Николай Александрович Метельский - Маска зверя [СИ]

Маска зверя [СИ] 1818K, 422 с. (Маски [Метельский = Унесенный ветром (СИ)]-6)   (скачать) - Николай Александрович Метельский

Метельский Николай
Маска зверя (СИ)


Пролог

Ал'Вир был в предвкушении. Если посчитать всё время, что он сидел в своём схроне, личное время, а не то, что «снаружи», то выйдет значительная, для человеческого сознания, цифра в восемнадцать лет. Он бы мог увеличить эту цифру или уменьшить, но так уж вышло, что именно такой коэффициент времени оказался идеален, чтобы его тут не нашли. Восемнадцать лет, за которые он лишь раз общался с другим разумным. С пролетающим мимо Стражем ему откровенно повезло, чего Ал'Вир... не то чтобы не любил, просто предпочитал сам управлять ситуацией и самостоятельно создавать удачные моменты. Впрочем, ему грех жаловаться. Восемнадцать лет одиночества, учитывая, что сознание у него практически человеческое, не самая приятная вещь. Встречал он в своей жизни людей, что посчитали бы его счастливцем, но сам Ал'Вир, как ни крути, был существом социальным и одиночество не одобрял. Увы, но иначе он не смог бы спрятаться.

И вот теперь, спустя столько времени, он предвкушал отличный разговор с перспективой свалить отсюда когда-нибудь.

А кто у нас собеседник? Некий Максим Рудов, он же Сакурай Синдзи, совсем недавно сменивший фамилию на Аматэру. Ведьмак. Настоящий. Пусть и в самом начале своего пути. Душа парня была выкинута из его мира и попала в тело ребёнка в другом. Вот уж где настоящее везение. К тому же Ал'Вир в который раз убедился в том, что сколько бы он ни прожил, всегда найдётся что-нибудь интересное, новое или то, что сможет его удивить. Вот и этот случай его сильно удивил, так как ведьмаки... Ведьмаки не перерождаются. У них всего одна жизнь. Нет, технически это возможно, например, такое можно сотворить искусственно, но в естественной среде — если ведьмак умер, то он умер.

Для разговора Ал'Вир создал вокруг образ уютного кабачка. С камином, барной стойкой, массивной деревянной мебелью... всё как полагается, короче. Но совершенно пустого, к сожалению. Можно было бы создать и образы людей, и даже прописать им искусственный интеллект, но Ал'Вир был против подобного самообмана. Здесь нет других разумных, и с этим стоит смириться. Вот если бы не он создавал разумы этих псевдо-личностей, тогда другое дело — это было бы интересно. А так...

Гость появился у входной двери, медленно, словно просыпаясь, приходя в себя. Мужчина, лет тридцати, европейской наружности. В реальности он может выглядеть и иначе, но здесь лишь часть его сознания, которое, как известно, определяет бытие. Ал'Вира он заметил почти сразу и тут же попытался взять под контроль своё лицо и поведение. Но хозяин данного места был слишком опытен в чтении людей, да и особенность способа доставки гостя сюда в некоторой степени подразумевала владение эмпатией. Ал'Вир и рад бы был от неё избавиться, а то как-то нечестно, но просто не мог. В данном конкретном случае, не мог. В общем, гость пытался скрыть свои эмоции, но получалось у него это откровенно плохо. Хотя обмануть обычного человека у него безусловно получилось бы.

— Что стоишь? Проходи, — пригласил Ал'Вир, стоящий у барной стойки.

— А это обязательно? — хмыкнул Рудов.

— Нет, — улыбнулся Ал'Вир. — Но тебе самому-то не интересно, что здесь происходит?

— Интересно, — огляделся гость. — Но и рисковать как-то не хочется.

— Я понимаю, что все мои слова про безопасность для тебя пшик, но всё же — здесь тебе ничто не угрожает, и я не собираюсь тебе вредить. Поэтому, пожалуйста, давай просто поговорим, — указал он рукой на место по другую сторону барной стойки.

Секунда-другая, и Рудов всё же сделал первый шаг в новом для себя месте.

— Уютненько, — произнёс он, оглядывая кабак. — И где мы?

— О, ну это долго объяснять, — ответил Ал'Вир. — Но если коротко, то это моё личное подпространство, куда никто не может попасть без моего ведома.

— Прикольное пространство, — покивал Рудов. Затем подошел к барной стойке и, присев на высокий табурет, спросил: — Может, тут и наливают ещё?

— Конечно! — изобразил возмущение Ал'Вир. — Чтобы в моём доме, да не налили гостю? Не бывать такому! Выбирай.

— Эм... — немного растерялся Рудов и, оглядывая бутылки за спиной Ал'Вир, произнёс: — Я не знаю эти этикетки. Виски есть?

— Какое? — уточнил Ал'Вир.

— Получше. На твой выбор.

— Тогда «МакАллан». Пятьдесят лет выдержки, — полез он под барную стойку, вытащив оттуда стакан и бутылку. — Сам не пью, — решил он сразу пояснить. — Точнее пью, но в очень редких случаях.

После чего наполнил стакан и коротким движением подвинул его Рудову.

— Хм, а неплохо, — сделал тот первый глоток. — Итак, может, пояснишь, как я сюда попал и о чём ты хочешь поговорить?

— В самую суть бьёшь, Максим, — усмехнулся Ал'Вир. — «Как попал» и «чего хочешь». И да, прости, что не представился. У меня, в общем-то, много имён, но можешь звать самым распространённым — Ал'Вир.

— Это полное имя? — чуть приподнял бровь Рудов.

— Нет, — усмехнулся Ал'Вир. — А тебе нужно полное?

— Да как-то... — пожал плечами гость, — не очень. В общем, забей.

— Ну что, поговорим? — спросил Ал'Вир.

— Давай, — сделал глоток виски Рудов. — Расскажешь, как я тут оказался?

— Конечно, — приподнял уголок губ Ал'Вир. — Для начала, хотелось бы кое-что пояснить — так получилось, что именно я виноват в том, что ты попал в другой мир. Если зрить в корень.

— Ты... — медленно выдохнул Рудов. — Ты лучше давай без пауз.

— Понимаешь, не я сделал то, что тебя выкинуло из прежнего мира, но именно из-за меня это было сделано. Так уж получилось, что пребывая в одном из миров по соседству с твоим, я... скажем так, попался. Увы мне, но никакой супер-опыт не страхует от неожиданностей. Так случилось и со мной, — замолчал он, облокотившись на барную стойку и раздумывая о чём-то своём.

Видя, что его собеседник действительно размышляет, а не делает эффектную паузу, Рудов тоже молчал. Хотя вопросов у него было очень много, и первый из них — кому всё-таки бить морду за его «попадание»? В конечном итоге он всё же не выдержал и спросил, правда, немного другое:

— Ты преступник, что ли? Кому ты там попался?

— Да, пожалуй, надо было начинать с этого, — вздохнул Ал'Вир. — Понимаешь, я был рождён человеком, и на протяжении почти двухсот пятидесяти тысяч лет пытался сохранить свою человечность. И, смею надеяться, у меня это получилось. За время своей жизни я умудрился стать... — замолчал он, подбирая слово. — Я стал Повелителем всея магии. Пожалуй, так. Хотя «магия» — это весьма объёмное понятие. Ну да ладно. С большой силой, — продолжил он, — приходит большая ответственность. Слова банальные, но это так. Причём я говорю не про воспитание и нормы морали, просто чем ты сильнее, чем больше у тебя знаний, тем выше твоё понимание... всего. Вообще всего. Возможности несут в себе восприятие, оно, в свою очередь, понимание, а то — осознание. Когда ты доходишь до последней точки, твоё осознание крепко-накрепко связывает тебя с миром. Со всеми мирами. Со всей Сферой Миров. Представляешь, как сложно при этом остаться человеком? — спросил он неожиданно. — Так вот. Неважно, кто был бы на моём месте. Герой, злодей — ему в любом случае пришлось бы работать на благо Сферы Миров. Ну вот. В какой-то момент... Ответственность и вечные напряги в течение долгой жизни так меня достали, что в какой-то момент я... Сложно объяснить, как я это сделал, скажу только, что я передал все свои силы другому. Точнее, другой. После этого у меня остались крохи сил, если сравнивать со мной прежним, и весь мой багаж знаний. Про опыт и вовсе молчу. И знаешь, я даже некоторое время жил не тужил. Дел, дабы не скучать, всегда было навалом, но теперь ответственность лежала не на мне.

— Как-то это слабовольностью попахивает. Спихнул все проблемы на девчонку, — заметил Рудов.

— Считай как хочешь, — пожал плечами Ал'Вир. — Вы, ведьмаки, и столько не держитесь, раньше уходите. А ведь на ваших плечах ничего не висит. Я за всю свою жизнь не встречал ни одного ведьмака старше двадцати тысяч лет. Даже не слышал о таком.

— Ведьмака? — переспросил Рудов.

— Да, — кивнул Ал'Вир. — Вы зверушки редкие, но не уникальные. Во многих мирах живёте. Правда, в твоём — ведьмаков как-то слишком уж много, ну да мало ли уникальных миров?

— Именно ведьмаки? Я всегда считал, что это просто самоназвание, к тому же присущее лишь моей стране.

— Что тут скажешь, — пожал плечами Ал'Вир, — вы угадали. В большинстве миров вас именно так и называют.

— Понятно... — пробормотал Рудов, сделав ещё один глоток виски.

— Так вот, возвращаясь к прежней теме. Передал я, значит, свои силы и даже жил какое-то время нормально, а потом случилась довольно неприятная история. Эта дрянь... Будем звать её Энзи. Так вот, она уничтожила мир. Бывает, я за свою жизнь тоже уничтожил три штуки. Порой по-другому никак. Но я всегда старался делать это лишь в крайнем случае, борясь за выживание мира до последнего. А тут — бац! Есть угроза — нет угрозы. Я, честно говоря, был в шоке. А потом и вовсе запаниковал, когда узнал, что это уже четвёртый уничтоженный ею мир. Четвёртый, Максим! Да я за всю жизнь всего три уничтожил! Тебе не понять всей трагедии такого события, да я и не буду тебе читать лекцию о связи миров и о важности каждого из них. Но чтобы было чуть понятнее на твоём, так сказать, уровне, кое-что покажу.

После этих слов слева от Рудова прямо в воздухе, на уровне его лица, появилась иллюзия, изображающая планету.

— Земля, если я правильно помню глобус, — сказал он просто для того, чтобы хоть что-то сказать.

— Планета Земля, — кивнул Ал'Вир. — Для многих это и есть весь мир. Но... — тут шарик Земли уменьшился, и рядом с Рудовым висела уже иллюзия Солнечной системы. — Это не совсем так. Я бы даже сказал, что это совсем не так.

И вновь иллюзия изменилась. Сначала Солнечная система отдалилась, и перед глазами Рудова висела галактика Млечный путь. Потом отдалилась и она, показав скопление галактик, ещё одно изменение, и вот он видит несколько галактических скоплений. Ещё отдаление, ещё, потом паузы исчезли, и спустя секунду в воздухе висел шар, внутри которого горели маленькие звезды.

— Это и есть весь мир? — спросил Рудов. — Вся вселенная — это один-единственный мир?

— И таких миров много, — кивнул Ал'Вир. — Примерно, как звёзд в Млечном пути. И всё это одна система. Стабильная, да, но не стоит просто так уничтожать части этой системы. Самое простое, что приходит на ум, — это души разумных. Большая часть из них попадёт в соседние миры, а меньшая станет паразитами, обитающими в пространстве между мирами... Ладно, это тема для ещё одной лекции. Просто прими как данность, что даже проблема с душами — штука серьёзная, а это ведь не самое страшное, что происходит при уничтожении мира.

— И эта Энзи ничего не понимает?

— Да всё она понимает, — поморщился Ал'Вир. — Более того, на её месте меня неслабо корёжило после каждого уничтоженного мира, а ей хоть бы хны. Она просто рехнулась, и это не оскорбление, а констатация факта.

— Я так понял, ты в какой-то момент возмутился, — произнёс Рудов.

— А она восприняла это, как попытку лишить её сил, — кивнул Ал'Вир. — Это моя ошибка, Максим. Я отдал силы не тому разумному. Мне её и исправлять.

— То есть ты от неё здесь прячешься?

— Всё чуть-чуть сложнее, — вздохнул Ал'Вир.— Прячусь я от её людей, которые заправляют в этом мире. Когда я понял, что попался, мир уже блокировали. Не настолько хорошо, чтобы я не сумел сбежать, но достаточно, чтобы задержать. Точнее, я не могу и сражаться и пробиваться наружу одновременно. Пришлось залечь на дно. Был шанс, что они посчитают, будто я сумел сбежать. Но то ли они не поверили, то ли ещё что, но эти идиоты решили взорвать эрхая... — запнулся он неожиданно. — Тебе ведь, насколько я понял, прислали Вестника, так?

— Так, — кивнул Рудов. — Про эрхая я слышал, но что это такое, без понятия.

— Эрхая — это, если по простому, наполнитель. Некая субстанция, не дающая мирам сталкиваться. Что-то вроде пенопласта, который засовывают в коробку с товаром, чтобы он не разбился при доставке. И даже я не представляю, как мне могла помочь эрхая при побеге отсюда. Так что я без понятия, что стукнуло в голову этим придуркам, — покрутил рукой Ал'Вир, одновременно с этим указав глазами куда-то в потолок. — Тем не менее, они чётко дали понять, что отступать не намерены, а, главное, верят, что я всё ещё здесь.

— Почему они не зовут свою госпожу? — спросил Рудов.

— Потому что она тоже меня не найдёт. Во всяком случае, они сомневаются в обратном. А что произойдёт, если сумасшедшая повелительница магии не найдёт своего главного врага, будучи уверенной, что он где-то здесь?

— Уничтожит мир, — произнёс Рудов.

— Именно, — подтвердил Ал'Вир. — Более того, она может быть даже не уверена, а лишь подозревать, результат будет тем же. Её людям в этом мире тоже не поздоровится — даже смерть неприятна, а они вряд ли так просто отделаются. Плохо еще и то, что действия местных так или иначе дойдут до их госпожи, то есть время тоже работает не на меня. Уверен, эти идиоты уже жалеют, что решили поймать Ал'Вира.

— Получается, меня выкинуло из тела благодаря действиям слуг этой твоей Энзи? Именно им я должен говорить спасибо?

— Ну... — качнул головой Ал'Вир. — Да. Если забыть о причине их поступка, то есть обо мне, то да.

— Ясненько, — произнёс Рудов, залпом допив виски. — И что от меня требуется? Ты ведь не просто так со мной связался?

— Не просто так, — наполнил Ал'Вир опустевший стакан. — Хотя и поговорить я не против. Но это потом.

— Времени-то у нас сколько? — спросил Рудов.

— Полно, — отмахнулся Ал'Вир. — Правда есть один момент — второй раз я не смогу с тобой связаться. К сожалению, для этого мне нужен помощник, а прежний уже свалил домой.

— Не сможешь, и ладно, — пожал плечами Рудов. — Одного-то разговора хватит?

— Я надеюсь, — слегка вздохнул Ал'Вир.

— Так что мне нужно сделать? Ты ведь наверняка читаешь мои мысли, о крутейший из магов, и понимаешь, что я как бы не против отомстить твоим обидчикам.

— Нет, не читаю. Это... некультурно, в конце концов. Ты ведь не враг, не соперник, не противник. Ситуации бывают разные, но конкретно у тебя мне мысли читать нет необходимости.

— Какой ты, оказывается... — появилось на лице Рудова скептическое выражение.

— Это дело принципа, — пожал плечами Ал'Вир. — Можешь не вникать.

— Как скажешь, — протянул Рудов, сделав глоток спиртного.

— Что ж, — задумался Ал'Вир. — В таком случае приступим. И для начала должен тебя огорчить — в межмировом масштабе ты просто отстойный ведьмак. Слабый настолько, что иначе чем новичком, тебя не назовёшь. И именно в этом наша проблема. Опытный сильный ведьмак может путешествовать между мирами. Самостоятельно. А ты до такого уровня будешь идти ещё очень долго.

— Хочешь меня обучить? — вскинул брови Рудов. — И почему я, в конце-то концов?

— Хотелось бы, но я не ведьмак, — покачал головой Ал'Вир. — Могу лишь поделиться накопленными о вас знаниями и своими теоретическими выкладками, почему ты так слаб и что тебе надо сделать, чтобы усилиться. Ну а тебя я не выбирал, просто ты единственный, до кого я мог дотянуться. Других ведьмаков на горизонте нет... Скажу иначе — на горизонте вообще больше никого нет. Не у кого мне просить помощи.

— Знаешь... Это, конечно, круто, и я не против тебя послушать, но как-то оно... Не слабоват ли шанс, учитывая, что стоит на кону?

— А у меня другого нет, — усмехнулся Ал'Вир. — И у этого мира другого нет — лишь ты. Сможешь усилиться достаточно, чтобы попасть сюда самостоятельно и отвлечь Смотрящего с подчинёнными — мир и я будем спасены. Не сможешь... — пожал он плечами. — Будем надеяться, что Энзи окажется в хорошем настроении, когда придёт сюда. Хотя нужно заметить, что время на прокачку у тебя будет. Я оставил в твоём сознании маяк, так что с учётом разности во времени между нашими мирами попадёшь ты сюда примерно в то же время, в какое и уйдёшь. Правда, есть в маяке и минусы — он завязан на твоё сознание, и чем больше пройдёт времени, чем дальше в твоих воспоминаниях будет этот разговор, тем больше пройдёт времени здесь.

— А что-нибудь понадёжнее придумать? — приподнял бровь Рудов.

— С кем я, по-твоему, сейчас разговариваю? — ответил он вопросом на вопрос. — Ты не душа Рудова, ты даже не всё его сознание, ты лишь частичка мысли, которая вернётся к хозяину, когда он проснётся. Нет у меня возможности сделать что-то понадёжнее. Так что слушай и запоминай, Максим. Особенно запоминай. Разобрать по полочкам информацию ты и потом сможешь.


Глава 1

Проснувшись, я еще с минуту валялся на кровати и пялился в потолок. Забавный сон. И чёткий. Никакого тумана, уже через несколько секунд заставляющего постепенно забывать то, что тебе приснилось. Так было, когда мне снился Стиляга и мой прежний мир. Если верить тому, что говорил этот Ал'Вир... Даже не так. Мне, по большому счёту, плевать на его ситуацию, и что там где-то будет уничтожен мир. Ну... бывает. О тысячах смертей в ДТП я тоже не переживаю. А вот его слова об увеличении моих ведьмачьих сил — уже другое дело. Но и тут всё не просто. Если суммировать... Собственно, Ал'Вир сам под конец и суммировал все свои слова короткой фразой: «доверься своему подсознанию, оно и не такое вытянет». Здорово, чё. Типа отбрось все свои знания, убеждения, опасения и просто сделай то самое последнее Скольжение. Подсознание вытянет. Со Скольжением — это пример. Но довольно наглядный. Потому что отбросить десятки примеров смертей после такого довольно сложно. По мнению Ал'Вира, главная проблема ведьмаков моего мира — это наука и попытка подвести под неё как можно больше фактов. Даже моя Сфера давления была псевдонаучна — я сам пытался создать технику на основе хоть каких-то научных фактов. То есть надо понимать правильно — мы не обязаны быть дурачками, не способными сложить два плюс два, просто надо больше верить в свои силы и, как это ни странно, в то, что возможно всё. Не пытаться осознать свои возможности, а просто делать.

В тех же мирах... назовём их условно «меча и магии», ведьмаки пуляли из рук не электрическую дугу, а просто молнию. Ту самую, что бьёт с небес. Они знать не знают, что такое гипноз, а если и знают, то он для них просто фокус, но при этом ведьмаки... Был случай, Ал'Вир собственными глазами видел последствия того, как ведьмак проклял целую деревню. Нормальную такую, немаленькую деревню. Как это происходит, но в меньшем масштабе, он видел, так что представить, как это случилось, может. Ведьмак пришёл в деревню, что-то не поделил с местными, а потом просто произнёс «проклинаю». И всё. То есть сгнило абсолютно всё. Люди и живность превратились в гниющие куски мяса и костей, дома — в труху, трава — в пепел. Причём деревенские должны были очень сильно разозлить того ведьмака, скорее даже, сделать нечто, что он посчитал неприемлемым, ибо у таких, как я, крыша не течёт, а убивать они не любят не меньше моего. А вот до невозможности кого-то убить ни один ведьмак ни разу не развился. Бывают сбои, как у нашего инструктора в прежнем мире, но они случаются на всех этапах развития. Тут уже от человека зависит. Чем сильнее становится ведьмак, тем сложнее ему нарушить данное слово. Если сейчас я могу это сделать, пересилив себя и получив откат, но всё-таки могу, то на поздних уровнях развития я и вовсе потеряю такую возможность. Даже взаимоисключающую клятву дать не смогу. Такие дела. И врать не смогу. Это сейчас мне просто неприятно, а потом совсем хреново с этим будет.

Ладно, хватит валяться, надо вставать.

Откинув одеяло, поднялся с футона и, от души потянувшись, направился к шкафу. Одна из близняшек, та, что Цубаки, предпочитающая красный цвет, поймала меня на полпути к туалету и с поклоном предупредила, что завтрак готов. Видимо, только меня и ждут. Точнее, ждёт. Вряд ли там будет присутствовать кто-то, кроме старухи. Кивнув служанке в ответ, молча продолжил идти. Посетив туалет, наведался в ванную, откуда вышел чистый, причёсанный и в целом готовый к свершениям. Вернувшись в свою комнату, переоделся в кимоно с гербом Рода на обоих плечах и только после этого потопал на завтрак.

— Доброе утро, Синдзи, — поприветствовала меня Аматэру, когда я подошёл к низкому столику, за которым на коленях сидела Атарашики.

Завтрак происходил на кухне, если это место вообще можно так назвать. Во всяком случае, кухня, как таковая, занимала от силы пятую часть этого места.

— Отлично выглядишь, — заметил я и присел напротив неё. И только заметив в удивлении вздернутую бровь Атарашики, понял, что ляпнул. Я как-то привык разбрасываться комплиментами женщинам, если позволяет ситуация — и им приятно, и мне ничего не стоит. Но вот старуха ничего подобного от меня никогда не слышала, я ей как бы не обратное всё время говорю. А тут расслабился. Надо бы исправиться. — Что? Я серьёзно. Песок, сыплющийся из тебя сегодня, особенно золотист.

На что она только уголками губ дёрнула.

— Ешь и набирайся сил, — произнесла она, беря палочками кусочек яичного рулета. — Ближайшая неделя будет весьма насыщенна.

— Я помню, — вздохнул я.

В какой-то момент, пока шла подготовка к принятию в Род Аматэру, а все планы обретали окончательную структуру, стало очевидно, что лететь в Малайзию сразу после объявления меня наследником просто-напросто нет смысла. Точнее, я вполне могу задержаться в Токио на недельку. И если бы эта неделька просто была, я бы плюнул и полетел на войну, проблема в том, что мне было чем здесь заняться. То есть звёзды сошлись так, что я мог выделить неделю, а мог и улететь, у меня были дела, которые я мог отложить, но которые хорошо бы решить. Так что улетать прямо сейчас — по крайней мере безответственно. Решение задержаться принято далеко не вчера, но старуха, видимо, решила перестраховаться и напомнить мне об этом.

— Вчера я договорилась с Императором, так что после дня рождения твоей подружки нас ждет прием у императорской четы.

— Неожиданно, — удивился я и посмотрел на неё. — Полагаю, остальные запланированные выходы в свет не отменяются?

— Определённо, — кивнула Аматэру. — Также не забывай о знакомстве со Слугами. Плюс, я должна успеть ввести тебя в курс дел Рода. Хоть немного, — вздохнула она.

— В этом-то зачем торопиться? — бросил я в рот полоску бекона.

— Я стара и могу умереть в любой момент, — ответила она. — Будет очень печально, если ты даже не узнаешь, как попасть в сокровищницу Рода.

— Это ты про Хранилище?

— Именно, — кивнула Атарашики. — Там знать много не надо, но разок туда съездить придётся.

— Зачем? Мы ведь были там уже, — не понял я. — Если что, думается, мне монахи сами всё расскажут.

— А про то, что там лежит, тоже монахи будут рассказывать? — усмехнулась она.

— Это да, — пришлось мне признать.

Ячейка Аматэру в Хранилище не такая уж и большая, но разной мелочёвки там полно. Будет обидно, если последний носитель информации не успеет ей поделиться. Артефакты классические, артефакты магические... будем называть их так, реликвии Рода, артефактами не являющиеся. А уж про то, что эти артефакты делают и как ими пользоваться, я и вовсе молчу. И ладно классика, то есть артефакты на основе бахира, но кто мне расскажет, как проводить различные ритуалы? И какие артефакты для каких ритуалов нужны.

— Полагаю, — сказал я, проглотив кусок хлеба, — это является секретом Рода. Я-то в себе уверен и знаю, что никому его не выдам...

— Замолчи! — прервала она меня резко. — Даже думать не смей о каком-то недоверии с моей стороны. Я верю... — прикрыла она глаза. — Во всех смыслах. Запомни, Синдзи, — поймала она мой взгляд, — ты наследник Аматэру. Вне Рода я всё ещё имею больше влияния, но внутри главный ты. Я Старейшина, да, но именно ты мужчина Рода и после совершеннолетия будешь иметь здесь полную власть. Даже сейчас я мало что могу с тобой сделать. Приняв в Род, я поставила на тебя всё! Всё, что у меня есть. Ты Аматэру, ты тот, кто возродит Род. Ты хозяин всего и вся, предав, ты предашь в первую очередь себя. Я верю, что ты этого не сделаешь, именно потому и выбрала тебя. Ну а если тебе суждено попасть в плен и под пытками выдать секреты Рода, значит такова судьба. Но будь уверен, я сама бы их выдала, чтобы вернуть тебя обратно.

Её речь внушала, и я не чувствовал фальши. Похоже, старуха и правда поставила на меня всё.

— А как же запасной план? — всё же спросил я. — Мы же говорили об этом. Пока живы другие старухи, вышедшие из Рода, на нас с тобой всё не окончится.

— Это изменит разве что... — запнулась она. — Вот скажи, ты сам бы хотел, чтобы тебя вернули из плена за счет выдачи секретов Рода?

— Нет, конечно, — ответил я не задумываясь. — Своё Имя я подобным пачкать не хотел бы.

— Вот в этом вся и разница, — кивнула она. — Была бы у тебя замена, секреты остались бы в семье. Но даже это не значит, что я не пыталась бы вернуть тебя как-то иначе. И закроем данную тему. Мне она не нравится.

Да я, в общем-то, всё для себя выяснил. Правда, она напомнила мне о других потенциальных наследниках... точнее, я задумался, как бы рассказать ей о Казуки. И стоит ли. Да, я циничная мразь, но вопрос, что лучше — часть Рода или Слуга Рода, всё никак не оставлял меня. Для самого Рода хорошо и так, и так, для парня... Не, ну фамилия Аматэру, конечно, вне конкуренции. А вот что лучше для меня? Думал я об этом уже давно, но всё никак не мог решить, как действовать. Единственное, в чём я был уверен, что рассказать о нём надо до того, как отправлюсь в Малайзию. Всё-таки я реалист и вполне допускаю, что могу там сгинуть, а раз так, Род о нём обязан знать.

А с Казуки мысли плавно перетекли на то, как рассказать старухе о своём ведьмачестве — ну или патриаршестве, если по-местному выражаться. То, что рассказать надо, я уже давно решил, но там ведь — слово за слово — и до Повелителя Огня разговор дойдёт... как бы старуху кондратий на радостях не схватил. Да и был вариант, что Атарашики начнёт препоны ставить, чтобы я в Малайзию не уехал. Впрочем, на этот случай есть Казуки. Только вот как о нём рассказать, чтобы... что? И вот я вновь вернулся к его будущей роли в Роду.

Ладно, бог с ним, в конце-то концов, никто ведь не запрещает провернуть тот же трюк, что и со мной, но уже со Слугой. Кстати, насчёт Слуг, кроме знакомства с теми, кто уже принадлежит Роду, мне предстоит еще и принять новых. В первую очередь, конечно, Танака. Он, может, и не рискует жизнью, как тот же Святов, но именно Танака Эй со мной дольше всех. Не считая Фантика, но он скорее друг, и когда я предложил ему стать Слугой Рода Аматэру, наотрез отказался. Мол, недостоин. Я по-всякому его уговаривал, но старик упёрся рогом.

Следующий на очереди Нэмото Таро. С ним тоже оказалось не всё просто. Сначала он пытался отнекиваться, но, когда я ему прямо сказал, что в Малайзию он не поедет, парень всё же согласился. Дело в том, что тот же Святов, которого я, несомненно, сделал бы Слугой, едет со мной на войну, а из-за того, что этот поход объявлен ритуалом «Подтверждения чести», нам жизненно важно, чтобы хотя бы формально со мной было как можно меньше связанных с Родом Аматэру. Сергеич всё прекрасно понимает и на мои извинения просто махнул рукой. Ну и, конечно, Вась-Вась. На меня они работают лишь немногим меньше того же Танаки, а о моих секретах знают как бы не больше. А вот о том, что в Малайзию они не едут, парни ещё не в курсе. Ну в самом деле, зачем они мне там? Точнее, какая причина может заставить меня бессмысленно рисковать двумя верными людьми, которые ничем на войне не помогут? Они ведь даже не «ветераны».

Раздумывал я еще Накамуру со Змеем сделать Слугами, но несмотря на важность их постов, мужики всё же слишком мало на меня проработали. И дело тут не в недоверии, просто делать их Слугами наперёд того же Святова мне дискомфортно. Хоть они и не поедут со мной, пусть здесь опыта набираются, а через годик видно будет. К тому же надо как-то решить ситуацию с их коллегой из Рода. У старухи есть свой глава разведки и контрразведки, совмещающий эти посты, и пинать под зад старика как-то не хочется.

Тормозить Атарашики не стала. После завтрака меня затащили в одну из гостиных особняка, где старуха сунула в руки папку с личным делом семьи Каджо — родни моих служанок, дала десять минут и пригласила их семейку к нам. Ну, кроме самих служанок и их деда. Так и пошло. На знакомство со Слугами мы потратили весь тот день, и это притом, что меня знакомили не с абсолютно всеми Слугами, а только с более-менее значимыми фигурами. И то знакомство придётся продолжить завтра. Не скажу, что Слуг у Рода прям так много, но на них приходилось тратить время, ибо «привет-пока» банально некрасиво. Поприветствуй, познакомься, поговори о всяких мелочах. Собираться они начали еще позавчера, а так как особняк не резиновый, основная их масса расположилась в гостиницах города. Только самые-самые обитали вместе с нами. Как те же Каджо, Махито — ещё одна семья Слуг с камонтоку — или Мидзуно Монтаро, тот самый глава разведки и контрразведки Рода Аматэру. Шестьдесят шесть лет, «учитель». Но это так, к слову.

Здесь же обитал и «мастер» Рода — Сасаки Айджи. Шестидесятивосьмилетний старик, до сих пор корящий себя за то, что не настоял на том, чтобы отправиться с последним главой Рода на пресловутый остров, где тот и погиб с сыном Фантика. Правда, тогда он еще не был «мастером», но и сильный «учитель» мог бы стать той соломинкой, которая спасла бы жизнь его господину.

Вообще у Аматэру аж три «мастера», что не является рекордом, но и средним по больнице не было. Каджо Суйсэн, тот, что теперь мой слуга наравне со своими внучками, Махито Ваку — глава семьи Махито, управляющие старейшим в мире онсэном, ну и гостиницей до кучи, и Сасаки Айджи. Вместе с Щукиным и Добрыкиным у Аматэру теперь, по сути, пять «мастеров», а вот уже это явно выбивается из нормы. Ещё не рекорд, но уже близко. Наверное, стоит напомнить, что в Японии у кланов в среднем по десять «мастеров». В среднем клане на семь-восемь родов в среднем по десять штук. Нужно понимать, что я не просто так повторяю «в среднем». Есть кланы-монстры, как те же Нагасунэхико, у которых девятнадцать «мастеров». У знакомых мне Охаяси их семнадцать, а у Кояма шестнадцать, но последних нужно считать отдельно. Как-то раз я стал свидетелем восклицания Акено — «нам бы, как раньше, четверть сотни!» Уж не знаю, округлял он или нет, но до войны с Докья у клана Кояма было двадцать пять «мастеров». Плюс один нынешний и два потенциальных «виртуоза». Это я про Акено и его дочурку Шину. И это я считаю без трёх «мастеров» Аматеру, которые вышли из клана вместе с Родом. Так что, как я не раз говорил, Кояма монстры из монстров. Поэтому пять «мастеров» на один Род — это действительно внушает. Само-собой, я не учитываю имперские Рода, где «мастеров» примерно, как в кланах. У тех же Тайра их пятнадцать, но Тайра... Они как Кояма в мире имперской аристократии, хотя доведись этим двоим схлестнуться, я бы поставил на Кояма. Даже без учёта «виртуозов».

Тем не менее в среднем у кланов по десять «мастеров». Как в других странах, я не узнавал, но вряд ли лучше. Всё-таки Япония умудряется быть Великой державой, и это в отсутствие здесь большого количества «виртуозов». Хм, а ведь я немного ошибся — у Аматэру шесть «мастеров», просто в других Родах и кланах они для меня безликие цифры, а старуха Аматэру вполне себе реальная женщина, которую я по умолчанию вычёркиваю из списка бойцов, коими по факту «мастера» и являются. А ведь рекорд удерживает клан Асука, точнее, Род Асука, у которых семь «мастеров». Видимо, Патриарх в Роду до сих пор аукается. Ну да ничего, со мной и Казуки мы этот рекорд точно побьём. Но повторюсь, это всё касается только клановой аристократии, у имперцев своя кухня.

Весь следующий день, а если точнее, до самого ужина, я также потратил на знакомство со Слугами. Правда, значимые лица кончились еще вчера, но «полузначимых» тоже хватало. На них времени тратили уже поменьше, но их и было гораздо больше. При этом нельзя сказать, что они были менее интересны. Каждый человек — это своя вселенная, и даже простые охранники... хотя какие они простые, если это личная охрана Атарашики. В общем даже с ними было занимательно пообщаться. С некоторыми из них, к слову, я был знаком и раньше. Например, Мурата Изуми. Восьмидесятилетняя старушка, управляющая онсэном, в котором живёт Атарашики. Подруга детства и, можно сказать, её личная служанка. Полная противоположность вредной старой карге. Весёлая и бодрая старушенция, которая всегда появлялась рядом в процессе особенно злобной ругани между мной и Аматэру. Не то, чтобы она помогала мне не сорваться, но рядом с ней я точно успокаивался быстрее. Со временем накал страстей уменьшился, но до и после этого, если Мурата-сан оказывалась свидетельницей наших... споров, то всегда принимала мою сторону. А ещё у неё есть миленькая правнучка, на пару лет старше меня. Несмотря на её имя, означающее «высокомерная», и явное старание походить на Атарашики, Лейко-тян на самом деле добрая и заботливая девочка. Её отец, кстати, тоже погиб на всё том же злополучном острове. Впрочем, она его практически не помнит и не сильно по этому поводу убивается. Эта пара — бабка и внучка — постоянно подкармливала меня всякими сладостями, когда я гостил у них вместе с семейством Кояма. Мои наиценнейшие союзники в войне со старой злобной каргой. А вот старший брат Лейко состоит в охране этой самой карги. По словам Атарашики, весьма сильный «ветеран».

Среди известных мне до этого Слуг Рода на встречу напросились и братья Кадзухиса. Как выяснилось чуть позднее, сначала они подошли с интересующим их вопросом к Атарашики, но та их послала куда подальше, вот они обратились ко мне. А всё дело в том, что братья захотели отправиться со мной в Малайзию. После того, как они изложили просьбу, я заметил, как нахмурилась старуха, и в целом я с такой реакцией был согласен.

— Зачем вам это? — спросил я. — Герб я вам дать не могу.

— Мы уже давно попрощались с этой идеей, — ответил Хидеяки, старший из братьев. — Да и, если серьёзно, никогда особо и не горели идеей стать аристократами. Но наш отец был лучшим, и мы хотим стать лучшими, а сидя в мирном Токио, этого не добиться.

— Мы не наш отец, — добавил Монтаро, младший брат. — Он на такое был способен, мы нет.

— Без обид, — покачал я головой, — но вы аниме пересмотрели. Техникам не нужна война, чтобы становиться лучше.

— Прошу простить, Аматэру-сан, но любой человек, вне зависимости от профессии, станет лучше, если его хорошенько прижать.

— Либо сломается, — заметил я.

— Либо сломается, — подтвердил Хидеяки.

— Что ж, с этим понятно, — произнёс я. — Но остаётся ещё два момента. Во-первых — мы едем не просто на войну, это ритуал «Подтверждения чести»... — запнулся я. А ведь в будущем с ними тоже можно провернуть нечто похожее. То есть Герб я им всё же могу достать. Теоретически. — Мда... так вот. Ритуал. Из-за него я не могу взять с собой много Слуг Рода, а кого мог, тех уже выбрал. Ну и, во-вторых, — зачем вы мне там? Два, пусть и очень хороших, техника? В Малайзии будет решать команда. И эта команда у меня уже собрана.

Ответить им было нечего, и через одиннадцать секунд они, переглянувшись, со вздохом поклонились.

— Просим прощения за то, что побеспокоили, Аматэру-сан, — произнёс Хидеяки.

Дождавшись, когда они выйдут из комнаты, я спросил старуху:

— Что думаешь об этом?

— Засранцы, — поджала она губы. — Я ведь им чётко вчера сказала, что ни в какую Малайзию я их не отпущу.

— Ну, а чисто теоретически, позволит ритуал взять их с собой?

За что я удостоился строгого взгляда.

— Я и тебя бы не отпустила, но с тобой слишком сложно. Братьям Кадзухиса там делать нечего.

— И всё же, — настоял я.

— Теоретически... — поджала она губы. — Теоретически можно. Но какой в этом смысл?!

— Ритуал «Подтверждения чести», — пожал я плечами. — Им...

— Ты и их хочешь провести через подобное? — вскинула она брови.

— Если что, им подобный опыт в будущем не повредит. Не в плане опыта, а в плане известности.

— Ты извини, но при всём моём к ним уважении, братья ничего подобного не потянут.

— Подобного — да... — произнёс я задумчиво. — Но знаешь, я ведь не собираюсь останавливаться на достигнутом. У меня в планах создание клана, и вот в этом случае... хотя — плевать. В этом случае — плевать.

— Клана? Ты ещё не оставил эти бредовые мысли? — усмехнулась Атарашики. — Сомневаюсь, что даже нам Император сделает поблажку. Клан — это слишком серьёзно.

— Можешь быть уверена, я это очень хорошо понимаю, — улыбнулся я. — Поэтому, как бы мне ни хотелось, но ты вряд ли доживёшь до этого светлого мига. Впрочем, — покосился я на неё, — такая, как ты, из вредности доживёт.

— Мне бы твоих детей дождаться, — покачала она головой.

— После совершеннолетия займусь, — отмахнулся я.

— Лучше раньше, — проворчала старуха. — Род не в том положении, чтобы ждать твоего совершеннолетия.

— Вот ведь... — вздохнул я.

Стоило только обрести нормальную родственницу, и сразу пошло нытьё о внуках. Мало мне было матери в прошлом мире...

— В любом случае, что бы ты ни решил, я против того, чтобы братья Кадзухиса ехали в Малайзию. Это слишком опасно.

— Пока что я склоняюсь к такому же решению, — произнёс я. — Не вижу смысла им туда ехать. Точнее, его слишком мало относительно опасности. Ну, а когда у меня будет клан, то и все эти танцы с поводом будут не нужны.

— Вот если бы у тебя был клан, — не согласилась Атарашики, — смысл как раз бы был. Не смей недооценивать общественное мнение. Пожалование Герба — это тебе не кружку чая выпить!

— Там видно будет, — отмахнулся я.

Не хотелось говорить, что я в принципе с ней согласен, но Рода в новый клан из воздуха тоже не возьмутся.

После ужина Атарашики напомнила, что завтра мне идти на день рождения моей подруги. Я уж хотел было сказать, что помню, но старуха продолжила.

— Поэтому иди в свою комнату и примерь одежду, что я подготовила.

— У меня как бы и своя есть, — произнёс я, но потом понял: — Гербы, да?

Одежда-то у меня была, но если уж я выхожу в свет, на одежде обязаны быть гербы Рода. В идеале они на всей одежде должны быть, но этим уже лет сто мало кто заморачивается. В лучшем случае крепят куда-нибудь значок с камоном. А вот на приёмы, полуофициальные и, тем более, официальные мероприятия, герб обязателен.

— По уму, — сказала Аматэру, — тебе надо обновить весь гардероб, но так как ты всё равно скоро уезжаешь, — поджала она губы. — Послезавтра постарайся выкроить время и передай всю свою одежду служанкам. Они сами разберутся, куда что пришивать. И не волнуйся, правильные слуги — а у Аматэру только такие — знают, как обращаться с одеждой господина. Так что лишних камонов не будет. Ну а на завтрашний вечер для тебя было заказано кимоно. Так как это все-таки день рождения, официальный костюм, как позавчера, надевать не стоит.

— А если я хочу что-нибудь европейского типа надеть?

— Послушай Старейшину Рода, мальчик, и делай, как тебе говорят, — произнесла она с усмешкой.

Ладно, пойдём ей на уступки. Женщин надо баловать. И, вспомнив Шину, добавил — в меру.

Вот так я и оказался перед встречающими гостей Анеко и её отцом, одетый в серое с серебряной окантовкой кимоно и такое же хаори. А в качестве партнёрши сегодня со мной была Аматэру Атарашики. Статная, гордая и величавая старушенция.

— Аматэру-сан, — слегка поклонился ей Дай. — Для нас честь приветствовать вас сегодня.

— Я тоже рада выбраться в свет, Охаяси-кун, — кивнула она благожелательно.

— Синдзи-кун, — посмотрел он на меня. — Ты ведь позволишь обращаться к тебе, как прежде?

— Конечно, Охаяси-сан, — поклонился я. — Ваш возраст и моё уважение не позволят мне требовать иного.

А Анеко просто молча поклонилась нам обоим.

— Моя дочь проводит вас, надеюсь, вам понравится праздник.

— В этом я не сомневаюсь, Охаяси-кун, — произнесла Атарашики.

Это был мой первый выход на светскую арену в качестве наследника Аматэру, поэтому о том, что я останусь один, не было и речи. К сожалению, старая перечница свалила через двадцать минут блуждания по двору Охаяси, оставив меня на растерзание толпе. И ладно бы оная состояла из взрослых, но те продолжили штурмовать крепость имени Атарашики, а мною занялись подростки и молодые люди. С которыми я знал о чём говорить, будучи никем, а вот получив столь звучную фамилию, обнаружил, что тем для общения стало гораздо меньше. Я просто не мог говорить о чём-то серьёзном, пока не разобрался в делах Рода и не интегрировал в него свои наличные силы и финансы. Да и само понятие «серьёзное» скакнуло куда-то в сторону. Не выше или ниже, просто в сторону. Как это ни странно, но я вдруг стал «малоинформированным» молодым человеком. То есть знал-то я прилично, но как соотнести всё это с реальностью, пока не понимал. Как-то не задумывался об этом раньше, так что всё действительно произошло «вдруг». Но главное, для меня стало неожиданностью, что детишки аристократов и в самом деле оказались детишками. Привык я к таким личностям как Анеко, Райдон, Отомо или тот же Тоётоми. Глядя на них, я поверил, что дети аристо, как часто пишут в разных книжках — «быстро взрослеют». Но нет, дети — они и в Африке дети. Так что смотреть, как эта шпана вьётся вокруг меня и строит из себя взрослых, не доставляло никакого удовольствия. Не мои же дети в конце-то концов, потому и умиления не вызывало. Это не значит, что «рано повзрослевших» не было, но на фоне остальной толпы они терялись.

— Прошу прощения, — произнёс я, в очередной раз заметив в стороне Анеко, которая на этот раз находилась в обществе одного лишь Рея. — Я бы с удовольствием поболтал с вами ещё, но я так и не поздравил сегодня именинницу.

Отделавшись подобным образом от трёх девчонок и двух парней, я направился в сторону друзей.

— Ещё представится возможность, — услышал я слова Райдона, когда подходил к ним.

— Да это просто нечестно, — ответила ему Анеко.

— Не обо мне ли разговор? — спросил я, подходя к ним сзади.

— Господин Аматэру, — усмехнулся Рей, одетый в тёмно-синее мужское кимоно. — Решили уделить нам время?

— Могли бы и помочь мне, — улыбнулся я в ответ. — Такое количество желающих пообщаться даже для меня слишком. Ну здравствуй, Анеко. С днём рождения. Отлично выглядишь в этом кимоно.

Одета она была в нечто серо-золотое, что неплохо сочеталось с её волосами.

— Спасибо, — слегка смутилась она. — Мы просто не решились подходить к тебе, ты и раньше был весь такой деловой, а сейчас, наверное, и подавно.

— Ну какие дела могут быть в такой атмосфере? — усмехнулся я. — Слишком уж много людей.

— Учту, — улыбнулась она краешком губ.

— Как сам-то? — спросил Рей. — Аматэру, конечно, крутая фамилия, но вряд ли там было всё просто.

— Нормально, — повёл я плечом. — Основные трудности ждут впереди, а сейчас так, разминка.

— Ну да, — чуть вздохнул он. — Народ только приходит в себя от такой новости. А вот как придут, быстренько вплетут тебя в свои планы.

— Как и я их, — пожал я плечами. — Такова жизнь.

Приглашение на разговор от главы клана Охаяси прилетело через полчаса. Кивнув служанке, с улыбкой развёл руками.

— Дела. Я найду вас, как освобожусь.

— Да ладно, чего уж там, — произнёс Рей.

— Мы будем ждать тебя у этого столика, — пообещала Анеко.

— Договорились.

К Охаяси Даю меня проводила всё та же служанка. Ждал он меня в своём кабинете совершенно один, хотя я не удивился бы, окажись тут и его наследник — Охаяси Сен.

— Ещё раз здравствуй, Синдзи-кун, — улыбнулся он, когда я вошёл в помещение. После чего, поднявшись из-за стола, указал рукой на одно из кресел. — Проходи, садись.

— Благодарю, — произнёс я, присаживаясь.

Сам же Дай сел в соседнее. Теперь нас разделял лишь небольшой столик.

— Как праздник? — спросил он.

— Превосходно, как и всегда, — ответил я. — Сколько бы раз у вас ни был, неизменно поражаюсь масштабами.

— Я рад, — кивнул он. — На этот раз подготовкой заведовала Анеко. Мы, конечно, помогли ей немного, — подмигнул он хитро, — но ручку она приложила.

— У вас растёт талантливая и умная дочь, — склонил я голову, как бы выражая почтение и ему, как главе семейства и отцу, так и самой Анеко за её труды.

— Знаешь, мы готовы были отдать Анеко тебе, да Аматэру-сан нас опередила, — усмехнулся он.

А я, если бы что-нибудь пил, точно поперхнулся бы. Отдать принцессу клана простолюдину? Да не, это он мне так комплимент делает. Ну и прощупывает почву, не без этого.

— Для меня это была бы огромная честь, Охаяси-сан.

— Ну, — засунул он руку в карман своего пиджака, а одет он был в светло-серый костюм-тройку, — ещё не всё потеряно, не так ли?

После чего положил на столик, разделяющий нас, флэшку.

— Это то, о чём я думаю? — спросил я не двигаясь.

— Всё, что у нас есть по Малайзии и что не затрагивает клан Охаяси, — кивнул он. — На самом деле, там есть несколько Родов, с которыми мы ведём дела, но я не прошу их не трогать. Тебе и так будет непросто.

— Шмиттам, — произнёс я задумчиво. — Я всего лишь наблюдатель.

— Конечно, извини. Шмиттам, — поправился он.

— В любом случае, спасибо, — забрал я флэшку. — Положительный результат пойдёт на пользу и Роду Аматэру. Возможно, я могу сделать для вас ответную услугу?

— Нет-нет, что ты. Хорошие отношения с твоим Родом вполне нас устраивают.

В переводе на человеческий, Охаяси сказал: «этот должок мы, пожалуй, придержим». Погано то, что задолжал я ему знатно — даже если он ещё и не знает о решении альянса Кояма перенести дату вторжения, а они вторгнутся в любом случае, слишком уж много сил в это вложили, то обязательно узнает. Не смертельно, конечно, но немного напрягает. Впрочем, такова жизнь. Никто не заставляет меня принимать его помощь. Может, уточнить, с какими Родами они ведут дела в Малайзии? Если получится их не задеть, это потом зачтётся. Нет. Не скажет. Зря, что ли, упоминал о них? Набить цену, а потом тут же её скинуть?

— Ещё раз спасибо, — кивнул я ему.

В крайнем случае, на Шмиттов стрелки переведу, но он вряд ли станет жестить с долгом.

— Не за что, Синдзи, — ответил он. — Мне это ничего не стоило.

Вот зря он это сказал, я обязательно запомню. Если всё-таки будет жестить.

Томить меня бессмысленным разговором Охаяси не стал, и, перекинувшись парой фраз, мы с ним распрощались. Анеко с Райдоном я и правда нашёл у того самого стола во дворе. И даже на том же самом месте.

— Только не говорите, что вы не сошли с места, — подошёл я к ним усмехаясь.

— Да тут попробуй отойди, — заметил Райдон, с лёгкой ухмылкой покосившись на сестру.

— Ты не так уж и долго отсутствовал, — произнесла Анеко. — Всё нормально?

— Просто отлично, — успокоил я её. — С твоим отцом приятно иметь дело.

— Надеюсь, он не доставил тебе проблем? Ты только скажи, я ему... — потрясла она кулачком.

Само собой, она не всерьёз. Анеко девочка умная и понимает, что такое серьёзные дела.

— Если что, обязательно воспользуюсь твоей помощью, — кивнул я важно. — А с Райдоном, в случае чего, поможешь?

— Эй, это против правил! — вскинулся Рей.

— Конечно помогу, с Райдоном особенно, — кивнула она в ответ.

— Ну совсем здорово... — вздохнул объект обсуждения.


Глава 2

— Сегодня весь день мой, — предупредил я Атарашики за завтраком.

— Весь день? — удивилась она. — У тебя так много дел?

— Дел всегда много, — ответил я. — К сожалению. И кстати, у тебя нет дома в пределах Токио? Это место слишком далеко. Ну, или давай поживём у меня.

Ещё вчера днём мы вернулись из Токусимы, чтобы успеть на день рождения Анеко вечером. Остановились же в одном из онсэнов старухи за городом.

— Ютиться в этих маленьких домах? — вскинула она бровь. — Впрочем, если наследник настаивает...

— Он настаивает, — произнёс я. — Не знаю, что там у тебя есть в Токио, но мой особняк не такой уж и маленький.

— Для тебя одного и небольшого семейства слуг быть может, — не согласилась она. — Но для тебя, меня, наших слуг и слуг дома уже не всё так однозначно.

— Зато не будет так пустынно, как тут.

— Просто сейчас не сезон и мало посетителей, — привела она аргумент. — Как будто ты этого не знаешь.

— Знаю и учитываю, — ответил я. — Так что, переезжаем?

— Как скажешь, — вздохнула Атарашики.

И как мне показалось — напоказ.

— Вот и ладушки, — произнёс я, после чего закинул в рот кусочек жареной рыбы.

Позвонив и предупредив Ёсиоку, главу семьи, обслуживающей мой особняк, поехал на базу. Народу там с гулькин нос, так как большинство моих людей уже в Малайзии, но мне нужен был как раз один из тех, что остались. Хигаси Джобэн. Финансист, которого я вытащил из тюрьмы и который уже заработал мне кучу денег. Сейчас он полностью сконцентрирован на последствиях моего вступления в права наследника Аматэру, и если он не заработает на этом полмиллиарда, я плохо его знаю. В среднем где-то такие цифры он и озвучивал, когда мы обсуждали с ним это дело в последний раз.

Зайдя в кабинет Хигаси, который был ему и рабочим местом, и спальней, и комнатой отдыха, застал там его, сидящего за столом, пристально наблюдающего за чем-то на мониторе и держащего у уха мобильник.

— Привет, Хигаси, — поздоровался я с ним, получив в ответ тишину. — Хигаси?

— Тихо всем! — рявкнул он, даже не посмотрев в мою сторону.

Понятно. Сейчас он весь в делах и вполне может обматерить даже меня. Точнее, не меня, а того, кто будет его отвлекать, так как он не смотрит, кого посылает по матери. Впрочем, он в таком состоянии только в самые напряжённые моменты, которые не длятся долго.

— Значит ты не против, если я постою рядышком? — усмехнулся я, обходя его сбоку.

В ответ он пообещал отыметь домашних любимцев тех, кто не может минутку помолчать, а потом заставить обесчещенных животных сожрать владельцев. И всё это, не отрываясь от монитора.

— Продавай всё нахрен, живо! — бросил он коротко и, уронив мобильник на стол, начал активно работать клавиатурой и мышкой. А через четыре минуты неожиданно вскинул руки вверх: — О, да! Да! Да, мать вашу! Э? Саку... Аматэру-сан? — заметил он меня наконец. — А кто... — окинул он взглядом пустой кабинет. Вот тут до него и дошло, с кем он... общался. На мгновение его глаза расширились, он резко вскочил на ноги и согнулся в глубоком поклоне. — Искренне извиняюсь, Сакурай-сан! А-а-а, прошу прощения, Аматэру-сан! Прошу прощения! Прошу прощения! Прошу прощения! — начал он кланяться, как болванчик.

И это забавно. Сколько раз попадал в эту ситуацию, и каждый раз веселюсь. Забавный тип этот Хигаси.

— Всё, успокойся уже, — попытался я его остановить. — Хигаси, успокойся. А ну замер, я сказал! Вот, уже лучше. Теперь разогнись и поведай мне, чему ты так радовался.

— Конечно, Саку... Аматэру-сан, — начал он неуверенно. — Конкретно сейчас, — покосился Хигаси на монитор, — прибыль составила около четырёхсот миллионов, что с момента вашего вхождения в Род увеличило общую прибыль до одного и трёх миллиардов рублей. И это очень хорошие показатели. При этом я ещё не выжал из ситуации всё возможное, но дальнейшее развитие будет зависеть от ваших действий в Малайзии. Да и сама Малайзия... — задумался он. Даже прекратил мяться.

Охренеть... То есть он более чем вдвое опередил свои прежние выкладки. Обещал-то пятьсот миллионов.

— Как раз за этим я сюда и приехал. Держи, — протянул я ему флэшку, стараясь не показать удивления. Как ни крути, а его результат — это что-то с чем-то. Даже я это понимаю. — Здесь известные мне на данный момент финансовые дела малайской аристократии. Информация довольно разрозненная, но с высокой вероятностью достоверная. Впрочем, получил я её от третьих лиц, так что по возможности всё же проверяй и учитывай возможность подвоха.

На самом деле в том, что мне передал Охаяси Дай, было не так уж много инфы касаемо именно финансов, но уж что было, то я вычленил и скомпоновал в отдельный файл, который и передал Хигаси. Сначала я и вовсе думал скопировать флэшку Охаяси и передать парню как есть, но Хигаси у нас чистый финансист, и море лишней информации только запутает его.

— Это, несомненно, поможет, Аматэру-сан, — поклонился он, прижав флэшку к груди.

— Вот и отлично, — слегка улыбнулся я. — Уверен, ты принесёшь мне ещё немало денег.

— Буду стараться изо всех сил, — вновь поклонился он.

Но чёрт возьми, восемьсот лишних миллионов! Всё-таки не зря я решил поговорить с ним. Я к тому, что информацию с флэшки можно было и по интернету отправить или гонца послать. Ну или тупо позвонить Хигаси, чтобы он сам ко мне подъехал... Блин, так и надо было сделать. Что-то я затупил. Да и ладно, проветриться тоже стоило.

— А теперь о серьёзном, — направился я в сторону дивана, на котором Хигаси тут ночует.

— Эм... А разве это... — приподнял он руку с флэшкой.

— Ради одного этого, — уселся я на диван, — я бы сюда не поехал. У меня к тебе более серьёзный разговор.

Положив наконец флэшку на стол, Хигаси вышел на середину кабинета. Так как помещение было не такое уж большое, остановился он буквально в трёх шагах от меня.

— Внимательно слушаю, Аматэру-сан, — произнёс он серьёзно.

— Я предлагаю тебе стать Слугой Рода, — не стал я ходить вокруг да около. — Хоть мы знакомы не так уж и долго, но ты зарекомендовал себя как надёжный и в высшей степени грамотный профессионал. Не побоюсь этого слова — гениальный. Я ни на секунду не пожалел, что повстречал тебя, и буду рад, если у Рода Аматэру появится такой Слуга. При любом твоём ответе моё отношение к тебе не изменится.

— Я... — не мог он вымолвить ни слова. — Я... Это более чем щедрое предложение, Аматэру-сама, — медленно склонился он в поклоне. И не разгибаясь продолжил: — Моя жизнь, моя верность, моя душа принадлежат вам, Аматэру-сама.

— Через год подобное предложение поступит многим, — заметил я, — но именно ты — один из первых. Заканчивай свои дела, ну или отложи их — ритуал пройдёт в конце недели. И разогнись уже.

В перспективе его можно сделать главным финансистом Рода, но тут уже надо смотреть. С профессиональной точки зрения он потянет, а вот с личностной — не знаю. Плюс у Атарашики уже есть человек на этом посту, такой же старик, как и она, так что сходу дать этот пост Хигаси я в любом случае не могу. Но опять же — в перспективе...

Оставшийся день провёл, подчищая хвосты перед отбытием в Малайзию. Так-то я уже давно готов, но всегда останутся какие-нибудь мелочи, которыми можно заняться. Например, навестить Кавагути Тадахару, которого недавно излечила Мизуки. Узнать, как-что. Засветиться перед ним с новой фамилией, которая, к слову, его сильно впечатлила. Теперь обращения «парень» от него вряд ли дождёшься. Побывать на одном из совещаний Шидотэмору. Правда, я заранее предупредил совет директоров о приезде и не уверен, что совещание так уж было нужно. Не удивлюсь, если они его чисто для меня устроили. Съездить к Шотгану, который постепенно восстанавливает свой клуб. Вот его отношение совершенно не изменилось. Может, пережитое вместе сыграло роль, а может, человек такой, но я, признаться, был рад этому.

В целом, получилась этакая разрядка. И дела какие-никакие, и напряга нет. А вот следующий день обещал выдаться полной противоположностью.

— Приложи к стене руку, — произнесла Атарашики.

Вечером нас ждал ужин с императорской семьёй, а с утра она решила сходить в Хранилище.

— И по какому принципу тут всё работает? — спросил я, выполнив требуемое.

— Проверка крови, — ответила старуха.

Я даже успел удивиться, прежде чем моя рука стала проваливаться в стену. Выйдя с другой стороны дождался появления Атарашики.

— Если проверяют кровь, то как я прошёл? — поинтересовался я.

— Ты совсем дурак? — поднялись её брови. — Или не знаешь, что камонтоку передаётся по крови? И как, по-твоему, дети получают козырь Рода?

— Об этом я в курсе, — дёрнул я плечом. — Но мне-то его передали через ритуал.

— Синдзи, — прикрыла она глаза. — Тебе никто не передавал камонтоку. Точнее, это была не чистая передача способности. Ритуал изменил тебе кровь. Я была эталоном, ты стал копией. Не стопроцентной, конечно, но любой тест теперь покажет, что ты мой ближайший родственник. Внук или правнук, примерно.

— Но... — у меня в голове не укладывалось данное заявление. — Это же не совсем кровь. Точнее...

— Я знаю, Синдзи, — произнесла она мягко. — Но ритуал очень древний, и тогда не знали таких терминов, как ДНК. Современные люди просто не плодят сущности. Всегда говорили «кровь», и что-то менять бессмысленно. К тому же, кровь тоже меняется. Всё, хватит объяснений, пошли дальше.

— Ты рассказывала про детей, у которых два камонтоку, — сдвинулся я с места. — Часом не на основе подобного... естественного допущения построен ритуал?

— Возможно, — пожала она плечами. — Но я не советую пытаться привязать древний ритуал к современной науке. Скорее, мозг сломаешь. Ты Аматэру по крови, просто прими это и выбрось из головы остальное.

Просто прими... да я... Чёрт. Придётся просто принять, а то и правда мозг сломаю. Об этом, кстати, Ал'Вир и говорил. Я вольно или невольно пытаюсь всё объяснить с научной точки зрения. Осознать, как такое вообще возможно. Потому ведьмаки в моём прежнем мире и становятся сильнее именно в бою. Когда мозги отключаются, и ты просто действуешь. И у местных Патриархов, похоже, такая же проблема. Хотя тут, конечно, еще и другие причины в наличии. Например, бессмысленность прокачки. Зачем становиться сильнее, если твоя главная задача в другом. Да и в бой тебя не пустят. Плюс очень малое количество ведьмаков-патриархов — то есть если в моём прежнем мире нас было полно и система обучения была давно выработана, то тут Патриархи работали в одиночку. Они даже посоветоваться с собратьями не могли. Со временем вполне может появиться какой-нибудь гений, который в одно рыло сумеет развиться до выдающихся результатов, но при засильи бахира Патриархов слишком мало, и когда там этот гений появится — неизвестно. В копилку этой теории можно отнести и Казуки. Парень действительно неслабо продвинулся в развитии, и если прежде я считал это заслугой возраста, то теперь даже не знаю. Правда, обучаю я его так же, как обучали меня... Блин, и это наверняка его тормозит, но другой системы обучения у меня нет, а сам я не какой-нибудь там гениальный учитель, который может подстраиваться под ситуацию и ученика.

Ладно, сейчас всё равно бессмысленно думать о Казуки, скоро мы с ним на целый год расстанемся. Ну ладно, может, и не на целый, но даже если получится возвращаться на некоторое время, побывки эти всё равно не будут долгими. Похоже, и правда придётся рискнуть и следовать советам Ал'Вира, ибо я не знаю, как обучать тому, что не попробовал на своей шкуре.

В Хранилище мы просидели с десяти утра до четырёх дня. Даже обедали там, благо притащить с собой несколько больших коробок бенто было несложно. Рассказывала Атарашики обстоятельно и насколько возможно полно, из-за чего осталось еще множество предметов, о которых я так ничего и не услышал. Однако старуха пообещала, что мы еще наведаемся сюда до моего отъезда.

А вечером нас ждал банкет у Императора, который устроили в замке Эдо, Токийской резиденции Императора — хотя называть замком этот комплекс зданий, расположившийся на территории площадью более семи квадратных километров, как по мне, не совсем верно. Есть легенда, оформленная во множество книг и фильмов, что во время Второй мировой замок Эдо днём и ночью защищали члены аж семи Родов, специализирующихся на защите. Этакая интерпретация современных семи самураев. В тех же фильмах эта история выглядит весьма эпично, заставляя задуматься, как вообще город остался существовать при тех масштабных зарубах. В одном из фильмов от города и правда мало что осталось, лишь развалины со стоящим в центре неприступным и, конечно же, целым и невредимым замком. Ну и да, большая часть защитников по законам жанра отправились на тот свет.

Банкет проходил в Зале Тысячи Блюд — огромном помещении, оформленном в полутрадиционном-полуевропейском стиле. Много нефрита, золота и хрусталя. А еще высокородных, по-настоящему высокородных имперских аристократов. Одно из отличий кланов от имперцев — для первых, в большинстве своём, оказаться в одном помещении с Императором большая редкость и честь, в то время как для имперцев в этом плане попроще.

Мононобэ, Отомо, Тайра, Фудзивара, даже фактически уничтоженные Минамото, все они были здесь. И это только особо значимые Рода.

— Они даже детей своих притащили, — произнёс я негромко, заметив стайку пигалиц двенадцати-тринадцати лет.

— Это пассаж в мою сторону, — так же тихо ответила Атарашики. — Первую жену выбирает родня, но я не выберу для тебя подобную мелочь. Так-то это идеальный вариант, но я слишком стара, чтобы ждать их взросления.

Мне с каждым днём — а она хоть раз за день да упомянет женитьбу и внуков — всё интересней и интересней, кого она выберет мне первой женой. А так как я одной супругой не ограничен, даже наоборот, меня вся эта возня не напрягает. На самом деле у Атарашики довольно непростой выбор. Пигалиц, по её словам, она не выберет, но если их не учитывать, то выбор очень сильно сужается. Она сама говорила, что первой женой у меня будет девушка из имперской аристократии, но из молодых Родов она выбирать не станет, а у остальных либо дочерей нужного возраста нет, либо у них уже есть женихи. Впрочем, не уверен, что она сделает выбор до завершения эпопеи с Малайзией. А то вдруг я, весь такой красивый, сгину.

— А ты, кстати, не думала о Свободных Родах? — спросил я.

— Например?

— Накатоми, — кивнул я в сторону пары стариков, главы Рода и одной из его жён.

— Накатоми... — пробормотала она совсем уж тихо. — Да, это вариант. Ты знаешь кого-нибудь из них?

— Разве что с главой школьного студсовета пересекался, — ответил я.

Накатоми очень старый Род. Свободный и нейтральный. Именно он владеет гостиницей, в которой жили мои родители. Невеста с даром целительства точно будет нелишней. Мизуки была бы лучшим выбором, но её вряд ли отдадут. Да и трудно мне её представить своей невестой. Пусть уж лучше другом остаётся. Кстати, присутствие на банкете представителей этого Рода — показатель их немереной крутизны.

— Аматэру-сан, — подошло к нам семейство Отомо. — Рад видеть, что вы наконец стали выбираться в свет.

Обратился к нам глава Рода — Отомо Азума. Шестидесятичетырехлетний старик в ранге «мастера». Вместе с ним была одна из его жён — Отомо Анзу, наследник — Отомо Фуюки, опять же с женой, и внук Акинари с сестрой Каори. С двумя последними я был знаком более плотно. Особенно с Акинари, с которым у меня намечалось совместное дело. Парень был в своём роде гением, всего на год старше меня, но ушедший в свободное плавание и достигший немалых высот на финансовом поприще. И если у меня за плечами была целая прожитая жизнь, то парнишка опирался лишь на свои мозги. С жизненным опытом у него было не очень.

— Азума-кун, — улыбнулась ему Атарашики. — Маленький подхалим. Хоть мы и виделись недавно, всё равно приятно встретиться с тобой вновь.

Видимо, они знакомы давно и плотно, так как я в его словах подхалимажа не заметил. Даже намёка. Значит, это какая-то старая тема.

— Аналогично, Аматэру-сан, — чуть кивнул он, и посмотрев на меня, продолжил: — Синдзи-кун, выглядишь бодро.

— Стараюсь, Отомо-сан, — поклонился я.

С этим семейством, точнее, с его главой и наследником, я виделся ещё на церемонии представления нового члена Рода. В тот вечер я со многими познакомился, но конкретно с Отомо я впервые встретился еще на турнире Дакисюро. Правда, тогда он был более сух и официален, ну да это можно понять. С Акинари в последующем разговоре мне так и не дали пообщаться. Ведущей скрипкой были старшие, в основном Атарашики, Азума и Фуюки. Иногда голос подавали их жёны. А вот мы, молодняк, тупо стояли, улыбались и где надо поддакивали. Ничего официального или серьёзного в их разговоре не было, так что и я, как наследник, не мог встревать в общение старших. В общем-то старуха, и только она, могла разделить нас, бросив что-нибудь вроде «пусть молодые пообщаются», — так как со стороны Отомо это выглядело бы невежливо, — но мы еще дома договорились по возможности не разделяться. И дело вовсе не в каком-то там опасении чего-либо, просто в случае разделения раскололся бы и наш круг общения. У меня еще слишком мало знакомств в обществе, потому и подходили бы ко мне в основной массе дети и подростки, в то время как взрослые, с которыми мне тоже надо знакомиться и налаживать связи, вились бы вокруг Атарашики. Я, конечно, мог просто отойти чуть в сторонку и пообщаться, например, с тем же Акинари, но тогда старухе пришлось бы, в случае чего, растягивать разговор, ожидая моего возвращения, потому что окликнуть меня и позвать следовать за ней, как какую-то собачку, она никак не могла. В случае с Отомо всё это вилами по воде писано, отношения у них, как я понял, хорошие, но вот с другими мог выйти казус. Так что я решил не плодить сущности и остаться на месте. Всё равно у меня не было жгучего желания пообщаться с Акинари. О, я бы не отказался, если что, но здесь и сейчас решил не выёживаться.

Вслед за Отомо к нам потянулись и другие аристократы. Важные и высокомерные Тайра, что проступало даже в общении с нами, хотя они честно старались быть учтивыми. Но как ни крути, мы для них были старой женщиной и сопляком, возможно, даже выскочкой. Суховатые, но остроумные Фудзивара, которым, как мне показалось, было просто любопытно с нами пообщаться. Хитрые Мононобэ, которые пытались выведать наши дальнейшие жизненные планы и сходу навязать нам какой-то совместный бизнес. Понимающие и располагающие к себе Накатоми — наверное, такими и должны быть хорошие целители. Они, кстати, не преминули пожелать здоровья и рекомендовали Атарашики не забывать об отдыхе.

Чем младше был Род наших собеседников, тем их поведение становилось более формальным, а порой и подобострастным. Можно сказать, что «молодняк» был лишён индивидуальности, но надо понимать, что только для нас, Аматэру. Ну, и таких же старых и уважаемых Родов. Формализм был защитой и перестраховкой — не дай бог Атарашики углядит в каком-то высказывании наглость или оскорбление. Уж родственница одной из императриц проблем создать сможет. Клановым в этом вопросе попроще — они от Императора и его семьи почти не зависят. Во всяком случае, надавить на них сложнее, чем на имперскую аристократию. В то же время я всё-таки сомневаюсь, что нас здесь кто-то боялся, скорее, не хотели заиметь ненужных осложнений на ровном месте.

В какой-то момент, когда мы общались с очередным аристократическим семейством, недалеко от нас появился мужчина в одежде дворцового слуги. Он просто стоял и ничего не делал, дожидаясь окончания разговора, но одно то, что он показательно стоял рядом, говорило о многом.

Похоже, Император решил уделить нам время.

Дождавшись окончания разговора, который заглох сам собой, стоило только слуге появиться, тот сопроводил нас из зала и привёл к высокой монументальной двери, украшенной золотым орнаментом. Постучавшись в дверь и подождав несколько секунд, слуга с поклоном раскрыл перед нами одну из дверных створок. Показательно его не замечая, мы вошли в огромный — как и всё, что я видел во дворце до этого — кабинет. Боковые стены заставлены книжными шкафами. Несколько массивных кресел, низких столиков, пара диванов и большой письменный стол, стоявший у противоположной от нас стены. Окон не было. В целом, всё оформлено в европейском стиле, и «японщины» мной замечено не было.

— Атарашики, — поднялся из-за стола Император. — Прошу, располагайтесь, — указал он на несколько кресел стоявших вокруг столика. После чего и сам направился в ту сторону.

В одном из этих кресел сидела его жена, такая же старушка, как и сам Император. Они вообще, насколько я знаю, были примерно одного возраста с Атарашики. Что Император, что его жена, двоюродная сестра старой карги. В целом, если Императора не трогать, ну или если он в благодушном настроении, старик больше всего подходит под определение доброго дедушки, но если что... На приёме в мою честь четыре дня назад я наблюдал забавный момент, когда Императора отвлекли от разговора с Атарашики, и даже я тогда подумал, что мужику, сделавшему это, каюк, так на него Зыркнул Император. Зыркнул — с большой буквы. И ведь это не пресловутое яки, такое я бы почувствовал, нет — чистейшая аура власти. Никогда с таким не сталкивался, но ошибиться трудно. Именно так выглядит человек, чьи предки повелевали тысячелетиями. Впрочем, про характер и силу воли конкретного человека тоже не стоит забывать.

— Ваше императорское величество, — спокойно поклонилась Атарашики. Ну и я вслед за ней.

Будь ты хоть сто раз Аматэру, старый друг или ближайший соратник, к Императору нужно всегда обращаться подобающе. Исключением является только родня, да и то не вся, а лишь ближайшая.

— Садись, Атарашики, — улыбнулся Император. — Не тот у нас возраст, чтобы ноги напрягать.

Разогнувшись, подошли к креслам, на которые указывал государь. Уселась только старуха, я же примостился рядом, так как мне никто садиться не предлагал. Будь это кто угодно, кроме Императора, и я бы оскорбился. Мне бы пришлось оскорбиться, так как я наследник и мужчина, но из нас двоих игнорируют именно меня, в то время как Атарашики привечают. Но Император... он как Аматэру для всех остальных, ему прощается очень много. Причём не из-за титула, а из-за его Рода. Одного из древнейших в мире, да. Титул же даёт другие преференции, не меньшие, чем возраст Рода. А уж если сложить и то, и то... В общем, мне оставалось стоять рядышком со старухой и не отсвечивать.

— Здравствуй, Ата-тян, — улыбнулась ей жена Императора. — Как здоровье?

— Отлично, Митико, — ответила Атарашики. — Как ни странно, отлично.

Присевший рядом с женой Император произнёс:

— Праздник в честь пополнения Рода закончился. Эмоции устоялись. Поэтому я не могу не задать этот вопрос — почему он? Что такого в этом мальчике?

— Сила, воля, дух, — не раздумывая ответила Атарашики. — Пусть он и рождён Сакураем, в жилах которого течёт кровь Бунъя, но я увидела в нём то, что характерно для Аматэру.

— И всё? — удивился Император. — Я понимаю, что это немало, но прости меня за эти слова, Атарашики — твой Род на грани, и приведённых доводов маловато.

— Само собой, он ещё и умён. А также не находится под чьим-то влиянием, — пожала плечами старуха.

— Всё равно... — произнёс он в задумчивости, проведя рукой по подбородку и посмотрев, наконец, в мою сторону, спросил: — Ну а ты? Что ты можешь сделать для Аматэру? Наши рода как младший и старший братья, и я сильно переживаю за младшего родственника.

Мне не понравились его слова и тон. Такое впечатление, что он не за младшего брата переживает, а за любимого хомячка. Ну или если ближе к реальности — за редкий экземпляр в своём зоопарке.

— Возрождение Рода даже не обсуждается, Ваше Величество. Вопрос в том, что я буду делать дальше.

— Сильные слова, — покивал Император. — Может, у тебя и план уже есть? — усмехнулся он. — Хоть какой-нибудь.

— Конечно, Ваше Величество, — слегка поклонился я, после чего продолжил, не вынуждая его поторопить меня с пояснением: — Первым делом собираюсь договориться о проведении еще одного ритуала принятия в Род, дабы в случае моей смерти на этом всё не закончилось. Думаю, Абэ Джунко пойдёт нам навстречу.

Что Император, что его жена буквально замерли после моих слов. А через три секунды отмерли. Митико нахмурилась и потёрла лоб, а Император произнёс:

— Ты сумел меня удивить, мальчик. Полагаю, это твоя идея? — спросил он меня, переведя при этом взгляд на Аматэру.

— Я скорблю об упущенном времени и вариантах, — пришлось ей подать голос, — но признаю свою слепоту, — кивнула старуха.

— И ведь на виду всё было, — проворчала Митико.

— Что ж, — вновь заговорил Император. — Считай, на Герб для Шмиттов ты заработал. Если они смогут удержать земли Малайзии год, я позабочусь об этом. Но меня немного обижает тот факт, что ты хочешь договориться с Абэ. Думаю, Митико тоже не будет против помочь.

— Определённо, — произнесла та уверенно.

— Для меня честь принять вашу помощь, — поклонился я им. — Прошу прощения, что выбрал Абэ, но императорская семья — основа, столп и последний рубеж. Сначала я хотел попробовать другие варианты и не беспокоить Вас без должной причины.

— Извинения приняты, — кивнул Император. — Как только найдёте достойную кандидатуру, можете обращаться к нам, — дал он своё разрешение.

И на этом серьёзные темы больше не поднимались. Я всё ждал, когда речь зайдёт о Малайзии или выходе Рода из клана, но Император так и не поднял эти вопросы. Возможно, он уже поговорил об этом с Атарашики, всё-таки на приёме в честь вступления в Род он довольно продолжительное время с ней общался. А возможно, собирается спросить об этом в другой раз, без меня. Ну или ему это просто неинтересно. Есть также вариант, что он и без разговоров всё знает и понимает. В любом случае, здесь и сейчас Императора больше интересовал я сам и моя жизнь до этого момента. Кстати, мои биологические родители тоже не упоминались. Такое впечатление, что он целенаправленно обходил скользкие вопросы. Под конец разговора мне даже пришлось признать, что он не так плох, как мне показалось вначале. Пусть и не добрый дедушка, каким казался основную часть времени, но и не мерзкий старикашка. Он Император. Одно слово, но очень много смысла. С умным, пусть и циничным реалистом я могу иметь дело.

* * *

После завершения банкета и ухода Аматэру в кабинете Императора собрались три человека. Хозяин кабинета, его старший сын и наследник, а также глава имперского Рода Тайра.

— Ну, что скажете о найдёныше Атарашики? — спросил Император.

— Такое впечатление, — произнёс Тайра, — что он урождённый Аматэру. Такой же наглый и гордый, как и весь его Род.

— Наглость не совсем то слово... — начал наследник Империи.

— Земля круглая, Аматэру наглые, — пожал плечами Император. — Так было и так, надеюсь, будет. Но ты прав — наглость не совсем правильное слово, правда, и другого определения для этого нет. Так что пусть будет, как есть. Представляете, он посмел мне дерзить.

— Это как? — вскинул брови Тайра.

Как и наследник, только последний промолчал, в удивлении уставившись на отца.

— Как и должно Аматэру, — усмехнулся Император. — В ответ, хитро, но при этом ещё и превознёс наш Род.

Говорить о возможности увеличить численность Аматэру Император не собирался. Во всяком случае, не при Тайра. Сыну-то он потом всё расскажет, но точно не сейчас. Подобную информацию лучше придержать и сохранить для своих целей. Благо сами Аматэру, похоже, тоже не горят желанием трубить об этом на весь мир. Но пассаж парня до сих пор вызывал улыбку. Говорить о просьбе к урождённой Аматэру из клана Абэ, когда в одной комнате с ним сидит сестра Атарашики — довольно элегантный ответ на его провокации в начале разговора.

— То есть парень достоин своей фамилии? — уточнил наследник.

— Сложно говорить об этом после одного разговора, — ответил Император. — Но я верю в выбор Атарашики. Она умна. Можно без преувеличения сказать, что именно Атарашики тянула на себе Род последние... лет тридцать точно. А то и больше. Умна, опытна... — произнёс император задумчиво. — И что уж там, где-то даже удачлива.

— Состояние её Рода говорит об обратном, — покачал головой Тайра.

— И да, и нет, — вздохнул Император. — Если взглянуть в прошлое, то лично у меня складывается впечатление, что сама судьба тянула её Род в забвение, и лишь благодаря везению Атарашики он всё ещё существует.

— То есть вы думаете, что у парня может получиться с Малайзией? — спросил Тайра.

— Если получится именно у парня, — нахмурился Император, — то Шмитты окажутся за бортом, а ведь эта парочка зачем-то с ними работает. Присмотри за этим, кстати, — обратился он к Тайра. — Наблюдай и, если что, намекни им, где Аматэру неправы. Империи будет выгодно, если поход в Малайзию увенчается успехом. И лично мне выгодно, если план Аматэру сработает. Каким бы он там ни был.

— Вы против Альянса Кояма? — нахмурился Тайра в попытках понять планы господина.

— Нет. Не против него как такового, — покачал головой Император. — Но лучше, если награду получит как можно больше сторон, тогда каждому в отдельности достанется меньше.

— Но мы ведь тоже можем получить выгоду, — подал голос наследник. — Если Аматэру и кланам удастся отхватить кусок побольше, мы вполне можем забрать остальное.

— Если будем действовать быстро, — кивнул Тайра.

— Всё не просто, — поджал губы Император. — Если весь малайский пролив будет под нами, то англичане точно устроят ради него маленькую... а может, и не маленькую, войну. Надо основательно посидеть над картами. Ну и кланы с Аматэру должны победить.

— Лучше действовать, когда они почти победят, — заметил наследник. — Нам ведь и нужен-то небольшой кусочек суши с той и другой стороны пролива. Думаю, они не будут против этого.

— Англичане будут, — произнёс Тайра.

— Всё это — гадание на кофейной гуще, — произнёс задумчиво Император, прокручивая в голове десятки планов и стратегий. — Но если что, не стоит быть жадными. Посмотрим на первые месяцы кампании, а там... — замолчал он и, глянув на сына, продолжил: — Вполне возможно, тебе придётся тайно съездить в Сукотай. Сомневаюсь, что они откажутся от куска этого пирога.

— Мы делим шкуру неубитого медведя, — вздохнул наследник. — Но я буду рад, если у парня всё получится. Тогда и я с удовольствием съезжу в командировку.


Глава 3

Нэмото Таро нервничал. Сильно нервничал, хоть и старался не подавать вида. Несколько лет назад, нанимаясь, к тогда ещё Сакураю, он знал, чувствовал, что парень далеко пойдёт и, если постараться, то потянет за собой и его. Главное, приложить для этого усилие. И чем больше приложенное усилие, тем быстрее и выше будет взлёт. Но такое... Даже в самых смелых мечтах он не думал, что Господин станет аристократом так быстро, и не просто аристократом, а наследником легендарного Рода Аматэру. Это вообще было за гранью его воображения. Всего год, жалкий год назад он, Нэмото Таро, предложил Господину сходить на Хрустальную вечеринку, после чего всё и закрутилось. Он вкалывал, как никогда до этого, рвал жилы, попадал в аварии, ловил пули собственным телом, крутился среди аристократов, где одна ошибка могла стоить жизни. Сложно, опасно, но приз определённо стоил того.

Тем не менее Нэмото нервничал. А вдруг сейчас что-то произойдёт? Вдруг Господин войдёт в комнату и скажет, что Аматэру Атарашики посоветовала не брать его в Слуги? Ведь если подумать — то, что он делал для Господина, могли сделать очень многие. Он не гений, хоть и надеялся, что не обделён смекалкой, он не обладает сверхсилами, верность тоже не редкость — у Господина много верных людей. Тот же Танака. В отличие от него, Танака Эй попадал в ситуацию, когда все вокруг оказались предателями и лишь он сохранил верность Господину. Или деньги. Сумма заработанных Хигаси денег в голове не укладывается, вот уж кто гений. Непонятно, что Господин нашёл в своих водителях и мелком Казуки, но если подумать... Вась-Вась знают Господина немногим меньше Танаки, наверняка ведь и секреты его хранят, которые точно имеются. А Казуки... Что он о нём знает? Да ничего. Тем не менее, Господин возится с ним, опекает, а значит, есть причина. Самое очевидное — он будущий гениальный боец, который может многократно усилить Род.

А он? Что такого в нём? Уж самому себе не стоит врать — Нэмото Таро довольно заурядный человек.

— Да успокойтесь вы уже, Тану-сан, — прервал его мысли голос Казуки. — Поздно переживать, всё уже решено.

Сато Казуки, Тану Горо, он же Вася-тян, Василий Рымов, Танака Эй, Хигаси Джобэн, забившийся в угол и всё это время не проронивший ни слова, и он, Нэмото Таро — в данный момент находились в практически пустой комнате, оформленной, как и весь особняк, в традиционном стиле. Все они собрались здесь в ожидании ритуала принятия в Род новых Слуг, и если Нэмото довольно успешно скрывал своё состояние, то Тану Горо подобным похвастаться не мог.

— Демоны тебя побери, пацан! — воскликнул Вася-тян. — Ты вообще осознаёшь, что сейчас должно произойти? Слуги! Самих Аматэру! А-а-а! — вцепился он в свои волосы. — Да я даже не думал, что такое возможно!

— Парень прав, — заметил Рымов. — Успокойся. Бери пример с остальных.

— Да у вас просто нервы из титана, а я самый обыкновенный человек! Блин, наверняка ведь что-нибудь произойдёт, и меня турнут, не может быть, чтобы я стал Слугой самих Аматэру... — произнёс он убитым голосом.

Услышав подобное, у Нэмото даже от сердца немного отлегло — значит, он не один такой сомневающийся.

— Что ты так привязался к Аматэру? — поморщился Рымов. — Лично мне на это плевать.

— Ты просто не осознаёшь, насколько они круты, — посмотрел на него Вася-тян. — Тебе, рождённому в другой стране, не понять этого. Они легенда, столп нации наравне с императорским Родом! Те, кто тысячелетиями имели право повелевать!

— Позвольте уточнить, молодой человек, — подал голос Танака. — Вы, часом, не из Токусимы родом?

— Ну да, — посмотрел на него с удивлением Тану Горо. — А что такого?

— Да так... — вздохнул Танака. — В Токио, да и в других городах страны Аматэру не столь популярны. Известны, да, но подобного преклонения нет.

— Вы уж простите, Танака-сан, — произнёс насмешливо Вася-тян, — но это лишь говорит о вашей толстокожести. Знать об Аматэру и не осознавать, кто они такие... — покрутил он ладонью. — Так себе характеристика.

— Но в чём-то он прав, — пожал плечами Рымов. — Мне плевать, насколько известны Аматэру, главное, насколько крут мой шеф. А уж какая у него фамилия — не важно.

— Я служу Господину, — влез в разговор Казуки. — И, если его фамилия Аматэру, значит, им сильно повезло.

— Да вы фанатик, молодой человек, — усмехнулся Танака.

— А тут есть другие? — приподнял бровь парень.

Явно скопировал с Господина. Однако, глядя на это, слыша подобные слова из уст мальца, Нэмото даже ощутил, как мурашки по коже забегали. Кого же Аматэру Синдзи готовит из парня?

— Смею надеяться, я не такой, — пожал плечами Танака. — Ошибаться могут все, однако фанатики не видят ошибок объекта своего преклонения, а значит, и не могут поправить его, показать, где он не прав. Учитесь думать своей головой, молодой человек. Это ни в коей мере не отменяет верность, но тупые болванчики никогда не добивались многого. А наша задача именно в этом и состоит — подняться как можно выше. Выдающиеся Слуги гораздо лучше, чем фанатичные последователи. В первую очередь для своего господина.

Выслушав речь старшего товарища, Казуки еще несколько секунд наблюдал за ним в полной тишине комнаты, после чего низко поклонился.

— Благодарю, Танака-сан, я учту ваши слова.

И словно дожидаясь этого момента, двери в комнату отодвинулись в сторону, и на пороге показалась служанка.

— Аматэру-сан ждёт вас, — слегка поклонилась она. — Следуйте за мной.

Территория особняка была не такой уж и большой, так что, выйдя из комнаты, они уже через пару минут оказались во дворе главного здания, в центре которого росла огромная сакура, раскинувшая свою цветущую крону чуть ли не на весь двор. А под деревом их ждал Господин, одетый по всей форме — кимоно, хакама, хаори, как и полагается на официальном и в то же время торжественном событии. Рядом с ним стояла Аматэру Атарашики, также облачённая в праздничное кимоно. Когда во дворе появились будущие Слуги, Аматэру о чём-то разговаривали, но стоило Нэмото и компании приблизиться, Атарашики, произнеся напоследок пару слов, сделала шаг назад. Служанка, что привела их сюда, с поклоном удалилась, а они, выстроившись в ряд, молча ожидали слов наследника.

— Это довольно символично, — произнёс наконец Господин. — Первое, за долгое время, принятие новых Слуг, происходит именно весной. Возрождение, обновление... — произнёс он задумчиво, посмотрев при этом на цветущую сакуру. — Вы первые. Верные, достойные. — И вновь повернув к ним голову, спросил: — Вы осознаёте всю ту ответственность, которая ложится на ваши плечи? За вами будет пристально наблюдать множество глаз. Следить, не ошибся ли новый наследник в своём выборе. Вы готовы бросить вызов всем? Доказать, что вы лучшие?

— Я лучший, мой господин, — склонился в поклоне Казуки, опередивший их. — И я докажу это. Если потребуется, то и всему миру.

— Я уже на пути к этому, мой господин, — поклонился Танака. — Шидотэмору будут знать все в этом мире.

— Ваш мастер на все руки готов бросить вызов этому миру, — поклонился Нэмото.

— Я... Сделаю всё... — переполняли эмоции Хигаси. — Всё что я умею, принадлежит вам!

— Я сделаю всё от меня зависящее, мой господин, — повторил за ними Тану Горо. — Вам не будет стыдно за меня.

— Я всегда буду рядом, господин, — поклонился Рымов. — Даже если Вы бросите вызов миру, я помогу вам завоевать его.

— Я принимаю ваши слова, — услышали они. Словно гром, словно камнепад слова Господина обрушивались на их сознание. — Отныне вы — часть Рода Аматэру, его опора, его фундамент. Служите мне. Служите Роду Аматэру. Будьте Достойны. Будьте Верны. А уж я позабочусь, чтобы вы были Горды!

* * *

— Ну, как у меня вышло? — спросил я, когда мы остались с Атарашики наедине.

— Признаюсь, даже меня пробрало, — покачала она головой.

Ну ещё бы. Под конец я использовал Голос — это кого угодно проймёт.

— Пойдём, сакура здесь, конечно, хороша, но я уже есть хочу.

После принятия новых Слуг в Род осталась лишь одна вещь, которую я должен сделать перед отбытием в Малайзию — рассказать старушке о своём патриаршестве. Ну, и о Казуки заодно. К сожалению, рассказать о Токийском карлике тоже придётся — уж больно серьёзная вещь, чтобы держать в секрете. Как оно там, в будущем, всё сложится, не знаю, но старуха должна знать о возможных проблемах. Не то, чтобы я их ждал, но зарекаться тоже не стоит. Заодно и о повелительстве надо рассказать. Если бы об этом знал только я и доверенные лица, тогда можно было бы и промолчать — использовать бахир я всё равно не собираюсь. Но, к сожалению, об этом знает Кента, и какое применение он найдёт данной информации, я предсказывать не берусь. Слишком много вариантов. Родителей тоже не стоит забывать. Хоть я и могу создать им проблемы, они по-прежнему остаются фактором неопределённости.

В общем, как ни крути, а поделиться своими секретами со старушкой надо.

На следующий день после обеда с главой клана Табата мы вновь отправились в Хранилище, где я и решил поговорить с ней. Место ничем не хуже остальных, даже лучше, учитывая, что там нас не подслушать, а жрецы, даже если что-то и услышат, будут молчать в тряпочку. Плюс у них есть несколько Целителей, которые всегда под рукой.

— На этом всё, — произнесла она спустя несколько часов рассказов и инструкций. — Мне есть что поведать тебе ещё, но основное ты теперь знаешь.

— А что насчёт кольца, из-за которого похитили Шину? — спросил я.

— А что с ним? Это просто реликвия Рода. Бесполезный по сути артефакт, но принадлежащий нам так давно, что его утеря считается позором, — ответила она. — В этом и состоит ирония той ситуации. Я не могла его отдать, но само по себе оно для нас ценности не имеет.

— Оно ведь здесь сейчас?

— Да, — кивнула она и, мотнув головой за плечо, добавила: — В углу для реликвий. Я упоминала о нём.

— Помню, — подтвердил я, не решаясь продолжить. — Не могла бы ты его принести?

— Зачем? — нахмурилась старуха. Явно начала что-то подозревать.

— Просто принеси, — вздохнул я.

Поднявшись на ноги, она прошествовала в означенный угол, откуда вернулась уже с кольцом.

— Надеюсь, это просто любопытство, — произнесла она, вновь присаживаясь напротив меня.

— В каком-то роде, — достал я из рукава кимоно украденный у Токугава куб. — Это то, из-за чего похитили двух принцесс.

— Откуда... — расширились её глаза. — Откуда у тебя это? Стоп. Токийский карлик. У тебя есть выход на него?

— Можно и так сказать, — повёл я плечом. — В общем-то, я и есть Токийский карлик.

Молчала она даже дольше, чем я предполагал.

— Значит, Карликов всё-таки несколько, — отмерла она наконец. — И ты один из них. Теперь понятно, откуда у тебя деньги в самом начале взялись. Насколько большое влияние они на тебя имеют? Есть компромат? — прикрыла она глаза, начав тереть переносицу.

— С чего ты взяла, что Карликов несколько? — полюбопытствовал я. В целом-то понятно, просто интересно, что старуха скажет.

— Издеваешься? — бросила она на меня взгляд. — Или зазнался? Я своими глазами видела, как Карлик уработал Токугава с активным камонтоку, хочешь сказать, это был ты? — усмехнулась она под конец.

Ну, как говорится, понеслась...

— Да, это был я. Других Токийских карликов нет. Это я пришёл к тебе тогда, и это я, как ты выразилась, «уработал» Токугава.

— Но это невозможно... — пробормотала она, глядя на меня с удивлением. — Такое просто невозможно, с физической точки зрения. Тебе всего семнадцать! Даже Шина не смогла бы победить в том бою, а Карлик просто размазал его! Я знаю, на что способны «учителя», а Карлик явно покруче. Семнадцатилетних «мастеров» не бывает. Это невозможно. А нападение на твою базу? Хочешь сказать, и там ты постарался?

— И там, — произнёс я осторожно.

Если в начале в её словах ещё была экспрессия и эмоции, то под конец она совсем уж как-то притихла.

— Это невозможно, — произнесла она ровно. — Ты пытаешься меня обмануть. Зачем?

— Я не обманываю...

— Это Кояма? Их план? Зачем? Что вам нужно?

— Может, ты всё-таки успокоишься? — поморщился я. — Хватит уже нести этот бред. Ты поразительно везучая старая карга, которой посчастливилось отхватить в Род меня. Исходи из этого.

— Исходить? А может, ты всё-таки пояснишь свои слова? — произнесла она едко.

— Когда успокоишься. Не хочу бежать к жрецам за Целителем из-за того, что какой-то старой бабе сердце прихватило.

— Я спокойна. Говори, — не стала она даже вид делать, что успокаивается.

— Меня умиляет, что ты безоговорочно поверила в то, что я Токийский карлик, но при этом начала строить теории заговора. Просто прими как данность — я уникален, и оттого мне пришлось скрываться.

— Это Шина уникальна, а ты говоришь о мистике. В такое невозможно поверить, но ты всё же пытаешься меня в этом убедить. И что же я должна думать?

— Блин, надо было дома об этом поговорить, — проворчал я. — С успокоительным на руках.

— Я спокойна и ещё тебя переживу. Говори! — произнесла она строго.

— Это просто отлично. Значит, надоедать мне с детьми и женитьбой больше не будешь?

— Я сейчас не настроена на шутки!

— Ладно, ладно, — вздохнул я. — Тогда продолжим с самой незначительной информации в данный момент. Знаешь, почему Кояма Кента так желал затащить меня в клан?

— Без понятия, — ответила она и тут же задумалась. — А ведь что-то такое было. Он точно думал, что я знаю какой-то секрет о тебе.

— Кента-сан уверен, что я Повелитель Огня.

— Что? — взлетели её брови. — Какой ещё Повелитель Огня?

— Как в сказках, — усмехнулся я. — Ты ведь знаешь сказки о Повелителях Стихий? Вот я один из них. Во всяком случае Кента-сан уверен в этом, а я... скажем так, не совсем уверен, что он бредит.

— Повелитель Огня, — произнесла она через несколько секунд молчания. — Ещё одна сказка. Признайся, ты просто решил поиздеваться надо мной? Я очень тобой недовольна, Аматэру Синдзи.

— Про Повелителя забудь, — отмахнулся я. — Во всяком случае надо просто учитывать, что Кента-сан уверен в этом.

— Кента, конечно, старый засранец, но он не маразматик, — заметила Атарашики.

— Пообещай мне, что ты не будешь... — не смог я сходу подобрать слово. — Действовать в этом направлении без моего ведома.

— Синдзи...

— Просто пообещай.

— Обещаю, — вздохнула она.

— Мои родители в курсе насчёт Повелителя, более того, есть сильное подозрение, что моя младшая сестра тоже Повелитель Огня.

— Родите... — резко замолчала она, уставившись в пустоту. — Так вот оно в чём дело. Они точно что-то хотели от меня. Или от Кенты. А ты...

— Был платой, — кивнул я.

— Ты знаешь, что они хотели?

Вот тут я задумался. Говорить или нет?

— Ты обещала, — напомнил я ей.

— И сдержу обещание, — кивнула она величественно.

— Им нужно разблокировать камонтоку Рафу.

— Ещё одно невозможное в сегодняшнем разговоре. Во всяком случае, я на это не пошла бы.

— Даже за Повелителя Огня в Роду?

— Это сказки, — дёрнула она подбородком. — Но даже будь они реальностью, я бы всё равно не пошла на такое. Ты хоть представляешь, что бы о нас подумали в стране? Во всём мире? Всё заработанное за тысячелетия доверие рухнуло бы в бездну. Есть и другие причины, но они меркнут по сравнению с этой.

— То есть единственный их шанс — это Кента? — уточнил я.

— Небольшой, но да. Только глава клана смог бы уговорить Бунъя на снятие блокировки с Рафу. И только так. Без их разрешения ни Кенту, ни меня общественность не поняла бы. О последствиях я уже говорила.

— Что ж, это их проблемы, — решил я закрыть эту тему.

— Значит, ты сказочный Повелитель Огня, который может в семнадцать лет победить «мастера»? А у твоих родителей есть ещё один такой ребёнок?

— О сестре Кента-сан не знает, — решил я уточнить.

— Но ты ведь постараешься, чтобы она досталась нам? — спросила она строго. — Раз взял с меня обещание не лезть в это дело.

— Сначала Малайзия, потом буду разбираться с бывшей роднёй. И я не Повелитель Огня. Для этого нужен бахир, а я им не пользуюсь.

— Ты меня совсем запутал, — прикрыла она глаза. — Ты ведь сам сказал...

— Я мог бы быть Повелителем, если бы пользовался бахиром.

— Но ты сражался с Токугава, — удивилась она. — Как такое возможно без бахира?

— А вот тут начинается самое интересное, — отвел я взгляд.

— Ты пугаешь меня, Синдзи, — произнесла она устало. — Не отводи взгляд в такой момент, ты и так вывалил на меня слишком много.

— Может, чаю? В термосе ещё осталось...

— Подождёт, — ответила она резко. — Заканчивай уже с новостями.

Сидящая передо мной, с прямой как шпала спиной, старуха всем своим видом показывала, что выдержит что угодно, да и вообще ей плевать. Но может, вернуться сначала домой? Там и успокоительное есть. Я как-то не подумал об этом и не взял с собой.

— Я Патриарх.

После моих слов она прикрыла глаза и начала массировать виски.

— Признаю, такого я не ожидала, — произнесла она, не открывая глаз.

— Ты...

— Молчи, — прервала она меня. — Вот теперь помолчи.

Что ж, дадим старушке время, чтобы прийти в себя. Молчала она достаточно долго, минут пять переваривала сказанное мной.

— Может, всё-таки чаю? — надоело мне пялиться на неё.

— Наливай, — вздохнула она. — Это самый безумный день в моей жизни. Были лучше, были хуже, но такой концентрации бреда на минуту разговора я не припомню.

— Я привык, — достал я термос с чаем. — Чего только со мной не случалось.

— Удивительнее того, что ты мне рассказал? — наблюдала она как я разливаю чай. — Ты вообще осознаёшь, сколько всего... невероятного ты мне сейчас выдал?

— Наверное, нет, — поставил я перед ней чашку. И отложив термос в сторону, взял в руки свою. — Я за свою жизнь — короткую, по сравнению с твоей — повидал столько всего, что меня теперь сложно чем-то пронять.

— Например, — усмехнулась она прежде чем сделать глоток.

— Призраков никогда не видела? — глянул я на неё.

И тоже глотнул чая.

— Ты серьёзно? — расширились её глаза.

— Целый отряд военных, — произнёс я, вспоминая тот случай. — Прошёл мимо нас в боевом порядке. У меня тогда чуть ум за разум не зашёл. Если бы не мой напарник, видевший то же самое, я бы, наверное, сам себе не поверил.

— Небесные супруги... — пробормотала она.

— Да уж, — покачал я головой. — Мне тогда на ум совсем другие слова пришли, и все сплошь матерные.

— И где...

— Забудь, — прервал я её. — Это прошлое, и я не хочу его вспоминать.

— Но...

— Просто. Забудь. Всё, что важно для Рода, я тебе и так рассказываю, всё остальное — моё личное дело.

— Как скажешь, — вздохнула она напоказ. — Так что там с Патриархом? Если ты Токийский карлик и Патриарх, то кто сражался с Токугава?

— Я ведь тебе говорил уже — это был я.

— Ты должен знать, что Патриархи очень слабы, — заметила она.

— Не сильней «ветерана», — качнул я головой. — В курсе. Просто я уникален, смирись с этим. С нападавшим на мою базу «мастером» тоже я справился. Еле-еле, но всё же.

— Я не могу в это поверить. Извини.

— И не надо, — усмехнулся я. — Тут вопрос в другом — что с этим делать? Понятное дело, что до окончания войны в Малайзии придётся помалкивать, но что потом? Потянет Род Аматэру владение Патриархом?

— Хм, — задумалась она. И с каждой секундой всё больше и больше хмурилась. — Ты ведь серьёзен? Ты действительно Патриарх?

— Абсолютно серьёзен.

— Но это невозможно. Ты либо Патриарх, либо победил Токугава. Хотя стоп, ты и его победить не смог бы!

— Женщины, — потёр я лоб. — Как же с вами сложно. Ты уж определись для себя, веришь ты мне или нет.

— Но это невозможно. Ничего из того, что ты сказал, невозможно! Ну кроме Токийского карлика, — поправила она себя.

Это на что она намекает?

— Эй, я не маленький.

— Конечно, ты всего лишь карлик, — усмехнулась она.

— Не доводи до греха, женщина. Мне было всего десять, когда я получил это прозвище.

— И оно идёт тебе до сих пор, — покивала она.

Разрядка, вот что это такое. Ей нужно сбросить напряжение, и шутки с подколками ничем не хуже всего остального. И уж точно лучше того, что могло бы быть.

— У тебя точно что-то с глазами... — проворчал я. — Ах да — старость. Как я мог забыть?

— Забывчивость — не самая лучшая черта, особенно в твоём возрасте. Но давай вернёмся к делам.

Удар ниже пояса. Я даже ответить не могу.

— Давай, — поморщился я. — Ты уже решила, чему веришь?

— Кому, Синдзи. Я верю тебе, но чтобы осознать сказанное тобой, нужны доказательства.

— Например? — уточнил я.

— Например, сила. Здесь её негде показывать, но согласись — Патриарх, побеждающий «учителя» с активированным камонтоку, звучит довольно сказочно.

— Прими как данность...

— Не могу, Синдзи. Просто не могу.

А раз так, то не может принять и то, что я победил «учителя», а значит, и Карликов как минимум двое.

— У тебя есть надёжный человек, которого я смог бы отделать и который не проболтался бы после этого? — выдавил я. — Очень надёжный. Мне сложно поверить незнакомому человеку, но доверие за доверие — если ты укажешь на него, я поверю.

— Твой слуга — Каджо Суйсэн, — ответила она, практически не раздумывая. — Есть и другие, но он будет с тобой в Малайзии, и ему лучше бы знать о твоей особенности. Кстати, в свете новой информации...

Что она хотела сказать, я понял сразу, поэтому даже дослушивать не стал.

— В Малайзию я поеду, и это не обсуждается.

— Но если ты выдашь себя, за тобой будут охотиться все. Весь твой план пойдёт насмарку.

— Я справлюсь. Не один год скрывался. Поверь, я умею это делать. К тому же, у меня есть подавитель, с ним попроще будет.

— Откуда? — вскинулась она, но тут же всё поняла. — Токугава, да?

Мозги у неё работают шустро, как ни крути.

— Именно. К тому же, конкретно тебе не о чем беспокоиться, ты просто не осознаёшь, что такое... Патриарх моего уровня. Я, может, и не могу устраивать огненные шторма, зато крайне быстр. Даже если всё сорвётся, меня хрен догонят.

— Вряд ли ты уйдёшь, если малайцы на пару с англичанами устроят облаву.

— Уйду, — усмехнулся я. — И это, кстати, легко тебе доказать. Я имею в виду, здесь и сейчас.

— Ну-ну, будь так любезен, — произнесла она с насмешкой.

И застыла, уставившись сквозь меня. Усмешка на её лице очень медленно сменилась растерянностью, а потом и крайней степенью удивления. Охренения, если уж совсем точно.

— Я могу отвести взгляд любому, — произнёс я, вновь появляясь перед ней. — Более того — я могу отвести взгляд толпе. Огромной толпе. Так что будь уверена — убежать я всегда смогу.

— Невероятно... — пробормотала она. — Но...Как? Невидимость?!

— Не совсем, — пожал я плечами. — Впрочем, пусть будет невидимость. Для обывателя это именно так.

— Но... — заклинило её. — Но... Ты ведь можешь...

— Много чего, да, но есть и ограничение. Я не могу отвести взгляд камерам и тем, кто смотрит на меня через камеру.

— Это... — начало её отпускать. — Это серьёзное ограничение.

— Не спорю, — кивнул я. — И если бы на меня эта способность свалилась с неба, вдруг и неожиданно, то я мог бы и опростоволоситься. Но я с этим не один год живу и, уж будь уверена, могу пользоваться отводом глаз грамотно.

— И так могут все Патриархи? — спросила она.

— В теории. На практике же они просто не развиваются до подобного уровня.

— Почему? — задала она очень грамотный вопрос. Похоже, совсем отошла от шока.

— Потому что Патриархи развиваются в бою. В бою мы рождаемся, в бою развиваемся и так же уходим, — ой, кажется, заговариваюсь. — Короче, обычные Патриархи сидят на попе ровно, а даже если бы и хотели стать сильнее, то кто ж им даст собой рисковать?

— А ты, значит, успел повоевать всласть... — произнесла она медленно.

— Жизнь без родителей, великие цели, огромные запросы, — развёл я руками, ухмыльнувшись.

— И это, получается, за семь лет?

— Я талантливый мальчик, — продолжал я улыбаться.

— Получается, твоя жизнь переполнена битвами, — прикрыла она глаза.

— Не стоит меня жалеть, Атарашики-сан, — произнёс я мягко. — Меня это не напрягает, правда. Жалеть надо тех, кому было плохо. В той или иной степени. Для меня же это норма.

— Боги... — пробормотала она.

— Хорош, старая, в самом деле! Еще лет двести назад, да даже сто пятьдесят, такое было повсеместно, и ничего, жили же как-то. Страну вон подняли на мировой уровень. А что во Вторую мировую творилось — вообще словами сложно передать.

— Но сейчас-то не война! — рявкнула она.

— И слава богам. Вам, женщинам, такое противопоказано, но я-то мужчина.

— Ох... — вздохнула она, покачав головой.

— Такова жизнь, что уж там. Мы — смерть, вы, женщины — жизнь. Мы убиваем и умираем, вы рожаете и воспитываете. Так было всегда, и что-то мне подсказывает, так будет и впредь.

Помолчали.

— Извини, — произнесла она. — Извини за мою жалость. Ты прав, у каждого своя судьба.

— Да что уж там, — приподнял я ладонь, вроде как махнул ею. — Это мне вас жалеть надо. У нас-то, у мужиков, всё просто, а вам остаётся сидеть, ждать и надеяться.

— Закончим с обоюдной жалостью, — собралась старуха. — Это всё, что ты хотел мне рассказать?

— Да вроде всё, — пожал я плечами.

— Тогда... — задумалась она. — Твоё патриаршество мы раскроем. Не сейчас, понятное дело, после Малайзии. Роду пойдёт на пользу такая известность.

— А нас не прижмут? — решил я уточнить.

— Император не позволит действовать силой, иначе в стране может начаться крупномасштабная война. Ведь если это сделал один, то почему бы не сделать и другим? А если противник силён, то можно и альянс собрать. И так повсеместно. Понятно, что никто такого не хочет, но, как правило, подобное случается само собой.

Получается, как с гильдиями Гарагарахэби. Пока у них тихая возня, всё нормально, но стоит им только начать большую бучу, их тут же прижмут. Отчего у них и сложились некоторые правила. Например, не нападать на другую гильдию, когда там идут внутренние разборки.

— Понятно... — пробормотал я. — А Император?

— Он часть системы, — пожала она плечами, правильно меня поняв. — Более того, он гарант системы. Нарушит он — бросятся нарушать все остальные. К тому же, императорская семья не поднимет на нас руку. Да им это и не нужно.

— Ну да, попробуй откажи просьбе Императора переспать с его ставленницей.

— Вам, мужикам, это ничего не стоит, — хмыкнула Атарашики. — Заблокировать камонтоку временно, и вперёд, получать удовольствие.

И можно не беспокоиться о детях — уж аристократы-то о них позаботятся.

— А наша репутация в минус не уйдёт, если мы будем детей раздавать?

— С чего бы это? — удивилась она. — Ты как-то странно на ситуацию смотришь. Ты мужчина с сильной кровью, к которому будет выстраиваться очередь из благородных девиц. Это им надо стыдиться, а не тебе. И уж тем более не Роду, которому принадлежит такой человек. Ведь он именно у нас, а не у них, и это они дерутся за право подложить под него свою родственницу.

— А если бы я был не членом Рода, а Слугой? — вспомнил я о Казуки.

— Это хуже. Тут уже чистая торговля, а она не даёт столько репутации, как... — задумалась она. — Как одолжение члена Рода. Если подумать, я и не помню, чтобы какой-нибудь Патриарх был Слугой. Их всегда вводили в Род. В известной истории, по крайней мере.

— Тем лучше, — кивнул я сам себе. — Я...

— Если это всё, то давай посмотрим, подойдёт ли наше кольцо к артефакту Древних. Ты что-то хотел добавить?

— Это терпит, давай попробуем, — кивнул я на лежащий перед нами куб.

В конце концов, о Казуки я ещё успею сказать.

— Шанс один к двум, как я понимаю? — произнесла она, прикладывая кольцо к выемке в кубе. — Оу.

Еле видимый синий свет, вырвавшийся из куба, раскрыл над нами самый настоящий голографический глобус. Разве что немного странный.

— Береговые линии не такие, как у нас, — произнёс я.

— Скорее, не такие, как сейчас, — поправила меня Атарашики, задрав голову и разглядывая синий шарик Земли.

— И... Это всё? — спросил я. — Вот ради этого Токугава фактически исчезли?

— И правда... — произнесла старуха. — Но они ведь и не могли знать, что там внутри. Похоже кто-то наплёл им с три короба, а они и поверили. Но... Это даже раздражает, — поджала она губы. — Не только Токугава, еще и Род Аматэру почти исчез из-за этой ерунды. Бред какой-то, — бросила она на пол куб.

Голограмма была чётко привязана к одной из сторон артефакта, так что кувыркнувшись по полу, он остановился рядом со мной, а голограмма теперь наполовину уходила в пол слева от меня.

— Что ни делается, всё к лучшему. Зато у нас теперь есть подавитель Токугава.

— С паршивой овцы... — процедила она. — Ладно. Если это всё, пора возвращаться домой. Завтра утром тебя ждёт спарринг с Каджо, хочу удостовериться в твоей силе, потом будем разбираться с финансами Рода, а вечером приём у Отомо.

И, так и не посмотрев на по-прежнему активированный артефакт, поднялась с колен на ноги. До сих пор поражаюсь способности некоторых японцев часами сидеть на коленях. Вслед за старухой поднялся и я, не забыв подобрать куб, протянул его старухе и дождался, когда она ещё раз приложит кольцо к выемке на артефакте. Чем хороши устройства Древних, так это тем, что они следуют простой человеческой логике. Раз кольцо активировало артефакт, оно же и деактивирует. Подумал я об этом уже после того, как голограмма потухла, а ведь я и знать не знал, что всё получится, просто действовал, исходя из собственной логики. «Вкл-выкл» должен быть одинаков, а то включение — прыжок, а выключение — пение как-то бредово выглядит.

— Кстати, — вспомнил я, когда мы уже вышли из Храма и подходили к машине. — Я ж тебе ещё одну важную вещь забыл сказать.

— Видимо, не такая уж и важная, раз забыл, — произнесла старуха не останавливаясь.

— Ну, это с какой стороны посмотреть, — пожал я плечами. — Сато Казуки, паренёк, которого я принял в Слуги. Если со мной что-то случится, он следующий кандидат для принятия в Род.

— Что? — остановилась она, повернув ко мне голову.

— Он такой же, как я. Патриарх.

— О, боги! — простонала она, начав тереть виски.

— Молодой, конечно, слабенький, но тем не менее.

— Боги, боги, боги, — продолжала она бормотать, потирая виски.


Глава 4

Ритуал «Подтверждение чести» требует присутствия члена Рода со своими Слугами на этом самом ритуале — всего одного, но он должен быть. Эта информация, общеизвестная для тех, кто вообще знает о ритуале, дошла до Анеко далеко не сразу. Но когда дошла... Сначала пришло понимание того, что Синдзи скоро уедет на целый год. Потом — куда именно уедет и что будет там делать. Сказать, что у нее замерло сердце от страха, было бы неверно, но тревога определённо появилась. И чем ближе был день отъезда, который он озвучил на её дне рождения, тем сильнее она была.

За день до своего отбытия Синдзи позвал к себе друзей попрощаться. В непривычно людный особняк, который на время приютил не только его, но и Аматэру Атарашики со слугами, приехали и они с братом, и троица из школьного клуба разгильдяев, — он же клуб Разведки, — и рыжая Кояма, и даже — что стало для Анеко полной неожиданностью — Акэти Торемазу с подругой. Вела она себя достаточно адекватно, хотя и было забавно видеть, как меняется выражение её лица, когда Син рядом и когда он по той или иной причине отлучался. Вот она сидит красная от смущения и старается не смотреть на парня, а вот она дерзкая и самоуверенная, стоит только ему уйти со двора или зайти в дом. Да... забавно. Но то, с какой скоростью она избавляется от своего столбняка при виде Сина, не может не вызывать тревоги. Вроде совсем недавно сразу входила в ступор при его появлении, а сейчас просто сильно смущается и что-то там лепечет на его вопросы, заставляя отдуваться за неё подругу. Наверное, если бы не Макинами под боком, всё было бы если и не как раньше, то близко к тому.

Ещё и эта Мизуки... Ведь не любит же она его, — во всяком случае, как парня, — но матушка довольно подробно пояснила в своё время, что из таких вот друзей могут получиться очень дружные супруги. И случается это гораздо чаще, чем обоюдная любовь. То есть вычёркивать Кояма из списка претенденток не стоит. Хуже то, что и первой женой никто из присутствующих здесь девушек тоже вряд ли станет, а значит, они все тут конкурентки, ибо после первой жены останется всего два места, а их трое. Очень вряд ли, что Синдзи пойдёт против общественного мнения и возьмёт четыре жёны. Хотя кому-кому, а уж Аматэру это и может сойти с рук — учитывая к тому же малую численность их Рода. Может и... Нет, не стоит полагаться на подобные предположения, главное, войти в число первых трёх, а там плевать. Почти. Против пятой она точно будет возражать. Если уж он настолько падок на женщин, пусть любовниц держит — ну и детей с камонтоку на стороне не делает. Хотя нет, четыре жены и так многовато, никаких любо... эх. Попасть бы ещё в число его жён. Да и не верила она в то, что Синдзи возьмёт в жёны четвёртую, он ведь такой... слишком рациональный порой. Три жены, шесть детей, для начала восстановления Рода хватит, а рисковать общественным мнением там, где этого можно избежать, он не будет.

— Охаяси, — подошла к ней Акэти, когда Син отлучился, — надо поговорить.

Посмотрев на подошедшую девушку долгим взглядом, Анеко поднялась с покрывала, расстеленного на лужайке, и, покосившись на Мизуки, которая выносила мозг парням, направилась в сторону дома для слуг.

— И что тебе надо? — спросила Анеко, когда они отошли подальше.

— Предлагаю сотрудничество, — ответила Акэти.

— Что? — удивилась Анеко.

— Сотрудничество, — повторила Торемазу. — Ты ведь не думаешь, что кто-то из нас станет первой женой Синдзи? Не думаешь, — кивнула она, заметив, как Анеко чуть отвернула голову промолчав. — А значит, остаётся всего два места. Сейчас Синдзи занят, и ему не до выбора невест, но как только он вернётся, Аматэру-сан наверняка на него насядет, и вот тут теряться нельзя. Это понимают очень многие, а желающих породниться с Аматэру тьма тьмущая. Поодиночке нам будет трудно.

— И почему ты подошла ко мне, а не к Мизуки? — спросила Анеко.

— Эта сумасшедшая девка непредсказуема, — поморщилась Акэти. — К тому же... — замялась она. — Я не считаю её конкуренткой, а значит, и в союзники она не годится.

— Это ты зря, — покачала головой Анеко.

— О, не волнуйся, — усмехнулась Акэти. — Опасность она представляет, в этом я уверена, но в несколько ином плане. Слишком умна, слишком непредсказуема, не имеет на Синдзи планов, что лишает её слабости, которую можно было бы использовать. При этом имеет неслабое влияние на Синдзи, и что она сотворит в следующий момент, одним богам известно. Вдруг решит протолкнуть свою сестру ему в жёны? Ты вот хочешь уживаться с Кояма Шиной?

При мысли о таком Анеко даже поморщилась. Она ещё не забыла спарринг Синдзи и Урабэ, и какую роль в той истории сыграла Шина.

— Она будущий «виртуоз», — не могла не заметить Анеко. — Её не выпустят из клана.

— Ты прям сто процентов даёшь? — спросила Акэти, добавив в голос ехидства. — Уверена, что Кояма не захотят вернуть связь с Родом Аматэру именно таким способом?

— Я... — замялась Анеко. — Это маловероятно.

— Но возможно, — не сдавалась Акэти.

— Ладно, пусть так, — согласилась Анеко. Пусть только гипотетически, но такое было возможно, а мириться даже с призрачным шансом появления конкурентки она была не готова. Особенно если это Кояма Шина. — От меня-то ты чего хочешь?

— Вместе нам будет проще отваживать других соперниц, — пожала плечами Акэти. — Ты более тонко, я более грубо. И поддерживать друг друга в глазах Синдзи.

— Союзница из тебя так себе, прямо скажем, — заметила Анеко.

Подспудно она уже согласилась и теперь начала зарабатывать очки в будущей ячейке общества. А жёны всегда были отдельной ячейкой, где плетутся свои интриги.

— Синдзи, судя по всему, крепко уважает жену Кояма Акено, а я с тётей Кагами в очень хороших отношениях. А что есть у тебя, не считая год знакомства с ним?

Увы, но Акэти смогла достойно ответить. Уж Анеко-то точно знала, что Синдзи действительно уважает Кагами-сан.

— Это тоже весьма немало, — ответила она.

— Не спорю, — согласилась Акэти, — Но и мою роль принижать не стоит. К тому же, я обладаю весьма специфической репутацией, — сморщила она носик. — В отношении с другими девушками это может сыграть в плюс.

— Если мы будем действовать вместе, — кивнула Анеко. — В противном случае — как бы не наоборот.

— Я не сдамся, — произнесла Акэти твёрдо. — А значит, нам лучше дружить, чем соперничать. Меньше проблем в будущем.

— А ты... более благоразумна, чем я думала, — заметила Анеко.

— Ты уж совсем дурой меня не считай! — тихо рыкнула Акэти.

— Ни в коем случае, — ответила Анеко. Дура к ней не подошла бы. Да и её слова достаточно разумны. — Что ж, по рукам.

— О чём это мы тут секретничаем? — раздался голос у них за спиной. — О Синдзи, да?

Кояма Мизуки имела просто феноменальную способность появляться из ниоткуда.

— Тебе-то какое дело? — резко спросила Акэти, развернувшись к ней всем корпусом. — Это наши дела.

— О Синдзи, — с довольной мордашкой покивала Мизуки. — Решаете, как захомутать бедного беззащитного мальчика? Ай-яй-яй, — покачала она головой. — Какие плохие девочки.

— А ты мысли читать научилась? Мы просто переживаем за Синдзи. Он, знаешь ли, не на отдых уезжает, — ответила Акэти. — Тебе-то, поди, плевать.

Зря она так. И дело не в нападках, а в самом факте спора с рыжей. Анеко очень хорошо знала, насколько это бессмысленно. На её памяти только Синдзи мог с ней совладать, да и то есть мнение, что только потому, что она сама ему это позволяла. Впрочем, пусть попробует. Ей подобный опыт будет полезен.

— Конечно! — всплеснула руками Мизуки. — Это же Синдзи, он победит кого угодно!

— Дура, он же на войну едет, — усмехнулась Акэти. — А там возможно всякое. Ты совсем, что ли, рехнулась?

— Может, и да, — дёрнула Мизуки плечом, улыбаясь. — Так многие говорят. Да и плевать. Эх, хотела бы я с ним поехать, — вздохнула она, чуть согнувшись и опустив руки вдоль тела. — Месить ногами грязь, гнить в джунглях, рвать жилы, продумывая планы, и стрелять, стрелять, стрелять, стрелять... хе-хе-хе...

Под конец она очень достоверно изобразила чуть сумасшедшую маньячку. А тревога Анеко о Синдзи почему-то вышла на новый уровень. Теперь ей стало по-настоящему страшно за него. Пока они строили с Акэти планы, рыжая всего несколькими словами донесла до них, в насколько опасное место он едет. По-своему донесла, да, но очень качественно. И как думать о конкурентках, когда такие дела творятся? Дождаться бы его живым и здоровым...

— Он справится, — произнесла неуверенно Акэти. Видимо, и до неё стало доходить, что это всё не игра.

— Конечно справится! — вновь взорвалась Мизуки радостью. — Это же Синдзи! Поэтому планы на него лучше строить заранее, — продемонстрировала она им свой указательный палец. — Ну, вы тут секретничайте, а я пошла.

— Тебе что, и правда плевать? — спросила Акэти ей в спину.

Когда Мизуки обернулась, девушки могли лицезреть абсолютно серьёзную Мизуки. Отчего напряглись ещё сильней.

— Может, я и сумасшедшая, но ты явно дура. Как я могу не переживать за друга? Мне просто до усрачки страшно, а курвы, не осознающие, насколько это всё опасно, просто бесят.

Помолчав, наблюдая, как уходит рыжая, Анеко подала голос:

— Она тебя сделала.

— Знаю, — буркнула Акэти. — Могла бы и помочь.

— Вряд ли, — пожала Анеко плечами. — Нам и вдвоём её не одолеть.

— Пойдём обратно, — вздохнула Акэти. — Что-то у меня настроение вести разговоры пропало.

— Да, пойдём... — пробормотала Анеко. — Лучше посидим с Синдзи. А то когда его ещё увидим?

* * *

— Нет, усатый, ты со мной не поедешь, — приподнявший лапу Идзивару, находившийся в этот момент на одной из веток сакуры, резко её опустил и уселся на пятую точку. — Не злись, — усмехнулся я, — но кто-то же должен позаботиться об этом месте? На кого я ещё могу оставить особняк, как не на тебя? Ты уж защити местных обитателей, — протянул я к нему руку, почесав за ухом. — Полагаюсь на тебя.

— Хорошую защиту ты нам оставил, — произнесла иронично старуха.

— А вы, сударыня, здесь остаётесь? — посмотрел я на неё. — Мне казалось, вы опять в свой онсэн смоетесь.

— Там видно будет, — дёрнула она плечом.

— Казуки, — повернулся я к тому. — Оставляю Атарашики-сан на тебя, пока меня нет — ты за меня, — на что старуха, стоявшая рядом, не соизволила даже пошутить, так и стояла молча. — Слушайся её, подчиняешься ты только ей, и если какой старпёр будет качать права, шли его нафиг. Но вежливо. Возраст всё-таки.

Вот тут она всё-таки не выдержала и фыркнула. Явный намёк на то, как я сам обращаюсь с великолепной, максимум пожилой леди. Но уж точно не старухой.

— Слушаюсь, Аматэру-сан, — поклонился он. — Я не подведу.

— Про друзей в школе тоже не забывай. Помни — ты готовишь себе команду на будущее. База в полном твоём распоряжении. Атарашики-сан, если что, поможете ему?

— Конечно, — кивнула она важно.

— Не стесняйся просить у неё помощи. Это её работа — помогать тебе, как твоя — защищать её. И да, Атарашики-сан, мы говорили об этом, но я напомню — до моего возвращения о его патриаршестве не должен знать никто. Я готов рискнуть собой и довериться кому-нибудь из наших Слуг, но парнем рисковать не позволю. Я сам решу, кому и когда рассказывать о нём. Если же я не вернусь, оставлю это решение на вашу совесть. Запомни, Казуки, — повернулся я к нему, — пока не будет стопроцентной уверенности в моей смерти, отыгрывай дурачка, даже если Аматэру-сан прилюдно укажет на тебя пальцем и скажет, что ты Патриарх.

— Какого низкого ты обо мне мнения, — заметила старуха.

— Всё понял, Аматэру-сан, — поклонился он ещё раз.

— Я вам верю, Атарашики-сан, иначе не рассказал бы о Казуки, но вы, женщины, слишком подвержены эмоциям.

— Прошли уже те времена, когда я могла себе это позволить, — ответила старуха.

— Вот и помните об этом, — бросил я напоследок. — Всё, пойдём. Месяца через три, если позволит обстановка, навещу вас. Не скучай, усатый, — махнул я коту.

С семейством Кояма я попрощался ещё вчера, отобедав у них дома. Акено был мне рад. То есть все были рады со мной увидеться, но Акено... Он словно пару лет скинул. Давно я его таким спокойным не видел. Это сложно описать словами, но если ты знаешь человека достаточно хорошо, то подобные изменения заметны. Я даже уточнил, что такого хорошего с ним произошло, на что он даже обиду изобразил. Оказывается, он просто рад, что я наконец стал аристократом, да ещё и Аматэру. Мол, одного сынишку вырастил, теперь другим займётся. А я... мне было приятно. Вроде столько лет прожил, свою семью успел найти и потерять, а всё равно приятно подобное отношение. Про мой отъезд в Малайзию в этом доме знали все, нетрудно сложить два плюс два — в ритуале «Подтверждение чести» обязан быть наблюдатель от Рода, и кто им может быть, если не я? Не Атарашики же поедет к малайцам? Но в отличие от Кагами, Акено относился к этому гораздо проще, к тому же, по его словам, он верит в моё благоразумие. А вот Кагами... Нет, она не уговаривала меня остаться, но тревога нет-нет да проступала из-под маски радушия.

Шина отыгрывала идеальную японскую женщину. Мол, если я так решил, то кто она, чтобы мешать? Но быть осторожным всё-таки попросила. Кента изображал шуточную обиду, во всяком случае, поначалу. Типа, это я увёл у него из клана Род Аматэру. И ведь по сути он прав. С другой стороны, если бы старик не давил на меня, то всё могло получиться иначе. Мне даже интересно, что он предпримет теперь. Меня ему уже не получить, но знание о моём повелительстве может принести ему какие-нибудь дивиденды. Сомневаюсь, что он пойдёт на конфликт, но торговаться за финансовые активы Рода, связанные с кланом, будет насмерть. Это уж точно. Впрочем, пусть с этим старуха разбирается. А я, как вернусь, помогу.

А вот Мизуки, как и её мать, сильно переживала. Пыталась этого не показывать, но вряд ли кто-то ей верил. И шутила она как-то натужно, и дурочку изображала... со сбоями. Рыжая точно понимала, что такое война, и как на ней опасно. Но и разрыдаться не могла себе позволить.

Вечером же я пригласил на прощальную вечеринку своих друзей. Райдона с сестрой, Тоётоми, Вакию, Мамио. Мизуки — хоть я и виделся с ней, но не мог не пригласить. А также Акэти Торемазу с Макинами. Подруга Акэти шла довеском, к слову. Об этой парочке я вспомнил в последний момент, и раз уж назвался другом, не пригласить их было бы свинством.

И вот теперь мои мирные деньки кончаются. Со всеми попрощался, дела передал, приказы нужные раздал, экзамены за второй год в школе сдал, пора и на войну ехать. Прямого рейса до нужного мне города не было, да и вряд ли меня теперь малайцы к себе пустили бы, а если бы даже и пустили, я не стал бы так рисковать. Поэтому сначала мне предстояло вылететь в Танджунгселор — городок на японской части острова Калимантан — и уже оттуда по земле добираться до Мири. В аэропорту Танджу... вот ведь название. В общем, в аэропорту городка, в который я прилетел, меня уже дожидался Святов, который по пути на нашу перевалочную базу, расположенную у границы Малайзии, должен был ввести меня в курс дела.

Дожидался он у выхода из аэропорта, облокотившись на капот одной из машин, которые должны были доставить меня, семейство Каджо и моего бессменного телохранителя Итагаки — который Лесник — до нужного места.

— Сергеич,— протянул я ему руку, с улыбкой осматривая. — Всего неделю не виделись, а как будто год прошёл.

— Да уж, — улыбнулся он в ответ, пожимая мою ладонь. — Как-то уже непривычно не видеть тебя так долго. Как долетел?

— Да как обычно, — отмахнулся я. — Сам-то как?

— Душно, словно в парилке, — вздохнул он напоказ. — Если бы не кондиционер в машине, помер бы, пока тебя ждал. А так всё нормально. Давайте по машинам, а то и правда сварюсь тут.

Атаковали мы с двух сторон — с моря и со стороны границы, проходящей через горы Калимантана. В первом случае Щукин, который командовал конвоем наших кораблей, даже умудрился взять на абордаж патрульный корвет, сунувшийся досмотреть один из наших сухогрузов. Было это в самом конце морской операции, так что сделать с остальными кораблями малайцы ничего не успели. А вот наземная операция до сих пор продолжалась. Вереница грузовиков уже неделю ползла в сторону Мири, везя необходимые нам припасы. Само собой, этому предшествовала подготовка. Единственную пристойную дорогу через горы, построенную ещё во вторую мировую местными «добровольцами» под надзором добрых японских завоевателей, плотно контролировали с двух сторон границы как наши, так и малайцы. И несмотря на общий пофигизм и разгильдяйство наших будущих... нынешних противников, конкретно здесь они подошли к делу серьёзно. Блок-посты, мины, секреты, военная база пограничников — захват этого пути мог стать довольно геморным, если бы не то самое разгильдяйство, но уже в высших эшелонах власти, что позволило нам заранее узнать, что где находится. План был проработан на совесть, и за всё время, что мы брали дорогу, наши потери составили всего два наёмника, после чего началось строительство уже наших позиций. На данный же момент укреплялся уже весь округ Мири. В основном, конечно, граница округа.. А также готовился удар по двум военным базам. Обе стояли на границе округа, но если первая — рядом с округом Бинтулу, то вторая прикрывала малайцев со стороны земель японских кланов, занявших в своё время весь штат Сабах.

Приятный сюрприз преподнёс Махатхир Мохамад — местный теневой лидер, с которым мы договорились о сотрудничестве. По идее, он должен был вступить в игру после того, как мы вынесем обе военных базы на территории округа, — вроде как докажем свои намерения, — но глянув на то, с каким размахом мы начали действовать с самого начала, он предложил свою помощь уже сейчас. В основном на него ложилась ответственность за обуздание местного населения, и если в городе он был самым что ни на есть правителем, то в округе всё было несколько иначе, то есть он не мог отдать распоряжения слушаться нас, которому сразу бы подчинились. Но это было раньше. С нашим прибытием у него оказались развязаны руки, и старик в данный момент огнём и мечом насаждал свою волю. Особенно доставалось, по словам Святова, немногочисленным аристократам, не успевшим сбежать из округа. Впрочем, местные аристо наглядно демонстрировали простолюдинам, почему миром правят именно они. Мохамад их буквально телами закидывал, побеждая только за счёт количества. А ведь малайских аристократов в Мире — округе, а не городе — реально всего ничего, штук двести против сотен тысяч бойцов Мохамада. Само собой, я не имею ввиду, что именно двести человек дают прикурить местным. У них тоже есть свои Слуги, бойцы, гвардия. Но даже так разница в численности колоссальна.

В общем, война только началась, а мясорубка уже идёт знатная. Если бы по этой истории сняли фильм, то роль главного злодея мне была бы обеспечена. Такую бучу ни с чего заварил. Одно успокаивает — тут и без меня нечто подобное постоянно происходит. И не только в отдельно взятой стране, а во всём мире.

На перевалочной базе, которая работала днём и ночью, принимая грузы и отправляя их к нам в Малайзию, мы пересели на броневики, уже на которых должны были добраться до места дислокации возле города Мири. Забираясь в машину, я окинул напоследок взглядом это место. Подобных баз я за свою жизнь — обе жизни, в смысле — видел во множестве. Такие же, побольше и поменьше, всякие, но конкретно эта база появилась только благодаря мне. Сколько нервов я на это потратил — не сосчитать. Чуть фамилию Аматэру не упустил. Однако вот она, стоит и работает, обеспечивая наши силы, что в будущем позволит продержаться в Малайзии год. Не только она, конечно, главное — люди, но без неё там и делать нечего. Несколько квадратных километров складов, ангаров и бараков, сотни единиц техники и тысячи людей.

— Нехилое начало... — пробормотал я, забираясь в машину.

В своё время я намекнул... да что уж там, прямо сказал Святову, что если он сам не будет стремиться выше, то так навсегда и останется командиром взвода, обычным исполнителем, а лично я хотел бы видеть его в более высоком чине. Святов мои слова услышал и не остался равнодушным. С тех пор он не только демонстрировал желание взять на себя больше ответственности, но и делом доказывал, что может её потянуть. Вот и на этот раз, по пути на нашу военную базу, он рассказал куда больше, чем должен знать обычный офицер среднего звена. Благо его приближённость ко мне давала ему некоторые преференции, и он пользовался ими по полной. Так что приехав туда, где мне предстоит жить целый год, я был в курсе местной ситуации. Может, и не во всей полноте, но очень близко. На самом деле я и на месте мог всё узнать, но «всезнающий» начальник вызывает больше почтения, чем тот, кого нужно постоянно вводить в курс дела. Мелочь в моём положении, но из мелочей и складывается общая картина.

Хотя нельзя не упомянуть, что технически я тут не начальник. Операцией командует Клаус Шмитт, но он как раз начальник чисто технически, настоящий командир здесь Щукин со своим заместителем Добрыкиным, который заместителем стал только по причине того, что пришёл ко мне позже. Нам бы по большому счёту настоящего генерала иметь, а не двух бывших тысячников клановой гвардии, но чего нет, того нет. Да и эти двое не подарок для противников — в кланах к обучению высшего командного состава подходят серьёзно, а они ещё и полноценную войну прошли. Против друг друга, к слову. Но именно Добрыкин помог бывшим Слугам клана Дориных наказать предателя, из-за которого их силы были обезглавлены в самый ответственный момент, и это не могло не сказаться на отношении к нему со стороны что Щукина, что Беркутова, что обычных бойцов. Прям глубокого уважения я с их стороны не видел, но и какой-то агрессии тоже. Был у нас ещё один тысячник, который фактически вытянул на себе окончание той самой войны, где два русских клана сошлись не на жизнь, а на смерть. Беркутов Евгений Евгеньевич, он же Жень-Жень, по собственным словам, был всё же чуть менее опытен, чем эти двое. Всё-таки под конец той войны он выступал скорее как командир партизанских отрядов и логист, а здесь намечается полноценная войнушка. Хотя в состав оперативного штаба он, конечно же, вошёл.

На КПП, предупреждённые о моём приезде заранее, нас дожидались практически все начальники, присутствующие здесь и сейчас. Щукин, Добрыкин, Беркутов, Клаус, Антипов, — он же «Богомол», командир всех наших тяжёлых пехотинцев, — братья Кайроку, бывшие Слуги клана Докья, решившие присоединиться ко мне вместе с пятью сотнями бойцов, последовавших вслед за ними, и Оливер Лам — такой же бывший Слуга, как и Кайроку, только из немецкого клана Липпе. Бойцов они привели поменьше на две сотни, зато тысяча инженеров и техников из этого клана в будущем обещает поставить на ноги мою верфь, которая изначально обещала быть убыточной многие годы. Она и так вытянет из меня денег немало, но так хоть прибыль начну получать быстрее. А уж в перспективе... ладно, не сейчас. Ну и Окуваки Икура — командир того отряда наёмников, которых мы наняли перед началом операции. Именно на них ляжет основная тяжесть войны, просто потому, что их в два раза больше, чем всех остальных наших бойцов. Правда, Окуваки будет командовать не всеми наёмниками сразу, а теми силами, которые необходимы в той или иной операции. Остальных распределят по другим отрядам.

Отсутствовал только Иван Фанель, командир всех наших пилотов шагающей техники, из-за малого количества пилотов находящийся сейчас в патруле. Один из тех четырёх пилотов, что просидели у схрона клана Дориных чуть ли не всю войну. Довольно забавный мужик. Выглядит, как чистокровный русский богатырь, блондин, к слову, и сильно гордится тем, что русский, но в то же время он потомок французского пехотинца времён наполеоновских войн, попавшего в плен к русским, но так и не вернувшегося на старую родину и умудрившегося неплохо устроиться на новой. Чуть позднее уже его сын сумел заслужить честь стать Слугой клана Дориных, которому его род и служил верой и правдой на протяжении двухсот лет. Чем тоже гордится, не забывая свои французские корни.

У Дориных он командовал взводом из четырёх машин, но, как сказал Беркутов, он и батальон потянет. В его активе и клановое образование, и общее стремление к росту — то есть он не стоял на месте, а усиленно обучался, чтобы иметь больше шансов на продвижение. В общем, наш Ваня по праву считался одним из лучших и вернейших пилотов клана, из-за чего его со взводом и отправили охранять важный объект. Кстати, да, до батальона количество нашей шагающей техники чуть-чуть не дотягивало — тридцать три штуки, вместо положенных в ряде стран, в том числе и Японии с Россией, тридцати шести машин. Хотя нет, машин-то у нас много, а вот пилотов всего тридцать три человека. Но это так, для справки.

На КПП мы долго не задержались. С кем-то раскланялся, с кем-то поздоровался за руку, выслушал приветствия и, ответив на стандартные вопросы о том, как добрался, со слугами отправился в выделенный нам дом. Я, может, и задержался бы, но всё же ночь на дворе, и хотелось бы обустроиться сразу, чтобы потом голова не болела по этому поводу. Но в целом то, что до меня пытались донести, я понял и оценил. Пусть Аматэру тут только наблюдатель, но мне ясно дали понять, кого считают главным. Повторюсь — ночь на дворе, и они вполне могли подождать до утра. Их бы никто за это не осудил, чай, не на приёме. Не знаю, как бы всё было, оставайся я Сакураем, но это уже и не важно, ибо я Аматэру. И никто теперь с этим уже ничего не поделает.

Домик мне, кстати, отгрохали знатный. Я заранее всех предупредил, что жить буду не в городе, а вместе со всеми, так что сюрпризом это ни для кого не стало. По размерам он был, как те же бараки для личного состава, но на этом сходство и заканчивалось. Свой собственный небольшой дворик, обнесённый небольшим забором, чисто для вида, но больше и не надо. Дофига комнат, неплохая, пусть и простенькая, мебель, полноценная кухня, туалет, водопровод... Учитывая, что прошла всего неделя, а занимались они не только моими хоромами, я немного впечатлён.

Когда я разложил вещи, достал и подключил к электросети ноутбук, в комнату вошёл Каджо Суйсэн.

— Господин, — поклонился старик. — Лёгкий ужин готов.

Шустро они.

— Неси, — ответил я, вводя логин и пароль, чтобы войти в общевойсковую сеть.

Работа завтра, но всё подготовить я хотел сейчас. На ужин мне принесли маринованного тунца, рис и жареный тофу, некий аналог творога, только соевый. Действительно простенько, но именно нечто подобное я и заказывал. А на утро, завершив разминочный комплекс, пошёл искать, где тут можно побегать. Не нарезать же мне круги вокруг дома. Беговую дорожку нашёл быстро, всего и стоило спросить первого попавшегося бойца, хотя подозреваю, мне повезло, так как в это время народу было мало. Найдя построенную по всем правилам и занятую сейчас спортивную площадку, где все турники и полосы препятствий были сделаны из дерева, принялся нарезать вокруг неё круги, держась чуть в стороне от занимающихся физподготовкой пехотинцев. Разве что предупредил подбежавшего Куроду, одного из первых моих бойцов и офицера зарождающейся тогда гвардии, чтобы не обращали на меня внимания. Офицеры не обращали, рядовые и так не станут постоянно ко мне подбегать и приветствовать. Да и не знает меня в лицо большинство бойцов. Ну и да, бегал я не один, а со своей тенью в лице Итагаки Сейджуна. Он даже встал чуть раньше меня, поджидая в гостиной, мимо которой не пройти, если хочешь выйти из дома. Про слуг и вовсе молчу, когда я вышел умываться, те уже вовсю суетились на кухне. Разве что старик Каджо вышел навстречу и с поклоном предупредил, что завтрак скоро будет готов.

Когда вернулся домой, на лавочке рядом с дверью сидел Святов, а по обе стороны двери стояли двое незнакомых мне бойцов японской наружности, упакованные по самое не балуй, разве что без МПД.

— Новый наряд, — кивнул в их сторону Святов. — Ещё не придумали, как обозвать. Хотя кое-кто порывался назвать их караулом, но как по мне, наряд — он и есть наряд. Если что нужно, можешь спросить у них. Ну или гонца заслать куда, если потребуется. Только чур, чтобы хоть один здесь был.

— И тебе не хворать, — кивнул я ему. — Ты хоть спал?

— Вздремнул немного, — отмахнулся Святов. — Пойдём, покажу, где расквартированы твои телохранители. Тут недалеко. Оружейный шкаф свой видел? Всё устраивает?

— Какой из двух? Мой личный или общий? — переспросил я. — Впрочем, и там, и там нормально. Разве что в общем шкафу снаряги с оружием на пятерых хватит. Нафига так много?

— На всякий случай, — поднялся Святов с лавки. — Там и на Лесника, — кивнул он мне за спину, где стоял Сейджун, — и на твоих слуг. Ты вроде уверял, что они умеют обращаться с оружием.

— Школа Слуг, — пожал я плечами. — Там вроде и этому обучают.

— Даже так? — подошёл он ко мне и сделал приглашающий жест, предлагая проследовать вперёд. — Школа Слуг — это серьёзно, признаю. А старик?

— А старик — «мастер».

— А, точно, — вспомнил Святов.

На самом деле, у военных и «мастера» не чураются таскать оружие, но делают это скорее по старой памяти. Когда даже им приходится браться за автомат, то уже всё, амба. Да и редки подобные случаи. Просто если боец подобного уровня выдохся во время боя, то ему просто не позволят схватиться за оружие. Да и какой смысл? Противники-то у него явно не слабаки, и им что автомат, что пистолет, что пулемёт...

Мои телохранители и правда обитали недалеко, буквально в соседнем здании, очень похожем на мой дом. Разве что их там было девятеро, плюс часть дома выделили под МПД и всё, что к этому прилагается. Так что, в отличие от меня, жили они довольно кучно. Ну хоть у каждого своя комната была.

— Здорово, Ёхай! — поприветствовал я своего старого знакомого и командира отряда телохранителей.

Он как раз шёл по коридору, когда мы зашли в дом.

— О, Синдзи! — вскинул он руку. — Уже приехал? А почему нас не предупредили? — посмотрел он на Святова.

— Он вчера поздней ночью прибыл, нафига вас будить было? — ответил Сергеич.

— И правда, — протянул Ёхай. — Да только...

— Всё-всё, мой косяк, — помахал руками Святов. — Извини, забегался.

— Больше так не делай, ладно?

— Постараюсь, — вздохнул Сергеич. — Но я тоже человек, а это не сильно важно было.

— Не сильно? — вскинул брови Ёхай.

— Хватит вам, — прервал я их. — Что было, то прошло. — Сергеич, можно сказать, с рук на руки передал меня вам, теперь моя безопасность и информация о моём местонахождении полностью в твоих руках.

— Принято, — кивнул Ёхай. — Если ты и помрёшь, то только после нас.

— Договорились, — усмехнулся я.

— Самураи, — покачал головой Святов. — Вы б не говорили о смерти так просто, не дай бог, накликаете.

— Переживём, — отмахнулся я.

— Парень дело говорит, — кивнул Ёхай.

— Ты, главное, его приказы выполняй, — вздохнул Святов. — А ты, Синдзи... — замолчал он. — Ну да ты сам всё понимаешь.

Понимаю. И буду геройствовать только в крайнем случае. А если всё-таки придётся, то Ёхай со своей командой вряд ли мне поможет. Это понимаю я, это понимает и Святов, оттого и упомянул про приказы. Он в своё время крупно встрял, нарвавшись на мою ругань, после того как с воплями «я прикрою, уходи» начал со мной спорить, и повторения той ситуации в порту мне было не нужно. Что, опять же, мы понимали оба. По сути, Ёхай — это защита от «случайной пули» и статусная команда, ибо в серьёзной заварушке, скорее, мне придётся их защищать. К сожалению, сам Ёхай этого не знает. Я ему доверяю, но как-то не представлялось случая доказать на деле, можно даже повторить слова Святова: «забегался». Позабыл. А слова — это просто слова, Ёхай от них тупо отмахнётся.

— Ладно, — произнёс я. — Где вы живёте, я теперь знаю, так что можно идти на завтрак. Вы уже поели? — спросил я Ёхая.

— Нет ещё, и кому-то теперь придётся обойтись лёгким перекусом.

— Не спешите, я зайду к вам, как поем.

— Не, парень, — покачал он головой. — Это уже теперь нам решать. Не положено поднадзорному без охраны, — усмехнулся Ёхай. — Пусть это пока всего лишь показуха.

— Тебе видней, — пожал я плечами. — В общем, пошёл я. Завтрак сам себя не съест.

— А вот это ты зря, — протянул Ёхай. — Бывали, знаешь ли, случаи...


Глава 5

Завтрак, который мне подали в мою комнату, я провёл, изучая общевойсковую сеть. Закончив, переоделся в военную форму лесной расцветки — именно в такой здесь все и ходили. Вышел из комнаты, прошёл в гостиную, где меня уже дожидались две из трёх сестриц Ямада. Снаряжены они были по-полной — форма, разгрузка, рация, оружие — в общем, было всё, разве что без шлемов, зато в тактических очках. Старшая — брюнетка Эйка и младшая — шатенка Канами. Обе сидели на диване и при моём появлении вскочили на ноги.

— Аматэру-сан, — кивнули они одновременно.

— А где третью потеряли? — спросил я их.

В этот момент из-за угла появился Лесник, так же, как и сёстры, упакованный по-полной. Его Святов ещё в Японии прогнал через усиленный курс молодого бойца, так что он теперь не только стрелять и бахиром пуляться мог, но и немного в военном деле понимал. Очень немного.

— Она с русским на улице, караулят, — ответила Эйка.

«Русский» — это, должно быть, Чуйко, один из бойцов Антипова, нашего командира тяжелой пехоты. Он и двое бойцов из бывших Докья заведуют МПД, приданными отряду моих телохранителей.

— Он налегке, надеюсь? — спросил я.

— Да, — ответила Эйка. — Да мы и не успели бы подготовить МПД.

— Ладно, пошли тогда.

Специально не уточнял, но, вроде, сёстры Ямада одни из очень немногих женщин, участвующих в операции, если не единственные. Хотя нет, среди Целителей есть дамы. Даже Акеми осталась в Токио, как, собственно, и остальные партнёры по альянсу простолюдинов. Да и что им тут делать, если подумать? Сильно бы нам здесь помогли Одзава и Кондо? Им, как и у Акеми, и дома есть чем заняться.

Первым делом я направился в штаб. Ещё вчера мы договорились собраться там и обсудить ситуацию, заодно меня должны ввести в курс дела — по сути, рассказать то, что мне уже поведал Святов. Сам штаб находился в единственном двухэтажном здании на базе, которое стояло здесь ещё до нас, и вокруг которого база и возникла. И если бы оно не было старым и обветшалым, меня, наверное, здесь и поселили бы. Как рассказал Святов, общим консилиумом было решено построить для меня новый дом, а не селить в этой, пусть и двухэтажной, халупе. Даже штаб в нём заседал скорее по привычке — просто именно здесь они собирались поначалу, когда у наших сил были максимум палатки.

В наряде по штабу стояло отделение Седьмого, одного из первых моих бойцов, прошедших войну со Змеем и нападение польского «мастера». На самом деле его позывной Кролик-семь, но со временем он трансформировался в просто Седьмого. В общем, пропустили нас без проблем.

— Доброе утро, господа, — поздоровался я, заходя в комнату на втором этаже. — Вы хоть спали этой ночью?

Выглядели присутствующие, и правда, так себе.

— И этой не спали, и прошлой, — махнул рукой Щукин, сидящий на одном из стульев, расставленных вокруг большого прямоугольного стола.

— У нас, стариков, — подал голос Махатхир, — и так слишком мало времени осталось, чтобы тратить его на сон, господин.

— База активно строится, — пояснил Клаус, сидящий во главе стола, и, потерев переносицу, добавил: — Но поспать сегодня нужно, а то мозги кипят уже.

Между мужчинами перемещалась девушка лет восемнадцати из местных, ставя перед ними кружки — с кофе, если судить по запаху. В лицо она меня не знала, так что какого-то особого почтения я от неё не увидел. Разговаривали мы все на немецком, потому что это был единственный язык, который в той или иной мере знали все. В общем-то, каждый из присутствующих знал как минимум один иностранный язык помимо своего собственного. В основном это был немецкий и английский, а вот японский знали только сами японцы, Махатхир и, что удивительно, Фанель. Бог его знает, почему, но наш командир батальона шагающей техники, вызванный для участия в совещании из патруля, кроме немецкого выучил ещё и японский. Хотя у них в клане было популярно изучать язык предполагаемого противника.

И да, здесь и сейчас собрался весь штаб в полном составе. Клаус — командующий операцией, да и вообще центральное лицо в ритуале «Подтверждение чести». Щукин, командующий войсками, и его заместитель Добрыкин, Махатхир, представитель малайцев Мири. Беркутов, командир первого полка, Оливер Лам, командир второго, Кайроку Фумисато, старший из братьев Кайроку, командир третьего полка, наёмник Окуваки Икура, командир четвёртого полка. Антипов — командир тяжёлой пехоты, Иван Фанель, командир батальона шагающей техники, Тойчиро Минору, глава Целителей, и Боков, глава технической службы.

Ну и ваш покорный слуга Аматэру Синдзи — наблюдатель от Рода Аматэру.

Сделав глоток из чашки, заговорил Щукин:

— Что ж, раз все собрались, давайте начнём совещание, — сказал он, ещё раз отхлебнув. — Прежде всего кратко введём в курс дела Синдзи. На данный момент мы полностью контролируем город Мири, дорогу через горы в Малайзию и примерно восемьдесят процентов округа. Основная наша забота сейчас — это укрепление позиций. Город, база, дорога и границы округа. База и дорога в меньшей степени. Город... — задумался он. — Город — постольку-поскольку. Внутри округа этим заняты люди Махатхира, а по периметру мы, но тут надо понимать, что с большим удовольствием сейчас мы бы занялись границами. К сожалению, этому мешают две военные базы малайцев. Условно назовём их «первая» — у границ округа возле территории Малайзии, и «вторая» — возле земель японских кланов. Произносить их названия даже не проси, — глянул он на меня. — Я такое не потяну. Разведкой у нас занимается Антипов, он и расскажет, что выяснил.

— Первая база ничего из себя не представляет, — начал Антипов. И уточнил: — Сама по себе. Но туда в последнее время стекаются силы аристократов Мири. Так-то и бог бы с ними, но мы точно знаем, что среди них как минимум один «мастер». Плюс двое среди самих военных. Плюс какие-никакие укрепления. Ну и нет никакой уверенности, что на помощь им не отправят ещё парочку «мастеров». Лично я предлагаю исходить из того, что там будут пятеро «мастеров». Минимум. Радует то, что техники у них мизер, да и сама первая база — скорее, военная часть, и укрепления в ней лишь те, что успели возвести за прошедшую неделю. Пара учебных дотов, стоящих совсем не там, где нужно, окопы да мешки с песком. Нашего обеспечения у малайцев нет. Из техники в основном БТРы. Из шагающей техники — пяток лёгких МД.

А вот вторая база — крепкий орешек. Десяток подтверждённых «мастеров», средние и тяжёлые МД, тяжёлые БРы, в достатке колёсной техники, сильная ПВО, весьма достойные укрепления, и порядка пяти тысяч человек личного состава. Единственное, что идёт нам в плюс— база рассчитана на отражение сил японских кланов, то есть мы будем бить фактически им в тыл, где укреплений по сути и нет. А вот они знать не знают, атакуют ли кланы при нашем приближении. Так что и перестановки им делать опасно.

— Про ритуал они вполне могут знать, — заметил я.

— Могут, — кивнул Антипов. — Но ты сам-то уверен, что кланы не воспользуются ситуацией? Им-то на наш ритуал плевать. Вот и малайцы в этом не уверены.

Вообще-то он прав. Ладно Охаяси, а вот Нагасунэхико и Фудзивара... Хотя Фудзивара, может, и не будут ставить под вопрос ритуал своим вмешательством — они достаточно сильно уважают Аматэру, всё же бывшие Слуги нашего Рода. В отличие от тех же Нагасунэхико. Эти типы достаточно стары, и наглости им хватает. К тому же, если против нас выступят японские кланы, наёмникам просто придётся отойти в сторону, таков уж негласный уговор — они не лезут в свару «своих», то есть японских, аристократов.

— Вряд ли это произойдёт вначале, — произнёс я задумчиво. — К тому же, единственный клан, который может на это пойти — Нагасунэхико, а их территория не соприкасается с малайской. Подозреваю, что изначально они выбрали место с таким расчётом, чтобы первый удар на себя приняли другие, теперь же им это будет мешать.

— Как скажешь, — пожал плечами Антипов. — Но я сомневаюсь, что малайцы столь же уверены в этом, как и ты. Ну да ладно. Есть ещё один момент. Он немного противоречит тому, что я сказал ранее, но подобное возможно — вторая база может наплевать на угрозу кланов и напасть, пока мы будем атаковать первую. Тупо ударят нам в спину. Поэтому нам надо очень серьёзно подумать, кого атаковать в первую очередь. С одной стороны, простота и возможность замкнуть систему обороны округа, а с другой — банальная безопасность и уверенность в своём тылу.

Это да. Кланы, японские кланы могут попытаться отжать у нас кусок земли, пока на ней стоит малайская база, ведь фактически она и не наша, а вот объявлять войну Роду Аматэру может быть для них слишком... геморно. Не с военной точки зрения, а с социальной. Можно только гадать, как отреагируют на подобное остальные аристократы Японии. Тут и врагам повод, и завистникам, и правдолюбам-поборникам чести. Если бы не ритуал, они бы обязательно попробовали, а так... Нужно быть нашими противниками по жизни, чтобы пойти на такое, но Аматэру не в ссоре с Нагасунэхико, и лишние проблемы тем вряд ли нужны. В конце концов, можно же подождать. Со временем ситуация прояснится и появится шанс сделать всё без лишних проблем.

— И что решили? — спросил я. — Какую базу атакуем сначала?

На этот вопрос мне ответили не сразу. Помолчали, попереглядывались, после чего Щукин выдал:

— Ещё не решили. Но я склоняюсь к первой. Считаю, что вторая не ударит нам в спину, пока не подойдут основные войска малайцев, а это будет минимум через месяц.

— А что так долго? — не понял я.

— Это же малайцы, — пожал плечами Щукин. — Без обид, Махатхир.

— Я понимаю, — кивнул старик.

— Есть вариант, что они пошлют к нам «виртуоза» с прикрытием, — произнёс Добрыкин. — Это может случиться раньше.

— Да, такое тоже возможно, — кивнул Щукин. — Но я сомневаюсь. Если информация, предоставленная Синдзи, не врёт.

Вряд ли Охаяси надул с информацией. Если ей верить, — а не верить причин нет, — то у местного короля имеется оппозиция в виде его двоюродного брата. Так-то у короля позиции достаточно крепки, несмотря на его чрезмерную жадность, но есть и проблемы. Хотя нет, проблема по сути одна, просто завязана в тугой клубок. А если конкретнее, то это Япония. И уже из этой проблемы проистекает другая — Англия. Чем и пользуется оппозиция, которая бьёт по больному, намекая на то, что король марионеточный. Все всё прекрасно понимают, и на англичан не гонят — становиться бездомным аристократом никто не хочет, но пенять этим королю не перестают. Оттого и сидит один из его двух «виртуозов» на границе с Сукотаем, хотя король с удовольствием перевёл бы его поближе к себе. Но если он это сделает, то исчезнет даже та видимость самостоятельности, которая есть, ведь граница без «виртуоза» один смех, учитывая, что Сукотай может выставить двадцать бойцов высшего ранга. Хотя нет, не так, двадцать «виртуозов» у них всего, а сколько они там могут выставить на войну с малайцами, я не знаю. Но всяко больше, чем есть у короля Малайзии во всей стране. Фактически, отозвав «виртуоза», король чуть ли не прямым текстом скажет, что армия им не нужна. Зачем, если они под крылом англичан? Он бы и на границу с японскими кланами «виртуоза» отправил, но у него их всего два, и отпускать от себя второго он не желает. А то так и мятеж в столице можно отхватить. Но что-то с нами делать придётся рано или поздно, и кого-нибудь он всё равно пошлёт. Но не сейчас, сначала попробует разобраться силами регулярной армии.

— Понятно. А что у нас по силам аристократов в округе? — посмотрел я на Махатхира.

— На данный момент сопротивляться продолжают всего два Рода, остальные либо уничтожены, либо переместились на первую базу, — ответил он. — В общей сложности нам противостоит порядка полутора тысяч бойцов, из которых около двадцати — аристократы. Точное количество и тех, и других подсчитать затруднительно. Мы пока прекратили охоту на них, так как эти Рода объединились и затаились. Есть предположение, что у кого-то из них на территории округа есть схрон и вооружением они обеспечены. А вот тяжёлой техники у них не наблюдается.

Полторы тысяч хороших бойцов, да ещё и неизвестно где... Я бы с такими силами вполне сумел устроить тут хаос, так чем малайцы хуже? Во всяком случае, недооценивать противника не стоит.

— Найти-то хоть вы их сможете? — спросил я.

— Мы с господином Боковым сейчас ведём поиск с помощью беспилотников, — ответил он, — но вы должны понимать — джунгли не самое удобное место. Само собой, обычные разведчики тоже прочёсывают местность. Я достаточно плотно контролирую местных, так что в конечном счете мы их найдём.

— Вопрос в том — когда? — произнёс я. — А ведь вы меня уверяли, что всё пройдёт гладко.

Правда, его операция была запланирована несколько позже. Как я уже говорил, Махатхир удивил, вступив в активную фазу раньше намеченного. Похоже, зря.

— Мы их найдём, — твёрдо ответил Махатхир. — В самое ближайшее время.

— Полагаюсь на вас, — кивнул я.

Рано его ещё чихвостить. Посмотрим, как всё дальше пойдёт. Да и заниматься этим должен Клаус.

— Так что решаем? — спросил Щукин. — Первую базу сначала берём или вторую? Нам край как нужно сомкнуть систему обороны округа.

— А на второй базе, — подал голос Добрыкин, — если даже не принимать опасность её наличия в тылу, есть необходимое людям Махатхира снаряжение. Да и их техника нам не помешает. Захватим её и обеспечим себе тыл, а также вооружим местных. В основном это, конечно, мясо, но тысяч двадцать бойцов в строй мы поставим. Тоже дело, как по мне.

— Я за первую базу, — произнёс Беркутов. — Быстро возьмём, выстроим защиту от сил короля, и уже потом займёмся второй. Неторопливо и основательно.

— Я за первую, — приподнял руку Оливер Лам.

— Я не доверяю японским кланам, — произнёс Кайроку. — Лучше сразу захватить вторую базу.

— Я тоже за первую, — проголосовал Окуваки.

— За первую, — произнёс Антипов. — Лучше начать с чего попроще, у нас всё же не настолько сыгранная команда.

— Поддерживаю Антипова, — кивнул Фанель. — Вам-то попроще, а мы с ним той ещё сборной солянкой командуем.

— Я тоже за первую, — согласился я с ним. — Клаус? Решать тебе.

— Возьмём сначала первую, — присоединился он к большинству.

Боков и глава наших целителей в обсуждении не лезли. Не тот у них профиль.

— Если с этим разобрались, — продолжил я, — расскажите, что у нас с технической службой и Целителями, — посмотрел я сначала на Бокова, а потом на Тойчиро Минору.

Прежде чем начать, наш кряжистый техник повозился на стуле.

— В целом, — начал Боков, — я готов к боевым действиям хоть сейчас. Но припасы продолжают поступать, и лучше немного подождать. Дорогу мои люди уже прикрыли — шесть постов ПВО стоят и готовы к отражению атаки. Для малайцев этого многовато, но когда придут англичане, будет в самый раз. База тоже прикрыта, а вот город не очень. Мы сейчас занимаемся укреплением границы округа, и на город просто нет времени. И если бы меня спросили, я бы тоже проголосовал за первую базу — она нам очень мешает.

— Санчасть готова к работе, — коротко ответил Тойчиро. — Медикаменты ещё не все привезли, но Боков-сан позаботился о том, чтобы у нас были все условия. В чистом поле принимать раненых не будем. В общем, как я и сказал, мои люди готовы. И Целители, и простой персонал.

— А что у нас с припасами? — посмотрел я на Клауса.

— Вторая партия прибыла наполовину, — ответил тот. — Ещё дня три, и мы будем укомплектованы для первой фазы войны.

То есть почти обеспечены на первые три месяца войны. Понятно.

— Ваш отец ничего не передавал?

— Кхм, — кашлянул он в кулак. — Не знаю, насколько это важно, но при дворе малайского короля образовалась небольшая партия аристократов, которая высказывает мнение, что лучше отдать нам то, что затребовал отец. Но вряд ли король пойдёт на такое.

Это да. Он ведь не только конфискованный товар требует вернуть, но и просто немерянную компенсацию с извинениями самого короля.

— Похоже, двоюродный брат короля решил прощупать обстановку, — произнёс я задумчиво. — Ну и тылы обеспечить, если что.

— К тому же, если всё пойдёт плохо, он всегда может начать кричать: «Я же говорил!» — подтвердил Клаус.

— Если повезёт, — заметил Щукин, — у них там и без нас трындец наступит.

— Главное, успеть этим воспользоваться, — кивнул я и пристально посмотрел на Клауса.

— Я буду держать вас в курсе дел, — кивнул Клаус. — Но отец не вхож в их высшее общество, так что на многое не рассчитывайте. Просто старые связи.

— Лучше, чем ничего, — ответил я. — Мой источник информации, к сожалению, был единоразовым. Может, и смогу что узнать, но для этого надо будет съездить домой.

Дальше разговор пошёл совсем уж о мелочах, но как говорится, дьявол кроется в деталях, так что я сидел, слушал и вникал, а после окончания совещания направился домой и засел за ноут. В принципе, у меня были дела, которые я мог бы поделать на территории базы, — например, заглянуть в вотчину Бокова, — но мне пришла на ум мысль... Хотя нет, эта мысль и раньше была, просто я решил заняться этим всерьёз. Чтобы продержаться здесь как можно дольше, нам нужна пусть не поддержка местной аристократии в широком смысле слова, но уж связь с ними точно. Сейчас это сделать будет очень сложно, так как ничего, кроме проблем, мы им не несём. Даже если найдётся кто-то, кто захочет воспользоваться нашим вторжением себе на пользу, предложить нам нечего. Да и кто даст гарантию, что наши силы удержатся здесь надолго? Сначала нужно показать, что мы можем это сделать. А ведь альянс кланов под предводительством Кояма тоже когда-нибудь выступит, и если у нас всё будет получаться... Хотя нет, будет у нас получаться или не будет, они всё равно выступят в самом конце нашего срока. Это если не смотреть на ситуацию в идеальном её состоянии, то есть если мы будем просто сидеть на месте и уверенно отражать все нападки на нашу территорию. А этого не будет, мы просто не выдержим напора. Ладно малайцы, но им ведь так или иначе будут помогать англичане. Если же всё пойдёт, как я планирую, то под конец года хаос должен твориться на всей территории Малайзии, а в таком случае у альянса Кояма просто не будет гарантии, что мы не отхватим ещё больший кусок территории этой страны. И вот тут... они просто не усидят на месте, ведь каждый день промедления будет означать потерю их будущих земель. Точнее, того количества земель, которое они могут захватить. Я это к чему? Что такого мы можем предложить местным, чего они не потеряют в будущем? Можно, конечно, забить на честность и в конце просто развести руками, мол, мы сами в шоке, не думали, что они нападут на вас — но мне такое не нравится. Слово Аматэру будет запятнано в любом случае. Это даже если забыть про слово ведьмака. С другой стороны, можно предложить прикрыть их от альянса Кояма, но во-первых, это можно будет сделать ещё не скоро, а во-вторых, большие шишки на это не купятся, точнее, они и сейчас неплохо живут, чтобы довольствоваться столь малым. Но ведь поначалу нам большие шишки и не нужны. Правда, и предложить мне сейчас нечего.

С кем я мог бы договориться, так это с теми, кого гоняет Махатхир, однако он делал это столь рьяно, что я теперь не уверен в их будущей лояльности. Ненависти у них наверняка накопилось предостаточно. Нам нужен выход на местных, и именно этим я пошёл заниматься. Сравнивать карты, территории, на которых сидят аристократы, шерстить в очередной раз отданную мне Охаяси информацию и думать, думать, думать... Участвовать в атаке на первую базу мне смысла нет, там и без меня справятся, даже в атаке на вторую я если и буду участвовать, то как наблюдатель. И там, и там будет решать тактика, артиллерия, шагающая техника и полки пехоты. Один-единственный ведьмак, пусть и моего уровня, там не нужен. Нет, я бы мог пригодиться, но мне же нельзя раскрывать свою тайну, а рисковать этим ради такой мелочи, право слово, не стоит.

— Господин, обед готов, — зашла в мою комнату Цубаки.

— Неси, — чуть улыбнулся я ей.

Можно всё-таки попробовать договориться с теми, кто ещё воюет с людьми Махатхира. Если верить информации Охаяси, ни у кого из них тут не было Родовых земель. Просто они жили на территории округа Мири столетиями. Это действительно их земли, вот только законного статуса Родовых они не имеют. И не зря именно эти два Рода, живущие тут дольше всех, до последнего отстаивают свои земли — Амин и Латифф поселились тут чуть ли не с самого основания их Родов. Беда в том, что эти семейства не так уж и влиятельны в Малайзии, средней руки аристократы. Мне просто нечего с них взять. С другой стороны, с чего-то же надо начинать? Должны же у них быть хоть какие-то связи?

Хотя, откровенно говоря, сомневаюсь я, что они пойдут на сотрудничество. Я бы после резни, устроенной Махатхиром, не пошёл.

— Господин? — вновь отвлекла меня от работы Цубаки.

Всего час прошёл, как она унесла посуду, оставшуюся от обеда. До ужина далеко... Пришёл, что ли, кто-то?

— Что случилось, Цубаки?

— К вам гости, господин. Щукин-сан и Кайроку-сан... кажется. Прошу прощения, господин, — поклонилась она. — Я ещё не запомнила всех поимённо.

— Ничего, — отмахнулся я. — Зови их.

Из двоих зашедших в комнату поклонился только Кайроку, Щукин просто рукой махнул. Ну да это и понятно. Я же указал им на стулья, ожидая, что они сразу приступят к делу.

— По идее, — начал Щукин, — мы могли бы и не приходить, но сам понимаешь — всем прекрасно понятно, кто настоящий командир всего и вся. Так что, думаю, предупредить тебя всё же стоит. Вдруг ты будешь против?

— Внимательно слушаю, — кивнул я.

— Мы решили выделить разведку в отдельное подразделение и назначить им командира, — продолжил Щукин. — Об этом у нас был разговор с тобой ещё в Токио.

— Да. Но тогда у нас не было кандидатуры, — подтвердил я. — Значит, нашли?

— Шимамото Хироя, — кивнул Щукин.

— Из бывших Докья, — вспомнил я имя. — Один из наших «учителей». Предлагаете ввести его в штаб?

Говорили мы по-немецки, к слову.

— Несмотря на то, — заговорил Кайроку, — что официально полевой разведкой заведовал Антипов-сан, реально в основном занимался этим именно Шимамото.

— И, как я понимаю, он прекрасно с этим справляется? — посмотрел я на него.

— Именно, — кивнул Кайроку. — Были опасения, что он не потянет, всё-таки он всегда был именно полевым командиром, но, как показала практика, он справляется.

— То есть вы готовы... оба готовы поручиться за него.

— Я готов, — тут же ответил Кайроку.

— Нам это необходимо, — чуть подумав, подтвердил Щукин. — Антипов хорош, но занимать две должности непросто. И это при том, что он и сам-то всегда командовал максимум ротой. Да ещё и ротой МПД.

— Но он хотя бы разведкой раньше занимался, — произнёс я.

— Ты... — запнулся Щукин. — Ты не совсем прав. Он служил в ВРА. Это спецназ военной разведки, да, но у него много задач. Да и командовал он тяжёлой пехотой. В том числе и лёгкими МПД, так что опыт разведчика у него есть, но как я уже сказал, это не совсем то, что ты думаешь. И не совсем то, что нам нужно.

— Что ж, — обдумал я их слова. — Полагаюсь на ваше мнение. Клаус в курсе дела?

— Да, — подтвердил Щукин. — Он не против.

Ну это неудивительно. Единственный раз, когда Шмитты влезли в военные дела, касался распределения того отряда бойцов, который они притащили с собой из Германии. Теперь бойцы заведуют у нас патрулями и блок-постами. Да и «влезли» — это слишком сильно сказано — они предложили, мы согласились. Всё-таки немецкий отряд именно на этом и специализировался — патруль, сопровождение, удержание важных точек. А в остальном Шмитты отдали всю тактику и стратегию — да и вообще всё, что связано с вооружёнными силами — на откуп Щукину и моим людям.

— Ну и отлично. Ещё вопросы имеются?

— Нет, — ответил Щукин.

Кайроку промолчал.

— Тогда... — покосился я на свой ноутбук. — Наша разведка с людьми Махатхира сотрудничает?

— Кроме Бокова и его техники — нет, — произнёс Щукин. — Да и там лишь малые БПЛА.

— Шимамото, как я понял, рулит нашей разведкой всё то время, что мы тут сидим?

— Да, — произнёс всё тот же Щукин.

— Получается, он полностью в курсе дел?

— Ну да, — пожал Щукин плечами. — Мы уже пару дней фактически дожидаемся твоего прибытия, чтобы поднять вопрос о его повышении. По мелочи-то тебя дёргать не стоит, но тут — сам понимаешь, не та должность.

— Отлично. Тогда свободны. И распорядитесь, чтобы Шимамото с Махатхиром зашли ко мне. Вечерком. После ужина, скажем.

— Сделаю, — кивнул Щукин вставая со стула.

Вслед за ним поднялся и Кайроку.

До ужина я ещё успел сходить к Бокову, который заведовал всей нашей техникой и её обслугой. Расположился он на отдельной базе, построенной недалеко от нас, но ближе к городу, так, чтобы её было легко прикрывать. Здесь же находились и все наши припасы. Практически вся эта база состояла из огромных ангаров и складов, и воздушное прикрытие тут было даже получше, чем вокруг основной.

Вообще, история воздухоплавания в этом мире довольно интересная. До начала второй мировой она протекала примерно как и в моём прежнем мире — ровно до того момента, как индусы вскрыли очередную захоронку Древних. Там-то и обнаружили кучу всего интересного, что поначалу нифига не оценили. Ну да что с индусов взять? А вот разведка всего остального мира, пристально наблюдавшая за всем, что связано с Древними, отработала на пять с плюсом, и к началу второй мировой первые прототипы систем ПВО, основанные на технологии Древних... точнее, с элементами этих технологий, начали поступать в армии мира. Стоит заметить, что войны мирового уровня не начинаются с бухты-барахты, и приостановить военную машину никто не смог, вот и посыпались на землю истребители с бомбардировщиками. Причём с этим не могли смириться очень долго, особенно такие страны как США, у которых были сотни и тысячи самолётов, а производство могло выдать ещё столько же. В этом мире, к слову, линкор «Ямато» до сих пор стоит на приколе в военно-морском музее Токио. Да что там говорить, даже у бандюганов из Гарагарахэби особняки прикрывают старые военные турели, которые до сих пор неплохо работают по воздуху. Несмотря на то, что это не основная их функция. Там тоже свои моменты присутствуют — те турели скорее по вертолётам спецы, а вот самолёты уже не их уровень, но сам факт даже такой возможности! Как итог, военная авиация не то, чтобы вымерла, но сильно ужалась в своей численности и обеспеченности. Ровно до тех пор, пока всё те же американцы не показали всему миру свои первые БПЛА. Стоит отметить, что беспилотники сильно проигрывают реальным пилотам, даже современным, у которых реальных боевых операций раз-два и обчёлся. А значит, и опыта, по идее, мизер. Судить могу только на основе собственной логики, но в моём прошлом мире пилоты всяко опытней должны быть. Ведь даже не в том смысл, сколько у них боевых вылетов, а в том, что само развитие лётного дела было сильно заторможено на десятилетия. Тем не менее, как пишут различные источники, даже такие пилоты лучше, чем беспилотники. Зато тех много. И им не нужны живые люди в кабинах, которым совсем не в радость лететь в бой с огромным шансом его не пережить. Но есть ещё один нюанс — деньги. Это малые БПЛА стоят по-божески, а вот большие, штурмовые, стоят, как и реальный истребитель. А то и дороже. Причём их должно быть несколько больше, чем самолётов с пилотами, которых тоже необходимо немало. Так что реальную угрозу современным ПВО могут обеспечить только очень богатые страны, в число которых Малайзия не входит. Плюс нужны нормальные операторы. Плюс обеспечение в виде техобслуживания. Малайцы грамотными техниками похвастаться не могут. В общем, пока в игру не вступят англичане, угрозы с воздуха можно не бояться, да и когда это произойдёт... Перегнать нужное количество техники не так-то просто. Они вполне могут сконцентрироваться на наземных операциях, которых, если честно, им вполне хватит. Нет, у малайцев есть беспилотники, как и обычные военные самолёты с пилотами, но это, скорее, показуха. Раздолбать какую-нибудь колонну с небольшим прикрытием ПВО они могут, но для этого необходимо будет преодолеть систему обороны округа... В которой, чёрт побери, до сих пор огромная дыра. Так что первую базу нам по-любому надо брать первой, после чего защитная линия сомкнётся, и наши передвижения по округу Мири будут прикрыты.

И кстати, пусть самолётов, военных самолётов с пилотами и мало, их техническое развитие продолжалось всё это время. Никто не оставлял надежд создать нечто, что будет способно прорвать современную противовоздушную оборону. Так что я не могу сказать, что с технической стороны дела пилотируемые самолёты хуже тех, что были в моём прошлом мире. А уж про гражданскую сферу я и вовсе молчу. Да даже вертолёты, как ни странно, такие же, как и в моём мире. Хотя вот уж что-что, а вертушки должны бы отличаться. Хотя нет, всё-таки у вертолётов несколько другая специфика. Они с системами ПВО редко сталкиваются. Им больше ПЗРК бояться надо.

— Боков! — окликнул я мелькнувшего в одном из ангаров техника.

— О, Синдзи, — узнал он, повернувшись ко мне.

— Пипец тебя найти сложно, — подошёл я к нему.

— Ну извини, работы невпроворот, вот и мотаюсь туда-сюда. Что надо-то?

— Хочу поговорить о беспилотниках, что вы на разведку посылаете.

— Так это не ко мне вопрос, тебе Смирнов нужен.

— Какой ещё... Да плевать. Ты тут старший, с тобой и разговор вести буду.

— Эм... шеф, я ж не в теме. Да у меня и работы...

— Я слышал — невпроворот. Но ты мне что теперь предлагаешь, этого твоего Смирнова самому искать?

— Эх... — вздохнул он. — Слушаю.

— Необходимо переориентировать разведку на территорию за округом Мири, тут мы явно много сделать не сможем. Слишком уж густые джунгли, да и ищем иголку в стоге сена. Сколько у нас БПЛА?

— Штук двести, — ответил он. — Малых, само-собой.

— Они же вооружены? — уточнил я, а то мало ли...

— Пара ракет да двадцатимиллиметровая пушка, — кивнул он. — Ничего особо не сделаешь, но беспилотники такого же класса сбивать можно.

— А по земле стрелять? Что там за ракеты?

— Небольшие, «воздух-воздух». Но если надо, можно и поменять. Только сам понимаешь — две сотни машин быстро не переоборудуешь.

— За месяц справитесь?

— За месяц... — задумался он. — Да, пожалуй. Плюс-минус неделя. Придётся правда... да не важно. Если таков приказ — сделаем.

— Будь любезен, — кивнул я. — Кстати, все не надо. Из двух сотен... — задумался уже я. — Пусть будет половина.

— Ну это совсем просто, — усмехнулся Боков. — Недели за три управимся.

— Вот и отлично. Тогда не буду тебя отвлекать. И пришли ко мне Смирнова. Завтра. М-м-м... после обеда пусть зайдёт.

— Договорились.

На том мы и разошлись. Раз уж беспилотниками занимается не он, то его и правда можно больше не беспокоить на этот счёт. К сожалению, о решении альянса Кояма задержать нападение я узнал слишком поздно, так что приобрести что-то более специализированное просто не успевал. Так что придётся работать с тем, что есть. А чуть позже обсудить со штабом необходимость покупки нужных БПЛА. Да и вообще всего, чем можно огрызаться, сидя на своей территории. Увы, но старый план, где мы лишь защищались, придётся пересмотреть. Точнее, я его уже пересматриваю... Ладно, что у меня там дальше по плану? Чёрт, будущая трофейная техника.

— Боков! Подожди! — крикнул я тому в спину, пока он не успел уйти.


Глава 6

Чёртова страна, чёртовы джунгли! Никогда не любил джунгли. И почему я не вселился в наследника какого-нибудь суперклана?

— Я возвращаюсь с севера. Смотрите, не подстрелите, — передал я по рации.

А ещё через пять минут я вновь был среди своих телохранителей и пары разведчиков Шимамото.

— Не ранен? — тут же спросила Эйка — старшая из сестёр Ямада.

— С чего бы? — проворчал я, присев на колено рядом с Сейджуном. — Или ты слышала стрельбу?

Вообще, убедить их — телохранителей, то есть — в том, что одному мне будет проще сходить на разведку второй базы, было весьма непросто. Особенно это касалось моего верного пса. И это притом, что Сейджун, как и раньше, практически молчал. Но боже, этот щенячий взгляд качка!..

— Мало ли... — пожала она плечами, продолжая сканировать меня взглядом.

— Да нормально всё, не смотри ты на меня так.

— Тогда возвращаемся? — спросила она.

— Да, здесь меня больше ничего не интересует.

— Тогда выдвигаемся. Построение прежнее, — произнёс Ёхай, после чего обратился к командиру тройки разведчиков: — Болт, рули!

В целом, то, что я узнал, соответствовало известной нам информации — около пяти тысяч личного состава, полк шагающей техники, то есть сто восемь машин, но вот пилотов у них явно меньше. В общем-то, всё, как и у нас. Разве что машин побольше. Артиллерия слабенькая, двенадцать орудий калибра 122 мм и двадцать четыре семидесятишести-миллиметровки — это ни о чём в их ситуации. Вообще не понимаю, как так вышло. Чем они собирались с кланами воевать? Но главный их косяк в том, что они сидят на базе и не суются за её пределы. Да, зону в пару километров вокруг держат под наблюдением, но на этом и всё. С командирами им явно не повезло. А может, и десятилетия относительного мира свою роль сыграли.

А вот относительно «мастеров» ничего толком выяснить не удалось. Фотографий их у меня не было, определять «мастеров» на глаз я не умею, так что точное их количество определить так и не получилось. Видел троих на полигоне — да и то только потому, что они использовали соответствующие их уровню техники. Мне бы там дня три понаблюдать, но как бы мои люди не сорвались и не пошли штурмовать базу... Впрочем, это ирония. В первый выход я и не собирался сидеть там долго. Так, осмотрелся немного.

Ещё стоит упомянуть тяжёлую пехоту малайцев. Она у них есть, но судя по тем тренировкам, которые я смог подсмотреть, долго они не протянут. В основном наши противники отрабатывали быструю экипировку и стрельбу — что-то вроде строевой подготовки у пехоты обычной. Вещь, несомненно, нужная, но в реальном бою шансов у них мало.

В общем и целом было очевидно, что малайцы не готовы к войне. Всё есть, всё блестит, но воюют-то люди. А вот они как раз и не готовы.

По возвращении на базу — а случилось это под вечер — я первым делом отправился в свой дом, разведчики на доклад, а телохранители к себе. Со мной остались лишь Хаяте и Юзуру — два пса войны из бывших Докья, да пара тяжёлых пехотинцев — Атсуто и Эйта, всё из того же клана, — занявших позицию снаружи дома — именно их смена охранять меня. Ну и Сейджун, но Лесник и жил со мной в одном доме, постоянно находясь рядом. Они с Ёхаем в сменах не участвовали.

— Аматэру-сан, — встретил меня на пороге Каджо Суйсэн.

Да не один, а со своими внучками по бокам.

— Я дома, — хмыкнул я поклонившимуся старику.

Как-то непривычно мне произносить эти обыденные для японцев слова. В этом мире я всегда жил один, да и дом этот не дом по большому счёту...

— Ужин готов и дожидается только вас, Аматэру-сан, — поклонился он ещё раз, но уже не так низко. — Ваших телохранителей мы тоже готовы накормить.

— Да как-то оно... — произнёс Хаяте, переглянувшись с Юзуру. — Нет, нет, мы у себя поедим.

— Принесите им бутерброды, Суйсэн-сан, — произнёс я. — И про тех, что снаружи, не забудьте.

— Как прикажете, Аматэру-сан, — поклонился он вновь.

Приняв душ, переодевшись и поужинав, направился искать Шимамото. Довольно забавный мужик. Жиденькие усы с бородкой, чёрные волосы до плеч и вечный поиск над кем бы приколоться. Понятное дело, вышестоящее начальство он не трогал да в целом шутил не жёстко, но лично я после первого знакомства ответственную должность ему бы не дал. Но раз уж за него поручились...

Шимамото я нашёл в штабе, он как раз сидел перед ноутбуком, на котором была открыта вся карта Малайзии.

— Шимамото-сан, — окликнул я его.

— Ох, — повернулся он ко мне. — Аматэру-сан, давайте, вы будете ко мне попроще обращаться, а то мне как-то не по себе.

— Пусть так, — пожал я плечами. — У тебя карта со второй базой есть?

— Конечно, — ответил он, повернувшись к ноуту.

— На бумаге, — прервал я его.

— И это найдётся, — поднялся он со стула. — Узнали что-нибудь интересное?

Он, как и многие другие, не понимал, зачем мне лично переться в разведку, и был против подобного, поэтому было не различить — этот его вопрос, заданный серьёзным голосом, действительно профессиональный интерес, или он меня так подкалывает.

— Кое-что, — ответил я. — Сейчас и узнаем, насколько много, — осмотрев разложенную на столе в центре комнаты карту, я начал тыкать в неё пальцем. — Шагающая техника теперь вот в этих ангарах. Здание штаба почти пустое, так что они скорее всего и его перенесли. Вот тут, тут, тут и тут находятся замаскированные посты. Удивлён, что они у вас не отмечены... — пробормотал я.

— Да я и информации о технике удивлён, — нахмурился он, почесав подбородок. — Это точно? Вы уж простите, что переспрашиваю, но...

— Да, это точно, — ответил я. — Места не оборудованы, но техника стоит именно там. Причём вся. С учётом количества их пилотов, я бы её разделил, но что есть, то есть.

— А они постарались, — произнёс он задумчиво. — Сделать подобное незаметно — многого стоит. Про штаб мы предполагали, а вот за неотмеченные секреты спасибо. Окрестности базы пока рано шерстить, но как время придёт, это нам поможет. Ещё что-то?

— Про «мастеров» ничего выяснить не удалось, а вот их пилоты сидят в этом бункере.

— Безвылазно?

— Нет, конечно, — ответил я. — Кто-то из них всегда рядом с техникой. Да и времени у меня не было узнать, где кто чаще всего бывает. Так, что у нас там дальше? — взяв карандаш, продолжил: — Примерно... как-то... так. Это слепые зоны в их системе безопасности. Отвлекаем здесь, проходим тут, и вся база лишается прикрытия с воздуха.

— Как-то оно... — хмурился Шимамото. — Как-то уж слишком просто.

— Я тоже так думаю, — кивнул я. — И у меня только одно объяснение — вся база построена с учётом отражения атаки японских кланов и только их. Да ещё и с одного направления.

— Да не, всё равно. В кланах же не идиоты сидят. Обойдут, если надо.

— Без комментариев, — поднял я руки. — Это всё, что мне в голову приходит. Но информация верная. Ловушки... — задумался я. — Нет, даже намёка не видел.

— Ладно, с этим ясно, — произнёс он, не отрывая взгляда от карты. — Ещё что-то?

— Нет, это всё. Разве что общая подготовка личного состава у них не очень. Отдельные профи наверняка есть, но в целом, — покачал я головой. — Если атаку провести неожиданно, то там три четверти всех сил в толпу превратятся.

— А если не неожиданно, — посмотрел он на меня.

— Ну... — задумался я. — Половина где-то. Не сразу, конечно же. Хотя если грамотно всё провернуть, то и сразу.

— Если грамотно, то и профи могут лажануть, — провел он рукой по волосам.

— Не согласен, — хмыкнул я. — Это смотря какие бойцы.

— Не был ты под обстрелом артиллерии, парень... Ой, прошу прощения, Аматэру-сан.

Был я под артиллерией, Шимамото, был. Правда, под жиденькой, но тем не менее. Причём ещё до того, как стал ведьмаком. Если нас, срочников, это не сломало, то что уж говорить про опытных бойцов. Да и Брестская крепость, как и многие подобные случаи, говорит об обратном. Впрочем, думаю, Шимамото это тоже прекрасно понимает, а меня решил просто постращать.

— Ладно, вроде это всё, что я хотел рассказать, — закруглился я, решив не спорить. — Пойду, пожалуй.

— Всего хорошего, Аматэру-сан, — слегка поклонился Шимамото.

— И тебе не скучать, — махнул я рукой.

— Тут поскучаешь...

А дома меня начали домогаться близняшки Каджо. Не то чтобы откровенно, но либо я растерял весь опыт общения с женщинами, либо всё-таки домогаются. Ну ладно — соблазняют. И я, в общем-то, не против провести весёлую ночку, но как-то они резко начали. Блин, поломаться и сдаться? Но как-то это по-женски, а я привык к обратному. Затащить их в постель этой ночью? Но... А, собственно, почему бы и нет? Нет, как-то это неправильно. Одно дело, снять девчонку в баре, другое — тут. Они ведь явно не сами флиртовать начали — кто-то их на это подтолкнул. Либо дед, либо Атарашики. Бог с ними, там видно будет, не стану я, как озабоченный, сразу на женское тело накидываться. Посмотрим, как далеко они зайдут.

На следующий день пришлось немного повозиться, но я смог-таки позвонить Райдону с базы и поздравить его с днюхой. Прямого телефонного соединения у нас не было, так что в какой-то момент я уж хотел было в город идти. Но нет, наши связисты извернулись, через тот же Мири связь наладили. Ничего секретного в разговоре не было, так что неважно.

А так практически весь день просидел в штабе, наблюдая, как работают профессионалы. Не командиры среднего звена, к коим я отношу себя, а настоящие боевые генералы. Ну или такой же квалификации специалисты. Нападение на первую базу распланировали, время утвердили. Хотя там по сути было аж две операции. У меня даже грешным делом промелькнула мысль сходить вместе со всеми, но Аматэру не нужен там, где и без него обойдутся. Посижу тут. В штабе, я имею в виду. Заодно буду в курсе всей картины. Хотя стоп, штаб же рядом с войсками будет. У нас в нём два «мастера» заседают, и они не останутся на базе, когда их помощь может потребоваться там.

— Щукин, — позвал я.

— Ммм... — откликнулся тот.

— Я решил с вами сходить.

— Эх-х-х... — покачал он головой, склонив её. — Я как знал, что ты не выдержишь. Не самая твоя лучшая идея.

— Я в бой не полезу, буду в штабе сидеть, — поднял я вверх руки.

— Это всё равно опасно, — произнёс он строго.

— Антон Геннадьевич, — вздохнул я. — Если эта операция опасна, особенно для сидящих в полевом штабе, то нам всем лучше прямо сейчас домой возвращаться.

— Война — это... а, бог с тобой, — махнул он рукой. — В принципе, ты прав. Да и не мне держать тебя подальше от боевых действий.

Вот так легко и просто я напросился на боевую операцию.

* * *

— Может, он и вовсе импотент?

— Вполне возможно, вряд ли такие красавицы, как мы, ему не приглянулись... Деда?

Проходящий мимо кухни Каджо Суйсэн не мог не услышать разговор внучек, а уж проигнорировать то, что услышал, не мог вдвойне.

— Ещё раз услышу от вас нечто подобное, выпорю на глазах у молодого господина. С необходимыми пояснениями вашей вины, — произнёс он, сдерживая злость.

Его не особо волновало то, что его внучки решили запрыгнуть в постель к господину — уж лучше они, чем местные потаскухи, — но произносить вслух подобные речи он позволить не мог.

— Но, деда... — подала голос Юри, одетая, как и всегда, в кимоно синих тонов.

— Я слишком тихо сказал? Или, может, у вас что-то со слухом? А может, вы повредили свой и так небольшой умишко?

— Нет... — поникла Юри.

— Мы всё поняли, деда, — закивала Цубаки.

— Если господин не обращает на вас внимания, значит, причина только в вас, и никак иначе, — продолжил давить старик. — Вы слишком высокого о себе мнения. Выросли под крылышком великого Рода Аматэру, получили всё на блюдечке, а теперь смеете хаять наследника?! Вы не стоите и мизинца тех женщин, что окружают господина, так что приспустите свое эго, мелкие засранки, — чуть ли не прошипел он в конце, накрутив сам себя.

— Мы всё поняли, деда, — пропищала Юри.

— Подобного больше не повторится, — произнесла Цубаки.

— Мы смиренные служанки господина, — продолжила Юри.

— Он не будет в нас разочарован, — закончила Цубаки.

Посверлив пигалиц злым взглядом ещё пару секунд, Суйсэн произнёс:

— Очень на это надеюсь. В ином случае я переступлю через свою гордость и попрошу Аматэру-сама прислать кого-нибудь вам на замену.

Его внучки слишком своевольные, и далеко не факт, что сказанное им до этого их впечатлило, но прослыть на весь Род не способными быть даже просто служанками — и это после Школы Слуг — сильно ударит по их репутации. Вот это заметно их обеспокоило. Не справиться с простейшим заданием, стать фактически браком — такое действительно может испугать.

— Мы будем идеальны! — воскликнули они в один голос, одновременно с этим поклонившись.

Дед, пожалуй, был единственным в семье, кто мог управлять двумя избалованными девицами. О чём они всё равно частенько забывали.

— Я дал вам шанс, поручившись перед Аматэру-сама. Не подведите меня.

На это внучки ничего не ответили, продолжая стоять в поклоне.

Молодой господин вернулся только под вечер, как раз к ужину. Поприветствовав его и предупредив об ужине, Каджо услышал в ответ просьбу накормить дам — сегодня была смена сестёр Ямада. Ну и этого русского. Не то чтобы у Суйсэна были предубеждения против других национальностей, но отдать жизнь за господина не думая, без промедления, могут только они — правильно воспитанные японцы. И никак иначе! Сёстры Ямада хоть и были наёмниками, но, как он знал, окончили Школу Слуг, а это, несомненно, повышало степень доверия к ним в глазах старика.

Ближе к полуночи господин спустился со второго этажа и, направляясь на кухню, кивком позвал его за собой. Грамотный слуга должен всегда находиться где-то рядом, но при этом не мозолить глаза, и Суйсэн старался не уходить далеко от гостиной, которая располагалась в условном центре здания и из которой можно было быстро попасть в любую точку первого этажа или услышать шаги спускающегося по лестнице молодого Аматэру. Правда, получалось это не всегда. Складывалось впечатление, что — только тогда, когда господин специально хотел, чтобы его услышали. Когда до Каджо это дошло, он ещё и лестницу стал стараться держать в поле зрения.

— Брысь отсюда, — произнёс Аматэру, зайдя на кухню. — Идите, ванную приготовьте.

— Ванная уже готова, господин, — поклонилась Юри.

— Это хорошо, идите уже, — помахал он ладонью, а как девушки вышли прочь, продолжил: — В штабе определили время атаки на первую базу, и я иду с ними.

— Вы же не хотели, — заметил осторожно Суйсэн.

— Признаюсь честно, Суйсэн-сан, я иду только потому, что тут просто нечего делать. Нет, занятие всегда можно найти, но... — замолчал он. — Мне прям даже немного неловко, — вздохнул он. — Чувствую себя тупым подростком, которому скучно. Я бы мог найти несколько достойных причин и обосновать своё желание, но впереди у нас множество переделок, где мне действительно будет необходимо присутствовать, и я хочу, чтобы вы чётко понимали, когда это нужно, а когда нет. На этот раз в моём присутствии нет какой-то необходимости, и я честно это признаю.

Прямо и открыто. Суйсэн был благодарен за это, хоть и не одобрял излишнего риска со стороны господина — но и сделать ничего, по сути, не мог. Его задача в Малайзии — служить молодому Аматэру и защищать его, а не указывать, что ему делать. Воспитать бы ещё кого-нибудь себе на замену. Ладно Малайзия, но господин действительно молод, и старый слуга не сможет поддерживать его долгие годы. Увы, но Суйсэн действительно стар.

— Я понимаю, господин, — склонил он голову. Они оба сидели за столом и отвешивать поклоны в таком положении было бы неудобно. — Когда мне быть готовым к выходу?

— В том-то и дело, — вздохнул парень. — Мне необходимо, чтобы ты остался тут.

— Необходимо? — переспросил настороженно старик.

— Да, — кивнул Аматэру. — Операция будет состоять из двух частей. По логике вещей, как только мы удалимся от нашей базы, местные... партизаны, скажем так, обязаны на неё напасть. А она очень важна для нас. Очень. Мы не можем потерять всё то, что здесь находится. Первую атаку мы отразим — в конце концов, на это и будет расчёт — но они могут и не клюнуть на наш показательный уход, и тогда придётся действительно уходить, не сидеть же тут до посинения. Или могут напасть во второй раз, уже после того, как мы разобьём их. Это вариант маловероятен, но шанс, что они перегруппируются, есть. Так что мне нужен «мастер» на базе. Вы будете тут не одни, принято решение оставить на базе Морица Шмитта, так что в идеале базу будут прикрывать два «мастера». Ну и небольшой контингент бойцов.

Если смотреть на ситуацию под таким углом, то даже хорошо, что господин будет находиться с основными их силами, да и, откровенно говоря, чем он может помочь ему? Тот спарринг всегда будет стоять перед его глазами. День, когда основы мироздания Суйсэна пошатнулись. Дважды.

Когда Аматэру-сама попросила его устроить учебный бой с юным наследником, Суйсэн несомненно был удивлён. Смысл её просьбы дошёл до сознания довольно быстро, ведь он «мастер», и если было необходимо просто проверить силу наследника, вполне хватило бы и «учителя», а значит... Значит, и наследник совсем не «ветеран», как могло бы показаться. Но... ещё один гений? Такой же, как и Кояма Шина? Это действительно удивляло. Аматэру-сама сумела найти и взять в Род гения? Воистину, боги на их стороне! Ещё месяц назад перспективы Рода Аматэру выглядели довольно жалко, а тут — раз! — и неожиданное возрождение. Впрочем, вера в Атарашики-сама не угасала среди Слуг Рода никогда, а с появлением наследника... Он видел это своими глазами, видел, как меняется взгляд Слуг, как совершенно обыденные вещи, та работа, что они делали каждый день, выполнялась совсем иначе. Род Аматэру возродился. Всего месяц... всего один день, и они смогли расправить плечи, которые и так, казалось, были расправлены. Если раньше у них оставалась лишь гордость, что была их жизнью, то теперь эти понятия вновь разделились. Род, гордость, жизнь. И именно в такой последовательности. Так ко всему прочему, ещё и наследник оказался совсем не прост. Гений...

Впрочем, Суйсэн мог и ошибаться по поводу гениальности наследника, в конце концов, именно этот момент ему и нужно было подтвердить. Или опровергнуть.

— Аматэру-сама, — спросил он тогда. — Будет ли мне позволено уточнить уровень силы молодого господина и как именно мне вести спарринг?

Ответ был... непонятен.

— Предположительно... — замолчала госпожа. — Я не знаю. Парень не стал бы врать настолько нагло, но он утверждает слишком многое. Для начала дай ему показать себя. Исходи из того, что он простой человек. Максимум «ветеран». А там, если что, поднажмёшь.

— Ясно, — произнёс он неуверенно.

— Ну и повторю сказанное ранее, это очень важно. При любом раскладе никто ничего не должен узнать. Ни одна живая душа, помимо нас троих. В том, что он сможет тебя удивить, я уверена. Меня он удивить смог.

— Дальше меня информация не уйдёт, — произнёс он с глубоким поклоном.

Бой проходил на полигоне Родового онсена Аматэру. Не слишком подходящего для тренировок «мастера», но Суйсэн и не собирался использовать техники максимального уровня, так что всё нормально. К тому же, им в любом случае была необходима секретность, а добиться её в ином месте было труднее.

— Вы включили «доспех духа», Суйсэн-сан? — спросил наследник. — Тогда я начинаю.

— Прошу вас, молодой господин, — чуть склонил он голову. Не отрывая взгляда от оппонента, впрочем.

Немного нагло с его стороны, но... это же Аматэру. Они всегда были немного наглыми. Атарашики-сама сумела найти весьма подходящего наследника. Удивительно, но... Додумать мысль он не успел. Стоящий от него в двадцати метрах Аматэру-сан просто исчез, и в этот же момент Суйсэн получил мощнейший удар в солнечное сплетение, откинувший его на всё те же двадцать метров.

— Вот теперь, я надеюсь, вы действительно готовы, — покрутил головой наследник, разминая шею.

Что-то было не так. Всего один удар, но в мозгу Суйсэна гудела мысль, не желающая уходить — что-то очень не так. Сила удара? Скорость? Точно, скорость, она слишком... И вновь мысль была прервана ударом, подкинувшим его вверх. Однако он даже не успел приземлиться, как новый тычок просто снёс его в сторону. Чувство направления дало сбой, поэтому, когда он поднялся на ноги, точнее, ему позволили подняться на ноги, Суйсэн не смог сходу определить, в какой стороне находится его противник. Осмотревшись, он резко развернулся на сто восемьдесят градусов, увидев, как Аматэру-сан спокойно к нему приближается. Наверное, можно уже начать... И вновь его мысль споткнулась, на этот раз не из-за удара, а от осознания одной простой и очевидной вещи, именно той, что и не давала ему покоя с самого начала. Плевать на скорость, почему он не чувствует бахир парня?!

Чуть в стороне он заметил госпожу. Суйсэн не молод, совсем не молод, и зрение у него уже не то, что прежде, но удивление на лице Аматэру-сама было столь очевидным и огромным, что даже он, даже на таком расстоянии сумел его увидеть. Но она слишком далеко, госпожа не может чувствовать отсутствие бахира, значит... Ну да, сила. Наследник слишком силён. Уж самому-то себе можно не врать, он не позволял ему бить себя, проверяя поначалу его силу, он просто не смог бы ответить на такое. И кому, как не госпоже, тоже «мастеру», знающему его, как облупленного, не понимать это. Бахира нет, значит, он Патриарх. Уже это заставляет замереть в удивлении. Так ещё и сила. Патриархи не могут быть такими сильными. Это явно не уровень «ветеранов». И что же получается? Семнадцатилетний мальчишка — Патриарх уровня «учителя»? Ну бред же! Может, это какая-то секретная техника? Суперскорость, побочным явлением которой является отсутствие бахира в воздухе. Если он поглощает... нет, просто использует всё до капли... Суйсэн никогда о таком не слышал, но это проще объяснить, чем существование Патриарха подобного уровня. Ладно, надо успокоиться, ему явно дают на это время. Пора показать, на что он способен. Но осторожно. Не дай боги, поранит наследника. Да уж, та ещё задачка.

Для начала он решил запустить в оппонента пару учебных «серпов», которыми частенько гоняет внучек. Убить ими можно, только если задаться такой целью, — да и то будет непросто, — зато создаются они очень быстро. Раз-два и, глядя на результат, Суйсен непроизвольно сузил глаза — Аматэру-сан как шёл в его сторону, так и идёт, а «серпы» разбились о невидимую преграду прямо перед ним. Казалось, он даже не обратил на них внимания. Ещё одна двойка, результата применения которой он даже не успел заметить, вновь отправившись в полёт. Вскочив на ноги, Суйсэн шустро закрутился на месте, пытаясь определить где противник, но что удивительно, полигон был пуст. Ну если не считать его самого и госпожу. Ещё один удар, на этот раз в челюсть, и — то ли удар был сильней, то ли оттого, что били в голову, но в какой-то момент он чуть не потерял концентрацию и не отпустил «доспех духа». Нет, так продолжаться не может. Решив усилить защиту, Суйсэн накинул на себя «покров ветра» — недооценивать наследника он больше не желал. Да и что уж там — слишком больно это. Да вот беда — то, что последовало за этим, показало полную бесполезность данной техники. Удивительно, но единственное, что могло с гарантией защитить, был пресловутый «доспех духа». Тот самый последний шанс, слабейшая защита в арсенале любого бойца, начиная с уровня «учителя». Щиты наследника не останавливали, он их просто обходил, а дальнобойной атаки продемонстрировано не было. «Покров ветра», аналог стандартной защиты любой из стихий, держался максимум два удара, а как показала практика, наследник мог бить с такой скоростью и с такой частотой, что Суйсэн просто отказался от «покрова». Он банально не успевал накидывать его на себя между ударами. Да и сами удары отлично сбивали концентрацию, мешая создавать техники. Так что тратить силы и внимание на то, что всё равно фактически бесполезно, не было никакого смысла.

Забегая чуть вперёд, стоит отметить, что он не смог нанести ни одного удара. Вообще ни одного. Как он подозревал, на это и был расчёт, так как с защитой у наследника всё было весьма неоднозначно. С одной стороны, у него были какие-то щиты, пусть Суйсэн их и не видел, но результат некоторых его атак показывал, что щит таки был. С другой стороны, наследник использовал его слишком редко. Возможно, на самом деле ему хватило бы всего одного удара, чтобы проиграть, но какой в этом знании смысл, если Суйсэн просто не мог по нему попасть. По факту, скорость и была главной защитой юного Аматэру. Очень хорошей защитой, стоит отметить. Оставался вопрос, что он будет делать при объёмных техниках, но рисковать жизнью своего господина Суйсэн был не намерен. А вот точечные удары его просто не доставали. Были ещё самонаводящиеся, но подобные техники имели свои ограничения, и при такой скорости совсем не факт, что они будут эффективны. А ведь он наверняка ещё и сражается не в полную силу — как и сам Суйсэн, конечно, — но результат спарринга уже сильно выбивал из колеи старого Слугу. Во-первых, Патриарх уровня... да что уж там, явно выше «учителя». Суйсэн не стал бы утверждать, что наследник — Патриарх-«мастер», слишком мало информации, но где-то так. Во-вторых... утверждать, что он просто сильнее «учителя», тоже не получается, а это значит, что перед ним сейчас семнадцатилетний «почти „мастер“». Что просто невозможно. Перед ним сейчас стоял дважды «невозможный» подросток.

— Суйсэн-сан, — кивнул ему наследник. — Думаю, на этом можно завершить спарринг.

— Пожалуй, — покряхтел Суйсэн, поднимаясь с колен на ноги. — Задали вы мне жару, господин.

— Вы показали мне далеко не всё, на что способны, — заметил наследник, на этот раз даже немного поклонившись.

— Как и вы, господин, — поклонился в ответ Суйсэн.

— Как и я, — усмехнулся тот. — Пойдёмте, послушаем, что думает на этот счёт Атарашики-сан.

А госпожа... Она словно загипнотизированная смотрела, как к ней приближается наследник, совершенно не обращая внимания на идущего чуть позади Суйсэна.

— Ну как тебе? — усмехнулся Аматэру-сан. — Я неплох, ведь так?

— Да... — произнесла она заторможено. — Да. Суйсэн, — спросила она, не отводя взгляда от наследника, лишь немного повернув голову в сторону Слуги, — он ведь не пользовался бахиром?

— Нет, Аматэру-сама, — склонил голову Суйсэн.

— Значит, говоришь, победил «мастера»? — всё так же медленно спросила она.

— Огненного, — кивнул наследник. — Теперь веришь?

— Я... — только и смогла она вымолвить.

А Суйсэн всеми силами пытался не показать своего удивления. Всё-таки «мастер»! Семнадцатилетний Патриарх-«мастер»! То есть он не просто приближается к этому рангу, он уже его достиг! Небесные супруги...

— Так вот как выглядит выражение лица «глазам своим не верю»? — усмехнулся наследник. — А тот по... подлец что напал на мою базу, был не так ошарашен. Хотя да, — покачал он головой, — когда он осознал величину своих проблем, ему явно было не до демонстрации своих эмоций.

— Маленький засранец, — прошептала госпожа. — Какой же ты всё-таки засранец.

И Суйсэн не мог не отметить, что, произнося это, госпожа чему-то восхищалась. Не силе парня, а чему-то своему. Будто она только сейчас что-то осознала.

— Не буди во мне зверя, старая, — буркнул на это наследник. — Во мне огромно всё — рост, размер и эго.

— Это ты жене своей будешь объяснять, — сварливо ответила госпожа, приходя в норму. — И показывать. Мне такие подробности не интересны.

— Опять ты со своей женой, — поморщился Аматэру-сан. — Я ведь не отказы...

— Напомнить будет не лишним, — перебила она. — Суйсэн, вновь тебе напоминаю, на этот раз ты сам можешь осознать важность данной информации. Никто об этом не должен знать. Никто.

— Не выдам, даже если умру, госпожа, — склонился он в глубоком поклоне.

— Ты прям... — с удивлением произнёс наследник. — И правильно — некоторые секреты нельзя разглашать даже после смерти.

И вот теперь он сидел в построенном для господина доме близ малайского городка, и его раздирали противоречивые чувства. Он ничем не может помочь господину, находясь рядом, но и отпустить его одного очень и очень трудно. Так он еще и, вместо того, чтобы отдать приказ, который мог бы облегчить ношу старого слуги, уговаривает. Убеждает. Мудрый господин, но Суйсэну в данный момент от этого не легче. Он хочет, должен быть рядом, но и просьба остаться вполне логична и важна.

— Я останусь, господин, — выдавил из себя Суйсэн. — Пока я жив, враги не пройдут мимо меня.

— Вот и отлично, — чуть расслабился Аматэру-сан. — Тогда завтра пойдёшь со мной в штаб, и мы распределим роли защитников. Заодно — и кто кому будет подчиняться. Управлять защитой базы, как ты понимаешь, должен кто-то один. Здесь за главного останется Генрих Тодт — он и его отряд собаку съели на защите и удержании важных объектов. Так что временно перейдёшь к нему в подчинение.

— Как скажете, господин, — склонил голову Суйсэн.

— Но только в плане обороны базы, — дополнил наследник. — И пока меня нет. Как вернусь — там видно будет.

Эта авантюра в Малайзии очень важна для господина, и он, Каджо Суйсэн, сделает всё от него зависящее, чтобы у Аматэру-сана всё получилось. Даже если придётся временно подчиняться какому-то немецкому наёмнику. К тому же, он и правда не военный, так что так будет лучше.

* * *

Фух. Думал, будет сложнее. Подспудно во мне гнездилась уверенность, что старик будет таскаться за уникальным Аматэру и действовать на нервы своими попытками защитить. Но стоит отметить, Суйсэн в очередной раз доказал, что он умный и опытный человек, который может действовать, исходя из логики и ситуации, а не тупо выполнять чужие приказы. А ведь Атарашики наверняка приказала ему следовать за мной неотступно. Заодно старик, кажется, приструнил внучек, во всяком случае, их приставания перестали быть такими откровенными. То есть они и так держали себя в руках, но теперь стали действовать ещё тоньше. Впрочем, тут надо смотреть, один вечер — не показатель.

Закончив разговор с Суйсэном, я отправился обратно на второй этаж, готовиться ко сну, а для этого мне сначала нужно переодеться и принять ванну. Сам этаж был практически пустым, его полностью отдали под мои нужды, но пока использовалась лишь моя комната и гостиная, где обустроились телохранители. Именно там они дежурили, охраняя сон своего подопечного. Остальные помещения пустовали. Впрочем, и времени прошло всего ничего, впереди целый год, и иметь запас по жилому пространству будет не лишним.

Чистый и благодушный, я возвращался к себе в комнату, но проходя по коридору мимо гостиной, не удержался и остановился глянуть, как четыре девушки щебечут о чём-то своём. Я только и успел понять, что обсуждали они Школу Слуг и своих знакомых. Сами-то они до Малайзии не встречались, но перемолоть косточки преподавателям, которые гоняли и тех, и других, были не прочь.

— Господин? — повернулась Юри, заметив взгляд старшей Ямады, брошенный ей за спину.

— Ничего, — произнёс я медленно. — Не обращайте на меня внимания. Я уже спать иду.

Либо это паранойя, либо близняшки решили взять в оборот моих телохранителей, чтобы добраться до меня. Нет, ну если здраво рассудить — начало соблазнения, окрик деда, смена тактики. Вроде всё сходится. Я, конечно, могу ошибаться, не без этого, но, по-моему, такое тоже возможно. Не будь я Аматэру, подумал бы иначе, но, как мне кажется, кое-кто решил вкусить молодого аристократического тела. И понятие тормозов этим личностям неизвестно. Ладно, впереди год, может, и дам им шанс...

Блин, как-то по бабски звучит.


Глава 7

Чем хорош тяжёлый МД «Мо-но-Ёаке»? Да много чем. Сидящий в удобной кабине и крепко зафиксированный ремнями Иван Фанель дожидался атаки местных клановых бойцов на их базу. А так как времени было полно, о чём он только не думал за эту пару часов. Например, о технике, которую ему приходится пилотировать. Ему в своё время пришлось приложить некоторые усилия, чтобы без запинки произносить название МД. Давать себе слабину и называть их так же, как называет большинство соотечественников, он не хотел. «Тип ноль шесть»... что может быть проще? Но он Фанель, и не ищет лёгких путей, как иные слабаки.

Так чем же хорош мобильный доспех, в котором он сейчас находится? Например, мультинациональностью. Как это ни удивительно, но управление данной техникой очень похоже на русские образцы. Понятное дело, что сам модуль СУ такой же, как и везде, руль с педалями тоже одинаков на всех автомобилях мира, но в военной технике кроме этого есть много чего ещё. Да чёрт, банальная система наведения и опознавания в «Мо-но-Ёаке» точно такая же, как и в русском «Лешем», тоже тяжёлом МД. Полной идентичности нет, но время привыкания к новой технике было минимальным. Ещё бы прошивка была русская, а не немецкая, но увы — по умолчанию было установлено всего два языка, и родного среди них не было.

Отличная броня и манёвренность, мощное для данного класса техники вооружение, отличная эргономика, даже возможность сидеть в засаде под толщей воды имелась. Были и минусы, но где их нет? Например, модульность конструкции оказалась минимальной — тот же упомянутый ранее «Леший» мог чуть ли не в средний МД превращаться, а в «Мо-но-Ёаке» разве что несколько видов вооружений поменять можно. Универсальности почти не было. Активная защита тоже не идеальна, но по этой части Иван довольно привередлив — просто его бывший клан в этом был силён и наряду с отличными МПД выпускал лучшую в стране активную защиту, само собой, установленную и на их собственные машины. Здесь же... Пехоту с гранатомётами близко лучше не подпускать. Гироскоп, точнее, система гироскопов, тоже не самая лучшая. Даже не так, АСГиУ в «Мо-но-Ёаке» отвечает слишком за многое — управлять машиной, конечно, приятно, но не дай бог в бою систему повредят. В «Лешем» даже в такой ситуации можно было пусть и плохонько, но сражаться, тупо за счёт личного мастерства, а тут поди подними технику. Даже в тренировочной симуляции не было возможности отключить часть гироскопов — накрывается всё и сразу.

— Француз — Штабу, приём, — связалось с ним начальство.

— Француз на связи, приём.

— Партизаны напали. Готовность пять минут, приём.

— Принял, Штаб. Готовность пять минут. Приём.

— Работаем по плану, Француз. У них всего четыре средних МД, раскатаете без проблем. «Мастера» ещё не выявлены... Поправка, разведка пометила одного. Пересылаем данные. Приём.

— Принято. Наш мелкий глава, надеюсь, с вами? Приём.

За этим последовала небольшая пауза. Иван уже было подумал, что Аматэру не выдержал и побежал воевать, но реальность оказалась несколько иной.

— С нами, Француз. Стоит у меня за спиной. Приём.

Вот дерьмо... Личность нового начальника была весьма противоречива, но кое-что знали все — он не любит упоминания о своём росте. Что непонятно, ибо с ростом у него всё было в порядке. А ещё у парня был какой-то запредельный слух. Наушники, в которых сидит оператор, конечно, глушили звуки, но...

— Он ведь?...

— Слышал. Приём.

Ну пипец. В лучшем случае в город ему теперь дорога заказана. Он и так там ещё не был, а теперь и вовсе об увольнительной можно забыть.

— Принято... — вздохнул Фанель. — Ситуация? Приём.

— Без изменений. Приём.

— Тогда отбой.

— Отбой, Француз.

Переключившись на волну своего подразделения, Фанель передал им вводную, параллельно проводя последние проверки и тесты. Через пять минут пришла команда к выдвижению. Сразу же через мыслеинтерфейс шлема был отключен «штопор», не позволяющий случайно пошевелить машиной. Параллельно с этим полетели команды подчинённым, и десяток тяжёлых МД поднялся с корточек, выныривая над поверхностью реки, протекающей неподалёку от их базы. И словно древние чудовища, десять мобильных доспехов, рассекая воды, начали выбираться на сушу.

Это их первый серьёзный бой в Малайзии, и налажать они не имели права. Их мелкий глава будет ими доволен.

* * *

Как и предполагалось, враг напал с севера. Была ещё атака с юга, но, как докладывал Тодт — слишком слабая, чтобы представлять опасность. Да чему удивляться? Именно на севере у базы самая слабая защита. Хотя нет, лучше сказать, что именно на севере из-за рельефа местности у противника больше всего шансов прорвать линию обороны. Со временем эта дыра будет прикрыта, но пока решили оставить как есть, дабы точно знать, откуда нападут местные партизаны. И те не подвели.

— Что там с «мастером»? — задали вопрос по рации. — Приём.

— На преж... — попытался ответить Святов, но очередной близкий взрыв снаряда ненадолго прервал его. — На прежней позиции, — доложил он.

И в этот момент укрепление встряхнули два сильных взрыва с медленно угасающей огненной иллюминацией, которая была видна даже сквозь узкие бойницы ДОТа.

— Вот дерьмо... — раздалось от пулемётчика.

— Штаб, у нас, похоже, второй «мастер» объявился. Приём, — доложил спокойно Святов.

— Пятнадцать минут, БП4, — ответили из рации. — МД на подходе. В вашу сторону выдвинулись два наших «мастера». Поправка — три «мастера». Приём.

— Принято, штаб. Продержимся. Отбой связи.

— Отбой.

— Ладно, братцы, — поправил Святов разгрузку. — Пойду хоть кого-нибудь прикрою. Через пятнадцать минут подойдёт помощь.

Выйдя наружу и чуть пригнувшись, Святов направился на свою позицию. Пятнадцать минут, мать их так. Одно радует — мышеловка, видимо, захлопнулась. Конечно, можно было и не рисковать, подпуская противника так близко, но тогда бы их ушло слишком много. Самих аристо вряд ли удастся взять — разве что этих вот «мастеров» прихлопнуть — но партизанить им будет уже не с руки. Нечем будет, что уж там.

Подбегая к Аршинову, другу, с которым они съели не один пуд соли, Святов подметил рядом с ним несколько труб гранатомётов.

— Я смотрю, ты уже готов к встрече? — спросил он с усмешкой.

— А то, — откликнулся тот, сделав несколько выстрелов в темноту ночи. — Если бы ещё их «мастера» протупили и подошли поближе, вообще красота была бы.

— Пока турели не вынесут, не подойдут.

— Ну спасибо, — фыркнул Аршинов и продолжил стрелять. — Открыл глаза.

— Чудь! — крикнул Святов, глядя, как один из бойцов сполз в окоп. — Твою же ж мать! Что там с ним?

— Жив! — откликнулся сержант взвода. — Медик!

Остаётся продержаться эти долбаные пятнадцать минут.

* * *

Пока отряд Фанеля добирался до четвертого блокпоста, ситуация успела накалиться. Был отмечен второй «мастер», основные силы противника усилились МПД, блокпосты три и восемь также были атакованы — хотя зачем противник напал на БП8, стоявший на отшибе со стороны северо-запада, Фанель так понять и не смог. Как не мог понять, зачем их движение блокировали пять средних МД «Вавилон». Самоубийцы, хотя задержать отряд вполне могут — «Вавилоны» весьма удачные английские машинки. Если у них пилоты соответствующие, конечно. Увы, но основным силам пришлось спрятаться слишком далеко, чтобы у партизан не возникло мыслей о засаде, так что о немедленной поддержке разговора не шло. Ну, да это был необходимый риск. Пока что, несмотря на трудности, всё идёт по плану.

Быстренько раскидав цели, Фанель врубил внутреннюю связь.

— Не останавливаемся. Второй взвод, возьмите чуть левее. Если они начнут маневрировать, сближаемся вплотную.

А маневрировать они должны начать. Не идиоты же в кабинах у противника сидят? Слишком различаются количество и классы техники... Для работы на дальних дистанциях в машинах отряда Фанеля была предназначена крупнокалиберная плазменная пушка. Компромисс между скорострельностью и мощностью. Если первое просто замечательно, то второе... это личная защита ещё не дошла до того уровня, когда может уверенно держать плазменные заряды, а вот на технику вполне можно нацепить навесную броню против плазмы — обычную-то она влёт прошибала. Зато скорострельность позволяла, держа противника на расстоянии, так или иначе разобрать любую технику. К сожалению, на это всё же требовалось время, которого не было. Зато «Мо-но-Ёаке» был отлично вооружён для боя на сверхближней дистанции. Это на тот случай, если дурной противник подумает, что они юниты чисто дальнего боя. А вот средняя линия, увы, проседала. Так что либо держать дистанцию, либо резко сближаться. Нет, у лёгкой техники не было шансов на любой дистанции, но «легковушки»... они и так постоянно страдали.

Первым удар нанесли противники, выпустив рой ракет, но дистанция была слишком велика, чтобы активная защита не справилась. Ракета вообще не для дальнего боя. Поправка — если это обычная ракета и если их мало. Против того же «Крокодила» на дальней дистанции мало кто устоит, а ведь это по сути ракетный БР. «Вавилон» же был средним МД, и дистанция его боя тоже была средней. Скорее, даже средне-ближней. Но вот использовать «англичан» на открытой местности было ошибкой. В городских условиях «Вавилоны» могли задать перцу, но чистое поле — не город.

К тому моменту, как «Мо-но-Ёаке» вышли на оптимальное для «Вавилонов» расстояние, от пяти машин противника осталось лишь две, да и то чадящие из-за множества попаданий. Фанель улыбнулся. Расстояние — это всё же расстояние, да ещё и на полном ходу, но тем не менее ребята отработали на пять с плюсом. Стрелять из главного калибра они не переставали, но для нынешней дистанции скорострельность была уже не так хороша. Впрочем, для подбитых «Вавилонов» и этого было достаточно. Бросив пару команд, Фанель продолжил движение, уже не обращая внимания на то, как двое из второго взвода притормозили и, сблизившись с противниками вплотную, буквально разорвали их небольшими ракетами и бертганами — чем-то вроде дробовиков, но монструозного калибра, ставящихся исключительно на технику начиная с тяжёлых МД.

— Противник уничтожен, — доложил командир второго взвода. — Парни получили несколько попаданий, но пострадала только броня.

— Принято, — отозвался Фанель.

Идеальное исполнение. Остальные бойцы роты вообще попаданий не получили.

* * *

Стремительная езда на багги по пересечённой местности — не самое приятное дело, а уж ночью — и подавно. С гораздо большим удовольствием Щукин сейчас сидел бы штабе, но у них и так с «мастерами» проблемы, так что пришлось отдать командование операцией Беркутову. И, как подозревал Щукин, сделать это придётся ещё не раз. Почему не заму Добрыкину? Да потому что он сейчас трясётся вместе с ним в подпрыгивающей машине. «Мастер» же. Благо ехать недалеко — из штаба в центре базы до четвёртого блокпоста. Остаётся надеяться, что больше у партизан «мастеров» нет — ну или в игру они вступят позже, когда основные силы подойдут к базе, так как оставшиеся в штабе Слуга Аматэру и малаец Махатхира доверия не внушали. В боевом плане. Хотя малаец — и во всём остальном. Щукин и Шмитта с собой брать не хотел, но вовремя вспомнил, что они с Добрыкиным не сыгранная пара, а вот их будущие противники — очень даже может быть. Хорошо, хоть сам Аматэру на рожон не лезет — сидит вместе со всеми в штабе. Ну он у них не дурак, хоть это радует.

По большому счёту Щукин осознавал, что беспокоится зря — тех войск, которые они оставили на базе или спрятали неподалёку, вполне хватит для отражения атаки, а под конец замеса должны и основные силы подойти, завершив полный разгром противника. Но война — такое дело, уж лучше заранее побеспокоиться, чем получить неожиданный удар в спину.

Роли они распределили, ещё когда садились в багги. К сожалению, они с Добрыкиным действительно не были сыгранной парой, а Мориц Шмитт так и вовсе не тренировался во взаимодействии с другими «мастерами». К счастью, в России работали парами, точнее, минимальной группой была именно пара, и пусть вариантов взаимодействия было множество, но определённый базис был един для всех. Основа, к которой пришли за столетия войн. А ещё им повезло с Добрыкиным. Так уж получилось, что только у него из всех «мастеров», отправившихся в Малайзию, была материальная стихия, которая для защиты подходила чуть лучше, чем огонь и ветер. Даже у местного «мастера», которого предоставил Махатхир, была стихия ветра. То есть в их двойке именно Добрыкин будет осуществлять прикрытие. Чем он обычно и занимался, в отличие от Щукина, всю жизнь бравшего на себя роль атакующего. Нет, при необходимости он мог и прикрыть, но этим он только на тренировках занимался, а сейчас не время для экспериментов.

Когда они прибыли к четвёртому блокпосту, Фанель со своими МД уже вовсю рубился с противником. Заняв со своей ротой позицию в восьми сотнях метров от ближайшего вражеского МД, они устроили активную перестрелку с машинами неприятеля, которых прикрывали малайские «мастера». Ситуация на самом деле патовая — Фанель не мог достать «Вавилоны» противника, но и те не могли нанести особый вред японским «ноль шестым». Впрочем, если дать время противнику, тот наверняка ломанётся к ребятам Фанеля. Всего и надо-то немного сократить дистанцию, чтобы вражеские «мастера» могли достать их своими техниками. Если бы это случилось... Тут уж как карта ляжет. Слишком многое будет зависеть от мастерства сражающихся. Всё-таки десять тяжёлых МД против четырёх «Вавилонов» и двух «мастеров». Однако с подходом Щукина, Добрыкина и Шмитта расстановка сил у БП4 кардинально поменялась.

— Щука — Штабу, приём! Щука, ответьте Штабу...

— Щука на связи, приём, — откликнулся Щукин, подняв руку, чтобы остановить своих людей.

Что там у них произошло? Да так не вовремя. Ещё пару секунд, и они сорвались бы в бой.

— БП12 атакован значительными силами противника. Отмечены пять тяжёлых БРов и два «мастера». Принято решение перекинуть туда Француза. С вами остаются две машины. Приём.

— Слуга со Снежинкой уже выдвинулись? Приём, — спросил он напряжённо.

— Так точно. Подкрепление уже движется к БП12. Приём.

— Принято. Мы тут справимся. Отбой.

— Отбой связи.

Переключившись на общую связь их маленького отряда, облачённого в лёгкую броню и многофункциональные шлемы, Щукин произнёс.

— Дело дрянь. Восемь машин Француза нужны в другом месте, так что придётся справляться самим. Тактику немного изменим. Мы с Добрыкиным берём на себя их «мастеров», а ты, Шмитт, полностью переключаешься на вражеские машины. Наши МД тебе помогут. Как только разберётесь с ними, переведёшь огонь на наши цели. Бьёшь только между нашими техниками. Старайся не атаковать вместе с нами. Секунду, — прервался он, получив сигнал вызова.

— Это Француз, Антон Геннадьевич, вам уже передали, что мы уходим?

— Да. Не лучшая новость.

— Я оставляю с вами две машины. Вас же там трое?

— Трое. Есть идеи?

— Если один из вас сможет прикрыть оставшуюся двойку, мои ребята вынесут технику противника. Пять минут — сблизиться и уничтожить.

Щукину хватило нескольких секунд, чтобы просчитать предложение Фанеля.

— Двое против четверых, справитесь?

— Запросто.

— Тогда пусть действуют. Мы займём вражеских «мастеров». Как уничтожат технику противника, пусть отойдут и не мешают. Постреливать разрешаю, но без взрывов.

— Принято. Отбой.

— Отбой, — сказал Щукин и переключился обратно. — Шмитт, в начале боя сконцентрируйся на прикрытии наших машин. Они пойдут в атаку на вражеские МД. Далее — как договаривались.

— Понял, — кивнул Мориц.

Можно было бы атаковать сразу всеми десятью машинами, но время сейчас — главный ресурс. Пара просранных минут может больно аукнуться всем. Так что им хватит и двух МД, остальные же пусть идут к двенадцатому БП. Вот где жара будет! Восемь тяжёлых МД против пяти тяжёлых БР. По «мастерам» там тоже паритет. Но лишь по числу. Щукин как-то сомневался, что слуга парня и малаец сравнятся с «мастерами» местных кланов. Остаётся надеяться, что партизаны тоже бросили в бой все резервы, и их «мастера» — это аналог старого слуги и бандюгана.

Надо здесь побыстрей закончить.

— Вперёд, — отдал команду Щукин. — Работаем.

Первым делом Щукин выпустил три Огненных шара, техника не слишком сильная — слабая, если уж совсем откровенно, — зато самонаводящаяся. Два Шара в одну цель, один в другую. Таким образом он сходу отметил для Добрыкина, кого они будут прессовать в первую очередь. Через несколько секунд уже Добрыкин выставил перед ними Каменную стену, защищая от сдвоенного удара вражеских «мастеров». А Шмитт, отбежав подальше, начал атаковать МД противника. Из-за расстояния он не мог обрушить на них всю свою мощь, но передвигаться заставил. Тут и плазменные заряды главных орудий двух оставшихся «Мо-но-Ёаке» прилетели.

Шмитта окутало облако взрывов двух ракет , вслед за чем его сразу же начали обстреливать из основных орудий — у «Вавилонов» это были скорострельные пятидесятимиллиметровые МКГ-8, с виду напоминавшие огромные автоматы. В ответ один из четырёх МД противника прямо из облака дыма и поднятой вверх земли отхватил в кабину «Копьё Агни» и два заряда плазмы от «Мо-но-Ёаке». Явно случайно, так как координации с пилотами не было.

В это время Щукин с Добрыкиным активно атаковали своих оппонентов, не давая тем времени отвлечься на Шмитта и помочь своим МД. Сам же Шмитт медленно перемещался в сторону, дабы оказаться позади малайцев. Не для того, чтобы ударить в спину — хоть он и попробует, если удастся подобрать момент, — а потому что примерно там должны пройти их МД. Примерно. Просто исходя из логики обстановки на поле боя. Не пойдут же они прямо через Щукина и Добрыкина. Могут обойти за ДОТом, но это лишнее время. Гораздо проще сделать это со стороны реки. В целом удары четырёх средних МД Шмитт держал уверенно и, если понадобится, мог пойти и в атаку. Правда, это было бы опаснее — сражайся он вплотную, его и обойти могли, а отражать нападения с двух или тем более с трёх сторон — не то же самое, что с одного направления.

В какой-то момент «Мо-но-Ёаке» вышли на оптимальную для оружия «Вавилонов» дистанцию, и три из четырёх машин перевели огонь на них. Вот тогда-то Шмитту уже пришлось крутиться изо всех сил, защищая и себя, и тяжёлые МД. Получалось так себе, но особо стараться и не нужно было. Может, тот же Добрыкин и сумел бы полностью прикрыть технику, но Шмитт, увы, не обладал его опытом. Впрочем, как уже говорилось, тяжёлым МД много помощи и не нужно было. Небольшое прикрытие, и вот они столкнулись, буквально столкнулись с двумя «Вавилонами». Грохот, пара взрывов, и один из противников валится на спину, а второй набок, причём без левой «руки». Ещё один громовой выстрел из бертгана в упавшего врага, и один из «Мо-но-Ёаке» делает рывок к противнику, а второй — в сторону, не забыв при этом чуть ли не в упор шмальнуть из своего монструозного плазмогана. Оставшиеся «Вавилоны» противника не стояли на месте, но и сделать ничего не могли. Им бы разорвать дистанцию, однако пятясь назад сделать это не так-то просто, а открывать спину и, соответственно, реактор на спине — не самая лучшая затея. Может, суперопытные пилоты и смогли бы на их месте что-то изобразить, но малайцы явно к таким не относились. Так что отметив для себя, что с вражеской техникой фактически покончено, Шмитт повернулся к сражающимся «мастерам»... и чуть ли не на автомате, не особенно-то и думая, выпустил камонтоку в подставившегося противника. Такой подарок он упустить не мог.

Огненное копьё его аркана, как называли камонтоку в Германии, так и не долетело до тушки малайца, остановленное щитом ветра буквально в паре метров, но именно в таком положении его аркан и показывал свою полезность. Волевое усилие, и застрявшее в щите копьё удлиняется в два раза. Так как паузы между попаданием аркана в щит и его второй фазой практически не было, малаец был насажен на копьё, словно бабочка на булавку. Вряд ли он даже сообразить успел, что случилось.

Ситуация на поле боя поменялась в одно мгновенье, тем не менее Щукин успел просчитать несколько его исходов и бросил на общей волне:

— Пять минут. Попытаемся живьем взять. Не успеем — уничтожим, — и переключившись на волну Фанеля, закончил: — Это Щука. Отзывай своих парней, тут мы сами справимся. Отбой.

— Принято. Отбой.

* * *

Переключившись обратно на ротную волну, Фанель чуть качнул головой. Трое на двое — это, конечно, преимущество, но плюс два тяжёлых МД было бы надёжней. Впрочем, старая щука знает, что делает, а вот ему самому помощь в скором времени не помешает, и две лишних машины явно придутся к месту. По докладам с двенадцатого БП, их атакует не что иное, как пятёрка МК77. В общем-то, далеко не новая техника, но у тех же англичан вполне себе в строю. Если это МК77М4 — последняя модификация тяжёлого БР островитян, тогда придётся кисло. Одна надежда — подобраться к ним поближе. Собственно, только поэтому они ещё и не на месте — Фанель решил заложить небольшой крюк в попытке зайти противнику во фланг.

МК77, тяжёлый БР Великобритании, в простонародье просто «Бочка». Очень сильно бронированная машина, в связи с чем неповоротлива и медлительна, но для наступления и прорыва обороны весьма действенна. Выходить такому противнику в лоб, пусть у них и тяжёлые МД, будет если и не самоубийством, то довольно опрометчивым решением. Не поможет даже численное превосходство. Остаётся надеяться, что положенного прикрытия малайцы не задействовали, понадеявшись на... Да не, не должно у них быть прикрытия. Было бы, и его бы уже пустили в бой. Количество пилотов, правда, для двух кланов маловато, но мало ли какие у них проблемы? К тому же, это всё-таки малайцы, не стоит их сравнивать с кланами России. И той же Японии. Пожалуй, да, у местных вообще сил для двух кланов как-то маловато, так что и пилотов, скорее всего, тоже немного. Хотя стоп, тут не в пилотах дело, а в технике. Вещь это дорогая, особенно в большом количестве — содержание шагоходов обходится в ту ещё копеечку. Если бы не запланированная война, то их маленький вождь тоже не стал бы держать у себя столько машин. А местные к боевым действиям уж точно готовы не были.

— Так, парни, — включил Фанель связь. — Через минуту мы увидим противника. Окрестности БП12 крайне неудачны для нас, слишком ровно и чисто, но все вы понимаете, что только приблизившись вплотную, мы можем победить врага. На дальней и средней дистанции мы им не противники. Плюс не забывайте о двух «мастерах» малайцев, но в целом не обращайте на них внимания главная наша задача — сблизиться. Дробь, Гага, мы идём впереди, наша задача — принять на себя как можно больше попаданий. Машины потом придётся выбрасывать, но выжить, по идее, должны. Цели для остальных я распределю, ваша задача прежняя. Дымовую завесу ставим сначала мы с Дробью и Гагой, потом Сайга, Малой и Мунто. С богом, братцы. За Аматэру, — закончил он спокойно.

— За Аматэру, — ответили его люди.

Слегка довернув «штанами», как среди пилотов называли вторичную систему управления, отвечающую за движение МД, Фанель поддал газу, выходя на финишную прямую. Всего несколько секунд, и меж редких деревьев стал виден противник, больше всего походивший не на бочки, а на шары с ножками и руками-пушками. И именно в этот момент МК77 сделали дружный залп по порядком разрушенному ДОТу БП12. Несмотря на повреждения, и сам ДОТ, и укреплённые позиции вокруг него до сих пор вяло огрызались, не давая подойти пехоте малайцев.

Первым дымами отстрелялся Дробь, перед этим Фанель успел пометить и распределить вражеские машины между своими парнями, после чего скомандовал перестроение. Головная троица продолжала нестись впереди, но в целом они все слегка сместились, чтобы стреляющие по ним «Бочки» не смогли с лёгкостью их перещёлкать. Пилоты БР ведь тоже отметили своих противников, во всяком случае, их последнее местоположение. Фанель же со своими людьми мог рассчитывать на то, что их выстрелы всё-таки найдут свою цель, дымы — штука обоюдная, но, в отличие от «Мо-но-Ёаке», «Бочки» были не такими проворными.

Вслед за Дробью дымы выпустил и Гага, дав товарищам ещё несколько секунд, а уж за ним отстрелялся и сам Фанель, после чего последовала небольшая пауза. Именно такая, чтобы бегущему впереди Фанелю хватило времени на рекогносцировку и расставление очередных меток. Новая команда — и ещё одно перестроение. В целом всё получилось идеально. Прямо как в тот единственный раз, когда они отрабатывали этот манёвр на полигоне. Более того, противник так ни разу и не попал ни по одному из его людей, пока их скрывал дым. Роте бы перестроиться и пустить вперёд последних бойцов, у которых есть дымовая завеса, чтобы те дали ещё немного времени, но... перестроение не такая уж и простая вещь — не дай бог кто-то совершит ошибку, чай, не на своих двоих бегут, а на конечностях огромных боевых машин.

Впрочем, даже после того, как «Мо-но-Ёаке» вышли из-под защиты дыма, первые выстрелы противника ушли в молоко. Фанель даже успел пожалеть, что везение не продлится долго — и сразу же получил под кабину из главного орудия «Бочки». Само собой, ни он, ни его люди не прекращали огня, и к моменту этого попадания, как Француз отметил, вражеские машины всё-таки отхватили свою порцию плазмы. К сожалению, этого слишком мало, чтобы вывести их из боя. Ну да и «Мо-но-Ёаке» не из хрусталя сделан. Второе попадание заставило выскочить пару красных окошек на краю обзорного экрана, а саму кабину знатно тряхнуло.

— Забираем вправо, — произнёс он на общей волне. — Ноль пять, скорость прежняя.

Пусть смещение и не большое, но, может, хоть кто-нибудь из противников промахнётся.

— Россыпь, — отдал он следующую команду. — Ноль шесть, ноль семь, ноль восемь. Отсечка три секунды.

Теперь каждые три секунды они будут немного расходиться в стороны. А ещё через несколько мгновений Гага отхватил сразу четыре попадания из главных орудий «Бочек». Пятое, к счастью, пришлось в землю рядом с ним. Самое паршивое, что ему при этом всё-таки повредили правую «ногу», и бег замедлился. Эти попадания его машине и так непросто дались, так к этому ещё и потеря скорости и манёвренности.

— Гага, уходи мне за спину.

Увы, но он не успел. Фанель хотел чуть сместиться, чтобы прикрыть его, но... никто не успел. На этот раз в МД его бойца попали снаряды всех пяти «Бочек» и две ракеты, по которым не смогла отработать активная защита повреждённой машины.

— Ранений нет, — доложился Гага. — Машина — ноль. Я выбыл, командир.

— Главное, жив, — ответил Фанель.

И даже без ранений, хотя последнее в жизни пилотов случается нечасто. Как правило, либо смерть, либо как с Гагой — ни царапины. И чем выше по классу техника, тем сильнее данная тенденция. Пока Гага докладывал о своём состоянии, малайцы сконцентрировались на другой цели. На Фанеле, если точнее. Он, как и его неудачливый подчинённый, пытался маневрировать, выдерживая общее направление, но помогало это слабо. Во всяком случае, при первом залпе вражеских машин он получил три серьёзных попадания. Ракеты не долетели, а средние и мелкие калибры он даже не считал. Кабину трясло. Экран мигал красным, оповещая о повреждении системы охлаждения. Тревожные окошки докладывали о выходе из строя главного и обоих противопехотных орудий. Половина сенсоров повреждена, в том числе — и комплекса активной защиты. Точнее, его фронтальной части. Тем не менее броня ещё держалась, а «ноги» работали, так что ещё какое-то время он внимание противника на себя оттянет.

То, что произошло в следующий момент, изрядно удивило Фанеля. Ненадолго, но всё же удивило. У крайней дальней машины противника оторвало «руку». Без взрывов, без спецэффектов, просто — раз! — и на мгновенье зависший в воздухе правый манипулятор «Бочки» отлетает в сторону. А сам БР, даже после потери правой «руки», на которой, к слову, ещё и ракетная система крепилась, стоявший на своих двоих довольно уверенно, падает навзничь, после чего похожим образом в сторону летит его «нога».

Ни о чём подобном Фанель раньше даже не слышал, а значит — это либо секретная Родовая техника, либо Козырь Рода. Характер... воздействия не подразумевает артиллерийского, ракетного или плазменного удара. Сюда направились Слуга Аматэру и малаец из свиты Махатхира, и как раз он, простолюдин, насколько знал Фанель, ничего подобного показать не мог. Значит, японец. Как-никак с Аматэру связан, может, чему-то его и обучили... Блин, да он своими глазами видит, что таки да — обучили.

Пилоты противника после такого растерялись. Стрелять перестали три из четырёх оставшихся машин, а те, что были ближе к поверженному собрату, даже начали разворачиваться. Всего один удар, но насколько же... правильный. Теперь-то они точно добегут до вражеских «Бочек», а уж после того, как разберутся с ними, «мастера» местных умоются кровью. Вражеские «мастера», продолжавшие всё это время давить двенадцатый БП и уже практически приступившие к его штурму — судя по тому, как близко они рядом с ним находились, — резко сменили направление атаки. С такого расстояния Фанель не мог чётко разглядеть сражающихся — точнее, мог, но не собирался заморачиваться с приближением камеры и настройкой резкости, — так что всё, что он отметил для себя, это стихии четырёх «мастеров». Огонь, Земля и Ветер. Причём именно на их стороне было два «мастера» стихии Ветра. Не самый лучший расклад. Если пара их противников притёрта друг к другу... да даже если не притёрта. Союзные-то «мастера» в паре точно не работали. Даже не пробовали взаимодействие отрабатывать, а в этом случае Огонь-Земля лучше, чем Ветер-Ветер. С другой стороны, у японца есть какие-то секретные техники...

— Перевести огонь на «мастеров» противника, — отдал приказ Фанель.

Попасть по ним будет затруднительно, да даже если кто и попадёт... но нервы им попортят знатно. Это до подхода помощи будить лихо не стоило, а сейчас можно.

То ли командир взвода вражеских БР был глуп и неопытен, то ли именно его недавно уничтожили, — а судя по паре характерных, пусть и небольших, взрывов, Слуга Аматэру именно уничтожил пилота БР, — но обстрел их машин продолжили лишь двое. Да и то как-то вразнобой и по разным целям. Потом, после небольшой паузы, их стало трое, а когда сошлись вплотную, к ним присоединился последний БР. Но это было уже неважно. Малайцы в очередной раз доказали житейскую мудрость: не умеешь пользоваться — не берись. Ну или то, что, как бы хороша ни была техника, ею не только надо уметь пользоваться, но и иметь грамотного командира. Большие батальоны не всегда побеждают, а большие пушки не всегда попадают.

До «Бочек» смог добраться даже Фанель. Его машина после подхода союзных «мастеров» вообще больше попаданий не получала, а вот Дробь и Сайга своё отхватили. В основном Дробь. Терпимо, стоит заметить — могло быть гораздо хуже. Правда, под самый конец у Фанеля вышла накладочка — когда он плечом и правым манипулятором заблокировал главное орудие одного из БР, заодно не давая ему толком развернуться и подставляя спиной под бертган Мунто, ему в район условной поясницы прилетело от другого БРа, из-за чего неожиданно заклинило всю нижнюю часть тела его МД. С подобным он столкнулся в первый раз, обычно либо вся машина выходила из строя, либо небольшая часть. «Рука», «нога» и тому подобное. А тут чётко половину. В итоге продолжавший сопротивляться БР просто его опрокинул. Полноценными «руками» манипуляторы «Мо-но-Ёаке» не были — маленькие «ручки» под огромными «крыльями», одно из которых было главным орудием — поэтому и перевернуться на спину он не мог, а лёжа на боку даже пострелять толком не получилось. Тем не менее его ребята всё же разобрали вражеские машины, переключившись после этого на «мастеров». А Фанель остаток боя просидел в кабине своего «Типа ноль шесть» — в целом спокойный за итог боя, но крайне раздражённый из-за того, что не может увидеть его окончания своими глазами.


Глава 8

Тридцать один человек убитыми. С одной стороны, мало для довольно жёсткого наезда со стороны местных, а с другой — это три десятка потерянных душ. Безвозвратно. Плюс чуть больше пятидесяти человек раненых.

— Жаль ребят, — произнёс сидевший рядом Щукин, просматривающий точно такой же доклад, как и у меня. — Но для последствий отражения атаки двух, пусть и побитых, кланов это очень мало.

Явно успокаивает неопытного подростка, впервые столкнувшегося с такими потерями.

— Мы можем восстановить что-то из техники? — спросил я Бокова.

— С МПД проблем нет, — ответил он. — Бойцам Антипова хоть и досталось, но ничего критичного. А вот с тяжёлой техникой не так радужно. Из десяти машин Фанеля две пострадали очень сильно — восстановить, в общем-то, можно, но только если на принцип пойти. По факту — проще новые заказать. И проще, и быстрее. Ну а то, во что они превратили технику малайцев, можно сразу в металлолом сдавать. Что-то можно на запчасти разобрать, но нам эти запчасти и не нужны.

— Ясно... — произнёс я задумчиво. — Фанель, что скажешь о «ноль шестых»?

— Машины отличные, — буркнул тот. — Только я так и не понял, как мою из строя вывели.

— Мы ещё разбираемся, — откликнулся Боков. — Но на первый взгляд, тебе просто не повезло. Попали в один из узлов синхронизации управления. Причём из главного калибра в упор. Стой ты подальше, и броня вполне смогла бы выдержать удар.

— А дублировать модули японцев не учили? — хмуро переспросил Фанель.

— А два других тебе выбили до этого, — усмехнулся Боков. — В общем-то, мы до сих пор разбираемся не в том, почему у тебя ходовая отказала, а почему только ходовая.

— Хм, — явно удивился Фанель. — Ну... Тогда даже не знаю. Машина, как я и сказал, отличная, но всё же... Скажем так, шеф, у меня впервые выбили все модули синхронизации.

— Должен заметить, что только у тебя, — вставил Боков, и посмотрев на меня, добавил: — Ему реально просто не повезло. Если не считать Гагу, машину которого вообще в хлам разбили, только у Француза выбиты эти многострадальные модули. У других ребят его взвода они вообще не задеты.

— Они и повреждений меньше получили, — проворчал Фанель.

— Не спорю, — пожал плечами Боков. — Может, и из-за этого.

— Вы мне прямо скажите, — вздохнул я, — мне из дома такую же технику заказывать или на что-то другое внимание обратить?

— Я бы от «Лешего» не отказался, — произнёс осторожно Фанель, и добавил, чтобы его уж точно правильно поняли: — ТМД-90, который.

— Мы ведь уже говорили об этом, — поморщился я от его настырности. Не в первый раз он ноет о своём «Лешем».

— Не, ну мало ли, — пожал он плечами, отведя взгляд. — Вдруг появилась возможность?

— Это в Японии-то? — усмехнулся я. — Когда дело касается подобных вещей, то тут, как и с деньгами — прав тот, кто успел первым. Будь ты хоть трижды Аматэру, никто и не посмотрит, как тебя зовут.

— Ладно, — вздохнул на показ Фанель. — Пусть тогда будет «Мо-но-Ёаке». А что там с тяжёлыми БР?

Так уж получилось, что до вступления в Род Аматэру Шмитты, как я, так и остальные простолюдины, не имели права владеть некоторыми видами военной техники. В том числе и тяжёлыми БР. Варианты приобретения имелись, но рисковать никому не хотелось, так что мы решили придержать коней. В конце концов, на начальном этапе войны в Малайзии, нам ничего столь мощного и не нужно. Гораздо обиднее был пролёт с РСЗО. Вот её купить раньше было совсем без вариантов, из-за чего мы и сделали ставку на ствольную артиллерию.

— Это вы Клауса спрашивайте, — перевёл я стрелки. — Он у нас поставками заведует.

— Отец говорит, что всё нормально, — тут же подал голос Шмитт. — Договор о покупке пяти батарей РСЗО и взвода тяжёлых БР заключён. Название — вот так с ходу не вспомню, что-то японское. Если очень интересно, зайдите ко мне вечерком.

— И мы вот так вот об этом узнаём? — возмутился Фанель. — Между делом?

— «Эен-но-хоно», — даже не посмотрев на подчинённого, выдал Щукин. — И тяжёлый БР «Бессекай-но-икари». — После чего отвлёкся от бумаг и всё-таки посмотрел на Фанеля: — Я удовлетворил твоё любопытство?

— Эм, да... Прошу прощения, Антон Геннадьевич. Господин Шмитт, — склонил голову Фанель.

Молодец Щукин. Вот так и надо опускать подчинённых. Чтобы не забывали, кто есть кто. Я уж сам хотел провернуть нечто подобное, но старик успел меня опередить. Показал, что те, кому надо, всё прекрасно знают. В конце концов, здесь, среди собравшихся в штабе, никто не обязан отчитываться перед Фанелем, тем более — Клаус Шмитт, номинальный руководитель всего и вся. Да и номинальный он только потому, что сам отошёл в сторону. И не всяким там вчерашним капитанам поднимать на него голос.

Возвращаясь к докладу. БП12 разрушен в хлам, проще снести остатки и построить новый. БП4... с ним гораздо лучше, но чинить всё равно сложнее, чем построить ещё один. Склады, которые прикрывал БП12, в целом не пострадали, но случайный снаряд всё же сумел поджечь один из ангаров. Две тонны одежды и амуниции в минус. Среди гражданского персонала базы потерь нет, окрестности Мири затронуты боем тоже не были. Среди тяжёлой пехоты и пилотов потерь нет, хотя Фанель... Если бы этот придурок не уточнил, слышал ли я их разговор, я бы и не обратил внимание на его слова, но он уточнил, акцентировал на этом внимание постороннего, и теперь мне придётся как-то отреагировать. И дело не в том, что я агрюсь на слово «мелкий» — плевать, если я только не хочу пошутить или разрядить обстановку... или ещё как-нибудь этим воспользоваться. У меня нормальный рост. Для японца — так и вовсе отличный. Просто подчинённые должны знать, что при начальстве выражаться подобным образом не стоит. Не осади Щукин Фанеля, и он бы мог совсем зарваться со временем, и последовало бы уже настоящее наказание. Сегодня я стерпел слово «мелкий», хотя с ростом у меня всё нормально, а завтра меня и вовсе по матери пустят? Ну уж нет. Не настолько я мелкая сош... тьфу ты. Подчинённый должен знать своё место, короче.

Потери малайцев составили больше двенадцати сотен человек — и это только по относительно целым телам. Сколько превратилось в неопознаваемый фарш или разлетелось ошмётками, посчитать не представляется возможным. Но среди погибших малайцев точно были три «мастера» и восемь «учителей». Последних, может, и больше, но именно у восьмерых однозначно выявлен именно этот ранг. Один «мастер» взят в плен, да. Когда мне доложили об этом, я удивился. Мне почему-то казалось, что уж этих монстров либо убивают, либо дают уйти. Это если ты выиграл бой, конечно. А уж когда Щукин связался со мной, воспользовавшись спецлинией, и сообщил, кого именно они взяли в плен, шестерёнки в моей голове заработали с удвоенной скоростью. Возможно, отданный после этого приказ не был из разряда самых умных, но я всё же решил рискнуть и не добивать всех, кто отступал... ну или отчаянно драпал после разгрома подошедшими войсками моей коалиции. До этого малайцы ещё пытались перегруппироваться и что-то изобразить, но с подходом наших основных сил смысла в этом было уже немного.

По уверениям Махатхира, за всё время до атаки нашей базы они уничтожили порядка пяти тысяч клановых бойцов. Именно экипированных бойцов — я целый вечер просидел со старым малайцем, вникая в этот вопрос и выпытывая у него всё, что можно. Пять тысяч. Про потери самого Махатхира лучше и не вспоминать. Там чуть ли не один к пятнадцати счёт. Так вот. Сколько из этих пяти тысяч — потери именно кланов Амин и Латиф, атаковавших нас сегодня, Махатхир так и не смог ответить, но по его словам — не меньше двух тысяч. Возможно — две с половиной. Остальные относятся к ушедшим на первую базу. Стоит сразу отметить, что именно Амин и Латиф — самые крупные игроки в округе Мири, и если для них две тысячи всего лишь ощутимые потери, то для остальных — уже критические. Потому они, в общем-то, и свалили. Ну ладно... ещё и потому, что не хотели подчиняться этим двум кланам. Объединись они, и было бы совсем не круто. В общем — две тысячи. Плюс тысяча с хвостиком полегла здесь. Пусть даже полторы тысячи... Нет, пусть будет тысяча. В итоге два клана, имеющие на момент нашего вторжения около пяти тысяч бойцов, в общей сложности уже потеряли три. А ещё четырёх «мастеров». Из пяти. Пятый — совсем дряхлая бабка из Рода Латиф. Китаянка, к слову. Так что на данный момент нам противостоят всего две тысячи бойцов... Грозная сила в умелых руках. Гораздо важнее, что у них вроде как только эти бойцы и остались. «Мастеров», считай, нет, технику мы им почти выбили, артиллерию они потеряли ещё в противостоянии с Махатхиром, реактивной артиллерии у них и не было — в Малайзии с ней ещё строже, чем в Японии. Известные военные склады разграбил всё тот же Махатхир, но у них наверняка ещё есть схрон на такой случай. По уму там и техника должна быть, но взятые в плен пилоты... точнее, один из пилотов — остальные проявили вызывающую уважение стойкость. В общем, с машинами у них напряг, только и осталось несколько единиц колёсной техники. Да и пилотов для шагоходов немного осталось — удивительно, но у малайских кланов проблемы не только с РСЗО и тяжёлой артиллерией, но и с пилотами. Причём уже по их собственной вине. В информации, предоставленной Охаяси, этого момента не было, но, как выяснилось, в Малайзии пилотирование шагающей техники считается второсортной профессией. Да и в целом, к данному типу вооружения у малайцев душа не лежит. Не настолько, чтобы полностью отказаться — они всё же не идиоты — но пилотов в этой стране не очень много. В Японии они элита, а здесь — презренные трусы. И я могу только гадать, почему так. Например, из-за англичан. Несколько десятилетий предоставляемой защиты от внешнего врага плюс планомерное насаждение нужных им взглядов. И это одно из очень многих предположений. Что является реальной причиной, я не знаю. Да мне и плевать.

Однако, при всём их бедственном положении, и Амин, и Латиф остаются кланами. Да, здесь и сейчас у них всё тухло, но стоит им только уйти, и деньги решат их проблему. Будут и люди — наёмники и в Малайзии есть, — будет и техника. Если договорятся с другими аристократами — а они могут это сделать — будут у них и «мастера». Фактически всё, что им мешает отойти и перегруппироваться — это гордость. Точнее, мешала. И знаете, о чём я подумал, когда Щукин доложил о пленении главы Рода Амин? Как бы мне воспользоваться этими несуществующими ещё силами? Да и в конце-то концов, я и раньше собирался устроить переговоры с местными аристократами, а уж с таким козырем — сам бог велел. Более того, с пленным главой я... Даже если мы не сможем получить выгоду в военном плане, у Рода Амин есть кое-что, что я был бы не прочь заиметь. Сейчас главное — решить, как именно я поведу разговор. На что давить... Хм, взять на слабо? В целом, может и получиться. Во всяком случае, сейчас. Потом-то он может передумать и ударить в спину, он ведь и правда... малаец. Но с чего-то же надо начинать? Может ведь и не предать. Хотя ладно, это я уже слишком далеко заглядываю, для начала надо сделать так, чтобы он не встал в позу и не закусил удила.

— Есть что-то, что мне необходимо знать? — спросил я сразу всех присутствующих в комнате, и не дождавшись ответа, поднялся из-за стола: — В таком случае пойду пообщаюсь с нашим пленным.

— Слугу своего возьми, — отозвался Щукин. — Всё же этот глава — «мастер».

— С этим я как-нибудь разберусь, Антон Геннадьевич, — кивнул я.

Естественно, одёргивать уже Щукина я не стал. Не при его подчинённых, но намекнуть на наличие у меня мозгов всё же должен был.

— Кхм, — вернулся он к чтению бумаг.

Ну и да, Суйсэна я с собой брать не стал, хватит и моего пёсика Сэйджуна.

* * *

Вообще взять в плен «мастера» — довольно непростое дело, и то, что Щукину это удалось, говорит о его с Добрыкиным личном мастерстве. Прежде всего. А вот дальше идут нюансы. Например, насколько хорош противник. Или насколько сильно он желает выжить. Но без мастерства пленителей всё это в любом случае неважно. Естественно, я уточнил этот момент у Щукина. По его словам, малаец — средний боец. Сильнее Морица Шмитта, если не учитывать камонтоку, но слабее Щукина. При этом последний и сам не может отнести себя к топу сильнейших «мастеров». Да, у него больше опыта, чем у главы малайского клана, но опыт этот скорее военный и в реальных сражениях с другими «мастерами» не так уж и значим. То же самое и Добрыкин. Но тут, я думаю, он немного скромничает — по факту, все «мастера» такие. Разве что спортсмены... но там и борьба не насмерть идёт. Возвращаясь к нашему пленному — то, что мне нужно, я узнал. Может, он и готов умереть за свой Род, но искать способ выжить не перестанет. То есть угрожать ему смертью бессмысленно, а вот припугнуть, при этом намекнув, что есть другой выход, вполне можно.

В предоставленной Охаяси информации об аристократах Мири было не очень много, в основном там описывались более крупные игроки Малайзии, так что психопортрета Амина Абдуллаха у меня не было. Более того, там даже не было важной информации об одной из его дочерей. Хорошо, что Махатхир, в одном из приступов подхалимажа, рассказал кое-что интересное. Впрочем, не исключаю, что Охаяси скрыли эту информацию намеренно.

Амина держали в госпитале под постоянным наркозом. В принципе, пленного «мастера» можно держать и в укреплённой дилетитом землянке или подвале, чтобы, если что, он максимум мог себя похоронить. Или и вовсе в контейнере из этого сплава. Но дверь-то когда-нибудь придётся открыть, так что риск не побега даже, а потерь среди личного состава оставался. Это если без подавителя. В результате проще накачать «мастера» химией — тогда и подавитель будет не нужен. Щукин о нём, кстати, забыл, иначе не рекомендовал бы брать на переговоры... ну или на, как он, возможно, думает, допрос, Суйсэна.

— Тама-сан, — поймал я одну из медсестёр госпиталя. — У меня сейчас разговор будет с нашим пленным в закрытом крыле, не сделаете нам чая? Я предупрежу охрану.

— Конечно, Аматэру-сан, — поклонилась женщина, поправив выбившийся из-под чепчика локон чёрных волос.

— Будьте добры, — улыбнулся я ей, кивая.

— Сию минуту, — ответила она, после чего развила довольно неплохую скорость, учитывая, что на бег она не переходила.

Вызвав через охрану крыла врача, следящего за состоянием Амина, вручил Сэйджуну подавитель.

— Он непрерывного действия, — напомнил я. — Бахира нужно немного, но постоянно. Радиус — десять метров.

— Я понял, — кивнул Сэйджун, не став намекать, что я уже в третий раз об этом говорю. — Не волнуйтесь, Аматэру-сан, тут нет ничего сложного. Я справлюсь.

Не то чтобы я ему не доверял... Точнее, не так — жизнь я ему доверю, а вот использования артефакта бывшим бандитом я подсознательно опасался. Да, у него два высших, да, в глупости он замечен не был, но образ тупого бандюгана он держал весьма качественно.

— Вы все будете стоять за дверью, заодно отгоняйте любопытных медсестёр, — обратился я к сегодняшней смене своей охраны.

— Господин Аматэру... — начал Хаяте — начальник смены, такой же, как и Эйка.

— Даже я? — пробасил обиженно Сейджун.

В обиду я не поверил, а вот попытку надавить на жалость засчитал.

— Это будет непростой разговор, — ответил я, заметив приближающегося по коридору врача. — И дело не в недоверии. Мне нужна определённая атмосфера, и вы будете мешать.

— А если он на вас бросится? — спросил Хаяте.

— Я без бахира «воина» валю, что мне какой-то старик? Могли бы и разузнать побольше об объекте защиты.

— Прошу прощения, Аматэру-сан, — поджал он губы. — Но...

— Хаяте-сан, — покачал я головой, — не будите во мне зверя. Кролики существа пугливые — убегу, будете потом по всей базе искать.

— Господин...

— Сейджун, — перебил я, кивая подошедшему врачу.

— Хаяте, — тут же откликнулся мой подручный. — Господин отдал приказ. Хочешь его оспорить?

— Нет, — вздохнул тот в ответ.

Само собой, он не испугался Сейджуна, просто тот напомнил, кто отдаёт приказы. Я, в общем-то, не хотел так жёстко одёргивать Хаяте, думал, Сейджун будет дипломатичнее, но уж как вышло, так вышло.

В предках у Амина явно были как китайцы, так и индусы. В целом внешность у него вполне приличная, как для азиатов, так и для европейцев, а седина коротких волос на фоне тёмной кожи выглядит даже благородно. Хотя заметная потёртость, после пережитых недавно приключений, общий вид немного портит. Что ж, будем надеяться, что хотя бы английский он знает.

Очнувшись в результате укола, сделанного врачом, Амин кое-как уселся на больничной койке и только после того, как осмотрелся, посмотрел мне в глаза. Спорить могу, он уже попробовал накинуть на себя «доспех духа» и отлично понимает, что на бахир сейчас надежды нет.

— Подавитель? — произнёс он на японском.

Правда, на очень плохом японском.

— Подавитель, — подтвердил я. — Может, перейдём на английский?

— Как пожелаете, — ответил он.

— В таком случае прошу, — указал я на плетёное кресло, точно такое же, как то, в котором сидел я. — Разговор предстоит серьёзный.

Одет он был в больничную пижаму, но никакого дискомфорта по этому поводу не испытывал. Спокойно поднялся на ноги, слегка неуверенно добрался до кресла и, молча в него усевшись, уставился прямо на меня.

— Слушаю вас, господин Аматэру, — произнёс он, положив руки на живот. — Я ведь не ошибся? Вряд ли в составе вашей группы есть ещё один подросток, а если и есть, сомневаюсь, что он беседовал бы сейчас со мной.

— Вы правы, господин Амин, — кивнул я. — Меня зовут Аматэру Синдзи, приятно познакомиться.

— Абдуллах Амин, — ответил он кивком. — Не могу, правда, ответить тем же — приятного в моём положении мало.

— Ну, надеюсь, хотя бы искорку любопытства я в вас зажёг.

— Что есть, то есть, — ответил он. — Послушать, что вы мне скажете, будет действительно интересно.

— Тогда... — сделал я небольшую паузу. — Начнём, пожалуй, с самого начала. Вы понимаете, зачем я здесь?

— Чтобы захватить часть земель моей родины, — ответил он спокойно.

— «Родина» и клановая аристократия? — приподнял я бровь. — Ладно, пусть так. Получается, есть некоторые понятия, такие как «родина», ради которых вы готовы врать, обманывать, нарушать слово и бить в спину?

— Конечно, нет, — слегка нахмурился он. — И я не понимаю, к чему этот вопрос.

— Дело в том, господин Амин, что я пришёл сюда не за куском вашей родины, а за частью территории, принадлежащей японскому Императору. А способ её получения — не что иное, как результат политических игрищ и обмана.

— Очень спорное утверждение, — ответил он спокойно.

Ну ещё бы он засуетился — местные аристократы с этим живут уже не первое десятилетие. Уж как минимум они придумали, как себя успокоить. Наверняка нашли тысячу причин, почему правы именно они.

— А вот и наш чай, — отреагировал я на стук в дверь.

Зашедшая медсестра вкатила в палату столик, на котором уже всё было расставлено, ей оставалось разлить чай по чашкам и с поклоном удалиться.

— Неплохо, — сделал глоток Амин, — но наш лучше.

Намёк или вредность? Для вредности повод туповат — не думал же он, что я для него чай из своих запасов притащу, а в госпитале ничего нормального и нет. Он не может этого не знать. А если это намёк... то я не понимаю, на что.

— Вполне может быть, — сделал я глоток вслед за ним. — Я в этом не очень разбираюсь.

— Японец — и не разбирается в чае? — приподнял он брови.

— Это так о нас думают в Малайзии? — усмехнулся я.

— Так о вас думают во всём мире, — скривил он губы в ухмылке. — А у нас о японцах бытуют другие слухи.

Хм, если он упомянул и другие слухи, то хочет на них вывести разговор. Вряд ли они хорошие, но такому повороту в разговоре я только рад. Мне это тоже нужно.

— Ну, — задумался я ненадолго. — В чае я всё-таки разбираюсь. Плохо, но разбираюсь.

— Значит, и всё остальное тоже верно.

Вот уж действительно — спорное утверждение. Меня явно подбивают спросить о том, что о нас говорят.

— Кто его знает, — пожал я плечами. — Может, и так. Но это всего лишь слухи, которые, я уверен, подчас ничем не подкреплены. Всяко лучше, чем малайская репутация. А ведь это уже не слухи.

— Какая ещё репутация? — нахмурился Амин.

Вот так-то, старичок. Я, может, и поменьше, чем ты, пожил, но в обеих жизнях успел пообщаться с теми ещё зубрами по части грамотно завернуть словцо. К тому же... не то чтобы я считал себя лучшим в словоблудии, совсем нет, но я ведьмак, а нам без умения играть словами жить довольно опасно. Вот и сейчас всё, что было нужно — заменить «слухи» на «репутацию», и тут же пошла реакция. Теперь уже он спрашивает о том, что говорят о них.

— А то вы не знаете, — вздохнул я показательно. — Из-за неё я даже не сразу решился с вами поговорить. Гораздо проще было просто ликвидировать. Тем не менее, не могут же все малайцы до последнего быть лжецами, не выполняющими данное обещание.

— Ты ведь пытаешься меня просто разозлить, не так ли? — скатился он на «тыканье». — Вывести из равновесия, — процедил он. — Мы всегда выполняем взятые на себя обязательства. Никто не может обвинить Род Амин в том, что он нарушил данное слово.

— Ну ещё бы, — хмыкнул я. — Кто вообще давал вам такую возможность?

— Род Латиф, например, — выплюнул он.

— Но они ведь тоже малайцы, — изобразил я лёгкое недоумение. — Сомневаюсь, что вы настолько глупы, чтобы гадить у себя дома. Да и мало ли какие гарантии вы друг другу даёте. Господин Амин, давайте откровенно — вам не верит никто. Только англичане, да и те лишь потому, что держат вас, прошу прощения, за яйца. Вот с кем ваша страна торгует?

— У нас много партнёров, — ответил он хмуро.

— Ладно, спрошу по-другому — кто торгует с вами без английского патента?

— Это лишь подтверждение союзнического договора! — воскликнул он. — Англичане своим словом заверяют, что наши партнёры не ведут двойную игру и не в сговоре с нашими врагами. Например, с вами, японцами. Они всего лишь посредник. И это довольно разумный ход, между прочим, учитывая желание вашей аристократии оттяпать кусок наших территорий. Лет двадцать назад один из ваших Родов умудрился банально выкупить часть наших земель. Хорошо хоть на границе, где одни горы.

— Хитрый ход, — усмехнулся я. — Признаю. Только вот обманули они фактически англичан. С вами, малайцами, Род Токугава, насколько я знаю, напрямую не работал. То есть опять же, через английский патент, заставляющий вас играть честно.

Да, Токугава и в подобном были замечены. Но тут ничего плохого сказать не могу — красавчики. Очень многих тогда обвели вокруг пальца. Этот кусок земли, к слову, перешёл в собственность империи после их раскулачивания. Токугава вообще очень многое потеряли после похищения двух принцесс. А ведь не тронь они Шину, и кто знает, как сейчас всё повернулось бы — часть дороги, по которой мы пришли в эту страну через горы, принадлежала когда-то именно Токугава.

— А как иначе, если все вокруг желают нам только зла. Япония, Сукотай, Китай, Индия... Из-за нашего расположения...

— Вьетнам, — прервал я его.

— Что? — переспросил он после небольшой паузы.

— Вьетнам, — повторил я. — Страна, расположенная не так, чтобы и лучше вас. По территории больше, но только из-за потери вами штата Сабах. По силе... да как бы и не слабее вас. Во всяком случае, поставок техники и вооружения из Англии у неё нет. Да и соседи у них... Согласитесь, сукотайцев нельзя назвать тряпками. И ничего, живут себе вьетнамцы, торговлю со всеми строят. Без всяких там патентов иностранных стран. Вполне себе обычное государство.

— Так сложилось, — пожал он плечами. — Именно из нашей страны японцы не хотели уходить после второй мировой.

— Вы плохо знаете историю, господин Амин, — улыбнулся я. — Когда начался послевоенный раздел территорий, вьетнамцы всё ещё продолжали сражаться. Партизанили они до последнего. Это именно ваш король склонил голову. Потому и военный контингент из Вьетнама был выведен без вопросов. Мы так и не смогли их покорить. В отличие от вас. Вы-то склонили голову и подписали капитуляцию. Все вы — и государственная аристократия, и клановая, и свободная. А потом — раз! и пошли все договорённости к демонам. Мы хотим быть свободными!

— Япония сама ушла, — ответил он, поджав губы.

— И что вы ответили японскому послу о невыполнении вашим поручителем сделки?

— Попросили предъявить доказательства, — хмыкнул он.

— Зная, что это невозможно, — кивнул я. — Ну, а что же сейчас? Сейчас-то, спустя столько десятилетий, всё прекрасно видно. Нет в Японии детей английского Патриарха.

— И что, мало ли куда они делись?

— Вот поэтому вас и считают презренными клятвопреступниками, — улыбнулся я, глядя ему в глаза.

При этом даже сам задумался — а стоит ли продолжать этот разговор?

— Мы не нарушили ни одной клятвы, — продолжал он отбрыкиваться.

— Вы склонили голову, признав нового господина. А потом предпочли забыть об этом. Да что там далеко ходить? Вспомните совсем недавний случай. Шмитты годами вели тут торговлю, имея английский патент, но стоило им только вам довериться и впервые попробовать вести дела напрямую... что там с ними произошло?

— Не знаю, — ответил хмуро Амин. — Я не вникал в ту историю.

— Их лишили всего. Нашли способ, извернулись. У вашей страны был шанс показать, что с вами можно иметь дело, но вы просто выкинули его на свалку. Та же Испания, во время второй мировой, ради такого шанса поставила на кон всё. Само существование этого государства было под угрозой, но они доказали, что им можно доверить спину. И после всего этого вы удивлены, что окружены врагами? Как вы там сказали — «так сложилось»? Нет. Это вы себя так повели. Именно поэтому «малаец» — диагноз.

— Но ты всё-таки пришёл сюда и ведёшь со мной диалог, — процедил он.

— Во-первых, давайте не будем забывать о вежливости, — намекнул я на его «тыканье». — Ну а во-вторых — да, пришёл. Я вообще рисковый малый. К тому же есть мнение, что нельзя ровнять всех под одну гребёнку. Должны же и в вашей стране быть достойные люди? А риск, я считаю, оправдан. Мы можем многое друг другу предложить. Если же вы вновь предадите, нарушите своё слово... что ж, бывает. Вы в любом случае потеряете больше, а я уж как-нибудь переживу. Зато буду иметь перед глазами не какое-то размытое понятие «малаец», а вполне конкретный Род, которому и мстить можно.

После моих слов Амин взял небольшую паузу, молча опустошая свою чашку.

— И что вы от меня хотите, господин Аматэру?

— Для начала давайте определимся — я не собирался с вами воевать, — пришлось приложить небольшое усилие, чтобы не поморщиться. Врать мне всё же неприятно. — Ваш конфликт с Махатхиром — это только ваш конфликт. Да, я закрывал на него глаза, да — был уверен, что вы нападёте на базу, но если бы вы сидели тихо и не отсвечивали, ну или и дальше воевали только с Махатхиром, я бы вас тоже не тронул.

— Даже в том гипотетическом случае, если бы просидели здесь год? — усмехнулся он.

— Само собой, нет, — изобразил я удивление. — Но надо быть совсем глупым, чтобы оставаться после этого здесь. Впрочем, эта земля в любом случае будет порезана на куски, и вот если бы вы продолжили свою войнушку не на моей территории... В этом случае не вижу смысла тратить свои ресурсы.

— Вас бы попросили о помощи.

— И я бы помог, — кивнул я. — Но мне за это и плату бы предложили достойную. Впрочем, к смыслу сказанного это не имеет отношения. Как я упомянул — через год тут только упёртый идиот остался бы.

Например, я. Приходится признавать, что я тот самый упёртый идиот. Но только в том случае, если бы эта земля принадлежала мне. А вот в своём прежнем мире пошёл бы в армию, чтобы биться с захватчиком официально.

— Тем не менее конфликт произошёл, — произнёс Амин. — Мой Род понёс потери, а этот ваш Махатхир... Иначе как вашим человеком его никто не воспринимает.

— Я, в общем-то, и не пытаюсь откреститься от его действий, — обозначил я улыбку. — Но вы должны понимать, что против вас я ничего не имею. Более того, определённую долю моего уважения вы заработали.

— Уважение подростка, — хмыкнул он с горечью, отведя взгляд.

— Уважение Аматэру, — поправил я его.

— Ах да, Аматэру, — посмотрел он на меня. — Подросток Аматэру, — вздохнул он, прикрыв глаза и потерев лоб.

— Имеете что-то против? — спросил я с любопытством.

Всё-таки последние его слова были произнесены с непонятной интонацией. То ли усталой, то ли раздражённой.

— Если не считать то, в какой ситуации оказался мой Род? — усмехнулся он. — Само собой. Если уж проигрывать, то умудрённому опытом мужчине.

— Я всего лишь наблюдатель, — пожал я плечами.

— Почему же тогда я веду переговоры с наблюдателем?

— Серьёзно. Переговоры переговорами, а операцией заведую не я.

— Допустим, — кивнул он. — Так что там по сути дела?

— Как насчёт того, чтобы заработать огромный кусок Родовых земель?

— Смеётесь? — спросил он неуверенно.

— Нет, конечно, — улыбнулся я. — По моему плану, который разработан буквально на коленке, вы действительно в итоге получите земли. Не сразу, да и потрудиться придётся, но такое возможно. Ну и без Рода Аматэру вам не справиться. Вчерне план прост — вы уходите, перегруппируетесь, набираетесь новых сил, после чего прорываете линию фронта, немного углубляетесь и окапываетесь.

— И? Дальше-то что?

— Ничего. Просто сидите там, иногда делая вылазки. Людей Махатхира для создания видимости боёв я вам предоставлю.

— И зачем это вам? — не мог не спросить он.

Я же решил ответить, в конце концов, если не дурак — сам догадается.

— Всего не скажу, но как минимум для организации очевидного направления атаки противника вы пригодитесь.

— Думаете королевские войска воспользуются тем местом, в котором мы будем сидеть? — спросил он со скепсисом.

— Ну, а почему нет? — усмехнулся я. — Особенно если им помочь с таким решением. Понимаете, на поздних этапах операции ваш король определённо попросит помощи англичан, но перед этим он просто обязан попытаться сам. В последний раз. Уверен, сил он соберёт немало. Но если мы заранее подготовим поле боя, он проиграет. Он и так проиграет, но с вашей помощью у нас будет меньше потерь.

— Я не могу предать короля, — ответил он тут же.

— А я этого и не предлагаю. Сидите на месте, укрепляйтесь, просто дальше не идите. Учитывая, что король и об этом вас не просил... — замолчал я многозначительно.

— А если попросит?

— Против сборища вроде нас? — приподнял я бровь. — Сильно сомневаюсь. Он ведь тогда будет выглядеть не лучшим образом. Ну... сами попробуйте представить это.

— Действительно... — пробормотал Амин задумчиво. — Но потом придут англичане. Да и как это относится к Родовым землям?

— С англичанами мы сами как-нибудь разберёмся, — намекнул я на то, что некоторые вопросы задавать не стоит. — А вот насчёт Родовых земель... Скажем так, вас будет очень сложно оттуда сковырнуть. Силой не выйдет, так как сражаться рядом со своими землями мы не позволим, а вы и вовсе будете находиться за территорией общей линии границы.

— Нас могут просто попросить уйти.

— Только король лично, — ответил я. — Предположим. Но тогда мы просто заберём этот кусочек территории себе. А вы потом вновь его отобьёте. И будем повторять это столько раз, сколько потребуется.

— Слишком всё шатко, — покачал он головой.

— А вы думаете, Родовые земли зарабатываются иначе? Оглянитесь. Мы пошли против целого государства ради них, а вы хотите всё на блюдечке получить? Да, вам придётся не одно десятилетие доказывать, кому принадлежит конкретный кусок земли, и что? Спасуете? А ведь это будет не особнячок с двориком. Вы остались здесь и устроили бойню ради того, что вам не принадлежит. Просто потому, что живёте тут пару столетий. А теперь сдаёте назад? Даже рискнуть не хотите?

— Риск — это одно...

— Я повторю это ещё раз, — чуть наклонился я в его сторону. — Родовые земли. Огромные Родовые земли. Да, за несколько десятилетий, но разве ваши предки стали бы аристократами, если бы не смотрели в будущее?

— Мне надо подумать, — произнёс он напряжённо. — И какие гарантии мы предоставим друг другу?

— Я Аматэру, — вновь откинулся я на спинку кресла. — И вам придётся довериться десяти тысячам лет безупречной репутации. Иначе... — пожевал я губами. — Ну да вы сами понимаете. А вот с вашей стороны гарантии потребуются.

— Это довольно оскорбительно, — поджал он губы.

— Вы малайцы, — пожал я плечами. — Скажите спасибо, что вам вообще даётся этот шанс.

— Род Амин...

— Бездоказательное утверждение, — прервал я его. — А вот то, что ваш Род даже не возмутился, когда моего Императора опрокинули с обещаниями — факт. Ведь для вас это норма.

— Это не так!

Глубокий вдох, во время которого я изобразил короткие раздумья. Медленный выдох.

— Вот и посмотрим.

Немного помолчав, думая о чём-то своём, Амин задал вопрос:

— Так что там с гарантиями?

— Для начала... Что там с Родом Латиф?

— А что с ним? — не понял он.

— Вы продолжите действовать вместе или пойдёте своим путём?

— Латиф — союзный нам Род, — ответил он осторожно. — В идеале хотелось бы действовать вместе. Если договоримся.

— В таком случае нам рано обсуждать конкретику. Сначала вам нужно переговорить с ними.

— Было бы здорово, — кивнул он медленно. — Вы ещё и их главу захватили? Он выжил?

— Нет, — ответил я.

— Жаль, — поморщился он. — Но тогда не вижу способа обсудить с ними данный вопрос. Я даже не знаю, кто у них теперь руководит кланом. Да и не придут они сюда.

— С этим я могу помочь. Как вы смотрите на то, чтобы я вас отпустил?

Это явно сбило его с толку. Поверить в подобное ему было сложно. Да и с моей стороны отпускать вражеского «мастера» было глупо. Но тут есть пара нюансов. Во-первых — это гипотетические Родовые земли. Я не собирался давать им много, но это на фоне того, что собираюсь захватить, на деле же... Пара сотен квадратных километров — это много. Для деревенщин, вроде Рода Амин, и вовсе пипец как много. Даже если придётся делиться с Латиф. Среднестатистический аристократ, и я сейчас про весь мир, а не про одну конкретную страну, ради Родовых земель пойдёт на очень многое, а уж ради такого куска земли... Я, правда, не озвучивал Амину цифр, но думаю, он примерно осознаёт масштабы. В общем, ради такого куша, он вполне способен рискнуть и принять предложение. А если сможет убедить союзников, то рискнёт не он один. Ну и второй нюанс — это гордость и честь. Я, конечно, знатно прошёлся по его достоинству, и во многом даже был прав, но как ни крути, а аристократы Малайзии, в чём-то совсем уж бесчестном замечены не были. Королевскому Роду, несомненно, доверять не стоит, а вот обычные аристо... ну... они обычные. Так что если взять с него слово свалить в туман, если он всё же не решится на сотрудничество, то с большой долей вероятности он действительно уйдёт и заберёт свой клан с собой. А там уже не важно. К тому же, можно взять с него обещание вообще забыть о нас и не вредить в будущем. Или... о, это будет интересно.

— Положительно смотрю, — произнёс он медленно. — А вы вот так возьмёте и отпустите?

— Сначала стребую с вас пару клятв.

— Это каких? — прищурился он.

— Если вы всё же решите отказаться от сотрудничества с нами, ваш клан уйдёт с наших территорий и забудет о мести. Хотя ладно, — усмехнулся я. — Вы же малайцы. Не будем испытывать стойкость вашего слова, возьмём вариант попроще. Скажем, год. Ваш клан год не будет нам мешать, — само собой, такая постановка вопроса заставила его скрежетать зубами, но старик удержался от высказываний. — Ну и клятва, касающаяся лично вас — вы вернётесь. При любом раскладе. Согласитесь — довольно неплохой вклад в моё к вам доверие. И ещё. Передайте Роду Латиф, что Аматэру даёт слово: если они придут для переговоров, я отпущу их при любом итоге. Договоримся мы или нет — не важно. Послы уйдут целыми. Если, конечно, сами нарываться не будут. Не стоит использовать моё слово для диверсий.

Мне даже интересно, вернётся он или нет.

— Я передам, — произнёс раздражённый Амин.

— Вот и отлично, — улыбнулся я. — Ещё чаю?


Глава 9

Заседание Совета устроили в зале оперативного планирования на втором подземном этаже секретной базы Рода Латиф. У их союзников, Рода Амин, тоже была подобная база, но два Рода в своё время решили пока её не распечатывать, а оставить на случай нахождения врагом этой базы. Да и необходимых ресурсов здесь было достаточно. Собрались малым составом, фактически самая-самая верхушка, так как обсуждали довольно деликатный вопрос. С одной стороны был нынешний глава клана Латиф, Итин, со своей бабкой Лифен, единственным на данный момент «мастером» в клане, с другой — глава клана Амин со своим наследником Усманом.

Пока Абдуллах рассказывал, что с ним произошло, он всё ждал, когда старуха Лифен произнесёт вполне ожидаемые слова. Но старуха — даже по его меркам старуха — молчала, дожидаясь окончания рассказа, и лишь когда он замолчал, нарушила наступившую тишину:

— А ведь я говорила.

— Мы помним, госпожа Латиф, — сдержал вздох старший Амин.

Ещё когда только всё завертелось, и их кланы были сильны, горды и, что уж там, спесивы, старуха всем мозг выела, советуя не связываться с Аматэру. Многие тогда услышали историю её молодости, произошедшую ещё в Китае, когда член одного из многочисленных Родов Шанхая поссорился с гостившим в городе молодым Аматэру. Подросток, думали они. Да и оскорбления как такового не было. Подумаешь, убили Слугу? Пусть докажет, что специально. А то, что посмеялись над его требованием наказать убийцу... ну да кто этот мальчишка такой, чтобы требовать подобного? Всего лишь подросток. Кто ж знал, что этот псих устроит настоящую морскую блокаду этому Роду? Жалкими тремя кораблями он в течение года так затерроризировал тот Род, что глава лично пришёл к нему просить прощения. В одиночку. Прямо на борт одного из тех кораблей.

И вот теперь Аматэру вновь решили показать зубы. Поначалу было ещё неизвестно, что Аматэру лично прибудет возглавлять здешние силы, но когда он всё-таки прибыл... О-о-о, главы кланов Амин и Латиф посчитали это довольно символичным — столько раз услышать рассказ о подростке Аматэру из прошлого и иметь возможность размазать такого же молодого Аматэру в реальности. Пусть даже не его лично, но потеря базы стала бы для Аматэру катастрофой. А что в итоге? Япошки провели потрясающую по своей сложности операцию. Вроде, что такого? Ну вывели они войска, ну вернули обратно. Но всё было сделано на виду разведчиков, которые плотно приглядывали за базой. Вывести войска, продемонстрировать их всем желающим, разделиться, спрятать малую часть прямо под носом, а большую отвести ровно настолько, чтобы уже они рискнули напасть, но при этом иметь возможность вернуться вовремя. По частям ликвидировать разведку, приглядывающую за основной массой войск. Не сразу всех, что могло вызвать подозрение, а ровно так, чтобы выглядело естественно. А потом ещё и защитить базу от сдвоенного удара с разных сторон. Тактика, стратегия, взаимодействие... профессионализм. Их уделали во всём.

Умом Абдуллах понимал, что сам мальчишка не мог спланировать ничего подобного — он всего лишь ребёнок — но и быть побеждённым кучкой простолюдинов Амин тоже не желал. Так что плевать на его слова, пусть считает себя наблюдателем, но для кланов Амин и Латиф молодой Аматэру — лидер всего этого сборища вторженцев, и победил их именно он.

— Помните, — пожевала губами старуха. — Это хорошо. А сколько раз я ошибалась, советуя полную ерунду, кто-нибудь помнит?

— Как-то не приходит на ум ничего подобного, — произнёс Абдуллах.

— Наверняка ведь из вежливости сказал, — проворчала Лифен. — Всего один раз такое было. Я помню и признаю это. Не стоило нам тогда связываться с индусами. Но это было двадцать восемь лет назад и всего один раз, так почему вы отмахнулись от меня, когда решили воевать с Аматэру? Молчите? Ладно, забудем прошлое. Надо решать, что делать сейчас.

Хитрая старая Лифен. Даже с учётом того, что Абдуллах прекрасно понимал, чего добивалась своими словами старуха, он осознавал, что она своего добилась. Будет сложно отмахнуться от неё на этот раз, и всё, что она скажет, будет иметь огромный вес.

— Что ж, тогда я выскажу своё мнение, — произнёс Абдуллах. — Я считаю, что мы должны рискнуть. Сам я вряд ли дотяну до тех времён, когда наши кланы официально обзаведутся Родовыми землями, а вот ты, Итин, на пару с Усманом, — покосился он на своего сына, — сделать это сможете.

— Король так просто не отдаст нам земли, — покачал головой Итин.

— Ему придётся, — не согласился Абдуллах. — Если мы будем удерживать окружённый врагами кусок земли в течение двадцати-тридцати лет и не получим за это ничего, кто упрекнёт нас, когда наши кланы в конце концов просто объявят об отречении?

— Если просто удерживать, то потребуется больше времени, — заметила Лифен. — Лет пятьдесят. Но король точно попросит нас отойти в сторонку. Тут главное, чтобы Аматэру не сплоховал и выкинул его обратно.

— И дал нам вернуться, — вставил Усман.

— А вот это работа тех, кто будет заключать договор, — пожала плечами Лифен. — Как договоримся с Аматэру, так и будет. Или кто-то думает, что девятый в мире по древности Род нарушит своё слово?

— Вы правы, госпожа, — кивнул Абдуллах. — Тут главное — правильно составить договор.

— Даже если мы отречёмся от короля, земли останутся малайскими, — произнёс в пустоту Итин. — А нам придётся принять вассалитет другого государства. Свободные кланы — это нонсенс, и именно кланами мы точно быть перестанем.

— Вассалитет не обязателен, — возразила Лифен. — Кланом... да. Клан никто себе не возьмёт, но можно договориться о принятии обычного подданства. А вот земли без Аматэру мы и правда не получим.

— Предлагаешь стать свободной аристократией под рукой японского Императора? — спросил Абдуллах. — Хм, если после этого годик посидеть всё на тех же землях, то они автоматом станут нашими. Но да, без Аматэру мы этого сделать не сможем.

— Ничего подобного я не предлагаю, — усмехнулась Лифен. — Это крайний случай. То, чем мы можем надавить на короля. И лет через сорок-пятьдесят общественное мнение будет на нашей стороне, так что... — покрутила она ладонью. — Но вариант с отречением тоже можно рассмотреть. Опять же, как самый крайний случай. И да, отметить его в договоре с Аматэру так или иначе надо. Жизнь — штука сложная, может, и нечто подобное придётся провернуть.

— А как быть с остальными Родами наших кланов? — спросил Итин.

— А ты думаешь, если мы выдадим каждому по кусочку земли, они нас не поддержат? — усмехнулась Лифен. — Взгляни на наших соседей по острову — после того, как их завоевали японцы, они горя не знают. Живут и радуются жизни. По-твоему, мы такого не достойны?

— Одно дело быть частью клана... — начал Итин.

— Но без Родовых земель, — прервала его родная бабка, и немного подождав и убедившись, что продолжать он не будет, продолжила: — И другое дело — Свободная аристократия со своими Родовыми землями да в составе одной из Великих держав. Я бы, конечно, предпочла Китай, но раз уж всё так складывается, то и Япония сойдёт. К тому же напомню — это крайний случай. Сомневаюсь, что король, кто бы им в тот момент ни оказался, станет рисковать своим авторитетом и доверием в глазах других аристократов. Отдать этот несчастный кусок земли, который по факту ему всё равно не будет принадлежать — это идеальный выход для короля.

— Не уверен, что Аматэру возьмутся поддерживать нас настолько долго, — покачал головой Усман.

— Аматэру сам говорил о десятилетиях, — напомнил Абдуллах. — Да и какой нам смысл ограничивать договор временем? Так и пропишем — до получения земель статуса Родовых.

— Это частности, — махнула рукой Лифен. — Сейчас важно решить, готовы ли мы вообще рискнуть. Лично я «за».

— Я тоже, — кивнул Абдуллах. — Завершишь начатое, Усман?

— Да, отец.

— Итин? — спросил он новоиспечённого главу клана Латиф.

— Рискованное дельце, — протянул тот, сомкнув ладони в замок. — Я за то, чтобы попробовать. Надо смотреть, что нам предложит Аматэру. И что потребует взамен. А там уже решать.

— Само собой, — согласился Абдуллах. — Да и забывать о том, что мы на стороне короля, тоже не стоит. Это на словах у Аматэру всё хорошо, а так, Аллах его знает, что он решит в договор пропихнуть. Придётся быть очень внимательными.

— Он всего лишь мальчишка, — пожал плечами Усман.

— Вот только не надо больше этого, — нахмурилась Лифен. — Тебе мало того, что мы уже обожглись на этом?

— Хм, — смутился он. — Да. Вы правы, госпожа Лифен.

— Кстати, кто-нибудь догадывается о том, что именно он хочет получить за своё сотрудничество? — спросил Итин. — Всё-таки озвученные им причины недостаточно серьёзны для... подобного куша.

— Да тут и думать нечего, — вздохнул Абдуллах.

— Эрна, да? — нахмурился Усман.

— Ну, а что ещё-то? — ответил Абдуллах. — Конечно же, лишь ей Аматэру не ограничится, но внучку он точно потребует.

— Не самый плохой вариант для твоей дочери, Усман, — заметила Лифен.

— Да и для клана размен стоящий, я понимаю, — выдавил он из себя. — Но... Будущий «виртуоз» и нам бы пригодился.

* * *

Трясясь в броневике по дороге к первой базе, я всё еще размышлял о том, как построить разговор с представителями местных. Конечно, вариант того, что Абдуллах не вернётся, был, но шанс этого невысок. Тогда уж он скорее вернётся, но откажется от сотрудничества, но я всё-таки тешил себя надеждой, что всё будет по-моему. Что им предложить, — точнее рамки того, что я могу им предложить, — я уже давно определил, а вот что с них взять... Прежде всего, конечно же — Эрна Амин, тут и думать не о чем. Такой же гений, как Шина, только на три года старше, моему Роду будет совсем не лишним. Для симметрии нужно будет и кого-нибудь из Рода Латиф взять. Тоже девицу. Не в качестве заложников, понятное дело, но и своими жёнами я никого из них делать не собираюсь. Мало ли у меня достойных парней? Уж подберу девчонкам кого-нибудь. И да, не забыть договориться, чтобы Эрну не изгоняли из Рода — простолюдинка тоже пойдёт, конечно, но тогда будут проблемы, когда она станет «виртуозом». А так, нельзя сделать аристократом того, кто уже аристократ. Пусть и замужем за простолюдином. Скользкий вопрос, на самом деле, так что с Атарашики его всё равно придётся обсудить, но лучше уж решать юридические вопросы с гением на руках, чем ничего не решать и ничего не иметь. Повезло ещё, что гений клана Амин не замужем. Впрочем, с такими, как Эрна и Шина, всегда так, и чем слабее клан или Род, тем дольше откладывается свадьба. Сложно для них подходящую пару найти, ведь подобные дети — часть политики. С парнями всегда проще было, но и у них жизнь не сахар. Более того, если девушки — объект вожделения, во всех смыслах, то парни — прямая угроза. Их, при случае, конечно же, можно и на тот свет отправить.

В общем, если я хочу заполучить себе гения, а не бомбу замедленного действия, нужно договариваться с роднёй. Раньше, до атаки малайцев на базу, шансы на плотное сотрудничество были минимальны. Какие-то вопросы я с ними мог решить, но в основном рассчитывал выйти через них на более крупную рыбу. Да и, что уж там, не думал я о чём-то серьёзном. Предложить Родовые земли мне пришло в голову в последнюю очередь. Как бы ещё их убедить, что это возможно? Сам-то я в этом не уверен. Я даже не могу им этот кусок земли просто выделить после того, как он станет моим, ведь для их короля подобный ход ничего не будет значить. Про подозрения в сторону моих потенциальных союзников вообще молчу. Если бы они отреклись от Малайзии и попросились под руку японского Императора, было бы проще, но это... Нереально, в общем. Общество их не поймёт, да и Император тоже. Для подобного шага должна быть веская причина. Очень веская. Как показывает практика, многие вопросы решаются довольно простыми способами, но тут я ничего такого не вижу. К сожалению. Разве что и правда попытаться растянуть аферу по получению земли на десятилетия. Мне-то что, я никуда не спешу, но согласятся ли кланы Амин и Латиф? Учитывая, что даже это не гарантирует успеха. Тут и воля их короля играет роль, и общая подозрительность по поводу того, что будет происходить — вряд ли кто-то поверит, что один... пусть даже два не самых сильных клана могут удержать территорию, откуда выкинули королевские войска. А если король будет упёртым, то и не один раз. Тут кто угодно о сговоре подумает. А раз так, то нужен повод для сговора, да такой, чтобы малайские аристократы не посчитали Аминов предателями. В идеале, ещё и головами бы в знак одобрения покачали... Блин, крутится же что-то такое в голове. Что-то простое. Причина для сговора? Нет. Сговор — это всегда сговор, он по умолчанию несёт негативный оттенок. Договор? Договор... Но о чём таком мы можем договориться с врагами, чтобы это приняли все вокруг?

— Понял, — сбил меня с мысли ответом в микрофон сидящий на переднем сиденье Ёхай и, обернувшись, продолжил: — Мы подъезжаем к месту дислокации штаба. Минут через пять прибудем.

— Надеюсь, припасы туда уже привезли, — вздохнул я. — Кофе хочу.

— Я взяла с собой, — подала голос сидящая слева от меня Эйка. — Как приедем, сделаю.

— Спасибо, — улыбнулся я ей.

— Эйка-тян подлизывается, — произнесла якобы шёпотом Хина, склонившись к уху изображающей сон младшей сестры.

А ещё они сидели напротив нас, позволяя синеволосой оторве хитро коситься на меня и Эйку. Я, честно говоря, думал, что спокойная и немного меланхоличная Канами проигнорирует слова Хины, но та неожиданно открыла глаза и спросила:

— Кстати, с каких это пор ты берёшь с собой кофе на задания? А сестрёнок угостить?

— А сестрёнки на том самом задании, — проворчала Эйка, — и без него прекрасно обойдутся.

В ответ Канами набрала в грудь воздух, но, судя по небольшой паузе, сказала явно не то, что хотела изначально.

— Понятно, — выдохнула она, вновь закрывая глаза.

— Вот только попробуй что-нибудь ляпнуть, — произнесла Эйка, обращаясь к средней из сестёр.

— Молчу, молчу, — отозвалась Хина.

— Прибыли, — предупредил Ёхай. — Вторая группа на месте... Вон они, рули к ним, — приказал он Леснику, которого подрядили водилой.

Щукин приехал сюда ещё пару часов назад, и когда я его нашёл, стоял под тентом из масксети, склонившись над столом с картами.

— Прибыл? — глянул он на меня. — Проблем не было?

— Нет, — ответил я. — Доехали без проблем.

— Отлично. Синдзи... — замолчал он. — Прошу, не покидай территорию штаба, ну или хотя бы предупреди меня, если вдруг решишь поискать приключений. Но лучше просто будь тут и никуда не лезь. Ты и сам понимаешь, насколько важна твоя безопасность. Если вдруг что случится, нам придётся лечь тут всем, но вытащить тебя из неприятностей. Никого из нас не успокоят твои слова, что всё будет нормально.

— Не волнуйся...

— Я не могу не волноваться! — перебил он меня.

— Не волнуйся, — повторил я более сухо. — Я всё понимаю и не доставлю проблем.

— Надеюсь, — покачал он головой, и махнув рукой, добавил: — Ты извини, если что. Я знаю, что порой перегибаю, но для нас, твоих подчинённых, ты прежде всего ребёнок. Очень важный ребёнок — и в гуще боевой операции. Я всегда помню, кто тут отдаёт приказы, но от этого мне ещё сложнее.

— По-твоему, — произнёс я осторожно, — мне лучше было оставаться в Японии?

— Умеешь же ты задавать вопросы, — вздохнул он. — Технически — да, лучше бы ты в это дело не лез. На практике же... — замолчал он, глянув мне за плечо, где в отдалении стояли мои телохранители, после чего, понизив голос, продолжил: — На практике многие тут будут рвать жопу только потому, что здесь ты. Боевой дух войск на высоте. Про политический аспект я и вовсе молчу. Ну и с Махатхиром и его людьми было бы сложнее взаимодействовать. А вот про твои игры с местной аристократией я даже не знаю, что сказать. Время покажет.

— Нам это нужно, я же рассказывал, — произнёс я тихо.

— Да, да, — усмехнулся Щукин. — А их девчонка тут совсем не при чём.

— В целом — да, — пожал я плечами. — Это бонус, от которого я, правда, не собираюсь отказываться.

— Как скажешь, — улыбнулся он уголком губ. — Сейчас-то что делать будешь?

— Сначала кофе, потом буду обустраиваться, — ответил я.

— Припасы только подвозят, не уверен, что ты найдёшь кофе.

— Хей, я же Аматэру. Я всегда получаю то, чего хочу. Может, и тебе принести чашечку?

— Не откажусь. Если найдёшь. Впрочем, даже если найдёшь... — махнул он рукой отворачиваясь. — Там от кофе одно название будет. Или ты с собой привёз? — глянул он на меня.

— Я? Вот ещё. Для этого и другие найдутся.

— А, ну да, — усмехнулся он. — У тебя же пять выпускниц Школы Слуг под боком. Хоть одна, да позаботилась бы о хозяине.

— У меня, в общем-то, всего две, — поправил я его, давя желание оглянуться на сестёр Ямада.

И вновь Щукин понизил голос.

— Поверь, парень — персы умеют готовить слуг. В подкорку некоторые вещи вбивают. Уж я-то знаю, у меня... — замолчал он, поджав губы. — Жена у меня такая же была. Она на автомате некоторые вещи делала. Любит — не любит, хочет — не хочет, злится — не злится. Не скажу, что им прививают желание быть слугами, но ты же Аматэру. Да и телохранительницы твои — выходцы из клана. Я более чем уверен, стоит тебе их только поманить, и они точно станут твоими. Советую так и сделать, к слову, — сказал он уже в полный голос.

— Я подумаю, — кивнул я. — И ты во мне прям любопытство разжёг — что именно они делают на автомате?

— Ну, — задумался он. — Вот прям так сходу... Они, например, не выходят из помещения впереди господина. С этим твоим телохранительницам наверняка непросто пришлось. У нас с Любой тоже поначалу постоянно заминки были, я её пропускаю вперёд, а она стоит и не понимает, почему я торможу. Заминка недолгая, зато постоянная. Или кивки. Слуги же постоянно кивают или кланяются, когда им отдаёшь распоряжения. У вас тут... в смысле, в Японии, вообще все на поклонах помешаны, а у нас с этим попроще, но короткий поклон тоже присутствует. Бывает, поссоришься с ней, споришь, а когда это надоедает, прикрикнешь на неё, а в ответ хмурый нахохлившийся кивок... — замолчал он, вспоминая прошлое. — Как-то так, — произнёс он натужно.

Разбередил прошлое, мой косяк.

— Ладно, пойду я. Скоро вернусь, кофе принесу.

— Договорились, — улыбнулся он через силу.

Захват первой базы растянулся на несколько дней, и ничего героического в нем не было. Ни с нашей стороны, ни со стороны малайцев. Сначала их два дня утюжили артиллерией, потом сделали паузу и дали малайцам шанс уйти. День перерыва, и ещё два дня неспешного обстрела, после которого вокруг базы были расставлены громкоговорители, и мы на целый день врубили запись с призывом о сдаче. В итоге база сдалась. Чуть меньше четырёх сотен пленных, среди которых оказались восемнадцать аристократов, но к их чести стоит отметить, что все они были ранены и без сознания. Все, кто мог, свалили гораздо раньше. Встреч с вражескими «мастерами» тоже не было. Единственный бой, если его так можно назвать, произошёл на территории складов, которые мы старались не трогать. Именно там скопились некоторые силы, ещё способные дать отпор, хотя по факту они просто не успели убежать. Когда подошли наши отряды, они как раз загружали машины ручным оружием и боеприпасами. В итоге там их всех и перестреляли. Захват базы дался нам ну очень просто. Ни одного убитого, ни одного раненого — идеально проведённая операция. Честно — не ожидал. Такое впечатление, что против нас не военные были, а толпа крестьян. Да, большинство офицеров и самые сильные бахироюзеры ушли оттуда заранее, в том числе и местные аристократы, не ставшие дожидаться нашего прихода, но всё-таки... Да и ладно, их и винить-то особо не в чем, всё равно они бы не удержали базу, только умерли бы зря.

Трофеи были так себе. В основном амуниция и ручное оружие с боеприпасами. Тяжёлого вооружения взяли с гулькин нос. Техники вообще практически не было — всё, что успели, малайцы вывезли ещё до нашего подхода. В том числе и шагоходы. Впрочем, я не расстраивался, с первой базы и не предполагались богатые трофеи, к тому же, они в любом случае ушли бы людям Махатхира. Нам не нужна английская техника и вооружение иных, нежели у нас, образцов. Вот шагоходы — да, с ними несколько иная ситуация. Их в самом крайнем случае и продать можно, но на первой базе ничего стоящего и не было.

Само место бросать мы были не намерены, база тут стояла не просто так. Фактически с учётом гор в округ Мири вело не так уж много дорог, и база прикрывала один из самых удобных путей. Если... когда король соберёт военную группировку, чтобы выбить нас отсюда, именно здесь войска, скорее всего, и пойдут. В Восточной Малайзии с дорогами вообще проблема. Мало их. А тут и железнодорожная ветка недалеко, если что. Всего границу Мири будут прикрывать восемь небольших баз, в основном рассчитанных на контроль воздушного пространства, и две «сухопутные» базы — одна тут и одна севернее. Обе эти базы кроме того, что защищают наши границы, ещё и создают плацдармы для удара вглубь территорий противника. Фактически это точки напряжения, которые королевские войска должны ликвидировать, прежде чем заняться уже непосредственно нами. Иначе кто даст гарантии, что мы не возьмём стоящий рядом город Бунтулу? Или небольшой портовый городок Симиладжау? Который в плане денег как бы не поважнее того самого Бунтулу будет. А ведь Бунтулу — столица округа. В связи с этим вновь встаёт вопрос с кланом Амин — а нужны ли они мне в том виде, в каком я преподнёс это Абдуллаху? Ну то есть я-то понимаю, что не нужны. Просто мне было необходимо заинтересовать его, при этом ещё и не спугнув, а времени на составление плана было мало... Вот уж действительно, поспешишь — людей насмешишь. И что мне стоило подождать пару дней и всё хорошенько обдумать? Уж два-то дня у меня было.

Необходимо было что-то решать с пленными. Держать в заключении четыре сотни человек, от которых одни проблемы, я желанием не горел. Но прежде чем решить этот вопрос, решил поговорить с Боковым.

— Пленные? — скривился наш повелитель всея техников. Он как раз был тут и занимался перепланировкой новой базы.

— Четыре сотни, — кивнул я.

— Но зачем они мне? То есть я понял, на что ты намекаешь, но... — замялся он. — Как по мне, лучше потратить немного денег и нанять людей в Мири. Там желающих более чем достаточно, а с пленными одни проблемы. Да и экономия так себе...

— Значит, тебе они не нужны? — уточнил я.

— Если только ты не отдашь приказ их использовать. К тому же там половина раненые, и либо ждать, пока они восстановятся, либо всё-таки не четыре сотни. А в Мири можно за копейки нанять тысячи желающих. И работать они будут на совесть. Проверено.

— Ладно, — вздохнул я. — Тогда действуй по своему усмотрению. С пленными я сам разберусь.

Четыре, мать их, сотни человек. С ранеными. Само собой, я не собирался пускать их в расход, но и заботиться о них у меня желания не было. Выгнать? Так всё равно слишком много лежачих, такие даже в дороге не смогут помереть, они и вовсе уйти не в состоянии. Трофейных грузовиков мало, да они мне и самому пригодятся. Где бы найти желающих вывезти всех пленных? О! И как я об этом забыл? У меня же целых два клана под боком, уйти им всё равно придётся, так пусть и соотечественников заберут. Заодно и плюсик к репутации наберут среди своих. А то, что они договорились с врагом о выходе из зоны оккупации... ну так они кланы, им с врагом и вовсе воевать не нужно. Пока их король лично не попросит, конечно же.

В какой-то момент стало ясно, что делать мне у захваченной базы больше нечего. Я и так тут ничем особым не занимался, но после захвата... ну, или уничтожения малайской базы смысл здесь оставаться и вовсе пропал. А раз так, то пора и честь знать. Сборы не были долгими — пара часов, и я вновь трясусь в броневике, только на этот раз по пути домой. То есть не домой, конечно, на место базирования наших основных сил... Ладно, пусть будет домой, остальные варианты слишком долго произносить.

— И когда будем вторую базу брать? — спросила Эйка, сидящая, как и в прошлый раз, рядом со мной.

— Не знаю, — пожал я плечами. — Через недельку, наверное.

— Неделю? — удивилась Хина. — А успеем?

— Хина-сан, — посмотрел я на неё с укором. — Если захотим, то мы многое успеть сможем. Сейчас всё от разведки зависит — в зависимости от ситуации и думать будем. Хотя в чём-то ты несомненно права, — прикрыл я глаза. — Слишком торопиться тоже не стоит. Не знаю, в общем. Первая база взята слишком легко, теперь некоторые вещи необходимо пересмотреть.

— Вы ведь не станете рисковать головой и переться ещё и туда, Аматэру-сан? — услышал я голос младшей из сестёр.

— Вас что-то не устраивает, Канами-сан? — посмотрел я на неё.

— Разве что чрезмерно рисковая натура клиента, Аматэру-сан, — ответила она.

— Канами, — произнесла строго Эйка.

«Клиента», значит.

— То вы в разведку на вражескую базу идёте, оставляя телохранителей вас дожидаться, — продолжала младшая Ямада. — То на боевую операцию, где только мешаться будете.

— Канами, — ледяным тоном повторила Эйка. — Прошу простить мою сестру, Аматэру-сан, она просто беспокоится о вас.

— Ничего, ничего, — улыбнулся я ей. — Всё нормально. Хотя ваше неверие в мою разумность немного напрягает, Канами-сан. Почему-то все уверены, что я просто обязан сотворить что-то предельно глупое. Ведь я неразумный подросток, не так ли? Впрочем... Сейджун, — обратился я к Леснику, как и в прошлый раз, сидевшему за рулём.

— Слушаю, босс, — отозвался он.

— Кто самый умный на свете человек?

— Вы, босс, — даже не задумался над ответом Лесник.

— А кто самый красивый?

— Да боги его знает, — произнёс он. — Я, скорее всего.

— Вы поняли? — улыбнулся я, глядя на девушку. — Уловили смысл?

— То, что ваш пёсик самый красивый? — усмехнулась Канами. — О да. Уловила.

— Глупая Канами-тян, — покачал я головой. — То, что снаружи — не важно. Верность и вера. Он может беспокоиться обо мне, но он верит в меня. Именно это отличает наёмника от приближённого.

— Аматэру-сан... — произнесла Эйка

— Вера должна на чём-то базироваться, — прервала сестру Канами, отведя при этом глаза.

— Вы путаете веру со знанием, Канами-сан, — покачал я головой.

— И что? К чему все эти слова? — нахмурилась она.

— К тому, Канами-сан, что ваша работа выполнять приказы. Вам не обязательно верить мне... или в меня. Всего лишь. Выполнять. Приказы. И в отличие от того же Сейджуна, вы можете просто уйти, если вас что-то не устраивает. Вас по-прежнему что-то не устраивает, Ямада Канами-сан?

— Нет, — буркнула она. — Всё прекрасно. У меня нет претензий.

Немного жёстко, учитывая, что они всё же не наёмники, а вполне официально устроились ко мне на работу. Но либо так, либо они до скончания веков будут в пострелушки играть. Их готовили в личные слуги, так пусть уже делают выбор. Всё-таки Щукин, говоря о них, был прав — надо бы прибрать их к рукам. Кому стрелять и без них найдётся. К тому же чисто технически я прав — они всё-таки не Слуги, а наёмные работники.

— Они ведь и правда всего лишь беспокоятся о тебе, — подал голос Ёхай.

Надеюсь, он всё поймёт и не будет обижаться, как ни крути, а он от них не сильно отличается в юридическом плане.

— Это ты можешь беспокоиться обо мне, — решил я всё же подстраховаться с ним. — Сейджун может. А им платят не за беспокойство.

— А нам, значит, за беспокойство платят? — раздалось со стороны Ёхая.

— Стоп, стоп, стоп... Хочешь сказать, вам ещё и платят?! — не удержался я от шутки.

* * *

После возвращения на базу и завершения их смены сёстры Ямада вернулись домой. Первым делом они отправились в раздевалку, которую специально выделили для них троих — единственных девушек в отряде телохранителей Аматэру. По факту это была просто большая комната, совмещённая с душем.

— Ох, наконец-то, — простонала Хина, скинув разгрузку на одну из лавок.

— Не разбрасывай амуницию, — произнесла строго Эйка. — Мне уже надоело убирать за тобой.

— Ой, да ладно, — отмахнулась синеволосая. — Уберу я всё. Схожу в душ и уберу.

— Ты всегда так говоришь, — нахмурилась старшая сестра.

— Ну, Эйка-тян, — проныла Хина.

— Меня не разжалобить, Хи... — её прервал звук удара о стену тактическим шлемом. — Канами? — произнесла она удивлённо.

— Тупой сосунок, — бурчала их младшенькая. — Вас это что, совсем не напрягает? — повысила она голос.

— О чём ты? — спросила Эйка просто для проформы, так как догадаться, о чём ведёт разговор младшая сестра, было несложно.

— А то ты не понимаешь, — повернулась к ней Канами. — Этот малолетний дебил слишком много о себе возомнил. Строит из себя... — запнулась она. — А мы должны рисковать шкурами из-за его причуд.

— Да ладно тебе, Канами-тян, — отмахнулась от неё Хина. — Тебя просто бесит, что он считает нас лишь наёмниками.

— Да ничего подобного! — младшая пнула шлем, который откатился к её ногам после удара о стену.

— Канами, — услышали они холодный голос своей старшей сестры. — Посмотри на меня.

— Что не так? — повернулась к ней Канами, хоть и продолжала прятать глаза. — Скажешь, я не права?

— Соглашаясь на этот контракт, мы прекрасно знали, на что подписываемся, — произнесла всё так же холодно Эйка. — Я права? Не молчи, Канами, отвечай на вопрос.

— Права... — выдавила из себя Канами. — Но...

— И в контракте не было упоминаний, что он будет пай-мальчиком. Верно?

— Да... — буркнули ей в ответ.

— Так скажи мне, маленькая засранка, по какому праву ты смеешь оскорблять Аматэру-сама?

— Да какой он Аматэру?! — вскинулась Канами. — Ему всего лишь повезло стать частью Великого Рода!

— Хватит тут косплеить тупую овцу! — рявкнула Эйка. — Мы с тобой прекрасно знаем, как именно происходит принятие в древний Род. Он Аматэру! Тот, в чьих жилах течёт кровь богини Аматэрасу, и не тебе его хаять!

— Но он... Он же... — почти всхлипнула Канами.

— Он тот, кто имеет право повелевать. Тот, кто своей волей направляет таких как мы, простых смертных, на смерть. Тот, кто даёт честь и вселяет надежду. Тот, на чьей стороне само время. Неужто ты забыла, чему тебя учили?

— Я помню, — не поднимая головы, ответила Канами. — Тогда чем мы прогневили богов, что они лишили нас права на Службу? Мы готовились к этому всю жизнь...

— Нам просто не повезло, — подошла к ней Эйка, и обняв, повторила: — Всего лишь не повезло.

— Так, может, попробуем ещё раз? — произнесла Канами в плечо сестре.

— После твоей выходки? — усмехнулась Эйка, погладив сестру по голове. — Посмотрим. В любом случае, надо подождать, пока сегодняшний день забудется.

— Извини, — опять буркнула Канами.

— Я тоже хочу попробовать, — подала голос молчавшая Хина. — Не хочу до конца жизни бегать с автоматом. Я девушка, мне платья нужны, а не армейская разгрузка, — и, подойдя к старшей сестре, упёрлась лбом ей в плечо. — Он же Аматэру. Если кто и сможет справиться с этим невезением, так это потомок богини.

— Ох, — выдохнула Эйка, и чуть повернувшись, обняла и вторую сестру. — Подождём, посмотрим, а там видно будет. Нам ещё сегодняшний казус заглаживать.

— Простите...


Глава 10

— Аматэру-сан, — встретил меня поклоном Каджо Суйсэн. — Рад снова видеть вас. Ванна готова.

— Ванна — это хорошо... — задумался я. — Когда ужин?

— По плану через два часа, — ответил Суйсэн. — Но если хотите, мы можем быстро приготовить холодные закуски.

— Не надо. Давай чай на две персоны. Пойдём, Ёхай, поговорим, — махнул я тому, направляясь к лестнице. — А вы сидите тут, — глянул я на телохранителей.

Сёстры Ямада с Чуйко отправились к себе, а меня до завтрашнего утра охраняла вторая, чисто мужская, команда. Уже на втором этаже, подходя к моей комнате, Ёхай поинтересовался:

— Ты о девчонках хочешь поговорить? Понимаю, их младшая...

— Покарауль тут, — обратился я к Сэйджуну у двери в комнату.

— Оу, так значит, не о них? — произнёс Ёхай.

Ну да, ради такой малости, как обсуждение сестёр Ямада, я не оставил бы перед дверью Лесника.

— Если тебя это заботит, то давай сначала разберёмся с Ямада, — прошёл я к столу и махнул в сторону одного из двух стульев, стоящих тут как раз для гостей: — Присаживайся.

Правда, второй был завален папками с документами... Ну да все мы не без греха, а чистюли Мизуки, на которую не действуют ограничения, обязательные для слуг, тут не было. Великую Рыжую никогда не останавливали просьбы не трогать те или иные вещи. Именно из-за неё я не держал дома рабочие документы. Ничего секретного в квартал Кояма я и так бы не принёс, но и всякая мелочёвка вечно оказывалась не там, где я её оставлял. Если подумать, то в этом плане Мизуки меня победила — пусть так, но документы перестали валяться по всему дому.

— Кхм, раз так... — присел на стул Ёхай. — Я понимаю, что поведение Канами было неприемлемо, но надеюсь, ты простишь её на этот раз. Я за неё ручаюсь — на её профессионализме это не скажется. Что бы она там ни болтала, в нужный момент Канами прикроет тебя грудью. И я поговорю с девушками — лишних разговоров больше не будет.

— Не стоит, — качнул я головой. — Они не дуры, и сами сделают нужные выводы. А если не сделают... — замолчал я. — В общем, это будут их проблемы. Пока мне достаточно и твоего слова.

— Благодарю за доверие, — кивнул Ёхай.

— Доверие... — улыбнулся я, слегка покачав головой. — Доверие — это не совсем то слово. То есть понятно, что технически это доверие, но... — не смог я сходу подобрать слова. — Слишком это мелко. Я просто знаю, что в этом могу положиться на тебя. А доверие, — поймал я его взгляд, — доверие последует дальше. Возвращаясь к сёстрам Ямада. Их поведение было прогнозируемо. Кто-нибудь из них, не обязательно Канами, но выдал бы нечто подобное.

— Не совсем согласен, — произнёс осторожно Ёхай. — Они профи и...

— Они девушки, — прервал я его с улыбкой. — Пусть их профессия не совсем обычна для женщин, но что есть, то есть. Они привыкли к особому отношению — оно к ним присутствует всегда. Плюс ваша команда довольно малочисленна, и я сам говорил, что выслушаю любого, если ему будет что сказать. Ну и моё к вам отношение сбивало с толку. У вас просто не получалось ощущать себя безликой массой сотни телохранителей, вся задача которых — закрыть меня своим телом от пули. И это нормально. Я установил такие порядки. Канами это, конечно, не сильно оправдывает, речи свои всё равно фильтровать надо, но и винить особо её тоже не в чем. Ну и главное — тебя самого-то не смущает, что девушки бегают по полям, лесам и джунглям, стреляя в плохих парней?

— Смущает? — усмехнулся Ёхай. — Да мне это просто не нравится, но они сами выбрали свой путь, и не мне указывать им, что делать.

— А вот я могу. Пусть и не «что делать», а «что ещё можно сделать», но указать им другой путь я могу.

— И каков этот другой путь? — поинтересовался Ёхай.

— Удивлён, что ты не понимаешь, — усмехнулся я. — Напомню, что знакомые нам три девицы окончили Школу Слуг.

— Оу, точно. Забыл, ха-ха-ха... — рассмеялся он смущённо. — Просто мне сложно представить их в качестве служанок, — пояснил он. — Я с ними не один контракт выполнил, а там всякое случалось. И кишками, бывало, душили, да... А ты вдруг — служанки. Сложно им будет перестроиться.

— Я думаю, справятся, — пожал я плечами.

— Куда ж они денутся, если сменят поле деятельности? — кивнул Ёхай. — Но это непросто, знаешь ли. Хина, например, через казнь прошла, и такое сложно забыть.

— В смысле? — не понял я.

— Ну... — вздохнул Ёхай. — Представь, что тебя и ещё пятерых неудачников поставили в ряд на колени и начали по очереди расстреливать в затылок. Хина последней была, мы её буквально из-под пули вытащили.

— Прикольно, — покачал я головой с улыбкой.

— И что в этом прикольного? — нахмурился Ёхай.

Нахмурился не осуждающе, а скорее не понимая, как я такое мог сморозить.

— Просто я тоже был в такой ситуации, — пожал я плечами. — Только меня никто не пришёл спасать.

— Э... — замер Ёхай. — Но...

— Сам справился.

И стал ведьмаком. Может, и Хина стала бы, не будь она бахироюзером. Кто его знает?

— Сам? Но... — не знал он что сказать.

— Жить захочешь, и не на такое способен будешь. Да там и было-то три десятка бандюганов.

Само собой, для меня тогдашнего это было непросто, повезло, что из трёх десятков противников над душой стояли лишь четверо, а остальные были рассредоточены по аулу. Да и... состояние у меня тогда было то ещё. Я скорее бесчувственный компьютер напоминал.

— Извини... — выдавил он из себя. — Кхм. Извини, что напомнил.

— Ничего, всё нормально. Ты когда осознаешь, что именно я сказал, задашься закономерным вопросом — как такое вообще возможно, ведь я ещё и гораздо моложе тогда был. Я не смогу объяснить тебе «как», если бы знал... — замолчал я, задумавшись о принципах появления ведьмаков. — Да, если бы знал, всё было бы гораздо проще. А вот каким образом я выжил, поведать вполне можно. Для этого я тебя, собственно, и позвал, — положил я ногу на ногу и постучал пальцами по столу. — И тут сразу нужно пояснить — того, что ты услышишь, не должен знать никто. Ты не один «посвящённый», тот же Святов или Сэйджун в курсе. Аматэру Атарашики в курсе. Каджо Суйсэн, мой слуга, тоже в курсе. Я бы тебе и раньше рассказал, но сначала я об этом вообще старался не распространяться, а потом тупо забегался и позабыл. Извини.

— Да не стоит, — ответил удивлённо Ёхай. — Бывает.

— И всё же, — качнул я головой. — Если не брать во внимание некоторые специфические ситуации и личностей, которые узнали обо всём сами... и продолжают молчать, к слову, то именно ты, а не Святов, должен был узнать об этом первым.

— Святов достойный человек, — заметил Ёхай. — Ничего против него не имею.

— Но именно ты начал подкармливать меня в ресторане, — улыбнулся я.

— Пф, — усмехнулся он. — Вот уж ерунда, не стоящая упоминания.

— И когда у меня возникли проблемы, именно ты пришёл на помощь, притащив с собой Святова.

— Он сам пришёл, не надо. Я же объяснял.

— Но позвал его мне помогать — кто?

— Син... — вздохнул Ёхай. — Заканчивай уже. Я сделал то, что велела мне совесть. Это нормально.

— Если бы ты не выполнял контракт, на месте Святова должен был быть ты.

— Я не одиночка, как он... — начал он.

— Так ты не был им, и когда я предложил пойти ко мне.

— Ладно, ладно, — поднял он руки. — Хватит уже смущать меня. Говори, что хотел.

— Только не подумай, что я ставлю кого-то из вас выше, вы оба для меня дороги, просто мне немного стыдно, что о моём патриаршестве ты узнаёшь последним.

После моих слов Ёхай буквально замер. На четыре секунды.

— Прости, не понял тебя. О чём я должен был узнать? — переспросил он.

— О том, что я Патриарх, — улыбнулся я, наслаждаясь выражением его лица.

— Ржавый ствол мне в зад... да с огромной мушкой... — пробормотал он. — И ты — попёрся в Малайзию?!

— Ты сейчас, наверное, думаешь, что удивлён...

— Да я в шоке! — прервал он меня.

— Но это не так, — закончил я. — Станет гораздо интереснее после того, как мы проведём спарринг.

— Зачем?, — не понял он.

— Увидишь. Вот хлебнём чая с дороги и пойдём, продемонстрируешь мне, на что способен. Сейджун, фу! — повысил я голос. — Пропусти наш чай!

И только после этого дверь открылась, да и то не сразу, так как он остановил девушку достаточно далеко от входа, и в комнату зашла Юри в синем кимоно.

Перед тем как выйти, связался со Святовым и попросил найти Антипова, передав ему, чтобы они подходили к дому. После чего уже все вместе мы отправились к найденной мной ранее поляне. Специально искал на всякий случай подобное место. Не на общем же полигоне выбивать дурь из Ёхая. Антипова позвал, так как обещал ему... нет, не так. Намекнул, что приоткрою свой истинный ранг, если он пойдёт работать на меня. Было это ещё в бытность разборок со Змеем, и с тех пор как-то всё руки не доходили поговорить с Кириллом об этом. В принципе, Антипов доказал, что может быть верным. И если он случайно узнает о том, что я Патриарх, печалиться не буду, но и рассказывать специально тоже не намерен. На подобное он не наработал. А вот постоять в сторонке и посмотреть на наш спарринг с Ёхаем... почему бы и нет? Впрочем, это не значит, что ему будет позволено рассказывать об увиденном всем.

— Надо было остальных взять, — хмурился Ёхай, осматривая поляну.

Нас тут было всего пятеро, и телохранителей мы, понятное дело, не брали. Разве что предупредили охрану базы, чем и где собираемся заниматься.

— И смысл тогда было уходить сюда? — приподнял я брови.

— А, ну да, — согласился он.

— Кирилл Романович, — обратился я к Антипову. — Вы как-то...

— Кхм... Прошу прощения, — прервал он меня, — но давай всё-таки по имени. А то мне неудобно.

— Что ж... Кирилл. — кивнул я. — Ты как-то раз спрашивал, на что я реально способен, пришло время продемонстрировать тебе. Всего не покажу, но думаю, ты будешь удовлетворён. А теперь отойдите с Сейджуном к краю поляны, — дождавшись, когда они оставят нас одних, засунул руки в карманы штанов и обратился к Ёхаю: — Давай сразу проясним ситуацию — ты слабее меня, и тебе придётся это принять.

— Я, конечно, мало что знаю о Патриархах, для меня это скорее сказка какая-то, но в тех же сказках они слабаки, — произнёс он с подозрением. — Врут, что ли?

— Нет, — усмехнулся я. — как ни странно, не врут. Просто всего не знают. И это не из-за глупости, — покачал я головой, предугадывая готовые сорваться с уст Ёхая слова. — Понимаю твою подозрительность. Аристократы — в основном они, конечно, — веками собирали информацию о Патриархах, а тут я, такой умный. Но ты должен понимать одну простую вещь, даже две. Во-первых, Патриархи — ценнейший генный материал, а во-вторых — такие как я рождаются в бою, в бою же и развиваются.

— А аристократы делать этого Патриархам не дают, понимаю, — кивнул Ёхай.

Как же просто с простолюдинами в этом плане. Для них Патриархи и правда всего лишь сказки и мифы. В лучшем случае слухи, которым можно верить далеко не всегда. Так что принять новую информацию Ёхаю гораздо проще, чем той же Атарашики, с молоком матери впитавшей в себя аристократические представления о Патриархах.

— Сам механизм инициации Патриарха я не знаю, в курсе лишь нескольких необходимых условий... Даже не так, мне известно лишь одно необходимое для всех условие — нужно пройти через осознание своей неизбежной смерти, и при этом выжить. В остальном же... люди слишком разные. Если бы требовалось только это, Патриархов было бы пруд пруди. Далее... — помолчал я. — Повторюсь — я сильнее тебя. Святов, если что, подтвердит, он это на себе ощутил.

— Почти летать научился, — кивнул Сергеич.

— Предложил бы тебе не сдерживаться, — продолжил я инструктаж Ёхая. — Но даже если ты сможешь сделать это, Антипову рановато знать всё. Поэтому попробуй найти баланс, чтобы и для себя всё решить, и было заметно, что ты даёшь мне поблажку. Но так, для справки — я, если что, «мастера» в своё время одолел.

— Ты серьёзно?

Ну да, всем известно о невозможности стать «мастером» в моём возрасте. Тут, правда, накладывается незнание способностей Патриархов, так что Ёхай просто удивлён. Мало ли на что такие, как я, способны?

— Святов подтвердит, — хмыкнул я.

— То есть... стоп, — потёр переносицу Ёхай. — Святов был свидетелем того, как ты сражаешься с «мастером»? — покосился он на Сергеича, который отвёл взгляд.

— Был, — ответил я.

— И это был первый твой бой с таким противником?

— Первый, — произнёс я осторожно.

— И он допустил это?

— А что бы он мог сделать? — приподнял я бровь.

— Ну, например... — запнулся он. — Да хотя бы сдохнуть, дав тебе время уйти, — закончил он тихо, но зло.

— Слышал историю про нападение на базу в Токио? — спросил я.

— Но... — правильно понял он мой намёк.

— Никто из нас не мог уйти, — озвучил я очевидное. — Мы должны были принять бой.

— Ладно, замяли. Ты, поди, и приказ отдал, чтобы он не вмешивался? — и дождавшись моего кивка, поднял руку: — Извини, Святов. Претензия снята. Был не прав.

— Да что уж там, — вздохнул Сергеич. — Видел бы ты, что там происходило. У меня, блин, сердце пару раз останавливалось. А в конце и вовсе думал — всё. Хотел уже было идти помирать.

— Ваша жизнь принадлежит мне, — отрезал я. — И сдохнуть вы можете только после моего разрешения. Сечёте?

— Да-да, — отмахнулся Святов.

— Я серьёзно, Сергеич. Ты ведь знать не знаешь, на что я способен. Если что, верну с того света в качестве призрака и заставлю джигу танцевать. Оно тебе надо?

— Э... — одновременно произнесли Святов с Ёхаем.

— А ты можешь? — всё же спросил Сергеич.

— Вот и узнаете, — припечатал я. — Но проверять не советую.

— Да мы как бы и не собирались... — пробормотал Святов.

— Всё, иди уже, — кивнул я в сторону Антипова и Сейджуна.

Глянув на удаляющегося Сергеича, Ёхай произнёс:

— По большому счёту я тебе и так верю. Может, не стоит светить силы перед Антиповым?

— Стоит. Это как с сёстрами Ямада — и они, и Антипов могут быть верными, осталось шаг за шагом прибрать эту самую верность к рукам.

— Какой же ты всё-таки порой циничный и меркантильный, — покачал он головой.

— У меня на шее висит несколько тысяч человек, о судьбе которых я должен заботиться. Мне противопоказано быть другим. Ладно, давай уже проверим, на что ты способен, — произнёс я, не вынимая рук из карманов.

— Я? — усмехнулся Ёхай. — Наглый юнец.

Первым делом он запустил в меня «воздушный кулак» — технику, по словам Святова, довольно простую, но в зависимости от напитки бахиром... Пожалуй, проще сказать, в зависимости от ранга пользователя. Легко сказать — напитать технику бахиром, но в большинстве случаев техника зависит не от количества энергии, а от скорости напора, времени, количества и размера импульсов подачи бахира и ещё от множества факторов. Вот и получается, что в зависимости от ранга бахироюзер либо может использовать технику, либо нет. Гениальность Шины в том и состоит, что она осваивает все эти вещи в рекордные сроки. Там, где другим приходится выезжать за счёт опыта, Шина просто делает и не заморачивается. Впрочем, она именно что бахироюзер гениальный, к бойцовским качествам её гений отношения не имеет. Так вот, «воздушный кулак» — это техника, сила которой зависит от ранга пользователя. Ей вполне уместно пользоваться как «ветерану», так и «учителю». Да даже «мастеру», но там уже и защита другая, так что против равного противника на высших рангах «воздушный кулак» не очень эффективен. Как ни крути, а техника эта довольно простая.

Судя по размеру летящей в меня полупрозрачной кометы, Ёхай не стал рисковать и запустил «ветеранский кулак». Я даже с места сходить не стал, да и шевелиться тоже. Просто поставил перед собой «жесткий щит». Следом за «кулаком» последовала «воздушная дробь» — уже более серьёзная вещица. Рисковать Ёхай опять же не стал и запустил в меня десяток дробинок, да ещё и по ногам. И вновь я поставил «жесткий щит». В отличие от «гибкого», он может выдержать сколько угодно попаданий, но и держится всего несколько секунд. Но есть хитрость — его совсем не обязательно держать до победного. Если у тебя хорошая реакция, можно ставить «щит» буквально на мгновение, прямо перед ударом. Жаль, что щиты ведьмаков представляют собой лишь стену — будь это купол, многие битвы прошли бы гораздо проще.

Вслед за «дробью» от Ёхая в мою сторону полетел «серп». Три «серпа» один за другим. Первый я принял на «щит», от второго увернулся, отойдя в сторону, не одного лишь пафоса ради, но и чтобы ввести в заблуждение насчёт моей защиты, а от третьего ушёл «рывком» в сторону. После чего с помощью того же «рывка» оказался вплотную к Ёхаю. Подсечка — и потерявший равновесие Ёхай получил в грудь удар, приправленный «толчком». Умение, почти не наносящее урона, зато очень далеко отбрасывающее. По желанию далеко. Я откинул Ёхая метров на десять. Полсекунды ожидания, и ещё один «рывок», после чего бедолага, только-только приземлившийся, отхватил смачный удар ногой в живот и вновь отправился в полёт. На этот раз всего на пять метров, но я и «толчок» не использовал. Чистая ударная мощь.

На ноги Ёхай поднялся достаточно быстро, чему я и не мешал. Потрёпанным он не выглядел, если не считать внешности, ну так я и врезал ему фактически всего один раз. В следующие десять минут Ёхай показал мне довольно приличный набор техник, от которых я, понятное дело, уходил. «Учительскими», правда, из них были очень немногие, но «ветерану» скорость создания шансов не оставляла, так что Антипов должен составить вполне конкретное мнение о моих возможностях. А вот я бил не сдерживаясь. Правда, опять же, только руками и ногами. Никаких внешне заметных техник.

— Всё, хватит! — поднял я руку после того, как в очередной раз хорошенько вдарил Ёхаю. — Пойдём.

Приблизившись к стоящим в стороне мужчинам, был встречен уважительным взглядом Антипова.

— Впечатляет. Я так понимаю, никто из вас не сражался всерьёз?

— Ну так, — пожал я плечами. — Ты наверняка заметил, что у меня особый стиль боя, и если бы мы бились всерьёз, кто-то мог покалечиться. Я, например. С защитой у меня так себе.

— Тебе и скорости хватает, — покачал головой Антипов.

— На то и расчёт, — кивнул я и махнул рукой: — Ладно, свободны. Мы тут с Ёхаем ещё побеседуем о... — покосился я на него. — О роли телохранителей, а вы можете уже идти.

— Понял, — произнёс Антипов. — И спасибо за доверие.

— Надеюсь, когда-нибудь ты узнаешь ещё больше, — улыбнулся я. — Но для таких вещей нужно время. Ну или мозги набекрень, — усмехнулся я, бросив взгляд на Сейджуна.

Говорили мы на русском, так что, кроме Антипова и Святова, никто меня не понял. Дождавшись, пока парни из далёкой России... или не очень далёкой, это смотря с какой стороны поглядеть, отошли подальше, обратился к Ёхаю:

— Пойдём, — и, посмотрев на Сейджуна, добавил: — А ты тут подожди.

— Ты ещё что-то показать хочешь? — спросил Ёхай, когда мы вернулись в центр поляны.

— Для начала поведай мне, что ты думаешь о моей силе.

— Сложно сказать, — вздохнул он. — Ты точно на уровне «учителя», и удары твои впечатляют. Но ты ведь всего не показал. К тому же меня смущает, что у тебя нет аналога «покрова», ну или на худой конец, «доспеха духа». Ветки и другой мусор от близких взрывов точно тебя доставали.

— Ты мой телохранитель, и я хочу, чтобы ты осознал, на что я способен. Потому наш спарринг продолжится, но уже без свидетелей. Можешь использовать всё, что захочешь. Мне почему-то кажется, что ты не до конца поверил, что я могу справиться с «мастером».

— Да нет, я верю, — пожал он плечами. — Ну не врали же вы со Святовым в таком вопросе.

— Веришь, но не осознаёшь, — кивнул я. — Это нормально. Для того мы сюда и пришли, чтобы ты печёнкой всё прочувствовал. Или почками, как получится.

— Что-то мне уже боязно, — усмехнулся он.

— Ты готов?

— Да, — ответил он и тут же отправил в меня несколько «серпов».

Я же не стал, как в начале, паясничать, а сразу совершил «рывок» в сторону... и вышел практически под ещё один «серп», который буквально на автомате отбил тыльной стороной руки. Всё произошло очень быстро, и понять, подловил меня Ёхай или просто вслед первым «серпам» отправил широкой волной следующие, я не успел, так как с помощью того же «рывка» уже летел к Ёхаю. Правой в челюсть, левой в живот, подсечка, и в то короткое мгновение, пока он был в воздухе, с двух рук бью «толчком», направляя его полёт в ближайшее дерево. Накидываю на себя ещё один «фокус» помимо того, что уже были, ещё больше ускоряюсь и вновь ухожу в «рывок». Когда я приблизился к Ёхаю, он только-только поднялся на ноги, опираясь спиной о дерево, в которое секунду назад врезался. И, собственно, всё. Две секунды — двадцать ударов, совмещённых с «разрывом». Можно и быстрей, но я же не хочу его убить. Бедный Ёхай мог лишь вздрагивать прижатый моими кулаками к дереву, а под конец я просто схватил его за горло и поднял в воздух, держа на одной руке.

— Готов сдаться? — спросил я, глядя в его мутные глаза.

— Я...

— С тобой говорит... — запнулся я на мгновение, чуть не выдав привычное «абсолют». — Аматэру. Не смей мямлить, когда обращаешься ко мне, — после чего пустил через руку молнию. Не боевую, просто жахнул его током. — Ты признаёшь поражение?

— Да, — выдохнул он.

— То-то же, — отпустил я его шею, отчего он свалился мне под ноги. — Мы друзья, Ёхай, и я тебя как друга прошу — никогда не сомневайся в моей силе, — а в ответ тишина. — Эй, ты там не помер? — присел я рядом с ним на корточки.

— Не дождёшься, — прохрипел он.

— Ты меня так не пугай, — похлопал я его по плечу. — Я уж хотел начать злобный ритуал вытаскивания тебя из ада.

— Я хреново танцую, ты в курсе? — усмехнулся он, постепенно приходя в себя. — Мог бы и аккуратнее действовать.

— Да куда уж аккуратнее... — пробормотал я. — Как печень? Почки?

— Бухать мне в ближайшее время противопоказано, — опёрся он на моё плечо, начав подниматься на ноги.

— Сочувствую, — усмехнулся я, тоже вставая.

— Врёшь ведь.

— Вру, — кивнул я. — Не люблю алкоголиков.

— Беда, — протянул он, покрутив шеей. — С таким начальником и его методами внушения и правда можно бросить пить. Слушай, — произнёс он, переведя на меня взгляд. — А ведь получается, что мы тебе только мешаем. Ладно я, но ведь остальные телохранители слабее, да и не в курсе твоей силы.

— Ёхай, — вздохнул я. — Ну да, в целом так и есть. Но я ведь и правда не собираюсь лезть в пекло. А личный отряд быстрого реагирования не помешает. К тому же, если бы вы действительно мне мешали, вы бы и занимались чем-нибудь другим. Главное, ты теперь знаешь, на что я способен. Точнее — что я силён. И если вдруг что, воспользуешься своим авторитетом среди бойцов. А то выйдет как со Святовым.

— А что с ним не так? — поинтересовался он с любопытством.

— Героя из себя строить стал, за что и получил впоследствии головомойку. Спроси у него при случае про историю в токийском порту.

— Спрошу, — усмехнулся он. — Хм, надо бы вырезать композицию по этой теме, — заявил он неожиданно.

— По какой? — не догнал я.

— Представь — валяешься ты такой на земле, а над тобой я и, поставив ногу на твою грудь, пафосно так говорю: «С тобой говорит Ёхай Ёги».

— Да иди ты, — ткнул я его локтём. — Что б ты понимал в силе пафоса. Кстати, спросить хотел, после первой волны «серпов» ты наобум вторую пустил или знал, где я появлюсь?

— Первое, — демонстративно вздохнул Ёхай. — Просто пустил «серпы» широкой волной.

— Ну и слава богам. А то уж думал, предсказуемым становлюсь.

В тот момент всё произошло слишком быстро, но то, что я успел немного напрячься, я помню. Ещё бы, прямо на вражеский «серп» прыгнул. Впрочем, пока возвращался на базу, меня волновало не это — фигня случается, как говорится, могло и мне не повезти. Гораздо интереснее было то, что я отбил тот «серп» ладонью. Просто отмахнулся на автомате. Как, чёрт подери, у меня это получилось?!

* * *

Когда я с телохранителями вернулся на базу, приспущенный ранее флаг с гербом Аматэру вновь поднялся на флагштоке, установленном в центре её территории. Может, из-за этого, а может, и по случайности, но посланники Родов Амин и Латиф прибыли на переговоры именно сейчас, а не когда я отсутствовал. Пришли тихо, отправив вперёд доверенного человека, чтобы тот предупредил о двух «мастерах» в десяти минутах езды от базы. Генрих Тодт, когда ему доложили об этом, первым делом отправил сообщение Клаусу, а сам ломанулся ко мне. Не скажу, что он сильно волновался, но два монстра от бахира фактически у ворот базы, комендантом которой он является, не могли оставить его равнодушным. В конце концов где два, там и третий может быть. Мало ли. А если ещё и армия вражеская? Я, конечно, предупреждал его о предполагаемых гостях, но именно о двух «мастерах» не подумал даже я. Тем не менее, отработал Тодт на пять с плюсом. Без суеты, без объявления тревоги выделил пару человек и отправил их проводить посланников внутрь. У нас же на данный момент на базе наличествовал лишь один «мастер» — Суйсэн. Мориц и малаец Махатхира должны были вернуться со дня на день, а Щукин с Добрыкиным — уже вместе с основной частью войск.

Гостей встречали Святов и Сейджун с подавителем, которые и проводили их ко мне в дом, где мы разместились в гостиной. Поведение слуг изменилось. Немного, я даже не понял сначала, в чём именно, но то, что они позволяли себе среди своих, было задвинуто куда подальше, и перед нашими гостями предстали идеальные Слуги. Чуть более короткий шаг близняшек, чуть более выверенные поклоны, меньше эмоций. Даже, кажется, траектории их движения изменилась. Они превратились в незаметные тени, которые тем не менее всегда рядом. А вот Суйсэн старался мелькать пореже, держась подальше от подавителя. Видимо, чтобы жахнуть бахиром, если придётся. Да, подавитель сильно ослабляет техники, попавшие в зону его действия, но до конца не блокирует. Во всяком случае, техники уровня «мастера». Ну и не забываем камонтоку. У Семьи Каджо это «невидимые руки», и стоит Суйсэну только активировать их... не только Каджо, вообще любое камонтоку, и никакой подавитель ничего не сможет сделать. Активировать Родовую способность в зоне подавления не выйдет, а вот если она уже работает — другое дело. Лично я убедился в этом на примере камонтоку Токугава, чей демон не спешил развеяться, попав под действие подавителя.

Вместе с Абдуллахом к нам прибыл последний «мастер» Рода Латиф — Лифен, мать убиенного недавно главы Рода и бабка нынешнего. Ровесница Атарашики, но в отличие от неё, Лифен выглядела гораздо хуже. Если Атарашики внешне можно дать около шестидесяти пяти, то китаянке — лет сто. Причём обе имеют ранг «мастер», так что я не знаю, почему такая разница. Хотя стоит отметить, что именно Атарашики выбивается из нормы — выглядеть моложе своего возраста всегда труднее, чем наоборот. Впрочем, не могу не заметить, что несмотря на вид скрюченного жизнью реликта, в голосе Лифен не было старческого дребезжания. Таких старушек вполне можно десятилетиями хоронить.

— Госпожа Латиф, — слегка поклонился я после того, как Абдулах нас представил.

— Аматэру-сан, — кивнула она в ответ. — Простите, что не кланяюсь — спина, чтоб её.

Что ж, неформальный тон беседы задан, и так как меня это устраивает, менять ничего я не буду. Кстати, обратилась она ко мне на вполне приличном японском.

— Понимаю, — кивнул я с улыбкой. — Не волнуйтесь, моё почтение к вашему возрасту достаточно велико, чтобы не обращать внимания на такие мелочи. Прошу, проходите, — чуть повернувшись, указал я им на гостиную, где нас дожидались кресла и стол с чаем.

Сейджун занял заранее оговорённое место, чтобы покрыть подавителем всё помещение, а Святов остался за порогом дома вместе с моими телохранителями, рассредоточившимися вокруг здания.

— О, — сделала глоток чая Лифен. — Знаменитый «Дэнто но аджи».

Был у меня в загашнике гораздо более редкий «Савамори агику», но я боялся, что малайцы его не оценят. Точнее, просто не узнают. Слишком уж он редкий. Я и с «Дэнто но аджи» сомневался, но, как видно, зря. Если бы не Атарашики, кстати, я бы насчёт чая не заморачивался, но она настояла. У неё и так запасы были, но после подарка Акэти, который те всучили нам на одном из их приёмов, мне была выделена парочка очень редких сортов. Ну как — мне... Суйсэну. Видимо, Кагами не очень стеснялась в эпитетах, рассказывая старухе о моих отношениях с чаем. Я по-прежнему считаю, что всё это преклонение перед напитком — фигня полная, но если бабам так хочется, то могут звать меня, как хотят. Хоть «осквернитель», хоть «уничтожитель». Вникать в это их чайное таинство я всё равно не намерен. Меня и кофе устраивает.

— Рад, что вам понравилось, — обозначил я поклон головы.

— Я бы так не сказала, — поставила она чашку на стол. — Этот сорт чая слишком перехвален. На наших плантациях растёт и получше.

— Рос, — поправил я. — Насколько я знаю, там теперь пепелище. Да и не ваши они уже, эти плантации.

— Ещё как минимум год они будут нашими, — ответила она ровно.

— Ваш оптимизм внушает уважение, — улыбнулся я. — Но мы ведь здесь не о чае собрались говорить. Давайте обсудим интересующие нас вопросы.

— Если мы обсуждаем вопросы, интересующие обе стороны, то деловые переговоры уже идут. Ну а если только ваши, то нам нечего здесь делать.

Резковато она начала. Что ж...

— В таком случае вы, госпожа Лифен, можете идти домой, а мы с господином Амином выпьем напоследок этого прекрасного напитка, — произнёс я на английском, ясно давая понять, кто тут победитель, а кто проигравший, всем присутствующим.

— Я никуда не тороплюсь, Аматэру-сан, — пошла она на попятную. — Лично мне некуда торопиться.

— В таком случае давайте начнём переговоры, — произнёс я, чем поставил точку в этой небольшой перепалке. Ведь если переговоры начнутся только сейчас, то всё сказанное ею до этого ничего не стоит. — И начнём с главного — вы согласны с предварительным планом? Оба ваших клана согласны?

— Мы готовы попробовать, — взял слово Абдуллах. — Если наши действия не будут означать предательство королевского Рода.

— Хочу уточнить, — произнёс я. — Именно предательств

о или... скажем, не пойдут во вред?

Первый пункт означает вассалитет, что для клана странно, вот я и решил выделить этот момент.

— Хм, — взяла старуха в руки чашку.

— Скорее, второе, — всё же ответил Абдуллах.

— В таком случае ещё одно уточнение — вы имеете в виду весь Род короля или именно его?

— Род, — ответила быстро Лифен.

— Это упрощает дело, — кивнул я.

— Вредить королю мы тоже не будем, — произнёс Абдуллах. — Ведь пока он король, он и есть Род, а значит, гарант того, что мы Клан.

— Я понимаю. Но ведь кроме короля есть ещё и его двоюродный брат, — пожал я плечами.

— А он-то вам чем не угодил? — удивилась Лифен.

— Ничем, — улыбнулся я. — Как бы даже наоборот — именно его я предпочёл бы в качестве короля.

Точнее, я предпочёл бы активную грызню за власть.

— Даже так? — приподняла седые брови старуха. — Понимаю... Но мы далеки от государственной политики и вряд ли сможем вам помочь.

Да и не стали бы, даже если могли. Как и любой другой клан мира. Иначе правители задумались бы — а зачем им такой гемор под боком. В первую очередь кланы — поддержка правителя, а не наоборот. Это государственная аристократия клянётся в верности сначала государству, а уже потом королю или императору, а кланы только потому и существуют, что им разрешено это главой государства. Но мне ведь и не нужно от них активной помощи. Пусть для начала сведут меня с претендентом на трон, ну или его представителем, а там видно будет.

— Я в любом случае не попросил бы от вас ничего, что поставило бы ваше право называться кланом под угрозу. Нарочно, во всяком случае. И уж точно не стал бы ничего подобного требовать, — произнёс я после того, как сделал глоток чая.

— Я рада, что мы ведём переговоры со столь умным человеком, Аматэру-сан, — попыталась польстить мне Лифен, и, будь я реально семнадцатилетним пацаном, это могло бы сработать.

— В таком случае давайте обсудим то, чего я хочу от вас и что могу за это предложить вам.


Глава 11

По большому счёту, начало разговора с представителями двух малайских кланов можно считать первым раундом переговоров. Мы прощупали друг друга, составили предварительное мнение, уточнили некоторые вопросы и только потом перешли к главному.

— Надо понимать, — произнёс я, поставив на стол чашку с чаем, — что все наши планы предварительные и могут меняться по ходу обсуждения. Поэтому предварительно, — выделил я последнее слово, — мне требуется от вас создание направления атаки королевских войск. Если я буду точно знать, где они пойдут, будет гораздо проще их встретить. Для этого я выделю вам кусок земли на границе своей территории, который помогу удержать после того, как просижу здесь год.

— Вплоть до получения этими землями статуса Родовых двух наших кланов, — как бы между прочим вставила Лифен.

— Но я буду именно что помогать, — заметил я. — Делать всю работу за вас я не намерен.

— В таком случае ещё одно уточнение, — подал голос Абдуллах. — Вы будете помогать конкретным Родам под предводительством наших двух.

Быстренько прогнав в голове смысл его слов, я уточнил:

— Хотите перестраховаться, если вам придётся отречься от Малайзии? Вы настолько не верите в разумность ваших правителей?

В целом это лишний геморрой для меня в будущем, но сложные времена требуют сложных решений.

— Это маловероятный сценарий, — ответил Абдуллах, — но он возможен.

— Что ж, — подумал я ещё несколько секунд. — Пусть так, но помогать я буду только в разборках с государством Малайзия.

— И её кланами, — дополнил Абдуллах.

— Помогать, — произнёс я медленно. — Сражаться за вас я не собираюсь. Выбить чужие силы с обозначенных территорий — это одно, но защищать вас, если вы решите обороняться — это совсем другое.

— Тогда какой смысл нам заключать с вами соглашение, Аматэру-сан? — спросила Лифен.

— А какой мне смысл тратить свои ресурсы и жизни моих людей ради вас, при этом не получая ничего взамен? Вы, значит, будете в тепле сидеть, а я за вас отдуваться? В этом случае вам даже не потребуется признание ваших земель Родовыми. Зачем, если этот статус вы получаете за наш счёт?

— Вы передёргиваете, господин Аматэру, — произнёс Абдуллах. — Мы ведь не просим вас защищать нас ото всего мира — только от малазийских сил. Поэтому признание земель за нами хоть каким-то государством нам в любом случае потребуется.

— Но до этого момента моим людям придётся умирать за ваши интересы.

— Вы свою выгоду получаете сразу.

— Господин Амин, — улыбнулся я. — Вы всерьёз думаете, что такой хомут на шею стоит того, что я с вас получу? Я вполне смогу воевать и без вашей помощи. В конце концов, мы пришли сюда с уже разработанной стратегией, в которой вы не учитывались.

— В таком случае, мы должны предложить вам ещё что-нибудь, — произнёс он, глядя мне в глаза.

— Например?

— Например, будущего «виртуоза», — ответил он. — Гений клана Амин, Эрна. Ей двадцать один, и она будет вам достойной супругой.

— Мне не нужна жена, — усмехнулся я, чем сильно удивил своих собеседников. — Дома и без неё от претенденток не отбиться. К тому же она женщина. Для статуса, конечно, неплохо, но не более того. Уж чего-чего, а статуса и репутации у Рода Аматэру и без неё в избытке. Ваш гений не стоит проблем, растянутых на десятилетия. Я уж не говорю о том, что не стоит Родовых земель.

— Но... — не знал, что сказать Абдуллах.

— Земли ещё должны стать Родовыми, — выручила его Лифен. — И заниматься этим будем в основном мы.

— Но воевать за них нам, — возразил я.

— Мы предлагаем вам «виртуоза», — произнесла она. — А взамен получаем не такой уж и большой шанс на получение Родовых земель. При этом мы можем потерять статус Клана. Как ни крути, а именно мы несём основную часть риска.

— Ваш риск более чем оправдан, иначе вы не пришли бы сюда. А что получаю я? «Виртуоза», которого даже в бой не пошлёшь? Удобное мне направление атаки короля? Так я направление и без вас могу организовать. С вами просто легче.

— Ну а мы-то что тогда получаем? — спросила Лифен. — Вы хоть понимаете, насколько мал шанс того, что земли станут Родовыми? Ну будем мы туда постоянно возвращаться, и что? В какой-то момент королю будет проще ничего не делать, он в любом случае теряет кусок земли, но официально она будут принадлежать ему. Что, к слову, даст королю юридическую возможность не просто нас выгнать оттуда, а ещё и преступниками объявить. Ведь частные земли — а они даже частными не будут — подпадают под законы государства, в котором находятся. Объявят, что мы здесь наркотики делаем, и всё. Это с Родовыми землями надо ещё доказать, что мы наркотой торгуем, а в нашем случае хватит и этого.

Ну да, на Родовых землях аристократы могут что угодно творить. Наркотики? Фигня. Вот если их потом уличат в продаже, скажем, героина на территории государства, тогда да.

— Хорошо. Отлично, — кивнул я старухе. В конечном счёте, будущий «виртуоз» — просто бонус. Мне главное — выйти на малайских аристократов. — Вы рискуете, я ничего не получаю. Давайте забудем о вашем гении. Оставьте её себе. Вернёмся к первоначальному плану с некоторыми уточнениями. Во-первых — Род Аматэру не будет воевать за вас, соответственно, и вы не будете отрекаться от своего короля. В итоге вы просто получаете небольшой шанс, и всё. Я выделяю вам кусок земли, на котором вы будете якобы обороняться. После нашего здесь закрепления — ровно через год — мы обязуемся выгонять с той земли любые малайские силы, кроме вас. Как вы этим воспользуетесь, решать вам. Срока давности нет, то есть я буду выгонять малайцев до тех пор, пока сижу тут. Но и вам более ничем не помогу.

— И какой тогда во всём этом смысл? — спокойно спросил Абдуллах.

— Смысл? — удивился я напоказ. — Вы получаете шанс на обретение Родовых земель. Маленький, но шанс. Я получаю гораздо меньше, кстати. В противном случае... — взял я небольшую паузу. — Вы не получаете ничего. И ничего не меняется. Я всё равно вас отсюда выдавлю. Вы можете пойти на принцип и вернуться, но что вы получите, кроме потерь и трат? Ничего. Потому что я отступать не намерен, и ресурсы для войны у меня найдутся. Ах да, ещё одно уточнение. Если после того, как вас прогонят с земель, вы не вернётесь обратно в течение года, то я всё забираю себе. Вы ведь не забыли, что случается, когда японец просидит на ваших землях год?

— Это становится всё более бессмысленным, — покачала головой Лифен.

— Шанс у вас будет, а без меня — нет, — пожал я плечами. — Ах, ну да, ещё ведь останется связь со мной. За это вы тоже можете что-нибудь получить, только уже от ваших аристократов. По мне, встать в позу и остаться ни с чем — как-то глупо. Даже если меня отсюда выдавят, вы-то что получите? Вы ведь даже не королевская аристократия, вам за геройство ничего не положено.

— Те же Родовые земли, — не согласился Абдуллах.

— И каков шанс, что вы проявите себя настолько, что даже ваш прижимистый король признает доблесть кланов Амин и Латиф? Доблесть и необходимый для Родовых земель вклад в войну, — уточнил я.

— М-да... — не удержался Абдуллах.

Такое и правда было сложно представить, особенно с их королём.

— Предположим, — задумчиво проговорила Лифен. — Только предположим, что мы помогли вам с вашей войной и не нарушили договор с королевским Родом. Будет ли это достаточной причиной для пересмотра наших договорённостей в сторону большей помощи от Рода Аматэру?

— Само собой, — кивнул я. — За всё нужно платить, и я готов это делать.

— Но как оценивать эту самую помощь? — спросила она.

— С этим сложнее, — кивнул я. — Для начала устройте мне встречу с представителем двоюродного брата короля.

— Сомневаюсь, что мы сможем, — поджал губы Абдуллах.

— Пожалуй, — задумался я. — Ну, тогда просто передайте ему моё желание поговорить. Ну и на чай заглядывайте. Будет интересно послушать о жизни вашей аристократии. Сравнить её с Японией, — чуть усмехнулся я.

— Это можно, — кивнул Абдуллах.

Хотя я сомневаюсь, что они будут сильно стараться — куш невелик, всего лишь поблажки в договоре, да ещё и неизвестные заранее, а риск прослыть предателями присутствует.

— Ещё один момент, — вновь заговорила Лифен. — Насчёт невозможности наших кланов вернуться на... предполагаемые Родовые земли в течение года.

Ну да, они должны были поднять этот вопрос, уж больно он скользкий.

— Если это произойдёт, — вздохнул я напоказ, — я не смогу убедительно изобразить... отступление. И оставление части уже своих Родовых земель. Это не самым лучшим образом отразится на репутации Рода. Вы должны меня понять, всё-таки Родовые земли — не пустяк.

— Да, но... — замялась старуха.

Вот так, сходу, обосновать подобные мои действия она не может. Они и сами тут сидят, балансируя на грани фола, из-за тех самых Родовых земель. Потому очень даже понимают и их ценность, и сложность ситуации, в которой я окажусь. Точнее, не я, а весь мой Род. Не могу я просто взять и отдать... Так, стоп.

— Возможно, со временем ситуация изменится и... — начал говорить Абдуллах.

Бред, к слову, какой-то начал говорить. Во всяком случае, в контексте нашего разговора.

— Прошу прощения, — поднял я руку, прерывая его. — Дайте мне пару минут.

Прикрыв глаза, попытался ухватить промелькнувшую мысль. Могу ли я позволить захватить часть своих земель? Чисто теоретически могу, если всем будет очевиден такой ход и заметна моя выгода. Какая? Да тот же будущий «виртуоз». В целом на меня всё равно будут посматривать с неодобрением — пусть и притворство, но всё же проигрыш. А что Амин и Латиф? Ну вот получают они якобы отбитые земли, и что? Королевский Род и прошлую-то потерю не признал — по их мнению, предыдущий японский альянс, захвативший штат Сабах, до сих пор сидит на оккупированных, но всё ещё малайских землях. Так что тут и Аминам с Латиф ничего не перепадёт. Они просто отвоюют королевский кусок земли. Получат они что-нибудь с этого? Сомневаюсь. Не с их королём. Да и с другим вряд ли. Максимум выделили бы им кусочек земли, не идущий ни в какое сравнение с отвоёванным. Так что по факту для Аминов и Латиф ничего бы не изменилось, а я получил бы будущего «виртуоза» и небольшую потерю репутации. Хотя нет, с репутацией не всё так просто... или... нет, тут... блин.

Земли придётся отдавать ровно столько, сколько «стоит» женщина-«виртуоз». То есть всяко меньше, чем задумано изначально. Сейчас я отдаю не свою землю, а вот потом она уже будет моей. Но пойдут ли на это малайцы? По факту для них ничего не изменится, но земли будет меньше, а «виртуоз» уходит на сторону. А с другой — нужно ли мне суетиться? Ну не достанется мне Эрна Амин, и что? Переживу. Гораздо хуже, что они не будут стараться мне помочь внутри самой Малайзии. Но опять же — даже того, что они сделают, мне вполне может хватить. Мне бы только с королевской оппозицией связаться, а там либо договорюсь... — ну или повлияю в нужную мне сторону — либо нет. Во втором случае мне никакие Латиф и Амин не помогут. Так стоит ли мне суетиться, напрягаться, терять кусок земли в конце-то концов? Чего ради? Будущего «виртуоза», разве что. Но это, к сожалению, действительно повод. А уж если посмотреть на ситуацию глазами жителя этого мира, а не моими, то теряю я даже больше. Лично я рассчитывал выдать её за одного из моих людей, но это, как ни крути, проблемы. С самой Эрной и её роднёй в первую очередь. Да ладно роднёй, иметь рядом обиженного «виртуоза» как-то некомфортно, а она точно обидится. Потомственную аристократку, да замуж за Слугу... Даже если всё... когда всё удастся, и я получу право основать клан, выдам Герб её мужу, осадочек всё равно останется. Не беда, в общем-то — ради такого она вряд ли устроит локальный Армагеддон, особенно если у неё уже будут дети, но она ведь и раньше может сорваться. Когда я там клан получу, бабка в решете видела, а тем же «мастером» девушка станет уже относительно скоро. Лет через десять максимум. Я бы всё равно рискнул, что уж тут, но надо учитывать, что я в другом мире, да в стране другой, так что с выбором мужа для Эрны можно поступить иначе. Выдать её за Казуки! А что? Разница в возрасте меньше десяти лет, в Род его приму — оставлять парня Слугой всё же не стоит. О чувствах вообще молчу — ничего такого, через что мне самому не придётся пройти, не случится — первая моя жена будет выбрана Атарашики, а не мной.

В общем, куда деть гения клана Амин, я найду, осталось её получить. Только вот как? Ладно, с размером будущих земель Амины, предположим, согласятся, но что тогда делать с Латиф? Платить им за чужого «виртуоза» я не намерен. Да и способ передачи земли остаётся под вопросом. По нынешнему плану они и правда не отдадут девушку, на их условиях не буду заключать договор я — жирно им будет. Отдать с боем уже Родовые земли? Та же жопа, только сбоку. Да и не хочется мне так отдавать земли. Блин, должен же быть какой-то выход. Он всегда есть. Весь мой жизненный опыт говорит, что это так. Всегда можно, если хорошенько подумать, найти... Так... Стоп.

Кажется, придумал. Что мне мешает просто отдать им кусок земли? Вот просто отдать. Без боя. В качестве дара. Это ведь моё, что хочу, то и делаю. Да я могу отдать им половину всего, чем владею. Окружающие, конечно, покрутят пальцем у виска, но ни одна собака не посмеет заикнуться, что Аматэру слабаки, просравшие кусок Родовых земель. А в данном случае и этого не будет, скорее, начнут суетиться и выяснять, что такого Аматэру купили за эту цену. А другая сторона? Хех, забавно. Дьявол всегда, всегда, сука, кроется в мелочах. С одной стороны, бой, по итогам которого два клана возвращают государству и так принадлежащую ему землю, а с другой — дар. Та же самая земля, но отданная в дар, добровольно. И в том, и в другом случае земля принадлежит королю — юридически, во всяком случае — но если через бой ты возвращаешь, то в дар получаешь то, что тебе не принадлежит. То есть у местной аристократии теоретическое столкнётся с практическим. По бумагам земля королевская, а на практике королю она не принадлежит. Так в чью же сторону сделает выбор малайская аристократия? Нюансы, мелочи... Одна из задач кланов — помогать правителю, и если у него что-то захватили, а кланы отбили, то им ничего не принадлежит, иначе просить помощи у кланов в различных войнах было бы слишком расточительно. Вспоминаем того же Мэйдзи. По факту у него отобрали всё. Юридически он всё ещё был Императором, но ничем при этом не владел. Вообще ничем. И если бы кланы могли оставлять себе завоёванное, сейчас бы Япония была поделена между ними, а сам Мэйдзи в лучшем случае владел бы кусочком земли. А вот дар, дар — это немного другое. Если малайский король попытается отобрать земли, которые ему по факту не принадлежат, на дыбы встанут все. Подозреваю, даже королевская аристократия. А даже если ему ничего и не предъявят сразу, то обязательно — чуть позже. И надо быть полным дебилом, чтобы не понимать этого, чего за нынешним королём — и его двоюродным братом, к слову — замечено не было. Королевскому Роду придётся признать земли за Аминами и Латиф, потому что бездействие тоже будет бросать на него тень. Ну а если король попытается провернуть какую-нибудь аферу, на которую намекала Лифен, это будет равносильно отбиранию земли. Даже намёк на то, что земли не Родовые, будет аналогичен попытке их отобрать. Намекать нельзя, молчать нельзя, отобрать нельзя... Как я и сказал — королю придётся признать их, пусть на бумаге они и принадлежат ему. А самое забавное, у меня и повод есть подарить земли Аминам, и имя этому поводу — Эрна Амин.

Нам даже скрывать ничего не надо. Хотя нет, на всякий случай лучше немного подстраховаться. Чтобы это не было похоже на сговор с врагом — они ведь, кроме всего прочего, «виртуоза» во вражескую страну отдают — можно обставить дело так, что Эрна уже у меня. Заложник она. А по окончании войны, чтобы не отхватить проблем с этим самым «виртуозом» в будущем, я великодушно передаю часть земли в их пользование. Хм, тогда и у короля будет ещё меньше поводов бучу поднимать, ведь в этом случае клан Амин и вовсе чуть ли не пострадавшая сторона. Они честно сражались за короля, хоть тот их и не просил, но в итоге проиграли. А дарованные земли становятся ещё более... дарованными, если так можно выразиться. Ну или откупными за то, что Амины всё равно вернуть не смогут. И потеряли они это, опять же, в войне за короля.

Есть ещё один момент в таком развитии ситуации. Клан Амин с высокой долей вероятности получает Родовые земли. Причём им даже ничего особого и делать-то не придётся. Но только в том случае, если у меня всё получится, и я просижу тут год. Будут ли они из кожи вон лезть, чтобы помочь мне? Конечно, будут. Я ведь не намерен подталкивать их к предательству. Точнее, к действиям, которые можно интерпретировать как предательство. Они, несомненно, будут держаться в определённых рамках, но в пределах очерченного будут делать всё, что могут. Остаётся всего одна проблема, и имя ей Латиф. Этот клан полностью выпадает из наших договорённостей. Им просто нечего мне предложить. Всё, что могут они, смогут и Амины.

— Я придумал, как разрешить наш с вами вопрос, — заговорил я наконец.

— Внимательно слушаем, господин Аматэру, — произнёс Абдуллах.

— Решение неочевидное, но стоит признать, лежит на поверхности, — положил я руки на подлокотники кресла. — Если вы готовы посодействовать в разрешении моего конфликта с королевским Родом... Хотя давайте прямо. Мне нужно просидеть здесь год, и если вы поможете мне в этом — не нарушая кланового договора с королём, само собой — я обязуюсь передать вам в дар часть своих земель. А чтобы вас потом не обвинили в чём-то плохом, вы передадите мне Эрну Амин. И пусть потом кто-нибудь попробует сказать, что вы не дрались до последнего.

Было заметно, как шестерёнки в головах двух стариков закрутились с огромной скоростью. Молчали они меньше меня, чуть больше двух минут, в то время как я — аж целых три.

— Я правильно понимаю, вы отдадите нам земли в дар? Земли, признанные Родовыми вашим Императором? — спросил Абдуллах.

— Именно. Для общественности это будет дар в качестве откупных, за то, что вы позволите Эрне остаться у меня. Но по факту это будет именно что подарок.

— Я... — произнёс Абдуллах и покосился на Лифен. — Я не могу найти изъяна в этом плане. Он и правда идеален. Но получается, вам не нужна база, через которую пройдут королевские войска?

— С этим я разберусь, — ответил я.

— Получается, — произнесла спокойно Лифен, — что Род Латиф вам не нужен?

Подтверждать её догадку вслух мне не хотелось, поэтому я поступил несколько иначе.

— Я готов выделить... скажем пятьдесят квадратных километров земли. А уж там разбирайтесь сами. Это довольно много, как видите.

— Двести, — тут же отреагировала старуха.

— Побойтесь богов, — протянул я. — Ваша помощь не стоит столько. «Виртуоз» не стоит столько, а именно на него будут ориентироваться окружающие. В этом плане и пятьдесят квадратов слишком много.

— Тогда нам придётся продолжить нашу борьбу, — пожала она плечами. — Вы ведь сдержите своё слово? Дадите мне свободно уйти?

Это типа намёк на то, что она слишком много знает и будет мешать. Даже Абдуллах покосился на неё с некоторым удивлением.

— Это оскорбительно с вашей стороны, госпожа Лифен, подозревать меня в намерении нарушить данное слово. Но чтобы избежать мороки, связанной с необходимостью гонять по лесам ваши жалкие силы, я готов накинуть пять квадратных километров.

— Вы платите за спокойствие, Аматэру-сан. Ведь чем больше территория дружественных вам кланов у вас на границе, тем меньше вам нужно этих самых границ охранять, — сменила она тактику, оставив угрозы позади. Впрочем, использовать их постоянно опасно, разве что для самого начала торга. — Думаю, жалкие сто девяносто пять квадратных километров стоит того.

— Вы всё ещё называете нереальные цифры, госпожа Латиф, — грустно покачал я головой. — Меня засмеют, если я отдам столько. Вот шестьдесят квадратных километров более жизненно.

— Мы согласны и на сто девяносто.

Я люблю читать. И в той жизни любил, и в этой. Так вот, у меня всегда вызывало улыбку, когда упоминались жаба и хомяк героя. Ладно если это случалось редко, но, если подобное в книге на постоянной основе, хочется покачать головой. Я понимаю, что не хочется называть жадность и алчность своими именами, особенно приписывать их герою, но давайте уж говорить прямо. У меня вообще много отрицательных черт, я, например, признаю, что жаден. Не люблю отдавать своё, но если надо... Для того и коплю богатства, в конце концов. Но отдавать за просто так? Когда мы тут всё завоюем, для меня и двести квадратных километров отдать не проблема будет, но, чёрт возьми, пусть предложат что-то взамен! Латиф же тупо, внаглую пытается отжать у меня кусок земли. И я к таким подвижкам отношусь крайне негативно.

— Да за сто девяносто километров я не только свою, я ещё и вашу границу охранять буду, — ответил я старухе. — Урежь хотелки, старушенция.

Смена стиля разговора явно сбила её с толку. Лифен не Атарашики, к подобному не привычна.

— Эм... Господин Аматэру... — перешла она на привычное ей обращение. — Кхм... Сто восемьдесят и совместный чайный бизнес. Мы владеем плантациями не только в округе Мири. Да и рынки сбыта вам будет найти не так-то просто.

Неплохое предложение, кстати. Но не в том случае, если «сто восемьдесят», это квадратные километры Родовых земель.

— Чайный бизнес с рынками сбыта? — задумался я напоказ. Даже палец к подбородку приложил. — Отличное предложение... для вас. Учитывая, что вы сильно продвинетесь за счёт фамилии Аматэру. А что получим мы? Вы ведь не думаете, что меня заинтересует столь тонкий денежный ручеёк?

— Не такой уж и тонкий, — проворчала Лифен. — Сто семьдесят, и мы...

— Госпожа Латиф, — прервал я её. — Ну хватит. Вы ведь понимаете, что это нереально. Мне действительно не хочется ссориться с вами в преддверии заключения договора с кланом Амин, но я не отдам вам просто так столь значительный кусок земли. Давайте будем реалистами. Шестьдесят квадратных километров — это и так очень много. Если бы не вы, я и пятидесяти не предложил бы.

— Ладно, — выдавила она из себя. — Сто квадратов, и клан Латиф отдаст вам девочку с чистой кровью. Вам она, может, и не подойдёт — по политическим причинам, — добавила она быстро, — но если найдёте ей достаточно сильного мужа... — замолчала она, сделав многозначительную паузу.

Чистая кровь, забавно. Я о таких людях только от Атарашики узнал. Это не секретная тема, просто слишком обыденная. Люди с так называемой чистой кровью не так уж и редки, но и не многочисленны. Рождаются в подавляющем большинстве случаев среди аристократов. Насколько я понял из рассказа Атарашики, сила... видимо, бахир, имеет свойство концентрироваться в потомках, что и объясняет некоторое превосходство в этом плане аристократов над простолюдинами. Как правило, этим всё и заканчивается. Но иногда рождаются дети, в которых силы слишком много. Настолько много, что сами они её контролируют очень плохо. Зато эта самая сила отлично взаимодействует с сексуальным партнёром. И, как я понял, именно взаимодействует, точнее, именно в этом вся фишка. В общем, если у «чистой крови» партнёр «мастер», то девять из десяти, что ребёнок тоже будет «мастером». Если «виртуоз», соответственно, будет «виртуоз». Но где их взять, тех «виртуозов»? «Мастер», конечно, тоже круто, но устраивать войну или даже небольшой конфликт, который может и в войну перерасти, ради «чистой крови» никто не будет. К тому же и ценятся-то, в основном, именно девочки, просто потому, что женщин-«мастеров» еще меньше, чем мужчин-«виртуозов». Да и те, если что, практически все старики. Да и «мастера» отнюдь не юнцы. Вот и получается некий казус — возможность родить сильного ребёнка вроде есть, а на практике малоприменима. Вот где я возьму этой девочке «мастера»? То есть они-то у меня есть, но кто из них согласится обрюхатить ребёнка? К примеру, Щукин жаждет обзавестись семьёй, и такое ему... может и послать. Разве что приказать им, да что-то у меня и самого душа к подобному не лежит. Про «виртуоза» вообще молчу. Ждать, когда она повзрослеет? А мои мастера к тому моменту вообще детей смогут иметь? Время, знаете ли, жестокая штука.

— И сколько лет вашей девочке? — спросил я для проформы. Чтоб, значит, был повод отказать.

— Семнадцать, — ответила старуха.

Блин... Я думал, она моложе. Рожать уже может, но для меня её ценность всё равно невелика. Даже если она родит двух... — пусть будет по максимуму, трёх мастеров, — стоят они столько отданной земли? Не, ну три мастера — это, конечно, круто, не спорю. А если будут девочки? Да и до «мастера» детям нужно дорасти... Блин, да мы с Казуки больше «мастеров» и «виртуозов» Роду обеспечим. Так что нет, не стоит «чистая кровь» столько.

— Десять километров могу накинуть, — всё же выдавил я.

Алчность, да. Алчность боролась во мне с жадностью.

— Этого мало, — покачала головой Лифен.

— Да у нас за шесть соток готовы сотнями убивать, а вам десять километров... квадратных, мало?!

— Это для одного Рода много, а для клана — мало, — не согласилась она. — Нам ведь ещё и своим Родам что-то выделить нужно.

— Сорок клану Амин, тридцать Латиф, — возразил я. — А тридцать квадратных километров Родовых земель, да практически за просто так — это офигеть как много.

— Не за просто так, — качнула она головой. — Накиньте ещё десять, Аматэру-сан, чтобы клану Амин достались пятьдесят, а нам тридцать. Всё-таки основной вклад будет с их стороны.

— Вы вообще слышали когда-нибудь, чтобы земли раздавали в таком количестве? — спросил я. — И за что, за ребёнка с чистой кровью?

— Не только за это, — поджала она губы. — Если вы осуществите задуманное, вы получите весь округ Мири, а это очень большие территории. Жалкие восемьдесят квадратных километров просто теряются на этом фоне.

— Во-первых — не считайте мои будущие земли, госпожа Латиф. Они мои, — начал я. — Во-вторых — две трети этого округа горы. Куда их девать прикажете? И в-третьих — я всего лишь наблюдатель, а воюют тут Слуги Рода. Именно им достанется основной кусок территорий. Плюс их союзникам. Так что я, можно сказать, от души отрываю вашу плату. И за что, спрашивается? Да за просто так!

— Не за просто так! — рассердилась старуха. — Может, у вас что-нибудь и получится, может, вы и сможете просидеть тут целый год, а может, и нет! Но без нас вам в любом случае придётся труднее. Вы правы, у нас не маленькие запросы, но вы уже готовы выделить семьдесят квадратных километров. Уже. За просто так? Что-то я сильно сомневаюсь. Мы вам нужны, Аматэру-сан. А без клана Латиф ваш договор ни к чему не приведёт. Причём, заметьте, Аматэру-сан, я вам даже не угрожаю, просто далеко не факт, что клан Амин выкинет нас за борт. Мы слишком долго были союзниками. Думаете, у меня не найдётся слов, чтобы убедить наши кланы отказать вам? И не смотрите на Абдуллаха, мальчик влиятелен, но и я ещё кое-чего стою.

По краю старая ходит. Как бы её сам Абдуллах не прибил — Родовые земли не шутка. Мне, в общем-то, плевать на старуху, но если её и будут убивать, то ещё до возвращения в клан, а значит, на моё слово о безопасности падёт тень. А если дать ей дойти самой, придержав старика, то... В общем, расстанься мы на такой ноте, и о договоре и правда можно будет забыть. А теперь вопрос — насколько он мне важен? Достаточно сильно, стоит признать. Мне нужен выход на местную аристократию, и если моими контактёрами будут такие же малайские аристократы, это сильно упростит задачу. С учётом того, что атаки альянса японских кланов можно не ждать — если их, конечно, отсюда не сподвигнуть на такой поступок — то у меня если и не день, то каждая неделя на счету. Переговоры ведь такое дело, могут месяцами, а то и годами идти, что меня совсем не устраивает. Это с прижатыми к стенке Аминами на пару с Латиф можно быстро договориться, с другими и правда может затянуться. А там, не дай бог, и их король психанёт, позвав англичан раньше планируемого. Чёрт, да много чего произойти может.

— Вы здраво рассуждаете, госпожа Латиф, — кивнул я пару раз медленно. — Но почему-то даже не пытаетесь посмотреть на ситуацию с моей стороны. Я уж не говорю о том, что молокосос, сидящий напротив вас, может быть по-подростковому мстителен. Ладно, боги со мной, но с чего вы взяли, что урождённая Аматэру, узнав о претензиях каких-то Латиф, останется столь же спокойной, как и я?

— Аматэру не нарушают договор, — ответила спокойно Лифен.

— Ни один аристократ, если он обладает чуточкой разума, не станет нарушать заключённый договор. Ох, ну если он не малаец, конечно, — приподнял я руки над подлокотниками кресла.

— Хватит этих игр, Аматэру-сан, — поморщилась Лифен. — Поздно, раз уж мы тут сидим.

— А это не игры, госпожа Латиф. Вы слишком плохо обо мне думаете, — ответил я спокойно.

— Значит, это обычное оскорбление, — пожала она плечами.

— Меня умиляют ваши попытки захапать побольше, не платить и выглядеть при этом святыми героями. Нет, госпожа Латиф, — не дал я ей вставить слова. — Это не оскорбление.

— Семьдесят пять квадратных километров, — выдавила она.

Наконец-то. После всего, что она наговорила, я просто не мог пойти у неё на поводу. Она не только себя, но ещё и меня загнала в ловушку. Я Аматэру, я не могу позволить ставить мне условия каким-то Латиф. В общем-то, я и на какие другие поблажки был готов пойти, пусть даже символические, но она должна была обозначить, что пошла на попятную. Увы, но в бытии членом столь древнего Рода есть и свои минусы. Протупи сейчас старуха или закуси удила, и пришлось бы херить договор с ними к чёрту. Может, и удалось бы потом договориться отдельно с кланом Амин, но скорее всего — вряд ли. Уж больно убедительна была Лифен, говоря о своём влиянии.

— Договорились, — кивнул я. — Давайте обсудим детали.


Глава 12

Тянуть с началом выполнения договорённостей малайцы не стали, и уже в конце недели на базу прибыли наши... хотя, пожалуй, именно мои заложницы. Надеюсь, всё будет тип-топ, и они станут чьими-то жёнами. Старшая, статная смуглянка в очках, отойдёт Казуки, а вот что делать с младшей — платиновой блондинкой, такой же смуглой, как и её подруга по несчастью — я пока не знаю. Обе выглядели немного потерянными и явно не знали, что делать сейчас, и что с ними будет потом. Разве что старшенькая, Эрна, хотя бы старалась держать себя в руках и не показывать, что на душе творится. М-да, их ведь как скот продали. С себя я ответственности за данный эпизод не снимаю, но ведь и их родственником не являюсь. Забавный выверт сознания, кстати — меня коробит от того, как с ними поступила их родня, а вот за собой вины не ощущаю. Хотя именно во мне главная причина их проблем.

— Госпожа Амин, госпожа Латиф, — улыбнулся я девушкам. — Надеюсь, вам понравятся ваши комнаты.

При упоминании комнат стоящая неподалёку Юри сделала к нам пару шагов и поклонилась. Именно она проведёт их в апартаменты. Жить они, кстати, будут на втором этаже, рядом со мной. Ну а через месяцок, когда всё утрясётся более-менее, отвезу их в Японию. Всё равно с Атарашики договаривался о побывке, так что ехать придётся. Не факт, что именно через месяц, но придётся. Я тут уже два месяца сижу и, признаться, не думал, что дело так затянется. К этому моменту обе базы малайцев на территории Мири уже должны были быть захвачены. Теперь же придётся рискнуть и пойти ко второй базе, пока король готовит силы для атаки. Точнее, он уже почти готов — в том и риск. Действовать нам придётся очень быстро.

Подойдя ближе, обе девушки остановились в паре шагов и, синхронно поклонившись, произнесли на английском:

— Приветствуем, господин Аматэру.

— Я рад встречать вас в своём доме, — произнёс я, кивая. — И если вы не против, давайте перейдём на имена. Меня зовут Синдзи.

Первой после небольшой паузы подала голос старшая.

— Меня зовут Эрна, господин Синдзи, — произнесла она неуверенно, покосившись на стоящего неподалёку Сейджуна.

— А меня — Раха, — сразу вслед за ней представилась младшая. И даже робко улыбнулась.

Судя по всему, Раха приходит в себя от смены своего положения. Но думаю, это объяснимо. В конце концов, она, скорее всего, уже давно смирилась с тем, что её вот так вот кому-нибудь отдадут. В то время как Эрна у нас — не кто иной, как гений клана, уж она-то привыкла к особому отношению. А тут просто взяли и отдали. Ах да, это ведь и произойти всё должно было чуть ли не в один момент. Сегодня ты принцесса, а завтра уже товар.

— Приятно познакомиться с вами лично, леди. Прошу, ваши комнаты ждут вас, — указал я рукой на лестницу, ведущую на второй этаж. — Если хотите, можете отдохнуть с дороги.

— Спасибо, — кивнула Эрна. — Денёк и правда выдался суматошный.

Проводив взглядом девушек, поднимающихся по лестнице, я повернулся к Суйсэну.

— Займись их багажом. Сейджун поможет, — бросил я взгляд на телохранителя, как бы говоря ему: «иди, помоги».

Наша разведка, надо признать, была довольно убогой, но даже её хватило, чтобы узнать численность сил, которые собирается бросить против нас король Малайзии. И если смотреть на цифры, они впечатляли — около пятидесяти тысяч человек и порядка двух сотен единиц шагающей техники. Плюсом ко всему прочему началось шевеление на двух военно-воздушных базах страны. С технической точки зрения у малайцев всё было в порядке — обеспечение имеется, логистика хорошая, техника современная, а вот с людьми — не очень. Возглавлял королевские силы Джабир ибн Дани из Рода Асатани, ставший генералом в возрасте двадцати лет, в то время как сейчас ему уже пятьдесят восемь. И вроде опыт должен иметь значительный, но всё, чем он занимался, это втаптыванием в грязь аристократов, не понравившихся королю — причём только за счёт огромного численного преимущества. Да и то, по информации от Охаяси, умудрялся порой нести значительные потери. Прямолинейный, как топор, и верный королю, словно пёс. Сколько в его армии будет «мастеров», нам неизвестно, а вот «виртуоза» король, похоже, не отпустит. В общем, тактик из Джабира так себе, но самое приятное для нас, что он один из самых опытных генералов короля, то есть остальные ещё более бесполезны в столкновении с равным противником. Остаётся надеяться, что разведка Охаяси не ошиблась, и он действительно настолько плох, как о нем говорят. Впрочем, даже если ошиблась, наше расположение довольно удобное, а времени было достаточно, чтобы подготовиться. Проблема, в общем-то, одна — вторая база, расположенная у нас в тылу. Уже завтра я отправлюсь к основным силам, которые собираются в её окрестностях, дабы раз и навсегда разобраться с ней. По идее, я должен быть уже там, но пришлось ждать приезда девчонок.

В обед хотел познакомиться с дамами поближе, но они оказались какими-то слишком уж зажатыми. Разговорить-то их можно — на прямые вопросы они отвечали, — но у меня не было ни желания, ни настроения прилагать усилия. Время есть, так что не стоит форсировать события в первый же день знакомства. Но кое-что отметить надо. Насколько я понял, до этой истории они не были подругами, возможно — знакомыми, но уж точно не подругами. Да и теперь не особо друг на друга рассчитывали. Ближе к ужину послал к ним Юри с вопросом, где они будут трапезничать — на первом этаже со мной или у себя — обе выбрали второе. Кто-то может сказать, что поступили они неумно, учитывая, что надо налаживать связи, но им всё же простительно. Возможно, будь на моём месте... не знаю... дурак, это действительно было бы глупо с их стороны, но что есть, то есть. Наутро же, позавтракав в одиночестве, я отправился к месту расположения основных сил, готовящихся к атаке второй базы.

Времени у нас было мало, так что для меня не стало сюрпризом, что Щукин начал обстрел базы малайцев раньше срока. К тому моменту, как я туда прибыл, наши бойцы уже полночи этим занимались, и на этот раз наконец работала недавно прибывшая реактивная артиллерия, на деле показывающая, почему её так сложно достать. Обстрел предваряла диверсия разведчиков, таки воспользовавшихся добытыми мной данными. Так что малайцам было ну совсем невесело. Отступать некуда, да им бы начальство и не простило подобного — в отличие от первой базы, с обеспечением тут всё было в порядке.

Сидя на раскладном стуле в штабной палатке, я слушал завывания реактивных залпов, среди которых слышалось буханье артиллерии обычной.

— Господин, — подошла ко мне старшая Ямада.

— Спасибо, Эйка, — кивнул я, принимая из её рук чашку с кофе. — Антон Геннадьевич, а вы хоть предлагали им сдаться? — озвучил я пришедшую в голову мысль. — Вряд ли, конечно, но они могли и сложить оружие.

— Предлагали, — бросил он на меня взгляд. — Но они отказались.

— Ясно, — сделал я глоток.

Ну а что ещё сказать? Шанс на то, что они сдадутся, был и правда крайне мал. Щукин же положил на стол планшет, который он держал всё это время, и вытянулся на стуле, заскрипевшем под его весом.

— У нас очень мало времени, — заявил он. — И это моя ошибка. Не нужно было ждать последних караванов с техникой. Да и вообще накапливать дополнительные силы. Мы бы и так справились.

— Мы успеем? — спросил я его, сделав ещё один глоток.

Ответил Щукин не сразу.

— Успеем. Но придётся смириться с потерями. Мы не можем обстреливать их слишком долго.

Плохо.

— Думаешь, Джабир выступит со дня на день? — спросил я.

— Ну не настолько же он дурак, чтобы дожидаться, пока мы тут закончим? — пожал плечами Щукин.

— Но, насколько я знаю, ещё не все его силы переправлены в Восточную Малайзию.

— Только потому мы и рискнули сначала покончить с этим местом, — ответил Щукин. — Уверен, зубы о наши границы он пообламывает, но долго это не продлится. У нас дня три на эту базу, после чего надо будет возвращаться... — задумался он о чём-то своём. — Да, пожалуй, завтра утром устроим разведку боем.

Может, с ними сходить? Да не, ребячество. Там и без меня справятся.

Первая атака и правда была всего лишь разведкой, показавшей нам, что малайцы всё ещё готовы сражаться. Ну а бункеры и различные ДОТы позволили им сохранить достаточно сил для обороны. Радует, что во всей Восточной Малайзии только эта база настолько хорошо укреплена. Почти крепость. А вот в Западной Малайзии... хотя там именно что крепости, их и базами-то назвать стыдно. Плюс настоящий укрепрайон вдоль границ с Сукотаем. В общем, малайцы реально боятся удара с той стороны, в отличие, к слову, от этой.

После первой атаки Щукин отдал приказ на ещё один артобстрел, только уже без реактивной артиллерии. Просто подавил несколько огневых точек. После чего пошёл во главе следующей волны, которая плавно переросла в штурм. Судя по тому, что я услышал из переговоров операторов, малайцы где-то там затупили и отдали важную точку. Точнее, Щукин захватил плацдарм и обнаружил, что может продолжать наступление, так как противник отступил слишком далеко. Вот он и продолжил. Надо отметить, нам сильно повезло, что у малайцев практически не было техники. Хотя нет, тут не в везении дело, а в точном расчёте. В общем, наши силы встретили всего два мобильных доспеха под прикрытием вражеского «мастера». В одиночку — остальных накрыло артиллерией ещё при первом залпе, что, несомненно, лишь их оплошность, так как нефиг выбирать комфорт офицерской казармы вместо бункера, когда враг стоит у твоей базы. Потом, правда, выяснилось, что выжил не один «мастер», а трое, но это им не сильно помогло. Современная война, это вам не средневековье, что Япония и доказывает которое уже десятилетие — сражаться без поддержки тяжёлой техники с небольшой кучкой средних и тяжёлых МПД даже «мастерам» трудно. Особенно если у противника всё вышеперечисленное в наличии. Того же «мастера», самого первого, тупо прижали огнём три тяжёлых МД, а когда он ушёл в глухую оборону, расстреляли со спины тяжелые МПД Антипова. Против слаженного залпа восьми двадцатипятимиллиметровых орудий, которые МПД используют в качестве штурмовых винтовок, даже «доспеху духа» уровня «мастера» не устоять. Впрочем, это и так было понятно, «доспех духа» на такое не рассчитан, скорее, «мастер» был не сильно опытный, подставился и не сумел уйти или защититься... Или там и опытный сгинул бы? Ладно, смысл, наверное понятен. Рулит не ранг — если это не «виртуоз», — рулит умение использовать людей с нужным рангом. Ну и — да, в большой войне даже «виртуозы» гибнут только в путь. Нам это, кстати, вскоре предстоит доказать. Не в ближайшее время, я имею ввиду, а в целом. В течение года. Точнее, уже десяти месяцев. Также надо учесть, чтобы в будущем не зазвездиться, что малайцы всё же не славятся огромной силой, умением и опытом. Как индивидуальные бойцы они ничем не хуже представителей большинства других стран, а вот по части масштабных боевых действий — где-то позади копошатся. Те ещё вояки, короче.

В общем, базу мы захватили, ещё одного штурма не потребовалось. Сражайся малайцы до последнего, и нам бы не удалось сделать это так быстро, но они начали сдаваться уже через три часа штурма, а через шесть база была под нашим контролем. Но даже так наши потери составили сорок два человека убитыми и сто восемь ранеными. В основном потери понесли наёмники, но и среди моих людей были пострадавшие, в частности тридцать два раненых и двое убитых. Все из бывших Докья. Собственно, только они в штурме и принимали участие, в то время как русские и немцы сейчас вперемешку с наёмниками и людьми Махатхира рассредоточены на наших границах. Щукин, кстати, не стал надолго задерживаться у второй базы — пара часов на сбор докладов и вникание в ситуацию, после чего вместе с Добрыкиным сорвался на те самые границы. А вот я с небольшой частью наших бойцов остался на месте — хотелось понять, что именно мы сумели захватить.

Прежде всего стоит упомянуть порядка четырёх тысяч пленных. Держать их у себя смысла не было, но и отпускать вот прямо сейчас не стоило. Подождём, пока будут разбиты силы генерала Джабира, и только тогда выгоним с наших территорий. Собственно, именно это мы им первым делом и пояснили, не про Джабира, конечно, а про то, что они вскоре будут отпущены. Чтоб, значит, не мутили тут воду почём зря. В конце концов, это не война на уничтожение, и я не собираюсь вырезать всех малайцев поголовно, а без этого держать у себя пленных смысла особого нет. Да и в этом случае их проще уничтожить. А так, король и без них найдёт тех, кто будет со мной сражаться. Зато слух о том, что мы отпускаем пленных, может не раз нам помочь. Разве что офицеров на всякий случай оставим. Не дай бог, конечно, но если мои люди попадут в плен, мне понадобится кто-то, на кого их можно будет обменять. Именно здесь, к слову, и будет построена тюрьма, в которой мы станем содержать этих самых офицеров. Всё-таки некоторые из них ни много ни мало, а «учителя», и держать их постоянно под химией довольно... неудобно. Безопаснее для нас, но неудобно. Проще обшитые дилетитом камеры под землёй оборудовать. Благо здесь как раз дофига бункеров.

Трофеи даже перечислять не буду, скажу проще — малайская часть нашей армии обеспечена надолго. Даже техникой разжились, правда в основном колёсной и в небольшом количестве. А вот шагоходы раздолбаны в хлам. Как меня убедили техники, пару «Вавилонов» они из этого металлолома соберут, но нужно ли это нам — тот ещё вопрос. Задерживаться надолго у второй базы я не стал — собрал данные, удовлетворил любопытство да поехал обратно. Домой, уже на свою базу. Мчаться на границу смысла не было, а вот принять ванну и переночевать в постели хотелось.

— Ёхай, — обратился я к нему, когда мы подходили к моему дому, — сегодня обе смены пусть отдыхают.

— Но... — начал он. — Ладно, понял. Сегодня все отдыхают.

— Эйка, ты хорошо готовишь? — спросил я.

— А? — удивилась она. — Смею надеяться, что неплохо.

— Возьмёшь на себя готовку в походе? А то я задолбался есть то, что готовят на общих кухнях.

— Конечно, — кивнула она. — Без проблем. Но если позволите заметить, Канами готовит лучше.

— Канами... — улыбнулся я. — Пусть так. Отвечаешь за еду ты, а... за еду для всего нашего отряда, — уточнил я. — А кто именно будет готовить, мне, в принципе, не важно.

— Как скажете, господин Аматэру, — приняла она вводную.

— Тогда все свободны, — остановился у калитки, обведя народ взглядом. — Кроме тебя, — напомнил я Эйке.

В гостиной нас уже ожидал Суйсэн, который с поклоном поприветствовал меня.

— Добрый вечер, господин. Ужин почти готов, ванна наполнена и ожидает вас.

— И тебе добрый вечер, — улыбнулся я. — Как тут у вас дела? Наши гостьи не буянят?

— Они почти не выходят из своих комнат, господин. Но, как мне кажется, это ненадолго. Скука в любом случае победит. В остальном всё спокойно.

— Ну и отлично. Вот, — кивнул я на Эйку, стоящую у меня за плечом, для чего пришлось обернуться. — Она теперь будет ответственна за моё питание в походах. Позаботься, чтобы у неё было с чем работать. Ну там, специи, ингредиенты какие. Продукты она на месте найдёт, а о мелочах вы с ней позаботьтесь.

— Как прикажете, господин, — поклонился он вновь.

После ванны я отправился к себе переодеться, после чего вновь спустился в гостиную и только тогда ощутил некую неправильность. Осмотрелся, заглянул на кухню, где суетились не только Эйка с Суйсэном, но и обе близняшки.

— Господин, — слегка поклонился мне старик.

Остальные, естественно, поклонились ниже.

— Кто-нибудь видел Сейджуна?

— Ваш телохранитель отправлен за машиной, — ответил Суйсэн.

— Прошу прощения, Аматэру-сан, — ещё раз поклонилась Эйка. — Это я отправила его. Продуктов выходит довольно много, и лучше иметь ещё машину. Хотя бы джип.

— Даже так? — слегка удивился я. — Ладно, как скажешь. Мне Сейджун, в общем-то, не нужен... просто... Словом, не отвлекайтесь. И уточните у наших дам, — мотнул я головой в потолок, — где они будут ужинать.

Забавно, но мой верный пёсик умудрился очень плотно вписаться в окружение, так что его отсутствие... резало глаз, скажем так. Будто нечто давно привычное и постоянно присутствующее рядом вдруг исчезло.

Эрна и Раха на ужин все же спустились, видимо, скука, о которой говорил Суйсэн, уже начала давить. Да и сам ужин прошёл чуть более непринуждённо, чем в последний раз. Дамы, конечно, полностью не раскрепостились, но и былой скованности в них не было. Стеснительность, пожалуй, да, а вот скованности не было. Раха даже спросила, как прошло то дело, ради которого я уезжал.

— Всё хорошо, — улыбнулся я ей. — Не идеально, конечно, но хорошо. Вы только не обижайтесь, но вояки из местных не очень.

— Вы сражались с нашими кланами?! — вскинулась Эрна.

— Нет, что ты, — покачал я головой. — Я имел ввиду малайцев в целом. А сражались мы с силами короля. Убрали последний его оплот на наших землях.

— Вам всё равно не победить, — пробормотала она. — Никто не даст вам сидеть здесь целый год.

Оу, зубки прорезались, или она так степень дозволенного выясняет?

— Это будет непросто, — кивнул я серьёзно, — но шансы есть. Мы бы и не сунулись сюда, не будь шансов.

— И вас не смущает, что вы стали причиной стольких смертей? — спросила Эрна, уперев взгляд в свою тарелку.

Слова, которые я наверняка услышал бы в своём мире, но здесь? От аристократки?

— Уж больно куш велик, — только и ответил я.

Она даже вскинулась от моих слов, но так ничего и не сказала. Зато подала голос Раха.

— Вы настоящий злодей, — промямлила она.

— Да... — откликнулся я. — Да, можно сказать и так. Но необходимо отметить, что злодей лишь для вполне определённой стороны. Всего лишь для одного маленького государства. В то время как для всего остального мира мои действия — доблесть. Если, конечно, всё получится, — усмехнулся я. — В противном случае это будет глупостью. Но уж никак не злодейством. И да, ещё один момент — если у нас всё получится, вы станете частью Великого Рода, одного из древнейших в мире, и часть этой доблести достанется и вам.

— А эта доблесть вернёт мне брата? — спросила Раха.

Вот дерьмище...

— Нет, — честно говоря, понятия не имел, что говорить, я бы на её месте ненавидел подобного мне злодея всей душой. — Не вернёт. Но она позволит прожить уже твоим детям дольше. И лучше.

Фигня, конечно. Семнадцатилетней девчонке наплевать на будущих детей, не в том она возрасте, чтобы задумываться об этом. Однако и придумать что-то лучше у меня вот так с ходу не получилось.

— Понятно... — совсем уж тихо пробормотала она.

— Если хочешь, я верну тебя домой. Верну вас обеих, — добавил я, посмотрев на Эрну. — Ваша родня даже не узнает истинной причины — придумаю что-нибудь. Обставлю дело так, что никто не сможет обвинить вас в том, что вы стали причиной расторжения договора.

— Вот так просто? — посмотрела на меня Эрна.

— Вот так просто, — кивнул я. — Со стороны может показаться, что вы товар, но это не так. Не более чем любая другая девушка, выданная замуж. И судьба вас ждёт такая же — семья, а не рабство. И если вы затаили зло в своём сердце... Вы в своём праве, — вздохнул я. — И я не хочу калечить жизнь ни вам, ни вашим будущим мужьям. Ни к чему хорошему это не приведёт. Вы ведь понимаете? Через некоторое время я ненадолго вернусь в Японию и собирался забрать вас с собой. Теперь же... думайте. Времени у вас с месяц где-то, если захотите — я верну вас родным, и никто не узнает, что так захотели вы. А насчёт твоего брата, — посмотрел я на Раху. — Запомни мои слова: если когда-нибудь ты захочешь мести, только скажи, и я предстану перед тем, кого ты выберешь в качестве мстителя. «Виртуоз» это будет или «мастер», мне не важно. Один на один, сила на силу, без поддержки моих людей. Без мести со стороны Рода, если я проиграю. Я готов принять твой гнев.

Сомневаюсь, что она найдёт где-то «виртуоза», готового сражаться за неё, но даже если и сможет, будет это не скоро.

— То есть, — подняла взгляд Раха. — Если я прямо сейчас попрошу Эрну сразиться с тобой и ты проиграешь, мы сможем спокойно уйти к своим?

— Если она победит, — кивнул я. — В противном случае уйдёшь только ты. Сомневаюсь, что Эрна переживёт этот поединок.

Точнее, я просто не отпущу её живой.

— Вы слишком высокомерны и самоуверенны, господин Аматэру, — пробормотала девочка, вновь опустив взгляд.

Ну да, я же только что заявил, что уделаю «учителя».

— У тебя тоже кто-то умер? — спросил я на Эрну.

Я, конечно, могу отличить правду от лжи... — не без нюансов, естественно, но тем не менее, — однако эта способность не действует на постоянной основе. То есть мне надо немного сосредоточиться. Вот я и сосредоточился, задав этот вопрос.

— Нет, — ответила она спокойно. — Во всяком случае, никого из близких, за которых мне хотелось бы мстить. И я бы не согласилась на её просьбу.

Не врёт, это хорошо.

— Да я бы и не стала просить, — буркнула себе под нос Раха.

Во всяком случае, я разобрал её слова именно так, но точно не скажу — уж больно силён был акцент на этот раз, а английский, как ни крути, не мой родной язык.

— Что ж, — произнёс я. — Рад, что мы разобрались с этим. Думайте, решайте. Время на это у вас есть.

— Я... — начала что-то говорить Раха, но вновь опустила голову, так и не закончив. — Ничего, извините.

— Если есть что сказать, можешь говорить, — посмотрел я на неё. — Обещаю — тебе за это ничего не будет. Если мы обсудим наши проблемы, проще будет и тебе, и мне.

— Ничего, — опять пробурчала она.

— Господин Аматэру, — начала неуверенно Эрна. — Дозволено ли мне будет спросить...

— Конечно, — произнёс я по возможности мягко.

— Отец сказал, что моим мужем будете не вы, — сказала она по-прежнему неуверенно. — Но если это так, то кто? Как я слышала... — замялась девушка. — Как я слышала, у Рода Аматэру... не очень много представителей.

— Ну уж мужа мы тебе найдём, — улыбнулся я, предпочитая умолчать о том, что рассматривал идею выдать её за Слугу. — Да, он будет младше тебя, но он будет Аматэру.

— А... А почему не вы? — спросила она тихо.

Ну да, я же наследник, и это всем известно. Если уж выходить замуж, то лучше за будущего главу Рода.

— Политика, — пожал я плечами. — Я, конечно, мог бы стать в позу, но не вижу смысла.

— Понятно, — кивнула она. — Клан Амин в этом плане не слишком подходит.

— Именно. Род Аматэру, несомненно, велик, но в данный момент переживает не лучшие времена... — начал я, но был прерван смешком Эрны.

— Прошу прощения, господин Аматэру, — извинилась она. — Просто наши понятия о «не лучших временах» несколько различаются.

Оу, ну да. Вряд ли кланы Амин и Латиф даже в лучшие свои времена смогли бы провернуть то, чем сейчас занимаюсь я.

— И тем не менее, ситуация в Роду не самая лучшая, — обозначил я улыбку. — Так что даже для нас женитьба — дело непростое.

— Понимаю, — кивнула она. — Спасибо за пояснение.

— Не за что, — пожал я плечами. — Но давайте вернёмся к чему-нибудь более обыденному. Например, к тому, как вы устроились. Может, вам что-то нужно?

* * *

Стук в дверь был довольно неожиданным для Рахи. Учитывая, что время уже за полночь и беспокоить её просто некому. Сама она в тот момент собиралась ложиться спать, сидя в одной ночнушке перед зеркалом, и гостей явно не ждала. Да и какие гости в этом доме? В любом случае, вслед за удивлением девочку посетило любопытство, так что дверь она открывала с заметным интересом.

— А, так это ты... — произнесла она разочарованно.

— Ожидала кого-то другого? — спросила стоящая на пороге Эрна, одетая, как и Раха, в одну лишь ночную рубашку.

— Да нет, просто... Проходи, чего уж теперь, — посторонилась она, пропуская приятельницу внутрь.

Зайдя в комнату и оглядевшись, Эрна подошла к свободному стулу и элегантно присела на него, продолжая держать спину прямо и источая аристократичность.

— И всё же, кого ты ждала? — спросила она.

— Никого, — буркнула Раха, присаживаясь на кровать. — Просто... Ну уж точно не тебя. Просто было интересно, а тут ты. Слишком банально.

— А ты у нас, оказывается, довольно любопытна, — усмехнулась Эрна.

— Какая есть, — пожала плечами Раха.

До этого момента девушки не то чтобы ни разу не встречались, но и подругами их назвать сложно. Даже просто знакомыми — пересекались они нечасто. Кто ж знал, что судьба сведёт их вместе, да ещё и в такой ситуации?

— Чем занимаешься? — спросила Эрна.

— Что? — не поняла Раха, вот уж чего-чего, а этого вопроса она не ожидала услышать.

— Днём, — пожала плечами Эрна. — Вечером. Чем ты досуг скрашиваешь?

На что получила взмах рукой, указывающий на планшет, лежащий на письменном столе.

— Книги, фильмы, игры. Чем тут ещё заниматься?

— А вот я сглупила, — вздохнула Эрна. — Взяла с собой несколько книг, пару фильмов да принадлежности для вышивания. Не поделишься своими запасами? Я не особо люблю игры, но делать всё равно нечего. Да и книги с фильмами будет интересно посмотреть. Вряд ли мы с тобой одно и то же взяли.

— Только завтра, ладно? Сейчас я уже спать собиралась, — согласилась Раха, заодно намекнув Эрне, что стоит перейти к сути. Не за фильмами же она пришла к ней?

— Договорились, — кивнула её собеседница. — Кстати, что думаешь о нашем юном пленителе? И не его ли ты ждала? — улыбнулась она хитро.

— Кому юный, а кому не очень, — ответила на это Раха.

— Ах, ну да, вы же ровесники, — кивнула Эрна.

— Да и пленителем его сложно назвать.

— Это довольно спорное утверждение, — покачала головой Эрна.

— Нас с тобой продала собственная родня, — пожала плечами Раха. — Мы товар, а не пленницы.

— Ладно... — произнесла медленно Эрна. — Пусть не пленницы. Но и не товар. Рано или поздно нас выдали бы замуж. Только выгоды получили бы меньше.

— Выгода, — кивнула Раха. — О том и разговор.

— То есть для тебя Аматэру — это хозяин? — спросила Эрна.

— Что ты ко мне вообще пристала? — ответила Раха вопросом на вопрос.

— Ага, значит, всё-таки не хозяин, — кивнула Эрна. — Получается, всё-таки пленитель.

— Если ты хочешь от меня извинений, то я извиняюсь. Я не должна была упоминать тебя в разговоре. Довольна? — произнесла Раха чуть агрессивнее, чем следовало.

— Если хочешь извиниться, — покачала головой Эрна, — то и тон должен быть соответствующий. Но это так, к слову. Мне твои извинения в любом случае не нужны.

— Ну так чего пришла тогда? — в который уже раз буркнула Раха, сожалея про себя, что вспылила. Оно того в любом случае не стоило. Да и неудобно как-то.

— М-м-м... А вариант наладить отношения тебя не устраивает?

— Извини... — смутилась Латиф.

— Не стоит, — улыбнулась Эрна. — Я всё понимаю. Сама на нервах. И всё-таки, что думаешь об Аматэру?

— Да вроде нормальный парень, — пожала плечами Раха.

— Да? А как же твой брат, прости за напоминание?

— Да пошёл он, этот ублюдок, — с ненавистью произнесла она. — Я даже рада, что он сдох.

— Неожиданно... Тогда зачем ты упоминала его?

— Да как-то... — замялась Раха. — К слову пришлось. А потом уже неловко назад сдавать было. А ты? Что думаешь о нём?

— Аматэру, — произнесла Эрна со вздохом, и немного подумав, ответила: — Если уж мне не светит остаться в клане, то лучше Аматэру, чем кто-то другой. Во всяком случае, в нашей стране. Да и ребёнок в качестве мужа лучше, чем какой-нибудь старик.

— Тебя-то как раз за старика вряд ли выдали бы, — усмехнулась горько Раха. — А вот меня — запросто. Да и сейчас, скорее всего... — замолчала она.

— Ты ведь можешь принять его предложение, — заметила Эрна тихо.

— А смысл? — посмотрела на неё Раха. — Я в любом случае товар, и ты правильно сказала — если уж выбирать, то лучше быть в Роду Аматэру. Хотя вряд ли меня отдадут именно Аматэру, скорее, за Слугу выдадут, — поморщилась она.

— Ты всё ещё можешь уйти, если, конечно, он не соврал, — произнесла мягко Эрна.

— А ты что мне посоветуешь? — спросила Раха, хотя ответ, судя по разговору, был довольно очевиден. Эрна явно её подбивала именно к уходу.

— Тебе решать, — пожала та плечами, а Раха ещё успела подумать, что такой ответ тоже не блещет оригинальностью. — Но лично я склоняюсь к тому, чтобы остаться. И тебе советую того же.

— Серьёзно? — удивилась блондинка.

— Серьёзно, — с улыбкой кивнула Эрна. — Как ты правильно сказала, и в этом я с тобой согласна, нас банально продали. Как товар. И выбор у нас невелик — либо вернуться к родне, которая позволила себе это, либо остаться с человеком, который ведёт себя с нами довольно вежливо, хотя и обладает полной властью над нами. Мне так и вовсе печалиться особо не о чем. Ты же... Если твоим мужем будет «мастер», то велик шанс, что ребёнок станет «виртуозом». Если постарается. А это уже Герб. Мать главы Рода не сильно хуже жены оного.

— Ерунда это, — отмахнулась Раха. — Статистика говорит об обратном — будет муж «мастером», значит, и ребёнок будет им же.

— Но шанс всё равно выше, чем у обычных людей.

— В пределах статистической погрешности, — усмехнулась Раха.

— Пусть так, — пожала плечами Эрна. — Но «Слуга Аматэру» тоже звучит очень даже. Вон, часть штата Сабах принадлежит бывшим Слугам именно этого Рода.

— Это да, — вздохнула Раха. — Я, в общем-то, и не собираюсь возвращаться. Япония всяко лучше, чем наша деревня. К тому же простолюдины, в отличие от аристократов, могут развестись. Рожу ребёнка, а там видно будет. В любом случае... — замолчала Раха. — Возвращаться к ним я не намерена.

— Так не любишь родню? — спросила Эрна.

— Это ты у нас гений, — буркнула Раха, уже жалея, что упомянула о своём отношении к родственникам. — А я уже несколько лет для них всего лишь товар. Дорогой, но мало кому нужный. И выбросить жалко, и найти применение сложно. В конечном итоге меня бы собственному брату и отдали бы. Как сказала мать, «хоть так».

— Извини, — склонила голову Эрна. — Не стоило мне напоминать тебе...

— Брось, теперь-то уж что? — вздохнула Раха.

— И всё-таки извини. Пойду я. Завтра зайду, скачаю у тебя что-нибудь.

— Договорились, — кивнула Раха.

Когда Эрна выходила из комнаты, Раха даже подумала о том, что та не такая уж и плохая. Во всяком случае, не та зазнайка, какой она представляла её раньше. А сама Эрна думала о том, что разговор, в принципе, прошёл неплохо. Предложение отпустить их вызвало у неё немало опасений, ведь если уйдёт Раха, клан Латиф останется ни с чем. Как минимум, могут возникнуть осложнения с договором, а там и до конфликта между Кланами может дойти. И тогда велика вероятность, что уже Род Амин не получит свой приз, который им буквально на блюдечке принесли. Её дед очень доходчиво объяснил ей, насколько важна для них эта сделка, и она, достойная дочь своих родителей и представитель Рода, должна сделать как можно больше, чтобы не допустить срыва. Клан и Род получат то, что им причитается, а она не посрамит их и станет идеальной женой. Пусть и не главы Рода. Но для начала надо стать лучшей подругой Рахи. На всякий случай. В конце концов, если девочка будет ненавидеть Аматэру, это может принести проблемы её новой семье. Как и старой. Уж лучше перестраховаться.


Глава 13

Наши границы прикрывали две базы с дополнительными линиями обороны. Условно правая и левая. И обойти их было... не скажу, что невозможно, но с одной стороны был океан, а с другой — горы. То есть пройти можно либо между базами, попав под перекрёстный огонь, либо через них. Где именно ударят наши противники, было не сильно важно, так как буквально несколько часов назад сразу из двух источников, нашего и клана Латиф, пришла информация, что «виртуозы» короля сидят там же, где сидели — один в столице, другой на границе с Сукотаем. Кстати, да, если войска попробуют-таки прорваться между базами, то нарвутся на ещё одну линию обороны, расположенную у нас за спиной, и в итоге окажутся в котле. Идеальный для нас вариант, но, к сожалению, нужно быть совсем идиотом, чтобы пойти на такое.

Всего на территории округа Мири нами построено четыре базы. «Основная», она же база у города Мири, она же ВЧ01. Условная правая база, стоящая ближе всего к океану, прямо напротив малайского портового городка Симиладжау, названного так, судя по всему, в честь ближайшего национального парка. В простонародье, среди простых бойцов, ВЧ02 звали «Пляжной» базой. ВЧ03, она же «Руины», была построена на обломках малайской базы, и слева прикрывалась горами. ВЧ04 строилась до сих пор, и пусть официально она как бы была, но по факту на том месте были возведены лишь укрепления, перекрывающие направление. Со временем именно ВЧ04, она же «Оплот», станет центральным звеном нашей обороны и самой большой базой в округе Мири. По договору между членами альянса ВЧ04 в конце концов окажется на территории, которая будет принадлежать Роду Аматэру. Также у нас в планах ещё как минимум две базы — одна на границе с территорией японских кланов, другая будет рядом с округом Капит. Но там повсюду горы, так что пока неизвестно, где именно и как именно мы будем её строить. В данный момент то направление — если среди гор вообще возможно обозначить какое-то направление — прикрывают несколько блокпостов и позиций ПВО. Ещё у нас в планах построить станцию слежения, дабы взять воздух в восточной Малайзии под полный контроль, но дело это непростое, в основном из-за сложностей технического плана. Станция слежения — это вам не сарай, ее с бухты-барахты не построишь. В итоге, если развитие обороны пойдёт по плану, месяца через четыре нас будет ну очень сложно сколупнуть отсюда, а через полгода даже англичане умоются кровью. Да, выдавят нас, но умоются.

* * *

— Артиллерия готова, — произнёс Щукин, стоявший посреди комнаты, где у нас был развёрнут оперативный штаб, и повернулся ко мне: — Господин Аматэру?

— Начинайте, — только и сказал я.

Вот так буднично и началась вторая фаза войны в Малайзии. Ещё до того, как колонны тяжёлых БРов противника при поддержке средних МД и пехоты сделали свой первый выстрел, их накрыла наша артиллерия. Справедливости ради стоит отметить, что первый удар нанесли малайцы, начав артиллерийский обстрел наших укреплений, уже закончившийся к данному моменту. Своей первой целью генерал Джабир выбрал ВЧ02, так как именно она больше всего угрожала Симиладжау. Сам штаб находился на территории ВЧ04, точнее, чуть дальше укреплений, где у нас было подготовлено место под базу, и где мы разбили её временный аналог. Ну а линию обороны у пляжной базы сейчас держал Оливер Лам со своим вторым полком. Именно он принял на себя удар таки дошедших до него остатков малайцев.

В этот момент подал голос оператор, сообщивший о множественных отметках в воздухе. Как выяснилось, нас посетили две сотни беспилотных штурмовиков, высланных для поддержки наземного наступления. Показательно, что до наших позиций долетело лишь десять, да и тем так и не дали толком отстреляться. Тем не менее, урон они нанести сумели, повредив одну из зениток. Впрочем, Малайзия не та страна, которая может позволить себе много беспилотников подобного класса, так что, подозреваю, с воздушной угрозой покончено. Нет, у малайцев наверняка есть беспилотники, но сюда они вряд ли привезли ещё что-то.

Спустя три часа атака генерала Джабира захлебнулась. Малайцы ещё попытались отвести свои силы в тыл, но уйти сумели буквально единицы, не зря же мы их подпускали поближе. По итогам штурма наших укреплений противник потерял порядка тридцати единиц шагающей техники, две сотни беспилотников — как позже выяснилось, довольно старых моделей — и неизвестное количество живой силы. Плюс наши артиллеристы задавили своих оппонентов с той стороны, так что дальнейшего обстрела ВЧ02 избежала.

— Неплохо для первого дня, — произнёс Щукин, читая доклады. — Мы всего восьмерых потеряли. Джабир теперь дважды подумает, прежде чем повторить подобное.

— Джабир как раз вряд ли будет думать, — усмехнулся я. — Скорее, просто атакует большими силами. Резервы у него есть.

— Да не, вряд ли, — неуверенно возразил Щукин. — Не может же он не понимать, что всех его сил не хватит для прорыва наших укреплений? Он просто обязан взять нас в осаду.

— Ну... — протянул я озадаченно. — Мне кажется, как минимум ещё раз он попытается.

— Что ж, там видно будет, — ответил Щукин.

А где-то через час после этого в штаб пришло сообщение, что малайцы атакуют Мири. Как выяснилось, пока Джабир наступал на наши позиции тут, три корабля, среди которых был один десантный, подошли к городу и в данный момент высаживали людей неподалёку, лениво обстреливая Мири. Лениво — потому что делать им это было особо не из чего, два корвета и, особенно, десантный корабль не очень-то и предназначены для обстрела укреплений. Тем не менее, факт наличествовал. Удивило ли это нас? Да. Информации о подготовке кораблей не было, так что тут можно поставить малайцам плюсик. Встревожило ли? Тоже да. Пусть один десантный корабль и не сможет доставить достаточное для взятия базы количество бойцов, но проблема в том, что он не только людей перевозит, а у нас там всего три пилота сидят. Правда, и в панику вдаваться не стоило — кроме пилотов, у нас в Мири два «мастера». Этого недостаточно, чтобы самостоятельно отбить нападение, а вот для сдерживания противника — вполне. Впрочем, если малайцы идиоты и не привезли с собой своих «мастеров»... Ну да не стоит настолько плохо думать о враге.

— М-да... — произнёс Щукин, сидя за столом в штабе. — Придётся возвращаться.

— В смысле? — не понял я.

— Не всем, — отмахнулся он. — Я, в общем-то, даже не про наши войска говорил. А вот нам с Добрыкиным надо вернуться.

— И этого хватит? — приподнял я бровь.

— Единственный десантный корабль у малайцев — это «Мистраль», ты сам это знаешь, а «Мистраль» вмещает в себя максимум шестнадцать единиц шагающей техники. И это если она не тяжёлого класса. То есть, скорее всего, базу атакуют шестнадцать английских «Вавилонов». Плюс... ну пусть будет тысяча десантников, плыть тут всё-таки недалеко. Фанель оставил на базе своих бывших взводных, эта троица и в одиночку-то может шороха навести, а уж с поддержкой полевой артиллерии, да сидя в обороне — и подавно. Единственное, что может им помешать отбиться, это вражеские «мастера».

— Которых может быть довольно много, — поджал я губы.

— Война — это тебе не поединок, — заметил Щукин. — Да и количество «мастеров» в армии сильно преувеличено. Я думаю, там максимум будет десяток. Но это максимум.

— В любом случае не очень-то радужная перспектива, — ответил я.

— Для той базы, какой она была при атаке малайских кланов — да, а сейчас... терпимо.

— То есть вас двоих хватит? — спросил я.

— М-м-м... — промычал он. — Да бог его знает. Просто мы уже сегодня сможем быть на месте. Если слать МД, то только своим ходом, значит, на базу они прибудут почти без энергии, — бормотал он себе под нос.

— Там сейчас хватает моих ребят, — подал голос Боков. — Они смогут достаточно быстро заменить накопители.

— Ладно, пойдёт. Роты, я думаю, будет более чем достаточно, — определился Щукин.

— А больше мы и не сможем выделить, — хмыкнул я.

— Это да, — вздохнул Щукин.

— Кстати, я еду с вами.

— Парень, — посмотрел на меня Щукин строго. — Ты собираешься ехать в действительно опасное место — и ради чего? Что ты там будешь делать?

Окинув взглядом помещение штаба, в котором было полно народа, я поднялся со стула и подошёл к нему вплотную.

— Задавая подобные вопросы, позаботься о правильном месте, — произнёс я тихо. — И пока ты этому не научишься, так и будешь получать единственно возможный ответ, — после чего направился в сторону выхода. — Моё решение не обсуждается, Щукин, — произнёс я громко. — Поторопись с отдачей приказов, мы спешим.

* * *

В атаке на основную базу проявили себя всего пять «мастеров». Может, их было и больше, но тогда остальные умерли и вовсе бесславно. Первые двое оказались настолько безбашенными, что умудрились оторваться от основных сил и подойти слишком быстро к нашим укреплениям со стороны многострадальной БП4, той самой, где сидел Святов, когда базу штурмовали малайские кланы. Как подошли, так и подорвались на минах. После чего дезориентированных «мастеров», расстреляли из пушек прямой наводкой. Признаться, сделать это непросто — фигура человека ничто по сравнению с силуэтом шагающей техники, так что можно сказать, что им крупно не повезло. Третьего «мастера» Генрих Тодт умудрился заманить под скоординированный обстрел наших МД, после чего заслал ему в спину взвод МПД. Классическая, можно сказать, тактика. Оставшиеся двое так долго мялись в стороне, изредка швыряя техники по нашим позициям, что в конце концов остались вдвоём против всех. Не совсем вдвоём, конечно, но что такое взвод средних МПД против практически всех сил базы? Эти идиоты даже не поняли, что атака захлебнулась, а их соратники фактически уничтожены. Но самое смешное, что произошло всё это ещё даже до возвращения нас со Щукиным и Добрыкиным, естественно, опередивших идущие за нами МД.

В общей сложности базу атаковали шестнадцать МД «Вавилон», около тысячи пехотинцев, среди которых сотня МПД разных классов, пять «мастеров». И это я ещё не говорю об отличном вооружении атакующих сил. То есть никто не сможет заикнуться, что вооружены они были камнями и палками.

Самый большой вклад в отражение штурма внесли наши пилоты, втроём умудрившиеся перещёлкать шестнадцать «Вавилонов». Я, только читая доклад Тодта, начал осознавать, что взвод Фанеля действительно был элитой в клане Дориных. Они не элита даже, они чёртовы монстры. Да, «Вавилоны» — средние МД, да, наши рассекали на тяжёлых, но «Вавилон» ни в коем случае нельзя назвать плохой машиной. И их было шестнадцать! Плюс «мастера», которые несомненно мешались. Также в отражении атаки приняли участие малайцы Махатхира. Хотя нет, тут лучше сказать — горожане Мири. Вот как раз они и были вооружены чуть ли не палками, но, тем не менее, это не помешало нескольким сотням оборванцев ударить во фланг атакующим. Нельзя сказать, что они там всех порвали, но нервишки силам короля потрепали. Как минимум задержали их достаточно, чтобы Тодт успел провернуть свой манёвр с засадой на «мастера». Правда, часть строений базы теперь придётся ремонтировать, но это даже не цена, а так... повод поморщиться.

В целом силы короля на собственном примере показали, что, как я и говорил когда-то, разительно отличаются от сил кланов. В худшую сторону. Обеспечение лучше, а боевая эффективность хуже. Пленных, кстати, почти не было — горожане истребили всех, до кого успели добраться. Собственно, Тодт и не стремился кого-то от них спасти. Так что нам достались лишь пилоты, четырнадцать из которых застряли в своих разбитых машинах — ещё двое сгорели. Техники как какие-то хомячки собрали всё, что могли, и складировали у себя. Они вообще собирали всё, что под руку попадётся — на тех же складах ждала своей очереди разбитая техника с двух малайских баз. Учитывая, что большинство техников, как, собственно, и их командир Боков, прошло тяжелейшую войну, в которой использовался любой ресурс до которого они могли дотянуться, винить бедолаг за это сложно. Так они между делом ещё и восстанавливать технику успевали. Пока что в ангарах стояло четыре боеспособных «Вавилона», но с учётом прошедшей битвы, думается мне, это число увеличится. Правда, остаётся вопрос, куда это всё девать, ну да пусть развлекаются.

— Охренеть... — пробормотал Щукин, читающий доклады за соседним столом.

Находились мы в его кабинете внутри здания штаба и занимались как раз тем, что просматривали отчёты.

— Что? — поднял я голову.

— Да это я так, в целом, — сказал он и откинулся на спинку кресла. — Прочитал уже, сколько горожан погибло?

— Нет ещё, — ответил я.

— Шестьдесят восемь человек из почти восьми сотен, — произнёс он. — Это насколько же надо быть тупыми неумехами, чтобы с их силами уничтожить всего шестьдесят восемь гражданских? Почти голых, вооружённых кое-как, прущих на них буром без какой-либо тактики.

— А у нас сколько погибших?

— Да никого, — сказал он и выпустил из рук листок с докладом. — Правда, подставлялись в основном тяжёлые пехотинцы, но у них, слава богу, безвозвратных потерь нет.

— Даже с учётом помощи горожан наши отработали на пять с плюсом.

— Это да, — кивнул Щукин. — Немцы Генриха молодцы. Как и сам Генрих.

— И взвод Фанеля тоже, — напомнил я.

— А, — махнул он рукой. — От этих акул я меньшего и не ожидал.

— Тяжёлые пехотинцы тоже отлично выступили.

— Согласен. Да все они хорошо поработали, — согласился Щукин. — Наградить бы их чем, да я даже не знаю, чем именно.

Ну да. Кроме премии, ничего в голову и не приходит. Но что тогда делать с горожанами? Их тоже стоит как-то поощрить.

— Об этом потом подумаем. Скажи мне лучше, что нам с кораблями делать? — спросил я.

— А что с ними сделаешь? — пожал Щукин плечами. — Странно, конечно, что они не ушли, но и мы ничего поделать не можем.

Самый слабый момент всей операции. Нам просто нечего противопоставить кораблям короля. Правда, и они особо ничем навредить не могут.

— Предлагаю их захватить, — произнёс я неожиданно — для себя в том числе.

— И как, позволь спросить? — усмехнулся Щукин.

— Ну... Об этом давай и порассуждаем. Пусть не все три, но хотя бы один...

— Как? — прервал он меня, и тут же поднял руку: — Хотя стоп. Почему бы и нет? Три корабля, на каждом человек по сто экипажа, на десантном, возможно, больше... человек двести, я полагаю. Лодки засекут, придётся пользоваться аквалангом. Не, для этого свои спецы нужны, да и аквалангов мы столько вряд ли найдём.

— Это припортовый город, — встрял я. — Здесь как раз найдём.

— Ты не совсем прав, — покачал он головой. — Далеко не в каждом припортовом городе можно найти сотни аквалангов.

— Сотни не надо, — поправил я его. — Хватит и... м-м-м.. тридцати. По десятку на корабль.

— Мало, — возразил Щукин. — Ты же не хочешь отправить по десятку человек на каждый. Их там просто задавят.

— Я сомневаюсь, что на каждом корабле, будет по паре «учителей», — ответил я.

— «Учителя»? Хочешь сделать ставку на них? Не получится, — покачал головой Щукин. — На корабле обязана быть хотя бы пара «учителей». В России они по штату положены на любое судно от корвета и выше. Здесь, скорее всего, тоже нечто подобное есть... — тут он ненадолго замер. — Но можно сделать ставку на меня и Добрыкина. Морица ещё позовём. Хм, может, и получится. Только вот пловец из меня так себе. И из остальных, подозреваю, не лучше. Тут, как я и сказал, свои профи нужны.

— Ты прав, это проблема, — согласился я. — Особенно, если идти ночью.

— Заплутаем под водой. Нам придётся идти днём, и даже это не гарантирует успеха.

— Попытка не пытка, — пожал я плечами. — Но один отряд я могу вывести к цели.

— Ты? — удивился Щукин. — Ты и такое можешь?

— Ну... — замялся я. — Не то чтобы я «профи», как ты выразился, но чувство направления у меня хорошее. Справлюсь, короче.

— Это... несколько сложнее, чем тебе кажется.

— А, — махнул я рукой. — Я такое в порту Токио проворачивал.

Враньё, конечно, но надеюсь, прокатит. По факту, курсы боевых пловцов я проходил, и чем-то серьёзным предстоящее дело не считаю.

— А чего морщишься тогда?

Заметил-таки, старпёр долбаный.

— Не очень приятное дельце было, — чуть пожал я плечами. — Не хочу вспоминать.

— Ладно... Остаётся вопрос с двумя другими командами. Да и твоё участие меня не сильно вдохновляет.

— Я тебе больше скажу, на один из кораблей пойдем только мы со Святовым и Ёхаем с подавителем. Ну и Сейджун.

— Что?! Да ты свихну... — начал он, но резко замолк. — Ближники, да? Опять твои секреты?

— Опять, — усмехнулся я.

— Но зачем? Чего тебе на земле не сидится? — попытался он меня увещевать.

— Я тебе честно отвечу, — вздохнул я. — Просто хочется чем-то заняться. Ты прав — моё присутствие там необязательно. Я вполне мог бы просто довести группу до цели и отправиться обратно.

— Я ведь знал. Знал, что это когда-нибудь произойдёт, — покачал он головой. — Подросток, да без шила в заднице? Быть такого не может.

— В своё оправдание могу сказать, что в действительно опасные передряги я не лезу.

— А это, значит, не опасная?! — вскинулся он.

— Нет, — ответил я спокойно.

— Ты... Да кем ты себя возомнил? «Мастером»? Даже если ты скрытый гений и «учитель» по совместительству, это всё равно опасно!

— Я правда благодарен вам за беспокойство, Антон Геннадьевич, — произнёс я. — И если вы хорошенько подумаете, то поймёте, что это действительно так. А теперь давайте займёмся деталями и выяснением того, как нам всё провернуть.

— Парень, я... да чтоб тебя... Ладно. Будь по-твоему. Но если ты сдохнешь...

— На этот счёт не беспокойтесь, — прервал я его. — О последствиях своей смерти я позаботился. Род Аматэру подобным не сломить.

— Я... — замер Щукин. — Да я не об этом... А-а-а, чёрт с тобой! Замяли.

Все нужные персоны прибыли уже к следующему утру. Святов, Беркутов, Оливер Лам и Токати Араки — «учитель», присоединившийся к нам с остальными Слугами Докья, правда, в самый последний момент — были разделены на три команды. Первую возглавил я, вторую — Щукин, а третью — Добрыкин. Морица решили не звать, так как людей и без него хватало. Махатхир, который вообще редко покидал город, соответственно и в этот раз находящийся у себя дома, очень быстро нашёл нам нужное количество аквалангов. Как ни странно, но пользоваться ими умели все, в разной степени, но все. Проводников, которые доведут группы до цели, предоставил всё тот же Махатхир. Уж кого-кого, а опытных аквалангистов в городе хватало. Также Махатхир добавил нам пару «учителей». Военные из них никакие, но, если что, просто будут давить мощью. Остальных людей в группы Щукина и Добрыкина набрали из «ветеранов», которые приехали вместе с нашими «учителями». Брать бойцов у Тодта не стали, они и так недавно через сложный бой прошли, пусть отдыхают.

Захватывать нашей команде выпало один из корветов, второй взял на себя Добрыкин, а Щукин застолбил десантный корабль. Описывать, как мы туда добирались, не буду, скажу только, что плыть приходилось медленно и постоянно следить за членами команды, особенно за Сейджуном. Аквалангом он пользовался один раз в жизни, когда его старый босс отдыхал на Окинаве, и опыта у него было соответственно. Так мы ещё и операцию решили проводить всё-таки ночью. Но ничего, дошли. Подождали у корабля минут двадцать, и точно в назначенное время из специального ружья я выстрелил вверх кошку. Махатхир, да — чего только у этого типа нет!

На борт корабля забрался под отводом глаз с левого борта ближе к корме. На палубе никого не было — точнее, рядом со мной не было, а так я чётко ощущал чужое присутствие на баке. Про остальных, разбросанных по кораблю, вообще молчу. Дернув три раза верёвку, по которой забрался, опустился на корточки и начал доставать из водонепроницаемого контейнера оружие — увы, но спецвооружения у нас не было, так что пришлось импровизировать. Понятно, что выглядит всё это по-дилетантски, но надо понимать, что вся эта операция — один большой экспромт. Так мы ещё и торопились — корабли малайцев в любой момент могли свалить в туман.

Когда все забрались на палубу, облачились и подготовились, я протянул подавитель Ёхаю.

— Держи, — произнёс я. — Надеюсь, никто не забыл, как мы действуем?

— Забудешь тут, — проворчал Ёхай, беря из моих рук артефакт.

Его ворчание можно понять, по плану я иду вперёд и валю всё, что шевелится. Если мы напарываемся на кого-то, кого я не смогу убить быстро, то отхожу назад, давая Ёхаю подойти к цели ближе и включить подавитель. Можно было бы активировать артефакт по сигналу и тупо гнать в его сторону врагов, но при включённом подавителе мои парни тоже остаются без защиты, так что делать это вдруг и резко не стоит. Впрочем, вариант подобного действия не исключён. Мало ли? Ну и, само собой, ни Ёхаю, ни Святову не понравилось то, что я буду делать за них всю работу. Скорее, даже то, что я буду идти впереди, а они остаются, по сути, всего лишь поддержкой.

— Не ворчи, Ёхай, — чуть улыбнулся я. — Кроме всего прочего, вы должны увидеть, на что я способен в реальном деле, а не в спарринге. Представлять себе мои возможности.

Я думал, они ещё немного поворчат, — именно поворчат, а не станут убеждать меня в бессмысленности рисков, поскольку последнее уже бесполезно, — но нет, промолчали. Вздохнули тяжко — и всё.

— Мы готовы, — заявил Ёхай.

— Тогда вперёд, — кивнул я.

Корабль был английский и старенький, в отличие от десантного, французского и довольно нового. Сколько на нём было экипажа по штату, я не знаю, но просканировав его всем арсеналом своих способностей, я насчитал сто два человека. Сто два смертника, так как я мог не сдерживаться. Даже не так — я не собирался сдерживаться, а значит, и свидетели мне не нужны. В кои-то веки я буду работать по своей основной специализации без каких-либо сдерживающих факторов. Что ж, погнали!

Первым делом мы направились в машинное отделение... то есть мы... то есть я... то есть... короче, я зачистил палубу. Всего наверху находилось трое матросов, и все они расположились на баке. Фокус и Ускорение были накинуты заранее, так что малайцы даже не поняли, как умерли. Три выстрела из винтовки с глушителем слились в один, оставив после себя три трупа. И вот после этого я пошёл в машинное отделение. Где оно находилось, я не знал, но это же не критский лабиринт, найду как-нибудь. Тем не менее я немного погорячился, не то чтобы мы долго плутали, но пока искали нужное помещение, — точнее добирались до него, так как оно явно было внизу, а мы были где-то посередине, — я успел по дороге к чертям стереть двадцать одного человека. Кухня, пост связи, какой-то кабинет, техническое помещение неизвестного назначения и даже что-то вроде комнаты отдыха. Народ просто не успевал среагировать. Я знал, где они находятся, я был слишком быстр и точен, я, в конце концов, мог взгляд отводить. Этот корабль был наглядным пособием того, насколько доминировали ведьмаки в моём мире.

Зачистив один уровень... палубу... или как там оно у моряков называется, я спустился вниз по небольшой лестнице. И тут немного притормозил, сменив пустой на две трети магазин на новый. Впереди были помещения с большим количеством народа. Судя по всему, кубрики. Тридцать в одном, тридцать в другом и четверо в третьем. Накинув на себя ещё пару Фокусов, оторвался от стены и вошёл в открытый люк. Ну да, кубрики. Тридцать койко-мест, в которых спали матросы. Перестрелять всех стоя на месте не получалось, так что пришлось немного пройтись. Тридцать патронов — тридцать трупов. Никто даже не проснулся, несмотря на то, что глушитель не панацея, и в замкнутом пространстве звук выстрела довольно громкий. Сменив магазин, вышел из кубрика, направляясь в следующий. Там несколько человек всё же приподнялись на своих койках, но спросонья так и не поняли, что происходит. А может, и поняли, но что-то сделать я всё равно им не дал. В третьем кубрике было всего четыре человека, и когда я туда зашёл, один находился по центру помещения, явно направляясь на выход. Собственно, он первым и умер. Итого за десять минут на тот свет отправились восемьдесят восемь человек. На нижних палубах обнаружилось ещё трое, их я нашёл в том самом машинном отделении, после чего отправился наверх. Двенадцать минут и девяносто один человек. А на тринадцатой минуте мы услышали отдалённую стрельбу — недолго остальные группы оставались скрытными. Хотя, конечно, я придираюсь — неплохой результат.

— А вот теперь бегом, — бросил я, когда завыл сигнал тревоги корабля.

И мы побежали. Еще троих я успел выбить быстро и бесшумно. Располагались они в помещении, которое можно охарактеризовать как центр связи, что странно — я думал, что связистов уже вынес. Видимо, и это были... да плевать кто. Все трое сидели спиной к выходу, так что шансов у них не было даже призрачных. А вот остаток экипажа собрался на капитанском мостике, и когда я туда вломился, убить смог лишь двоих, остальные были под «доспехом духа». Все шестеро стояли у смотрового окна и быстро лопотали на своём малайском.

— Подавитель, — произнёс я громко и сразу же продолжил огонь.

Самая первая пуля после моего приказа всё же столкнулась с «доспехом духа», как и вторая — уж слишком быстро я стрелял, а вот третья и последующие собрали свою жатву. Контрольные импульсы Поиска Жизни и Разума, после чего я опустил оружие.

— Чисто.

— Ты уверен? — спросил Святов.

— Полностью. На корабле из живых только мы. Чёрт, — дошло до меня. — Надо было самому их оприходовать. Блин... на автомате действовал.

Я бы последнюю партию противников и без подавителя затёр.

— И слава богу, — заметил Ёхай. — Нафиг нужны лишние телодвижения.

— Ну что, подождём или сразу сообщим, что мы закончили? — спросил я у них.

— Мы... хех... — покачал головой Ёхай. — По уму лучше подождать, раз уж ты скрываешь свои силы. Мы-то со Святовым ничего подобного за такое время не сделали бы.

— Бессмысленно, — возразил Святов. — Если только вы не собираетесь растаскивать трупы по кораблю.

И правда, стрельба началась на тринадцатой минуте... хотя нет, нужно добавить то время, что мы готовились, но это в любом случае очень быстро. То есть мы за собой должны были оставить совсем иную картину боя, а получилось так, что когда на других кораблях заметили противника, мы уже почти закончили. И это будет видно тем, кто придёт сюда после нас.

— Тогда маякни там Щукину, — кивнул я Святову. — Скорость по большому счёту не важна, главное, чтобы о моих конкретных способностях не узнали.

— Пожалуй, — кивнул Ёхай. — Мало ли на что мы втроём способны?

— Да ещё с подавителем, — добавил Святов, берясь за рацию. — Это первая группа, передай Щукину, что мы закончили. Да, уже. Серьёзно. Абсолютно, — небольшая пауза. — Антон Геннадьевич? Слушаю вас... да, закончили. Я серьёзно, тут одни трупы. Какие шутки, Антон Геннадьевич. Да, он в полном порядке. Эм... ну да, — после чего последовала очередная пауза, во время которой Святов нахмурился. — Понял вас, постараюсь прибыть как можно скорее. Да. Я... Ну вы же понимаете, Антон Геннадьевич, я вряд ли смогу если что... Да, понял. Постараюсь. Отбой.

— Что случилось? — спросил Ёхай.

— На десантном корабле оказался «мастер».

— Да блин... — протянул Ёхай.

— Дерьмо случается, — пожал я плечами.

— Слишком уж хорошо у нас тут всё прошло. Дерьмо должно было произойти, — вздохнул Ёхай и посмотрел на Святова: — Что хотел Щукин?

— Подавитель, — ответил он. — Синдзи... я понимаю, артефакт редкий и крайне дорогой... Но не мог бы ты мне его одолжить?

— Нет, — покачал я головой.

— Но наших там прижали, — не дал он мне договорить.

— Я сам отнесу.

— Но...

— Дело не в недоверии, Сергеич, просто я быстрее.

— Но... — хотел он ещё что-то произнести.

— Без споров. Не в этот раз, — снова перебил я.

— Блин, ведь как знал, — поморщился он.

— Щукин просил удержать меня от такого решения? — усмехнулся я.

— Ну да, — слегка вздохнул он. — Это же ты, в конце концов.

— М-да, ну и мнение у вас обо мне. Если хотите, можете тоже плыть, но я быстрее, и вы отстанете.

— Ну ты ведь не думаешь, что мы останемся здесь? — спросил Ёхай.

— Поступайте как знаете, оставаться здесь вам и правда бессмысленно.

Описывать, как я добирался до десантного корабля, пожалуй, не стоит. Ну вышел на верхнюю палубу, ну спрыгнул в воду, ну доплыл, взобрался по оставленной щукинской командой верёвке... Ничего такого, в общем. Найти Щукина и его людей тоже не составило проблем, к моменту моего прибытия они уже практически зачистили корабль и штурмовали капитанский мостик. Точнее, сидели в коридоре перед оплавленной дырой на месте входа, через которую был виден след от техники, которая эту дыру и создала. Явно луч, не только проплавивший отверстие в переборке, но и пробивший насквозь всю капитанскую рубку. Сидели относительно тихо, то есть никакого боя в активной фазе не происходило. Щукин не мог войти, малайцы — выйти. Если бы не желание захватить корабль, тут бы уже давно всё в филиал ада превратилось, а сам корабль отправился бы на дно. Но хотелось-то именно захватить.

— Всё-таки ты, — покачал головой Щукин.

— Я плаваю быстрее, — пожал я плечами, опускаясь на колено рядом с ним.

— Бог с тобой, — вздохнул он. — Подавитель-то не забыл?

— Ой, — расширил я глаза. — А ведь и правда, он же у Святова.

— Что?! Ты серьёзно?! — вскинул брови Щукин.

— Шучу я. Глупая шутка на глупый вопрос.

— Ну ты... Ладно, замяли. Давай, — протянул он руку.

— Как собираетесь действовать? — поинтересовался я, подавая артефакт.

— Дымовые шашки, безумная Щука и много стрельбы, — хмыкнул он.

— А поточнее? Вы все туда ломанётесь?

— Ну не одному же мне туда лезть? — усмехнулся Щукин.

— Так может... Что там на третьем корабле?

— Взяли недавно, — ответил он. — Предлагаешь подождать их?

— Да не, если уж совсем без риска действовать, то тут МПД нужен.

— Хм, — задумался он. — А ведь ты прав, чёрт возьми. Время терпит.

— Так может, и вовсе предложить им сдаться? — подкинул я ему очередную идею.

— Мы уже... — начал Щукин. — Хотя это было без подавителя. Добро. Подождём МПД и предложим, а то вдруг они решат сдохнуть и забрать с собой корабль.

— Странно, что они сидят и не рыпаются, — произнёс сидевший рядом с нами Аршинов, старый дружбан Святова. — Поди, подмоги ждут.

Посмотрев на него долгим взглядом, Щукин вздохнул:

— Потому сразу и не ушли. Если это так, то сюда движутся остатки малайского флота.

— Три корвета? — произнёс я скептически. — И что они тут делать будут?

— Изначально наверняка блокаду хотели установить, — пожал плечами Щукин. — Теперь же... Корабли нам точно в таком раскладе не достанутся. Если только у тебя не припрятаны экипажи для них.

М-да, и что делать?

— Ты пока на берег сообщи, что нам МПД нужны, — сказал я Щукину.

— Аршинов, — произнёс он. — Ты всё слышал.

— Уже работаю, Антон Геннадьевич, — отозвался тот.

— Если мне не изменяет память, — пришла мне идея на ум, — у Махатхира есть пара буксиров.

— У администрации Мири была пара буксиров, — поправил меня Щукин. — Но в целом — да.

— Можно отбуксировать корабли к крокодильей ферме. Точнее, на реку Барам. Там такое место, что хватит поставить несколько орудий побольше, и хрен они подойдут.

— Не, — качнул головой Щукин. — У Барама слишком глубина маленькая. Сильно сомневаюсь, что корабли смогут туда войти. Конкретно этот точно не войдёт.

— Ну хоть корве... Хотя ты прав — к чёрту Барам. Воспользуемся портом Мири.

— Тогда корабли просто уничтожат. Прятать их в порту негде.

— Не сразу, — усмехнулся я. — Кораблики — слишком дорогое удовольствие, чтобы просто прийти и потопить, а нам и нужна-то всего одна ночь.

— Ты хочешь лишить Малайзию всего её флота? — удивился Щукин. — Не, идея, конечно, интересная... И решаемая... Хм... Три корабля уже захватили, почему бы и остальные три не захватить?

— Почти захватили, — встрял Аршинов.

— Молчать, Извращенец, — отмахнулся от него Щукин.

Ошибка Аршинова с позывным будет ему ещё долго икаться. Хотел мужик назваться Кроликом-Мутантом, а получился Кролик-Извращенец. Японский — он такой японский.

— Ну так что, одобряешь?

— Обдумать надо идею, — ответил Щукин. — Но в целом — почему бы и нет? Куда ты только потом денешь эту кучу металлолома?

— Да уж найду куда, — усмехнулся я. — Продам хотя бы.

— Что ж, давай попробуем. Что там с МПД? — посмотрел он на Аршинова.

— Генрих сообщение получил. Работает, — ответил тот.

— Вот и отлично... О, смотри-ка, черепашки, — оживился он, увидев приближающихся Святова, Ёхая и Сейджуна.

— Да ладно тебе, — произнёс я. — На самом деле они довольно шустро сюда прибыли.

— Защитнички, мля, — ругнулся он.

— Как будто ты на их месте смог бы меня удержать.

На это Щукин промолчал.

— Что у вас тут происходит? — подошёл Святов. — Я думал, вы уже закончили.


Глава 14

Команду десантного корабля взяли живьём. Они, в общем-то, и не сопротивлялись. Стоило морячкам почувствовать блокиратор, как из дыма брошенных нами шашек раздались вопли о сдаче на английском. Так что прикрытый двумя МПД Щукин принял решение взять их живыми. Я бы мог отдать приказ всех расстрелять, но особого смысла в этом не было. Скоро подъедут «Блокираторы Саймона», и тюрьма на месте малайской базы у границ японских кланов заработает в полную силу. А пока пусть посидят под химией.

Кое-как уместив три корабля в порту Мири, мы принялись ждать следующую партию жертв. То, что она будет, я уже успел уточнить — Латиф отрабатывали по полной, выдав мне не то чтобы секретную, но всё же не общедоступную информацию. И учитывая, как быстро они успели всё выяснить, подозреваю, что мои псевдо-союзники знали обо всём заранее. Просто обдумывали, сообщать или нет.

— Реально эсминец, — пробормотал я, не отрываясь от бинокля.

— Не соврали твои малайцы, значит, — произнёс стоящий рядом Щукин. — Жаль.

Это да. Людей на атаку четырёх кораблей у нас просто не было. А тут ещё эсминец с тремя сотнями экипажа на борту. Так самое поганое, что этот корабль — явно гордость местного военно-морского флота, и там просто обязаны быть «мастера». Как минимум один. А если и на одном из трёх корветов плывёт «мастер»? А если на всех трёх? Хотя последнее — вряд ли. В любом случае даже два «мастера» — это плохо. Точнее, плохо, если они окажутся на разных кораблях. По поводу экипажа Латиф и Амин молчали, объясняя это тем, что не в курсе, а суматошные попытки выяснить, кто там и где, слишком опасны. Более того, они и про сам эсминец-то узнали совершенно случайно. Опять же — по их словам.

— А кораблик-то старенький, — отметил я. — Откуда только его англичане выкопали?

— Меня больше волнует, что они слишком рано начали суетиться, — произнёс Щукин. — Покупка кораблей — дело не быстрое, так что переговоры они должны были начать чуть ли не сразу, как мы вошли в Малайзию.

— Это не «англичанин», — подал голос стоящий рядом с нами Махатхир и опустил бинокль. — Точно вам говорю. Не скажу, чья постройка, но точно не английская.

— Тогда есть вероятность, что его и покупать собирались до нас. Просто так сложилось, — удовлетворённо кивнул Щукин.

— Американцы, — произнёс я неожиданно, уцепившись взглядом за зенитные орудия, и, дополнил, оторвавшись от бинокля: — Их вооружение. Правда, у самих американцев такое старьё вряд ли ещё ходит, так что брали его, скорее всего, у какой-нибудь «папуасии».

— Или у американских кланов, — заметил Махатхир.

— Или у них, — кивнул я. — Хотя, в общем-то, не только у американских. Мало ли у кого мог быть такой корабль?

— Другие бы не продали, — пожал плечами Махатхир. — Самим, поди, мало. Новые военные корабли слишком дороги... во всех смыслах, а такие вот старички вполне себе решают поставленные задачи. Но в целом да, плевать, где король его достал.

Постояли, помолчали, думая каждый о своём.

— Эсминец я возьму на себя, — прервал я паузу.

— Ты рех... — начал Щукин, но покосившись на Махатхира, потянул он меня за рукав: — Отойдём-ка. Ты рехнулся? — спросил он тихо, когда мы отошли в сторону. — Там минимум один «мастер», но лично я думаю, что два. На эсминец не то что тебе, даже нам с Добрыкиным лучше не лезть.

— И как ты тогда представляешь себе абордаж остальных кораблей? — приподнял я бровь. — Что помешает эсминцу расстрелять захваченные корветы?

— Малайская жадность? — пожал он плечами. — А если серьёзно, то я считаю, что нам лучше вообще отменить операцию.

— Канал поставок по морю будет перекрыт, — покачал я головой. — Воздухом слишком дорого, по земле — потеря времени.

— Я в курсе, — усмехнулся Щукин. — Но мы ведь и предполагали, что так будет, так что не пудри мне мозги.

Я на него только покосился — прав он был во всём. Операция в Малайзии изначально рассчитана на то, что водный путь будет блокирован. Но чёрт возьми — захват первых трёх корветов прошёл настолько хорошо, что меня так и подмывало прибрать к рукам остальные. Лишить Малайзию всего флота — что может быть лучше для нашей репутации в Японии и остальном мире? Я уж не говорю об открытом морском пути. Кто ж знал, что с флотом у малайцев дела обстоят как бы не хуже, чем с армией?

— Давай поступим так, — решил я. — Мы с Ёхаем, Святовым и Сейджуном проведём разведку боем. Посмотрим, что происходит на эсминце. Если будет слишком опасно, просто свалим куда подальше. Можно даже взять с собой взрывчатку — раздолбать всё, что можно. Как минимум орудия и торпедный аппарат. Не захватим, так выведем из строя, после чего малайские корветы будет взять гораздо проще.

— С одной стороны — логично... — пожевал губами Щукин. — А с другой — проще нормальную абордажную команду собрать. У нас тут сейчас четыре «мастера», так что шансы даже на захват весьма велики. В худшем случае корабль будет выведен из строя во время боя. Всё же несколько «мастеров», да на не самом большом корабле. Наш бой кораблику на пользу точно не пойдёт.

— А если пойду я, то есть шанс его захватить. В смысле, в приемлемом виде захватить.

— Жадный ты всё-таки до халявы, Синдзи, — покачал головой Щукин. — Тогда остаётся вопрос, что делать с остальными кораблями? Если они поймут, что эсминец захвачен...

— Вот уж тут точно сыграет жадность — топить эсминец не то же самое, что корвет, — заметил я. — Но это, собственно, особо и не важно. Мы просто уйдём и примемся за остальные корабли. На корветах элементарно не наберётся достаточно людей на ещё один экипаж эсминца. А времени прислать людей из... ну... где там моряки малайцев обитают? В общем, для боя он будет непригоден. В худшем случае его тупо отгонят в ближайший порт. Но мы ведь не дадим им на это времени?

— Если они всполошатся, то корабли мы не захватим, — покачал головой Щукин. — Им и нужно-то будет всего лишь двигаться. Начнут курсировать из стороны в сторону, и как мы поднимемся на борт?

Ну да. Возможно, способ есть, но я о таком не знаю. Как и остальные мои люди. Всё-таки спецов для этого у нас просто нет.

— Тогда придётся брать все корабли одновременно, — поджал я губы.

— А если у вас ничего не выйдет? — усмехнулся Щукин. — Абордажные команды на корветах окажутся в весьма щекотливой ситуации.

— Ладно, корветы тогда не трогаем, — решил я. — Просто соберём команду и будем действовать по ситуации. Если подвернётся случай, захватим и корветы... ну или один из корветов. В общем, там видно будет. Если же ситуация будет не в нашу пользу, просто постараемся вывести эсминец из строя.

— И опять же, — вставил Щукин. — Для этого лучше отправиться туда всем вместе.

— Нет. В отличие от вас, я могу действовать незаметно... Давай так. Команду соберём, к кораблю подплывём, но сначала на него поднимутся мои бойцы.

— А смысл? Вместе мы...

— Увидите слишком много, — прервал я его. — Забудь. Действуем, как я сказал.

— Как скажешь, — выдавил из себя Щукин.

* * *

До корабля мы доплыли более-менее нормально. Хотя меня и смущало расположение матросов на палубе, уж больно грамотно они там стояли. Оставив Щукина с остальной толпой прижавшимися к левому борту почти у самых винтов, сам отправился на правый, сопровождаемый Ёхаем, Святовым и Сейджуном. Однако, добравшись до нужного места, мы застопорились. Точнее, я. Именно у меня был арбалет с кошкой, но держа его в руках, я тупо не мог выбрать время. Да и с местом вышел напряг — матросики реально расположились весьма грамотно.

— Что не так? — спросил бултыхающийся рядом Ёхай.

— Не получается незаметно взобраться, — откликнулся я. — Они явно готовы к чему-то подобному.

— Уходим? Или рискуем? — задал он новый вопрос.

— Нет, просто сделаем немного по-другому, — ответил я, обдумав ситуацию. — Плывите к остальным и передайте, чтобы не суетились и не палили меня. Я скину вам верёвку.

— Принято, — ответил он после небольшой заминки.

Что ж, воспользуемся Скольжением. Техника болезненная, конечно, но что поделаешь? Оперевшись руками о борт корабля, прикрыл глаза, концентрируясь на противнике. Фокус, ещё один, ещё, Ускорение, ещё одно. Расчёт расстояния, времени, траектории. Отлично. А вот и слепое пятно. Ну, с богом.

Выйдя из Скольжения в метре над палубой, тотчас ушёл в перекат, отмечая, что на голове ближайшего матроса надето... что-то. Твою мать, это же прибор ночного видения! Дрянь дело. Современные приборы густо замешаны на электронике, и назвать взгляд конкретных матросов невооружённым не получится. Они меня и под отводом взгляда увидят. Хорошо хоть, корабль такое место, где всегда можно найти закуток, чтобы спрятаться. Особенно, если тебя никто не видит. Тем не менее, попасть на корабль бесшумно мне не удалось, и тот самый ближайший матрос повернулся в мою сторону, через три секунды даже пошёл проверить, что он там услышал. Если мужик бахироюзер, это будет фейлом, так что попадаться не стоит. Как мог быстро и тихо снял ласты, благо матрос не бежал в мою сторону, а неторопливо приближался, оглядываясь по сторонам. Прыжок, и я оказался на башне орудия калибра миллиметров этак сто тридцать. Впрочем, если это «американец», то, скорее, сто двадцать семь.

В итоге я всё же спалился, точнее не я, ну или не совсем я... Короче, дотошный матрос углядел на палубе, где я приземлился, мокрые пятна, и уже потянулся к висящей на поясе рации, когда мне просто пришлось выпустить ему в макушку пару пуль. На этот раз мне повезло — мужик просто осел на палубу, значит, либо он не бахироюзер, либо посчитал, что «доспех духа»... Да не, тут, скорее, первое. Сомневаюсь я, что он не включил бы «доспех духа», имей такую возможность. Тем не менее, действовать надо было быстро. Очень быстро. Как только его не обнаружат на своём месте, тут же попытаются связаться, что в итоге приведёт к поднятию тревоги.

— Стив?

Стив? Не слишком-то малайское имя. И да — с рацией я погорячился, сначала его решили окликнуть. Тем не менее, времени не осталось вообще ни на что. Поэтому пришлось действовать по примерным прикидкам, которые я составил, ещё подплывая к кораблю. Накинув на себя ещё одно Ускорение и доведя скорость до боевого режима, прыгнул на голос и ещё в полёте убил и того самого голосистого матроса, и его трёх компаньонов, стоявших вдоль правого борта. Приземление, перекат, Рывок вдоль кормы, ещё один, но покороче, и вот у меня в секторе обстрела уже левый борт. Несколько подряд Рывков вдоль левого борта привели меня на место, с которого открывается полный обзор палубы, то есть я вижу и всю носовую часть корабля, на которой находились двое матросов. Один взял наизготовку автомат, а второй подносил ко рту рацию. Первым делом я, конечно, затёр того, что с рацией, и только потом выстрелил пару раз в парня с автоматом. Он, кстати, даже успел навести на меня... — ну ладно, повернуть в мою сторону — ствол. Впрочем, на это и не требуется много времени.

Мои сенсорные техники говорили о том, что на палубе больше никого нет, так что я первым делом подбежал к ближайшему трупу. Автомат американский — короткоствольный МА-201, ПНВ тоже американский, лицо, которое скрывает ПНВ, европейское, да и «Стив» — имя отнюдь не малайское. А вот флаг на корабле именно этого королевства. И что тут, чёрт возьми, происходит?!

Пока бежал к тому месту, где находился Щукин с ребятами, заодно ухватив оба трупа, дабы они не маячили на открытом пространстве палубы, пока сбрасывал верёвку, пока мужики забирались, я усиленно обдумывал сложившуюся ситуацию. Во-первых — что тут делают американцы... ну или кто они там? Да ещё и под малайским флагом? Узнать ответ на этот вопрос можно, только допросив кого-то из них, но теперь это будет слишком рискованно. Почему? Да потому, что не пошли бы они на такое... не пришли бы они к нам под малайским флагом, не усилив экипаж. Иначе какой смысл изгаляться? Ну подними ты флаг своего государства и дрейфуй тут безбоязненно. Я бы точно не отдал приказ на абордаж или обстрел их корабля. Нафиг такие проблемы. И раз они так не поступили... Ну ладно, ладно, возможно, я немного паникую, и на эсминце обычная команда, но что он тогда может нам сделать? А ведь хочет, раз пришёл сюда вместе с нашими врагами, да ещё и под их флагом. Ничего нам простой эсминец не сделает. Значит, дело в команде. «Виртуоз», конечно, вряд ли у них есть... не, вряд ли. Это уж как-то слишком. А вот пяток, а то и десяток «мастеров» вполне возможно. Хотя тут опять же встаёт вопрос — какого хера? Кто они и что им нужно от нас? В любом случае, чуйка мне подсказывает, что сталкиваться с командой эсминца не стоит. Да, не стоит. Но тут же появляется другой вопрос — что делать? Просто уйти? Да вот хрена им! Неизвестный противник с неизвестной задачей, да чуть ли не в подбрюшье у нас? Нельзя его тут оставлять. Всё же попытаться захватить? Не вариант. Потопить? Не успеем... А, не, успеем. Если все наши «мастера» жахнут, этому эсминцу конец. Но... А дальше? Придёт новый, а то и не один, и что тогда? Мы ведь даже не знаем, кто тут, по сути, нам противостоит. Необходимо ударить, но так, чтобы они не свернули операцию или вызвали подкрепление, а отошли. Перегруппировались. Тогда и вернутся обратно прежними силами. А уж мы постараемся за это время выяснить, кто это такие. Я постараюсь. Уйдут-то они в ближайший малайский порт... Хотя нет, в ближайшем им делать нечего, там они на ремонт встать не смогут. Значит, придётся напрячь Латиф и Амин вместе с нашей разведкой. В основном, конечно, разведку, включая старые связи Шмиттов. Мало их, к сожалению, осталось, да и связи те далеки от аристократов, но мне сейчас нужны любые, способные пролить свет на эту историю. Ну и побережье нужно укрепить. Не как сейчас — против хреновенького флота Малайзии, а против чего-то покруче. По нашим планам подобное укрепление мы должны были ставить несколько позже, против тех же англичан, но, видимо, придётся поторопиться.

Первым на борт взобрался Щукин.

— Доклад, — произнёс он, осматриваясь.

— Это американский корабль с командой европейской внешности, с американским оборудованием и американским вооружением, — произнёс я тихо. — Но при этом под малайским флагом. Считаю, надо очень быстро заминировать орудия, торпедные аппараты, радар, в общем, всё что можно, и валить отсюда нафиг.

— Проблемы были? — спросил он спокойно.

— Нет, в принципе. Но наблюдатели очень грамотно расположились. Насколько это вообще возможно в условиях данной модели корабля. И они достаточно профессиональны. Лучше малайцев. Всё, побежал собирать рации с трупов.

Дежурный обязан связываться с наблюдателями, а так как периодичности доклада я не знал, нужно собрать рации, чтобы быть в курсе, когда нас раскроют. Когда я вернулся, народ уже начал расхватывать взрывчатку, а Щукин размахивал руками, указывая на первостепенные цели. Увы, но времени нам не дали — уже через десять минут из горки собранных раций послышался голос, призывающий Наблюдателя-1 выдать доклад. Я, может, и попробовал бы закосить под этого самого «Наблюдателя», но он ведь не один, всех мне не изобразить. Да и порядок доклада я не знал.

— Клайв, ты там заснул, что ли?

Да и знакомым прикинуться не смог бы.

— Техасский акцент, — заметил стоящий рядом Щукин.

— А ты в этом разбираешься? — посмотрел я на него.

— Не особо, но с техасцами дело имел, — ответил он.

— Наблюдатель-два — доклад, — раздалось из другой рации. — Наблюдатель-три — доклад.

— Всё, скрываться больше нет смысла, — вздохнул Щукин. — Бросаем всё и возвращаемся! — крикнул он. — Все назад! А ты что стоишь? — глянул он на меня. — Бегом баллон одевать — мы сваливаем отсюда.

И почти сразу, как он замолчал, мы услышали сирену, взвывшую на весь корабль. Первые противники показались на палубе через две минуты, но были фактически сметены огненной техникой Щукина, после чего он, недолго думая, вдарил по радару, возвышавшемуся над кораблём. Тут и Добрыкин подключился, сотворив монструозное каменное копьё и отправив его в сторону рубки. Тем не менее, если не считать поднятого шума, ушли мы довольно чисто, то есть в бой с американцами не ввязались, а отплыв чуть подальше, активировали заложенную и просто разбросанную по палубе взрывчатку. Жахнуло знатно. Не скажу, что там ад разверзся, огня-то было немного, но верхнюю палубу мы достаточно сильно покорёжили. Не вижу смысла им теперь здесь находиться. Сам корабль на ходу, так что амеров, считай, прогнали.

Уже в порту Мири, когда я снимал акваланг, меня посетила мысль, заставившая застонать и сделать фейспалм.

— Что случилось? — повернулся ко мне Щукин. В общем-то, не только он, но вопрос задал именно наш главнокомандующий.

— Ничего, — выдавил я из себя. — Уже ничего.

— Если это важно...

— Забудь, — вздохнул я. — Ничего критичного.

Но протупил я не по-детски. Вот что мне стоило просто уйти? Просто свалить, уведя за собой остальных и вернуться на корабль днём и в одиночку? Без приборов ночного видения наблюдатели на палубе мне были не страшны, точнее, они просто не заметили бы меня, давая время и возможность разузнать, что это за корабль и что им нужно. А диверсию мы и потом могли провести — никаких подгоняющих факторов, кроме возвращения Щукина с компанией на фронт, не было. Да даже после того, как я выпилил всех на палубе, я всё ещё мог вернуться днём, теперь же... Хм, а ведь я и сейчас могу это сделать. Не сорвутся же они отсюда посреди ночи, пока их корабль полыхает? Как минимум до утра он тут пробудет точно.

* * *

Два старика, стоявшие на носу корабля, молчали уже пять минут. Просто стояли и молчали. В отличие от суетящихся вокруг матросов, лишь эти двое были одеты в гражданку, так что я решил задержаться и послушать, о чём они будут беседовать. То, что команда корабля состоит из американцев, я уже не сомневался, а вот откуда они и кому служат, был не в курсе. Экипаж как-то не стремился сообщать скрывающемуся на корабле японскому школьнику очевидные для них вещи. Вокруг я слышал лишь обычный рабочий трёп и матюги. Не, ну серьёзно, не скажет же один друг, другому, что мол я вчера в своей квартире под номером таким-то такого-то дома и подъезда посмотрел на своём компе с такой-то конфигурацией крутой фильм? А другой ему в ответ, что да, фильм отличный, хорошо, что мы живём на такой-то улице такого-то города.

— Дурацкая была идея, — произнёс один из стариков, заложив руки за спину и рассматривая водную гладь океана. — Признаю. Даже если бы не это нападение, делать нам тут особо нечего.

— На самом деле резон был, — ответил другой, стоящий чуть позади первого. — Высадить десант здесь гораздо быстрее, чем в другом месте. Да и вопросов потом было бы меньше.

— Плевать на вопросы, — обернулся первый старик, явно лидер в этой паре. — Во всяком случае, теперь они точно появятся, — и окинув взглядом палубу, покачал головой. — Мистер Хейг будет недоволен.

— Главное, выполнить миссию, а она только началась, — ответил ему второй.

— Вот именно, чёрт возьми! Только началась, а уже такие проблемы. Нам же теперь опять на Филиппины возвращаться!

— Мы можем и у малайцев починиться.

— Ты собрался ремонтировать корабль? — вскинул брови первый старик.

— Но... да... — произнёс осторожно второй.

— Райли, — вздохнул первый. — Ты хоть представляешь, как много времени это займёт?

— Месяца два, — осторожно ответил Райли.

— В лучшем случае, — кивнул первый. — И это на американских верфях. У малайцев нам полгода сидеть, а я не собираюсь терять столько времени.

— Ну корабль для миссии нам не очень-то и нужен.

— Только это меня и успокаивает, — кивнул первый. — Но поплывём мы всё-таки на Филиппины. Там и шпионов поменьше.

— Сэр, хочу заметить, что у парня и тут их не много, — произнёс Райли.

— А там их вообще нет. Не хочу лишний раз рисковать из-за продажности местных. Как только закончим первичный... — замолк он. — Кстати, у нас хоть что-то из вооружения осталось? Сможем потопить корветы?

— Э-м... — удивился Райли. — Потопить? Но... Нет, боюсь, что нет. Да мы и попасть-то теперь ни по кому не сможем.

— Жаль. Эти макаки наверняка попытаются захватить корабли других макак, — кивнул он в сторону, намекая на корветы малайцев. — Было бы неплохо их там и потопить.

— Хм. Сэр, не могу не заметить, что Аматэру вряд ли пойдёт на захват вместе со своими людьми. А лишать его сил, приближая момент краха и отъезда обратно в свою страну, не самый лучший ход.

— И то верно, — поморщился первый старик. — Эх, ещё один неверный ход с моей стороны. Лучше бы мистер Хейг отправил сюда Джеффри.

— Сэр...

— Да знаю я, — отмахнулся рукой старик от Райли. — Знаю. Джеффри политик, я военный, но у меня и дома дел полно, а тут ещё это.

— Дело ведь не только в том, что он политик...

— Всё, проехали. Что есть, то есть. Что уж теперь-то?

* * *

Отчалили американцы через три часа после подслушанного разговора. За это время я почти ничего нового так и не узнал, разве что подтвердилось, что целью этих гавриков являюсь именно я. Не срыв операции, не разведка или что-либо ещё, а именно моё уничтожение. Смысл этого действа от меня ускользал, но судя по тому, что внука Атарашики тоже прибил именно клан Хейг, имеется что-то давнее и к забывчивости не располагающее. Похоже, Аматэру сильно подгадили им в своё время, а тут на тебе подарок — наследник Аматэру выбрался из своей норки в Токио, где достать меня было бы в разы сложнее. И то, что Атарашики они не трогали, тоже понятно — старушка и сама скоро померла бы. Для них, наверное, оказалось неприятным сюрпризом, что она до сих пор не сдаётся и продолжает коптить небо. Ещё и наследника заимела. Ну и то, что они войну не объявляют, тоже понятно — уничтожение столь древнего Рода явно не пойдёт на пользу их репутации. Без должного повода, во всяком случае. А вот причина совершенно непонятна. Местному начальнику явно моя смерть по барабану, он просто выполняет приказ, значит, там что-то очень личное, что-то, зацепившее либо главную семью, либо главу клана. Хотя, может, и весь Род — в конце концов, совсем не факт, что посланные сюда принадлежат именно Роду Хейг. Они вполне могут носить другую фамилию и просто состоять в клане. Мелькала у меня мысль уничтожить эту парочку стариков, но решил не трогать их. Умны они или нет, но ошибки делают, а каким там будет этот Джеффри, которого «надо было послать», я не знаю. Плюс велика вероятность, что им ещё и сил добавят. Эти, по крайней мере, не собираются мешать нам с войной в Малайзии, а уж с покушениями я как-нибудь разберусь. А вот после войны... Скажем так, оставлять клан Хейг в покое я не собираюсь. Хотят войны? Будет им война. Лично навещу их. Пока же лучше с этим повременить. Мне в Малайзии и без американцев найдётся с кем повоевать.

Захватывать оставшиеся корветы малайцев мы решили ночью. Да и решение о захвате было принято только потому, что корабли остались на месте. Какое-то время они ещё маневрировали, но, видимо, чтобы не тратить топливо и ресурс двигателей, решили встать на рейде. Хотя я бы на их месте всё же организовал патруль. С другой стороны, они, может, и хотели, да времени им не дали. Не знаю. Нам просто предоставилась возможность, и мы ею воспользовались.

Описывать сам захват, думаю, не стоит. Долго это будет. На этот раз действовали по схеме с эсминцем, то есть сначала я забираюсь, проверяю что почём, после чего забираются остальные. Наблюдателей малайцы на этот раз выставили больше, чем в прошлый, но у них даже ПНВ не было, отчего они за водой особо и не следили. Да и рация была лишь у одного. После первого корабля поплыли на второй, где нас дожидался Добрыкин, только там я зачистил лишь палубу, решив не множить слухи о своих возможностях. Того, что уже видели, достаточно. Хотя если честно, мне после второго Скольжения было просто влом заниматься ещё и зачисткой корабля, хватит с них и того, что рядом есть подавитель. Щукин же справился и без меня, правда, шуму наделал немало. Нет, Добрыкину тоже повоевать пришлось, но Щукин-то ещё на палубе спалился. Если бы я мог быстро перемещаться между кораблями, я бы и Щукину помог, а так это было бессмысленно, Добрыкина наверняка бы спалили раньше, после чего началась бы стрельба. В идеале, конечно, надо было подождать. Пару ночей последить за кораблями и их экипажами. Уточнить периодичность докладов наблюдателей на палубах, но мы торопились, вот и пришлось действовать с бухты-барахты, по сути.

В итоге поутру можно было смело говорить о том, что Малайзия лишилась своего флота. Семь корветов, шесть из которых мы захватили недавно, и один ещё в самом начале операции, когда сюда переправляли припасы. Позорнейший инцидент для малайского короля. Точнее, для его военно-морских сил. Какие-то корабли у него остались, но в основном катера и тральщики. Подводную лодку, уже десять лет стоящую на приколе, я не считаю. Вообще не уверен, что она на ходу. Так что формально флот у короля ещё есть, а на практике — нет.

После операции, проведённой, по моему мнению, блестяще, Щукин с компанией отправился обратно на фронт, а вот я задержался. Торопиться мне всё равно было некуда. Встал вопрос о том, связываться мне с Атарашики дистанционно или съездить домой лично — всё-таки тема обсуждения довольно серьёзная. Да и стоит ли вообще её беспокоить? Как ни крути, а через пару недель я и без этого собирался отправиться на побывку, там бы и поговорили. Тем не менее решил всё-таки предупредить старушку. Нельзя с подобными вещами тормозить. Если бы дело касалось только кораблей, я бы подождал, но клан Хейг... Не дай бог, они решили избавиться не только от меня. Вряд ли, конечно, теперь-то уж её и вовсе трогать бессмысленно. Думаю, о том, что между первым и вторым принятием в Род должно пройти какое-то время, знают все, кому нужно, так что Атарашики для многих потеряла остатки своей значимости. Не в политическом плане, само собой. Тем не менее шанс, что ей угрожает опасность, был, так что предупредить надо.

Защищенный канал видеосвязи со старухой у нас был подготовлен заранее — это, блин, не Райдона с днём рождения поздравить. Так что уже утром я имел удовольствие беседовать с Аматэру Атарашики.

— Здравствуй, Синдзи, — улыбнулась она с экрана. — Надеюсь, у тебя ничего серьёзного? — вопрос логичный, так как общением я её не баловал, а тут вдруг взял и внепланово связался. — Только не говори мне, что ты решил там задержаться.

— Нет. Ничего такого. Всё по плану. Недели через две буду дома. Тут в другом дело, — замолчал я, решая, с чего начать, с кораблей или с клана Хейг. — На днях мы лишили малайцев их боевого флота. Шесть оставшихся корветов теперь принадлежат нам.

— Но как?! — вскинула она брови.

— Сплавали к ним да захватили, — пожал я плечами.

— Просто сплавали и просто захватили? — спросила она скептически. — Я надеюсь, тебя среди «пловцов» не было?

— Ну... — отвёл я взгляд, что как-то само собой получилось.

— Синдзи, засранец, — прикрыла она глаза. — Ладно... Всё обошлось, и ладно, — произнесла она медленно, явно успокаивая себя. — Нет, демоны тебя задери! Не ладно! Ты что творишь, мелкий дебил?!

— Какой я тебе, нахрен, карлик?! — рявкнул я в ответ.

— Что? — сбилась она с мысли. — Причём тут... Паршивец! — ударила она кулаком по столу, отчего экран задрожал. — Не переводи тему!

— О боги, старая, как же с тобой сложно. Ну что там было опасного? Что мне на тех кораблях могло угрожать? Будь там даже «мастер», это ничего бы не изменило. А уж с подавителем и вовсе. Поверь, я туда не один полез.

— Ну хоть это хорошо, — начала она успокаиваться. — Как же ты не можешь понять, что от случайной пули никто не застрахован? Синдзи... пакостник ты мел... — запнулась она.

— Какой-какой пакостник? — переспросил я.

— Мелочный, — бросила она. — Вот зачем ты полез туда?

— Потому, что я выполняю такие задачи как никто другой, — ответил я. — И при этом для меня там не было никакой опасности.

— Опасность есть всегда, — не согласилась Атарашики.

— Разве что теоретическая. Но тогда и простая прогулка может закончиться ударом молнии по башке. Замнём тему. Лучше скажи, нам эти корабли нужны?

— Семь корветов? — задумалась она. — Даже не знаю. Содержать их будет весьма дорого. Да и старьё у малайцев одно. К тому же команд для них у нас нет.

— Так у нас и на предприятиях не одни лишь Слуги работают, — возразил я. — Неужто не найдём наёмников?

— Будь это гражданские корабли, тогда да, а на военную технику кого попало не посадишь, — возразила она. — Одного выстрела куда не надо хватит, чтобы сильно нам жизнь испортить.

А, ну да, об этом я не подумал.

— Ну хоть парочку кораблей мы можем себе оставить?

— И зачем они нам? — спросила Атарашики. — Нет у нас задач, для которых нужны военные корабли. Да и просто корабли. Разве что пока ты в Малайзии...

— Вот! — взмахнул я рукой. — После того, как мы здесь закончим, нам они вполне могут пригодиться. Те же нефтяные поля охранять.

— Хм, о полях-то я и забыла, — задумалась она, как-то данная тема прошла мимо наших обсуждений и вот всё же всплыла. — Но не лучше ли их будет отдать? Тому же Императору.

— Не будь я Аматэру, я бы с тобой согласился, — пришлось мне кивнуть. — Но теперь — хрен им всем.

— С какой-то стороны ты прав, — произнесла она неуверенно. — Но деньги имеют такое свойство... В общем, делиться придётся. Не стоит ссориться из-за подобного. Не в том мы положении.

— Мне казалось, мы с императорским Родом в хороших отношениях.

— Дело не в нём, а в том, что поля будут стоять на Родовых землях. Думаешь, не найдётся никого, кто захотел бы с них поживиться?

М-м-м... тут она, пожалуй, права. Любым нападением на нашу инфраструктуру будем обязаны заниматься именно мы — это не имперские земли, а Аматэру не мировые монстры как Кояма. Нам, по сути, даже войну агрессору будет сложно объявить, так как для этого надо сначала узнать, кто нападает. Нанять тех же пиратов не составит сложности. А если будет нападать малайский король? Скрываться он не будет, да толку-то? Хотя нет, он тоже будет — иначе какой смысл в эдикте Императора? Только ведь остаются неправительственные структуры — кланы, причём из разных стран. Корветы нам в этом случае точно будут нужны, но велика вероятность, что мы просто не сможем эксплуатировать нефтяные поля в полную силу, и что тогда? Хорошо, если окупим содержание тех самых кораблей, для которых у нас даже команд пока нет. Хотя окупить-то окупим, у нас же не только в море залежи будут, но нервов потеряем уйму.

— Ладно. Морскую добычу нефти отдадим, но то, что на суше, наше.

— О том и речь, — кивнула Атарашики. — Я же не предлагаю отдать всё, просто поделиться. Ну и пару корабликов можешь оставить. Но как по мне, лучше продать и купить потом что-нибудь поновее.

Резонно... но просто взять и продать? После всей суеты с их захватом?

— Давай ты пока поищешь перспективных людей в команду для трёх кораблей, а после войны уже решим, что делать.

— Только учти, что сейчас мы сможем подрядить именно что наёмников. С конкретной целью. Да и делать это придётся Шмиттам.

Шмитты сто лет будут искать команду на корабли. Вот корабль с командой другое дело, хоть и мало таких наёмников, но есть, наоборот же... С Аматэру, в общем-то, такая же история, но шансов больше, да только права старуха — не можем мы этим заниматься. Ритуал, такое дело...

— Ладно, потом об этом поговорим, когда дома буду, — заодно уточню, что там по морякам уничтоженных кланов. У тех же Липпе. Хотя они корабли строили, а не воевали на них, но мало ли? — Кстати, Аматэру же когда-то довольно сильны на море были, неужто ничего не сохранилось?

— Так это когда-то, — поморщилась она. — Не осталось у нас с тех времён ничего. Только память и репутация. В общем-то, один из моих старших братьев был последним, кого можно было назвать морским волком, и последним, кто заботился о флоте Рода. С его смертью всё и пошло под откос. На один корабль я ещё наберу старичков, но вот сколько из них будут военными, даже не знаю. Да и толку-то со старой гвардии? Они и служили на совсем других кораблях. Я... Я виновата, конечно, — отвела она взгляд. — Нельзя было... я могла хотя бы... Я была одна, — произнесла она глухо. — И у меня не получилось следить за всем. Я делала что могла, но чем-то пришлось жертвовать, а флот и моряки были уже не нужны. Корабли просто тянули из Рода деньги.

— Не волнуйся, и с этим со временем разберёмся, — чуть улыбнулся я. — А сейчас давай поговорим о более насущных проблемах. Скажи мне, ты в курсе, чем таким Аматэру могли зацепить клан Хейг, или даже Род Хейг, что они до сих пор желают избавиться от нас?

— Хейг? — вскинулась она. — Что эти твари... Ты столкнулся с кланом Хейг?

— Да. Они о моём знании не в курсе, кстати.

— Что произошло? — спросила она очень серьёзно.

— Здесь объявился эсминец, у команды которого задание ликвидировать меня.

— Ты должен немедленно вернуться! — всполошилась старуха.

— Через две недели, — ответил я спокойно. — Они не появятся тут ещё пару месяцев, не волнуйся.

— Как я не могу волноваться?! Эти твари убили моего внука, а теперь ещё и за тобой пришли!

— Так ты можешь пояснить мне, из-за чего они...

— Да не знаю я! — прервала она меня. — Не знаю... Я никак не пересекалась с ними. И не слышала, чтобы мы пересекались раньше. А если такое и было, то кто же скажет об этом младшей дочери? Они просто припёрлись на тот остров и убили Исао... — произнесла она с пустым взглядом. — Синдзи, пожалуйста, ты обязан вернуться в Токио. Как можно быстрее.

— Через неделю-две обязательно вернусь.

— Син...

— Мы прогнали корабль и нанесли ему немалые повреждения. Они не появятся тут какое-то время, — попытался я её успокоить.

— Да толку-то, если ты и дальше будешь сидеть в своей Малайзии?

— Но и остаться дома я не могу. Не волнуйся, старая, не смогут они меня уничтожить.

— Исао смогли, — поджала она губы.

— Но я-то не на острове сижу. То есть на острове, но тут есть куда отступать. Да блин, тут граница с Японией под боком.

— И как тебе поможет эта граница против снайпера? Если кто-то кого-то хочет убить, он не обязательно пошлёт армию, Синдзи. У тебя даже «доспеха духа» нет!

— Мы обязательно ещё поговорим об этом, когда я вернусь, но сейчас мне нужна от тебя ясная голова. Успокойся.

Через одиннадцать секунд молчания она всё же ответила.

— Я спокойна. Что мне делать?

— Сходи в архив, найди любые упоминания о клане Хейг за последние хотя бы сто лет. Полистай сохранившиеся дневники членов Рода. Проверь деловые бумаги, может, там найдёшь какие-то упоминания о них. Мне надо знать, где мы им наступили на хвост. Хоть что-то. Собери всё что сможешь на их клан. Причины — это хорошо, но мне надо знать, с чем и кем предстоит воевать, и где побольнее ударить. В финансовом плане тоже. Заодно попробуй по-тихому узнать, с кем они ещё конфликтуют. Вообще всю информацию собирай, по возможности — тайно. Напоминаю — они не в курсе, что я знаю о них и об их планах. У тебя две недели, когда я вернусь, мы вместе обсудим сложившуюся ситуацию и что с этим делать.

Говорить я старался не просто уверенно, а так, чтобы эта уверенность перешла и ей. Чтобы она настроилась на рабочий лад, чтобы беспокойство само отошло на второй план, а не было задавлено старухой.

— Я поняла, — кивнула она. — Сделаю что смогу.

— Вот и отлично. А теперь давай прощаться, времени у тебя не так уж и много, а дел полно. И позаботься о своей безопасности. Вряд ли они нападут на тебя, но рисковать не стоит. Ты слишком важна для Рода.

— Я-то о себе позабочусь, не сомневайся, — проворчала она.

— Ну и отлично, — улыбнулся я. — Передавай Идзивару, что у нас тут скучно и врагов почти нет. А то ещё ломанётся сюда.


Глава 15

Первого июля в переполненном зале штаба, что стоял в центре базы «Оплот», — она же ВЧ04, — я наблюдал за тем, как Щукин командует обороной наших границ, которые Джабир вновь проверял на прочность. Как и в прошлый раз, он атаковал нашу «пляжную» базу, точнее, укрепления перед ней, но на этот раз не пытался тупо ломиться вперёд, а методично штурмовал. Он даже пытался обойти её со стороны моря, но быстро откатился назад, нарвавшись на обстрел не только со стороны укреплений, но и стоящей за базой артиллерии. С ней у нас вообще всё было отлично. Не то чтобы у Джабира её было меньше, зато у нас она была более новая, более совершенная. Да и с артиллеристами всё было прекрасно. В общем, контрбатарейную борьбу мы явно выигрывали, не забывая при этом щёлкать технику противника. Впрочем, на этот раз Джабир попробовал сделать ставку на пехоту.

— Артудар по квадратам К-1-7 и К-1-8.

— Замечено движение в квадрате К-8-2.

— Двадцать вторая и двадцать третья турели вышли из строя.

— Беспилотник 02 сбит, потерян контроль за квадратом Н-2. Требуется запуск ещё одной машины.

— МД-07 повреждён и отходит к ВЧ02.

— Пусть готовят МД-21 и МД-22, — повысил голос Щукин. — В квадрат Н-2 вышлите две машины.

— Феникс — Базе, приём...

— В Н-2 что-то готовится, — произнёс я.

— А то я не понял, — огрызнулся Щукин. — Передайте ВЧ03, минут через пять пусть тоже запустят беспилотник. Добрыкин, всю артиллерию, что у нас здесь стоит, перенацель на квадрат Н-2. Хироя — два отряда разведки в тот же квадрат. Пусть начнут с Н-2-11.

— Есть, — ответил Хироя.

— Сделаем, — кивнул Добрыкин.

— Дайте связь с Фумисато, — продолжил Щукин, надевая наушники. Впрочем, одно ухо он тут же освободил. — Это Щукин, — произнёс он через минуту. — У вас с левого фланга что-то намечается, сможешь десяток МД выделить? Ладно, пусть так. К вам скоро ещё два подойдут, усиль ими отряд. Не знаю ещё, разведка только вышла. Да... Постараемся. Обязательно. Всё, отбой.

— Твои предположения? — спросил я, когда он снял наушники.

— Скорее всего, малайцы умудрились провести в квадрат зенитку... Да не, точно смогли. Значит сейчас где-то там идёт отряд... неизвестной численности. Вероятнее всего, шагающая техника.

— Не слишком круто для Джабира?

— Я читал те документы, которые ты давал мне, — посмотрел на меня Щукин. — И там нигде не написано, что Джабир идиот. Может, и не супертактик, но точно не идиот. Не кипешуй, всё в пределах нормы. Отобьёмся.

— Ну в этом-то я не сомневаюсь, — пожал я плечами.

— А в чём тогда сомневаешься? — хмыкнул он.

— В том, что десятка машин хватит.

— Их там семь будет плюс две на подходе. Но сейчас уже ты слишком высокого мнения о малайцах. Не волнуйся — Фанель справится. А мы ему отсюда артиллерией поможем. Два отряда разведки тоже забывать не стоит.

— Ясно, — согласился я и глянул на своих телохранителей. — Понятно.

За следующий час зенитка противника сбила ещё два наших беспилотника, но при этом всё же спалилась, после чего рыскающие отряды разведки были отправлены в подозрительный квадрат, и с противником они встретились чуть раньше задуманного, так как зенитка не стояла на месте, а меняла местоположение после каждой поражённой цели. Только на этот раз ей не повезло, и она чуть ли не лоб в лоб встретилась с мчащимися ей навстречу бойцами одного из отрядов. По итогам короткого боя мы потеряли двух разведчиков в средних МПД, но тем не менее завалили и зенитку, и пять МПД её прикрытия. Почти сразу после этого пришёл доклад от второго отряда, который всё же нашёл группу МД, скрытно приближающуюся к левому флангу ВЧ02.

Двадцать «Вавилонов» и пять «Бочек». Против девяти «Мо-но-Ёаке», засевших в обороне. Так я подумал поначалу, ровно до тех пор, пока Щукин не отдал приказ артиллерии накрыть нужный квадрат. С разведчиками в качестве корректировщиков стрельба получилась довольно эффективной, и это с учётом того, что работали лишь те орудия, что оставались с нами на ВЧ04. В общем, под постоянным обстрелом малайцы всё же дошли до базы, но что могли сделать семь «Вавилонов» и две «Бочки»? Фанель даже отступить никому из них не дал. Точнее, три последние машины отступили, вот только смыться так и не смогли.

Тем не менее манёвр Джабира внушал уважение — если бы у него всё получилось, делов его МД могли натворить много. С учётом того, что основные силы малайцев только этого и ждали, ситуация могла обернуться скверно. Прорваться мы бы им всё равно не дали, но вот потери, которые нам было бы крайне сложно восполнить, могли нас сильно ослабить. Однако случилось то, что случилось. Основной штурм Джабира, который начался, как только «засадный полк» подошёл к базе, просто захлебнулся. По нашим прикидкам, у малайцев в восточной Малайзии осталось около сотни единиц шагающей техники и порядка тридцати тысяч человек пехоты. Всё ещё дохрена, но после первых двух ощутимых плюх Джабир точно сядет в осаду, тревожа нас лишь мелкими вылазками. Лично я был уверен, что он попросит у столицы подкреплений и будет их тут дожидаться. А это как минимум месяц относительной тишины.

— М-да, — покачал я головой и, глянув на Ёхая, стоявшего у двери в зал, задумался о том, что мне сейчас делать.

— Что ты всё на своих телохранителей косишься? — спросил Щукин. — Надеюсь, ты не очередную авантюру задумываешь?

Переведя на него взгляд, я немного помолчал.

— Не совсем. Не волнуйся, я не собираюсь мчаться на фронт. Добрыкин! — повысил я голос. — Найди мне карту базы и прилегающих территорий.

— Этой базы? — уточнил он.

— Да, — ответил я, после чего глянул на Щукина. — Чего, по твоему мнению, нам сейчас не хватает? Я скоро в Токио вернусь, так что об этом мне лучше знать заранее.

— Пилотов, — произнёс он хмуро, посмотрев на Добрыкина. — Зачем тебе карта?

— Просто интересно. Что ещё? К тому же о проблеме нехватки пилотов ты и сам в курсе. Неоткуда нам их брать.

— У Аматэру десяток пилотов точно должен быть. Неужто нельзя их... замаскировать? — нахмурился он ещё сильнее. — С чего вдруг у тебя интерес к картам появился?

— Порой желания появляются просто так, — пожал я плечами. — Но ты не отвлекайся, что ещё нам может пригодиться?

— Разведывательные беспилотники — ты слишком много приказал переоборудовать в ударные версии. Несколько лёгких МД — тут уже я ступил. Поставки боеприпасов к миномётам тоже стоит увеличить. Синдзи, я не могу перечислить тебе сейчас всё, мне необходимо время.

— Доклад я от тебя тоже жду, сейчас мне важна тенденция.

— С лёгкими силами у нас беда. С лёгкими манёвренными силами. Малайцы оказались даже более худшими вояками, чем мы думали, и нам бы не помешало самим делать вылазки.

— Плюс разведка, как я понял.

— Да. Будь у нас пара лёгких МД, и разведчики не потеряли бы двоих.

— А я говорил, — не смог я не поддеть его.

— Да-да-да, — проворчал Щукин. — Главное — всё равно пилоты. Нам бы человек пятьдесят...

— Кха... — поперхнулся я. — Ты это... Меру-то знай. Где я тебе столько пилотов возьму?

— Я понимаю, что это непросто, потому ничего и не требую, но ты уж там пораскинь мозгами. Вдруг кто подвернётся? С пятьюдесятью машинами мы уже сейчас выбили бы все силы короля из восточной Малайзии.

— И зачем нам это? — не смог не спросить я. — Сейчас, во всяком случае.

— Я ж в принципе имею в виду, — дёрнул Щукин плечом.

— Пятьдесят... — покачал я головой.

— В идеале, — слегка кивнул Щукин.

Сейчас у нас тридцать три пилота, значит Щукин предлагает мне достать из воздуха ещё семнадцать. Нереальная цифра. Так они ещё и с аристократами не должны быть связаны. Не связаны... Точно! Даже в Токио полно богачей, не связанных с аристократами, у которых есть хотя бы один пилот. У того же Одзавы пилот был. Я, пока искал компаньонов в простолюдинский альянс, штук десять таких нашёл, но они по другим параметрам не подходили. Как правило, по деньгам. И это я ещё делал ставку на тех, кто вообще никак с аристо не связан, но теперь слабые и еле просматривающиеся связи можно не учитывать — в тени Аматэру они теряются. А если глянуть не только в Японии? Остаётся проблема договориться — вряд ли наберётся много тех, кто отдаст своего пилота за... за что? Вряд ли за деньги, да и денег у нас столько нет. За расположение Аматэру? За будущее расположение будущих аристократов Шмиттов? За какие-нибудь торговые соглашения? За связи? Хм... в общем-то, что предложить мы... Шмитт найдёт. Даже если согласятся немногие, уж пару десятков пилотов собрать должны. М-да, отдых мне дома точно не светит.

Тут и Добрыкин карту передо мной положил.

— Ладно, посмотрим, что можно сделать, — глянул я на Щукина и, переведя взгляд на карту, дополнил: — Есть одна мысль.

— Серьёзно? — удивился Щукин.

— Прикинь, да! — вскинул я брови. — Какого хрена ты вообще просишь пилотов, если не веришь, что я их достану?

— Не то чтобы не верю... — пробормотал он. — Но уж больно быстро у тебя мысль появилась. Поделишься, кстати?

— Нет, — встал я из-за стола.

— Просто нет? — вновь удивился Щукин.

— Просто нет, — подтвердил я. — В следующий раз будешь больше в меня верить.

— Злобный же ты тип всё-таки, — покачал он головой.

— Это только мысли, Щукин. Не о чем пока говорить.

— Ты куда сейчас? — не отводил он от меня взгляд.

— Надо проверить кое-что.

— Лично?

Сделав пару шагов в сторону Ёхая, я остановился и обернулся к Щукину.

— А это как получится.

— Ты хоть... А-а-а... — махнул он рукой.

Больше он меня вопросами не теребил, так что я спокойно подошёл к Ёхаю и, глянув на Эйку, кивнул ей на дверь. Тормозить и переспрашивать она не стала, так что, оставшись наедине с Ёхаем — насколько это возможно в наполненном людьми зале и при стоящем над душой Сейджуне — я показал ему карту.

— Вот это мы, — постучал я по обозначению штаба, просто чтобы дать ему время сориентироваться по карте. — А теперь внимание. Вот здесь и здесь, — указал я на две точки, расположенные на северо-востоке и юго-западе базы, — сидит кто-то, кто на протяжении вот уже трёх часов медленно передвигается по территории. Слишком медленно. С резкими перебежками. И если ты ещё не понял, то главный и запасной выходы из штаба с этих позиций отлично просматриваются. Боги его знают, кто это, но эти типы явно профи. Крепкие такие профи, раз их ещё никто не заметил.

— Может, лучше рассказать об этом Щукину? Не дай боги, это «мастера»?

— Именно для этого ты и таскаешь подавитель, — ответил я. — Зря я его, что ли, тебе доверил? Тихо подойдёшь, тихо возьмёшь. После чего займёшься следующим. Не пытайся припугнуть их оружием — сразу по голове бей.

— Понял, — кивнул он.

— Тогда иди. Можешь кого-нибудь из наших дам взять.

Развития ситуации я отправился ждать на прежнее место за столом. Щукин только взглянул на меня вопросительно, но я молча отмахнулся. Пожав плечами, он вернулся к прежней работе, — чем бы он там не занимался, — склонившись над картой округа Мири. Вернулся Ёхай через полчаса, подошел ко мне и, наклонившись. прошептал на ухо:

— Нашли обоих, но тот, что на северо-востоке, успел раскусить капсулу с ядом.

— А второй?

— Даже не рыпнулся, — ответил он. — Он сейчас у Целителей. Химию вкололи. Проверяют на наличие сюрпризов. Такую же капсулу с ядом уже изъяли.

— Малаец или европеец?

— Второе. А вот снаряжение как у нас. Один в один.

— Дела-дела... — постучал я пальцем по столу. — Что ж, пойдём побеседуем с ним.

Щукину мы про вторженцев рассказали, а вот как вообще на них вышли — нет. Он, в общем-то, и не стал задавать лишних вопросов, посверлил меня тяжёлым взглядом немного, да и успокоился. Целители, кроме капсулы в зубе, больше ничего не нашли, так что, приковав мужика к стулу, вкололи ему нейтрализатор снотворного и принялись ждать, когда тот очнётся. Само собой, врубив перед этим подавитель. О самом диверсанте рассказывать особо нечего — европейская внешность, экипировка, камок, как у наших бойцов, блондин... ничего, что выделяло бы его из тех европейцев, что служат под моим началом. Тем не менее на глаза моим людям ни он, ни его напарник старались не попадаться.

— Вообще, конечно, безмерная наглость — заявиться прямо на нашу базу, — покачал головой Щукин, разглядывая приходящего в сознание лазутчика.

Ирония в том, что он это мне говорит.

— Малайцы на корветах, наверное, так же думали, — ответил я. — Те, кто сообразить успел.

— Мы туда с должными силами пришли, — не согласился он. — А эти...

— А у этих и задача другая, — пожал я плечами.

— Твоя ликвидация?

— Вот это мы и должны узнать, но согласись — вряд ли они рассчитывали захватить базу, а нас всех перебить.

Мне не раз и не два, уже в этом мире, говорили, что нет таких людей, которые могут выдержать пытки. Типа все ломаются. Ага. Что ж, скажите это Степану Разину. Или менее знаменитому Ваське Шибанову, которого запытали люди Ивана Грозного, но который так и не предал своего господина. Ну или ладно, это дела давно, очень давно минувших дней. Давайте что-нибудь поближе. Зоя Космодемьянская. Её в своё время пытались неслабо очернить, но факт остаётся фактом — пытали, да ещё и не один день. И немцы, и жители той деревеньки, где всё происходило. Эти, правда, совсем чуть-чуть, но Зое, скорее всего, от этого было не легче. И ведь так и не смогли сломить. Дмитрий Карбышев — генерал сначала имперской, а потом и советской армии. Добились от него немцы чего-нибудь? Да вот хрен им. Рокоссовского тоже пытали, хотя там непонятно, с какой интенсивностью. Сломали? Нет. Евгений Родионов так и не отказался от своей веры, хотя боевики в Первую чеченскую очень старались, чтобы он принял нужное им решение. И это только те, о ком все знают, а сколько безвестно канувших в историю? Про обученных блокировать боль я вообще молчу. Поэтому я совсем не разделял уверенность Щукина, что вторженец расколется.

— Говорю тебе, парень, нет таких людей, все ломаются, — говорил он вечером, когда на сегодня с пытками решили закончить.

Что ж, посмотрим... Увы, но для бахироюзеров сыворотки правды ещё не придумали. Ну или о ней мало кто знает. Тут даже подавитель не поможет — проблема в самом теле.

Американца — а это, скорее всего, именно американец — я решил оставить на Щукина. В конце концов, он и без меня может узнать всё самое главное — сколько их тут, где прячутся, какие приказы получили и т.д. и т.п. Сомневаюсь, что пленник знает что-то сверх этого. Ну признается он, что из клана Хейг, и что? Кто ж ему о причинах операции расскажет? В общем, самого интересного он наверняка не знает. Разве что я некоторое время сомневался, оставлять ли Щукину подавитель... но домой-то ехать в любом случае надо. Так что, выбирая между Ёхаем и подавителем, решил оставить последнее. В общем, на этой базе мне делать больше нечего, пора перебираться на основную — готовиться к отъезду домой. Заодно уточню у Латиф и Амин, что они решили. Тянуть с собой девушек против воли я и правда не собирался.

Самое «дальнобойное» сканирующее умение ведьмака — это Обнаружение жизни, и хоть я в нём не спец, как некоторые личности в моём прежнем мире, но свои восемь километров вытягиваю. И всё бы хорошо, но чем больше людей в зоне сканирования, тем больше нагрузка на мозг, отчего использовать умение в городе довольно болезненно. В центре ВЧ04 народу меньше, чем в центре города, но даже там я использовал Обнаружение жизни короткими импульсами. Этого вполне хватало для наблюдения за парочкой вторженцев. А вот по дороге на основную базу таких ограничений не было.

— Останови машину, — похлопал я Сейджуна по плечу. — Ёхай, передай, чтобы головная машина тоже остановилась.

Сидящие в машине девушки подобрались. Остальные, подозреваю, тоже, но видеть я мог только сестёр Ямада. Те же Ёхай с Сейджуном были скрыты спинками сидений, а про вторую машину и вовсе молчу. Просто выйти из броневика мне не дали — стоило только приподняться, и Эйка, сидящая рядом со мной, мягко удержала меня вытянутой в мою сторону рукой, в то время как её сёстры ломанулись из машины, беря под контроль окружающее пространство. Вслед за ними вышла сама Эйка, и только после неё — я.

— Будьте здесь, — произнёс я, обходя броневик и кивая в сторону края дороги выбравшемуся из машины Ёхаю.

— Что случилось? — спросил он, когда мы отошли подальше.

— Примерно в восьми километрах впереди у дороги находятся десять человек. На засаду похоже.

На что Ёхай цыкнул и, оглянувшись по сторонам, тихо произнёс:

— Мать их так. Думаешь, американцы? — вновь посмотрел он на меня.

— Ну... — задумался я. — Это напрашивается, да. Впрочем, возможны и другие варианты. Как ни крути, а отдельные небольшие отряды вполне могут проникнуть на нашу территорию. Мы не настолько плотно держим границу, чтобы предотвратить подобное.

После моих слов Ёхай скривился. Он и так-то не красавец, а в такие моменты кто-нибудь, кто плохо его знает, может и за кирпич схватиться. Не удивлюсь, если Ёхай таким образом народ троллит.

— Что делать будем? Подавитель ты Щукину оставил, а если это американцы... как бы там нескольких «учителей» не было.

— А то и «мастер», — кивнул я. — Очень уж им хочется меня убить, похоже.

— Если тебя интересует моё мнение, то нам надо звать Щукина, — произнёс Ёхай.

Ну да — далеко не факт, что противник не включил «доспех духа» заранее. С другой стороны, происходит это мгновенно, так что заранее тоже включать особого смысла нет. Это я к тому, что подкрасться-то я к ним смогу, но толку, если там «мастер» и все они под «доспехом духа»? То есть сражаться в любом случае придётся.

— Упускать шанс убить их тихо и быстро тоже не стоит, — заметил я. — Так что сначала сам их навещу. Заодно проверю, что почём.

— Но пленных-то взять уже не сможем, — возразил он.

— Да толку нам с тех пленных? — вскинул я брови. — Один у нас уже есть, и я более чем уверен, что ни он, ни эти, — кивок в сторону дороги, — ничего по-настоящему стоящего не знают.

— Синдзи... — вздохнул Ёхай. — Вот тут ты совсем не прав. Они могут знать очень многое...

— Многое, да, — прервал я его взмахом руки. — Но не слишком важное. Для меня, во всяком случае. Кто, где, когда, сколько, какое снаряжение — всё это нужно, но одновременно и бессмысленно. Пока мы не поймём зачем, клан Хейг так и будет слать сюда своих людей.

— Для начала нам надо зачистить свою территорию, а остальное и подождать может, — возразил Ёхай.

Тут-то меня и посетила интересная мысль — а не закусил ли я удила? Дело даже не в том, что я не хочу привлекать Щукина или у меня банально свербит пойти в одиночку и всех там вырезать, просто хотелось победить в споре, отчего я начал какую-то дичь нести. Всё-таки я в теле подростка, а это нет-нет да и сказывается на поведении.

— Сейчас меня больше беспокоит, как нам потерь избежать, — ответил я. — Пусть с «бессмысленностью» я и погорячился, противник, несомненно, может рассказать нам много интересного, но если связываться с Щукиным, пройдёт слишком много времени, и конкретно эти типы тупо свалят... хотя стоп, — задумался я. — Может, и не свалят.

Если у них есть наблюдатель, который предупредил их о моём выезде, тогда да — рассчитать время поездки нетрудно. Но тогда этот самый наблюдатель должен сидеть прямо на базе или быть одним из наших людей, так как я ничего такого не заметил. Если же наблюдателя нет, то они просто ждут, когда по дороге проедут нужные им броневики. Их у нас всего два, остальные пользуются японскими моделями, и выяснить это несложно, благо об этом знают очень многие, в том числе и малайцы.

— Так мне связываться с Щукиным? — прервал мои мысли Ёхай.

— Да, — произнёс я задумчиво. — Опиши ситуацию, и пусть едет сюда с подавителем. И пусть сообщит, когда выедет с базы. Ах да, пусть ещё снотворное с медицинским пистолетом возьмёт. Для бахироюзеров, само-собой.

Пусть будет, вдруг пригодится. А я пока послежу — не свернут ли неизвестные засаду? Если наблюдатель есть, значит, должны свернуть.

Щукин, понятное дело, приехал не один. Я-то думал он с собой только Добрыкина возьмёт, а он ещё и взвод тяжёлых МПД, и четыре, тот же взвод, тяжёлых МД с собой приволок. Из-за этого слегка задержался, но главное то, что засада так и продолжала ждать у моря погоды.

— Ну что тут у вас? — подошёл ко мне Щукин.

Чуть позже к нему присоединились и Добрыкин с Антиповым. Мы ждали их у машины, так что когда старик подошёл, я просто протянул руку к Ёхаю, и как только тот передал мне карту местности, начал объяснять ситуацию:

— Вот здесь... метрах в двухстах от дороги, засели восемь человек. Их ранг мы, понятное дело, не знаем, но вряд ли на это дело послали бы сосунков. Вот тут и тут сидят два наблюдателя, то есть в общей сложности их десять человек. Наблюдатели неплохо замаскировались, но по сути у них обычное снаряжение спецназа, а вот у основной группы есть три МПД. Я не большой специалист в определении моделей, но вроде это «Каракурт». Также я видел у них пять гранатомётов и два крупнокалиберных пулемёта. Всё снаряжение, как и вооружение, русское. Так что МПД — единственное, что у них из Штатов.

— Пилоты МПД внутри машин дежурят или снаружи? — спросил Антипов.

— Снаружи, но рядом со своей техникой, — ответил я. — Не видел, чтобы они дальше трёх метров от неё отходили. Впрочем, это не показатель, сидел я там недолго, но всё-таки...

— За окружающим пространством у основной группы кто-нибудь следит? — спросил Щукин.

— Нет, — качнул я головой. — Но они расположились так, что подойти к ним незаметно довольно сложно.

— Но ты смог, — заметил Добрыкин.

— Смог, — покосился я на него. — Но вы такое не потянете.

— Я-то может и нет, — пожал он своими накачанными плечами, — но спецов найти можно.

— Времени нет, а я как-то не подумал об этом, — произнёс Щукин. — Да и ладно. Значит так... Ёхай со своей группой, я и Добрыкин условно первый отряд. Антипов, ты со своими МПД — второй. МД — третий. Первый отряд выдвигается вперёд и связывает противника боем. По сигналу к нам присоединяется второй отряд. До этого момента мы показываем, что у нас есть «мастера», только если они есть и у них. Наша главная задача связать их боем и не дать уйти. Третий отряд выступает вслед за вторым. Наблюдателей противника не трогаем... Они в любом случае должны попытаться выйти к нам в спину. Так что три МПД нужно оставить в тылу.

— Может, вообще третий отряд не задействовать? — спросил я. — Они будут нужны, только если у противника три «мастера».

— Такое тоже может быть, — ответил Щукин.

— Может... Но я не успел договорить — в отряде противника всего один старик. Пусть даже у них есть ещё один, крайне талантливый, оттого и не старый, но три? Нет. Не верю.

— Один... — задумался Щукин. — Это хорошо. Пусть будет так — третий отряд остаётся здесь и охраняет твою тушку.

— Наблюдатели могут банально сбежать, — заметил я.

— Некритично, — пожал плечами Щукин. — Хотя, конечно, неприятно. Хочешь что-то предложить?

— Я могу подобраться к наблюдателям и попробовать их усыпить. Ты же принёс снотворное?

— Принёс, — ответил он, пожевав губами.

— Пусть старшая из Ямада со мной идёт. И с подавителем. Вам он, похоже, не понадобится.

— Это как не понадобится? — хмыкнул Щукин. — Если там есть «мастер», то с подавителем он, считай, наш. Выбьем его отряд, чтоб не стреляли почём зря, сойдёмся вплотную, тут я подавителем и воспользуюсь. А вот если наблюдатели сидят под «доспехом духа», то ничегошеньки ты им не сделаешь. Только всполошишь.

Это да. Долбаные наблюдатели вообще не в тему. Как, собственно, и должно быть.

— Значит, выдели четыре МПД. Пусть сидят неподалёку и чуть что, бегут валить гавриков. Я их даже подведу как можно ближе к цели.

— Ну, как вариант, — задумчиво произнёс Щукин. — Да, так и сделаем.

У меня промелькнула мысль предложить свою помощь в уничтожении основного отряда противника, заодно кого-нибудь усыпить, но уж больно компактно там бойцы сидят, так что усыпление объяснить внятно не получится. Будь у нас духовое ружьё с дротиками, тогда — да, но его у нас нет. Вообще нет. Не нужно оно нам было. Остаётся простое уничтожение, но опять же — там и без меня справятся. Незачем лишний раз светить способности, я и так с этим зачастил. Это ладно, если никто не увидит, как я действую, ну а если кто-то из бойцов противника сидит под «доспехом духа»? Наверняка ведь там есть пара параноиков. Всё ж таки профи, как-никак. Потому я и промолчал. Народу у нас достаточно, должны без потерь справиться, а значит, моё участие — излишняя бравада. Желания повоевать, как с кораблями малайцев, не было, так что и поводы для своего участия мне искать лень.

Вместе со мной у броневиков остались сёстры Ямада, Сейджун и Хаяте — из бывших бойцов Докья. Ну и четыре МД. Канами рядом с задней дверью нашего броневика, Хина на обочине дороги, а Эйка и Хаяте залезли в броневики, изготовив к стрельбе турели на крыше. Я же с Сейджуном коротал время в нашей машине, вытянув ноги, прикрыв глаза и наблюдая за округой с помощью Обнаружения жизни. Вот засуетились отметки группы противника, вот потухла искра жизни сначала одного наблюдателя, а через четыре секунды — и другого. В это же время, судя по перемещениям ещё живых американцев, — а это американцы, я убедился в этом, когда следил за ними... В общем, судя по их перемещениям, они решили принять бой. Следующие несколько минут первый отряд вяло отбивался и даже начал немного отходить, что при двух «мастерах»... хотя да, Щукин же не хотел светиться... Но всё равно, как-то слишком крутовато. Похоже, «учителей» в отряде противника оказалось больше, чем мы думали. Как бы не все они. Ещё минута, и тяжёлая пехота Антипова добралась до первого отряда, что изменило рисунок боя. Уже американцы начали перестраиваться и явно ушли в оборону. Вот у них погасла одна искра жизни, вот вторая, а через двадцать одну секунду один из американцев сорвался с места и с неплохой скоростью начал удаляться. Почти сразу с места рванул и кто-то из наших. Скорее всего, Щукин. Как нож сквозь масло прошёл через отряд амеров и даже умудрился кого-то уничтожить. Останавливаться не стал, преследуя убегающего, в то время как остальные американцы продолжали умирать. Что закономерно, так как четыре человека не могут нормально противостоять таким силам. Убегающего настигли через две минуты, уж не знаю, что там произошло, но его искра резко остановилась. Правда, почти сразу попыталась вновь удрать, но наш преследователь не сплоховал, буквально протаранив американца. К тому моменту от их отряда остались двое, да и те окружены. Думаю, их не вынесли до сих пор только потому, что хотели взять живьём, однако то ли передумали, то ли получили иной приказ, но в какой-то момент искры жизни американцев почти одновременно потухли.

Похоже, знатный у них там бой получился.

Вернувшиеся бойцы выглядели весьма потрёпано, особенно три тяжёлых пехотинца из моих телохранителей. Ей богу, их МПД даже кое-где искрили. Остальным тоже досталось, но эти трое выделялись. А вот Щукин отличился, он единственный из всех выглядел так, будто весь день копался в огороде, то есть был грязный и уставший, но довольный, что всё закончилось. А ещё он подсвечивал себе дорогу здоровенным фингалом.

— Взяли гаврика, — доложил он. — Ну да ты видел.

Тело, которое нёс один из тяжёлых пехотинцев, я, конечно, заметил.

— Снотворное вколол или по голове надавал? — спросил я.

— Снотворное, — хмыкнул он. — Сначала пытался вырубить, но чуть сам не отъехал, — потрогал он глаз. — Профи. Я-то фактически обычная пехтура, а этого явно иначе готовили.

Раненых у нас, слава богу, не было, — если, конечно, не считать фингал Щукина, — так что, разобрав свои машины, отправились все по своим делам. Мне ещё пытались всучить пяток МД, но я отказался — на фронте они нужнее, там и так каждый пилот на счету. Разве что взял одного, но только чтобы проверить дорогу — вдруг там мины? На место боя же уже выехали несколько техников и отряд прикрытия, которые должны собрать всё, что осталось от американцев, — заодно и округу проверить, — но мне-то домой охота! Так что либо МД впереди пустить, либо лесом объезжать.

На основную базу мы вернулись во втором часу ночи, и несмотря на это, когда я вошёл в дом, Каджо как и всегда встречал меня на пороге.

— Добро пожаловать домой, Аматэру-сан, — поклонился он. — Ванна готова, ужин будет ждать вас сразу после.

— Спасибо, — улыбнулся я ему. — Как там наши гостьи? Не буянят?

— Что вы, Аматэру-сан, — улыбнулся он в ответ. — Амин-сан и Латиф-сан ведут себя более чем спокойно. На днях они посетили Мири. Я, как вы указывали, не стал им препятствовать.

— С охраной? — уточнил я.

— Конечно. Тодт-сан выделил им отряд для охраны.

Вот и отлично. А то они кроме того, что красивы, так ещё и аристократки, что по их поведению довольно легко вычисляется. Так что в Мири для них действительно могло быть опасно. Вместе со мной остались только Сейджун и Ёхай, который дал возможность своим привести себя в порядок, но так и не смог оставить меня совсем одного. Я ему намекал на Сейджуна, он мне в ответ намекал на Хейгов... в итоге я просто махнул рукой. Хочет тут штаны просиживать — его дело. А наутро я попросил Каджо предупредить наших гостей, что жду их на завтрак.

— Дамы, — поздоровался я, встретив их за столом. — Вы как всегда красивы.

— Благодарю за комплимент, господин Аматэру, — произнесла Амин, присаживаясь напротив меня.

Латиф лишь что-то буркнула, но после чуть более громкого, чем нужно, вздоха Эрны, малышка Раха смущённо произнесла:

— Спасибо...

Да они, похоже, спелись. И Эрна в их паре лидер.

— На днях я еду домой, — произнёс я, обведя их взглядом. — И хотелось бы услышать ваш ответ на заданный ранее вопрос. Вы со мной? Или решили вернуться в свои кланы?

— С вами, господин Аматэру, — почти сразу ответила Эрна.

А вот Раха немного помедлила.

— Я должна извиниться за свои слова, господин Аматэру, — произнесла она тихо и немного смущённо. — На самом деле я не самого лучшего мнения о своих родных и буду не против остаться с вами.

— Даже так? — произнёс я медленно. — А почему тогда...

— Просто к слову пришлось, — смутилась она ещё сильнеи и добавила, пробормотав себе в тарелку: — А потом как-то неловко было правду говорить...

— То есть ты против меня ничего не имеешь?

— Да, — ответила она.

Не врёт.

— И против моего Рода?

— И против Рода. Ничего не имею.

— И нет нужды ждать от тебя каких-то пакостей?

— Конечно, — вскинулась она. — Я что... я... — не могла она подобрать слов. — Я не собираюсь причинять вред ни вам, ни вашему Роду, — выпалила Раха.

— А ты, Эрна? — спросил я.

— Конечно, нет, — ответила та спокойно. — Меня полностью устраивает нынешнее положение дел.

— Прямо-таки полностью? — усмехнулся я.

— Ну, — улыбнулась она, поведя плечом. — За вас бы я вышла с большим удовольствием.

И что на это ответить? О, пойдём по стопам знаменитого контрабандиста.

— Я знаю, — ухмыльнулся я.

Как ни странно, но дольше всех собирался именно я. Казалось бы, со мной в Токио возвращаются аж семь девушек, а поди ж ты. Сёстры Ямада наёмницы, им собраться пять минут, сестёр Каджо подгонял их дед, а Эрне и Рахе, в общем-то, ничего особо собирать и не нужно было. Меня же постоянно что-то тормозило. Документы, доклад Щукина, Махатхир, дела которого нужно было решить до отъезда. А дел у него после десанта малайцев и двух наших абордажей накопилось изрядно. Тем не менее вечно эта суета не могла продолжаться, и спустя три дня после возвращения на основную базу я всё же дал команду небольшой колонне машин трогать. Три месяца в чужой стране пролетели довольно быстро, так что пора возвращаться в Токио, где меня тоже ждет немало дел.


Глава 16

Самым удивительным в моём возвращении домой было то, кто именно меня встретил первым. Если кто-то думает, что это был слуга, то он ошибается. Хотя ворота в мой особняк открыл именно он — глава Семьи Ёсиока, Ёсиока Минору. Может, это был кто-то из моих друзей? Та же Мизуки вполне могла опередить всех и повиснуть у меня на шее. Но нет. Друзьям я решил сделать сюрприз, так что никто из них и не знал, что я возвращаюсь. Про Атарашики и вовсе молчу — не полезла бы она вперёд слуги, осталась бы чуть позади, дожидаясь, пока я сам к ней подойду. Собственно, она и стояла там, метрах в десяти от ворот. Кто-то наверняка подумал бы об Идзивару, но... это Идзивару, народ. Когда он вообще выбегал мне навстречу? Нет, кошак, как и всегда, устроился на заборе, презрительно поглядывая на то, что творилось у меня под ногами. Присев на корточки, я протянул руки к чёрному как смоль щенку лабрадора, который крутился у моих ступней и бешено махал хвостом. Стоило мне только приблизить к нему ладонь, малыш тут же поддел её головой и принялся лизать. Он прыгал на месте, крутился, облизывал мне руки, пытался на них взобраться, в общем, всячески показывал, как рад меня видеть.

Взяв его на руки и увернувшись от попытки облизать мне лицо, подошёл к Атарашики.

— Кто это? — спросил я.

— Маленький нахлебник, которого нашёл твой кот, — усмехнулась она. — Слуги зовут его Пират, но, насколько я знаю, он на эту кличку не откликается.

— Бранд... — произнёс я медленно.

И стоило мне только произнести кличку своего пса из того мира, как щенок заскулил с удвоенной силой, ещё сильней пытаясь дотянуться до моего лица и облизать. Ну а так как у него ничего не вышло, облизыванию подверглись руки.

Я никогда не видел Бранда щенком и не могу сказать, насколько он похож на этого, но чёрт возьми... Это чувство... Незамутнённое чувство счастья всякий раз, когда я возвращался после долгой командировки. Боже... как так-то? Этого ведь не может быть. Не может... Как такое вообще возможно?

— Синдзи? — окликнула меня Атарашики.

— Его зовут Бранд. Запомните это имя.

— Как скажешь, — пожала она плечами. — Но я ждала от тебя несколько иных слов.

— Ты просто не понимаешь... Не можешь понять...

— Синдзи? С тобой всё в порядке?

Когда я поднял на неё взгляд, старуха хмурилась, пытаясь скрыть беспокойство.

— В порядке, — собрался я. — Всё в полном порядке, извини. И да, я вернулся. Здравствуй, старая.

Морщинки на её лице чуть разгладились, и через пару секунд она мне ответила:

— С возвращением, мелкий прохвост.

* * *

Нашими гостьями занялись служанки, уведя за собой вглубь дома. Причём это были не Ёсиока и даже не те, которых с собой привела Атарашики, когда переехала сюда. Похоже, старуха неплохо здесь обжилась. Я же шепнул главе семейства Ёсиока, чтобы он занялся моими телохранителями, на которых с подозрением смотрели охранники, прохаживающиеся по двору особняка. Вот одного из них я пальцем и поманил.

— Господин, — поклонился охранник, когда подошёл.

— Мурата-сан, — сказал я. — Ты уж пообщайся со своими, объясни им, что мои телохранители делом доказали свою верность. Пусть не обижают хороших людей.

— Обязательно, господин, — поклонился он ещё раз.

А когда отошёл подальше, Атарашики произнесла:

— Лучше бы ты это кому постарше сказал. Харухико хороший мальчик, но слишком молод, чтобы его послушали.

— Во-первых, слушать они должны не его, а меня. Если твои старички не поймут этого, я... пусть постарается, короче. Ну а во-вторых, думаешь, я этого не понимаю? Пусть нарабатывает репутацию. Именно он и такие, как он, займут место стариков в своё время.

— Смотришь в будущее? — усмехнулась она. — Правильно. Мы, старики, не вечны. Но и раньше времени нас со счетов сбрасывать рано.

— Ты уж извини, если так показалось, — ответил я. — Ни в коей мере не считаю, что вас можно сбросить со счетов. Надеюсь, вы ещё не один год будете компостировать мне мозг.

— Проехали, — произнесла она... умиротворённо, пожалуй. — Лучше скажи, что нам с привезёнными тобой девушками делать?

— А что с ними не так? — не понял я.

— Всё так, — кивнула Атарашики. — Я до сих пор поражаюсь твоей хватке — вернуться спустя три месяца и привезти с собой будущего «виртуоза». Вопрос в другом — что с ними делать? Спрятать и никому не показывать или разрекламировать наше приобретение? Найти им занятие или пусть ничего не делают и развлекаются? Знакомить ли, в конце концов, старшую с будущим мужем или подождать?

— Если они будут жить здесь, то сами в конце концов познакомятся... А, понял. Нет, не стоит пока говорить ей. Казуки ведь даже не член Рода. Остальное на твоё усмотрение.

— Э, нет, Синдзи, — улыбнулась Атарашики. — Я не требую от тебя решений... по критическим вопросам. Но уж с такой мелочью будь любезен разобраться сам.

— Типа подготовка к титулу главы Рода? — хмыкнул я.

— Типа да, — хмыкнула она в ответ.

— Ладно... Скрывать не надо, но и выпячивать не стоит. Главное — представляй их, как наших гостей. Не заложников, не будущих невест, просто гостей.

— С этим понятно, — кивнула Атарашики. — Подушка безопасности, если нас всё-таки вышвырнут из Малайзии.

— Да. К сожалению, такой вариант не исключён, — согласился я. — Занятие им какое-нибудь найди. Не настаивай — посмотрим, как они отреагируют... А где Казуки, кстати? — спросил я, поднявшись на веранду дома, и кивнул Суйсэну, отпуская его и близняшек.

— Ты просил сохранить в тайне твоё возвращение, — пожала она плечами. — Так что он тоже о нём не знает. А насчёт того, где он... — посмотрела она на меня хитро. — Который час, Синдзи?

— Начало первого... Ну да, — покачал я головой. — Понедельник же.

Где ещё быть школьнику в это время в понедельник? В школе, конечно.

— Вот именно, — усмехнулась она. — В отличие от некоторых прогульщиков.

— Иди ты... — отмахнулся я беззлобно. — Я честно сдал все экзамены за этот год.

— Да уж, — покачала она головой. — С подростками, сбегающими на войну, лишь бы не учиться в школе, я сталкиваюсь впервые. А жизнь у меня была долгая.

Сначала я хотел ответить в стиле «не я такой — жизнь такая», но потом вспомнил один маленький факт из её биографии.

— Школа — ад, созданный взрослыми, чтобы мучить своих детей, — произнёс я. — И тебе, неженке, которая ни разу не переступала порога школы, никогда не понять всю суровость современных подростков. Правильно я говорю, Бранд? — спросил я, разворачивая его к себе мордой.

На что получил радостный тявк.

— Э... — выдавила из себя Атарашики, когда мы уже заходили в одну из гостиных дома.

Расслабился ли я, вернувшись в Токио? Да нет, пожалуй. В общем-то, я и не был напряжён. Вот перед вступлением в Род Аматэру напрягов было полно, а сейчас уже нет. Обычная жизнь. Ну да, Малайзия, да, впереди много работы, и что? Всегда так было. Хотя я, пожалуй, не с того начал — мне не нужно было расслабляться, всё было ровно. Напряг кончился, когда я стал Аматэру. Даже клан Хейг... Глобально американцы мне не мешали, а убить меня всё время кто-нибудь хочет... Ну ладно, всё не настолько грустно, но к постоянной угрозе жизни я уже давно привык. К тому же с кланом Хейг всё предельно ясно... то есть не ясно... короче, с ними просто — они хотят меня убить, я хочу убить их. Никаких тебе интриг. С причинами конфликта сложнее, но какая разница, если он уже идёт? Даже если я узнаю причину, даже если Аматэру будут кругом неправы, конфликт уже не остановить. Сомневаюсь, что они станут извиняться, а уж я извиняться точно не буду. Но всё это лирика, так как в Токио я вернулся отнюдь не для отдыха. Сегодня-завтра обойду всех друзей, а уже послезавтра начну вкалывать. И первым делом займусь поиском моряков для своих кораблей. Потом наёмники — нужно набрать ещё. Параллельно придётся ходить на приёмы или устроить свой. Пообщаться, так сказать, с местной элитой. Плюс — и я в этом уверен — Атарашики нагрузит меня делами Рода. Пусть я здесь и ненадолго, но что-то сделать успею.

Собственно, с дел Рода и началось. Ещё Казуки не успел вернуться из школы, я сам только из ванной недавно вышел, думал — попью кофе в зале с телеком, новости посмотрю, ага. И тут на тебе — Атарашики, за спиной которой маячит слуга с кипой папок. Голос я подал только после того, как слуга ушёл, и мы остались в гостиной одни.

— Совсем ты меня не бережёшь. Могла бы денёк дать на отдых.

— Это мелочи, — откликнулась она. — Никаких срочных решений, лишь информация и то, чем я хотела бы заняться, пока ты отдыхаешь, — я на это только показательно вздохнул. — Вот эта папка, — продолжила Атарашики, — всё, что я нашла по клану Хейг и нашим с ними взаимоотношениям за последние сто лет. Сразу скажу — их мало. Мы почти не соприкасались ранее. Я так и не поняла, зачем им нас уничтожать. Но что смогла — собрала. Почитай на досуге. Вот здесь, — положила она ладонь на другую папку, — информация о трёх театрах кабуки с моими пометками плюсов и минусов.

— Ты ещё не отказалась от этой затеи? — приподнял я бровь. — Вроде теперь ты...

— Это дело принципа, — прервала она меня. — Моё личное желание. Слишком часто и слишком многие пинали меня в этой сфере, и по-твоему, я должна всё забыть? О нет, я буду владеть театром и, демоны меня подери, переплюну их всех.

— Ты, главное, не жести, — качнул я головой. — А то отдуваться нам всем придётся.

— Не волнуйся на этот счёт, — усмехнулась она. — Одна старуха не сможет запятнать десять тысяч лет истории. Даже если я задамся такой целью, максимум, чего добьюсь — брошу лишь тень. Да и то вряд ли. В конце концов, у меня тоже есть определённая репутация, которая будет стоять на страже репутации Рода, хочу я того или нет. В самом худшем случае меня просто признают сумасшедшей. Была достойная женщина, да вот беда — старость взяла своё, и она рехнулась. Рода это вообще никак не коснётся.

— То есть ты решила жестить? — удивился я.

— Нет, конечно, — возмутилась она. — Просто поясняю ситуацию. Тебе не о чем беспокоиться.

— Ладно, пусть так. Посмотрю. Что там у тебя ещё? — глянул я на последнюю папку.

— Твои предполагаемые невесты.

Эм... да. Такого я не ожидал, признаю.

— Уже? Не рановато ли?

— Тебе до восемнадцати не так много осталось, — усмехнулась она. — Тут мы, скорее, опаздываем. Выбор невесты — это тебе не в магазин сходить, всё очень серьёзно. Могут уйти годы на поиск. С тобой проще — ты Аматэру. Но даже в этом случае тормозить нельзя.

— Не могу тебя не поправить, но на восемнадцати годах свет клином не сошёлся. Я могу и в девятнадцать жениться, и в двадцать.

— А я могу уже завтра помереть, — ответила она резко. — Ты обещал, что не станешь мне препятствовать по вопросу своей первой женитьбы.

— И я держу слово, — поднял я руки. — Просто ты слишком торопишься.

— Ничуть, — возразила она успокаиваясь. — Время ещё есть. Я не говорю, что ты должен уже сегодня выбрать ту единственную. Первый этап рассмотрения кандидатур завершён, и сейчас у тебя есть возможность немного повлиять на мой выбор. Просто выдели несколько кандидаток. Хотя бы половину из этого списка. Окончательное решение всё равно остаётся за мной. Но я учту твои пожелания.

— И сколько их всего? — потянулся я за папкой.

— Одиннадцать, — ответила Атарашики. — Изначально набралось тридцать девять, и будь уверен, отсеять большинство было непросто. Так что посерьёзнее с этим.

В толстой папке лежала стопка папок поменьше, и открыв первую, я удивлённо глянул на старуху.

— Асакура? Что такого в этом среднестатистическом Роде? — поинтересовался я и, вновь глянув на фотографию, произнёс: — Она даже на фотографии выглядит слишком строгой.

— А ты на фотографиях выглядишь как сноб. И что? — хмыкнула Атарашики. — Род Асакура, чтоб ты знал...

— Три тысячи лет? — прервал я её удивлённо, наткнувшись на строчку в документе.

— Да, — поморщилась она. — Весьма старый и уважаемый. А то, что они не высовываются, им только в плюс. Да и камонтоку у них весьма действенный. Для женщин это не слишком критично, но именно твои жёны будут последней линией обороны.

— Сфера иллюзии... — вслух прочитал я соответствующую строчку. — Это как?

— Очень неприятная вещь, если до тебя добрался кто-то из них, — ответила она. — В радиусе двадцати метров от себя они могут создавать любые иллюзии, которые практически невозможно отличить от реальности. Защиты нет.

— Серьёзные типы... — пробормотал я.

Особенно для меня.

— Время от времени некоторые забывают об этом, — кивнула она. — После чего исчезают вместе со своими Родами. Шутить с Родом Асакура я тебе не советую.

— Ладно, поверю на слово, — согласился я и взял другую папку. — Кавати? Серьёзно? А эти-то чем хороши? Стой, не говори, — перелистнул я страницу. — Восемьсот лет, ничего такого. Камонтоку... ага, вот. Звуковая волна? Полтора метра в диаметре, действует на пять метров вперёд... Как-то не впечатляет, — глянул я на старушку.

— Им всего восемьсот лет, — ответила она спокойно. — Что ты хочешь от их камонтоку? Хорошо, что вообще есть. Нет, Синдзи, Род Кавати интересен не этим. Просто лет четыреста назад глава Рода женился на оками, что...

— Подожди, стой... — поднял я руку. — Оками? Волчица-оборотень? Ёкай? Что, прости?

— Оками, да. Ты не ослышался. Волшебный народ, что до недавнего времени жил среди нас. Именно они — носители тех самых древних знаний. Все ритуалы пришли к нам именно от них. И это не сказка, Синдзи. Последний клан кицунэ, чтоб ты знал, перед тем как исчезнуть, выдал свою дочь за тогдашнего главу клана Гангоку. С тех пор их женщины... не совсем обычны... в некотором роде.

Офигеть, Кагами — потомок кицунэ... Я думал, что этот мир уже не сможет удивить меня слишком сильно.

— По-моему, это не совсем им в плюс, — заметил я.

— Ты так думаешь? — усмехнулась старуха. — Они, женщины Рода Гангоку, двести лет удерживают за собой звание идеальных жён. Да, отдельные женщины могут похвастаться тем же, но целый Род? Двести лет? — покачала она головой. — По сравнению с этим их стервозность до женитьбы — такая малость, право слово.

— Пусть так. И что есть у Кавати?

— Они могут чувствовать правду и ложь, — ответила Атарашики.

— Вау, прямо как я, что ли?

— Именно, — кивнула она. — Твоим детям это пригодится. Роду пригодятся такие люди аж на два поколения — если считать и тебя.

— То есть уже мои внуки этого будут лишены?

— К сожалению, — вздохнула Атарашики. — Впрочем, Кавати со мной наверняка не согласились бы.

— Дела-дела... — покачал я головой и взялся за следующую папку. — Кудзё. Ну хоть с этими всё понятно.

— Да. Лидеры среди имперских Родов Японии в разработке и производстве шагающей техники.

— Связи с «Кудзё Кикай» нам и правда не помешали бы, — кивнул я. — Хм. Инарико, Мононобэ, Кагуцутивару. С этими всё понятно. Тайра? А не слишком ли они круты для нас? Ладно Император, братский Род всё-таки, а эти точно попытаются влиять на нас.

— Пусть пытаются, — пожала плечами Атарашики. — Через одну лишь жену сделать это крайне сложно.

— Это если наглеть, — ответил я и взял следующую папку. — Но вряд ли Тайра такие глупцы. О! Накатоми! Свободный Род?

— Они очень влиятельны, — кивнула она. — А их лечащий камонтоку будет крайне полезен Роду.

— Тогда бы о Мизуки подумала. Бывшая Докья как-никак.

— Слишком много проблем, — поморщилась она. — К тому же, что мы получим, кроме неё? А тут связи с очень полезным Родом.

— Хатано... Хатано? Это не те, что флотоводцы?

— В том числе, — кивнула Атарашики. — А ещё они строят корабли. Ничего серьёзного, конечно, но нужные связи имеют.

— Хэгури. Странный выбор.

— У них много связей в правительстве и хорошая родословная, — пожала она плечами. — Неплохая пара.

А ещё у них был конфликт с главой моей контрразведки. Который я, впрочем, уладил.

— Вот те на — Отомо, — не удержался я.

— Имеешь что-то против? — спросила Атарашики.

— Да нет. Просто удивился. С Отомо я хоть немного знаком.

— Знаешь Отомо Каори?

— Встречался несколько раз, — пожал я плечами. — Если ты хочешь знать, отдаю ли я ей предпочтение, то нет. Пока не встречусь с остальными девушками, никаких предпочтений.

— Рада это слышать, — кивнула она.

* * *

Ну а в начале пятого домой вернулся Казуки.

Само собой, меня предупредили заранее, так что дождавшись, когда он войдёт в дом, я пристроился сзади, тихонько направляясь вслед за ним. Отвод глаз не врубал, да и сложно это с Брандом на руках сделать, тем не менее парень меня не замечал, целенаправленно идя на кухню, как я понял минуту спустя.

— Пирата не видели? — спросил он кухарок, зайдя в помещение. — Найдёте ему что-нибудь?

Те в ответ молча посмотрели на него, после чего перевели взгляд на меня, стоящего у Казуки за спиной. Конечно же, он тотчас обернулся.

— Я за тобой от самого входа иду, — усмехнулся я. — С контролем пространства у тебя явно беда.

За выражением его лица было приятно наблюдать. Сначала ступор. За четыре секунды на его лице не дёрнулся ни один мускул. Потом он открыл рот, будто хотел что-то сказать, но так ничего и не произнёс. Ещё несколько секунд ступора, и только потом его брови медленно поднялись, и он всё же вымолвил:

— Аматэру-сан?

— Величественный и неповторимый, — ухмыльнулся я. — А это, кстати, Бранд.

Что щенок и подтвердил, гавкнув. В какой-то момент я думал, что Казуки бросится мне на шею, но четырнадцатилетние школьные гопники не могут позволить себе столь девчачье поведение, так что он всё же сдержался.

— Как же я рад вас видеть, Аматэру-сан, — произнёс он с улыбкой.

С остальными друзьями решил увидеться завтра — переоденусь в школьную форму да выловлю их в Дакисюро всех разом. А пока можно и других навестить. Фантик, Акеми, Нэмото, в конце концов. Съезжу в Шидотэмору, на базу, пусть Нэмото соберёт народ, проведу псевдособрание, чтобы за каждым из своих людей не охотиться. А завтра помимо друзей навещу семейства Кояма и Охаяси.

Искать, где там Нэмото в данный момент, занятие бесперспективное, так что пришлось ему звонить. Жаль, я не видел его лица, когда он узнал, что я не в Малайзии, а у себя дома. Он даже переспросил, когда услышал. А уложив в голове полученную информацию, пообещал прибыть как можно скорее. Порывов обняться у него не возникло, а положенные по этикету поклоны не могли удовлетворить уже меня. Правда, я тоже на шею никому не кидался, но уж похлопать Нэмото по плечу вполне мог. Что и сделал.

— Рад тебя видеть, Безногий, действительно рад. Как вы тут без меня?

— Всё у меня нормально с ногами, Аматэру-сан, — поморщился он, но явно напоказ. — А дела идут. С верфью сложнее, с Отомо-саном — проще. Иногда просит помощи Танака-сан, но редко. Он и сам тот ещё зубр. Я польщён, что он меня вообще вспоминает. Так что про Шидотэмору вы лучше у него сами спросите. Добрался наконец до ваших проектов с мангой. Жаль старика Сомацу, но я нашёл такого же безумного мангаку, так что его дело будет продолжено. Ха, да я даже раздобыл редактора, который будет с ним общаться! Хм, босс, позволено ли мне будет спросить — вы решили завести собаку? — резко сменил он тему.

— Ну да, — ответил я, глянув под ноги, где спокойно возлежал Бранд. — Оно как-то само получилось. Ладно, боги с ними, с этими делами, пойдём. А то стоим у ворот как идиоты.

Естественно, к делам мы позже вернулись, но уже удобно устроившись в гостиной, попивая чай из запасов Ёсиоки. Да и то разговор о делах начал именно Нэмото, желая поделиться, как он мастерски справляется с моими поручениями.

В какой-то момент заскулил Бранд, и, глянув, как он мнётся у двери, я махнул псу рукой.

— Иди, — и увидев удивление на лице Нэмото, пояснил: — На улицу просился. По нужде, наверное.

— А вы неплохо друг друга понимаете, — протянул он.

— Как-то так, — пожал я плечами.

— И с котами разговариваете...

— С Идзивару я больше прикалываюсь, — усмехнулся я. — Боги его знают, что там на уме у усатого.

— Это да, коты — они такие, — покивал Нэмото. — Кстати, босс, вы не против, если я и сам заведу... эм... как-то я не так начал. В общем, мне нужен помощник.

— Помощник? — заинтересовался я. — Это хорошо. Помощников ты нужных приводишь.

— Мамору, засранец... — пробормотал он беззлобно. — Надеюсь, вы всё же не отберёте у меня и этого.

Судзуки Мамору — старый друг Нэмото, которого тот прочил себе в помощники, весьма неплохо показал себя на месте управляющего моей токийской базы, где и осел. Из-за чего Нэмото, как и раньше, пришлось вкалывать в одиночку.

— Ну, тут уж как получится, — произнёс я, показательно отведя взгляд.

— Босс! Ну право слово!

— Да ладно тебе, — улыбнулся я. — С Судзуки как-то само получилось, ты же сам всё понимаешь. Не буду я специально у тебя никого отбирать. Кого ты там хоть нашёл?

— Такада Сусуми. Полукровка. Отец — японец, мать — испанка. Совсем недавно окончил Высшую Академию Экономики. Отец занимает не последнее место в муниципалитете города. Мать домохозяйка. Нашёл я его интересно. Такада пришёл устраиваться в Шидотэмору, но на ту должность, на которую он хотел, его не взяли. Парень не сдался и уже через неделю устроился туда же, только на этот раз курьером. А Танака-сан, мировой мужик, заметил это и связался со мной. Мне же просто стало интересно, так как... ну вы понимаете.

— Этот Такада совсем как ты, — усмехнулся я. — Во всяком случае, поступил он так же, как и ты.

— Да, наши истории довольно похожи, — кивнул он. — Только если я хотел показать отцу, что достоин зваться его сыном, то Такада хочет своего превзойти и окунуть в грязь. Метафорическую. Они с ним на ножах уже очень давно. По словам Такады, отец многие годы гнобит его мать, жалея, что взял в жёны гайдзинку. Но развод и по нему ударит, так что терпит, отдавая всё своё внимание второй жене и её детям, просто плюнув на сына от первой.

— ВАЭ, насколько я знаю, не самая дешёвая академия, — заметил я.

— Так отец Такады и не мог отправить его в дешёвую — статус не позволял. Хочу также отметить, что попасть в ВАЭ довольно сложно, а вот вылететь легко — уж больно серьёзные там требования к учащимся. Когда парень осознал, к кому попал, — это я про себя, — зубами вцепился в моё предложение. В конце концов, далеко не каждый день Слуга Аматэру берёт себе помощника. Так что сейчас он вкалывает на семи работах... то есть ведёт семь дел. Мелких, не очень важных, но которые всё же надо делать. Пока справляется. Хотя я бы уже давно их... правда, это сейчас, а Такада новичок... В общем, он всё ещё на испытательном сроке. Попозже устрою ему пару провокаций и, если пройдёт, дам что-нибудь поважней решить.

— Мангой тоже он занимается? — спросил я.

— Ага, — радостно ответил Нэмото. — Уж поверьте, босс, я нашёл реально безумного мангаку.

— Злой ты, Таро, — покачал я головой.

— Не, не, ничего подобного. Я ж по уровню профессионализма человека искал, да и работать с ним предполагал сам. Просто... раз подвернулась такая возможность, то почему бы не скинуть работу на другого.

— Это да, это правильно, — покивал я. — Сам так делаю.

— Знаю, босс, уж я-то знаю.

Ну, а вечером поехал на базу. Пообщался с Судзуки Мамору, выловил Фантика, который, увидев меня, застыл на пару секунд и, молча покачав головой, вернулся к прерванной работе. Такой вот у меня учитель. Хигаси Джобэн нашёлся у себя в кабинете, где он, как обычно, полностью отдавался любимому делу. Работал, короче. Я был беззлобно послан по трём направлениям, когда же он всё-таки обернулся, то при попытке вскочить чуть не упал с кресла. Накамуру и Змея я так и не смог подловить — где находятся эти засранцы, не знали даже их подчинённые, так что пришлось действовать через Нэмото, у которого были их телефоны для срочной связи. У меня тоже были, но я-то сюрприз хотел сделать. В итоге они, конечно, приехали, вместе, но вот удивления моему появлению не выказали. То ли знали заранее, что я приеду, то ли выяснили, пока добирались до базы, то ли самоконтроль у них на высоте. А может, им было просто плевать.

Дождался Вась-Васей. И если то, что Вася-тян вернулся из академии, где в него вбивали науку профессионального огородника, было нормально, — сам его туда отправил, — то информация о том, что вместе с ним решил учиться и Василий, меня удивила. Ну и ладно. По большому счёту это ерунда. Мне было просто приятно видеть взволнованного Тану Горо и улыбающегося Василия Рымова. Естественно, Вася-тян хотел напроситься ко мне в шофёры, пока я в Токио, но наказание есть наказание, так что прогуливать учёбу я ему не позволил. А вот более спокойный Рымов просто спросил, нужен ли он мне, и, получив ответ в стиле «прогуливать плохо», просто с улыбкой кивнул. Иронию своих слов я осознал чуть позже, когда вспомнил, что и сам прогуливал школу на постоянной основе.

Уже вечером съездил в Шидотэмору. Охранника на проходной я никогда не видел, а вот он меня пропустил без лишних слов, при этом и поклониться не забыл. Я это к чему говорю — штат Шидотэмору постоянно растёт, как и сама компания, а уж в последние три месяца, по словам Нэмото, наметился настоящий бум. Наши филиалы есть уже во всех более-менее крупных городах Японии. Заложена постройка аж восьми зданий эксклюзивного проекта, куда некоторые филиалы переберутся. Здание главного штаба выкуплено, так что мы теперь платим не аренду, а нехилый такой налог. В общем, очень много новых лиц, отчего случилась парочка забавных моментов. Я всего лишь хотел осмотреть новые офисы, а меня чуть не припрягли курьером. Всучили кипу бумаг, которую я от неожиданности взял, и отправили на этаж ниже. Пришлось идти за этим типом до его стола и, сгрузив там бумаги, пояснять, что я здесь не работаю. Возможно, не стоило оставлять Сейджуна на первом этаже в буфете. А когда я уже хотел отправиться на последний этаж, где находится кабинет Танаки, ко мне подошёл охранник. Правда, стоило мне только обернуться, он тут же сделал шаг назад и поклонился. Оказывается, тот мужик, что хотел меня припрячь, стуканул им о шляющимся здесь непонятном мальчишке, на что они обязаны были отреагировать. Я на его пояснения только рукой махнул, задумавшись о том, не развесить ли тут везде свои портреты.

У Танаки было вечернее собрание, так что я решил ему не мешать, попросив знакомую мне секретаршу не беспокоить его. Так и прождал, сидя в одном из кресел приёмной и лазая по принадлежащей Шидотэмору соцсети. Когда совещание закончилось, выходящие из кабинета люди с удивлением пялились на меня, не забывая при этом кланяться. Уж на их уровне меня знали все. Да и было их немного, иначе совещание проводилось бы в специальном зале. Естественно, Танака, видящий, как выходящие из его кабинета люди кому-то кланяются, не удержался от любопытства и тоже вышел, после чего я наконец поднялся на ноги и с улыбкой подошёл к нему.

— Аматэру-сама, — глубоко поклонился он.

— Рад тебя видеть, Танака-сан. Смотрю, дела идут в гору?

— Только благодаря вам, Аматэру-сама.

Ну а уже фактически ночью наведался в клуб «Ласточка», где знатно оттянулся, вдоволь наговорившись с Шотганом. Заодно звякнул ребятам из «Интера» и ещё Акеми, из-за которой домой вернулся уже под утро, где меня встречал заспанный старик Ёсиока и, конечно же, Бранд. Идзивару я не видел, но мало ли дел у усатого? Надо его, кстати, поблагодарить. Слуги подтвердили слова Атарашики — к полудохлому, голодному щенку, который ошивался возле особняка, их привёл именно кошак. Вопил, шипел, одну из служанок даже сильно поцарапал, но всё же добился внимания, после чего чуть ли не отконвоировал потерпевшую к Бранду. По словам Ёсиоки, тут и так относились с достаточным пиететом к хозяйскому коту, а после того случая ещё и немного уважать стали. А так как слуги не слепые и видят моё отношение к щенку, подозреваю, уважение скакнуло ещё на пару позиций вверх.

Так что, заказав на кухне чего-нибудь рыбного, получил пару тарелок, на которых были сервированы кусочки лосося.

— Ну и где эта усатая морда? — спросил я в пространство, стоя рядом с сакурой посреди внутреннего двора. — Бранд, будь другом, найди Идзивару.

И щенок понял. Поведя носом из стороны в сторону, убежал куда-то внутрь дома, а минут через десять, за которые я успел покурить и выпить принесённый служанкой кофе, показался вновь, бодрой трусцой направляясь ко мне. Самое интересное, что вслед за ним, уже более лениво, из дома вышел Идзивару.

— Ёу, усатый! — крикнул я ему, постучав ладонью по траве рядом с собой. — Подходи, не стесняйся! Позавтракаем!

Конечно, он подошёл, но сразу налетать на рыбу не стал. Присел рядом, покосился на устроившегося у меня в ногах щенка, фыркнул и полноценно улёгся, так и не притронувшись к лососю.

— Вот эта тарелка твоя, — пояснил я и пододвинул ее коту, заодно и мисочку молока не забыл. — И это тоже. Моя благодарность за Бранда. Но если будешь строить из себя недотрогу, сам съем.

На это кот фыркнул и, вновь усевшись, подцепил когтем один из кусочков рыбы.

— Я правда благодарен тебе, усатый. Если что-то будет нужно — обращайся.

Немного безумно, но разговаривают же с покойниками на кладбище, так чем я хуже? Идзивару хотя бы живой, усатый и гордый. Было забавно наблюдать за мелькающими слугами. Выходят они сонные из дома, чтобы срезать дорогу... А внутренний двор с сакурой посреди него, напомню, находится в центре особняка, выстроенного квадратом. В общем, выходят такие сонные, поднимают голову, а там я на пару с котом завтракаю. Так у меня ещё в руках и чашка, со стороны похожая на пиалу, из которой распивают саке, и нечто похожее рядом с Идзивару. Термос-то за моей спиной валяется, он ещё и не виден в траве. Поэтому издали наша композиция похожа на братание двух ёкаев, ну или как минимум — моё и ёкая. Во всяком случае, бухать с котами тут как-то не принято. Напомню — на дворе раннее утро, народ ещё заспан, а всякая мистика в Японии довольно популярна...

Перед отъездом в Дакисюро меня даже Атарашики по этому поводу выцепила.

— Синдзи, постой, — окликнула она меня на выходе из дома.

Я как раз направлялся в гараж.

— Что-то случилось? — дождался я, когда она подойдёт.

— Я тут краем уха сегодня услышала, что твой кот — самый настоящий бакэнэко, — произнесла она осторожно.

Учитывая, что именно она совсем недавно утверждала, что всякие там оборотни и другие ёкаи действительно существовали, её слова несли целую кучу смысловой нагрузки.

— Если это и так, то я не в курсе, — усмехнулся я.

— Вас видели сегодня утром...

— А, это, — хмыкнул я. — Не обращай внимания. Я просто угостил кота рыбой и молоком за то, что он помог Бранду.

— То есть ничего такого?

— Совсем ничего, — улыбнулся я.

— Жаль, — произнесла она уже спокойно.

И я даже не нашёл, что на это сказать. Не, ну его нафиг, от всякой там мистики необходимо держаться подальше. Поеду-ка я лучше в Дакисюро.


Глава 17

Дабы не выделяться в Дакисюро, я решил надеть школьную форму. Поехал с самого утра, то есть ровно так, чтобы застать Мизуки дома прямо перед выходом. Рассчитывая после этого пробыть до обеда у Кояма и потом отправиться вылавливать остальных друзей. Хотя надеюсь, что все они будут сидеть в столовой. Дороги в это время были на удивление свободными, а пробки если и были, — то не очень большие. Возможно, это из-за того, что я выехал слишком рано, плюс стоит учесть, что сейчас лето — пора отпусков, через две недели у школьников наступят большие летние каникулы. Так что до квартала Кояма я добрался несколько раньше, чем рассчитывал.

— Объезжай квартал и жди меня на школьной парковке, — сказал я Сейджуну.

Именно он сидел за рулём принадлежащего Роду Lexus ES. А вообще, надо бы поинтересоваться у братьев Кадзухиса, могут ли они сделать для меня автомобиль абсолютно новой конструкции. Чтобы, значит, единственный на весь мир. Или это уже слишком будет?

У калитки дома Кояма меня ждала Кагами.

— Здравствуй, Синдзи, — улыбнулась она. — Давненько мы с тобой не виделись.

— Всего три месяца, Кагами-сан, — улыбнулся я в ответ. — И если вы не прекратите хорошеть, ваше сияние скоро будет сжигать глаза мужчинам, посмевшим глянуть в вашу сторону.

— А ты всё продолжаешь смущать меня своими комплиментами, — покачала она головой. — Дай я тебя обниму.

— Да ладно вам, Кагами-сан, — наигранно смутился я.

— Мальчишки, — усмехнулась она, сама сделала шаг вперёд и заключила меня в объятья. — Мы все скучали, Синдзи, — погладила она меня по макушке, и оторвавшись, слегка потянула за собой. — Пойдём, я не сказала девочкам о твоём приходе. Сделаем им сюрприз.

Причём отвела она меня не в гостиную, а на кухню. Взмахом ладони прогнав оттуда служанку, тут же встала у плиты. Судя по тому, что служанка вообще ушла с кухни, подозреваю, что она тут только приглядывала за готовящимся завтраком, а не помогала Кагами.

— А где Акено-сан? — спросил я, присаживаясь на своё место.

Ну, то есть оно не моё, но именно здесь, у дальнего относительно входа на кухню края стола, я обычно сижу. Лицом к плите, наблюдая, как Кагами шаманит с готовкой.

— Мужчины в этой семье слишком любят поспать, — отозвалась она. — Особенно если нет никаких срочных дел. Не волнуйся, к завтраку выйдут. Пусть только попробуют не выйти.

В этот момент я услышал приближающиеся шаги Мизуки, которая подала голос, ещё не дойдя до кухни.

— Мам, Шина опять взяла мой... — произнесла она и замерла в дверном проёме. — Шина! Шина, ржавое ведро тебе на голову, у меня глюки! Глюки, Шина... — звучал быстро удаляющийся голос.

— Пигалица, — вздохнула Кагами, покачав головой. И, вернувшись к готовке, тихо добавила: — И когда она уже вырастет?

— Надеюсь, никогда, — усмехнулся я.

— А замуж мне её как выдавать? — обернулась она ко мне и, поворачиваясь обратно, добавила: — Не у всех столь странные вкусы, как у тебя.

— Она весёлая и, насколько я знаю, ни разу вас не подводила в плане поведения.

— Это потому что я её в кулаке держу. А вот если ей волю дать... нет, не хочу краснеть.

Рыжая вернулась, когда Кагами ставила передо мной чашку с чаем.

— Синдзи! — завопила она, появившись в дверном проёме.

— Мизуки, — произнесла строго Кагами.

— Что?

— Следи за своим поведением и не влетай на кухню с воплями.

— Ну ма-ам, Синдзи же!

— И он наш гость, — ответила Кагами.

По-моему, она троллит Мизуки.

— Да он уже семнадцать лет тут гостит, — проныла та.

— И? — даже повернулась она к дочери. — Знаешь, за такое время даже мартышку можно научить правилам хорошего тона. Я удивлена, что ты...

— Мам! — прервала её Мизуки. — Как ты можешь! Синдзи, не злись на маму, на самом деле она говорила про меня.

М-да... Троллить Мизуки — та ещё затея. Впрочем, Кагами сама виновата — забыла, что Мизуки в этом доме всего семь лет живёт.

— Ох, и правда, — приложила Кагами ладонь ко рту. — Прости меня, Синдзи. А твоей дрессировкой, моя маленькая мартышка, — добавила она, глядя на Мизуки, — мы займёмся после школы. Марш за стол.

Хочу заметить, что Кояма Кагами никогда не бросает угроз на ветер и всегда их исполняет. «Перетроллить» мать — это, конечно, прикольно, но надо же и инстинкт самосохранения иметь. Впрочем, испуга или какой-то нервозности Мизуки не показала, сразу после слов Кагами ломанувшись ко мне. Правда, тут произошла заминка — бросаться на шею сидящему за столом парню оказалось неудобно, так что она затормозила, примерилась с одной стороны, примерилась с другой, после чего просто подошла сзади и заключила меня в объятья, прижав мой затылок к груди.

— Здравствуй, Синдзи, — сказала Шина, заходя на кухню. — Рада тебя видеть.

— И тебе привет, — произнёс я через силу. — Мизуки, ты мне сейчас все кости переломаешь.

— Мизуки... — покачала головой Шина. — Право слово...

— Шина превращается в маму, — прошептала мне на ухо Мизуки.

Хорошо хоть в объятьях душить перестала.

— Войну на два фронта ты не вытянешь, — прошептал я в ответ. — Придётся меняться.

— Я всё равно победю, — был её ответ.

— Сильно сомневаюсь, Мизуки, — произнесла Кагами не оборачиваясь. — Садись уже за стол.

И как только услышала? У неё же сковорода под ухом шкворчит.

— Синдзи! — воскликнул Акено, появившись на кухне.

— Акено-сан, — поздоровался я, поднявшись на ноги и немного поклонившись. — Рад вас видеть. Кояма-сан, — отвесил я ещё один поклон появившемуся вслед за ним Кенте.

— Здравствуй, Синдзи. Рад, что ты нас не забываешь, — улыбнулся старик.

— Как же я рад те