианца (но тогда куда же он мог деться, ведь, согласно отчётам агентов Айсард, на борт грузовоза в Мос Эйсли поднялся пожилой мужчина в сопровождении дроида-астромеха серии R2?), либо он всё же маскирует своё присутствие на корабле, поскольку наверняка почувствовал меня на борту станции. Впрочем, данный вопрос можно было прояснить при обыске звездолёта.

Коротко пискнул комлинк и я, продолжая идти по коридору, включил встроенный в шлем коммуникатор. В правом верхнем углу виртуального поля зрения спроецировалась голова Тагге.

– Да, генерал? – прогудел я.

– Милорд – мы только что получили сообщение от капитана «Акриллиона», – сказал Тагге. – Они достигли Дантуина и провели орбитальную разведку. Обнаружена база мятежников, однако, судя по полученным данным, она уже некоторое время как покинута. На территории базы не отмечено никаких признаков активности. Капитан Ласс отправил на планету отряд десантников для более детального осмотра территории.

– Хорошо, Тагге. Держите меня в курсе дела.

– Слушаюсь, милорд. – Голова Тагге склонилась в почтительном поклоне.

ВИР-экран погас… чтобы секунду спустя вспыхнуть снова. Да что же это такое? Сегодня что, день Лорда Вейдера, что ли? Кому ещё нужно уделить и без того не бесконечное время командующего Флотом?

На сей раз в виртуальном поле зрения нарисовалась голова, принадлежащая Исанн Айсард. Интересно, а ей что надо?

– Я слушаю, Исанн. – Не сбавляя шага, я миновал очередной поворот коридора и направился к лифтам.

– Милорд – прошу извинить меня за то, что отвлекаю вас от важных дел, но только что я получила сообщение от службы перехвата. Им удалось запеленговать и расшифровать разговор между двумя абонентами по зашифрованному субчастотному каналу. Один из абонентов находился на Алдераане, второй же – на Салласте.

– Это настолько важно? – поинтересовался я.

– Мм… Возможно. Разговор вёлся между главой правительства Алдераана Бейлом Органой и председателем верховного правления корпорации «СороСууб» Дашем Ити.

– Вот как? И о чём же беседовали эти двое достойных сожаления господ?

– Вам переслать полную запись их беседы?

– Не нужно. Вкратце, если можно.

– Вкратце получается, что председатель Органа был в курсе того, что на его родной планете была размещена секретная перевалочная база Альянса, и более того – нам известно имя одного из спонсоров мятежников.

– Даш Ити. – Я медленно выговорил это имя. – Понятно. Отличная работа, Исанн. Запись разговора, надеюсь, прошла обработку?

– Обижаете, милорд! – в притворном негодовании надулась оперативник ИСБ.

– И в мыслях не было. Сделайте копию записи – хочу преподнести её в подарок одному местному политику.

– Ага. – Исанн понимающе кивнула. – Будет исполнено, лорд Вейдер.

Окно ВИР-связи погасло, как раз в тот момент, как разошлись двери прибывшей кабины лифта. Шагнув внутрь, я привычным жестом, не дотрагиваясь до сенсорной панели управления, активировал лифт, направляя его на тот уровень, на который в данный момент притягивающий луч заводил «Тысячелетнего Сокола».


К тому моменту, как лифт доставил меня на нужный уровень, кореллианский грузовоз уже заканчивал процедуру докования. Выйдя из коридора в ангар, я увидел, как блюдцеобразный звездолёт с выпущенными посадочными опорами зависает над металлической поверхностью ангарной палубы и медленно опускается на палубу, выпуская из себя струи воздушной продувки. Бойцы 501-го легиона плотным кольцом окружили место посадки грузовика, изготовив свои бластерные карабины, а группа флотского спецназа в полной боевой выкладке разместилась прямо напротив того места в корпусе «Сокола», где располагался внешний люк, включив фронтальный дефлектор. По обе стороны от спецназовцев расположились боевые дроиды SK-18/M, направившие в сторону опустившегося звездолёта парализаторы-нейроподавители и метатели сетей.

При моём появлении от группы штурмовиков отделился боец в серо-стальной броне, на которой было выгравировано стилизованное изображение чёрной пятилучевой звезды, заключённой в чёрный же круг – отличительный символ офицера-штурмовика. Поднеся правую руку в шлему в воинском приветствии, боец замер напротив меня, словно отлитая из металла статуя.

– Лорд Вейдер, – доложил он, – посадочная платформа полностью блокирована согласно вашему приказу. Абордажная команда готова к штурму.

– Полагаю, лейтенант Джир, что штурмовать этот корабль нет необходимости. – Я взглянул на начавшую опускаться аппарель «Сокола». – Однако пусть ваши люди будут настороже.

– Да, сэр! – лейтенант Дэйн Джир отсалютовал и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, чуть ли не бегом устремился к позициям своих штурмовиков.

Дроиды чуть подались вперёд и изготовили к стрельбе парализаторы и сеткомёты, но у человека, не спеша спускавшегося по трапу грузового корабля, был настолько обескураженный вид, что даже машины замерли, понимая, видимо, своими электронными мозгами, что опасности этот человек в данный момент никакой не представляет, даже несмотря на то, что в кобуре, висевшей на правом бедре, находился тяжёлый ручной бластер DL-44. За его спиной маячил здоровяк-вуки, перепоясанный патронташем и державшем в руке боукастер.

– А что это такое? – произнёс кореллианец, увидев меня. – Вы ведь…

– Я так понимаю, вы и есть капитан Хан Соло, владелец грузового корабля «Тысячелетний Сокол»? – задал я риторический вопрос. – Вы сумели покинуть космопорт Мос Эйсли на Татуине, несмотря на карантин, и прибыли в систему Алдераана, где вас и перехватили. На борту находились два пассажира, которых вы должны были доставить на планету. Ведь именно для этого вас и наняли. Это так?

– Э-э… да… лорд Вейдер… – кореллианец нахмурился и внимательно оглядел окружавших его корабль штурмовиков, отдельно удостоив вниманием SK-18/M, которые по-прежнему держали своё оружие наготове, несмотря на то, что никакой угрозы не было. – Полагаю, вы в курсе происходящего…

– Риторический вопрос. – Я не собирался ничего объяснять Соло. – Где ваши пассажиры, капитан?

– Э-э… – кореллианец переглянулся со своим напарником-вуки. – Понимаете, тут такое дело… Похоже, я чего-то не понимаю…

– Яснее можно?

Кореллианец опасливо покосился на меня и чуть-чуть отступил назад.

– Понимаете, лорд Вейдер – я подрядился на это дело не от хорошей жизни…

– Вы полагаете, что ваша теперешняя жизнь является хорошей? Вы сбросили в космос груз спайса, который принадлежал Джаббе Хатту, так как вам попался патрульный крейсер, и теперь главарь синдиката требует от вас вернуть долг, а это немалая сумма. Поэтому вы и согласились выполнить некую работу для ИСБ. – При этих словах Соло нахмурился ещё сильнее, но промолчал. – Вам должны были заплатить весьма крупную сумму, которой хватило бы и на уплату долга Джаббе, и на личные нужды. Часть денег вы, полагаю, уже получили? – Соло нехотя кивнул. – Но у вас, как я погляжу, возникли какие-то затруднения. Я прав?

– Похоже на то, – медленно произнёс кореллианец. – Понимаете, дело в том, что их-то как раз и нет на борту, хотя ума не приложу, как такое могло произойти. То есть, как они покинули «Сокола», мне ясно – воспользовались одной из спасательных капсул, но как могло произойти, что я этого не заметил? А раз их нет на борту, то остальной части оплаты я, как понимаю, уже не увижу…

– Капитан Соло – мне прекрасно известен ваш послужной список, равно как и то, что официально вы числитесь дезертиром. – При этих словах кореллианец напрягся, а его напарник пролаял какую-то фразу на своём языке и выразительно шевельнул боукастером. Это движение не осталось незамеченным со стороны окруживших корабль солдат и дроидов, которые тут же навели своё оружие на двоих космонавтов. – Ваше возмущение поступком коммандера Никласа вполне обоснованно – насколько мне известно, приказа уничтожать беглых вуки он не получал, инициатива исходила от него. Однако вам вовсе незачем было поднимать оружие на вышестоящего офицера – для таких ситуаций существует военная полиция. Достаточно было сообщить о проступке Никласа…

– Иными словами – донести? – прищурился кореллианец.

– Как вы характеризуете это – ваше право, капитан. Однако мы несколько отвлеклись. Вы можете получить всю оставшуюся сумму и дальше продолжать свою нелёгкую жизнь вольного пилота, или же…

– Или же? – напрягся Соло.

– Признайтесь сами себе – вам ведь не слишком нравится то, что вы вынуждены зарабатывать себе на жизнь, выполняя всякие сомнительные поручения весьма тёмных личностей. Правда, ваш характер не слишком подходит для воинской службы, но служить можно не только на Флоте. Вы меня понимаете?

– Вы хотите предложить мне работу шпиона?

– Зачем же так грубо? Империи нужны талантливые разумные.

– Можно подумать, у вас мало собственных агентов!

– Достаточно. Но талантливые разумные не так часто попадаются, думаю, вы со мной согласитесь.

– Хм…

– Хорошо, давайте оставим этот вопрос на будущее. – Я включил встроенный в костюм комлинк. – Таркин.

– Да? – не слишком любезно отозвался гранд-мофф, одновременно с этим его недовольная физиономия проявилась в окне ВИР-связи.

– Чертежей на борту корабля нет, – сообщил я. – Равно как и пассажиров. Капитан судна уверяет, что понятия не имеет о том, как они сумели воспользоваться одной из спасательных капсул без его ведома, но тут как раз всё ясно. Если на борту был Кеноби…

– … он мог воспользоваться своими джедайскими способностями, – бесцеремонно перебил меня Таркин. – Вейдер – если эти чертежи будут потеряны, это будет крайне неприятно для нас!

«В первую очередь для тебя, старый болван!» – подумал я про себя. Вслух же сказал:

– Занимайтесь своими делами, Таркин. Решением этой проблемы позвольте заняться мне.

– Ничего не имею против. Держите меня в курсе событий.

Голографическое изображение головы Таркина погасло, заставив меня недобро усмехнуться. Что ж, Лорд Вейдер – можно поздравить вас с тем, что вы нажили на свою голову ещё одного врага, на сей раз, из своего лагеря. Пусть будет так, ведь, как говорится – незаменимых людей не бывает. Если честно, то кандидат на место Таркина уже начал вырисовываться, только вот он ещё об этом и не подозревал. Такой человек, как Уилхафф Таркин, на занимаемом им посту был чрезвычайно опасен для Империи из-за своих неуёмных амбиций и своих убеждений, которые, похоже, крепко-накрепко засели у него в голове.

Я перевёл взгляд на кореллианца, который всё ещё с опаской глядел на меня.

– Капитан Соло – до прояснения ситуации с вашими пассажирами я вынужден задержать вас на борту станции. На это время вам запрещается покидать борт «Тысячелетнего Сокола», однако вы можете воспользоваться услугами наших техников. Если вам нужна дозаправка – сообщите об этом старшему дежурному офицеру причальной палубы. И не советую проявлять излишнее геройство – здесь это чревато сами знаете чем.

– Догадываюсь. – Кореллианец прикусил губу. – Что ж – в таком случае, похоже, мне ничего другого не остаётся, как сидеть на корабле.

– Вы удивительно догадливы, капитан. – Я повернулся к лейтенанту штурмовиков. – Лейтенант – выставить вокруг корабля двойное оцепление с привлечением боевых дроидов. Никого не впускать на борт и никого не выпускать. – Заметив, что кореллианец и вуки скрылись внутри «Сокола», я добавил: – И установите на корпус судна трейсер. Тихо и незаметно.

– Слушаюсь, милорд, – отозвался Джир.

Что ж – магистр Кеноби, похоже, сделал свой ход. Причём весьма неожиданный. На что он рассчитывал? На то, что успеет передать чертежи Бейлу? А что тот будет с ними делать, учитывая то обстоятельство, что вблизи его планеты висит в пространстве имперская боевая станция? Вряд ли он станет лично вывозить их с Алдераана, скорее всего, попытается передать их по зашифрованному субчастотному каналу. Собственно, это меня мало волновало, поскольку чертежи-то были фальшивыми и никакой опасности для «Звезды Смерти» их попадание в руки Альянса не несло. Однако эти самые чертежи могли сослужить весьма неплохую службу в задуманном мною плане. Оставались лишь некоторые детали, которые нужно было тщательнейшим образом сорганизовать. А бегство Оби Вана с борта «Тысячелетнего Сокола» оставляло мне не слишком много времени для этого.


– Милорд, – второй пилот «Стража» повернул ко мне голову в боевом пилотском шлеме, – связь с председателем Органой по-прежнему не удаётся установить. Никто просто не отвечает на наши вызовы.

– Продолжайте вызывать его, лейтенант. – Я кивнул сам себе. Разумеется, сейчас алдераанцу было не до ответов на вызовы военных властей Империи, пусть даже эти вызовы и исходили от второго лица в имперской иерархии. Понятно, почему. Интересно, на что всё же надеется Оби Ван? Или есть что-то, чего я не знаю? Маловероятно, хотя и возможно. Кстати, может возникнуть вполне резонный вопрос – а зачем сам командующий Имперским Флотом отправился на Алдераан вместо того, чтобы поручить это дело тем же бравым парням из 501-го легиона? Отвечу – затем, что противостоять магистру Кеноби штурмовики вряд ли сумели бы. Это вам не падаван-недоучка, это джедай, ещё во времена Галактической Республики ставший живой легендой. Любой уважающий себя командующий не станет никогда посылать своих солдат на верную гибель, если есть шанс этого избежать. Потому-то я и отправился на Алдераан на десантном челноке.

Космоплан пробил слой кучевых облаков, которые расположились довольно обширным фронтом над северным полушарием Алдераана, и начал снижение по параболической траектории. Монитор радара показывал идущие параллельными курсами перехватчики местных сил самообороны – устаревшие Z-95 AF-4 «Охотник за головами». Довольно странно для такого мира, как Алдераан, видеть подобные машины. Агенты Айсарда периодически докладывали о том, что на вооружение сил самообороны Алдераана поступают новые разработки «Инкома» Т-65В и А-крылые истребители, а также продукция «Коэнсэйр» – BTL-S3 и I4. Айсард всегда подозревал, что кто-то в руководстве «Инкома», недовольный тем, что имперские власти предпочли продукцию «Флотских Систем Сиенара» их разработкам, играет между клавишами; про сотрудничество боссов «Коэнсэйр» с Альянсом в ИСБ не было сколь-нибудь значимой информации, и компанию спасало только лишь то, что продукция «Коэнсэйр» уходила в так называемое «свободное плавание», то есть, продавалась любому, кто изъявлял желание купить её и имел для этого средства. Поймать с поличным руководство корпорации не удавалось, но ослаблять своё внимание по отношению к «Коэнсэйр» ИСБ не собиралось.

Z-95 сопроводили «Стража» ровно до того момента, как десантный космоплан снизился над посадочной платформой Королевского Дворца, после чего резко отвалили в сторону и исчезли за близкими отрогами горного хребта. Едва лишь посадочные опоры коснулись поверхности площадки, как космоплан окружили вооружённые солдаты в форме сил самообороны. Все они были вооружены тяжёлыми бластерными винтовками DH-X – оружием не слишком распространённым в галактике, но достаточно мощным для того, чтобы проделать в броне штурмовика вполне внушительных размеров отверстие. Правда, наличие защитных полей нейтрализовывало эффект от этих монструозных винтовок, но подобное оружие, по-видимому, действовало на алдераанских солдат успокаивающе.

На поверхность посадочной платформы опустилась десантная аппарель и по ней быстро спустились штурмовики в серо-стальной броне, с бластерными штурмовыми карабинами Е-11АМ наперевес. Они быстро выстроились по обе стороны от аппарели, не обращая видимого внимания на алдераанцев; вслед за солдатами из космоплана выкатились три дройдеки модели II/М, которые немедленно развернулись в боевое положение, окутались дефлекторными полями и направили свои тяжёлые бластеры на алдераанцев.

– Стойте на месте! – властно приказал штурмовикам выступивший вперёд алдераанец, судя по знакам различия – офицер, держащий свою DH-X стволом вниз. Весьма благоразумное решение, учитывая факт присутствия дройдек. – Вам запрещено здесь садиться!

– Кто и по какому праву запрещает посадку имперского военного корабля? – тут же отреагировал стоявший впереди своих бойцов Сол Брекенридж. – Кто вы вообще такой?

– Джехан Ортисс, капитан Королевской Гвардии Алдераана! – алдераанец сердито глядел на Брекенриджа. – Наша планета соблюдает нейтралитет и…

– Тем не менее, вы разрешаете находиться на вашей планете базе снабжения бунтовщиков, капитан Ортисс. – Я неторопливо сошёл по аппарели, сопровождаемый двумя штурмовиками в матовой чёрной фототропной броне. – Так что не нас вам надо обвинять в нарушении статуса вашего мира, а тех, кто позволил мятежникам расположить на планете свою инсталляцию, подвергнув тем самым опасности жизни простых граждан Алдераана.

– О какой инсталляции вы говорите, лорд Вейдер? – надо отдать должное этому Ортиссу – офицер оказался не из пугливых и не стал строить из себя ветошь при моём появлении, хотя я заметил, что рука, державшая DH-X, чуть дрогнула.

– О той, которая была уничтожена во время авианалёта на район Джуранских гор, капитан Ортисс. – Я остановился в паре шагов от алдераанца. – Или вам об этом ничего не было известно? Позволю себе усомниться в этом, учитывая то обстоятельство, что вы занимаете отнюдь не последнее место в иерархии Королевской Гвардии.

– Откуда вам это известно? – Ортисс судорожно сглотнул.

– Здесь вопросы задаю я, капитан. – Силовой толчок сбил алдераанца с ног, при этом его винтовка выпала из рук и отлетела под ходильные опоры одной из дройдек. – Поэтому мой вам совет – ведите себя благоразумно. Председатель Органа у себя?

– У с-себя… л-лорд Вейдер… – выдавил Ортисс, вставая на ноги при помощи подскочивших к нему солдат. – Но он… занят…

– Занят. Понимаю. – Я не сомневался ни на йоту, чем именно сейчас занят Бейл. Сделав знак штурмовикам, я уверенной поступью направился в направлении входа во дворец. Гвардейцы опасливо посторонились, пропуская меня и штурмовиков Брекенриджа; дройдеки остались на посадочной платформе, взяв под охрану космоплан.

Препятствий на дальнейшем нашем пути больше не попадалось. Видимо, Ортисс связался со своими людьми и приказал не чинить нам препон. Офицер-гвардеец оказался не дураком и прекрасно осознавал, что я не стану ни с кем препираться – я просто отдам приказ о вторжении, если уж на то пойдёт дело, благо, возможностей для этого у меня было хоть отбавляй. Одних шагающих танков АТ-ТЕ/АА на борту боевой станции было порядка полутора тысяч, и даже трети их было вполне достаточно для того, чтобы разнести в пух и прах всю алдераанскую армию. «Тяжёлое Машиностроение Ротаны» очень быстро подсуетилось и массовыми темпами начало поставлять в имперские вооружённые силы усовершенствованные АТ-ТЕ, которые очень хорошо зарекомендовали себя во время Клонических Войн. Да ещё и АТ-АТ сюда добавьте, которых на станции было тысяча триста единиц. Получался очень нехороший для алдераанцев расклад.

Я уже чувствовал колебания в Силе, что означало, что мой бывший наставник и человек, бросивший меня подыхать на Мустафаре, находится здесь, во дворце Органы. Вполне возможно, что и Кеноби почувствовал моё приближение. В таком случае, следовало поспешить. Нельзя было позволить джедаю покинуть Алдераан и присоединиться к мятежникам. Хватит с них генерала Коты и моего бывшего падавана.

Стоявшие перед входом гвардейцы опасливо покосились на меня и сопровождающих меня штурмовиков, но более никак не отреагировали на наше появление. Знаком приказав людям Брекенриджа занять позиции, я миновал порог входной двери и, очутившись в большом вестибюле, уверенно направился к ведущей наверх широкой мраморной лестнице. Ощущение становилось всё явственнее и отчётливее – что ж, похоже, вот-вот должна была произойти встреча.

Я, конечно, до этого момента ни разу не бывал в Королевском Дворце Алдераана и не знал внутренней планировки здания, но мне этого и не требовалось. Меня вела Сила, а это куда лучше, нежели план, карта или схема, заученная наизусть. Ведомый ею, я уверенно продвигался по коридорам дворца, а правая рука невольно тянулась к висевшему на поясе световому мечу. Жаждал ли я мести? Сейчас – уже нет, ибо слишком много лет прошло с того памятного поединка на Мустафаре, да и что бы это мне принесло? Моральное удовлетворение от убийства человека, благодаря которому я стал инвалидом? Сомнительное удовлетворение, как вы считаете? Но, как бы то ни было, Оби Ван Кеноби по-прежнему числился в списке врагов Империи, а врагов во все времена нужно было, как минимум, нейтрализовать. Правда, сомневаюсь, что дело сегодня ограничится нейтрализацией.

Бейл Престор Органа при виде моего появления в дверях его рабочего кабинета (хм, я бы не назвал помещение, схожее по размерам с небольшим ангаром, «кабинетом») оторвался от компьютера и взглянул на меня с настороженностью во взоре. Последний раз наша встреча состоялась несколько лет назад во время событий на Праэситлине и не могу сказать, что с той поры отношение Органы ко мне изменилось в лучшую сторону. Однако теперь в моих руках был некий козырь, который мог существенно поубавить спеси.

– Какая неожиданная встреча! – произнёс Бейл, откидываясь на спинку кресла. – Могу ли я спросить у вас, чем обязан такому визиту?

– Риторический вопрос, председатель правительства. – Я остановился по другую сторону стола и пристально посмотрел на Бейла. – Вы и сами прекрасно знаете на него ответ.

– Вот как? Странно. Вы говорите загадками, лорд…

– Бейл – не испытывайте моё терпение. – Со стола поднялся в воздух графин с прохладительным напитком и завис в воздухе. – Если вы полагаете, что подобное поведение вам поможет – ваше право, но я бы не советовал вам вести себя подобным образом.

– И это вы говорите после того, как отдали приказ нанести удар по мирному объекту на поверхности Алдераана? – усмехнулся Органа. – Не предполагал, что лорд Вейдер – лицемер.

– По мирному объекту? По-моему, это вы лицемерите, председатель правительства Органа. И здесь, – на стол лёг кристаллодиск с записью разговора между Бейлом и Дашем Ити, – доказательство тому.

– Что это? – алдераанец с опаской взглянул на диск.

– Вставьте его в ридер и взгляните, – спокойно посоветовал я. – Тогда, возможно, у вас пройдёт желание задавать идиотские вопросы.

Бейл, нахмурившись, ещё секунд десять молча смотрел на диск, потом осторожно, словно то была мини-бомба, взял его и так же осторожно вставил его в щель ридера. Потом включил воспроизведение.

Я с интересом наблюдал за реакцией Органы на запись его разговора с председателем верховного правления корпорации «СороСууб» Дашем Ити. Скептическое выражение на лице алдераанца постепенно сменилось выражением понимания того, что то, что записано на этом диске, может означать его смертный приговор.

– У вас ещё остались сомнения, Бейл? – при помощи Силы я отключил проектор и с интересом поглядел на вмиг помрачневшее лицо Органы. – И вы по-прежнему будете утверждать, что ничего не знали о том, что на вашей планете расположена перевалочная база мятежников?

– Прошло столько лет, а твои методы действия практически не изменились, – раздался откуда-то слева голос, явно принадлежавший немолодому уже человеку. Я не спеша повернул голову в сторону источника голоса и увидел мужчину ростом чуть выше среднего, облачённого в коричневую накидку с капюшоном, накинутую поверх обычных домотканых штанов и рубашки с длинными рукавами, с аккуратно подстриженной бородой и седыми волосами. В правой руке он держал активированный световой меч, чьё синее энергетическое лезвие издавало мерный гудящий звук. – Мог бы придумать что-нибудь и новое.

– Оби Ван Кеноби. – Я, не торопясь, снял с пояса свой меч и нажал активирующую лезвие кнопку. Из торца вырвалось красное энергетическое лезвие. – Я давно ждал этой встречи. Наконец, мы встретились.

Не произнеся ни слова, Кеноби начал осторожно двигаться вокруг стола, не обращая никакого внимания на боязливо отодвинувшегося в сторону Органу.

– Круг замкнулся, Оби Ван. – Я двинулся ему навстречу. – Когда я покинул тебя, я был твоим учеником. Теперь же я – мастер.

– Мастер Зла, Вейдер. – Оби Ван обогнул стол и встал в характерную для стиля Соресу стойку.

Не отвечая на эти слова стьюджонца, я сделал выпад, который Кеноби без труда отразил. Попробовал зайти слева – Оби Ван скользнул в сторону и едва не вспорол мне бок, пришлось срочно отступить и занять оборонительную позицию. Световые клинки снова скрестились, издавая мерное гудение и наполняя воздух характерным запахом озона.

– Твои силы на исходе, Оби Ван, – проговорил я, отбивая очередной выпад Кеноби и, в свою очередь, нанося ему удар, который, попади в цель, пробил бы грудную клетку джедая. Однако Кеноби, хоть и с усилием, но отбил этот выпад.

– Тебе не победить меня, Вейдер. – Клинки снова скрестились, наполняя помещение гудением энергоблоков и запахом озона. – Если ты поразишь меня, я стану во много раз сильнее.

– Джедайская пропаганда. – Мой меч отразил очередной выпад джедая. – Ты напрасно вернулся, старик. Лучше бы ты оставался на Татуине.

– Полагаешь? – синий световой клинок описал полудугу, метя мне в область шеи, но я отбил этот выпад. – Или ты думаешь, что, заполучив Люка, одержал победу?

Конечно, было бы глупо полагать, что такой джедай, как Оби Ван, был в неведении относительно того, что Люк оказался вне пределов досягаемости агентов Альянса. Но вот что он имел в виду под своими словами? Я не знал, овладел ли Кеноби техникой сохранения своего сознания в виде Призрака Силы, как Йода или Квай-Гон Джинн, и если честно, не хотел знать.

– В любом случае, ты этого не узнаешь.

Красное лезвие устремилось к Кеноби характерным движением сай ток, но за мгновение до того, как энергетический клинок коснулся тела джедая, что-то произошло. То есть, меч коснулся коричневой накидки Кеноби, но в том-то и дело, что накидки. Тела под ней не было. Мешковатое одеяние, потеряв опору, осело на пол бесформенной кучей.

Я выключил меч и с минуту молча постоял над грудой тряпья, которая ещё недавно была магистром Кеноби. Значит, вот какой путь выбрал Оби Ван. Что же – несмотря на, так сказать, наши с ним разногласия в прошлом, его решение я принял, как должное.

Я взглянул на опасливо жавшегося к креслу Бейла Органу. Лицо алдераанца выражало обречённость приговорённого к смертной казни, к которому уже подошёл палач и накинул на голову петлю. Видимо, он решил, что теперь настал его черёд. Но он ошибался. Его смерть в мои планы не входила. Ровно наоборот.

– Председатель Органа – вы ведь понимаете, что уже за одно укрывание на планете беглого джедая, я имею полное право казнить вас на месте, – сурово произнёс я. – А за ваше участие в мятеже против законных властей – казнить на месте дважды. Однако буду откровенным – ваша смерть мне не нужна. Это может восстановить против Империи население Алдераана, а ведь вам, несмотря на ваше неприятие проводимой Императором политики, прекрасно известно, что Палпатин уважает ваш нейтралитет. И именно поэтому на вашей планете до сих пор не размещён имперский гарнизон. И если вы и впредь будете придерживаться этой политики, то он и не будет здесь размещён. Если же нет… – я развёл руками. – И примите мой совет, председатель Органа – поменьше якшайтесь с деятелями наподобие Даша Ити. Банте понятно, чего добиваются такие, как Ити. И это как нельзя лучше характеризует Альянс с весьма неблагоприятной стороны. Хотите быть наёмниками на службе алчных до власти корпораций? Пожалуйста. Но тогда не обижайтесь на те меры, которые будут предприняты в отношении вас и ваших подельников со стороны властей Империи. Вам, надеюсь, всё ясно?

– Ясно, лорд Вейдер, – произнёс алдераанец, старательно избегая встречаться со мной взглядом.

– Очень хорошо. Надеюсь, вы об этом будете помнить перед тем, как ввязаться в очередную авантюру.

Я развернулся, чтобы уйти, но уже отойдя от стола, остановился и полуобернулся в сторону алдераанца.

– Кстати – постарайтесь оградить свою дочь от участия в антигосударственной деятельности, Бейл. Вам ведь отлично известно, что может случиться. Особенно учитывая, какие персоны вовлечены во всё это.

И, не дожидаясь ответа Органы, я быстрым шагом покинул его рабочий ангар… тьфу ты! То есть, кабинет.


Глава 18.


Настроение у меня было не сказать, чтобы очень. Короткая схватка с Оби Ваном тому отнюдь не способствовала. У меня складывалось впечатление, что старый магистр специально организовал нашу встречу на Алдераане, только вот зачем ему это понадобилось? Стать Призраком в Силе? Но для чего? Воистину, джедаи со своими заморочками могли довести любой мозг до состояния кипения. Зачем им понадобилось всё так усложнять? Затем, что ли, чтобы всё окончательно запутать? Почему нельзя было соблюдать простое равновесие Силы, вместо того, чтобы на протяжении тысячелетий резаться с последователями Тёмной Стороны?

Сигнал входящего вызова, раздавшийся от вмонтированного в бронекостюм комлинка, прервал мои размышления. Я едва успел включить устройство, как в возникшем виртуальном окне проявилось изображение головы Уилхаффа Таркина.

– Вейдер – если вы закончили свои дела на Алдераане, было бы очень неплохо, если бы вы вернулись на «Звезду Смерти»! – на одном дыхании выпалил гранд-мофф. – Здесь, знаете ли, есть чем заняться! Особенно сейчас!

– Что за тон вы себе позволяете, Таркин? – надменно произнёс я, продолжая идти по коридорам Королевского Дворца. – Что там ещё у вас стряслось?

– У меня, – гранд-мофф выделил данное местоимение, – ничего не случилось. Случилось у вас.

– И что же случилось у меня? – в свою очередь, я тоже выделил «меня» особой интонацией.

– Побег заключённого, вернее – заключённой! И нарушение правил безопасности космических полётов!

Так, значит, наша принцесса всё же решила свою проблему таким образом. Хорошо, это как раз согласуется с моим планом. А что там с безопасностью полётов? Об этом я и поинтересовался у Таркина.

– Захваченный нами кореллианский грузовой корабль «Тысячелетний Сокол» покинул причальный ангар станции в нарушение всех мыслимых норм безопасности! – выпалил Таркин, при этом отчего-то победно посмотрев на меня. – Как вы это объясните, Вейдер? Как так получилось, что принцесса Органа сумела сбежать из тюремного блока и пробраться на борт грузовоза? Почему фактически арестованный звездолёт…

– Таркин – я ничего не собираюсь вам объяснять, – невозмутимо отозвался я. – Или вы полагаете, что я вездесущ и за всеми должен носиться и носы вытирать? Кто, как вы полагаете, в моё отсутствие на борту станции должен блюсти порядок? Вы. Вы его блюдёте? Нет. Так чего же вы от меня хотите?

– Но…

– По-вашему, звездолёт, на корпусе которого установлен гипертрейсер, куда-то способен подеваться в этой галактике?

– Установлен что? – переспросил меня гранд-мофф.

– Гипертрейсер. Таркин, – я недовольно поморщился, – вместо того, чтобы спорить со мной, лучше осведомитесь у операторов, получают ли они сигнал от следящего устройства. У меня всё.

Я отключил комлинк и покачал головой, продолжая двигаться к выходу из дворца. Да, Таркин становится всё более непредсказуемым, а значит – теоретически опасным для Империи. Ну, это дело поправимое, в общем-то.

Стоявшие по обе стороны от парадного входа во дворец гвардейцы боязливо покосились на меня, а штурмовики Брекенриджа решительно оттёрли их в сторону.

– Лейтенант Брекенридж! – я, неожиданно для дантуинца, остановился на мраморных плитах мостовой.

– Сэр? – офицер-штурмовик внимательно посмотрел на меня.

– Отправляйтесь обратно и арестуйте председателя правительства Алдераана Бейла Престора Органу. Обвинение – пособничество террористической организации и участие в антигосударственном заговоре. Охраняйте его до прибытия тюремного транспорта. С местными властями я сам свяжусь. И доказательства его антигосударственной деятельности предоставлю. – Я властно кивнул Брекенриджу. – Выполняйте, лейтенант.

– Слушаюсь, сэр. – Брекенридж по-военному чётко отсалютовал и жестом приказал своим бойцам следовать за ним. Я усмехнулся. Очень сильно ошибался Бейл, полагая, что я всего лишь пожурю его за его «художества». Антигосударственная деятельность во все времена являлась одним из тягчайших преступлений и оставлять деятельность председателя правительства Алдераана без последствий я не собирался. Пусть это будет ему хорошим уроком.

Едва лишь я занял место в кабине десантного челнока, как по комлинку пришёл вызов от капитана Пиетта, который всё так же находился на борту «Опустошителя», запаркованного в одном из основных ангаров «Звезды Смерти». Акзилианец, воспользовавшись закрытым каналом связи, доложил мне о том, что за то время, пока я отсутствовал на станции, мне поступило два сообщения и оба – с пометкой «срочно, секретно». Кто послал эти сообщения, Пиетт не знал, так как они были зашифрованы кодом, ключ к которому был известен только мне. Я с благодарностью кивнул капитану «Опустошителя» и попросил его переслать сообщения в мою личную каюту, после чего отключил канал связи и откинулся на спинку конформного кресла. Я тоже не знал, кто прислал мне закодированные сообщения, но во всей Империи – да и в галактике – было немного разумных, имеющих доступ к шифрованному каналу связи с главнокомандующим Имперским Флотом. Однако кое-какие догадки на сей счёт у меня всё же были.


Как я и предполагал, сообщения были пересланы на борт станции доктором О’Раном и Лирой Уэссекс. Войдя в свою каюту, я сразу же направился к медитационной сфере, управляющий компьютер которой при моём появлении тут же раскрыл барокамеру и включил встроенный в одну из её стен видеоэкран, одновременно подключая нагнетатели воздушной смеси. Сев в расположенное в центральной части сферы кресло, я нажал на один из сенсоров, расположенный на левом подлокотнике, после чего верхнее полушарие сферы медленно начало опускаться вниз, закрывая от посторонних глаз внутреннее пространство барокамеры. Два манипулятора осторожно сняли с моей головы шлем и подняли его под потолок; размещённые по его окружности сопла-распылители начали подачу насыщенного особой смесью воздуха. Коснувшись ещё одного сенсора, я вывел на экран сообщение от каминоанца, одновременно вводя код доступа. На плоском мониторе возник доктор О’Ран, сидящий за каким-то пультом в своей лаборатории, расположенной в недрах Тайпока-Сити, что на Камино. Проведя своими длинными пальцами по одной из сенсорных панелей, каминоанец повернул голову к камере, которая, очевидно, была установлена напротив его рабочего места, и начал говорить.

Прослушав сообщение О’Рана до конца, я выключил режим воспроизведения и задумчиво покачал головой. Стало быть, вот как получается. Каминоанец предлагает не тратить время на восстановление кожного покрова, которое может занять длительное время – он предлагает клонировать новое тело. Но! Сам процесс клонирования особой проблемы для О’Рана не представлял, что и неудивительно – каминоанцы ведь создали в своё время так называемую «Великую Армию Республики», проблема заключалась в том, чтобы перенести в клонированное тело разум перципиента. Как это сделать, О’Ран не представлял, что и неудивительно – он ведь учёный, а не адепт Силы. Зато представлял я, но для этого требовалось кое-что, чего у меня в данный момент не было, а именно – голокрон с описанием техники Переселения Разума. Я знал, что, по крайней мере, существуют три подобных голокрона, в которых подробно описан процесс переноса сознания в другое тело, которые принадлежали, в своё время, Дарту Бэйну, Дарту Виллоку и Дарту Тенебрусу, но третий вариант вряд ли был приемлем – ведь бит описывал этот процесс с применением массы научных и математических терминов, и не факт, что это могло сработать. Голокрон Бэйна был создан на основе голокрона Дарта Ревана, который был найден основателем «Правила двух» в храме ракатанцев на Лехоне/Раката-Прайм, и который им же – Бэйном – и был затем уничтожен, голокрон, я имею в виду. Но голокрон Бэйна находился у Палпатина, а мне что-то вовсе не хотелось обращаться за советом в таком деликатном вопросе к своему бывшему наставнику. Оставался голокрон Виллока, но здесь возникала проблема следующего характера – Дарт Виллок, ситх времён Дарта Руина, бывший одним из последователей учения умбаранца, бесследно исчез во время налёта джедаев на крепость Руина на Алмасе, прихватив при этом все свои записи. Из того, что мне было известно о доранианине, складывалась картина, рисующая уравновешенного ситха, большую часть времени проводившего в научных изысканиях и мало интересовавшегося тем, что происходило за пределами Алмаса. Существовала вероятность того, что Виллок сумел сбежать с планеты и добраться до своей родины – малоизвестного мира в Диком Пространстве под названием Маадор. Исходя из этого, можно было попробовать поискать голокрон Виллока на его родной планете.

Снова дотронувшись до сенсора, я вывел на монитор вторую запись. Здесь не было ничего, связанного с ситхской мистикой и древними знаниями – руководитель строительства Звёздного Суперразрушителя сообщала о том, что корабль практически готов, осталось лишь несколько незначительных штрихов. Инженеры-артиллеристы с Талкарона-VII совсем недавно завершили полную наладку башенных орудий нового типа и провели первые полевые стрельбы, от которых Уэссекс была в полном восторге. На мониторе возникли кадры полевых испытаний, на которых отчётливо было видно, как выпущенный из масс-драйверного орудия «Палача» – именно такое имя получил новый звездолёт – снаряд калибра 380 миллиметров, заключённый в оболочку дезинтегрирующего поля, преодолел расстояние до учебной цели, роль которой выполнял захваченный в районе Орд Пардрона тяжёлый крейсер мятежников класса «Дредноут», и, несмотря на то, что корабль был окружён дефлекторным щитом, поразил корпус в центральной его части, развалив звездолёт напополам. Высветившиеся в левой части монитора цифры показали, что при попадании снаряда в корпус корабля выделившаяся при этом энергия была эквивалентна взрыву пятикилотонной атомной боеголовки. И это при том, что снаряд сам по себе не нёс внутри себя ни грамма взрывчатки – это была обычная болванка из кваданиума. Что ж – технологии талкаронцев очень даже пригодились, а ведь подобных пушечек Суперразрушитель нёс на себе по тридцать с каждого борта. Плюс ко всему, звездолёт был оборудован мощными генераторами защитного поля, дающим полное экранирование в радиусе десяти километров, способными противостоять одновременной атаке пяти боевых кораблей классом не ниже Звёздного Разрушителя «Победа II». Учитывая то обстоятельство, что большинство кораблей бунтовщиков являли собой устаревшие типы времён Галактической Республики и переделанные грузопассажирские корабли мон-каламари, у Альянса практически не было ни одного корабля, способного противостоять ЗСР.

Выключив монитор, я довольно кивнул сам себе. Лира Уэссекс, несмотря на свой немного стервозный характер, вполне оправдывала возложенные на неё надежды. Касаемо же голокрона Виллока – нужно лишь время, чтобы отправиться на Маадор, а вот здесь пока дела обстояли не очень радужно. Времени сейчас просто не было.

В верхней части монитора загорелся огонёк, сигнализирующий о том, что открыт особый канал связи, которым пользовался для общения со мной лишь один разумный в галактике, а именно – сам Император Шив Палпатин. Не отвечать на этот вызов было бы крайне неразумно, да и невежливо. Я тронул сенсор активации гиперсвязи и с экрана на меня уставилось лицо Императора, полускрытое капюшоном неизменной накидки-мантии.

– Итак, Вейдер, – произнёс Палпатин, пристально глядя на меня с экрана, – вижу, времени даром ты не теряешь. Мне уже доложили о нанесённом по твоему приказу авиаудару по Алдераану и аресту Бейла Органы. Полагаю, Таркин не слишком доволен тем обстоятельством, что ты не позволил ему продемонстрировать его решимость нести Новый Порядок во все уголки галактики?

– Не таким способом, Ваше Величество, – ответил я, почтительно склонив голову. – Я вам уже об этом говорил. «Доктрина страха» гранд-моффа Таркина в корне неверна.

– Да-да, я это уже слышал. Амбиции Таркина начинают беспокоить и меня. История знала прецеденты, когда имевшие большое влияние военачальники поднимали мятежи против своих сюзеренов и добивались успехов. Приглядывай за ним.

– Да, повелитель.

– Что с председателем Органой? Он под арестом на Алдераане?

– Пока да. Я уже распорядился, чтобы на планету прибыл тюремный транспорт для доставки его на Корусант…

– Нет, мой друг, полагаю, что это твоё решение ошибочно, – произнёс Император.

– То есть? – не понял я.

– Какой прок от суда над Бейлом, который будет проведён на Корусанте? Для большинства жителей столичного мира Империи Органа никто и звать никак. Процесс должен состояться на самом Алдераане, причём сопроводить его надо хорошей такой дозой пропаганды. Особенно следует подчеркнуть, что действия председателя правительства поставили под угрозу миллионы простых граждан планеты, которые даже и понятия не имеют ни о каких мятежниках, а просто ведут нормальную законопослушную жизнь, а также нарушили декларируемую им самим политику нейтралитета. Таким образом, мы выбьем почву из-под ног Альянса на Алдераане. А факт размещения на планете имперского гарнизона следует преподнести, как защиту от возможного нападения бунтовщиков. Я уже отдал распоряжение ведомству Айсарда провести чистку сил самообороны Алдераана – маловероятно, что там нет сочувствующих Альянсу. Однако назначать на планету губернатора не имеет смысла – алдераанцы могут воспринять это, как посягательство на их независимость и декларируемый ими нейтралитет. Одно дело, когда некоторые из местных политиков тайно поддерживают Альянс и об этом практически никто не знает, и совсем другое – когда Империя открыто вмешивается во внутренние дела нейтрального и неприсоединившегося мира. Дентаал и Каамас меня многому научили, и повторять свои ошибки я не намерен.

Я лишь почтительно склонил голову, давая понять, что всецело разделяю точку зрения Палпатина. А в самом деле, что я мог ему на это ответить? Его решение было очень дальновидным. Суд над Бейлом и вправду было резонно проводить на его родной планете, чтобы показать простым алдераанцам, как глава их правительства наплевательски отнёсся к их желаниям не вмешиваться в события, могущие нанести вред их спокойной жизни.

– Как обстоят дела с поисками базы бунтовщиков? – задал вопрос Император.

– Пока медленно, но мы отслеживаем сигнал от установленного на борту корабля «Тысячелетний Сокол» гипертрейсера. Полагаю, что вскорости он приведёт нас к цели.

– Рискованный ход, Вейдер. – Палпатин неодобрительно покачал головой. – Но будь по-твоему. Как наше новое приобретение? – видя непонимание на моём лице, Император усмехнулся. – Ты думал, мне неизвестно о том, что твои люди вывезли с Татуина некоего молодого человека, степень одарённости которого весьма и весьма велика?

– Повелитель…

– Не спеши с выводами, мой бывший ученик, – снова усмехнулся старый ситх. – Мы так долго следовали этому дурацкому правилу, установленному Дартом Бэйном, что, сами того не ощущая, превратились в прячущихся по тёмным углам вомп-крыс, вздрагивающих от любого проходящего мимо джедая. Я ещё в бытность свою канцлером…

– … обучал сразу двоих учеников – Дарта Мола и Дарта Тирануса, а также Верджер, хотя фош и не была полноценным учеником, а лишь кандидатом, – несколько бесцеремонно перебил я Палпатина. – Мне об этом известно, Ваше Величество. И я всецело поддерживаю вашу политику в данном вопросе.

Несколько секунд Император внимательно глядел на меня своими проницательными жёлтыми глазами, потом медленно кивнул.

– Я в который раз уже убеждаюсь, что не ошибся в тебе ещё тогда, когда ты ты был всего лишь падаваном Оби Вана, – произнёс Палпатин. – Кстати, я слышал о том, что произошло на Алдераане. Печально, конечно, но я понимаю, что иного выхода у тебя не было. Всё же Кеноби для Империи – враг, как ни крути. Месть свершилась, а, Вейдер?

– Если честно, Ваше Величество – да, свершилась. Хотя и не до конца.

– То есть? – не понял Палпатин.

– Он, похоже, знал, на что идёт и что может ожидать его на Алдераане. Я не успел коснуться его мечом – он перешёл в состояние Призрака в Силе. А так – да, я удовлетворён. Ему следовало добить меня там, на Мустафаре, а не оставлять таким вот. – Я глазами указал на своё изувеченное тело.

– Ну, всё ведь можно исправить. – Жёлтые глаза набуанца хитро блеснули. – Ну-ну, не кипятись, – добавил он, видя, что я уже собираюсь возразить. – Мне прекрасно известно о твоём сотрудничестве с доктором Кином О’Раном. Скажу сразу – вмешиваться в твои личные дела я не намерен. Ты слишком ценен для Империи, Вейдер, и именно поэтому ты и несёшь на себе почётное звание Правой Руки Императора. Мне не нужны тупые дроиды, трясущиеся от страха передо мной – мне нужны талантливые, способные на самостоятельные решения и действия разумные. И не важно, к какой расе они принадлежат. Главное – лояльность по отношению к Империи. Ты меня понимаешь, мой ученик?

– Да, повелитель. – Я почтительно склонил голову. Ну и дела! Что задумал Император? Реформы? Если да – то какие? Облагородить Империю, придать ей более привлекательный вид для тех миров, что ещё оставались вне её сферы влияния, упорно продолжая цепляться за свой нейтралитет? Если я прав насчёт вонгов – в обозримом будущем такой «нейтралитет» нарисуется, что мало никому не покажется.

– Замечательно. – Палпатин довольно кивнул. – Полагаю, что самостоятельно обучать молодого Скайуокера ты не сможешь из-за дефицита времени, но наставник для Люка должен быть полностью проверенным лицом. Заодно пусть и Мару поднатаскает. Думаю, что у тебя уже есть такая кандидатура?

– Антиннис Тремейн, повелитель.

– Тремейн? Да, это вполне подходящая кандидатура. Лоялен, выдержан, умён, опытен. – Снова покровительствованный кивок. – Будь по-твоему, Вейдер. Держи меня в курсе дел. И ещё. – Жёлтые глаза Императора в упор взглянули на меня с экрана гиперсвязи. – Вне всякого сомнения, Альянс жаждал заполучить этого молодого человека для того, чтобы противопоставить его нам. У них ничего не получилось, но это не значит, что опасность для Люка миновала. Не полезен для нас – пусть будет не полезен и для них. Улавливаешь?

Я про себя возмущённо фыркнул. Что же, Палпатин считает меня, несмотря на все его слова, идиотом? И банте понятно, что жизнь моего сына находится в опасности. Альянс в покое его не оставит, а пока Люк не постиг основ владения Силой, он не в состоянии защитить себя от наёмных убийц, которые, вне всякого сомнения, рано или поздно явятся по его душу. Да только вот я тоже не сидел сложа руки. Но Императору я лишь сдержанно ответил:

– Да, повелитель.

– Отлично. – Экран погас, оставив меня наедине с собственными мыслями. За то время, что я провёл в погоне за похищенными чертежами и вознёй с Алдерааном, на столичной планете явно что-то произошло или собиралось произойти. Нужно было срочно и так, чтобы об этом не пронюхал старый ситх, связаться с Пестажем и прояснить ситуацию, дабы не оказаться в нужное время без информации.

Что, хатт укуси его за ногу, задумал Шив Палпатин??? И как это может пересечься с моими собственными планами?


Глава 19.


Световой меч Руки Императора описал красивую полудугу, заставив Люка Скайуокера неуклюже оступиться и неловко выставить вперёд правую руку с зажатым в ней таким же оружием, отличавшимся от меча Джейд лишь цветом клинка. Однако, вопреки его ожиданиям, Мара не стала использовать против него световой меч. Слегка отклонившись в сторону, анаксианка отключила световой клинок, чтобы ненароком не задеть парня и, крутанувшись вокруг своей собственной оси, левой ногой нанесла удар в корпус Скайуокера, отчего тот, потеряв равновесие, неуклюже оступился и грохнулся на металлический пол тренировочного зала, выронив при этом из руки свой световой меч. Ну, не свой, в полном понимании этого слова.

– Тебе, похоже, нравится падать, Люк! – рассмеялась Мара, подходя к лежащему на полу парню и протягивая ему руку, чтобы помочь тому подняться на ноги. – Но так ты не сможешь ничему научиться!

– Она права, Скайуокер. – Антиннис Тремейн, молча наблюдавший за тренировочным поединком Люка и Мары, изобразил на своём суровом невозмутимом лице подобие улыбки. – Ты допустил сразу четыре ошибки, которые в реальном поединке стоили бы тебе жизни.

– Сразу четыре? – Люк недовольно нахмурился и, оттолкнув руку Мары, сам поднялся на ноги.

– Первая. – Инквизитор не спеша прошёлся взад-вперёд, заложив руки за спину. – Во время атаки Джейд ты слегка отклонился вправо и немного опустил лезвие к полу. Тем самым, ты приоткрыл для быстрого выпада левую часть своего тела. Вторая. Проводя контрвыпад, ты оставил без внимания то обстоятельство, что Форма Четыре рассчитана именно на поединок с одиночным противником в условиях довольно большого пространства, а здесь, – корусантец обвёл рукой пространство тренировочного зала, – вовсе не тюремная камера. Думаю, ты меня понял. Далее. Третья. Ты явно не ожидал, что твой противник использует против тебя не световой меч, а приём из арсенала рукопашника. И четвёртый. Падая, ты полностью открылся, а для опытного противника это всё равно, что для джавы – приглашение на свалку дроидов.

– Вам легко говорить о таких вещах, инквизитор Тремейн, – обиженно пробурчал Скайуокер, подбирая с пола меч. – Вы ведь не один год постигаете Силу, а я ещё недавно об этом даже и не подозревал. А Мара – так она вообще Рука Императора. А я кто? Вчерашний фермер с Татуина.

– По-твоему, мы такими от рождения являемся? – фыркнула Мара, толкнув Люка локтём в бок. – Мы тоже всему этом учились. В нас-то, в отличие от тебя, нет генов от…

Силовой толчок, сгенерированный Тремейном, сбил анаксианку с ног, заставив Люка недоумённо обернуться в сторону инквизитора. Тот лишь невозмутимо пожал плечами.

– Вы вообще о чём сейчас? О каких генах говорите?

– Э-э… – Джейд изящным движением подхватилась с пола и сердито зыркнула в сторону Тремейна. – Да, собственно, ни о чём…

– Вы говорили о каких-то генах. – Люк требовательно глядел на Руку Императора. – Что вы имели в виду? Что ты имела в виду?

– Ты являешься чувствительным к Силе индивидуумом, – невозмутимо произнёс Тремейн, глядя на Скайуокера . – Именно это Мара и имела в виду.

– А при чём тут мои гены?

– При том, что…

Тремейн неожиданно запнулся и поглядел на Руку Императора растерянным взглядом, словно бы прося у неё помощи. Однако Мара в ответ лишь смешно шмыгнула носом и показала корусантцу язык.

– Вы явно что-то от меня скрываете, – обвиняющим тоном промолвил Люк, обведя обоих настороженным взглядом. – И мне хотелось бы знать, что именно вы от меня скрываете.

– Мы ничего от тебя не скрываем, Люк Скайуокер, – спокойно произнёс Тремейн. – Сила в тебе очень велика, что и неудивительно при твоём уровне содержания мидихлориан в крови.

– А это нормально вообще? – казалось, такой ответ вполне удовлетворил Люка.

– Разумеется. Здесь нет ничего странного. Мидихлорианы…

– Тремейн. Джейд.

Раздавший от двери гулкий голос, исходивший явно из голосового модулятора, заставил инквизитора и Руку Императора замереть в почтительном поклоне. Люк проследил за их взглядом и тоже невольно склонил голову к груди, выражая почтение появившемуся на пороге тренировочного зала Тёмному Лорду ситхов.

– Вижу, дела у вас продвигаются. – Я переступил порог тренировочного зала и выразительно, насколько это позволяла маска-шлем, взглянул на Тремейна и Мару. Ещё раз почтительно поклонившись, они быстрым шагом покинули отсек, оставив меня наедине с Люком.

Парень опасливо поглядел на меня и даже чуть-чуть отодвинулся в сторону.

– Есть успехи или всё ещё осваиваешься? – я прошёлся по помещению и остановился подле Люка. – Наставник Тремейн доступно тебе объясняет все аспекты и нюансы?

– Да, милорд, – ответил Люк. – По крайней мере, на словах всё выглядит всё очень просто, но вот на деле… на деле получается как-то не очень…

– Понимаю. Редко у кого всё начинает получаться в самом начале пути. Но тебе не стоит расстраиваться, Люк. Твои способности даны тебе от рождения, и тебе нужно лишь правильно научиться ими распоряжаться.

– Вот, и вы тоже говорите загадками. – Люк нахмурился. – Откуда у меня могут быть эти способности, если, как говорил дядя Оуэн, мой отец был простым пилотом во время Войн Клонов?

– Тебе так говорил твой дядя? Он… ошибался.

– Ошибался? То есть – как? Разве мой отец не был пилотом?

– Был. – Я невесело усмехнулся под шлемом. – Но не только пилотом. Твой дядя многого тебе не рассказывал, и поверь, на то у него была очень веская причина.

– Какая же?

– Готов ли ты, Люк, к тому, чтобы узнать правду о своём отце? – я внимательно вгляделся в лицо Скайуокера, одновременно осторожно прощупывая его в Силе. Очевидно, на уровне подсознания Люк почувствовал мою попытку проникнуть в его сознание и неумело попытался этому воспрепятствовать. Не получилось ничего, ясное дело, но, как говорится, попытка – не пытка. – Ведь она радикально отличается от всего того, чем пичкал тебя на протяжении всего этого времени твой дядя.

– Думаю, что да, – ответил он.

– Твой отец действительно был первоклассным пилотом во времена Клонических Войн, здесь Оуэн тебе не солгал. – Я скрестил руки за спиной и принялся неторопливо расхаживать взад-вперёд, то и дело посматривая на Люка. – Но он был не только пилотом. Он родился на Татуине за сорок два года до происходящих ныне событий и был также чувствителен к Силе, как и ты. Случилось так, что на планету случайно прибыли два джедая – Квай-Гон Джинн и его падаван Оби Ван Кеноби…

– Оби Ван Кеноби? – в глазах Люка зажёгся огонёк понимания. – Это старый Бен, ведь так? Это его вы… э-э…

– Это совсем не то, о чём ты подумал. Оби Ван был сильным джедаем, как бы кто к нему ни относился. Похоже, за время своего отшельничества он сумел найти способ сохранить своё сознание в Силе, перейдя в состояние Призрака в Силе. Но продолжим. Случайно – хотя в такие случайности я почему-то не верю – джедаи встретили твоего отца, тогда десятилетнего паренька, раба…

– Мой отец был рабом? – руки парня сжались в кулаки, а глаза вмиг потемнели. Хорошо. Гнев – это очень хорошо. Гнев высвобождает эмоции и очищает разум от ненужных мыслей. Гнев придаёт боевую ярость, что очень немаловажно в бою. – Но… как же так?

– Ты хочешь спросить, почему Республика допускала подобное? Татуин находится на задворках галактики, под боком у Хаттского Консорциума. Какое было дело корусантским бюрократам до планеты и происходящего на ней? К тому же, не забывай про «откаты», которые некоторые нечистоплотные политиканы имели с работорговли. Процесс над сенатором от Мириала три года назад помнишь? – Люк пожал плечами. – Ну да, новости до Татуина доходят медленно. Но это не относится к нашей теме. Так вот. Джедаи встретили твоего отца и Квай-Гон заподозрил в нём весьма одарённого паренька. Он провёл анализ на количество мидихлориан в его крови и поразился результатам – они зашкаливали. Полагаю, имела место быть обработка твоего отца на уровне подсознания, иначе как объяснить тот факт, что десятилетний мальчишка, до той поры ни сном, ни духом не ведавший ни о какой Силе, решил помочь джедаям раздобыть для них деньги на покупку деталей, которые были им необходимы для починки их повреждённого звездолёта? Для этого он принял участие в гонках на подах, которые и выиграл, благодаря своим способностям. После этого его забрали у матери и увезли на Корусант, в Храм Джедаев, чтобы обучить управлению Силой. Поначалу его не хотели брать в обучение, так как он считался уже старым для этого. – При этих словах Люк возмущённо фыркнул, но ничего не сказал. – Джинну Совет отказал в обучении твоего отца, и тогда его взял в падаваны Кеноби. Видишь ли, джедаям тоже запрещалось иметь более одного ученика, как и ситхам, впрочем, мы постепенно начинаем отходить от этого дурацкого правила лорда Бэйна. Но об этом позже. Твоего отца считали Избранным, который, согласно древнему джедайскому пророчеству, должен был привнести равновесие в Силу и прекратить бесконечную резню джедаев и ситхов, которая есть не что иное, как обычная религиозная война.

– И он… стал джедаем?

– Да. Стал. Получил звание рыцаря-джедая, взял в обучение падавана. Правда, я думаю, что не того, которого надо было бы взять. Иногда мне кажется, что её специально подсунули твоему отцу…

– Подсунули кого? – не понял Люк.

– Падавана. Девушка-тогрута. Твой отец принимал активное участие в Войне Клонов, побывал на множестве планет, нередко был на волосок от гибели. По прошествии некоторого времени он женился на Падме Амидале Наберри, бывшей королеве Набу и сенатора Галактического Сената…

– Женился? – Люк недоумённо моргнул. – Но мне казалось, что джедаям было запрещено это делать, по крайней мере, я читал об этом в Голонете…

– Запрещено было. Верно. Считалось, что привязанности могут привести джедая на Тёмную Сторону, что я никогда не мог понять. Каким образом обладание семьёй может привести разумного на Тёмную Сторону? Ну, понять этих замшелых старцев из Совета не одному мне было тяжело…

– Не одному вам? – Люк подобрался, словно змея перед прыжком. – То есть, вы хотите сказать, что тоже… были джедаем?

– Не вижу смысла отрицать очевидное, Люк. Да, я был джедаем. До определённого момента.

– До какого?

И что теперь прикажете делать? Сказать правду? А будет ли он готов к этому? Что, если он просто пошлёт меня куда подальше? Ведь будет иметь на это полное право. Отец… Пропадал столько лет, а теперь заявляется, да ещё и в обличье ситха…

Вот же хатт!


Люк терпеливо ждал ответа от меня, а я по-прежнему не знал, что ему сказать. Правда так и просилась на язык, но что-то внутри меня сдерживало меня от этого. Не время ещё, говорило это самое «что-то». Парню надо дать больше времени на то, чтобы быть готовым к принятию правды.

От необходимости отвечать меня избавил сработавший комлинк. Виртуальное окно отобразило самодовольную физиономию Таркина и я мысленно возблагодарил гранд-моффа за то, что избавил меня от тяжести принятия решения.

– Что у вас, Таркин? – властным голосом произнёс я, знаком показывая Люку, чтобы тот молчал.

– Только что поступил рапорт от старшего офицера станции наблюдения за пространством, – отозвался Таркин с весьма надменным видом. – Сенсоры фиксируют устойчивый стационарный сигнал, исходящий от трейсера, который по вашему приказу был установлен на борт звездолёта «Тысячелетний Сокол». Операторы произвели необходимые расчёты и теперь нам известно о том, где расположена база бунтовщиков. Гордианский Предел, система Явин, четвёртая луна газового гиганта под тем же названием. Я уже отдал приказ о следовании в данную систему. Полагаю, что мятежникам недолго осталось там находиться.

– Вы собираетесь идти туда на станции? – спросил я. Просто так спросил, ибо и банте было понятно, что Таркин после того, как его прилюдно «опустили» у Алдераана, вцепится в Явин-IV всеми конечностями.

– По-вашему, этого недостаточно? – усмехнулся эриадуинец. – Ждать, пока прибудет флот, я не намерен, Вейдер. А если вы всё ещё сомневаетесь в возможностях этой станции, то по прибытии на место вам представится возможность убедиться в её эффективности. Надеюсь, то обстоятельство, что Явин-IV необитаем, удержит вас от излишнего гуманизма по отношению к мятежникам.

Связь на этом прервалась. Вот, значит, как. Таркин решил снискать себе лавры сокрушителя Восстания в одиночку. Ну-ну.

Однако, как бы то ни было, следовало всё же проложить нормальный курс до Явина. Я снова включил комлинк.

– Секция навигации – ответьте командующему, – произнёс я в комлинк.

– Лорд Вейдер? – спустя пару секунд отозвался голос одного из навигаторов.

– Мне нужен главный навигатор капитан Йант, – сказал я.

– Одну минуту, милорд.

Говоривший куда-то исчез, оставив после себя в динамиках, что были встроены в шлем, работающий фон холостого режима. Затем, спустя действительно всего лишь пару-другую секунд, в эфире раздался спокойный уверенный голос, принадлежащий главному навигатору БЭП Кассу Йанту, иридонианскому забраку, одному из немногочисленных не-людей, занимавших высокие должности на «Звезде Смерти».

– Я слушаю вас, лорд Вейдер, – отозвался Йант.

– Капитан – мне нужно, чтобы вы рассчитали курс станции до Гордианского Предела, система Явин, четвёртый спутник газового гиганта с тем же названием, – проговорил я. – Проложите самый оптимальный курс, так, чтобы повстанческий сброд не успел даже «аурек» сказать.

– Да, милорд, так точно, – коротко ответил Йант. Я отключил комлинк и перевёл взгляд на терпеливо ждущего Люка. Отметив про себя, что терпением Сила парня не обделила, я удовлетворённо кивнул сам себе.

– Итак, юный Скайуокер – полагаю, ты узнал достаточно для начала, – прогудел я. – Теперь же, если ты…

– Скажите прямо, лорд Вейдер – вы знали моего отца? – перебил меня Люк. – Да знали, скорее всего, раз вы тоже были джедаем. Вы его видели когда-нибудь?

– Видел. И не один раз.

– И?

– Что – и? – я отчего-то разозлился. – Люк – сейчас не самое подходящее время для разговора, если ты заметил. Мне нужно быть в командном отсеке. А ты… Продолжай обучение.

– А мне можно с вами?

Я едва не поперхнулся от этих слов. Ну, что сказать? Парень явно не страдал от боязливости и не трясся перед Тёмный Лордом ситхов. Это добрый знак. Правда, на командном мостике «Звезды Смерти» ему всё равно делать нечего.

– Нет, нельзя. Там всё равно ты ничего не поймёшь. Будет лучше, если ты найдёшь Мару и продолжишь занятия. Если надо, я могу оформить это в виде приказа.

– Приказа? Но ведь я – не ваш подчинённый. Технически…

– Технически? – от тона, которым было произнесено это слово, Люк тут же заткнулся и немного испуганно уставился на меня. – Я что, изъясняюсь на каком-то неведомом диалекте, юный Скайуокер? – тот замотал головой. – А раз так – делайте то, что вам было сказано. Свободен.

Люка смыло из тренировочного зала, словно его подхватил поток воды. Довольно покачав головой, я окинул внимательным взором отсек и поспешил вслед за Люком.


– Милорд, – десантный генерал Тагге при моём появлении отвернулся от монитора масс-детектора, – мы приближаемся к системе Явин. До выхода из гиперпространства осталось чуть больше пяти минут…

– Что показывают сканеры? – бесцеремонно перебил я тепасианца.

– Пока ничего существенного. Думаю, что мятежники не ожидают нашего появления, поэтому…

– Тагге – никогда нельзя недооценивать противника. – Я взглянул на молча стоявшего у главного пульта Таркина. Лицо гранд-моффа выражало крайнюю степень торжества, о чём свидетельствовал и брошенный на меня косой взгляд. Ладно, мы ещё поглядим, на чьей улице сегодня будет праздник. – В этом причина многих поражений, понесённых тогда, когда, казалось бы, победа была близка. Ударная группировка готова к выходу в космос и последующей блокаде планеты?

– О какой блокаде вы говорите, Вейдер? – Таркин тут же повернулся в мою сторону. – Вы опять собираетесь играть в благородство с этими отбросами? Спутник необходимо уничтожить. И точка!

– Точка? Нет, Таркин, это никакая не точка. Это – запятая, причём очень жирная запятая. Вы уверены, что всё просчитали до конца?

– Что вы имеете в виду, Вейдер? – гранд-мофф с подозрением уставился на меня.

– На каком расстоянии от планеты находится точка выхода из гиперпространства? – я проигнорировал вопрос Таркина, обращаясь к одному из операторов, что сидел за своим пультом.

– На расстоянии ста сорока световых секунд, милорд! – по-военному чётко ответил оператор, не отрываясь от монитора.

– Таркин – вы идиот! – прошипел я. – Сто сорок световых секунд! Да за то время, что станция будет двигаться к планете в обычном пространстве, мятежники три раза успеют эвакуировать базу!

– Вейдер – что за рефлексии? – язвительно усмехнулся гранд-мофф. – Вам же прекрасно известно, что «Звезда Смерти» способна поразить цель с расстояния в сто пятьдесят пять световых секунд. К чему вся эта пафосность?

– Пафосность? Нет никакой пафосности, Таркин. Мне прекрасно известно о том, на каком расстоянии действует суперлазер станции. Но это при условии, что станция находится на той же стороне орбиты, что и цель. А вы уверены, что в данный момент Явин-IV находится в той же плоскости, что и станция?

На лице Таркина постепенно начало проявляться понимание того, что что-то пошло не так. Он резко обернулся к навигаторам.

– Капитан Йант! Определить точное положение станции после выхода в обычное пространство! Вывести на монитор звёздную карту!

Главный навигатор сдержанно кивнул и проделал ряд манипуляций с вычислителем, после чего над голопроектором возникла трёхмерная карта системы Явин. И при виде этой карты лицо Таркина сделалось похожим на лицо владельца похоронного бюро по десять тысяч империалов за процедуру кремации.

– Но как… почему…

– Вот к чему приводит одержимость, Таркин, – поучительно произнёс я. – Вы, в своём стремлении во чтобы то ни стало уничтожить базу Альянса, допустили серьёзную ошибку, которая может выйти всем нам боком. Уничтожить станцию у мятежников вряд ли получится, но вот сбежать от нас они вполне успеют. И всё благодаря вашей непробиваемой самонадеянности.

Таркин, вмиг утративший всю свою надменность, растерянно глядел на карту, явно пытаясь оценить степень своей ошибки. Я отвернулся от гранд-моффа и перевёл взгляд на спокойно ожидающего распоряжений Тагге.

– Что ж – попробуем выйти из этой неприятной ситуации достойно, – проговорил я, обращаясь к тепасианцу. – Начать процедуру вывода из ангаров Звёздных Разрушителей. «Опустошителю» капитана Пиетта и «Мстителю» капитана Нииды выдвинуться непосредственно к планете и подготовить группы СИД-бомбардировщиков для нанесения авиаудара по базе мятежников. Полная готовность десантным группам. Использовать для наземной операции АТ-АТ – поверхность спутника лесистая, репульсорная и колёсная техника может оказаться там бесполезной. «Химере» капитана Пеллеона и «Стойкому» капитана Парлана начать фланговый манёвр и попытаться организовать перехват отступающих кораблей Альянса. Группе защиты – поднять дефлекторный щит станции. Коммандеру Грениту – подготовить суперлазер для ведения стрельбы по звездолётам противника. Где командир авиакрыла капитан Нарин?

– Он на основной палубе СИД-истребителей, готовит пилотов к боевому вылету, – отозвался стоявший подле одного из терминалов Мотти. – Передать ему что-нибудь, милорд?

– Пусть пока придержит своих «птенцов». СИДы будем выводить в космос только при угрозе непосредственного боевого контакта с кораблями противника. До того момента станцию не покидать.

– Внимание – выход! – донеслось со стороны главного пульта управления.

Я перевёл взгляд на центральный видеоэкран командного отсека. Как раз в данную минуту синее безликое марево гиперпространства сменилось звёздной россыпью, среди которой прямо по курсу неторопливо плыл в космосе огромный оранжевый шар газового гиганта. Сверившись с картиной, которую выдавал навигационный планшет, я хмыкнул и косо поглядел на Таркина, который при виде планеты прикусил губу и сдвинул брови. Ошибка, допущенная им в расчётах, играла мне на руку и, кажется, гранд-мофф об этом начал догадываться. Но время в данном случае играло против него.


Глава 20.


Гордианский Предел,

система Явин,

четвёртый спутник планеты Явин,

база Альянса за Восстановление Республики.


– То есть, вы утверждаете, что именно благодаря вмешательству Вейдера Таркин не смог отдать приказ о применении против Алдераана имперской боевой станции? – генерал Ян Додонна пристально глядел на Лею Органу, которая стояла перед ним в хорошо изолированной комнате, укрытой в недрах древнего храма в джунглях Явина-IV, который повстанцы приспособили для своих целей после того, как были вынуждены оставить свои базы на Дантуине и Найтири. – Я вас правильно понял, ваше высочество?

– Именно так, генерал. – Лея недовольно взглянула на комменорца. Смысл всего этого допроса был для неё не совсем понятен. Ну, то, что пилота корабля, на котором ей удалось ускользнуть от Таркина и Вейдера, взяли в оборот безопасники Альянса, было как раз понятно – всё же этот кореллианец был для них личностью неизвестной, «тёмной бантой», так сказать, но её-то зачем допрашивать, словно она была в чём-то виновата? Судя по всему, Додонна тоже не испытывал восторга от того, чем ему сейчас приходилось заниматься, что ещё больше привело девушку в замешательство. От кого вообще исходила эта инициатива? От Мотмы? Или от кого-то, о ком алдераанка имела лишь смутное представление?

– Весьма интересно. – Додонна переглянулся со стоящим подле него высоким человеком в форме Альянса. – Очевидно, Вейдер преследует какие-то свои, неведомые нам, цели, которые, вне всякого сомнения, не принесут ничего хорошего галактике. Жаль, конечно, что вы больше ничего не можете нам рассказать, ваше высочество.

– Я не умею копаться в чужих мозгах, – съязвила алдераанка. – Генерал – что вообще тут происходит? Вы допрашиваете меня, словно я какая-то преступница… или имперский шпион…

– Инициатива всего этого исходит не от меня, ваше высочество, – несколько недовольно прогудел Додонна. – Я тоже не в восторге от всего этого, но безопасность Альянса всё же должна быть соблюдена. Особенно учитывая тот факт, что ваш отец арестован имперцами вскоре после посещения Вейдером Алдераана, что неким странным образом совпало с вашим удачным побегом со «Звезды Смерти». Это не могло не вызвать у высшего руководства Альянса вопросов и подозрений.

– Погодите-ка. – Лея напряжённо и с некоторым недоумением вгляделась в лицо повстанческого генерала. – На что это вы намекаете, генерал?

– Лично я ни на что не намекаю. – Додонна нахмурился. – И мне самому это тоже не очень-то нравится. Однако кое-кто в высшем руководстве полагает, что определённые ваши действия могли способствовать аресту Бейла.

– Это кто же такой у вас подозрительный? – прищурилась Лея.

– Правда, уже хорошо то, что вашего отца оставили на Алдераане. – Додонна оставил вопрос Леи без ответа. – Это оставляет надежду на более-менее благополучный исход…

– Генерал Додонна – вы сами-то верите в то, что говорите? – Лея покачала головой. – Обвинение в антигосударственной деятельности и поддержка террористов и бунтовщиков плюс оказание помощи беглым джедаям – это что, по-вашему, сродни мелкому воровству? Инквизиторий и ИСБ за такое по головке не погладят, да и сам Император – тоже. А ваши намёки, генерал, не делают вам чести. Я вас очень уважаю, как честного и благородного человека, за вашу прямоту и честность, в отличие от тех, кто не очень любит публичность, но зато очень любит командовать всеми вами.

– Это вы, простите, кого имеете в виду? – Додонна с интересом поглядел на девушку.

– Генерал – если вы полагаете, что мне неизвестно то обстоятельство, что за Мотмой и всей вашей компанией стоят личности, которые тщательно пытаются остаться в тени, то вы глубоко ошибаетесь. – Алдераанка покачала головой. – По крайней мере, одного из них я знаю, пусть и не лично, но всё же. Слышала его разговор с Бейлом.

– Вот как? И кто же это?

– Догадайтесь.

– Ваше высочество – вы мне грубите?

– Нет, генерал. Я вас очень уважаю для подобного обращения, но факт остаётся фактом. И давайте уже закончим этот бессмысленный разговор.

– Пожалуй, вы правы. – Додонна сдержанно кивнул. – Что ж – если вы больше ничего не имеете мне сообщить, ваше высочество, больше вопросов к вам я не имею. Можете идти…

– Извините, генерал, – из-за спины комменорца неожиданно возник офицер в серо-коричневой форме безопасника, – но у нас ещё есть пара вопросов к принцессе Органе.

– И что вас интересует? – Додонна с некоторой неприязнью оглядел офицера. – По-моему, она уже достаточно рассказала и я не вижу…

– Генерал – правила безопасности требуют, чтобы было проведено тщательное расследование того, каким именно образом принцесса Лея Органа сумела выбраться с имперской боевой станции, известной под названием «Звезда Смерти». – Безопасник сделал едва заметный знак и невесть откуда по обеим сторонам от девушки возникли двое рослых барабелов, на поясах которых висели бластеры, а один из них вдобавок был вооружён и нейропарализатором.

– Майор Иссли – что это за идиотизм? – Додонна вытаращил глаза. – Вы собираетесь арестовать принцессу Органу?

– Не арестовать, генерал. – Безопасник холодно взглянул на комменорца. – Просто задать пару вопросов. А заодно кое о чём её попросить. – Он повернулся к девушке и смерил её с головы до ног ничего не выражающим взглядом. – Ваше высочество – прошу вас следовать за мной.

Лея Органа смерила безопасника долгим презрительным взглядом, однако Иссли это не смутило. Он сделал рукой приглашающий жест и двинулся вперёд, направляясь к выходу из помещения, а оба уроженца Бараба-I тут же оказались по бокам от алдераанки. Бросив на Додонну злой взгляд, Лея, гордо вскинув голову, направилась вслед за безопасником, сопровождаемая молчаливыми охранниками-рептилоидами.


Высокий смуглокожий молодой человек, одетый в просторную одежду из ткани явно не последнего сорта – кремовые штаны, заправленные в высокие полуботинки, и рубашку с длинными широкими рукавами такого же цвета, на левой стороне которой был вышит гербовый знак правящего Дома Хейпского Консорциума, а с левого плеча свисала накидка, бывшая по цвету чуть темнее остальной одежды, надменным взглядом посмотрел в сторону входной двери небольшой комнаты, в которой он находился. Дверная панель из композитных материалов отошла в сторону, пропуская внутрь облачённого в форму офицера СБ Альянса за Восстановление Республики, на правом бедре которого была закреплена кобура с бластером. Сопровождавшие его солдаты остались по ту сторону двери, встав по обеим сторонам от неё.

– Итак, ваше высочество – вы ещё не приняли какого-либо решения по вопросу, который с вами обсуждали Её Превосходительство и генерал Риекан? – спросил безопасник, лёгкий акцент в голосе которого выдавал в нём уроженца одного из центральных миров.

– Я уже говорил вам, капитан Фейн – я не уполномочен принимать такие решения от лица всего народа Хейпса. – Смуглое лицо наследного принца Хейпского Консорциума Айсолдера приобрело упрямое выражение. – И я никак не могу взять в толк, почему вы не можете напрямую обратиться к Королеве-Матери? Боитесь того, что она может просто послать вас куда подальше?

– Принц Айсолдер, – на лице безопасника появилась надменная усмешка, – решения здесь принимаете не вы. Ваше присутствие на Явине-IV необходимо для того лишь, чтобы помочь Та’а Чуме принять верное решение…

– То есть, вы открытым текстом заявляете мне, что меня здесь удерживают в качестве заложника? – понимающе, и в то же время горько, усмехнулся хейпанец. – И вы полагаете, что Королева-Мать согласиться на ваше предложение присоединиться к Альянсу против Империи на таких условиях? – он покачал головой. – Это значит, Фейн, что и вы, и ваши боссы плохо знают Та’а Чуме. Она не станет на таких условиях с вами сотрудничать. Тем более, что в этом вашем конфликте народ миров Консорциума совершенно не заинтересован. Наша официальная политика – это полный нейтралитет.

– Если победит Империя – от вашего нейтралитета ничего не останется, принц, – заявил Фейн. – Вы не можете этого не понимать.

– Позволю себе не согласиться с вашим утверждением, капитан. – Айсолдер повёл плечами. – Хейпс уже имел честь принимать посланника Империи адмирала Треутена Терадока и я бы не сказал, что он был груб по отношению к Королеве-Матери. Напротив – адмирал Терадок заверил нас, что Император Палпатин полностью поддерживает политику нейтралитета, которой придерживается Консорциум и более того, не намерен вмешиваться в нашу добровольную изоляцию…

– Ваша изоляция есть полный абсурд в данной ситуации…

Звук открывающейся входной двери прервал безопасника. Фейн недовольно взглянул в ту сторону, но при виде вошедших Иссли и Леи Органы недоумённо сдвинул брови.

– Как продвигается дело в отношении нашего уважаемого гостя? – спросил Иссли, остановившись на пороге. – Он по-прежнему не выражает склонности к сотрудничеству?

– О каком сотрудничестве вы вообще говорите, господа? – Айсолдер нахмурился. – Вы ведь фактически держите меня в качестве заложника! И вы думаете, что после такого обращения с наследным принцем Хейпса Королева-Мать с радостной улыбкой примет ваших посланцев?

– Вы в корне неверно рассматриваете ситуацию, ваше высочество. – Иссли слегка посторонился в сторону, давая дорогу алдераанке. – Мы пытаемся достучаться до вашего разума, пытаемся объяснить вам, что только в союзе с Альянсом у Хейпса есть будущее…

– Какое будущее может быть у моего мира с союзе с теми, кто чуть ли не в открытую сотрудничает с бандитами наподобие Тайбера Занна? Или вы полагаете, раз Хейпс выбрал добровольную изоляцию от остальной галактики, то мы не знаем о том, что происходит?

– Это не совсем то, о чём вы думаете, ваше высочество. – Иссли кивнул Фейну и сделал знак сопровождавшим Лею барабелам. – Возможно, дочь председателя правительства Алдераана сможет вам прояснить ситуацию. Ведь так, ваше высочество? А интересующие нас вопросы мы зададим вам после вашей беседы с принцем Айсолдером.

Это уже было сказано алдераанке, которая зло посмотрела на Иссли, но промолчала, решив, видимо, не вступать в пререкания с безопасником.

– Коллега – оставим молодых людей вдвоём. – Иссли кивнул Фейну, приглашая его следовать за собой. – Надеюсь, что принц Айсолдер внемлет всё же голосу разума. Было бы очень обидно терять такого союзника.

Фейн окинул взглядом хейпанца и молча направился к выходу, бросив на Лею внимательный взгляд. Алдераанка оставила это без внимания, понимая, что её собираются использовать для не совсем честной игры. Она перевела взгляд на молодого человека в одежде кремового цвета. Как его называли безопасники Альянса? Принц Айсолдер? Ещё одна пешка в руках тех, кто стоит за спинами Мотмы и её сподвижников по Восстанию?

Лея нахмурилась. Никто никогда не утверждал, что принцесса Органа была недалёкой       особой, и думать и анализировать она умела превосходно. Особенно после того, как она стала свидетельницей того, как сам Тёмный Лорд ситхов, Палач Императора, командующий имперским флотом Дарт Вейдер помешал Таркину осуществить чудовищный по своему замыслу план – уничтожить населённую планету, ЕЁ родную планету. Надо было быть совсем круглой идиоткой, чтобы просто отбросить в сторону такое. Да и те факты, которые ей попадались на глаза, тоже заставляли задуматься о том, что не всё было так плохо, как говорилось пропагандой Альянса. Тот же Раллтиир – ведь после того, как имперские власти выбили оттуда повстанцев, арестовали чуть ли не всё местное правительство, ввели на планете военное правление и назначили туда своего моффа, на планету тут же пошли транспортные корабли с гуманитарной помощью. Спросите сейчас простых раллтиирцев – что они думают об Империи и об Альянсе? Лея была уверена почти на сто процентов, что сравнение будет не в пользу второго. И Вейдер. Её мнение о нём после того, как она стала свидетельницей его жёсткой позиции по Алдераану, начало меняться в лучшую сторону. Конечно, она по-прежнему считала Тёмного Лорда своим идеологическим противником, но за последнее время девушка стала задумываться об истинных целях руководства Восстания. Случайно подслушанный разговор между Бейлом и неким Фалкрумом, который, похоже, был не на последних ролях в Альянсе, заставил её по-иному взглянуть на ряд вещей. Такие вещи, как взрыв обогатительной фабрики на Новом Эпсолоне или теракт на Кариде, в результате которого погибло более сорока гражданских, явно не вязались с тем образом борцов с тиранией зловещей Империи, который тиражировали средства пропаганды Альянса. А уж о таком персонаже, как Даш Ити, она была прекрасно наслышана. Салластианский предприниматель, возвысившийся после того, как прежнее руководство корпорации «СороСууб» было отстранено от власти конкурирующей внутренней группировкой и при поддержке нового руководства компании антиимперски настроенные силы осуществили государственный переворот на Салласте.

Да и слова Вейдера о том, что Бейл Органа – не её родной отец, заставили её задуматься над своим истинным происхождением. Поначалу она не приняла всерьёз слова ситха о том, что она не является родной дочерью Бейла, но по прошествии некоторого времени она задумалась над этими словами. Самое очевидное – почему она не похожа ни на Бейла, ни на Бреху? Раньше она как-то не придавала этому значения, но после слов Вейдера её непохожесть на родителей бросилась ей в глаза. Однако, за неимением информации на сей счёт, она отложила решение данного вопроса на будущее.

Она внимательно взглянула на незнакомца, которого безопасники называли принцем Айсолдером. Тот, в свою очередь, также внимательно смотрел на алдераанку.

– Э-э… похоже, что вы попали в несколько затруднительную ситуацию… принц Айсолдер, – немного неуверенно произнесла она. – Вы вообще как здесь оказались? Какую планету вы представляете?

– Я представляю Хейпский Консорциум, – ответил Айсолдер, присаживаясь на край небольшого стола с металлической поверхностью. – И здесь я нахожусь не совсем по своей воле.

– Хейпс? – удивилась Лея. – Но ведь вы не вмешиваетесь в процессы, происходящие за пределами вашего скопления. Каким же образом вас угораздило оказаться здесь, на Явине-IV?

– Недавно мою планету посетил посланник Альянса за Восстановление Республики некто Лангер Стинн и его приняла правящая Королева-Мать. – Айсолдер сложил руки на груди. – Во время переговоров – хотя таковыми их можно было назвать лишь с натяжкой – посланник Альянса пытался склонить Консорциум к оказанию поддержки повстанцам, и это несмотря на то, что Хейпский Консорциум придерживается строгой политики нейтралитета и невмешательства в происходящие в галактике процессы. Королева-Мать выслушала его и заявила, что Хейпс не станет вмешиваться в события ни на одной из сторон и что ни о какой поддержке Альянса со стороны моего народа и речи быть не может…

– Естественно! – усмехнулась Лея. – Используя Хейпский Кластер в качестве базы, Альянс мог бы серьёзно осложнить жизнь имперцам – ведь навигация в условиях Барьерного Тумана крайне сложна и нужно знать, как правильно рассчитывать курс в гиперпространстве при полётах в ваши миры. Но это не объясняет того, как вы здесь оказались.

– Посланник Стинн предложил Королеве-Матери отправить с ним одного из представителей Правящего Дома Консорциума в Альянс, чтобы тот своими глазами увидел реальное положение дел. Против такого Та’а Чуме не возражала, ибо кто, как не представитель Хейпса, лучше всего сможет по возвращении рассказать о том, что происходит в галактике… хотя нам это и так довольно хорошо известно. Выбор пал на меня, и вот таким нехитрым образом я и оказался на борту крейсера Альянса «Баларин». Меня доставили сюда, на эту базу, и попытались склонить к сотрудничеству, однако я по-прежнему твёрдо полагаю, что вмешательство Альянса в политику Консорциума может привести мой народ на грань катастрофы. Поэтому, как я думаю, именно поэтому меня решено задержать здесь для того, чтобы оказать давление на Королеву-Мать по данному вопросу. Только вот таким способом на Та’а Чуме не воздействовать – они плохо понимают, что такое Хейпс. А вы?..

– Лея Органа, дочь председателя правительства Алдераана Бейла Органы. – Пусть уверенность в том, что Бейл есть её настоящий отец, в последнее время была несколько поколеблена, но знать об этом постороннему было незачем. – Полагаю, что мне отведена роль своеобразного «промывателя мозгов». – Лея невесело усмехнулась. – Но я вовсе не собираюсь никого убеждать в правильности действий Альянса, тем более, что ваши слова относительно Тайбера Занна являются чистой правдой. Кстати, Бейл Органа был против того, чтобы сотрудничать с откровенным криминалитетом, но, судя по всему, его мнение никто даже не рассматривал всерьёз. И это навело меня на мысли о том, что не всё так гладко внутри Альянса, как это может показаться на первый взгляд. Конечно, есть много тех, кого не устраивает Новый Порядок Палпатина, но есть также много всякого сброда, вроде того же Занна.

– Раз вам тоже не нравится происходящее – так помогите мне! – Айсолдер в упор взглянул на девушку. – Помогите мне бежать отсюда!

– Во-первых, куда? – прищурилась алдераанка. – А во-вторых, как вы это себе вообще представляете?

– Куда – это вам виднее, Лея Органа. А как…

На смуглом лице хейпанца появилась хитрая ухмылка.

– Есть один способ, который может сработать. Ведь те парни, что вас сюда привели, и к вам, судя по всему относятся совсем не так, как вам того бы хотелось. Или я не прав?

– Да нет, отчего же. – Лея нахмурилась. – Похоже, они почему-то считают меня виновной в том, что мой отец арестован имперцами.

– Тогда чего вы ждёте?

– Я? – девушка нахмурилась. А ведь и вправду, чего она ждёт? Может, пришла пора по-иному взглянуть на ситуацию в галактике? Ведь она уже убедилась на собственном опыте, что тот же Дарт Вейдер вовсе не чудовище, каким его представляет пропаганда Альянса. Может, всё не так уж и плохо?

О том, что в ней просто сработала присущая всем Скайуокерам авантюрная жилка, она в тот момент даже и не подозревала.


Глава 21.


– Милорд – мы получаем устойчивую картину со сканеров. – Сидевший за одним из пультов оператор повернул ко мне голову. – Судя по тому, что наблюдается в данный момент, корабли мятежников в спешном порядке взлетают с поверхности четвёртого спутника Явина и пытаются уйти в гиперпространство. Учитывая то обстоятельство, что Звёздные Разрушители не успевают выйти на дистанцию перехвата, у них очень неплохие шансы, чтобы улизнуть. У «Химеры» временной интервал минус семь и сорок две сотых, у «Стойкого» и того больше – одиннадцать и две десятых. «Опустошитель» и «Мститель» подходят к верхней кромке атмосферы спутника. Капитаны Пиетт и Ниида просят разрешение на высадку десанта.

– Бомбардировщики уже отработали? – спросил я, бросив на мрачного Таркина суровый взгляд.

– Удар только что нанесён, – отозвался Кассио Тагге, на всякий случай отодвинувшись от Таркина. – Данные орбитальной разведки подтверждают большие разрушения на поверхности, при попытке отлёта с луны сбиты три транспорта и фрегат типа MC30c.

– Пусть начинают высадку десанта. Передайте Пеллеону и Парлану – пусть продолжают следовать прежним курсом. Когда станция выйдет из тени планеты и будет в состоянии открыть огонь по противнику?

– Через семь минут, милорд, – отозвался тепасианец.

– Семь минут – это слишком много. – Мотти бросил на Таркина раздражённый взгляд. – Мы просто технически не успеем их перехватить.

– Вот к чему привела ваша самонадеянность, Таркин. – Я покачал головой. – Вы хотели снискать лавры победителя бунтовщиков – в итоге бунтовщики эти самые успевают уйти от заслуженного возмездия. Что проку от того, что мы захватим пустой спутник? На кой он нам сдался? Разве что для размещения вспомогательной базы? А они теперь растрезвонят…

– Милорд – прошу прощения, – раздался от одного из пультов голос оператора, – но только что сенсоры засекли группу аппаратов класса МЛА, вылетевшую за пределы атмосферы спутника и идущую прямым курсом на станцию. Расчётное время подлёта – три минуты.

– Немедленно передайте капитану Нарину – пусть выводит свои машины. Первая волна – «Перехватчики» и «Разорители», СИД-истребителям – готовность Один. Группа защиты – что с щитами?

– Щиты подняты и функционируют исправно, сэр, – доложили от пульта систем защиты станции.

– Жаль, что ваших пилотов нет на борту, милорд, – подал голос Юларен. – Они бы нам очень пригодились.

– Хаттово плановое обслуживание! – проворчал я. – Да, их нам будет не хватать. Но и остальные наши пилоты тоже не пяткой сморкаются, адмирал… Защита – подготовить орудия ПВО и ракетные ЭМ-катапульты к отражению атаки противника. Следить за всеми секциями дефлекторного щита – есть малая вероятность того, что на предельно малой скорости вражеский истребитель сможет пройти сквозь поле. Закрыть отверстие выхлопного порта силовым полем и выдвинуть бронещит.

– Слушаюсь, сэр! – ответили со стороны пультов контроля систем защиты БЭП.

– Быть может, – прочистив горло, подал голос Таркин, – нам следует…

– Таркин – вы ещё что-то хотите посоветовать? – обманчиво спокойным тоном поинтересовался я. – В последнее время ваши советы приводят к тому, что мне либо приходится оправдываться перед Императором за ваши идиотские поступки, либо устранять последствия этих самых поступков, тратя своё время на это вместо того, чтобы работать на благо Империи. Но теперь вы больше не сможете совершать подобные просчёты, Таркин. На сей раз, – при этих моих словах гранд-мофф посерел и схватился рукой за горло, пытаясь сделать хотя бы глоток воздуха, – вы подвели меня в последний раз. Мне очень жаль, но я не могу допустить, чтобы такой ответственный пост занимал человек, во главу угла ставящий личные амбиции. Это недопустимо. Или вы хотите пойти по стопам Ксима-Деспота? Он плохо кончил в итоге, превратившись в одержимого параноика. Но вам это уже не грозит.

Тагге, Юларен, Мотти и все, кто в данную минуту находился в командном отсеке станции, с некоторой долей опаски наблюдали за тем, как гранд-мофф Уилхафф Таркин с посеревшим лицом отчаянно пытается сделать вдох. Ещё бы он попробовал голыми руками разобрать Звёздный Разрушитель! Удушье Силы было очень эффективной и эффектной техникой Тёмной Стороны для воздействия на оппонента… и для его уничтожения. А Таркин становился всё более непредсказуемым и опасным. Если он полагал, что его затея с секретным комплексом в скоплении «чёрных дыр», известном под названием Мау, которым командовала его любовница Натаси Даала, останется незамеченной мной, то он глубоко ошибался. Я прекрасно знал и о комплексе, укрытом глубоко внутри скопления, практически непроходимом для звездолётов (практически – если не считать того, что в самом центре скопления существовала сравнительно безопасная зона, где кораблям ничего не угрожало), и о том, что там было несколько талантливых учёных и инженеров (Кви Ксукс, Тол Шиврон и Рентаг К’Фадда были однозначно из их числа) – в общем, я знал ВСЁ. И это обстоятельство было совсем не в пользу Таркина. Подобное деяние тянуло на обвинение в государственной измене – ведь даже сам Император не был в курсе этого. Что ж, я вполне мог облегчить работу военному трибуналу, чем, собственно, сейчас и занимался.

Наконец, бездыханное тело гранд-моффа рухнуло на пол, сопровождаемое опасливыми взглядами всех, кто находился в командном отсеке.

– Генерал Тагге – как командующий Имперским Космическим Флотом, я назначаю вас на должность командира боевого экспедиционного планетоида. – Я внимательно всмотрелся в лицо тепасианца, на котором, однако, ничего не отобразилось. Это хорошо. Такие офицеры, как Тагге, очень нужны Империи. – Вступаете в должность немедленно.

– Слушаюсь, милорд. – Тагге почтительно отсалютовал.

– Внимание – есть контакт с истребителями противника! – раздался голос от пульта радара. – Три группы МЛА – тяжёлые истребители BTL-A4, истребители-бомбардировщики BTL-B/S1 и Т-65. Заходят с двух направлений, на экваториальную зону и район южного полюса.

– Перенаправьте туда СИД-перехватчики звеньев Барлона и Фриззе. – Я быстро пробежался глазами по тактическому планшету, который отображал обстановку вокруг станции и газового гиганта. – Звеньям Нарина и Йорра оставаться в пределах полярной зоны северного полушария. Звену Этени на «Разорителях» прикрывать район генератора дефлекторного щита. Остальным звеньям – полная готовность. Генерал Мотти!

– Милорд? – сесвеннианец с почтением повернулся в мою сторону.

– Распорядитесь, чтобы тело гранд-моффа Таркина было доставлено на его родную планету для похорон по соответствующему обряду. Как бы то ни было, Таркин сослужил большую службу Империи и то, что он допустил ряд серьёзных ошибок, не умаляет его достоинств.

– Слушаюсь, милорд. – Мотти тут же жестом подозвал двух космопехов, которые подхватили с пола тело Таркина и поволокли его к выходу из командного отсека. Впрочем, скорее вынесли, нежели выволокли.

Проследив взглядом за космопехами, я снова вернулся к изучению обстановки, которая отображалась на тактическом планшете. Станция продолжала движение по орбите и уже на четверть вышла из тени Явина, однако этого всё ещё было недостаточно для того, чтобы открыть огонь по кораблям противника, которые продолжали взлетать со спутника. Впрочем, их поток уже иссякал, что хорошо было видно на планшете. «Химера» Пеллеона уже миновала газовый гигант и сейчас быстро приближалась к повстанческим кораблям, которые только что взлетели со спутника, в то время, как «Стойкий» только-только завершал облёт Явина. Два других Звёздных Разрушителя уже висели в верхних слоях атмосферы луны, выпустив из ангаров десантные баржи с техникой и десантом. Пришло короткое донесение от Пиетта о том, что передовые отряды штурмовиков и космической пехоты добрались до границы базы мятежников и нашли её покинутой. В данный момент войсковые подразделения начали прочёсывание помещений на предмет наличия всевозможных «сюрпризов», которые вполне могли оставить отступающие повстанцы.

Мой взгляд переместился в ту часть планшета, которая отображала в режиме реального времени ситуацию непосредственно вблизи станции. Х-крылые истребители Альянса разделились надвое, прикрывая бомбардировщики и BTL-A4, и сейчас практически вошли в зону действия батарей ПВО «Звезды Смерти». Однако орудийные расчёты не стреляли – к истребителям противника приближались СИД-перехватчики. Тактический канал доносил отрывистые сухие реплики имперских пилотов, готовых вступить в бой с противником. Звено «Прототипов», которые получили прозвище «Разоритель», барражировали в районе главного генератора защитного поля станции, а ещё два звена перехватчиков находились над северным полушарием планетоида. Истребители пока оставались в ангарах, ожидая команды на вылет, но в данный момент в их, так сказать, услугах, не было необходимости.

– Милорд, – услышал я голос третьего помощника капитана Олвина Куге, – главный канонир Гренит докладывает о том, что процедура настройки суперлазера для ведения огня по кораблям противника осуществлена. Станция выйдет на дистанцию через две с половиной минуты.

– За это время корабли повстанцев успеют уйти в гиперпространство! – фыркнул Тагге. – Ошибка в первоначальных расчётах привела к тому, что мы просто не успеваем их перехватить, и капитанам Пиетту и Нииде тоже времени не хватает! Может, выпустить истребители?

– Не вижу смысла, генерал, – тут же отозвался я, продолжая следить за ситуацией, что разворачивалась сейчас в окружающем станцию космосе. Звенья Барлона и Фриззе уже вступили в бой с противников, для которого весьма неприятным сюрпризом оказалось наличие у СИД-перехватчиков дефлекторных щитов, причём довольно мощных, которые весьма удачно противостояли пушкам Т-65 и тяжёлых истребителей. Операторы, повинуясь моим распоряжением, вычислили предполагаемую траекторию движения МЛА противника – всё верно, их целью был именно выхлопной порт БЭП. Но и там, если вдруг кому-то из мятежников посчастливится добраться до той части станции, их ждал очень неприятный сюрприз в виде бронещита и силового экрана, способного выдержать залп орудий тяжёлого крейсера. – Непосредственной угрозы станции нет, вы ведь не полагаете, что вражеские истребители способны пробить защиту выхлопного порта?

– Нельзя недооценивать противника, милорд. – Тагге покачал головой. – Ошибка Таркина в этом и заключалась. Всегда нужно быть готовыми к самому худшему, только тогда мы будем иметь преимущество над неприятелем.

– Но и перестраховываться тоже незачем. Защиту им не пробить.

Моё внимание снова обратилось к планшету. «Химера» уже вступила в бой с кораблями прикрытия, которые, судя по всему, взлетели самыми последними и собирались сковать сражением ИЗР с тем, чтобы дать время основным силам бунтовщиков отойти от планеты на достаточное расстояние и активировать гиперприводы. Шесть «Дредноутов» – да, серьёзные силы бросили мятежники на прикрытие своего отступления, даже для такого корабля, как «Опустошитель», это был серьёзный противник. На огромном мониторе было очень хорошо видно, как Звёздный Разрушитель Пеллеона маневрирует в пространстве, отражая выпады крейсеров Альянса, ведя ответный огонь из тяжёлых турболазеров и защитных ионных орудий. Один из «Дредноутов» уже получил разрушительный заряд ионной энергии в левый борт и сейчас беспомощно дрейфовал в пространстве, представляя собой отличную цель для канониров «Химеры», но у них сейчас хватало дел и без обездвиженного звездолёта противника.

– Первая атака мятежников отбита, – доложили из-за пульта главного радара станции. – Враг потерял сбитыми четыре машины, у нас – один повреждённый перехватчик, который благополучно дотянул до ангара. Сейчас наблюдается перегруппировка сил неприятеля.

– Выдвинуть для усиления звено Йорра, – распорядился я. – Перераспределить энергию щитов для усиления дефлектора в районе атаки мятежников. Готовность Один звеньям Рууда и Марена. Коммандер Гренит?

– Милорд? – услышал я спокойный голос главного канонира станции.

– Мы выходим на дистанцию ведения огня. У вас всё готово?

– Так точно, милорд. Ждём вашей команды.

– Огонь открывать по вашему усмотрению. Выбор целей оставляю за вами.

– Слушаюсь, милорд.

На тактическом планшете изображающая «Звезду Смерти» сфера окрасилась зелёным цветом, одновременно с этим от неё вперёд протянулся зелёный конус, чьё острие выходило из сферы станции. В его зону попадало как раз несколько повстанческих кораблей, ещё не успевших достаточно далеко удалиться от Явина, и среди них были два эскортных фрегата «Небьюлон-Б2» и устаревший салластийский линкор «Оплот», причём, судя по некоторым характерным выступам на корпусе, переделанный повстанцами в большой десантный корабль.

От «Звезды Смерти» в пространство протянулся длинный зелёный луч энергии, сгенерированный суперлазером. Преодолев расстояние до одного из фрегатов, он лишь слегка коснулся корпуса звездолёта по касательной, но и этого оказалось достаточно для того, чтобы двухсотпятидесятиметровый корпус фрегата исчез в ослепительной бесшумной вспышке пламени, почти мгновенно поглощённой смертельно-холодной пустотой космического пространства. Второй фрегат испуганно шарахнулся в сторону, едва не врезавшись в правый борт идущего параллельным курсом лёгкого крейсера «Каррак». Там поспешно изменили курс, чтобы не столкнуться с фрегатом, и этим не замедлили воспользоваться канониры вывернувшегося из-за газового гиганта «Стойкого». Звёздный Разрушитель с ходу открыл огонь из носовых турболазеров, одновременно выпустив в пространство сноп ракет с барадиевыми боеголовками. Не ожидавший этого экипаж «Каррака» ничего не смог сделать и через несколько секунд корпус корабля исчез в ослепительно-белой вспышке.

Между тем, атака истребителей мятежников была успешно отражена звеньями СИД-перехватчиков. Три машины были потеряны, однако, по сравнению с потерями Альянса, это были очень незначительные потери. Мятежники лишились более половины своих истребителей и сейчас спешно улепётывали за планету, чтобы успеть добраться до какого-нибудь корабля, который смог бы их подобрать.

Ещё один повстанческий корабль разлетелся на кусочки от очередного выстрела суперлазера. Транспорт GR-75, пытавшийся увернуться от идущего прямо на него Звёздного Разрушителя капитана Пиетта, оказался точно на траектории выстрела суперлазера. Ещё одна яркая вспышка озарила пространство, чтобы почти сразу же погаснуть в холоде космоса.

– Милорд – противник спешно уходит в гиперпространство, – доложил отвернувшийся от мониторов Тагге. – «Стойкий» сумел сбить вражеский фрегат и повредил крейсер, при этом экипаж корабля успешно отразил атаку истребителей мятежников. Командир десантной группы генерал Вирс сообщает с поверхности Явина-IV об установлении полного контроля над базой Альянса на поверхности луны. База полностью покинута, обнаружено некоторое количество оставленной бунтовщиками техники. Сейчас команды взрывотехников проверяют базу на предмет наличия замаскированных взрывных…

– Внимание! – перебил Тагге сидящий за пультом контроля пространства оператор. – Зафиксирован одиночный звездолёт, предположительно – кореллианский грузовой корабль класса «иттриль-1300», движется курсом на станцию. Корабль посылает сигналы на гражданской частоте. Установить с ним связь или отдать приказ сбить? Вдруг это какая-то уловка бунтовщиков?

– Установите с кораблём связь. – Я прекрасно знал, КТО находится на борту кореллианского транспортника. – Передайте пилоту посадочные коды и сопроводите навигационным лучом до ангарной палубы Тридцать Четыре. Вызовите туда подразделение штурмовиков и оцепите ангар дройдеками. Задержать пилотов и пассажиров корабля и доставить их в один из тюремных блоков. Отбой боевой тревоги, перевести станцию в режим повышенной готовности на двадцать четыре часа. Если ничего экстраординарного не произойдёт – объявить стандартную готовность. Генерал Тагге – я буду у себя. Нужно обо всём доложить Императору. Переведите станцию на орбиту спутника Явина-IV. «Химере» и «Стойкому» – вернуться к луне и занять оборонительные позиции на геостационарной орбите. Выпустить шесть звеньев СИД-истребителей для патрулирования пространства в радиусе пятнадцати единиц от планеты.

– Хорошо, лорд Вейдер. – Кассио Тагге почтительно кивнул. Тепасианец, похоже, уже освоился со своей новой должностью и держался довольно уверенно. Насколько я знал Тагге, он разительно отличался от Таркина, обладая трезвым аналитическим умом и хладнокровием. Именно такой человек и должен был командовать боевой станцией.

– И ещё. – Сделав несколько шагов по направлению к выходу из командного отсека БЭП, я остановился и обернулся. – Свяжитесь по закрытому каналу с Тиааном Джерджерродом. Передайте ему, что я жду его на борту станции.

– Да, милорд, – кивнул Тагге.


Спустя некоторое время после Сражения при Явине.


– … таким образом, некоторый успех. – Я внимательно вгляделся в голограмму Палпатина, который молча слушал мой доклад о ситуации в системе Явин. – Захвачена база мятежников на четвёртой луне Явина, которая была ими оборудована в древнем храмовом комплексе массасси. Особого проку, конечно, от захваченной базы я не вижу, ведь мятежники успели уничтожить все записи, которые они не успевали увезти с собой, но всё же некий тактический успех можно считать достигнутым. Противник снова вынужден скрываться…

– В том-то и дело, что скрываться, Вейдер! – перебил меня Император. – В том-то и дело! Мы никак не можем нанести им решающий удар! Создаётся впечатление, что ими кто-то руководит, кто-то, кто имеет определённое положение в иерархии Империи. Признаю, что звучит это несколько странно, но по-иному я просто не могу всё это объяснить. Можешь считать меня старым параноиком, если так тебе будет легче.

– Я вас таковым не считаю, повелитель. – Я почтительно склонил голову перед голограммой Палпатина. – В последнее время я и сам стал приходить к такому же выводу, да и кое-какие соображения директора ИСБ тоже говорят в пользу вашего предположения. А случай с Таркином – очень хорошее тому свидетельство.

– Да, такого ожидать от него, – Император покачал головой, – никто не мог. Некоторых разумных слишком большая власть превращает в настоящих монстров. Но Таркин! А не мог ли он быть тем самым кукловодом, а, Вейдер? Как считаешь?

– Маловероятно. – Я отрицательно покачал головой. – Таркин слишком прямолинеен для подобного, но вот в чужих, более искушённых в интригах, руках он мог стать очень хорошим орудием. Разумеется, создание комплекса «Мау» целиком и полностью лежит на его совести, да ещё и назначение на пост руководителя базы собственной пассии… Кто-то хотел использовать те технические наработки против Империи, в этом у меня нет ни малейших сомнений. Учитывая, что там работают, по крайней мере, два гения – Рентаг К’Фадда и Кви Ксукс – можно представить, что они могли там напридумывать.

– Я уже отдал необходимые распоряжения Айсарду и адмиралу Зинджу. Группа кораблей готовится к отправлению в тот район галактики. Ты уверен в надёжности тех координат, которые передал спецам ИСБ?

– На все сто – нет. Но девяносто процентов для подобного случая – это тоже немало.

– Ну да, ну да. – Император с минуту помолчал. – Как продвигается дело с твоим сыном?

Я молча смотрел на Палпатина, не торопясь с ответом. Честно говоря, подобного поворота событий я ожидал, но всё же было немного неожиданно услышать эти слова.

– А ты думал, что этого не узнаю? – Владыка-Ситх коротко хохотнул. – Вейдер – мне известно об этом вот уже полтора года.

– И вы ничего не предпринимали?

– А чего ты от меня хотел? Чтобы я послал команду ликвидаторов на Татуин? Чтобы я повернул против себя своего лучшего ученика? Вейдер – неужели ты считаешь меня таким уж ненормальным? По-твоему, тогда, девятнадцать лет назад, отражённые в меня Мейсом заряды Молний Силы повредили мне разум?

– Я этого не говорил…

– Но ты про это подумал. – Палпатин шутливо погрозил мне пальцем. – То, что нам удалось первыми обнаружить твоего сына, я считаю большой удачей. Доберись до него кто-нибудь вроде Оби Вана – кто знает, как могло бы всё повернуться? А так – твой сын с нами и джедаи ничего не получат на сей раз. «Правило двух»… знаешь, я много размышлял о нём с тех пор, как занял место Плэгаса… и пришёл к выводу, что в теперешней ситуации оно уже не работает. Мы больше не прячемся от джедаев – мы правим галактикой. И я полагаю, что Орден ситхов должен быть восстановлен. Возможно, на тех же принципах, что и Братство лорда Каана, возможно, на других, но примерно похожих. Только… безопасность всё же необходимо соблюсти. Тревожно мне как-то за молодого Скайуокера. Ты в курсе о том, что позавчера на Феде неизвестные террористы совершили покушение на губернатора планеты?

– Нет, разумеется. – Я пожал плечами. – А что там случилось?

– Губернатор Элл едва не погиб во время взрыва заминированного аэрокара, который припарковали вблизи его резиденции. Взрыв произошёл точно в тот момент, когда он выходил из здания, собираясь отправиться в космопорт, откуда собирался вылететь на Тарис. Сейчас он с тяжёлыми ранениями находится в центральной больнице Феда и врачи борются за его жизнь. Его телохранителям повезло куда меньше – они погибли при взрыве. А помимо них, погибли и двенадцать случайных прохожих, ещё тридцать семь получили ранения разной степени тяжести, а окружающим зданиям причинён значительный ущерб. Плюс повреждена линия городского монорельса. Отделение ИСБ на Феде уже начало расследование. Так что будь поосторожнее. Сам видишь, что эти мерзавцы не гнушаются никакими, даже самыми подлыми, методами.

– Я приму это к сведению, повелитель.

– Да уж, не расслабляйся, мой друг. Это может привести к плачевным результатам.

– Да… ваше императорское величество…

Палпатин несколько секунд внимательно глядел на меня, потом усмехнулся своими потрескавшимися губами.

– Подозреваю, что ты ещё что-то хочешь мне сказать, Вейдер. Я тебя слушаю.

– Мои техники сумели кое-что выудить из персонального датапада Таркина. Пришлось повозиться, так как его «Карманный секретарь» был запаролен, но в итоге кое-какие данные стали достоянием… кхм… широкой, так сказать, общественности в лице Исанн Айсард и Антинниса Тремейна.

– И? – Палпатин внимательно смотрел на меня.

– Два имени, повелитель. Джанус Гриджатус и Ишин-Ил-Рац. Файлы были заново зашифрованы моими техниками и отосланы по кодированному гиперканалу в ведомство Айсарда. Вы можете с ними ознакомиться уже сейчас.

– Так-так-так. – Голограмма Императора потёрла подбородок и прошлась взад-вперёд, временами пропадая из поля зрения голокамеры. – Вот, значит, как… Что ж – спасибо за работу, Вейдер. Я обязательно просмотрю эти материалы. Потом. Не сейчас.

Палпатин кивнул мне и исчез из створа голографического объёма связи, оставив меня наедине с собственными размышлениями. Получается, я, совершенно случайно, наткнулся на самый настоящий заговор, направленный против Палпатина? И Уилхафф Таркин был одним из заговорщиков? Интересно получается, весьма. Но тогда кто же стоит за всем этим? Не тот ли разумный – эта мысль мелькнула в моей голове, словно молния во время бури на Вджуне – что стоял за всей этой суетой с мятежом? Но тогда получается, что это так называемое «Восстание» – всего лишь средство для достижения чьих-то целей? Но чьих? Кто может быть настолько уверенным в своих силах, что отважился бросить вызов самому Владыке ситхов? Таких разумных я мог насчитать на пальцах одной руки. Один из них доживал свои дни на далёкой планете Дагоба, другой был повержен Палпатином в тот день, когда я окончательно перешёл на Тёмную Сторону, третий же… третий сейчас сидел в своей медитационной сфере, которая располагалась в моих личных апартаментах в недрах имперского боевого экспедиционного планетоида и молча глядел на пустой голографический объём видеосвязи. Кто оставался? Явно кто-то из одарённых, но…

Я усилием воли подавил возникшую в сознании мысль. Мысль, которую мог почувствовать тот, кто стоял за всем этим. Тот, кто исподтишка направлял и руководил этими так называемыми «борцами с тиранией ситхов и поборниками демократии и республиканского строя». Тот, кто благополучно избежал «Приказа 66» по одной простой причине – в тот момент…

Нет, стоп! Нельзя сейчас думать об этом. Нельзя! Ведь если моя догадка верна, то противник мне будет противостоять жестокий и решительный, который ни перед чем не остановится ради достижения своих целей. Я позволил себе расслабиться в медитативном трансе и утопил эту самую догадку в глубинах подсознания. Когда придёт время, я вспомню о ней. А сейчас задача номер один – поиски этих хаттовых мятежников и вывод из игры их боевых формирований. Задача номер два – выявление ВСЕХ спонсоров и покровителей этих «поборников демократии» для того, чтобы обрубить все каналы снабжения и финансирования Альянса. Ну, а задача вообще без номера, но с во-от таким приоритетом – обеспечение безопасности Люка и Леи. Ведь если я прав – их жизням может угрожать большая опасность. Смертельная, даже можно сказать. Поэтому нужно форсировать обучение Люка и рассказать, наконец, ему, кто такой на самом деле Тёмный Лорд ситхов Дарт Вейдер. Лея… Тут всё куда сложнее и простыми словами её будет очень трудно убедить. Нужно каким-то образом заинтересовать её. Кстати – тот молодой человек, хейпанец Айсолдер, вполне может подойти для того, чтобы в некоторой мере помочь повлиять на неё.

И Маадор. Надо найти голокрон Виллока. Хватит. Девятнадцать лет хождения в этом доспехе – по-моему, этого вполне достаточно. Ну, то есть, можно и оставить броню, но в качестве именно брони, а не системы жизнеобеспечения. Да. Так есть.


Регион Внешнее Кольцо,

где-то в пространстве между системами Ротана и Таммуз-ан.


Небольшой космический корабль, в котором любой специалист легко опознал бы вооружённое транспортное судно кореллианской постройки, модель YV-929, вышел из гиперпространства в полутора единицах от одной из планет системы двойной звезды, которая имела лишь цифро-буквенное обозначение в имперских справочниках – газового гиганта, окружённого тремя десятками спутников и тройным кольцом. Сидящая за пультом управления женщина, которую издали можно было принять за представительницу человеческой расы в замысловатом головном уборе, одетая в просторную блузку с короткими рукавами, слегка обтягивающие ноги тёмные брюки и походные ботинки на толстой конформной подошве, внимательно оглядела показания сенсоров и удовлетворённо кивнула сама себе. Протянув руку к пульту гиперпространственного коммуникатора, она набрала некую комбинацию, вследствие чего над пультом развернулся в воздухе голографический объём связи, в котором возник клубящийся туман – свидетельство того, что обратная связь не включена.

– Я слушаю, – раздался по ту сторону канала связи грубоватый голос, явно принадлежащий не-человеку и исходящий из прибора-переводчика.

– Декук? – спросила женщина, откидываясь на спинку конформного кресла.

– А, Фалкрум! – на том конце канала раздался скрипящий звук, который у представителей расы, к которой принадлежал собеседник женщины, являлся аналогом смеха. – Опять обратку не включил?

– Ты передал моё послание Ксизору? – женщина не обратила никакого внимания на слова того, кого она назвала Декуком.

– Передал.

– И?

В голографическом объёме видеосвязи снова раздался тот же самый звук.

– Насолить этому ведроголовому уроду, – при этих словах женщина слегка поморщилась, но ничего не произнесла, – для Ксизора будет являться весьма приятным делом. Однако нам не всё понятно с целью. При чём здесь Камино? Ведь Вейдера там нет…

– Но там есть один очень важный для Вейдера специалист – доктор О’Ран, каминоанец, генный инженер. Это и есть ваша приоритетная цель, равно как и лаборатории по клонированию. Или есть проблемы?

Декук снова хохотнул.

– Да не, проблем нету! – раздался в пилотской кабине голос жеду. – Если не считать того обстоятельства, что лабораторию эту самую охраняют так, словно это не лаборатория по клонированию, а личная сокровищница Палпатина.

Жеду замолчал, и молчал довольно долго, пока у сидящей за пультом женщины-пилота не иссякло терпение.

– Что ты хочешь, Декук? – раздражённо произнесла она.

– Я? Лично я – ничего. Хочет Ксизор.

– И чего же хочет Ксизор? – прищурилась пилот YV-929.

– Во-первых, той суммы, которую ты озвучил в самом начале, надо утроить. Иначе ищи кого поглупее. А во вторых, нам уже порядком надоело разговаривать с пустым видеообъёмом. Ксизору всё это не…

– Сумму утроим. А насчёт видеообъёма – перебьётся твой босс. Меня вполне устраивает существующее положение вещей. Мне лишь от тебя подтверждение согласия Ксизора на эту акцию нужно.

– Подтверждение получишь, когда на счёт босса деньги придут! – отрубил Декук, враз утратив прежнее лениво-равнодушное настроение. – Я понятно изъясняюсь, Фалкрум?

– Понятно. Насчёт денег не переживай – в течении суток переведу на личный счёт Ксизора транзитным аттачем. Как скоро после этого ваши боевики будут готовы к вылету на Камино?

– Будут, – уклончиво ответил жеду.– Твоё дело, Фалкрум – сделать свою часть дела. Свою часть сделки мы выполним тоже. Ты, главное, не вздумай с нами в свои игры играть. Я доходчиво изъясняюсь?

– Ты о чём, Декук? – обманчиво-спокойно осведомилась женщина.

– Я не знаю, к какому народу ты принадлежишь, Фалкрум, и не знаю, кто ты на самом деле – баба или мужик. Да, собственно, мне пофигу. Пока нам от таких, как ты, капают бабки – ты можешь быть кем угодно. Даже эвоком. – Жеду снова хохотнул. – Только если мой босс выяснит вдруг, что ты – джедай, тогда уж не взыщи. Джедаев мы не очень уважаем.

Серо-голубые глаза тогруты приобрели при этих словах едва ли не правильную круглую форму.

– С чего ты вдруг решил, что я могу быть джедаем? – как можно равнодушнее спросила Тано.

– Да так… всякое ведь в нашей галактике может случиться… – из пустого видеообъёма донёсся саркастический смешок. – Но ты же не джедай?

– Магистр Ордена! – фыркнула Тано.

– Да ну? – притворно изумился Декук. – Кто тебя может знать, Фалкрум. Кто может знать… Ладно, не парься, – опять хихикнул жеду. – Я просто о безопасности забочусь. Шли бабки, парень. Об остальном мы уж как-нибудь позаботимся.

Голографический объём связи втянулся в точку и погас, оставив пилота грузовика в задумчивости сидеть перед пультом связи. Конечно, не стоило всерьёз воспринимать слова Декука, но некий нехороший осадок от них в душе тогруты всё же остался. Ну не могли же, в самом деле, в «Чёрном Солнце» пронюхать об истинной природе Фалкрума? Или всё же могли?

На данный момент Асока Тано была уверена только в одном – доверять деятелям типа Ксизора было бы очень большой ошибкой. Однако, если всё пройдёт успешно, проблема «Чёрного Солнца» перестанет её волновать. Просто им уже будет не до того.


Интерлюдия 9.


Галактика Небесная Река,

Неизведанные Регионы,

система тройного солнца Ауррия,

оперативная группа ИКФ,

борт Имперского Звёздного Разрушителя «Предостерегающий».


Адъютант гранд-адмирала Митт’рау’нуруодо, больше известного в Империи под своим коренным именем – Траун – майор космодесанта Зедд Арана осторожно переступил порог небольшого хорошо защищённого как обычными, так и электронными, методами отсека, расположенного в недрах корпуса Звёздного Разрушителя, при этом опасливо покосившись на стоявших по обе стороны от входной двери запакованных в боевую броню высоких мощного сложения гуманоидов-ксъенов, держащих руки на прикладах своих ручных тяжёлых лучемётов. Выходец с Оринды Арана прекрасно знал о репутации этих существ, чья родина – суровый скалистый мир под названием Кандд – много лет назад была освобождена Чисскими Экспансионистко-Оборонительными Силами от рептилоидных захватчиков расы сси-руук, которые решили использовать обитателей Кандда в качестве… источника энергии для своих машин и звездолётов. Ксъены, прирождённые воины, закалённые в древних междоусобных конфликтах и в длительной межзвёздной войне с инсектоидной расой араута, оказали захватчикам отчаянное сопротивление и даже добились некоторых успехов, однако сси-руук так просто выпускать такой лакомый кусок из своих алчных когтистых лап не собирались. Поэтому ксъены и решили обратиться за помощью к чиссам. Поначалу те настороженно отнеслись к возможности помощи гуманоидам с Кандда, однако слова посланников о том, что после Кандда сси-руук могут обратить своё внимание на планеты Доминации, всё же заставили Совет Семейств и Четырёх Аристокра принять решение о посыле в родную систему ксъенов боевые корабли ЧЭОС. Рептилоиды были выбиты с Кандда и отступили в свои миры, а ксъены в итоге присоединились к Чисской Доминации. Поэтому нет ничего удивительного в том, что гранд-адмирал имел в своём распоряжении личную охрану, целиком состоявшую из этих воинственных гуманоидов, без раздумий могущих кому угодно открутить голову за своего босса. Охранники никак не отреагировали на появление ориндианца, но Арана знал, что на самом деле его внимательнейшим образом осмотрели с головы до ног и самым придирчивым образом оценили, даром что он занимал должность личного адъютанта Трауна.

Гранд-адмирал сидел перед монитором стационарного компьютера самой последней модели, разработанной на родной планете Трауна, и внимательно просматривал бегущие по нему строки текста. При появлении Араны чисс слегка повернул голову в его сторону, но монитор от адъютанта не стал прикрывать, из чего тот сделал вывод, что информация, отображавшаяся на плоском экране, не была совершенно секретной.

– Зедд – есть новости от нашей разведгруппы, посланной в систему Илитар? – спросил Траун.

– Пока нет, сэр, – ответил Арана, – но ведь вы же прекрасно знаете, что капитан Фидар будет до самого последнего момента выжидать, пока не удостоверится в наличии либо отсутствии сил вероятного противника.

– Нельзя недооценивать командующего Эсву, – назидательно произнёс Траун, отобразив на своё синекожем лице некое подобие улыбки – на эмоции чисс был весьма скуп. – Тацианин очень хитёр и умён, и всегда следует быть готовыми к любой неожиданности с его стороны. Что по поводу группы лейтенанта Расса?

– Три часа назад их шаттл вышел из гиперпрыжка в системе Ран-Элос. Пока никаких следов присутствия чужаков не наблюдается.

– Странно. Из той информации, что пришла от разведки нагаев, выходило, что именно вблизи Ран-Элоса были замечены странные корабли. – Траун задумчиво потёр подбородок. – Ладно, пусть они как следует там всё осмотрят. Что слышно от посла дратиан?

– Он благополучно прибыл на Пангал, сэр. Теперь дело за Верховной Ассамблеей Федерации. Послу Фришшу придётся использовать всё своё красноречие и всю силу убеждения, чтобы подействовать на Председателя Ксасса. Надеюсь, что послу удастся всё же склонить Ассамблею Федерации к союзу с Империей. Дратиане – достойный союзник… равно как и противник. Было бы глупо отбросить идею заключения союза с Пангалом.

– Верные слова, Зедд. – Чисс задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. – Чем больше у Империи союзников – тем твёрже почва под ногами. Тем более сейчас.

– Что-то случилось, сэр? – осторожно спросил ориндианец.

– Можно сказать и так. – Траун откинулся на спинку кресла и, взяв со стола изящную чашку с ароматным каффом, сделал пару глотков. – В Гордианском Пределе состоялось сражение между Флотом и силами мятежников.

– И каковы результаты битвы?

– Битвы? – усмехнулся Траун. – Я бы так не назвал то, что там имело место быть. Уилхафф Таркин совершил роковую для себя ошибку, выведя боевую станцию «Звезда Смерти» слишком далеко от спутника планеты, на котором находилась база Альянса, да ещё и в точке, расположенной на противоположной стороне орбиты. Итог: мятежники сумели эвакуироваться с планетоида, хотя и понесли потери, с нашей стороны потери незначительны. Спутник захвачен, но толку от этого, извиняюсь – пшик! И всё «благодаря» самоуверенности гранд-моффа!

– Надо полагать, последствия этой ошибки дорого стоили Таркину? – Арана злорадно усмехнулся. Ориндианец не уважал заносчивого гранд-моффа и считал, что его пренебрежение не-человеческими расами очень неверно в корне. Сам же Арана относился к инопланетянам без брезгливости и пренебрежения, справедливо полагая, что важно не то, сколько у тебя конечностей, покрыт ты шерстью или чешуёй – важно то, что прячется под твоей черепной коробкой и порядочен ли ты. Адъютант гранд-адмирала сталкивался по ходу службы с такими отвратительными типами своего же вида, которые заслуживали лишь одного – заряда бластера промеж глаз. А среди не-людей он мог сразу назвать несколько рас, которые уже доказали верность Империи – ксъены, ногри, нозавриане, ий’таш, кубазы, синитины.

– Ага. – Траун не спеша выцедил кафф и поставил пустую чашку на поверхность стола, при этом слегка задев клавиатуру, отключая монитор. – Казнён лично главнокомандующим Лордом Вейдером. Как всегда – при помощи Силы.

Арана понимающе кивнул.

– И кто теперь назначен на эту должность?

– Тиаан Джерджеррод. Знаешь его?

– Наслышан. Умён. Талантлив. Осторожен, и в то же время, как это парадоксально бы ни звучало, решителен. Предан Империи… хотя Таркин тоже был ей предан.

– Ну, Джерджеррод, по крайней мере, не разрабатывал провальные доктрины, только лишь вредящие Империи. Он…

Сигнал коммуникационного устройства прервал чисса, заставив его недовольно взглянуть на развернувшийся в воздухе голографический объём, в котором проявилось изображение капитана «Предостерегающего» Дагона Нирица.

– Сэр – прошу извинить меня за то, что потревожил вас, – произнёс андариец, – но только что получено экстренное сообщение от Фаррела Расса. Разведывательный челнок подвергся атаке нескольких неизвестных космических кораблей класса истребителя, однако ничего похожего ранее не наблюдалось. Атака отбита, однако нападавшие применили против челнока Расса неизвестную технологию нейтрализации дефлекторных щитов, вследствие чего шаттл был вынужден совершить посадку на одной из планет системы Ран-Элос. На данный момент корабль накрыт изолирующим полем и экипаж проводит полевой ремонт, пытаясь восстановить работу генератора защитного поля.

– Ран-Элос довольно далеко отсюда, – задумчиво проговорил Траун, постукивая пальцами по столешнице. – Нам понадобится около семи часов, чтобы добраться туда. Гм… Вот что, капитан – свяжите меня с космическим командором Сивой. Корабли нагаев находятся гораздо ближе к Ран-Элосу, чем наша эскадра. Я попрошу Сиву отправить несколько кораблей на помощь группе Расса. Распорядитесь, чтобы главный навигатор Шенк проложил кратчайший курс до системы. Это всё.

– Да, сэр. – Нириц почтительно отсалютовал гранд-адмиралу и исчез из голообъёма.

– Интересное событие, вы не находите, Зедд? – Траун быстро взглянул на адъютанта. – Полагаю, что это именно те, о ком мы все думаем… Вот что – подготовьте зашифрованную депешу Лорду Вейдеру. Изложите в ней о последних событиях, подробно опишите боевой контакт с тацианами вблизи третьей планеты Ороми, включите туда рапорт о после Дратианской Федерации. Также укажите, что лидеры Наги готовы пойти на дальнейшее сближение с Империей. У меня всё, майор. Вы свободны.

– Слушаюсь, сэр. – Арана сдержанно кивнул и, развернувшись, направился к выходу из отсека. Но уже выходя в коридор, всё же не удержался и обернулся. При виде того, как в голографическом объёме возникло изображение бледнокожего худощавого гуманоида в военной форме, Арана понимающе усмехнулся и кивнул сам себе. Как всегда, у его шефа было заготовлено несколько вариантов наперёд и какой именно он решит реализовать, было ведомо только ему одному.


Глава 22.


Спустя пять недель после Явинской Битвы,

Дикое Пространство,

система Камино,

пятая планета – Камино,

Тимира-Сити,

Центр клонирования,

лаборатория №37.


Доктор О’Ран, не глядя, подхватил стоявший рядом с монитором стакан с тонизирующим напитком и залпом осушил его, даже не обращая внимания на то, что напитка там оставалось всего лишь на два глотка. Всё внимание каминоанца было сосредоточено на том, что показывал ему трёхмерный монитор его рабочего компьютера. Одна диаграмма сменяла другую, строки текста на каминоанском бежали по объёму чуть ли не скоростью вылетающих из турболазера зарядов. Но О’Ран прекрасно всё видел и ни одна деталь не ускользнула от внимания учёного. Не могла ускользнуть – уж слишком была важна работа, которой он сейчас занимался.

Клонирование для каминоанских генных инженеров не являлось чем-то таким уж запредельным. Поэтому создать клона по заказу какого-нибудь правительства или частного лица (буде таковое нашлось бы) им было не сложно. Но ситуация, с которой столкнулся доктор О’Ран, разительно отличалась от всего, с чем до этого имели дело каминоанские учёные. Воссоздать методом клонирования тело для самого Тёмного Лорда ситхов Дарта Вейдера, причём воссоздать его таким, каким мог бы выглядеть главнокомандующий Имперским Флотом на данный момент времени – тут требовалось не только мастерство клонодела. Нужно было прибегнуть к генерированию виртуального облика клона, для чего О’Ран и его ассистенты тщательно изучили весь материал по пациенту и с помощью ВИР-генератора создали виртуальную модель внешности Вейдера с учётом прошедших девятнадцати лет. После того, как облик клона был предъявлен заказчику и получил его одобрение, О’Ран со своей группой начал процедуру клонирования. И на данный момент она была завершена на семьдесят восемь процентов. Работа продвигалась успешно и каминоанец был очень доволен собой. Оставалась самая главная проблема – как переместить сознание Вейдера в тело клона, однако Тёмный Лорд успокоил О’Рана, сказав, что эта проблема является его личной проблемой и каминоанца она не касается.

Доктор О’Ран настолько был поглощён мелькавшими на мониторе графиками, формулами и диаграммами, что поначалу не обратил никакого внимания на странный шум, наполнивший его рабочий кабинет. Только когда в распахнувшуюся дверь буквально ввалился один из его ассистентов, доктор Мотра Иим, О’Ран недоумённо поднял голову от компьютера и уставился на коллегу.

– Что случилось, Мотра? – спросил он.

– Вы разве ничего не слышите, шеф? – Иим удивлённо уставился на О’Рана.

– А что я должен был услышать? – О’Ран нажал на клавишу «Пауза» на сенсорной клавиатуре.

– Сирену боевой тревоги, босс! – Иим покачал головой. – Нельзя же так углубляться в работу, что вы даже не расслышали сирену, которая воет уже несколько минут!

– Боевая тревога? – О’Ран непонимающе уставился на Иима и прислушался. – Да, действительно, сирена…

В этот момент в кабинет быстрым шагом вошёл имперский офицер-штурмовик в полном боевом облачении, державший в правой руке ручную бластпушку CR-1. Он оглядел обоих каминоанцев и кивнул сам себе, словно удовлетворённый тем, что предстало его взору.

– Господа – вам надлежит немедленно покинуть лабораторию и проследовать в сопровождении солдат охранного батальона в убежище, – тоном, не терпящим возражений, произнёс имперец. – Радар засёк группу неопознанных кораблей, которые быстро снижаются с орбиты и движутся строго на Тимира-Сити. Пока никаких враждебных действий они не предпринимают, но защитный экран над городом уже поднят, так как на наши запросы корабли не отвечают, и их бортовые идентификаторы не выдают опознавательных кодов Флота.

– Вы их классифицировали, полковник Коди? – спросил О’Ран.

– Да, но от этого ситуация не стала более понятной. Один из этих звездолётов – крейсер типа «Дредноут», остальные корабли – меньшего класса и движутся в сторону Тимира-Сити, при этом не отвечая на вызовы.

– Вы запросили поддержку?

– Да. С главной базы в Тайпока-Сити уже выслали семь LAAT-AS с десантом и четыре LAAT/c с бронетехникой. Однако, боюсь, что они прибудут сюда уже после того, как корабли высадят десант, а в том, что они именно это собираются сделать, я нисколько не сомневаюсь.

О’Ран растерянно огляделся. За спиной штурмовика замаячили каминоанские солдаты в боевой броне и с ручными плазменными излучателями в руках.

– И что вы намерены предпринять, полковник? – О’Ран переглянулся с Иимом, который стоял слева от него.

– Как я уже говорил, мы подняли щиты над городом, но этого может быть недостаточно. Сейчас мои люди заканчивают развёртывание мобильных комплексов ПВО, а силы безопасности Камино занимают позиции для обороны города. Я связался с орбитальной базой на синхроорбите и сейчас к нам выдвинуты два лёгких крейсера и Звёздный Разрушитель «Громовержец». Но до этого…

В этот момент по стенам коридор прошла дрожь, а вмонтированные в потолок осветительные панели замигали.

Коди многозначительно посмотрел на каминоанского офицера и едва заметно кивнул тому. Высокий гуманоид сделал знак своим солдатам и каминоанцы, держа наготове своё оружие, устремились в противоположную от лаборатории сторону.

– Господа учёные, – имперец повёл своей бластпушкой, – прошу следовать за мной. Судя по всему, нас всё-таки атаковали.

– Но дефлекторный щит…

– … можно отключить, – закончил за О’Рана Коди. – И я лично знаю, как минимум, два способа, как это осуществить. Про первый говорить не стану – сейчас как раз его пытаются осуществить, а вот второй… Второй предполагает наличие в городе диверсанта, и именно поэтому охрана генератора усилена… Док – вы стрелять умеете? – неожиданно спросил штурмовик.

– Что, простите? – не понял О’Ран.

– Бластером пользоваться умеете? – Коди направился в сторону, противоположной той, в которой скрылись каминоанские солдаты. За спинами обеих учёных совершенно неожиданно для обоих каминоанцев материализовались четверо штурмовиков в броне «хамелеон», с модернизированными бластерными карабинами Е-11 в руках.

– Чисто теоретически. – О’Ран слегка подтолкнул Иима, который замешкался на пороге лаборатории. – Полагаете, что может дойти и до этого?

– Если солдат не готов к самому худшему варианту – он не доживёт до конца сражения. – Бывший клон-коммандер Великой Армии Республики, а сейчас – полковник Штурмового Корпуса Имперских Вооружённых Сил, командир Пятого особого батальона, многозначительно повёл бластпушкой. – Если кто-то настолько обнаглел, что решил совершить налёт на Камино, то этот «кто-то» явно имеет для этого и возможности, и средства. «Дредноуты» нельзя купить в первом попавшемся оружейном магазине.

– Вы известили Верховное Командование Империи? – спросил Иим, следуя позади О’Рана.

– Ага. Известил. – Коди издал под своим шлемом звук, похожий на смешок. – Все каналы связи забиты помехами. Это вам ни о чём не говорит?

– Альянс? – О’Ран внимательно поглядел на имперца.

– Возможно. Пока мы ещё толком не разобрались в ситуации. Три кореллианских корвета «Убийца», дорнейская канонерка «Браха’ток», два рендилийских сторожевика и пять транспортов AEG-77.

– Несколько нетипично для мятежников, – протянул Иим. – Вроде такие корабли они не используют.

– Интересуетесь?

– Меня всегда привлекали космические корабли, полковник, – ответил каминоанец. – Так, почитываю кое-что, в Голонете поглядываю…

– Понятно. – Коди свернул за угол коридора, явно направляясь в сторону одной из внешних галерей города. – Что ж, иногда…

Сильное сотрясение, прокатившееся по полу, стенам и потолку коридора, едва не свалило с ног каминоанцев и сопровождавших их солдат. Коди, от неожиданного толчка с трудом удержавший равновесие, подхватил споткнувшегося О’Рана и помог каминоанцу устоять на ногах.

– Релл – рапорт! – бросил полковник в микрофон встроенного в шлем комлинка.

– Сэр – противник только что сбросил на город мощную бомбу! – донёсся до Коди голос одного из его офицеров. – Щит пока держит, но генераторы очень сильно перегружены! Ещё одного такого попадания он может не выдержать! Хатт знает, что это за бомба такая!

– Что значит – хатт знает? Капитан – вы что, не можете определить тип взрывного устройства? Взрыв вы видели? Лично, имею в виду?

– Извините, сэр, но это что-то абсолютно новое. Взрыв был похож на атомный, но никакой радиации при этом не было зафиксировано. Даже учитывая вероятность наличия у атакующих «сверхчистой» ядерной бомбы, первоначальная радиация была бы зафиксирована детекторами, но ничего такого они не заметили. Для барадиевой же бомбы сопутствующие факторы нехарактерны. Возможно, использовали ракету с боеголовкой из нергона-14.

– Так. – Коди, продолжая быстро идти по коридору, свернул за очередной поворот. – Что транспорты? Высадку десанта не планируют?

– Пока щит включён – это невозможно, – отозвался капитан Айрен Релл. – Поле не пропустит никакой материальный объект, имеющий скорость выше двух метров в секунду. Двигаться же с такой скоростью корабль не в состоянии. А генераторная станция находится под усиленной охраной трёх взводов штурмовиков с приданными им шагоходами и батальона сил самообороны.

– Надеюсь, что это так. – Коди мельком бросил взгляд на обоих учёных, которые следовали за ним под охраной четырёх солдат. – Сдаётся мне, всё это затеяно неспроста. Кому-то очень не нравится то, чем занимаетесь вы, док.

– Полагаете, их цель – именно мой проект? – О’Ран внимательно посмотрел на имперца.

– Ставлю на это сотню империалов.


Опасения командира Пятого особого батальона насчёт возможной диверсии на генераторной станции дефлекторного щита Тимира-Сити, к счастью, не подтвердились. По-видимому, инфильтрировать своего агента нападающие либо не собирались, предпочитая действовать грубой силой, либо просто на это у них не было времени. И второе казалось имперскому офицеру более реальным вариантом. Следовательно, скорее всего, здесь имперцы и силы безопасности Камино имели дело не с регулярными войсками Альянса (почему-то это словосочетание – «регулярные войска Альянса» – вызывало у Коди идиотскую ухмылку, поскольку бывший офицер ВАР не считал разномастное воинство мятежников регулярной армией), а с некими наёмниками, которых подрядили на выполнение грязной работёнки по заказу повстанческих лидеров. А в том, что за нападением на Тимира-Сити стоят именно главари бунтовщиков, Коди не сомневался ни на йоту.

Взрыв второй бомбы, сброшенной с орбиты – на сей раз детекторы однозначно показали, что бомбардировку проводил зависший на кромке планетарной атмосферы рендилийский тяжёлый крейсер типа «Дредноут» – пришёлся точно на сектор щита, закрывавшему центральную часть города. И хотя щит выдержал и это попадание тяжёлой ракеты с боеголовкой из нергона-14 – на сей раз тип взрывчатки был определён точно – но на небольшом участке его, именно в эпицентре взрыва, мощность поля упала практически до нуля, чем тут же воспользовались нападавшие. Под прикрытием одного сторожевика и канонерки транспорты быстро снизились и успели миновать выключенный участок щита до того, как техникам на станции удалось перенаправить потоки энергии на повреждённый взрывом сектор. «Браха’ток» успел отвернуть от включившегося дефлектора и уйти в сторону, а вот сторожевой корабль этого сделать не смог и на большой скорости врезался в щит, превратившись в шар ослепительного пламени, из которого во все стороны прянули раскалённые обломки.

В высадившихся на одной из посадочных платформ Тимира-Сити десантниках Коди, к своему немалому изумлению, узнал боевиков «Чёрного Солнца», облачённых в характерную для них чёрную броню со стилизованным изображением солнца с восемнадцатью лучами. Вооружены боевики, надо было признать, были весьма отменно – бластеры, лучевые винтовки, ручные лучемёты и плазменные ручные пушки, а у двоих были при себе переносные ракетные противотанковые комплексы. Полковник покачал головой, глядя на транслируемую с одного из поднятых в воздух БПЛА видеокартинку, которая передавалась на тактический монитор в полевой штаб Пятого батальона, располагавшийся под прикрытием толстой брони командно-штабной машины QH-7 «Колесница» на репульсорном приводе, которая в данную минуту неподвижно покоилась на одной из открытых городских платформ под прикрытием шести AT-DP и двух тяжёлых репульсорных танков S-1.

– Как вам это нравится, сэр? – Айрен Релл кивком головы указал на тактический монитор. – Они что, совсем ум потеряли, что ли?

– Релл – они бандиты и стоит кому-нибудь потрясти перед носом Ксизора или Циввита пачкой кредиток, как они всё что угодно сделают за эти кредитки. Тем более, что Ксизор люто ненавидит Лорда Вейдера за то, что тот приказал семь лет назад зачистить территорию в районе родного города фоллинца. Помнишь тот случай, там ещё была утечка вируса из биолаборатории?

– Что-то такое припоминаю. – Капитан Релл, уроженец Алсакана, кивнул командиру. – С тех пор у этого зеленокожего мудака зуб на командующего.

– И кто-то подрядил его на это дельце. – Коди хмыкнул.

– Кто – как раз понятно. Только вот всё это как-то… странно выглядит, вы не находите, сэр?

– Странно? – Коди снял шлем и аккуратно положил его на откидной столик. – То есть?

– На что они рассчитывают? – Релл пожал плечами. – Пять AEG-77 – это, по сути своей, капля в море. Максимум, что может нести такой транспорт – двенадцать десантников, и это если модернизировать корабль. Шестьдесят десантников – это же до смешного мало, сэр! Нас здесь шестьсот двадцать штурмовиков с боевой техникой, а добавьте к этому каминоанский гарнизон – что получается?

На поверхности силового поля ярко полыхнуло, раздался звук взрыва, за ним – ещё один. БПЛА, паривший в воздухе под щитом, показал ведущий по поверхности дефлекторного щита огонь из торпедной установки корвет класса «Убийца». Экипаж корвета открыл огонь из торпедной установки, заряжённой протонными торпедами, но одного не учли те, кто находился на борту «Убийцы» – каминоанские города были защищены дефлекторными щитами обоих классов. Первый класс представлял собой так называемые лучевые, или энергетические, щиты, защищавшие от энергетического оружия, второй же тип щитов – корпускулярные – обеспечивал защиту от ракет, торпед и прочих деликатностей этого ряда. Поэтому смысла в бомбардировке, особенно после того, как транспорты высадили десант, полковник не видел. Деморализация обороняющихся? Ха, тут вам не сброд из Внешнего Кольца и не желторотые новобранцы – Пятый особый батальон входил в состав 501-го легиона, а там слабонервные не служили. Там вообще мало было обычных людей – большую часть этого элитного подразделения Штурмового Корпуса составляли именно клоны, выращенные перед самым разгаром так называемого «сепаратистского кризиса» здесь, на Камино. И труса перед лицом врага 501-й легион никогда не праздновал, будь то сражение на Мустафаре против войск Гизора Деллсо или подавление мятежа антиимперской группировки на Камино в 12 ДБЯ.

– Сэр, – в сторону Коди повернулась голова одного из операторов, сидящих за пультом в полуметре от полковника, – получено сообщение от командира «Громовержца» капитана Уэддока. Подлётное время отряда поддержки – две минуты. Лёгкий крейсер «Арклан» готовится выйти на дистанцию ведения огня по тяжёлому крейсеру противника. Десантное подразделение капитана Линна также на подлёте. Высадившийся десант противника вступил в боевое соприкосновение с силами безопасности Тимира-Сити.

– Выдвинуть на помощь каминоанцам три взвода штурмовиков и подразделение AT-DP, – распорядился Коди, по-прежнему глядя на тактический монитор. – Блокировать Вторую и Четвёртую эстакады, на Третью перебросить пять шагоходов и два танка 1-L. Дополнительные силы передислоцировать к станции защитного экрана…

Неожиданно полковник замолчал и уставился широко раскрытыми глазами на монитор, показывающий состояние и конфигурацию дефлекторного щита.

– Сэр? – Айрен Релл удивлённо взглянул на командира особого батальона Штурмового Корпуса.

– Какую конфигурацию имеет силовой щит города? – медленно произнёс Коди, не отводя глаз от монитора. – Он ведь предназначен для защиты от бомбардировки и возможной высадки десанта?

– Но он не защищает город снизу, со стороны поверхности океана! – дураков в Штурмовом Корпусе не было, и алсаканец сразу понял, что имел в виду его командир. – Это отвлекающий манёвр!

– Полагаешь? – прищурился Коди.

– Ставлю своё месячное жалованье, сэр!

– Но если так – то какова их цель?

– Лаборатория доктора О’Рана!

– Дерьмо! – Коди подхватил со столика шлем. – Релл – остаёшься здесь! Координируешь наши действия с действиями каминоанцев! Где лейтенант Гарт?

– Со своим взводом у транспортной эстакады…

– Немедленно вызвать его сюда! И пусть местные выделят пару-другую десятков своих бойцов! – полковник подсоединил шлем к бронекостюму и бросился к выходу из штабной машины. – Свяжись с пилотами экранопланов – пусть поднимаются в воздух и тралят океан глубинными бомбами! Где-то поблизости должна ошиваться хаттова подлодка – иначе как тогда эти мерзавцы проникли по эту сторону щита?!

– Есть, сэр!

Коди едва ли не вывалился из «Колесницы», придерживая бластпушку обеими руками. Остановился в метре от машины и огляделся. К штабной машине бегом уже спешил взвод штурмовиков в «хамелеонах», однако вместо привычных модернизированных Е-11 каждый из солдат держал в руках тяжёлый ручной лучемёт M-24 с подствольным гранатомётом. Ударное подразделение лейтенанта Гарта специализировалось на проведении штурмовых операций в условиях городской застройки, что на Камино наблюдалось сплошь и рядом, поэтому Коди вполне справедливо рассудил, что именно штурмовики Гарта могут пригодиться, если вдруг диверсионный отряд мятежников – а в том, что диверсионная группа, проникшая в город, состоит именно из спецназовцев Альянса, командир Пятого особого не сомневался – сумеет пробраться на лабораторные уровни.

– Сэр – по вашему приказанию… – начал было докладывать лейтенант Гарт, однако Коди жестом остановил его.

– Следуете за мной, лейтенант, – распорядился он. – И сопроводите докторов О’Рана и Иима в защищённое убежище. – Полковник жестом подозвал к себе обоих генетиков. – Господа – я сожалею, но вам, вполне возможно, придётся какое-то время посидеть взаперти и под охраной. Если цель нападавших – вы и ваша лаборатория, то…

Коди многозначительно развёл руками.

– Мы всё понимаем, полковник. – О’Ран степенно кивнул своей небольшой головой на длинной шее. – И благодарим вас за заботу.

– Ну, так я именно для этого здесь и нахожусь, док. – Коди хмыкнул и сделал условный знак сопровождавшим учёных штурмовикам. – За мной, парни. – Коди снял с предохранителя свою CR-1 и заторопился в том же направлении, откуда он совсем недавно пришёл вместе с учёными. Штурмовики двинулись вслед за ним.


Глава 23.


На противоположном конце эстакады, которая вела к центру клонирования, штурмовиков встретило подразделение сил безопасности Камино – два десятка солдат-каминоанцев, вооружённых плазменными излучателями и облачёнными в боевую броню. Их командир – высокий каминоанец, на броне которого был выгравирован знак, обозначающий офицера – при виде штурмовиков выступил вперёд, прижав к груди сжатую в кулак левую руку.

– Полковник Коди – я лейтенант-командор сил безопасности Ак Аз, – представился гуманоид. – Моё подразделение придано вам для усиления.

– Рад знакомству, лейтенант-командор. – Коди кивнул каминоанцу. – Если дойдёт до боестолкновения – тяжёлое оружие не применять. По возможности, нужны пленные.

– Так точно, сэр, – кивнул Аз.

– Вперёд.

Внутри лабораторного комплекса царила тишина. И ни одной живой души не попадалось штурмовикам и каминоанским безопасникам на их пути. Гражданский персонал лабораторий был эвакуирован, а местные безопасники заняли позиции в ключевых точках комплекса. Штурмовики неслышимыми тенями скользили по коридорам, держа наготове оружие и активировав маскировочное покрытие своих бронекостюмов.

Время от времени в шлеме полковника оживал комлинк, голосом Релла сообщая о том, что происходит снаружи. А снаружи происходили ОЧЕНЬ ИНТЕРЕСНЫЕ события. Начать с того, что «Дредноут», едва лишь его экипаж увидел приближающийся к нему ИЗР в компании двух лёгких крейсеров «Страж», рванул со своей позиции так, словно ему приделали ещё один двигатель или же его капитана за зад укусил какой-нибудь свирепый хищник. Укусил – да и отхватил половину. Один из «Стражей» двинул на перехват, однако «Дредноут» так быстро отвалил от планеты и включил гипердрайв, что имперский боевой корабль лишь увидел кормовые габаритные огни. И только. Три корвета попытались было повторить манёвр «Дредноута», но состязаться в скорости со «Стражами» они не могли. Два MCR90 превратились в облака пара и разлетающихся во все стороны обломков после того, как второй крейсер, сосредоточенным огнём своих лазерных орудий сбив щиты, поразил оба корабля «Чёрного Солнца» точно в двигатели, третий корвет был захвачен притягивающим лучом, сгенерированным «Громовержцем», и втянут в его ангар. Канонерка сумела избежать слишком пристального внимания со стороны имперских звездолётов и, увернувшись от назойливых СИД-истребителей, выпущенных Звёздным Разрушителем, тоже ушла в гиперпространство. Оставшийся на ходу второй рендилийский сторожевик, зажатый между силовым щитом и боевыми кораблями имперцев, предпринял отчаянную попытку прорваться в открытый космос, чтобы последовать за «Дредноутом» и корветами, но выпущенные Звёздным Разрушителем заряды ионной энергии обездвижили корабль синдиката, после чего имперские канониры хладнокровно расстреляли беспомощный звездолёт тяжёлыми турболазерами.

Высадившийся десант боевиков Ксизора штурмовики и каминоанские безопасники прижали к краю той самой платформы, на которую те высадились. Высадиться-то они высадились, да вот сесть обратно на транспорты они уже не могли – все пять AEG-77 благополучно и весьма быстро погружались на дно каминоанского океана, превращённые огнём истребителей в облака обломков. Поэтому, прекрасно понимая, что живыми их отсюда вряд ли выпустят, боевики «Чёрного Солнца» отчаянно сопротивлялись, однако силы было явно неравны. Противостоять закованным в броню имперским штурмовикам, да ещё поддерживаемых шагоходами и танками, они явно были не в состоянии.

Все эти новости Коди выслушивал на ходу, двигаясь по коридорам центра клонирования, держа в правой руке бластпушку. По-прежнему вокруг всё было тихо и спокойно, и этот уже порядком начинало нервировать командира Пятого батальона. Нет, с нервами у Коди всё было в порядке, иначе бы он давно уже получил «белую метку» при медосвидетельствовании – просто сработало чутьё солдата. По его жесту штурмовики плотнее сомкнули ряды; местные же безопасники, разделившись на две группы, двигались впереди и позади имперцев, прикрывая их от нападения с тыла и от фронтальной атаки. Но всё же что-то было не так, и Коди мог дать голову на отсечение, что что-то должно произойти. Причём не слишком приятное для штурмовиков.

Где-то за очередным поворотом коридора раздалось несколько выстрелов из бластера, затем грохнул взрыв. Повинуясь жесту командира, штурмовики и безопасники тут же изготовили оружие к бою и осторожно, по двое, двинулись вперёд.

За углом кто-то издал протяжный крик, причём исходил он явно не из человеческого горла. Коди нахмурился под шлемом и поднял бластпушку. Осторожно приблизился к повороту и выглянул из-за угла. И недоумённо приподнял брови.

У лежащего на белом полу тела, облачённого в лёгкую полевую броню разведчика Альянса, рядом с которым валялась бластерная винтовка А-280, стояла рослая фигура в мандалорском доспехе, держа в правой руке бластерный карабин ЕЕ-3. В каждой из набедренных кобур виднелось по бластеру модели ESBF. Он слегка дотронулся до лежащего на полу носком бронированного ботинка и слегка кивнул сам себе.

Коди сделал условный знак левой рукой, правой по-прежнему держа бластпушку, и трое штурмовиков немедленно устремились в сторону незнакомца, держа его под прицелом лучемётов.

– Стоять на месте! Оружие на пол!

При этих словах человек в мандалорской броне не спеша повернулся в сторону приближающихся штурмовиков, по-прежнему держа в правой руке карабин, направленный стволом вниз. И при виде этого весьма узнаваемого зеленоватого шлема с характерной вмятиной Коди хмыкнул и опустил оружие, поскольку он хорошо знал, кто именно скрывается под этим доспехом.

– Спокойно, парни! – командир Пятого особого батальона вышел из-за угла и направился прямиком к замершей в ожидании фигуры. – Это не противник.

– Полковник Коди – рад вас видеть, – произнёс мандалорец на корусанти. – Я так понимаю, вы здесь с той же целью, что и я?

– Цели у нас могут быть диаметрально противоположными, Фетт. – Штурмовик усмехнулся. – Надеюсь, в этот раз не так, а?

– Угадали. – Из-под шлема мандалорца донёсся смешок. – Я здесь по личной инициативе, полковник. Просто получилось так, что мне стало известно о планах «Чёрного Солнца».

– Каким образом? – Коди с некоторым подозрением взглянул на Фетта.

– Дело было у меня одно, на Тассалии. Я должен был встретиться со своим связным на этой планете и так уж случилось, что связного этого преследовали как раз парни Ксизора. В детали вдаваться не стану, просто пришлось кое-кого прижечь, кое-кого – схватить для допроса. И вот тогда и выяснились очень любопытные детали. И детали эти привели меня к вам.

– Очень вовремя, надо заметить. – Коди взглянул на лежавшего на полу мятежника, принадлежащего к расе ботанов – гуманоидов с планеты Ботавуйя, в шлеме которого виднелось прожжённое бластерным выстрелом отверстие. – Ваша работа?

– Этот болван отстал от своей группы. – Фетт повёл плечами. – А может, и не отстал, может, просто прикрывал тыл. – Мандалорец усмехнулся. – Похоже, разведдиверсионное подразделение Альянса. Да ещё и ботан.

– Не люблю этих хитрожопых типов. – Коди брезгливо поморщился под шлемом. – Всегда надо держать ухо востро с ботанами. Имел опыт, хатт его дери! Чуть без головы не остался!

– И я о том же.

Фетт повернул голову в том направлении, в котором двигался сводный отряд штурмовиков и каминоанских солдат.

– Я посадил свой корабль на одной из платформ нижнего уровня города, – проговорил охотник за головами. – Вейдер дал мне специальный код доступа, благодаря которому я могу беспрепятственно садиться где угодно… ну, разве что за исключением военных баз, там только с разрешения лично командующего. Так вот – я приземлился и в качестве личного посланника Лорда Вейдера меня поселили в одной из жилых секций одного из нижних уровней. Было понятно, что «Чёрное Солнце» готовит акцию против клон-центра, если принимать во внимание ту информацию, которую я выудил на Тассалии. Я только не знал, когда это произойдёт, но, похоже, терпения у Ксизора в этом вопросе не было так уж и много… если оно вообще у него было…

– У фоллинца большой зуб на Лорда Вейдера…

– Мне об этом прекрасно известно, полковник. – Фетт смерил штурмовика взглядом с ног до головы, что заставило Коди вспомнить о том, КЕМ был отец Бобы. – То, что его болваны тупо попёрлись на щит – молодцы, сами сообразили. Хотя в Пятьсот Первом идиотов не держат… А то, что здесь участвуют диверсанты Альянса, тоже сами додумались?

– Это было очевидно, – пожал плечами Коди. – Сами боевики Ксизора вряд ли справились бы с таким делом – кишка уж больно тонка.

– Верно, – согласно кивнул головой мандалорец.

– Вы их видели?

– Издали. Я старался не попадаться им на глаза, чтобы иметь перед ними тактическое преимущество. Двенадцать спецназовцев… нет, теперь уже одиннадцать. В город проникли через нижние уровни, использовали для этого небольшую подводную лодку. Вы её тоже, наверное, ищете?

– Пытаемся.

– Она притоплена вблизи причала для морских судов в западной части города. Кажется, номер причала Четыре, если я верно всё понял.

– Четвёртый причал? – Коди тут же включил комлинк и передал полученную от Фетта информацию Реллу. Снова посмотрел на мандалорца. – Однако, стоя здесь, мы теряем время. Нужно двигаться за террористами. Фетт – вы с нами?

– Ну, вообще-то я предпочитаю работать за соответствующую плату, но тут дело касается того, кого лучше не злить. Так что – да, я с вами.

– Отлично. – Коди сделал знак штурмовикам и каминоанцам продолжить движение. Фетт молча присоединился к отряду, пристроившись слева от командира Пятого батальона.

Миновав несколько пересечений с другими коридорами, штурмовики и безопасники очутились перед выходом на широкую закрытую галерею, защищённую от внешней среды куполом из прозрачного транспаристила. В дальней её части виднелись четыре входа в коридоры, ведущие внутрь жилых и исследовательских строений города, но нигде не было видно ни одной живой души. Впрочем, ни одной мёртвой – тоже.

– И куда теперь? – Коди огляделся. – Джадд – давай сюда следоискатель!

Один из солдат приблизился к полковнику, снимая на ходу с пояса бронекостюма небольшой прибор, представлявший из себя компьютерный блок со встроенной системой сканеров, который крепился к металлопластовой рукояти длиной сантиметров в сорок. Он быстро настроил устройство, после чего в верхней части корпуса вспыхнул небольшой монитор, на котором возникли разнокалиберные линии, концентрические окружности и ломаные многоугольники, понятные только тому, кто был обучен работе с этим весьма хитроумным и сложным детищем имперской электроники, выпускаемом одной малоизвестной широкой публике компании с Андары.

– Сэр – они прошли вон в тот проход. – Закованная в броню рука солдата указала на крайний справа коридор, ведущий как раз к лаборатории доктора О’Рана. – И это очень плохо.

– Сам знаю. – Настроение у Коди резко упало. – Они попытаются уничтожить все записи дока и, что самое плохое – образец. Нужно спешить.

– Я пойду вперёд, если вы не возражаете, полковник. – Голова в мандалорском шлеме слегка повернулась в сторону Коди.

– Не возражаю, – буркнул офицер-штурмовик. – Только всех там не перебейте, Фетт. Оставьте хотя бы одного для допроса.

– Вы полагаете, что от этого будет какой-то толк? – мандалорец безразлично пожал плечами. – Ладно, как хотите.

Коди сделал условный знак своим людям и каминоанцам и сводный отряд из имперских штурмовиков и местных безопасников быстро растворился в коридоре, на который указал следоискатель.


Наивно было предполагать, что диверсионная группа Альянса не обеспечит свою тыловую безопасность. Судя по всему, до них дошло, что прикрывающий их с тыла спецназовец уже ничего не прикрывает, поэтому они озаботились обеспечением безопасности на свой лад. Остановившись перед очередным поворотом коридора, что вёл к лаборатории О’Рана, Коди осторожно выглянул из-за угла и увидел Бобу Фетта, сидящего на корточках точно посреди коридора, на равном удалении от обеих стен. Мандалорец что-то внимательно разглядывал, и это «что-то», судя по всему, было протянуто над полом на небольшой высоте.

– Фетт? – Коди осторожно приблизился к охотнику за головами. Тот при приближении штурмовика покачал головой, не оборачиваясь, и сделал предостерегающий жест.

– Они установили растяжку, используя мономолекулярный трос. – Фетт рукой указал на прилепленные к стенам коридора на уровне колена человека среднего роста небольшие диски, цветом почти неотличимые от цвета материала стен. – И поставили в качестве подарков разрывные гранаты.

– Растяжку можно снять?

– Я как раз этим сейчас и занимаюсь.

Фетт очень аккуратно, стараясь не потревожить тончайший и прочный трос из армированного волокна, провёл пальцами по нити и задумчиво поглядел влево. Поднявшись на ноги, мандалорец очень медленно прошёл вдоль растяжки и остановился как раз напротив гранаты. Осмотрел её. Хмыкнул. И… выдвинув из правой наручи вибролезвие, резким движением перерезал волокно.

– Стой, какого… – только и успел выкрикнуть Коди.

– Чего дёргаетесь? – усмехнулся Фетт. – Детонаторы срабатывают лишь тогда, когда происходит одновременное воздействие на детонационные кольца, а при перерезании троса ничего не происходит. Небрежная работа! – презрительно фыркнул мандалорец. – Я бы на месте этих неучей поставил бы всю конструкцию на неизвлекаемость. Хотя… чего ещё можно ожидать от вчерашних фермеров и водителей атмосферных грузовиков?

– Положим, не все в Альянсе такие, – заметил Коди, качая головой. Да, репутация Фетта говорила сама за себя.

– Не все, – спокойно согласился мандалорец. – Но большинство. Ладно, давайте дальше двигать. Мы только время…

Слова Фетта заглушил прозвучавший где-то в глубине здания взрыв, за которым последовали звуки бластерной стрельбы.

– Вперёд! – Коди сорвался с места, изготавливая к бою свою бластпушку. Штурмовики и каминоанские безопасники устремились вслед за ним. Хмыкнув, Фетт последовал за ними.

Достигнув ещё одной галереи, меньшей по размеру, чем та, которую им довелось пройти на пути во внутренние помещения научных модулей, штурмовики и каминоанцы, пока ещё невидимые противнику из-за высокого парапета, изготовив своё оружие к бою, внимательно оглядели развернувшуюся перед их взорами сцену. Перед входом в лабораторный комплекс, перед высаженными взрывом гранаты дверьми, на полу лежали двое каминоанских солдат, всё ещё сжимавших в своих руках лазерные винтовки. Трое людей в разведформе Альянса с А-280 в руках стояли перед входом в лаборатории, настороженно вглядываясь в глубину двух коридоров, сходящихся перед небольшим холлом.

Прежде чем Коди принял решение о дальнейших действиях, на сцене появилось новое действующее лицо. Боба Фетт, судя по всему, особых проблем в обращении с террористами и мятежниками не испытывал, поэтому просто поднялся в воздух с галереи, включив свой ранцевый реактивный двигатель, и открыл огонь по противнику из своего ЕЕ-3. Не ожидавшие такого поворота событий спецназовцы Альянса бестолково засуетились и принялись палить по атаковавшему их мандалорцу из своих винтовок. Не попали, ясное дело, а вот Фетт метким выстрелом в голову свалил одного из повстанцев, двое других сразу же юркнули внутрь, продолжая отстреливаться от мандалорца. Это не помогло – внутрь полетели сразу две ракеты, одна за другой.

– Фетт – какого хатта ты творишь?! – заорал Коди, высовываясь из-за парапета и делая пару выстрелов из CR-1 по укрывшимся за дверным косяком мятежникам. – Там же оборудование тонкое находится!

– Я же по нему не палю! – отозвался охотник за головами, спускаясь на уровень входа и вгоняя внутрь несколько зарядов из бластерного карабина. Вслед за энерголучами внутрь полетела кассетная граната, разорвавшаяся точно на пороге и окатив спецназовцев облаком шрапнели. И сразу же после этого стрельба прекратилась.

– Быстро за мной! – Коди подхватился с места и буквально скатился по закруглённой лестнице, держа на весу бластпушку. Фетт же уже скрылся внутри лабораторного комплекса.

Надо отдать должное спецназовцам Альянса – сопротивление они оказали достойное. Но! Во-первых, А-280 значительно уступали ручным лучемётам М-24, во-вторых, броня штурмовиков, в отличие от формы спецназа мятежников, была оснащена персональными силовыми щитами, которые вполне эффективно справлялись с бластерными выстрелами. Ну, а в-третьих, кто, как вы полагаете, был лучше обучен? То-то же. В общем, бой получился довольно скоротечным и закончился он тем, что на матово-белом полу лабораторного бокса остались лежать восемь трупов в полевой форме спецназа Альянса.

Коди бросил быстрый взгляд в сторону одного из штурмовиков, которому оказывал помощь каминоанский военный медик – у одного из мятежников оказалась не бластерная винтовка, а ручной плазмоизлучатель, которому удалось пробить дефлектор, но броня всё же выдержала попадание заряда плазмы, хотя солдат и получил контузионный шок, и подошёл к Фетту, который в задумчивости стоял над одним из убитых, рассматривая его. Штурмовик проследил за взглядом мандалорца, несколько недоумевая, почему этот бунтовщик вдруг привлёк внимание Фетта.

– Вы знаете, кто это? – неожиданно спросил Боба, обращаясь к Коди.

– Понятия не имею, – пожал плечами полковник. – А вы?

– Знаю. Алстен Кораду. Бывший офицер мандалорских вооружённых сил, дезертировавший несколько лет назад и присоединившийся к мятежникам. Думаю, это решение он принял под влиянием идей своей подружки…

Фетт замолчал и бросил на Коди внимательный взгляд.

– Вы так на меня смотрите, словно мне знакома эта его подружка! – фыркнул тот.

– Кто может знать? – неопределённо ответил мандалорец. – Вам имя Таллисибет Эвандунг-Эстерхази ни о чём не говорит?

– Нет. А должно?

– Джедай. Беглый. Укрывалась на Мандалоре, в своё время была довольно дружна с Асокой Тано. Улавливаете мысль, полковник?

– Вы хотите сказать, что за всем этим стоит падаван Тано?

– Она давно уже не падаван. Мне неизвестно, где она завершила своё обучение и завершила ли она его вообще, но факт того, что теперь в Альянсе её зовут не иначе, как «мастер Тано», известен мне уже некоторое время.

– Джедаи… – Коди мрачно посмотрел на убитого мятежника. – Я-то думал, их уже и не осталось в галактике…

– Да есть ещё немного, – усмехнулся Фетт. – К сожалению, не все из них самоустранились от дел, как Куинлан Вос, воспитывающий сына, или Джакс Паван, ставший частным сыщиком на Корусанте.

– Они поступили очень дальновидно. – Коди окинул взглядом лабораторию, которой, судя по беглому осмотру, мятежники не успели причинить сколь-нибудь серьёзного урона. – Так. Осмотреться, проверить всё оборудование. Что непонятно – не трогать. Командующий нам потом руки-ноги поотрывает и в задницы засунет! – он включил комлинк. – Релл – доклад об обстановке!

– Ситуация полностью под нашим контролем, сэр, – доложил алсаканец, при этом в эфире не было слышно никаких посторонних шумов. – Противник почти полностью уничтожен, несколько боевиков захвачены в плен. Передать их ИСБ? Или пусть местные с ними разбираются?

– Нападение было совершено на Камино, так что пусть местные органы безопасности возьмут их в оборот, – ответил Коди после некоторого раздумья. – Но с условием – оперативники ИСБ должны присутствовать при допросе.

– Да, сэр.

– Наши потери?

– Двое легкораненых, местные потеряли четверых убитыми и трое получили ранения различной степени тяжести.

– Что с подлодкой? Удалось обнаружить?

– Так точно. После того, как вы передали нам данные, я распорядился выслать в тот район парочку экранопланов. Экипаж подлодки сдался после третьего бомбометания, сейчас они находятся у местных.

– Отличная работа, Релл. – Коди снова окинул взглядом лабораторию. – распорядитесь, чтобы О’Рана и его коллегу доставили в лабораторный комплекс. Нужно тут всё осмотреть на предмет возможных повреждений и наличия всяких неприятных сюрпризов типа компьютерных вирусов. Мне что-то не очень хочется тут что-либо трогать и нажимать.

– Слушаюсь, сэр.


Глава 24.


Регион Среднее Кольцо,

район системы Гарос,

борт Имперского Звёздного Суперразрушителя «Палач»,

спустя стандартные сутки после атаки на Центр клонирования.


Стоя у огромного бронированного обзорного иллюминатора из транспаристила, полукругом опоясывающем одну из многочисленных обзорных палуб гигантского боевого корабля, я молча смотрел на мрачную пустоту космического пространства, простёршуюся на сотни световых лет по обе стороны от Имперского Звёздного Суперразрушителя. Конечно, абсолютной эта пустота не была, но всё же вид космической бездны заставлял иной раз затаить дыхание и долго-долго разглядывать далёкие звёзды и туманности. Здесь всё виделось совсем по-иному, не так, как это представлялось из-под покрова планетных атмосфер. Здесь не было преломляющего и искажающего свет звёзд воздуха, не было застилающего поле обзора смога, как над крупными промышленными мирами – лишь первородная чистота и покой. Целые расы могли бесследно исчезнуть с галактической сцены – Космосу на это было глубоко наплевать. Он всё так же будет холоден и смертоносен. Как за миллиард лет до появления первой жизнеформы в галактике и как через миллиард лет после того, как исчезнет последний отголосок жизни.

Однако здесь, вблизи колоссального корпуса «Палача», космос отнюдь не был так пуст, как это могло показаться с большого расстояния. С обеих сторон огромный звездолёт сопровождали Звёздные Разрушители стандартного класса, прикрывая его от возможной атаки противника, хотя нужно было быть совсем больным на голову, чтобы рискнуть атаковать девятнадцатикилометровый ЗСР, способный залпом одной-единственной батареи развалить на части любой звездолёт. Но, как говорится – лучше перебдеть, чем недобдеть. А я не собирался повторять ошибок самоуверенного Таркина – моя цель заключалась в том, чтобы принести, наконец, в галактику мир и процветание под знамёнами Галактической Империи и сокрушить последние оплоты бунтовщиков, жаждущих вернуться ко временам так называемой «демократии», когда любой планетарный губернатор или мофф сектора мог просто открытым текстом послать куда подальше Сенат и продолжать действовать так, как ему заблагорассудиться. В Империи же такое было невозможно априори. Любого самодура я лично мог удавить за считанные секунды, хотя и не очень любил этим заниматься. К счастью, после Таркина идиотов вроде как больше не находилось.

Но вернёмся к реальности. Итак – что мы имеем в данный момент в обозримой невооружённым глазом части космоса? А вот что. Четыре ИЗР – «Тиран» Ксамуэля Леннокса, «Преследователь» Акала Зеда, «Завоеватель» Фира Алимы и «Судья» Лиммара Крина следуют на почтительном удалении от «Палача» по левому борту, при этом очень умело расположившись в пространстве и обеспечивая защиту не только ЗСР, но и друг друга. Справа двигались ещё три Разрушителя – «Месть II» Амиса Гриффа, «Мститель» капитана Нииды и «Опустошитель» под командованием Малика Клиззе. «Обвинитель» капитана Джорда Вароса и «Огненный Ветер» капитана Краспена Зорабоса располагались над и под корпусом «Палача», а довершал картину двигавшийся в космосе несколько отдельно от основных сил Эскадры Смерти – именно такое название я присвоил своей личной ударной эскадре – крейсер-заградитель типа «Воспрещающий» под командованием капитана Кандара Тека. А между кораблями Эскадры постоянно сновали, выполняя патрульные функции, СИД-истребители и перехватчики.

Мой взор переместился несколько ниже и охватил ту часть исполинского корпуса, которая была видна с этой обзорной палубы. «Палач» впечатлял, что и говорить. Во всём его облике ощущалась всеподавляющая мощь, способная превратить поверхность любой планеты в оплавленный шлак за буквально пару часов. Вместе с тем, благодаря внесённым в его конструкцию изменениям и новинкам, удалось, в частности, уменьшить число членов экипажа до приемлемого уровня, вместо того, чтобы раздувать экипаж этот самый до численности небольшого города. Именно экипаж – обслуживающий сорок шесть тысяч солдат и почти шестьсот единиц бронетехники, а также двенадцать эскадрилий СИДов и две сотни десантных и вспомогательных кораблей, базирующихся на ЗСР, урезанию не подвергся. Не зря, ох не зря, я обратил внимание Уэссекс на малоизвестную компанию с Алиона, небольшой планеты в Среднем Кольце, находящуюся в двадцати парсеках от Феды, производящую весьма неплохие компьютеры и имеющую опыт в разработке систем ограниченного ИИ. «Алионское Программное Обеспечение» до того момента довольствовалось экспортом своей продукции, кстати сказать, весьма отменного качества, в близлежащие миры, и вроде как и не помышляло о выходе на галактический рынок, но после того, как Бэддон Фасс во время миссии на Агамаре ознакомился с сельскохозяйственными дроидами алионского производства (непреднамеренно, скажем так, поскольку в его функции это не входило), он отправил мне полный отчёт на эту тему. Внимательно изучив его, я связался с Уэссекс и рекомендовал ей обратить внимание на «Программное Обеспечение», что и было сделано. Итог: на «Палаче» был установлен управляющий компьютер типа «Стратег» с новой версией ограниченного Искусственного Интеллекта, что потребовало присутствия на борту звездолёта сорока процентов членов экипажа от первоначального количества. Это позволило увеличить число базирующихся на «Палаче» солдат сразу на восемь тысяч бойцов. Согласитесь – лишняя дивизия никогда и никому не помешает. Особенно в такое время, как сейчас.

Мысли мои переключились на происшедшие на Камино события. Не умаляя заслуг полковника Коди и неожиданно появившегося там Бобы Фетта, я всё же вынужден был признать, что действия нападавших были не просто далеки от идеала – они были идиотскими и непродуманными. Ну, с Ксизором всё понятно, эта зеленомордая образина всё никак не может простить мне того, что я отдал приказ семь лет назад зачистить территорию на Фоллине, подвергшейся биологическому заражению, при этом погибла практически вся семья Ксизора. А что ещё мне оставалось тогда предпринять, чтобы устранить последствия головотяпства Раса Толкурти, руководившего проектом? Если бы тогда не был нанесён орбитальный удар, то сейчас на всём Фоллине не было бы ни единой живой души. Поэтому отношение ко мне фоллинца было вполне объяснимо. А вот почему Альянс вообще пошёл на такое, с позволения сказать, сотрудничество с «Чёрным Солнцем»? Зачем ему сдались эти боевики? Могли вообще попробовать скрытно высадиться на Камино и пробраться в Центр клонирования. Могло ведь это у них получится, признаем это. Всё же предатель Крикс Мадин сумел довольно-таки неплохо натаскать спецподразделения мятежников, надо отдать ему должное. Но тогда возникает вполне резонный вопрос – откуда достоянием Альянса стала информация о центре в Тимира-Сити? Об этом знал лишь узкий круг лиц и все эти лица прошли многократные…

Недобрая ухмылка исказила моё лицо под непроницаемой для постороннего взора лицевой пластиной шлема. Вот, значит, как. Предатель. Как ещё Альянс мог узнать о секретной лаборатории в Тимира-Сити, ведь все данные о ней перед началом работ по клонированию моего нового тела были удалены из всех баз данных? Но возникает резонный вопрос – кто? Однозначно, это не доктор О’Ран, в лояльности каминоанца я нисколько не сомневался. Кто-то из его ассистентов? Возможно, но почему? Где логическое обоснование действий каминоанца, решившего переметнуться в стан врага? Чем его соблазнили? Вряд ли вот просто так предатель стал предателем – для этого нужна была некая причина, причём довольно веская. Какая? Что могло подвигнуть генетика с Камино на сотрудничество с мятежниками? Если только…

Изуродованные шрамами губы понимающе оскалились под лицевым щитком, и, хотя это движение причинило мне некоторую боль, я довольно кивнул сам себе. Вот и причина для ненависти к Тёмному Лорду ситхов, то есть, ко мне. Восстание на Камино, имевшее место быть двенадцать лет назад. Тогда группа каминоанцев, недовольная имперской политикой, решила использовать тех клонов, которые всё ещё оставались в их распоряжении, для того, чтобы взять контроль над планетой в свои руки. Однако их планам не было суждено реализоваться в реальности во многом благодаря вмешательству одного мандалорского охотника за головами. Да-да, вы уже поняли, о ком я. Ведомые Феттом штурмовики подавили мятеж, хотя и понесли большие потери. Организаторы восстания – несколько каминоанских учёных и военных – попытались было сбежать с планеты на двух LAAT-ах, но их сбили ещё на старте. После того, как контроль над Камино был восстановлен, на планету прибыл инквизитор Рел Криг, оперативники ИСБ и спецгруппа военной разведки – элитные штурмовики-тени Кронала. Лама Су, являвшийся на тот момент главой планетарного правительства, неким непостижимым образом сумел вывернуться и доказать свою непричастность к мятежу, хотя мне было прекрасно известно о его роли в этом действе. Но другой кандидатуры на пост премьер-министра Камино не было – в самом деле, не заменять же этого хитрого каминоанца на туповатого Оруна Шао. Поэтому Су сохранил своё положение, правда, с некоторыми вариациями.

Итак – выходит, что нужно всего лишь установить, кто из ассистентов О’Рана мог быть причастен – прямо или косвенно – к событиям двенадцатилетней давности. И выяснить это надо как можно скорее, пока сей разумный не выкинул ещё какого-нибудь фортеля. А что для этого нужно предпринять? Правильно – связаться с кем-нибудь в структурах имперской безопасности. Кто лучше всех подходит для этого? Ну, разумеется, Исанн Айсард.

Принятое решение словно вытащило меня из того вязкого болота раздумий, в которое я погрузился под влиянием бесконечного пространства по ту сторону транспаристилового иллюминатора. Включив комлинк, я вызвал по внутренней связи командующего Эскадрой Смерти адмирала Пиетта. Да, вы не ошиблись – старина Фирмус, несмотря на провал во время сражения при Явине, получил повышение по службе и был назначен моим личным указом на эту должность с повышением в звании. Я уже говорил, что не привык разбрасываться толковыми офицерами, а Пиетт как раз принадлежал к этой категории.

– Слушаю вас, милорд, – раздался внутри шлема голос адмирала.

– Немедленно найдите мне Исанн Айсард, адмирал, – проговорил я в комлинк. – Дело архисрочное и не терпящее отлагательств.

– Будет сделано, милорд.

Пиетт исчез из эфира, однако связь по-прежнему работала, о чём свидетельствовал шелестящий фон холостого режима. Через несколько секунд внутри шлема коротко дзинькнул сигнал, характерный для включившегося гиперпространственного канала.

– Я слушаю, – донёсся до меня недовольный голос Исанн. – В чём дело?

– У вас какие-то дела, Исанн? – холодно-вежливо спросил я. – Я вас потревожил?

– Милорд. – Тон разведчицы мгновенно изменился. – Прошу простить, я не знала, кто меня вызывает. Я сейчас нахожусь на…

– Исанн – меня это не касается. Раз вы находитесь там, где находитесь – значит, на то у вас есть веская причина.

– Да, милорд.

– Мне нужна ваша помощь.

– По какому вопросу? – в голосе Исанн тут же проклюнулись деловые нотки.

– Камино.

– А, понимаю. Это как-то связано с… недавним инцидентом?

– Именно так. Нужно, чтобы вы проверили всех, кто работает с доктором О’Раном. Мне почему-то кажется, что предатель находится среди его ассистентов.

– Хорошо, я это сделаю. Что-нибудь ещё, милорд?

– Данные по Ксизору?

– В настоящее время фоллинец находится на своей орбитальной станции «Кулак Фоллина», – последовал ответ. – Он прибыл туда как раз перед нападением на Камино. Мои агенты сообщают о передислокации боевых кораблей «Чёрного Солнца» непосредственно к станции. Также отдел финансовой безопасности отметил факт начала вывода из Имперского Банка и Кореллианского Банка Развития денежных средств фоллинца. Куда они переводятся – выясняем.

– Блокировать все финансовые операции Ксизора! – тут же распорядился я. – Он почуял, что запахло жареным, и, скорее всего, попытается улизнуть куда-нибудь в укромное место. Этого допустить нельзя.

– Будет исполнено. Ещё что-нибудь?

– Продолжайте следить за всеми перемещениями фоллинца. Держите меня в курсе дел.

– Разумеется, милорд.

Я отключил связь и задумчиво посмотрел на идущий параллельным курсом «Опустошитель». Мой бывший крейсер перешёл под командование молодого талантливого офицера Малика Клиззе, уроженца Корусанта. А ведь совсем недавно им командовал старина Фирмус, который теперь имел в своём распоряжении куда более внушительных размеров «игрушку». Ну, по моему личному мнению, капитан… адмирал Пиетт это вполне заслужил.

Хорошо. Что мы имеем в сухом остатке? Рейд «Чёрного Солнца» и спецгруппы Альянса на Камино, провальный, кстати. Однако он выявил предателя, затесавшегося в окружение О’Рана, что требовало немедленного вмешательства. Это могло серьёзно осложнить процесс создания клона. Что здесь необходимо предпринять? Найти предателя и разобраться, наконец, с синдикатом фоллинца. Слишком долго Ксизор задержался на этом свете и я вознамерился исправить эту досадную ошибку. Тем более, что Императора Палпатина не было на Корусанте и, следовательно, никто не станет мне чинить препятствий для того, чтобы разделаться с фоллинской сволочью. Правда, куда отправился Владыка Ситх, мне было невдомёк, а на осторожные расспросы ни Пестаж, ни Кронал, ни Айсард ничего не знали либо же умело это скрывали от меня. Возможно, Кронал бы смог утаить от меня информацию, но что касалось Пестажа и Айсарда – это маловероятно. Ладно. Личные дела Императора меня не касались.

Но перед тем, как лететь к столичной планете Империи и разносить на атомы орбитальную крепость Ксизора (вот, кстати, вопрос – а кто разрешил ему возводить в орбитальном пространстве центрального мира Галактической Империи подобное сооружение? Уж точно не Палпатин. Почему Император смотрел на это сквозь пальцы? Спросите чего полегче. В его игры влезать – себе дороже выйти может. Я и не влезал. Как и он – в мои.), оставалось одно дело, которое я решил довести до конца. До логического завершения. Хватит уже ходить вокруг да около – пора, наконец, Люку узнать правду о том, кто на самом деле скрывается под чёрным шлемом. Насчёт Леи – тут возникали сложности. Во-первых, Бейл Престор Органа, которого она считала до сих пор своим родным отцом, несмотря на мой намёк, был осуждён выездным заседанием Имперского Военного Суда, которое прошло в Альдере – столице Алдераана – как пособник террористов и организатор действий, направленных на подрыв государственного строя, получив по приговору пожизненное заключение на Оливийне-IX, хотя государственный обвинитель настаивал на смертной казни для Органы. Казнить-то можно было, да вот как бы это отразилось на взаимоотношениях с Леей? Всё-таки Бейл, как ни крути, воспитал её в лучших традициях алдераанского общества, и его смерть могла поставить между нами непреодолимый барьер. А этого мне совсем не хотелось. А во-вторых, её в данный момент не было на борту «Палача». После того, как она выбралась с Явина-IV вместе с хейпанцем Айсолдером на борту «Тысячелетнего Сокола», ей был предоставлен выбор: либо арест по обвинению в сотрудничестве с антигосударственными элементами, либо добровольная помощь Империи в переправке на Хейпс бывшего заложника. Недостатком ума принцесса не страдала, так что выбор был очевиден. Понятное дело, отправлять наследного принца Хейпского Консорциума на родную планету надлежало не на обшарпанном корабле кореллианского контрабандиста, поэтому я лично распорядился использовать для этой цели один из Звёздных Разрушителей, которому был придан небольшой эскорт в виде четырёх фрегатов «Небьюлон-Б2» и двух лёгких крейсеров «Штык». Не помешает, а то летают всякие, понимаете ли…

В общем, разговор с Леей придётся отложить. Вне всякого сомнения, новость о приговоре Бейлу станет ей известна и тогда она вознамерится устроить мне головомойку. Вот тогда и можно будет начинать дипломатические игры.

А с Люком пора объясниться. Тянуть дальше волокиту я не видел смысла. Парень очень быстро прогрессировал при содействии Мары Джейд и Тремейна, к тому же, я стал замечать, что анаксианка начала вызывать у него определённый интерес. Вмешиваться в это я не намеревался – пусть. Мы не джедаи, чтобы заключать себя в смирительную рубашку.

Кивнув своим мыслям, я резко развернулся, так, что чёрный плащ за моей спиной взвился, словно крылья неведомой птицы, и быстрым шагом направился к выходу из обзорного отсека.


Глава 25.


Наведя справки о теперешнем местоположении Люка у капитана «Палача» Честера Реннагена, я, не обращая внимания на снующих взад-вперёд по коридорам ЗСР техников, солдат и офицеров, проследовал до ближайшего горизонтального пронизывающего лифта, в кабину которого и втиснулся вместе с двумя техниками, тащившими на колёсной тележке какой-то прибор, довольно массивный на вид и выглядевший весьма серьёзно. При моём появлении техники сделали попытку освободить прибывшую кабину, однако я сделал жест рукой и они остались в кабине, немного опасливо прижимаясь к стенкам. Я не обратил на них сколь-нибудь пристального внимания, полностью сосредоточившись на своих мыслях.

Люка я обнаружил в одной из бортовых библиотек сидящем перед монитором проектора и что-то внимательно просматривающим на его плоской поверхности. Мара Джейд сидела сбоку от него и тоже внимательно следила за тем, что происходило на экране. Меня поначалу они даже и не заметили, что мне было даже на руку.

– Я не понимаю вот этот момент, – услышал я голос Люка, который обращался к Маре. – Если изначально Сила была единой, то как получилось так, что потом в среде одарённых произошёл раскол?

– Всё это было так давно, что, вполне возможно, мы никогда не узнаем всей правды, Люк. – Анаксианка покачала головой. – Факт остаётся фактом – существуют две ипостаси Силы и…

– Нет никаких ипостасей Силы. – Я возник прямо перед столом и сурово оглядел обоих. – Сила едина и тот, кто считает иначе, глубоко заблуждается. Или же ему промыли мозги адепты так называемой Светлой Стороны.

– Милорд. – Рука Императора при моём появлении почтительно склонила голову. Люк же, напротив, почтения не проявил, а встретил моё появление настороженным и вместе с тем – внимательным взглядом.

– Изучаете историю древнего ордена дже’дайи? – я повернул монитор к себе и пробежался глазами по тексту. – Это похвально…

– Лорд Вейдер – почему вы так старательно скрываете от меня правду о моём отце? – бесцеремонно перебил меня Люк. – Ведь скрываете, я это чувствую.

О как! Чувствует он! Однако, в моих глазах Люк сразу же вырос на некоторое количество пунктов. Действительно – его чувствительность к Силе весьма велика и это большая удача, что его удалось заполучить до того, как старик Кеноби прополоскал ему мозг своей идеологией.

– То, что ты чувствуешь, что я скрываю от тебя истинную природу правды о твоём отце, говорит о том, что ты весьма одарён. – Я не спеша прошёлся взад-вперёд. – Но мне было бы интересно узнать твою версию того, что, как ты полагаешь, случилось – или могло случиться – с Энакином Скайуокером.

– Моего отца звали… Энакин? – спросил Люк после недолгой паузы.

– Да, Люк. Именно так.

Я замолчал и выжидающе уставился на Люка. Мара молча глядела на нас обоих и я чувствовал, что она вся в напряжении от того, свидетельницей чему она может сейчас оказаться.

– Ну… э-э… – Люк с надеждой оглянулся на анаксианку, но девушка только пожала плечами и выразительно округлила глаза – дескать, тут ты уж сам как-нибудь выкручивайся. – Полагаю, что вы лично знали моего отца. И я считаю, что он погиб ещё в начале установления Нового Порядка. Возможно даже, что вы лично убили его.

– Логично. – Из-под шлема донёсся булькающий звук, который заменял мне смех. – Но абсолютно неверно.

– То есть как?

– То есть так. Энакин Скайуокер действительно был рыцарем-джедаем, о чём я тебе уже говорил. Его очень уважал тогда ещё Верховный Канцлер Палпатин за храбрость и решительность, и ещё за то, что Энакин умел, когда того требовала ситуация, отбросить в сторону догмы Ордена и действовать так, как того требовала ситуация, а не политика и вера джедаев. По настоянию Палпатина Скайуокер был введён в Совет Ордена, однако большинство магистров ему не доверяли и поэтому соответствующего титула он не получил, что уже являлось само по себе грубым нарушением Кодекса. А потом…

Я на секунду прервался и пристально оглядел Люка. Тот слушал меня очень внимательно, не пропуская ни единого слова. Мара же тихонько сидела рядом.

– Потом твой отец узнал правду. Узнал о том, что Верховный Канцлер Шив Палпатин – на самом деле Владыка Ситх Дарт Сидиус. Движимый чувством вины, он рассказал всё магистру Винду. Тот принял решение об аресте Канцлера…

– Но это же было противозаконно! – тут же отреагировал Люк. – Даже если так, попытка ареста законного главы государства – а ве