Коринн Дайвис - Стражи Галактики. Собери их всех [litres]

Стражи Галактики. Собери их всех [litres] [Guardians of The Galaxy: Collect Them All ru] 1117K, 236 с. (пер. Павлов) (Стражи Галактики-5)   (скачать) - Коринн Дайвис

Коринн Дайвис
Стражи Галактики. Собери их всех

Corinne Duyvis

Guardians of The Galaxy: Collect Them All


© 2018 MARVEL

* * *

Сюзанне, открывшей мне новые миры.

Обнимашки.


1

По правде говоря, планета Левет не была совсем уж непригодна для жизни. По шкале Аз-Мориса она заслужила вполне достойные 5,1 балла из 7. На планете были атмосфера и достаточное количество пресных водоемов, чтобы обеспечить водой значительную часть суши. Впрочем, статистика игнорировала то, что вышеуказанная атмосфера была в высшей степени вонючей, вода содержала всевозможные вредные примеси, а сушу на 90 процентов покрывали болота.

Учитывая все эти факторы, а также то, что жили здесь только сосланные Империей Кри преступники, трудно было поспорить с тем, что Левет – местечко никудышное.

– Признаюсь, – сказал Ракета, – если бы я был космическим мусором, то тоже решил бы уничтожить этот бесполезный космический булыжник.

– Согласен, невелика была бы потеря, – ответил Питер Квилл, не отводя взгляда от мониторов. – У них тут что, даже нормальной забегаловки нет?

Корабль Стражей Галактики совершал очередной бреющий полет, время от времени останавливаясь над редкими лагерными стоянками в поисках хоть одной живой души. Поиски эти до сей поры были тщетными.

– Не то что забегаловки, тут и людей-то не видать. Может, они давно вымерли? Квилл, ты уверен, что мы не тратим время попусту?

– А как же те покрытые мухами безголовые трупы? – заметила Гамора. – Они выглядели вполне свежими.

Дракс кивнул.

– Да уж, суровые ребята над ними поработали. Не каждый найдет в себе силы убивать по такой жаре.

– Смотрите, – Гамора ткнула пальцем в монитор, – там что-то движется.

Вся пятерка: Ракета, Квилл, Гамора, Грут и Дракс – придвинулась ближе к экрану и присмотрелась.

– Да опять небось рой грозовых мух, – пробурчал Ракета.

Грут выглянул в иллюминатор и постучал растопыренными древовидными пальцами по стеклу.

– Я есть Грут?

– Сейчас проверим, – Квилл щелкнул переключателем, и его голос загремел снаружи корабля. – Эй, на Левете! Выходите, если слышите нас. Обещаю, вы не пожалеете!

Гамора вздохнула и перебила Питера.

– В вашей системе скопилось огромное количество космического мусора, который неминуемо столкнется с планетой. Нам известно, что кри уже покинули Левет, отказавшись от всеобщей эвакуации, так что вас заберем мы.

– Приносим извинения за мусор, – добавил Дракс.

– Да это… – Квилл отключил микрофон. – Постойте-ка, этот космический мусор не имеет к нам никакого отношения!

– Зато почти все космические происшествия за последний месяц имеют, – сказал Ракета. – Квилл, прояви хоть каплю уважения к тому, что мы делаем.

Грут опять постучал по стеклу.

– Я есть Грут?

– Ого, кто бы мог подумать?! – Ракета пригляделся к экранам. – Тут и правда кто-то живет!

Квилл заерзал в кресле.

– Тогда за работу.


Репутация Гаморы была такова, что с ней редко спорили. С наемницей обычно соглашались – а если не соглашались, то либо нападали, либо убегали куда подальше.

Но не возражали.

По этой причине терпение ее было, если можно так выразиться, несколько недоразвито.

Длинный зеленый палец Гаморы указывал на возвышающийся над ней, Драксом, Ракетой и парой каторжников корабль. Его потрепанный, покрытый заплатами корпус казался инородным телом среди хмурого болотистого пейзажа. Люк был открыт, и большинство каторжников уже собрались внутри, предварительно позволив заковать себя в кандалы. У оставшейся парочки, похоже, были другие соображения.

– Последний раз говорю! – рявкнула Гамора.

Преступники продолжали упираться. Один нес какую-то околесицу о чести и совести, а другой попросту отказывался лететь на одном корабле с первым.

– Эй! – сердито распушив хвост, Ракета ткнул ближайшего из них в плечо дулом огромной, в два раза больше него самого, пушки. – Гамора с тобой говорит. Позволь мне перевести: «Заткнись и полезай на корабль, иначе я сама заброшу туда твое переломанное во всех местах тело».

– Почти в точку, – Гамора в очередной раз откинула со лба мокрые от пота темные волосы.

Она вновь и вновь напоминала себе, что спасение других – важная работа. Особое задание. Спасение жизней – то, чем должны заниматься герои вроде Стражей Галактики. Она не присоединилась бы к Стражам, если бы не считала, что это будет, пусть и маленьким, шагом к отпущению грехов.

Но если отбросить все это в сторону, время от времени спасение жизней раздражало ее до глубины души.

Особенно когда делать это приходилось на планете вроде Левета. Пусть здешним воздухом и можно было кое-как дышать, болотные испарения обладали именно такой плотностью, какая позволяла им скапливаться прямо над головой среднестатистического прямоходящего гуманоида. Ракете в этом смысле повезло: даже несмотря на более острый, чем у товарищей, нюх, маленький рост спасал его от наиболее ужасных запахов.

Гамора вновь указала на открытый люк корабля и, задержав дыхание, произнесла:

– Хотите поубивать друг друга – пожалуйста, можете сделать это после того, как мы высадим вас на Килне.

– На Килне? – из люка высунулась голова димави.

Он был первым, кто согласился подняться на корабль, но теперь его зеленокожая физиономия излучала недоверие.

– Ну уж нет, – продолжил преступник. – Везите меня в какую угодно тюрьму – или оставьте здесь! Вы что, не знаете, что там, на Килне, творится?

– Знаем, – ответил Дракс.

– Меня там живьем съедят!

– Большинство тамошних заключенных не едят друг друга.

– Тогда меня просто убьют!

– А вот это вполне возможно, – признал Дракс.

Гамора тоже кивнула. Действительно, вероятность такого расклада была вполне высока.

– Поймите, я пропаду в таком месте! Я ведь простой…

– Активист, – закончила за него Гамора. – Понимаю. Охотно верю.

– Гамора хотела сказать, что не верит, – уточнил Дракс, удерживая одного из оставшихся каторжников от нападения на другого. Лапищи Стража были размером приблизительно с грудную клетку каторжника. Зеленая кожа Дракса понемногу приобретала серый оттенок, даже ярко-алые татуировки поблекли, и Гамора поняла, что зловонные испарения местных болот действуют не на нее одну.

Ракета отмахнулся от димави когтистой лапой.

– Ха-ха. Думаешь, ты тут единственный «активист»? Полезай-ка обратно.

Отвернувшись от корабля и стараясь не обращать внимания на хлюпающую травянистую почву под ногами, Гамора поднесла кандалы к лицу ближайшего каторжника.

– Сам наденешь или помочь? У тебя две секунды на раздумья.

– …у-у-ут.

– Постойте-ка, это что – Грут? – Ракета обернулся, чтобы посмотреть на юг, куда Квилл с Грутом ушли собирать оставшихся каторжников.

Гамора взглянула в том же направлении. Впереди простиралась заболоченная равнина, а примерно в пятидесяти метрах начиналась настоящая трясина с растущими по берегам плакучими ивами.

Их друзей будто след простыл.

Гамора схватилась за радиопередатчик.

– Квилл?

Сквозь помехи раздался голос Питера.

– Мы на задании, так что сейчас я Звездный Лорд, хорошо?

– Что случилось? – Гамора не глядя бросила еще одни кандалы каторжнику под ноги.

– Понятия не имею. Мы с Грутом разделились. Грут, прием.

– Я есть Грут? Я… есть Грут.

– Что? Мина-ловушка? Шутишь? – удивился Ракета. – Ты цел?

– Я есть Грут?

– Маленькая или нет, я все равно сейчас приду!

– Помощь нужна? – спросила Гамора.

Ракета перекинул бластер через плечо.

– Не. Развлекайся дальше с этими ребятами, только не убивай никого, пока я не вернусь.

С этими словами енот отправился в путь.


Ракета шел мимо редких деревьев, огибая болото, но даже тропинки были вязкими и размытыми. Каждый шаг грозил ему падением; мерзкая грязь брызгала во все стороны и липла к меху. Сила притяжения на этой планете была такова, что, ступая на землю, енот непременно подлетал бы в воздух, если бы не работающий как балласт тяжелый бластер. Первым его заметил Грут.

– Я есть Грут?

– Что значит «в порядке ли я»? Это как раз я должен спрашивать!

Жизни Грута ничто не угрожало – он бывал в переделках и похуже, – но выглядел исполин скверно. Ноги были разбиты, под корой обнажилась свежая светлая древесина. Он заметно пошатывался, причиной чему была не только неровная поверхность планеты.

С противоположной стороны к ним приближался Квилл, вынужденный после каждого шага с мерзким хлюпающим звуком выдергивать увязающие ноги.

– Даже на Земле я таких поганых болот не встречал, – скривился он.

Грязь покрывала Квилла с ног до головы. Она была на его насквозь промокшем красном плаще и даже на его белеющих в лунном свете волосах и бледном лице.

– Я есть Грут, – ответил Flora colossus на вопрос Ракеты.

– А чего тогда вопил как резаный? – скрестив лапы на груди, мохнатый Страж осматривался по сторонам.

Кругом были деревья. Много деревьев. Вязкая почва, поросший листвой поваленный ствол. Замаскированный домик на дереве. Части взорвавшейся мины…

– Серьезно? И ты попался вот на это?! – енот насупился. – Стыдоба-то какая! Дружище, позор на твои ветки! Забыл, как мы тебя из щепочки выращивали, когда ты последний раз изволил подорваться? Эти ловушки даже скрыть-то нормально не удосужились! Я уже четыре штуки насчитал. Две внизу, а две вон там, на стволе. Срабатывают от прямого прикосновения. Видишь? Ну-ка, а там, в кустах, у нас что? Медвежий капкан? Вот это уже серьезнее.

– Я есть Грут.

– Правильные у меня приоритеты!

Покачав головой, Квилл взглянул на убежище среди ветвей, замаскированное крупной желтой листвой.

– Эй, есть кто живой?!

– Проваливайте! – раздался в ответ грубый низкий голос. – Дома моего вам не видать!

– А ты в курсе, что от твоего дома ничего не останется, когда по планете ударит космический мусор?

– Проваливайте, я сказал!

Ракета развел лапами. Что ж, они по крайней мере попытались.

– Ладно. Квилл, Грут, идемте отсюда.

– Я есть Грут, – тот не двинулся с места.

– Что? Мы свое дело сделали. Пора валить. Вдруг на корабле уже бунт начался? Нельзя такое пропускать!

Грут покачал головой.

– Я есть Грут, – он взглянул вверх. – Я есть Грут?

– Хочешь поговорить с ним по-хорошему? – удивился Ракета. – Он же тебя чуть в мелкие щепки не разнес!

– К слову о разносе, – громко заметил Квилл. – Левету недолго осталось. Чувак, спускайся и избавь нас от лишней мороки! Твой дом нас не интересует! Не подумай плохого, дерево у тебя, конечно, классное, но мы сейчас немного заняты спасением местного населения.

После некоторых раздумий негостеприимный хозяин ответил:

– И с чего я должен вам верить?

– Ты что, не узнаешь нас? – спросил Ракета. – Мы же Стражи Галактики!

– Никогда о таких не слыхал.

– Обидно, – произнес Квилл. – А мы ведь уже пару раз спасли Вселенную. Ладно, сделаю скидку на то, что ты, должно быть, уже давненько на Левете. Послушай, я Звездный Лорд. Да-да, тот самый Звездный Лорд. Лидер команды. Я вроде как знаменитость. А это – Ракета, известный тактик, механик, а вовсе не генетически модифицированный енот.

– Единственный в своем роде, – добавил Ракета. – И прекрати называть меня енотом, понял?!

Квилл продолжил, не обращая на него ровным счетом никакого внимания.

– На корабле нас ждет Гамора – опаснейшая, то есть зеленейшая женщина во всей галактике, последняя ныне живущая зен-воберианка, в прошлом – никакая не убийца. А еще Дракс… Разочарователь. Замечательный мужик: честный, справедливый такой, никогда не решится ради мести утопить галактику в крови или взять себе прозвище Разрушитель. Нет-нет, его совершенно точно зовут Разочарователь.

– Я есть Грут, – с сомнением в голосе произнес Грут.

– Что не так? – покосился на него Квилл. – Не видишь, я стараюсь!

– Старайся лучше, – буркнул Ракета.

– Я есть Грут, – согласился его немногословный друг.

– А еще с нами Грут! – радостно воскликнул Квилл. – Ты, должно быть, уже видел его, когда чуть не взорвал. Он – живое дерево, а ты живешь на дереве, значит, вы с ним обязательно подружитесь!

– Я есть Грут! – весело, с энтузиазмом заявил Грут. – Я есть Грут?

– Зачем тебе дружить с низкопробными преступниками? – проворчал Ракета.

Тут в наушниках раздался голос Гаморы.

– Приближается корабль кри.

Квилл скривился.

– А я думал, они бросили Левет.

– Вот уроды, – выругалась Гамора.

– «Уроды» – не то слово, – Квилл покачал головой. – Впрочем, меня это не удивляет. Ладно, Грут, сними-ка нашего нового друга с дерева.

Выпрямившись в полный рост, Грут с трудом устоял на скользкой земле. Его древоподобные пальцы вонзались глубоко в грязь, которая хлюпала при каждом шаге. Из его рук протянулись лианы, обвиваясь вокруг коры. Процесс был медленным, медленнее, чем обычно: вероятно, сказались повреждения от взрыва мины, – но Грут уже дотянулся до нижних ветвей. Он шагнул чуть ближе к стволу, смещая центр тяжести…

– Берегись! – вскрикнул Квилл.

Ракета со всех ног бросился вперед.

– Грут, что же ты за олух такой?! Ловушка! Левее, наступай левее!

Не опуская рук, Грут немного повернулся. Его нога дрогнула.

Ракета успел к ловушке как раз вовремя. Одним взмахом когтей он вскрыл мину и вытащил капсюль за мгновение до взрыва. Нервно размахивая хвостом, енот поднял голову.

– Я же предупреждал, клоун ты деревянный!

– Я есть Грут, – сконфуженно пробормотал Грут.

– Вот-вот.

– Я есть Грут. Я есть Грут.

– Кончай причитать и извиняться. Я был уверен, что успею обезвредить бомбу.

Ракета взглянул на древесный домик и потянулся за бластером. Никто ведь не сказал, что они должны спасти его жителя целым и невредимым? Что с того, если в процессе спасения он потеряет руку или ногу?

– Ракета… – предупредил его Квилл.

– Не лезьте ко мне! – закричал с ветвей упрямец. – Я вооружен!

– Да что ты? Хочешь помериться пушками? – прищурившись, Ракета нацелил бластер на домик.

– Ракета!

Грут оттолкнул ствол бластера и снова потянулся к домику своими невероятно удлинившимися конечностями. Зашуршала листва, захрустели веточки. Через несколько секунд раздался приглушенный вскрик. Грут потянул руки назад, и вскоре из листвы показался отчаянно сопротивляющийся кри средних лет.

– Кончайте развлекаться, – сказала Гамора по рации. – Корабль уже в опасной близости от нас.

– Уже идем, – ответил Квилл.

– Опустите меня! – верещал кри. – Опустите!

– Я есть Грут? – дружелюбно произнес Грут, подхватывая его под мышки.

– Ты даже не представляешь, как тебе повезло связаться с Грутом, а не с кем-то другим из нас, – сказал пленнику Квилл.

Ракета оскалился.

– Пойдем-ка постреляем этих кри.

2

– Я тут проверила его историю – все сходится, – сказала Гамора, когда они с Квиллом поднимались на мостик.

Как только все оказались на борту, Дракс поднял корабль в воздух.

– Чью? – не сразу сообразил Квилл.

– Того димави. А еще – пары розовокожих кри и спартойца. Они и правда активисты. В документах утверждается, что их арестовали за терроризм, но никаких доказательств нет. Вероятно, они просто вели агитационную деятельность, ничего более. А сюда их отправили, чтобы не подстрекали других заключенных.

Тюремные бунты – штука веселая, а порой даже необходимая и справедливая – с этим Гамора поспорить не могла. Но любой бунт – это гарантированные беспорядки, а беспорядки в Империи Кри не любили.

– Давай все, что нашла. Я взгляну, как только сброшу преследователей с хвоста, – ответил Квилл.

Гамора едва заметно улыбнулась.

– Вижу, что ты задумал. Кри это не понравится.

– Почему же? Вряд ли они так рассердятся лишь из-за того, что бедные активисты не попадут на Килн. Их ведь оставили на Левете умирать, и мы об этом ровным счетом ничего не знали. Печально, ты права, но мы-то что могли с этим поделать?

– Очень печально.

Гамора молча последовала за Квиллом. Она была рада вновь оказаться на корабле. Из стен там и тут торчали балки, пол был ровным, не в пример почве Левета, и даже изредка попадавшие под ноги гайки и плохо закрепленные пластины не беспокоили ее. Легкий запах пота и ржавчины тоже был приятнее зловонных болотных газов.

Похоже, Квилл не собирался обсуждать произошедшее с Грутом. Впрочем, Гамора услышала достаточно по рации и от Ракеты, чтобы в общих чертах понимать, что случилось.

– А как там Грут? – все равно спросила она.

– Думаю, ничего страшного, – поспешно, не оборачиваясь, ответил Квилл, тем самым давая понять, что готовился к этому вопросу.

«Врунишка», – беззлобно заметила Гамора.

– Как-то не верится, – сказала она. – Грут слишком умен, чтобы дважды попасться в такую простую ловушку, особенно зная, что она там есть. И восстанавливается он слишком долго. На прошлой неделе, после разборки с бэдунами, было то же самое.

Питер не ответил. Дверь на мостик распахнулась. Ракета выскочил у них из-за спин и прошмыгнул внутрь, но Квилл не торопился входить. Он обернулся к Гаморе.

– Иди. Займись своими делами, – сказала девушка, с трудом пытаясь скопировать манеру самого Питера. – Я проверю, как там заключенные и Грут.

«В первую очередь Грут», – подумала она.

Квилл покачал головой влево-вправо, с хрустом разминая шею.

– А нам пора устроить драку.


– Ну и чем вы тут занимаетесь? – Ракета запрыгнул в кресло пилота и взглянул на мониторы, чтобы проверить, что делают их новые друзья-кри.

Он постучал пальцем по сенсорной панели.

– Ха! Сканируете нас, значит? Пытаетесь биологические показатели прочесть? Ну-ну, удачи.

– Ракета, не надо раззадоривать врагов, – пожурил его сидящий на месте навигатора Дракс.

Он переключался между несколькими предложенными курсами, не зная, какой выбрать.

– Делаем ноги, Квилл? – спросил Ракета.

С прошлой космической погони, в которой он участвовал, прошли годы. Ну хорошо, целых несколько дней. Как бы то ни было, еноту не терпелось испробовать новый, придуманный совсем недавно, маневр.

– А смысл есть? – Квилл ухватился за болтавшийся под потолком трос, чтобы не упасть, и взглянул на экран через плечо Ракеты.

– Если сравнивать чистую скорость – нет.

Корабль Стражей быстр, но корабль кри еще быстрее. Преследователи летели на модели «Перенниан А-ТХ2», резвой и маневренной. Мощным вооружением крийское судно, впрочем, похвастаться не могло – лишь парой бластерных пушек да двухлучевым лазером, который тем не менее мог успеть сделать с десяток выстрелов, прежде чем противник открыл бы ответный огонь.

– А вот если сравнивать боевой потенциал… – протянул енот.

– Тогда притормози. Не нужно гнать. И вылези-ка из моего кресла.

– Я пилот, вот и сижу в кресле пилота, – Ракета ухмыльнулся во все зубы. – Есть возражения, второй пилот?

– Нет, просто напоминаю, что корабль мой, командир здесь я и кресла тоже мои. Дракс, я тебя подменю, иди помоги Гаморе, – Квилл уселся на освободившееся сиденье. – Смотри, они, кажется, хотят поздороваться. Включи-ка видеосвязь.

Заработал голографический проектор. Нижняя часть изображения, впрочем, вышла нечеткой из-за множества игрушечных боевых самолетов и летчиков, приклеенных Питером к приборной панели.

На команду смотрела синяя физиономия кри.

– Лейтенант Ан-Келл, командующий кораблем «Икс-А Супремор». Стражи, вы находитесь на территории кри, – произнес он снисходительно.

– Уф, славно, хоть кто-то нас узнал, – произнес Квилл. – После истории с «Блонди» у меня уже комплекс неполноценности начал развиваться.

Ракета насторожился. Он ожидал от Квилла «Блонди» после того, как тот распорядился сбавить скорость, но с тем же успехом можно было ждать и «Джоплин», а то и – о ужас – примитивных дипломатических ходов без всяких тайных маневров, кодовых слов и применения оружия.

До «Джексон Файв» дело, конечно, все равно бы не дошло, но возможность повеселиться у Ракеты появлялась.

– Вы находитесь в пространстве планеты Левет без разрешения. Назовите причину вашего визита.

– Да мы просто мимо пролетали. И как это нас угораздило попасть в космическое пространство кри? Ума не приложу! – Квилл обратился к еноту. – Ракета, мы с тобой недоглядели. Чувак, извини, мы немедленно сваливаем.

Ан-Келл тяжело вздохнул.

– У вас на борту отмечено девятнадцать пассажиров. Кроме того, вы зачем-то активировали биоблокатор, который не дает нам просканировать их. Весьма подозрительно. Если вы не представите нам опровержение, у нас будут все основания подозревать, что помимо несанкционированного вторжения в пространство планеты-колонии вы также занимаетесь незаконной эвакуацией преступников. Таким образом, мы вынуждены арестовать вас…

– Эй, полегче! – возмутился Квилл. – Предположим, что мы и правда везем ваших заключенных. Чисто гипотетически. И собираемся высадить их на Паме, как должны были бы сделать вы сами, учитывая, что при другом раскладе они бы, знаете ли, погибли. Может, объясните, почему вы преждевременно прервали эвакуацию?

– Мы не обязаны ничего вам объяснять.

Ракета слушал переговоры вполуха. Еще чуть-чуть – и их корабль будет на нужной позиции, под «Икс-А Супремором», в паре метров от правого борта, под правильным углом, но для этого надо, чтобы в ближайшие секунды кри ничего не заподозрили.

«Двенадцать секунд», – просигналил он пальцами, так, чтобы только Квилл мог это заметить.

– Ан-Келл, дайте-ка я угадаю…

– Лейтенант Ан-Келл.

– Позавчера ваши коллеги приземлились на Левете и объявили эвакуацию, но тем, кто не услышал оповещение или не успел добраться до пункта сбора, не повезло. Ваши товарищи так спешили убраться с планеты до того, как по ней ударит злой и страшный космический мусор, который, к слову, вы могли бы попросту расстрелять. Вот я теперь и недоумеваю: зачем вы вернулись? Я ожидал, что вы уже далеко, в безопасном месте.

Ан-Келл заметно рассердился.

– Мы вернулись, чтобы арестовать тебя, Звездный Лорд.

– Это, выходит, важнее, – процедил Квилл сквозь зубы, приподнимаясь в кресле, – чем эвакуация оставшихся заключенных? Занимались бы вы лучше своей работой, вместо того чтобы оставлять ее нам! Гипотетически, разумеется!

– Наш корабль не предназначен для перевозки заключенных, – холодно произнес Ан-Келл.

В этот момент Ракета поднял большой палец.

Квилл покосился на него, но отмашку не дал.

– Выходит, вы арестовываете нас за то, что мы – гипотетически – выполняем за вас вашу работу.

– Мы арестовываем вас за похищение наших заключенных и вторжение в суверенное…

Квилл разгневанно плюхнулся обратно в кресло.

– Давай, – скомандовал он Ракете.

– Пиф-паф! – нажал кнопку енот.

Квилл махнул рукой сквозь голограмму – и та погасла.

– В яблочко! – радостно воскликнул Ракета, когда лазерный луч ударил точно в треугольную зону на днище «Перенниана». Особенностью этой модели кораблей был чрезвычайно узкий фюзеляж, дающий невероятную маневренность в бою, но при этом не обеспечивающий должной защиты уязвимых мест. А что толку от маневренности, когда у тебя поврежден эквилибратор?

– Ладно, пора их кончать, – начал было Ракета, но тут корабль дернулся, и енот вжался в сиденье. – Что за чертовщина?

У Квилла перехватило дух.

– Они что, нас…

– Они приковали нас чертовой цепью! – завопил Ракета. – Цепью! Как это понимать? Мы что, опять во времени переместились на три тысячи лет назад? Нет, подумать только – цепь! Настоящая! Железная! Цепь!

– Можешь от нее?..

– А чем я, по-твоему, занят? – енот яростно стучал по кнопкам, пытаясь выбрать момент для точного выстрела по крийскому судну или цепи, но последняя обмоталась вокруг основного орудия корабля Стражей, и выстрел мог бы навредить им самим.

– От разрушения эквилибратора их слишком сильно развернуло. Ничего не выйдет…

Без эквилибратора корабль кри не мог маневрировать и выдерживать курс – но сейчас этого не могли и Стражи. Хуже того, орудия кри были в полном порядке. Даже жалкий сериновый бластер мог теперь нанести достаточно урона, если бы раз двадцать попал в одну и ту же цель.

И он начал попадать. Ракета молотил по клавишам так, что у него шерсть встала дыбом. Единственным выходом оставалось попытаться остановить третичные двигатели и включить бортовую тягу, тем самым наклонив корабль и ослабив натяжение цепей, чтобы вновь попробовать прицелиться.

– Оставайся на связи, – выпалил Квилл, бросаясь прочь с мостика. – Мы выйдем наружу!

3

Перспектива покинуть корабль не прельщала Дракса. Он куда охотнее остался бы сторожить заключенных. Вон тот, высокий, с фиолетовой кожей, выглядит весьма подозрительно. На всякий случай Дракс предупредил об этом Гамору, пусть и был уверен в ее способности не задумываясь разделаться с любым противником.

– Дракс, охраняй корму и не высовывайся, – объявил Квилл, когда они вышли в космос. – Грут со мной. Возьмем на себя фланги.

Он подал сигнал Груту, для которого по понятным причинам не нашлось подходящего шлема с радиопередатчиком, и поплыл к крылу корабля.

Оттолкнувшись от борта, Дракс устремился к корме. Над головой мигали огоньки. Вдали, справа и слева в темноте сияли крылья квинджета Стражей. Корабль замер высоко над поверхностью Левета, и яркое солнце теперь светило ему в днище.

Из-за их собственного судна Драксу не был виден зависший над ними перехватчик кри. Хороший знак – значит, и врагам его тоже не видно.

– У нас повреждения! – закричал по рации Ракета. – Гам! Гамора! Дуй в моторный отсек!

Цепи натягивались с каждым выстрелом крийских орудий. Звенья были белыми, сверкающими, толщиной с запястье Дракса. Всего корабль держали то ли три, то ли четыре цепи. Дракс затормозил, ухватившись за одну из них. Даже сквозь скафандр он ощущал исходивший от металла жар – результат прямого, без помех со стороны атмосферы, попадания солнечных лучей.

Звенья были достаточного размера, чтобы ухватиться за них обеими руками. Дракс просунул внутрь пальцы, исполнил полукувырок, уперевшись ногами в борт для устойчивости, и рванул цепь.

Потом, стиснув зубы, дернул сильнее.

Металл даже не поддался.

– Дракс, как успехи? – спросил Квилл.

Силач попытался снова. Он дергал цепь туда-сюда, чувствуя, как шатается корабль, но не добился ничего – разве что оставил ногами две вмятины на борту.

– Удача не на моей стороне, – хмуро признался он.

– Должно быть, цепи изготовлены из какого-то хитрого крийского сплава. Резак и бластер его тоже не берут.

Дракс как раз собирался применить свой резак, но теперь решил, что проку от этого будет немного. Прищурившись, он осмотрел цепь повнимательнее. Она обвивалась вокруг корабля дважды, крест-накрест, и не поддавалась, как бы сильно он ни дергал. Просто стянуть ее тоже было невозможно: мешал хвост корабля.

– Хватит в носу ковыряться, – проворчал по рации Ракета. – Освободите уже мои бластеры!

– Ракета, Квилл, я сломаю корабль, – сказал Дракс.

– Что?! Не смей ломать мой корабль!

– Даже не думай ломать корабль! – согласился Ракета. – Ни в коем случае! Ни за какие коврижки! Ты что, спятил?

– Если отломать вон ту треугольную штуковину, можно будет снять цепи.

– Не смей ломать… – сердито прорычал Ракета. – Хотя почему бы и нет? Ломай на здоровье.

– Что? Ты сдурел? – возмутился Квилл. – Это же мой корабль!

– Квилл, стабилизатор легко починить. Нам надо двигаться, – ответил Ракета. – Щиты долго не продержатся. Кстати, хочешь послушать, как кри насмехаются над нами? Пафосные гады.

– Дракс, я кое-что придумал. Отправляйся к кораблю кри и сломай лебедки, – сказал Квилл. – Я их отвлеку, а Грут пока попробует что-нибудь сделать с цепями.

– Идет, – ответил Дракс.

– Заодно бластеры им пообломай, – добавил Ракета.

– Хорошо.

– И по мордасам надавай!

– Будет сделано.

– Грут тоже что-то говорит, – заметил Квилл. – Кажется, «я есть Грут».

Со своей позиции Дракс не видел ни Питера, ни Грута. Он поднялся повыше и выглянул за край корабля. Крийский перехватчик был над ним: узкий, обтекаемой формы и меньшего размера, чем корабль Стражей. На большей части его корпуса лежала тень.

Между кораблями тянулись цепи длиной примерно пятнадцать-двадцать метров. Вдоль одной из них пролетел здоровенный ком земли и разбился о борт крийского судна в считаных сантиметрах от орудий.

«Должно быть, Квилл выстрелил из своего элементального бластера. Что ж, неплохой отвлекающий маневр», – подумал Дракс.

А Питер уже изменил режим стрельбы и начал поливать перехватчик ледяным дождем. Ближайшее орудие нацелилось на него.

Этим Дракс и воспользовался. Он обогнул корабль, сгруппировался, оттолкнулся и прыгнул. Десять метров, пять, один… В условиях невесомости могучий Страж аккуратно развернулся и присел на корабль кри. Огляделся, нашел глазами Грута, который возился с цепью, удерживавшей крыло, и Квилла – тот продолжал стрелять, дюзы в ботинках его скафандра горели.

Дракс пробрался вдоль перехватчика, цепляясь за удобно размещенные по борту ручки, пока не достиг ближайшей цепи.

Кри наконец его заметили. Сериновый бластер развернулся, нацелившись на непрошеного гостя. Дракс прижался к борту, чтобы не позволить открыть огонь, не рискуя при этом повредить собственный корабль.

– Они перестали меня подкалывать, – сообщил Ракета. – Похоже, собираются наружу.

Дракс наконец нашел в борту крийского судна воронкообразное отверстие, куда уходила цепь. Внутри находилась лебедка.

– Йо-хо-хо! – воскликнул Квилл. – Синенькие ребятишки, вот он я! Нападайте на меня, не мешайте Драксу.

Дракс направил резак в воронку в месте, откуда торчала цепь. Металл почернел и пошел пузырями, но не сломался. Впрочем, это было неважно. Драксу нужно было лишь сделать его менее прочным. Страж стукнул по обшивке кулаком, потом еще и еще. Металл начал трескаться. Еще один удар. Чувствуя, как сопротивление слабеет, Дракс рассмеялся.

Он вполне мог бы проделать в обшивке дыру размером с себя, забраться внутрь и вывести из строя лебедку, но на это ушло бы много времени. Корабль Стражей рисковал получить значительные повреждения. Поэтому Дракс помахал рукой Груту и указал на искореженный металл. Друг подплыл к нему, на ходу протягивая к дыре ветвистые пальцы. Дракс наблюдал за его работой. Грут ослабил одну цепь, оставалось две – те, что удерживали хвост и корпус. Одна из пушек на корабле Стражей освободилась и теперь была нацелена на крийский перехватчик. Неподалеку Квилл схватился с двумя вышедшими в открытый космос кри.

Давай-ка.

Давай.

Что он делает?

– Квилл, – осторожно сказал Дракс, – мне кажется, для танцев сейчас не время.

– Они мне в ботинок попали! – крикнул Питер.

Оставшийся ботинок постоянно тянул его то влево, то вправо, то вверх, то вниз, и Квиллу с трудом удавалось удерживать равновесие. Кое-как разобравшись с одним из нападавших, он едва мог держать другого на безопасном расстоянии, отстреливаясь из элементального бластера.

– Подожди, сейчас я все исправлю. Нужно только выключить…

Единственный рабочий ботинок отключился. Дюза второго чихнула, сверкнула ярким пламенем и снова чихнула.

Рабочий ботинок включился, но тяга его теперь была невелика.

Квилла закружило и начало уносить от кораблей.

– Ребята! На помощь!

– Сними бесполезный ботинок, – посоветовал Дракс, – и лети на оставшемся.

– У меня скафандр разгерметизируется!

– Весьма вероятно.

– Я погибну!

– А, и правда. Совсем забыл, что вы, люди, такие неживучие.

– Я только наполовину человек!

– Этого вполне достаточно, – вмешался Ракета. – Не оправдывайся.

Подхватив Грута, Дракс оттолкнулся от корабля кри. Лебедка с легкостью оторвалась от поврежденного борта. Подобравшись к шлюзу квинджета Стражей, Дракс отпустил Грута, и тот затормозил о фюзеляж одной рукой. Другой он потянулся к Квиллу, выпуская длинную лозу.

Дракс осмотрелся. Вражеский корабль покинул еще один кри, который теперь направлял бластер на Грута. Прищурившись, Дракс выхватил метательный нож и бросил его, попав кри в руку. Тот скрючился и выронил оружие. На мгновение Дракс пожалел, что в вакууме ему не слышно криков раненых врагов.

Из отверстия в скафандре кри вырывался воздух и летели капли крови. Враг быстро залатал дыру, но Драксу этого хватило, чтобы подобраться ближе. Он хотел вернуть свой нож обратно.

Дракс и кри находились, мягко говоря, в разных весовых категориях, так что схватка продлилась недолго.

– Дракс! – вдруг хором воскликнули Квилл и Ракета.

Силач обернулся. Квилл улетал все дальше; хуже того, Грута уносило вслед за ним без всякой страховки. Вокруг корабля плавали щепки – от руки Грута мало что осталось.

– Сделайте хоть что-нибудь! – повысил голос Квилл.

– Вся мощность корабля уходит в щиты, – ответил Ракета. – Если сдвинемся с места – нам конец. Посудина кри еще удерживает нас, и с такого расстояния они нас разнесут.

Тут корабль Стражей основательно тряхнуло.

– Видите? Они уже этим заняты.

– Грут успел ослабить цепь на крыле, – сказал Дракс, отпуская потерявшего сознание кри в свободный полет по направлению к перехватчику и возвращаясь назад. – Если я отломаю стабилизатор, мы сможем вырваться.

– Если ты отломаешь стабилизатор, мы не сможем аккуратно подвести корабль к Квиллу и Груту, а в худшем случае раздавим их в процессе.

– Не надо нас давить! – запротестовал Квилл. – Это приказ!

– Ясно, – Дракс снова приземлился на палубу корабля Стражей, – сейчас отломаю.

Он бросился к хвосту, гребя руками и отталкиваясь ногами, как пловец брассом. Корабль вновь задрожал от попадания из бластера.

– Ты что, глухой?! – завопил Ракета.

Но Дракс уже крепко ухватился за мешающуюся деталь.

– Нам не надо – хрясь – подбираться близко – хрясь. – У нас цепи есть.

– А, понял!

– Вот-вот.

С громким хрустом, довольный собой, Дракс оторвал стабилизатор.

4

– Что случилось? – спросила Гамора. – Из моторного отсека почти ничего не было видно.

Питер растянулся на диване в комнате отдыха, помещении с семью стенами, к которому со всех сторон примыкали каюты экипажа. Он был рад вновь дышать чистым воздухом и чувствовать под ногами твердый пол, но праздновать было рановато. Грут сидел, прислонившись спиной к двери своей каюты, и разглядывал то, что осталось от его руки.

Корабль кри остался далеко позади. С поврежденным эквилибратором он не мог эффективно преследовать Стражей. Уведя квинджет на достаточное расстояние, Ракета натянул скафандр и вышел наружу, чтобы починить стабилизатор: иначе совершать посадку было бы чрезвычайно рискованно.

– Они испортили мой ботинок, – сокрушенно ответил Питер.

Гамора кивнула.

– Это я поняла. Мало того, уже успела во всех красках представить.

– Я есть Грут.

– Нет, ты тут ни при чем. Не вини себя, – Квилл выпрямился и немного повернулся к Груту.

– Я есть Грут, – друг протянул им обе конечности.

Пальцы на разбитой руке уже отросли, но выглядели как тоненькие прутики, заметно более свежие, чем на другой. Поврежденные взрывом мины ноги на первый взгляд восстановились, но на это ушло в три раза больше времени, чем обычно.

Питер почесал лоб.

– Зря я тебя с собой потащил. Ведь знал же, что ты еще не оправился.

– Не изображай мученика, – сказала Гамора, опершись на подлокотник дивана. – Как бы ты без него справился? Кто лучше Грута приспособлен к работе в безвоздушном пространстве и способен выдерживать вражеский огонь? Он же сломал лебедку?

Конечно, Гамора была права. Решение далось Питеру нелегко, он прекрасно осознавал, на какой риск идет. Разве что не ожидал, что придется десять минут беспомощно дрейфовать в космосе. Причем бо́льшую часть этого времени он задавался тем же вопросом, каким Гамора, должно быть, задается сейчас: что происходит с Грутом?

– Я есть Грут… Я есть Грут. Я есть Грут, – живо начал объяснять Грут, но быстро умолк и, то ли испугавшись, то ли стыдясь чего-то, съежился у двери.

– Ты действительно не знаешь, почему твоя рука так легко раскололась? – продолжал допытываться Питер.

Грут помотал головой.

– Дело точно не в том, что ты не полностью восстановился с прошлого раза?

Грут снова помотал головой.

– Конечно, нет, – сказала Гамора. – Ему не привыкать, он ходил в бой, даже когда был заметно меньше, чем сейчас.

– Я есть Грут.

– Правда. Дело не только в том, что тебя стало легче ранить, – согласился Питер.

После того как Груту пришлось заново расти из щепочки, он стал забывчивым и медлительным. Больших проблем это не доставляло, так как сражаться в последние дни приходилось ощутимо реже, но состояние их друга явно ухудшалось. Может, они его как-то неправильно выращивали?

– Ты не мог чем-то отравиться? – предположила Гамора.

– Я есть Грут.

– Как нам это проверить? – спросил Питер.

– Есть у нас знакомые врачи, которые бы занимались лечением Flora colossi?

– Не уверен.

– Я есть Грут.

– Я поспрашиваю, – сказала Гамора.

– Давай. Нужно высадить наших политических активистов на станции Тир-XI, а затем отправляться на Килн, пока Дракс не проломил кому-нибудь из заключенных голову, а кри не догадались, что мы вовсе не на Паме, как договаривались. Эх, одно досадно: если посылаешь кого-то по ложному следу, то не видишь их лиц, когда они догадываются о подвохе, – Квилл потянулся. – Пойду починю ботинок и проверю, не нужна ли Ракете помощь.

– Он уже давно вопит по рации, что ему не помешал бы помощник.

Квилл и Гамора одновременно взглянули на Грута. Обычно именно он помогал Ракете с ремонтом.

Теперь Страж даже внимания не обратил на слова Гаморы, словно и не слышал их.

– Ладно, сегодня я сыграю роль помощника. Думаю, выйдет отлично, – сказал Питер, проходя мимо наемницы к выходу. – А что касается Грута…

Тот поднял голову.

– Я есть Грут?

Питер тут же пожалел, что вновь упомянул его.

– Не знаю, приятель. Что-нибудь придумаем.


– Ну наконец-то разобрались со всем этим, – несколькими часами позже пробурчал Ракета, когда массивные ворота Килна захлопнулись за его спиной. – Заметил, как охранники пялились? Ждут не дождутся, чтобы снова меня там запереть. За кого они меня принимают? Я ведь даже не в розыске… по крайней мере, пока и исключительно из-за нехватки улик, но все равно – им что, заняться больше нечем?

– Я есть Грут, – тихо произнес Грут.

Они шагали к открытому доку, где пришвартовали корабль. Грут не обращал внимания на стоящие впереди суда, в частности на только что прибывший неотесанный спартаксанский грузовоз, а смотрел вверх. Ракета проследил за его взглядом. Многоуровневый порт Килна был окружен искусственной атмосферой, благодаря которой открывался прекрасный вид на галактику.

За сиреневым диском ближайшей луны виднелся Тнериков Рукав – настолько яркое звездное скопление, что в нем, кажется, совсем не было места космическим пустотам. В небе едва заметно мерцала полоса – признак того, что там на сверхсветовой скорости проходит корабль.

– Ну звезды, что тут особенного? – хмыкнул Ракета. – Они везде, если ты прежде не замечал.

Грут вздохнул.

– Я есть Грут.

– Поторапливайтесь, – Квилл нервно поглядывал через плечо на оставшуюся позади громаду Килна, – с этих ребят станется отправить весточку кри. А заключенные наверняка тут же разболтают, что среди них не хватает нескольких активистов.

– От кри мы в любом случае так просто не отвяжемся, – нахмурилась Гамора.

– Надо успеть отремонтировать корабль, – сказал Квилл, – а для верности спасти галактику еще пару раз. Может, тогда кри вспомнят, что в долгу перед нами. Всякое бывает.

– Мне нравится ход твоих мыслей, – Дракс стукнул кулаком по ладони. – Я готов!

Грут по-прежнему таращился на небо и в результате налетел на Гамору. Та развернулась, инстинктивно хватаясь за рукоять меча, но мгновенно успокоилась.

– Грут, хватит витать в облаках.

– Я есть Грут, – поморщился тот.

– Что с тобой творится? Ух, е… – у Ракеты свело живот.

– Друзья, взгляните-ка, – сказал Дракс.

Угловатый грузовоз пришвартовался одним уровнем выше и открыл люк. На мостике выстроилась шеренга из более чем двух десятков арестантов, скованных по рукам и ногам, а также лапам, щупальцам, клешням и оставшимся парам рук. Их медленно повели в сторону Килна. Кое-кто из осужденных поглядывал с моста вниз, вероятно, подумывая о побеге и надеясь, что искусственная гравитация им в этом поможет, но стражники быстро пресекли их намерения несколькими тычками электрических дубинок.

А замыкал шеренгу…

– Это еще что за фокусы? – удивился Квилл.

«Черт побери, – подумал Ракета, – это же еще один Грут!»

Следом за другими арестантами действительно ковылял представитель Flora colossi – почти такой же крупный, как Грут, лишь немного стройнее и ниже.

– Грут, это что, твоя бывшая? – нахмурил лоб Дракс. – А я-то думал, в этой части галактики других Flora colossi не водится.

– Похоже, у Грута появился конкурент, – ухмыльнулся Ракета. – Интересно, за что его задержали?

– Я есть Грут, – произнес Грут, не сводя глаз с сородича. – Я есть Грут?

– Ты уверен? – спросил Квилл.

Ракета покосился на Грута.

– А кто сказал, что ты единственный? Почему бы другим древоподобным не заболеть тягой к приключениям и не отправиться исследовать галактику? Не всем же им быть упертыми шовинистами, и шагу не желающими ступить с родной планеты?

– Грут, твоим сородичам на тебя наплевать? – спросил Дракс.

– Надо проверить, в чем дело, – Квилл включил ботинки и поднялся на несколько метров над мостиком.

Дюзы работали слабо, но ровно. Питер взмыл к следующему мостику.

Отступив на пару шагов, Дракс прыгнул за ним.

– Я бы тоже была не прочь срезать путь, – проговорила Гамора на бегу, поворачивая и с легкостью взбираясь на ближайший пришвартованный корабль.

– Да уж, не сомневаюсь, – буркнул Ракета, запрыгивая на спину Груту и цепляясь когтями за его плечи. – А нас подождать?

– Я есть Грут, – рассеянно пробормотал древовидный Страж.

Усевшись другу на плечо, Ракета легонько похлопал его по голове.

– Вперед, – сказал он.

– Я есть Грут?

– Не-а, после твоих сегодняшних закидонов я ни капельки тебе не доверяю, но кто еще меня подвезет? – Ракета оскалился, разглядывая вереницу арестантов. – Пойдем познакомимся с этой братвой.

5

– Э-э-эй, – протянул Квилл.

Гамора следовала за ним. Питер завис у моста, по которому вели арестантов. Четверо конвоиров – представители всевозможных рас – нацелили на него оружие. Один что-то кричал по рации: должно быть, звал подкрепление.

Гамора остановилась на крыше транспортного корабля. Дракс присоединился к ней. Девушке хотелось подобраться ближе, но тогда охрана наверняка открыла бы огонь на поражение.

(Разумеется, в нее никто бы не попал.)

Охранник, что разговаривал по рации, заметил Гамору и приказал двум другим взять ее и Дракса на мушку. Стало понятно, что он тут главный и именно его нужно будет устранить в первую очередь, если конфликт окажется неизбежен.

– Чего надо, Звездный Лорд? – спросил командир.

Он всячески старался казаться спокойным, но по его позе и широко расставленным ногам было заметно, что конвоир настороже и готов к тому, что бой может развязаться в любую секунду. Командир был достаточно умен, чтобы не относиться к Стражам с пренебрежением.

– Шаг ближе – и мы будем стрелять, – продолжил он.

Арестанты заметно оживились, увидев Стражей. Flora colossus не был исключением – его глаза вытаращились, когда за спиной Гаморы появились Ракета и Грут. Впрочем, наемница даже не обернулась: о прибытии последних ей подсказали легкая дрожь под ногами и клацанье дерева о металл.

Она вытянула шею, чтобы внимательнее разглядеть древовидного осужденного. Его лицо не выражало ни любопытства, ни испуга, как у других арестантов, – лишь беспредельное удивление.

Квилл продолжал парить в воздухе, широко раскинув руки, чтобы показать, что никакой угрозы нет. Гамора не могла не отметить, что у него прекрасно получалось выглядеть безобидно. В этом Питер был настоящим мастером.

– Не будете возражать, если мы быстренько перекинемся парой слов с одним из ваших пленников? – спросил он.

– По правде говоря, будем.

– Я есть Грут, я есть Грут, – произнес Грут-пленник, но в портовом шуме и гуле Гамора не смогла перевести его речь.

– Вон тот высокий, покрытый листвой парень – редкий гость в здешних краях, – как ни в чем не бывало продолжил Квилл. – Нам крайне необходимо с ним побеседовать. Всего пять минуточек под вашим присмотром – идет?

– Ты в курсе, что это дерево всего три слова знает? – нерешительно произнес командир. – В любом случае ответ «нет». Убирайтесь подобру-поздорову, Стражи. У нас есть все полномочия открыть огонь в случае необходимости. Если хотите поговорить с заключенными, обратитесь в соответствующие органы и потребуйте…

– Да на это уйдет не одна неделя!

– А то и не один месяц, – буркнула под нос Гамора.

– Берегись! – крикнул один из конвоиров.

Все произошло за считаные доли секунды.

Пленница-стентианка бросилась вперед, двинув локтем в нос ближайшему стражнику, – весьма мастерски, учитывая надетые на нее кандалы, а другой рукой попыталась выхватить его оружие. Раздался выстрел, не причинивший никому вреда, и пистолет оказался в руках арестантки.

Следующий выстрел пришелся в грудь охраннику и безвредным не был. Мелькнул оранжевый всполох, брызнула красная кровь, и конвоир повалился на мост.

Ситуация принимала дурной оборот.

Еще два пленника накинулись на стражников. Раздались новые выстрелы. Другие арестанты с криками бросились врассыпную. Одни пытались скрыться от выстрелов, другие – просто скрыться.

– Квилл, чтоб тебя! – воскликнул командир. – Вечно от вас одни неприятности!

– Помочь-то хоть можно? – крикнул Питер в ответ.

Он крепко сжимал рукоять элементального бластера, но ждал разрешения открыть огонь. Спустя мгновение раздумий позволение было ему дано.

– Разрешаю, – бросил командир и, проорав что-то по рации, развернулся и кинулся в бой.

Гамора действовать не спешила. Сначала надо оценить ситуацию. Охрана уже схватилась с пленниками, решившими оказать сопротивление. Следовательно, Стражам нужно было…

– Хватайте беглецов, пока их не перестреляли! – крикнула Гамора.

Квилл уже догнал пару ши’арцев, пытавшихся сбежать через транспортный корабль.

– Грут, Ракета, уведите всех, кто не участвует в бою, с линии огня! Раненых охранников, арестантов – всех, кто под руку попадется!

Стражи рассредоточились. Дракс взял на себя стентианку, затеявшую всю эту заварушку, – прикрываясь трупом убитого конвоира, та пыталась скрыться, спрыгнув с моста на нижний уровень. От раны на ее плече в воздухе тянулся кровавый шлейф. Квилл продолжил преследование ши’арцев. Грут и Ракета подобрались к мосту снизу, и Грут начал по одному выхватывать тех, кто не участвовал в заварушке.

Гамора бросилась за двумя арестантами – Flora colossus и высоким худощавым кри. Они держались вместе и бежали так быстро, насколько позволяли сковывающие ноги кандалы. Миновав транспортный корабль, кри споткнулся и упал, но Грут подцепил его пальцем за куртку и, не сбавляя шага, поднял на ноги.

«Лучше не звать его Грутом», – напомнила себе Гамора, преграждая им путь. Но как еще его звать, если вблизи этот «Грут» был как две капли воды похож на знакомого ей Грута? Глядя на выражение его лица, Гамора была готова даже поклясться, что он ее узнал.

– Послушайте… – начала она.

Оранжевая вспышка, и «Грута» разметало на мелкие кусочки. Разлетевшиеся щепки, едва не задев лицо Гаморы, рассыпались по мосту. Оставшиеся нетронутыми ноги, по-прежнему закованные в кандалы, постояли немного и рухнули.

Гамора не могла пошевелиться.

Ей уже доводилось видеть, как умирает Грут – если это можно было так назвать. Вот только это никогда не происходило в двух шагах от нее.

Придя в себя, наемница подняла ближайшую щепку, а другой рукой схватила кри за запястье. Метнувшись в сторону, она увлекла его за собой – как раз вовремя, ведь новый оранжевый заряд ударил точно в то место, где мгновение назад стоял арестант.

Прибавив ходу, она свернула за ближайший корабль и уложила кри на землю.

– Не высовывайся, – прошипела она ему в ухо и прислушалась.

Рядом никого не было.

– Они… они его застрелили… Он ведь даже… – причитал кри, не сводя глаз с останков «Грута».

– Не переживай, – Гамора протянула кри подобранную ранее щепку длиной с ладонь. – Возьмешь в тюрьме книжки по ботанике, посадишь вот это, и твой Грут вырастет снова…

Прищурившись, Гамора уставилась на щепку.

– Где вы с ним встретились? – спросила она.

– Что? Они же только что…

– Отвечай.

Впервые за все время кри взглянул на нее и судорожно сглотнул.

– Ты же Гамора! Гамора, Танос меня побери!

– Гамора.

– Опаснейшая женщина во всей галактике?

– И не в одной галактике, и что с того?

Известность – хорошая штука. Но порой чрезвычайно обременительная!

Кри неуверенно встал на четвереньки, пытаясь убежать.

– Вот дрань, вот…

Гамора схватила его за ножные кандалы и, не прикладывая ровным счетом никаких усилий, подтянула обратно.

– Ты что, хочешь вернуться туда, где в тебя стреляли?

– Да! – завопил кри.

– Странные у тебя желания. Так где вы встретились с Грутом?

– Если отвечу, ты не станешь меня убивать?

Гаморе хотелось закатить глаза, как это любил делать Квилл, но она сдержалась. Впрочем, нельзя было не признать, что этот жест наилучшим образом отразил бы ее мысли.

– Ты вообще в курсе, что я тебя спасаю?

Кри смотрел на нее с таким ужасом, что сложно было понять, в курсе ли он вообще хоть чего-нибудь.

Гамора почесала лоб.

– Отвечай уже.

– Я… я его купил! На рынке на Забвении. Тогда он был еще маленьким саженцем в горшке. А напоказ у них была выставлена большая модель.

– «Модель»? И у кого «у них»?

– У той женщины. Зеленокожей.

– А поточнее?

Женщина с зеленой кожей могла быть кем угодно: скруллом, димави, фромой, инсективоридом, нелюдем, мутантом…

– Да откуда мне знать? Она была зеленая, вроде тебя, то есть совершенно точно не вроде тебя, то бишь не зен-воберианка.

– Не позорься и рассказывай подробнее.

Кри звучно сглотнул.

– На ней был капюшон, так что лица я не разглядел. Своей лавки у нее тоже не было. Выглядела она подозрительно, но это дерево, что она показывала, казалось весьма практичным и полезным. Так что я купил его и отправился восвояси. Мне просто нужен был помощник в…

– Темных делишках?

– Ну… таких совсем незначительных делишках, – ответил кри. – Пустяковых. Грут не возражал. Мы подружились. Вообще не понимаю, за что меня задержали. Я ведь, считай, почти ничего не натворил.

– Рынок на Забвении большой. Где конкретно ты встретил ту женщину?

– Неподалеку от скрулльского цирка. Но когда я возвращался, чтобы задать ей пару вопросов – дважды, – ее там уже не было.

– Гамора! – из рации раздался голос Квилла. – Все под контролем. Куда ты подевалась?

– Сейчас буду. Ловила беглеца. Скажи любителям пострелять, чтобы убрали пушки, ладно?

– Эй, а куда подевался тот другой Грут? – голос Ракеты оборвался, когда на виду появилась вышедшая из укрытия Гамора.

Енот сидел рядом с задержанными арестантами и охранниками и вытирал ствол пушки о комбинезон. Он пробежался взглядом по Гаморе и только теперь заметил кучу щепок под ее ногами. На мгновение он застыл. Даже с расстояния Гамора видела, как сжались лапы Ракеты. В следующую же секунду он бросился к охранникам.

– Ах вы драные…

Квилл был к нему ближе, чем Гамора, и успел схватить енота за воротник.

– Ракета, успокойся.

Грут склонился над мохнатым Стражем и положил ему на плечо огромную руку, которой мог бы накрыть половину тела енота.

– Я есть Грут.

Если диалог и продолжился, то слишком тихо, чтобы Гамора могла хоть что-нибудь расслышать. Ведя за собой пленника-кри, она подошла к товарищам, настороженно осматриваясь на случай очередной провокации. Группа заметно поредела. И пленников, и конвоиров стало меньше – остальные были мертвы либо скрылись внутри Килна, или и то и другое сразу. Кругом пестрели пятна крови разных цветов и следы от выстрелов.

Заметно поникший командир стоял рядом с Квиллом. Взгляд его тем не менее оставался сосредоточенным.

– Благодарить за помощь не буду, сами понимаете, – сказал он.

– Понимаю, – согласился Квилл без особого энтузиазма.

Его внимание привлек кусок дерева в руках Гаморы. Та так и не отдала его кри и теперь окончательно передумала это делать.

Вместо этого она сунула щепку под нос командиру охраны.

– Этот Грут не сопротивлялся. Зачем нужно было его убивать?

– Он пытался сбежать.

– Пытался. Но он не нападал на вас и не представлял опасности.

– Послушайте, если заключенные пытаются бежать, то мы имеем полное право открыть по ним огонь на поражение.

– То, что вы имеете на это право, не значит, что вы обязаны!

Как бы она ни повышала голос, командир даже не шелохнулся. Раз он знал Звездного Лорда, то и репутация Гаморы должна была быть ему хорошо известна. Наемница ожидала, что он задрожит от страха, но командир и бровью не повел.

Один из охранников увел пленника-кри. «Одной заботой меньше», – подумала Гамора и повернулась к Груту.

– Грут, – она старалась подобрать нужные слова, – ты знал этого Flora colossus?

Гамора была уверена, что другой «Грут» точно их узнал.

– Я есть Грут, – голос Стража звучал неуверенно, словно он тщательно обдумывал, что ответить.

Он отвел взгляд, не отходя при этом ни на шаг от Ракеты, и кивнул.

– Я… есть Грут.

Ракета недоверчиво посмотрел на друга.

– Кем-кем, говоришь, был этот…

– Я есть Грут.

– Это был ты? – нерешительно переспросила Гамора. – Не какой-то другой Flora colossus, не твой дальний родственник, а ты сам?

– Ты уверен? – уточнил Дракс. – Может, он просто был на тебя похож?

Ракета хмыкнул.

– Да уж. Без обид, но вы, ребята, все немного похожи на деревья.

– А ты не узнал бы себя, если бы посмотрелся в зеркало? – спросила Гамора. – Зачем Груту обманывать?

Девушка вновь подняла щепку и осмотрела ее с любопытством и сожалением: ведь она не уберегла арестанта и даже не успела с ним поговорить.

Как такое стало возможно?

– Он мог быть клоном или близнецом Грута? – Квилл широко развел руками. – Или вырасти из… не знаю, желудей, которые тот обронил? Желуди – это ведь разновидность семян? Я, по правде говоря, не знаю, как устроены Flora colossi. Да и в желудях не слишком разбираюсь. Ладно, проехали, продолжай.

– Тот пленник утверждал, что на базаре был другой, взрослый представитель вида, – Гамора прищурилась. – Кто-то торгует ими? Или просто нашел копию Грута и решил на ней нажиться?

– И что все так носятся с этими деревьями? – буркнул один из охранников. – Последнее время столько шуму из-за них.

После первой реплики Гамора уже готова была ему врезать, но вторая заставила ее остановиться.

– Что значит «последнее время»?

Охранник переглянулся с командиром, и тот кивнул.

– Ну, некоторых из нас тут подкупить пытались. Кое-кто очень хотел быть поставлен в известность, если нам вдруг попадутся эти самые Flora colossi.

– Зачем? – спросил Квилл.

Конвоир лишь пожал плечами.

– И кто хотел это знать?

Охранник замялся, и вместо него ответил командир.

– Если я скажу, обещаете убраться с глаз моих за пять минут?

– Да нам и трех хватит, – ответил Квилл.

– Это весьма щедрое предложение, – Дракс скрестил руки на груди.

Командир криво улыбнулся.

– Это был Коллекционер.

6

– Никогда он мне не нравился, – ворчал Ракета, прокладывая курс. – Когда-нибудь замечали, как он на нас с Грутом таращится? Словно завороженный!

По шкуре енота пробежали мурашки. Кто бы ни смотрел на него с таким видом, это никогда не предвещало ничего хорошего. Столь увлеченно обычно выглядят люди, которым больше всего хочется вскрыть тебя и посмотреть, как ты устроен. Попади Ракета в лапы Коллекционеру – лучшим, на что он мог бы рассчитывать, была бы удобная клетка в частном музее, где тот хранил древние, причудливые, ужасающие предметы и таких же существ. Будучи одним из Старейшин Вселенной, бессмертный Коллекционер не слишком-то задавался вопросами этики и морали и тратил все время на свое извращенное хобби.

Впрочем, Ракета мог его понять: он и сам бы с радостью приобрел что-нибудь из его музея. У Коллекционера хранились весьма занятные и полезные устройства, которые Ракета мог бы использовать для улучшения корабля или оружия. А если бы удалось добыть еще парочку бомб…

– Никто не заставляет тебя его любить, – ответила Гамора. – Нам лишь надо задать ему пару вопросов.

– Мне весьма любопытно, что же он нам ответит, – Квилл снял сапоги и постукивал голыми пальцами ноги по приборной панели.

Корабль шел на автопилоте, и у него было время откалибровать встроенные в сапоги реактивные двигатели и слегка навонять в кабине.

«Классно, Квилл, просто классно», – подумала про себя Гамора.

Она сидела задом наперед на месте стрелка, обхватив руками спинку.

– Дайте угадаю: Коллекционер прослышал, что в этом секторе галактики появились Flora colossi, и решил раздобыть одного для своей коллекции. Они же редкие, необычные, а вдобавок еще и сильные. Как раз по его части.

– Думаешь, ему известно о двойнике Грута? – спросил Квилл.

Гамора пожала плечами.

– Я все же думаю, что надо нам прошерстить базар на Забвении, – сказал Ракета. – И вовсе не потому, что мне хочется руль направления и элероны на корабле заменить.

– Если верить тому заключенному, тамошней торговки и след простыл, – ответил Квилл. – Допросить Коллекционера будет надежнее. Я, конечно, ему не доверяю, но нет никаких сомнений в том, что он не стал бы ввязываться в авантюру, не наведя предварительно справок.

– Да знаю я! Уже и предложить ничего нельзя? – Ракета откинулся на спинку кресла второго пилота. – Просто наш руль – натуральный хлам, и если мы через неделю начнем летать кругами – я не виноват.

– Я есть Грут, – пробормотал Грут, который слушал разговор вполуха.

– Дружище, мы тоже не знаем, – ответил ему Дракс.

Ракета фыркнул.

– Слушай, если б я подозревал, что тебя можно размножить, то давно уже вырастил бы целую армию Грутов. Никакие бэдуны не были бы страшны! «Ну-ка, енотик, что там у тебя?» А у меня там лес!

– Есть какой-нибудь способ, благодаря которому обыкновенные Flora colossi могли бы производить на свет своих генетических двойников? – поинтересовалась Гамора.

Грут помотал головой.

Квилл отвлекся от починки сапога.

– Значит, мы имеем дело с чем-то вроде клонирования? Мог тот, большой Flora colossus, которого продавец демонстрировал на базаре, тоже быть двойником Грута? Сколько там вообще продавалось саженцев, из которых могли вырасти Груты? Мы уже встретили одного, связавшегося с дурной компанией и вовлеченного в криминальную деятельность… – тут Квилл взглянул на Ракету и развел руками. – Впрочем, не он первый. Похоже, это у них семейное.

– На Flora colossus, будь то двойник или нет, должно быть легко найти покупателей, – Дракс помрачнел. – Их ведь можно использовать для разных темных делишек.

– Это-то меня и беспокоит, – согласился Квилл.

– Я есть Грут, – грустно подтвердил Грут.

Ракета только фыркнул в ответ.

– Да будет тебе, дружище. Хватит нюни распускать! Найдем мы того, кто продавал Грутов, и спустим из шлюза в космос. А потом разыщем всех Flora colossi, которых уже успели сбыть. Раз плюнуть!

– Может, и галактику в процессе спасать не придется, – кивнула Гамора.

– Я есть Грут.

– Значит, план таков? – уточнил Дракс. – Сначала найти продавца, а потом спасти Грутов?

– Вроде того, – покосился на него Ракета. – Нельзя доверять Грутов всякому отребью. Совесть, знаете ли, не позволяет. Квилл, ты согласен?

– Идет. Вот только неплохо было бы узнать, не связано ли все это с тем, что наш Грут себя неважно чувствует. Неспроста же с ним творится что-то неладное!

– Верно подмечено.

– Точно, – согласилась Гамора.

Впрочем, она по-прежнему выглядела озабоченной, как и Квилл с Драксом. Больше всех озабочен был, разумеется, сам Грут.

«Сопляки», – подумал Ракета, но тут же вспомнил, что почувствовал при взгляде на разбросанные по мосту щепки, и заскрежетал зубами.

– Дай-ка мне, – енот перегнулся через кресло и забрал у Квилла сапог. – Это же мини-двигатель, а не военный крейсер. Тут аккуратность нужна.

– Ну давай, покажи класс, – развел руками Квилл. – Я же тебя час назад просил помочь!

– Думал, ты и сам справишься, – проворчал Ракета.

Квилл развернул кресло, оказавшись лицом к остальным членам команды, и продолжил рассуждать о Коллекционере, Груте и прочих беспокоивших их вещах.

«Было бы о чем волноваться, – убеждал себя Ракета, склонившись над сапогом и яростно устраняя последствия неуклюжего ремонта Квилла, – совершенно не о чем. Тьфу ты! Все с Грутом будет хорошо».


Новый музей Коллекционера располагался в отдаленном рукаве галактики, куда редко заглядывали цивилизованные существа. Те же, кому доводилось его увидеть, непременно задумывались о здравомыслии хозяина музея – точнее, его отсутствии. По форме музей напоминал висящую в космосе гигантскую лягушку.

– Стоит признать, что с фантазией у чувака полный порядок, – заметил Ракета.

– А меня уже тошнит, – не согласился с ним Дракс.

Он таращился в иллюминатор на лягушку. Гамора видела, как та отражается в его глазах.

– Что эта чушь должна означать? – Дракс продолжал недоумевать.

– Из всех вопросов, которые я бы хотела задать Коллекционеру, этот – в самом конце списка, – сказала Гамора и почти сразу добавила: – Но он там есть.

Коллекционер разрешил им пришвартоваться и войти в музей без лишних церемоний, так что Гамора предположила, что он мог их ожидать. Несколько минут спустя эксцентричный хозяин уже расшаркивался и целовал всем руки, а вскоре Стражи следовали за ним по залам музея.

– Тиван, я смотрю, ты обновил интерьеры, – проговорил Квилл, незаметно вытирая руку о штаны.

Дракс же был настолько шокирован, что не знал, что ему делать с собственной обслюнявленной кистью.

– Вам нравится? – Коллекционер обвел рукой высокие, покрытые золотом стены, сверкавшие столь ярко, что Гаморе захотелось надеть солнцезащитные очки. По периметру холла тянулся цветочный орнамент.

Тем не менее даже эти стены уступали в пошлости наряду самого Коллекционера. На нем были золотые брюки и серебристая мантия, отороченная фиолетовым мехом неизвестного животного.

– Ну, это весьма… – пробормотал Квилл.

– А золото настоящее? – Ракета постучал по стене костяшками пальцев. – Если так, то мне нравится. Круто.

– Блестяще, – добавил Дракс.

– Я есть Грут, – согласился Грут.

Коллекционер глядел на пятерку Стражей с симпатией. Это было хорошим знаком и давало надежду на то, что они услышат те ответы, за которыми прибыли. Члены команды знали Коллекционера давно, и их отношения были достаточно сложными, так что результат каждой новой встречи был непредсказуем и зависел от его – а скорее, от их – настроения.

– Что ж, друзья, – добродушно, но осторожно начал Коллекционер, – скажите, по какому случаю я удостоен чести видеть вас сегодня?

– К тебе случайно Грутов в последнее время не привозили? – прямо в лоб спросил Ракета, отвлекшись от созерцания внутреннего декора.

– Что-что?

– Flora colossi, – уточнила Гамора. – Мы слышали, что ты ими интересовался. Зачем?

– Ясно, ясно. Занятно, – Коллекционер скрестил руки на груди, и его мантия ослепительно сверкнула.

– Я есть Грут, – шагнул вперед Грут, щурясь. – Я есть Грут.

– Может, кто-нибудь переведет?

– Грут говорит, что лучше бы тебе ответить на наши вопросы – или он продырявит тебе череп пальцами и почешет мозги, – Ракета довольно наглядно изобразил процедуру собственной лапой.

– Он такого не говорил, – возразил Квилл.

– Я просто слегка перефразировал!

Коллекционер находился в недоумении.

– Мы встретили представителя Flora colossi, который, по всей вероятности, был копией Грута. Выяснилось, что ты можешь быть как-то с этим связан. Так что давай разберемся, – Дракс тоже скрестил руки, – по-дружески.

– Ну конечно же! Разве бывало иначе? – Коллекционер задумчиво потеребил подбородок, словно вспоминая прошлые встречи со Стражами. – Договорились. Учитывая наши близкие, доверительные отношения…

Гаморе с трудом удавалось сохранять невозмутимое выражение лица.

– …буду рад рассказать, каким образом я в этом замешан. Пойдемте, друзья. Только давайте вначале выпьем – как насчет зенгриты?

Ракета с Драксом тут же пустили слюнки. Квилл – тоже, но Гамора догадалась, что он просто подыгрывает. Как ни крути, Звездный Лорд был умнее, чем казался на первый взгляд.

– Отличная мысль! – радостно заявил он.

Они прошли через зал, где содержались водные обитатели, миновали стенд с калейдоскопическими раковинами и вошли в хрустальный подводный туннель. Вода кругом была ярко-зеленой. На дне аквариума росли кораллы – столь стремительно, что успели увеличиться на несколько сантиметров, пока Стражи проходили мимо. Неизвестное крылатое существо парило в воздушном пузыре, вылавливая когтистыми лапами рыбу. К стеклу буквально приклеилось матовое облако, которое двигалось за Стражами. Гамора готова была поклясться, что под определенным углом могла разглядеть внутри пару глаз, следивших за каждым ее движением.

– Это морские коньки? – спросил Квилл, идущий впереди, рядом с Коллекционером. – А это что, сардины?!

Они принялись обсуждать достоинства морских существ, которые, как догадалась Гамора, были представителями земной фауны. Коллекционер наверняка раскусил намерения Питера, но даже притворная лесть тешила его самолюбие.

– Я уже устал идти, – пробубнил Ракета.

Они с Грутом ковыляли следом за наемницей.

– Я есть Грут.

– С каких это пор Квилл рыбками интересуется?

– Да он притворяется, – ответила Гамора.

– Ох уж эта ваша дипломатия или как там ее!

– Да мне и самой это не нравится.

Гамора прекрасно осознавала, что ее роль в команде не сводилась к применению грубой силы и устрашающей репутации. Безусловно, она гордилась и той, и другой, но для нее они были лишь инструментами для достижения цели. Не все можно было разрешить дракой, но полностью списывать этот вариант тоже было нельзя.

За исключением тех случаев, когда имеешь дело с Коллекционером.

Коллекционер, как и другие Старейшины Вселенной, был практически неуязвим и, весьма вероятно, бессмертен, поэтому не стоило и пытаться уложить его одним апперкотом. Можно было разве что пригрозить уничтожением его ненаглядного музея, но и это стоило придержать на случай, если все прочие аргументы окажутся исчерпаны. Стражи никогда не выступали против Коллекционера без веской причины, и Гамора подозревала, что именно поэтому он никогда им не мстил, принимая любые разногласия как должное. Похоже было, что он уважал Стражей Галактики и в некоторой степени даже восхищался ими, поэтому ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы он изменил свое мнение. Ответы на вопросы подождут, а пока нужно принять его напитки, разделить его увлечение рыбами и мирно разойтись, получив необходимую информацию.

Отступать от привычного плана действий – рукоприкладства – было не слишком по душе Гаморе, но врагов Стражам и без Коллекционера хватало. К тому же сегодня они уже успели побывать на Левете, уничтожить крийский корабль и поучаствовать в перестрелке на Килне. Пора бы отдохнуть и выпить чего-нибудь.

Отведя взгляд от похожего на ограненный бриллиант существа, которое, казалось, разбивалось на мелкие осколки и собиралось вновь с каждым вдохом, Гамора проследовала в кабинет Коллекционера. Внутреннее убранство тут было не менее причудливым, чем в остальных помещениях музея. На одной из стен располагалась высокотехнологичная панель с множеством экранов, а напротив висели черепа незнакомых Гаморе животных. Со всех сторон Стражей окружали диковины, самой обычной среди этого казалась парящая в воздухе красная кушетка, отделанная золотом.

Коллекционер скрылся за дверью и вскоре вернулся с подносом, на котором возвышались шесть покрытых корочкой льда бокалов с ярко-розовой жидкостью и кувшин с водой.

Гамора обратила внимание на отсутствие официанта. Обычно у Коллекционера была целая толпа прислуги. Но не в этот раз.

Выбирая между зенгритой и водой, Грут остановился на последней. Остальные же с благодарностью приняли напитки. Гамора и Квилл переглянулись. Первые несколько минут она лишь делала вид, что пьет. Кому-то нужно было сохранять трезвый рассудок на случай, если в напиток подмешано снотворное или еще какая-нибудь гадость.

– Итак, Грут? – не сводя глаз с Коллекционера, как бы невзначай произнес Квилл, обращаясь вовсе не к напарнику, а лишь напоминая о поводе их сегодняшнего визита.

– Грут, – согласился гостеприимный хозяин.

– Я есть Грут.

Коллекционер убрал поднос и уселся в обитое бархатом кресло у консоли. Он набрал комбинацию клавиш и вызвал голографическую проекцию. Спустя несколько секунд картинка приобрела необходимую четкость.

– Это прямая трансляция из дендрария, – объявил Коллекционер, потягивая напиток и наслаждаясь вкусом, не обращая при этом никакого внимания на нетерпение его гостей.

– А вот и он.

Дендрарий представлял собой густую цветущую массу деревьев и кустарников с разноцветной листвой, среди которых сновали мелкие животные. С краю голограммы была видна знакомая фигура, согнувшаяся, чтобы не зацепиться головой за низко растущий сук.

– Грут? – удивился Ракета. – Приятель, он выглядит в точности как ты!

Древовидный Страж с открытым ртом таращился на изображение.

– Я есть Грут!

– Позвольте представить новейший экземпляр в моем дендрарии, – торжественно произнес Коллекционер. – Flora colossus!

7

– Постой, ты его уже раздобыл? – Квилл удивленно обратился к Коллекционеру. – Почему же ты…

– Где этот твой дендрарий? – перебил Дракс.

Вопрос «почему» воина не волновал, у него были дела поважнее.

– Нам надо туда. Немедленно.

– Где ты его нашел? – спросила Гамора.

Коллекционер никак не отреагировал на реплики. Он лишь продолжал рассматривать голографического Грута. Камера следовала за созданием, то фокусируясь на окружающей его природе, то выдавая крупные планы его лица.

Дракс смотрел на голограмму с подозрением, ожидая какого-то подвоха. Этот Flora colossus выглядел в точности как Грут: те же глаза и походка, даже улыбнулся он точно так же, когда к нему подлетела стайка ярких жучков, – медленно и нерешительно.

– Я есть Грут, – изумленно произнес стоящий рядом с Драксом Грут – их Грут.

Он протянул руку к двойнику, но, разумеется, пальцы прошли сквозь проекцию.

Коллекционер взболтнул напиток в бокале.

– Друзья, не сомневаюсь, что вы по достоинству оценили то, что я не стал изымать представителя Flora colossus из его родной среды обитания на планете Икс, а вырастил своего собственного.

Вот тут Коллекционер перегнул палку. Сильно перегнул. Одно радовало: он перестал говорить о рыбах.

– Объясни-ка, – потребовал Дракс.

Пока другие Стражи не слишком-то спешили попасть в дендрарий, желая прежде услышать ответы на все их «почему?» и «каким образом?», а Дракс хотел ускорить процесс.

– Он ведь не просто какой-то там Flora colossus? – спросила Гамора, внимательно изучая голограмму. – Он – точная копия нашего Грута. Как тот, который попался нам на Килне. Как это вышло? Мы, конечно, можем вырастить Грута заново, если его разрушат, но вырастить другого Грута, пока этот ходит и говорит, должно быть невозможно. Грут может быть только один.

В этом Гамора заблуждалась.

Дракс допил свой коктейль и звонко опустил пустой бокал на консоль.

– Отвечай, когда тебя спрашивают.

Коллекционер улыбнулся.

– Гамора права: если вашего Грута уничтожат, его можно вырастить заново. Каждая щепочка может зажить собственной жизнью. Как только эта щепочка будет посажена и в ней, уж простите мне такую игру слов, укоренится сознание Грута – другим его фрагментам будет куда сложнее прорасти. Пару месяцев назад мне удалось добыть довольно крупную щепку с места одного из ваших сражений. Немного поэкспериментировав, я смог ее оживить. Я ведь уже достаточно долго существую, чтобы досконально изучить даже малоизвестные ветви науки.

– Ветви? Опять игра слов? – сердито буркнул Ракета.

– Как знать, как знать… В общем, дело вот в чем: прежде чем мой экземпляр вырос, случилось небольшое… происшествие. Моя помощница сбежала без предупреждения, успев перед этим уничтожить часть коллекции. Мой драгоценный Flora colossus пропал вместе с ней. Разумеется, я тут же бросил все силы на поиски. Похоже, что моя, теперь уже бывшая, ассистентка забрала Flora colossus, чтобы выращивать их массово. Видите ли, из ветвей моего модифицированного экземпляра можно создавать новых, абсолютно идентичных Flora colossi практически бесконечно. Этим она и решила воспользоваться.

– Выходит, она торгует двойниками Грута? – ужаснулся Ракета. – И сколько их у нее?

– Понятия не имею, – Коллекционер поднес бокал к экрану с голограммой, будто собираясь произнести тост. – Этого мне удалось выкупить у одного из ее клиентов. Я, безусловно, рад, что он теперь в моей коллекции, но…

– Ты хоть понимаешь, – перебил его Квилл, – что друзья не клонируют друзей? И не сажают клонов друзей в клетки. И даже клонов клонов не сажают. И уж точно не выставляют этих клонов напоказ вышеупомянутым друзьям. Тиван, ты вообще понимаешь, что такое дружба? Может, тебе «Моего маленького пони» посмотреть, раз жизнь ничему путному не научила?

– Можно мне его пристрелить? – спросил Ракета.

– Лучше зарезать, – предложил Дракс.

Квилл осушил бокал и вытер губы.

– Звучит заманчиво.

Ракета огрызнулся.

– Круто. Просто круто. Выходит, теперь нам надо отыскать хрен знает сколько Грутов, учитывая, что с каждым днем их становится все больше. А если все, кто купил Грутов, сами начнут плодить их и продавать, а потом их покупатели поступят так же, то я вообще не знаю, как с этим разобраться.

– Натуральный бардак, – согласился Дракс.

– Ну что вы, все не так ужасно, – замахал руками Коллекционер. – Я взял анализы у этого экземпляра и выяснил, что он, как говорится, стерилен. В отличие от моего первого образца, он не может производить на свет новых Flora colossi. Более того, я не думаю, что в случае полного уничтожения его можно будет вырастить заново. Моя помощница что-то с ним сделала. Должно быть, воспользовалась моими заметками, которые ей удалось выкрасть. Конечно, разуму простого смертного не постичь всех тонкостей процесса, но ей каким-то образом удалось найти способ лишить щепки способности превращаться в новых Грутов. Вероятно, она сделала это для того, чтобы избежать конкуренции на рынке Flora colossi.

– Значит, она может вырастить столько Грутов, сколько захочет, но если уничтожить созданных ею Грутов, те уже не возродятся? – Квилл, нахмурившись, разглядывал голограмму.

– Они – тупиковая ветвь эволюции. Однодневки.

– Это жестоко, – сказала Гамора.

Дракс согласно кивнул.

– Эта твоя помощница – ученый или кто? – поинтересовался Ракета.

– Ботаник. По сути, еще студентка, но знает она много. Эти димави довольно рано начинают учиться. Была бы она потупее, не додумалась бы выкрасть моего Flora colossus.

– Ладно, Тиван, хватит придуриваться, – сказала Гамора. – Что тебе нужно?

– Ах, Гамора, мила, как всегда, – улыбнулся Коллекционер. – Я хочу, чтобы вы нашли мою ассистентку и все проданные ею экземпляры. У меня на это две причины. Во-первых, я весьма горжусь своим оригинальным Flora colossus – ведь он не просто представитель редкого в этой галактике вида, но и абсолютный генетический двойник настоящего Стража Галактики. Существование других копий существенно занижает его ценность.

– Я знаю, что от выстрела он не умрет, – задумчиво сказал Ракета, кладя лапу на бластер и поглядывая на хозяина, – но больно-то ему будет?

– Во-вторых, – продолжил Коллекционер, косясь на енота, – чем больше проходит времени, тем слабее становится этот Flora colossus. И, насколько я могу судить, не только он.

– Я есть Грут? – произнес Грут, догадавшись, что Коллекционер имеет в виду его.

– Ты шаркаешь ногами. Ты даже не заметил на голограмме своего двойника, пока Ракета на него не указал. Ты осушил целый кувшин воды за пару секунд, словно нуждался в срочном поливе. Твоя реакция… – Коллекционер развернулся и резко бросил в Грута поднос.

Поднос чиркнул по пальцам и срикошетил о стену за спиной Грута. Страж скривился от неприятного звука. Коллекционер развел руками.

– Твоя реакция была куда лучше.

– Я есть Грут, – пристыженно ответил Грут.

Когда Коллекционер метнул поднос, Дракс готов был выхватить клинки и защитить друга. Теперь он немного ослабил хватку, но оставался по-прежнему сосредоточен. Коллекционер вел себя уж слишком надменно, и Драксу это не нравилось.

– Я приказал телепату и ясновидцу следить за ситуацией. По их словам, мой экземпляр слабеет как физически, так и психологически. Жизненная сила покидает его, порой очень быстро. Она рассредоточивается.

– Грут может быть только один, – Гамора повторила сказанные ранее слова.

– Грута много не бывает, – сказал Ракета, скрещивая лапы на груди. Его бластер свободно висел на поясе, а полупустой бокал стоял на полу.

– Я есть Грут? – неуверенно произнес древовидный Страж.

Квилл нахмурил лоб.

– Говоришь, наш Грут теряет жизненную силу каждый раз, когда твоя ассистентка выращивает новый саженец?

– По всей видимости, именно так, – ответил Коллекционер. – И чем больше они растут, тем больше им нужно энергии.

– Так они связаны? Соединены общим сознанием? – Гамора взглянула на Грута. – Можешь почувствовать, где находятся другие клоны?

– Я есть Грут.

– Это значит «нет»? – предположил Коллекционер.

– Угадал, – ответил Дракс.

– Досадно. Мой ясновидец тоже высказывал это предположение, но никакой психической связи между экземплярами не было обнаружено, несмотря на общую для всех жизненную силу.

– Получается, что энергия, которой хватает только на одного Грута, теперь распределяется по множеству тел, – подытожил Ракета. – Да уж, Коллекционер, отличная работа. Постарался на славу!

– У меня странный вопрос, – Квилл задумчиво почесал лоб, словно пытаясь сопоставить известные ему факты. – Ты прекрасно знаешь, что мы просто так не оставим этого Грута в твоем дендрарии. Так зачем рассказываешь нам все это?

– Ах! – Коллекционер приободрился. – Вот мы и подходим к самому интересному. Хотите еще выпить?

– Нет, – отказался Квилл.

– Нет, – в унисон заявили Дракс и Гамора.

– Давай, – сказал Ракета и пожал плечами. – А что еще с него взять?

Коллекционер рассмеялся.

– О, мне есть что еще вам предложить. Например, свою помощь. Мы ведь желаем одного – разыскать других Грутов и остановить ту, кто их продает. Никто не располагает такими средствами и никто не знает мою помощницу лучше, чем я. А мне пригодятся ваши навыки. Так давайте сотрудничать!

Квилл молча сверлил его глазами, но потом все-таки ответил:

– Не увиливай от вопроса. Мы не можем оставить твоего Грута.

– Предлагаю сделку, – Коллекционер сложил пальцы домиком. – Если найдете мою ассистентку и доставите ее ко мне, можете забирать этого Грута. Без драк, споров и прочих фокусов. А пока мой экземпляр останется тут, дабы у вас не возникло соблазна отклониться от плана. Можете быть уверены: вреда я ему не причиню.

– Помощница значит для тебя больше, чем Flora colossus? – спросил Дракс.

Лицо Коллекционера помрачнело.

– Я не терплю предательства.

В это Дракс охотно поверил. Он был почти готов согласиться работать с Коллекционером.

– И каков план? – поинтересовался Ракета.

– Я отправлюсь с вами. Мне известно, где находятся некоторые из покупателей, которые, в свою очередь, могут вывести нас на мою ассистентку, – губы Коллекционера растянулись в подобии улыбки. – Ближайший находится неподалеку отсюда, на спутнике…

– Подожди-ка! – Квилл поднял руку, словно ученик, желающий привлечь внимание учителя.

Когда все повернулись к нему, Звездный Лорд ткнул пальцем в голограмму.

– Ты сказал, что выкупил этого Грута у одного из клиентов твоей помощницы? Его вырастила она, а не ты сам?

– Верно.

– Так почему бы просто не спросить этого Грута, где его вырастили? – закончил за Питера Ракета.

Коллекционер остолбенел.

– Что, почувствовал себя идиотом?

– В свою защиту могу сказать, – сдержанно ответил Коллекционер, – что все его реплики звучат так, будто он просто повторяет свое имя.

Грут тяжело вздохнул.

– Я есть Грут.

– Ему часто это говорят, – перевел Дракс.

– Пока не поговорим с Грутом – с обоими Грутами, – никуда не полетим. – Гамора, до сих пор не притронувшаяся к зенгрите, залпом осушила бокал.

Коллекционер скривился.

– Этот напиток нужно пить медленно, наслаждаясь каждым гло…

Дракс шагнул вперед.

– Веди нас к нему!

8

Дендрарий обязательно впечатлил бы Гамору, не будь она столь сосредоточена на поисках двойника Грута.

– Грут! – позвала она.

Остальные Стражи разделились и тоже искали клона.

– Я есть Грут, – голос настоящего Грута звучал тихо.

С одной стороны, ему было любопытно, с другой же – его терзали сомнения. В дендрарии было полно как тоненьких саженцев, так и толстенных вековых деревьев. Каменистая почва постоянно сменялась грунтовой, трава под ногами чередовалась с опавшими листьями. Воздух был свежим и резко бил в ноздри – разительный контраст по сравнению со спертой атмосферой корабля Стражей и духом городов, которые они обычно посещали. Закрыв глаза, Гамора остановилась на секунду, чтобы просто подышать. При других обстоятельствах Груту наверняка было бы приятно жить здесь – но только в компании друзей. Он не любил подолгу оставаться один.

В кустах что-то пошевелилось. Гамора обернулась как раз вовремя, чтобы заметить удаляющийся пушистый полосатый хвост.

– Это же… – начал Ракета.

– …земной енот? – закончил за него Квилл, оглядываясь на Коллекционера.

– Грут их любит, – сухо ответил Коллекционер. – Вот я и подумал, что так ему будет комфортнее.

Ракета не сводил глаз с того места, где скрылся енот.

– Жуть-то какая! Вы видели, какие у него короткие лапки? – тут Ракета прислушался и устремил взгляд в гущу деревьев. – Эй, я вижу Грута! Вон он!

Не прошло и секунды, как мохнатый Страж уже исчез в кустах. Квилл последовал за ним. Вскоре и Гамора заметила двойника Грута. Тот почти по пояс забрел в озерцо и теперь неуклюже пытался выбраться на берег.

– Я есть Грут? – звал он. – Я есть Грут?

Он звал их по имени.

Гамора дала себе слово ничему не удивляться, но это все же выбило ее из равновесия.

– Они что – одно и то же существо? – удивился Дракс.

– Когда Грут вырастает заново, его воспоминания и черты характера остаются прежними, – ответила Гамора. – Похоже, и с этим Грутом все точно так же.

– Я есть Грут, – их Грут едва заметно улыбнулся и зашагал за Ракетой сквозь рощу.

– Милое местечко, как по-вашему? – Коллекционер нагнал Дракса и Гамору. – Надо бы еще кого-нибудь с его родной планеты подвезти, чтобы не скучал. Я ценю свои редчайшие экспонаты.

– Милое, ничего не скажешь, – сказала Гамора, – если забыть о том, что живешь в неволе.

Не говоря больше ни слова, она поспешила вперед. Коллекционер полностью растратил выданный ему кредит доверия.

Когда она добралась до озера, Квилл и Ракета уже беседовали с двойником Грута. Видя обоих Грутов вместе, Гамора теперь заметила и отличия. Другой Грут был моложе: немного меньше, стройнее и зеленее.

– Я есть Грут! – отчаянно жестикулировал он. – Я есть Грут! Я есть Грут!

– Серьезно? Вот гад, – Квилл обернулся к Гаморе. – Слышала, что он говорит о том, кто его купил? Одно радует – когда хозяин отвлекся на Коллекционера, он успел ему глотку сучком продырявить.

Грут-двойник ухмыльнулся.

– Я. Есть. Грут.

Гамора встревожилась. Их Грут не гнушался насилием, но только в отношении тех, кто этого заслуживал. Бывший хозяин клона, безусловно, заслуживал, но их Груту расправа не доставила бы никакого удовольствия.

Впрочем, их Грут никогда не оказывался в чужих руках, и его никогда никому не продавали против его воли. Такие обстоятельства могут изменить кого угодно.

– Прости, – сказала она. – Мы не знали.

– А как к тебе относится Коллекционер? – спросил Квилл.

На этот раз ответ был куда короче.

– Я есть Грут.

Коллекционер вряд ли позволил бы им спокойно поговорить с этим Грутом, если бы он относился к нему плохо, поэтому удовлетворительный ответ был ожидаем. Но дело было не в том, как Коллекционер с ним обходился, а в том, что он ограничил его свободу.

– Я есть Грут, – тихо сказал их Грут.

– Послушай, нам надо выяснить, кто за этим стоит, – сказал Квилл. – Мы уже знаем, кто…

– Ее зовут Кия, – вставил Коллекционер.

– Знаешь, где она тебя вырастила?

Младший Грут кивнул и мрачно взглянул на Коллекционера.

– Я есть Грут.

– Отлично, – Квилл прислонился к дереву. – Похоже, у нас два варианта. Первый: мы тебя забираем, взрываем здесь что-нибудь и сами разыскиваем продавца, потому что наш дорогой Тиван вряд ли захочет нам помогать после всего, что мы тут устроим. Второй: мы находим с Тиваном общий язык и вместе ищем беглянку. А когда находим, он отпускает тебя на свободу.

– Я за то, чтобы что-нибудь взорвать, – с энтузиазмом сказал Ракета.

Дракс кивнул.

– Если этот Грут знает, где искать продавца, то помощь Коллекционера нам не нужна. Я ему не доверяю.

– Вы в курсе, что я все слышу? – спросил Коллекционер.

– Пфф, плевать, – отмахнулась Гамора.

– Договор о дружбе аннулирован, – согласился Квилл.

– Не забывайте, – продолжил Коллекционер, – эта девушка сбежала со станции без всякой помощи и забрала с собой образец, находившийся под надежной охраной. Думаете, это так просто?

– Именно так я и думаю, – начал было Ракета.

Коллекционер прервал его, щелкнув пальцами.

Пара ближайших деревьев разъехалась в стороны, и глазам Стражей предстали современные пулеметы. Беспилотная камера опустилась откуда-то сверху, объявляя: «Шесть целей в зоне видимости». Еще три камеры подлетели ближе и повторили: «Шесть целей в зоне видимости».

У Гаморы возникло предчувствие, что это не просто камеры.

Квилл потянулся за элементальным бластером.

– Ребята… – не успел он сказать что-то еще, как Стражи выстроились в круг, держа оружие наготове.

– Успокойтесь, – Коллекционер снова щелкнул пальцами, и камеры скрылись в густой кроне. Деревья вернулись на прежнее место, и через пару секунд дендрарий приобрел свой первоначальный облик.

– Я лишь хотел продемонстрировать вам видимые элементы моей системы безопасности. На всякий случай. Ясно?

– Мне бы твои игрушки, – буркнул Ракета.

– На какой такой случай? Намекаешь, что непросто будет скрыться отсюда с Грутом? – спросил Квилл. – Нас это не пугает.

– Что ты! Я бы никогда не стал угрожать своим дорогим друзьям! – слащаво произнес Коллекционер. – Я намекаю на то, что поймать эту особу будет непросто, ведь ей удалось уйти отсюда целой и невредимой. В отличие от вас, я хорошо знаю Кию. Чтобы ее разыскать, нам нужно работать вместе.

Квилл не ответил.

Гамора осматривалась, пытаясь определить точное место, где расступились деревья. Ее беспокоило, что она не смогла сразу обнаружить засаду. Беспилотные камеры, казалось, исчезли бесследно, как и остальные элементы защиты.

При желании они могли бы бежать. Им доводилось выбираться и не из таких переделок.

Но это будет нелегко.

– Я есть Грут, – двойник Грута приблизился к Коллекционеру.

Тот взглянул на него, нисколько не смутившись. Яркая пурпурная мантия любителя редкостей резко контрастировала с окружающей зеленью.

– В чем дело? – Коллекционер отхлебнул прихваченной с собой зенгриты и уставился на Грута.

– Я есть Грут. Я есть Грут.

– Будьте добры, переведите, – попросил Коллекционер.

Грут отвернулся и пошел прочь.

– Я есть Грут? – настоящий Грут побежал за двойником, но споткнулся о корешок и упал.

– Он сказал «иди к черту», – объяснил Ракета, – и назвал место, где твоя помощница его выращивала.

– В этот раз первая часть переведена слово в слово, – заметил Квилл.

– Значит, он решил остаться здесь? Разумно.

– Можно вопрос? – сказал Дракс, скрещивая руки.

Их Грут вернулся, но выглядел хмуро. Падая, он сломал два пальца на ноге.

– Если поубивать двойников, то к нашему Груту вернется былая сила?

– Дракс! – рявкнул на него Ракета.

Гамора покачала головой.

– Дракс, мы не станем убивать ни в чем не повинных Flora colossi, чтобы решить эту проблему. К тому же каждый двойник – по-прежнему наш друг.

Она бы солгала, сказав, что ей самой не приходила в голову такая же мысль. Это было простейшим и наиболее эффективным решением, к тому же легко выполнимым, учитывая ее навыки.

Разумеется, об этом она подумала первым делом, но тут же отогнала эту мысль.

Это было не в духе Стражей, во всяком случае, не в ее духе, теперь, как бы инстинкты ни убеждали ее в обратном.

– Но это поможет ему, – Дракс похлопал Грута по плечу. – Наш Грут – настоящий. Мы должны вернуть его жизненную энергию.

– Я есть Грут, – нерешительно произнес древовидный Страж, глядя на Квилла.

– Мы не станем этого делать, – твердо сказала Гамора, не желая ругаться. – Я не стану.

– Я согласен с Гамми. Дракс, что на тебя нашло? – спросил Ракета.

– Глупо было бы не рассматривать такой вариант. Если вы не готовы, я возьму это бремя на себя.

Ракета метнул в него испепеляющий взгляд.

– Хрен тебе, а не…

– Тихо, тихо! – скомандовал Квилл. – Может, это вообще бесполезно. Тиван, получится решить вопрос таким образом?

– Чтобы ответить, мне понадобится больше экземпляров для экспериментов.

– Не сомневался. Может, хватит давать Ракете все новые и новые поводы, чтобы тебя пристрелить? Ничего хорошего из этого не выйдет.

– Особенно для Ракеты, уж будь уверен, – Коллекционер вновь отпил из бокала и причмокнул губами. – Ах!

– Да куда мне еще больше поводов? И так набралось по самое не хочу, – проворчал Ракета.

– Предполагаю, впрочем, – продолжил Коллекционер, – что вашу проблему убийство двойников не решит. К сожалению, один из них погиб, когда я пытался его захватить, но в поведении того Грута, что вы видели, ничего не изменилось.

– Грут, чувствуешь какие-нибудь изменения самочувствия после заварушки на Килне? Сил не прибавилось? – спросила Гамора.

Поразмыслив немного, Грут отрицательно помотал головой.

– Ну что, договорились? – с энтузиазмом спросил Коллекционер.

– Что скажете? – обратился Квилл к команде.

Ракета лишь пожал плечами.

– Я есть Грут.

– Так и быть, – сказала Гамора.

– Не уверен, – буркнул Дракс.

– Тиван, похоже, мы в деле.

– Вот и прекрасно. Мне нравится ваш боевой настрой. Уверен, мы отлично сработаемся.

– Только попробуй нас обмануть… – предупредила Гамора. – Идем.

Она прошла мимо Коллекционера к выходу, высматривая вдали младшего Грута. Гамора была уверена, что он за ними наблюдает, – по крайней мере, их Грут наверняка поступил бы так.

То, что все Груты были одинаковы, одновременно успокаивало и беспокоило. Успокаивало потому, что любой двойник оставался их другом и ничто не могло это изменить. А беспокоило из-за того, что тело, разум, память – все, что делало Грута Грутом, – были рассеяны и отданы во власть тем, кто покупал двойников. К тому же их друг слабел с каждой минутой.

Гамора и так уже переживала за одного Грута. Теперь ей приходилось волноваться за целую галактику Грутов.

9

С начала трехчасового перелета на указанную двойником Грута планету Пиринида прошел уже час, а Ракета до сих пор не застрелил Коллекционера и был этим весьма горд. Дисциплина превыше всего!

Разумеется, попытка не обернулась бы ничем хорошим, но отстреливать негодяев для Ракеты было даже не делом принципа, а, скорее, велением души.

Удерживало его одно: как бы ни был мерзок Коллекционер, его ассистентка была еще хуже. В конце концов, именно Кия выращивала и продавала Грутов.

– Нашли что-нибудь? – спросил Ракета.

Квилл сидел, откинувшись в кресле пилота, забросив ноги на приборную панель, и лениво тыкал пальцами в голографическое изображение.

– Нашел пару каких-то Кий в новостях и криминальных сводках, но ни одна из них не та, что нам нужна. Имя-то распространенное!

– Значит, ничего.

Квилл развел руками.

– Я и не думал, что мы так быстро ее отыщем. Коллекционер не стал бы нанимать знаменитость или матерую преступницу. Впрочем, «нанимать» – не то слово. Сомневаюсь, что он ей платил или заключал с ней договор. Ладно, разберемся, когда найдем дамочку. Гамора продолжает допытывать Коллекционера. Пока ясно одно: девчонка достаточно сообразительна, чтобы обойти его систему безопасности, и удачи ей тоже не занимать. Больше Коллекционер вряд ли выдаст, потому что ему на руку то, что он знает Кию, а мы – нет. Иначе мы бы давно его высадили.

– Да что бы он без нас делал?! Сам понимает, вот и лебезит: «О, мои дорогие друзья» и так далее, и тому подобное.

Квилл повернулся к Ракете, не выключая голограмму, и сдул со лба непослушную прядь волос.

– Тебя это заботит?

– Меня? Да нет. Это его головная боль. Без нас ему Кию не изловить.

– Зачем Коллекционеру было нанимать потенциально опасную помощницу?

– Может, он заскучал, – Ракета взглянул на Квилла исподлобья. – У меня тоже ничего. Кто бы ни следил у Коллекционера за безопасностью, он настоящий профессионал.

Они попросили у любителя редкостей запись побега Кии, и тот показал им лишь пару секунд – достаточно, чтобы доказать, что девушка действительно скрылась с Грутом, – но не более того. Было бы глупо ожидать, что Коллекционер поделится подробной записью того, как обойти его защитные системы. Удивительно было то, что Ракета битый час пытался взломать серверы Коллекционера, чтобы заполучить полную версию записи, и потерпел абсолютное фиаско.

– Придется действовать наудачу. Не впервой.

Ракета ухмыльнулся во весь рот.

– Будет весело.

– И когда веселье? – спросил вошедший на мостик Дракс.

– Через пару часов, – ответил Ракета.

– Отлично. Вместе повеселимся. – Дракс уселся в кресло стрелка и с удовольствием откинулся на спинку, как и Квилл.

– Здесь что, я один тружусь, а вы расслабляетесь? – выглянул из-за спинки кресла Ракета. – Даже не поинтересуетесь, не хочется ли мне вздремнуть. А мне хочется!

– Устал я сидеть с Коллекционером, – сказал Дракс. – Он меня утомляет.

– Как там дела? – спросил Квилл.

– Он спрашивает всякую чепуху, – Дракс чуть приподнялся на локтях. – Откуда у меня такая физическая форма, как звали мою жену и дочь, какие у меня планы на будущее. А еще он спрашивал, – Дракс скривился, – что на мне было надето, когда погибла моя семья.

– Что на тебе было надето?! – изумился Ракета.

«Ну и фантазии у этого Коллекционера», – подумал он.

– Наверняка хочет пополнить свою коллекцию, – предположил Квилл. – «Штаны Дракса Разрушителя, которые тот носил в день, когда его жизнь окончательно и бесповоротно изменилась». Что-то вроде того.

– Ага, – Дракс взял паузу. – Пришлось ему врезать.

– Ну и поделом. Хотя… он случаем не задумал испортить наш корабль или кого-нибудь убить из-за этого?

– Доволен он не был, это точно, – сказал Дракс. – Гамора вмешалась и попросила меня уйти, так что большего сказать не могу.

– Когда в следующий раз задумаешь его приложить, позови меня, – попросил Ракета.

– Я рад, что ты не обиделся из-за моего предложения.

– А? – Ракета уткнулся в экран, словно на него внезапно снизошло озарение того, как взломать защиту Коллекционера. – Я не ребенок, чтобы обижаться.

– Тебя возмутило, когда я предложил уничтожить остальных Flora colossi.

– Но я не обиделся!

– Я думал, учитывая, что Грут – твой друг, тебе захочется…

– Да не обиделся я! Прекрати! – Ракета обернулся через плечо, не убирая лап с клавиатуры. – Дракс, черт побери! Твоя идея была дурацкой, но не более того!

– Ага. Тише, тише! – Квилл призвал обоих успокоиться. – Сейчас у нас есть дела поважнее. Во-первых, нужно найти эту Кию. Дракс, даже если бы твой план мог сработать, никто не помешал бы ей вырастить новых Грутов или Грутиков. Необходимо найти и устранить источник проблемы, а уже потом ловить остальных двойников и думать, как помочь нашему другу.

– Вот-вот. Давайте искать этот самый источник, я согласен.

На экране загорелся какой-то код, и Ракета нахмурился. Он надеялся, что до Дракса дойдет, а если нет – то он ему разъяснит. Доводить до окружающих свою точку зрения Ракета умел как никто другой: для этого у него достаточно подручных средств.

Тем не менее…

Он развернулся вместе с креслом.

– Даже не думай приставать к Груту с этой твоей дурацкой идеей, ладно? Не трать его время. Он и слышать об этом не желает.

Дракс поднялся, нависнув над Квиллом и Ракетой. Если он хотел выглядеть грозно, то эффекта его действия не возымели; Ракета привык противостоять созданиям в три раза крупнее себя. Не имеет значения, с какого расстояния стрелять кому-то в голову – в упор или снизу вверх. Разница лишь в том, под каким углом вылетят мозги. Высокие противники об этом не задумывались.

– В чем дело? – буркнул Ракета. – А?

– Я все понял, – сказал Дракс. – Просто хотел помочь Груту и не собирался его обижать.

– Тьфу ты, – Ракета развернулся обратно, осознавая, что не должен был ничего говорить.

Грут ведь и так слышал предложение Дракса и сам мог разобраться, что к чему.

– Ладно, Дракс, проехали.


Корабль Стражей незаметно приземлился в пункте назначения.

– Так, – принялся рассуждать Квилл, когда команда вслед за ним вышла из корабля, – сканер обнаружил присутствие теплокровного существа в районе, где Кия вырастила того Грута. Также замечен кто-то вроде Flora colossus.

Щелкнув каблуками о трап, Питер поднялся на пару метров в воздух, вместо того чтобы ступить на планету. Звездный Лорд осмотрелся. Корабль оказался позади песчаного, поросшего кактусами холма – единственного возвышения на равнине, покрытой редкими деревьями. Вдали, за пустынной полоской потрескавшейся земли, находилась конструкция, похожая на оранжерею. До ближайшего города было далеко, и Кия могла проводить здесь свои эксперименты по выращиванию Flora colossi без лишних свидетелей. К тому же неподалеку был автоматический космолифт, на котором можно легко добраться до транспортной станции, чтобы потом перемещаться по галактике. Удобное расположение, если не брать в расчет полное отсутствие развлечений.

– Понятно. Тиван и Дракс пойдут со мной. Постучимся в дверь, как воспитанные джентльмены. Гамора, Ракета и Грут, рассредоточьтесь. Если понадобится поддержка или цель вдруг проскользнет мимо нас – вы знаете, что делать.

Ракета щелкнул переключателем на запястье – и люк корабля захлопнулся. Енот лениво отсалютовал лидеру, Грут повторил этот жест.

Стражи отправились в путь. Питер летел впереди. Все функции его шлема были включены, маска приятно щекотала лицо, а мир вокруг приобрел красноватый оттенок. Квилл присмотрелся к оранжерее. Внутри точно находился кто-то теплокровный, он торопливо расхаживал туда-сюда. Предполагаемый Flora colossus шагал за ним по пятам.

По рации раздались сообщения от второй половины команды о том, что они заняли свои позиции.

Вокруг оранжереи не было ни души, если не считать спугнутых Драксом и Тиваном песчаных скорпионов размером с ладонь и непонятного, похожего на лисицу, существа, пробежавшего вдали, у холма. Среди камней и суккулентов торчали кристаллические образования настолько чистого белого цвета, что больно было смотреть, как в них отражались солнечные лучи. Вдали, на горизонте, возвышались сияющие металлические шпили: вероятно, там находился тот самый город, что Квилл видел на радаре. Население Пириниды было невелико и чрезвычайно религиозно. Питер смутно помнил, что такие шпили венчали места поклонения верующих.

Не самое идеальное место для того, чтобы построить оранжерею.

Здание практически сливалось с ландшафтом. Оранжерея состояла из невыразительной серо-бурой постройки и непосредственно парника, полностью застекленного.

Стеклянные панели. Хм.

Квилл замедлился и позволил Тивану и Драксу догнать себя.

– Глядите-ка, – указал он.

– Вижу, – тут же ответил Дракс.

– Что-что? А, там стекла не хватает! – Тиван сделал вид, будто происходящее мало его заботит.

Задрав мантию повыше, он старался ступать аккуратно, а не месить песок, как Дракс. Получалось у него плохо: одежда то и дело цеплялась за кактусы, под ногами мешались мелкие камни, а в изредка попадавшихся на пути зыбучих песках легко было увязнуть.

По крайней мере, он заметил, на что указывал Квилл. Одной стеклянной панели недоставало – лишь несколько осколков по-прежнему держалось в раме.

– Тот, кто внутри, заметно возбужден, – сказал Питер. – Возможно, это его рук дело.

Тут из оранжереи раздались проклятия.

– Ах ты подлая, гнусная, бесчестная дрянь!

Питер приземлился в нескольких метрах от парника, рядом с Драксом.

– Интересно, он знает, как все эти слова пишутся? – произнес Квилл.

– Он? – переспросил Дракс.

– Голос явно мужской. Женщины-димави так не басят. Уж я-то знаю. Я слышал и радостных, очень радостных, и сердитых, очень сердитых.

– Это точно не Кия. – Коллекционер обстучал ботинки о ближайший валун, чтобы выбить из них песок.

Питер разочарованно вздохнул.

– Этого я и боялся.

Квилл забрался в парник сквозь дыру и едва не споткнулся о разбитый пустой горшок. Посреди оранжереи стоял стол, а вдоль стен тянулось подобие прилавка, заваленного комьями сухой земли. Внутрь уже надуло песка, на котором виднелись свежие следы. Кто-то слишком торопился, чтобы беспокоиться о скрытности.

– А ты что еще за хрен? – раздался удивленный голос.

В дверном проеме, сжав кулаки, стоял сердитый крилорианец.

– Галактики Стражи, – представился Питер. – Кию ищете?

– А ты ее знаешь? – крилорианец шагнул вперед. – Где она? Эта…

– Грут! – перебил его Дракс.

– О, Грут, братюня! – воскликнул Питер.

Из-за спины крилорианца появился Flora colossus размером с того, что был у Коллекционера: слегка моложе на вид, чем их друг. На шее у двойника красовался бронзовый ошейник. Грут удивленно взглянул на Стражей, а потом перевел взгляд на Коллекционера.

– Я есть Грут? Я есть Грут? Я есть Грут!

– Да заткнись ты! – прикрикнул на него крилорианец. – Чего взбаламутился?

Обернувшись к Питеру, он продолжил:

– Вы что, тоже купили эту бесполезную корягу?

– Я есть Грут.

– Они что-нибудь еще говорить умеют? Или это мой – полная бестолочь? Знал бы – никогда бы не повелся на этот развод. Тот, что был у Кии, мог грузовой корабль поднять, а мой – даже шаттл не в состоянии. Еще и болтает без умолку.

Грут огрызнулся.

– Я… есть…

– Цыц! – пригрозил крилорианец, подняв руку, на запястье которой был надет браслет, один в один с ошейником клона.

– …Грут, – удрученно закончил тот.

– Так, минуточку, – вмешался Квилл. – Что это там у вас – шокер?

– А у тебя такого нет? – крилорианец удивленно хмыкнул. – А как ты тогда им управляешь? Они же непослушные! Постоянно наказывать приходится. Дал разряд – и он подчиняется. Сейчас покажу…

В мгновение ока Питер перемахнул через разделявший их с крилорианцем стол и приставил элементальный бластер к носу собеседника.

– Только попробуй нажать кнопку – и я превращу тебя в ледяную статую. А потом Дракс тебе врежет. Верно, Дракс?

Дракс кивнул.

– Верно.

– Захватывающе, – изобразил притворное восхищение Коллекционер.

Крилорианец заморгал.

– Если… если со мной что-нибудь случится, дерево не просто получит удар током, оно взорвется. Все предусмотрено!

– Я есть Грут, – покорно подтвердил двойник.

– Хм. Подождите-ка, – Питер поднес руку к шлему. – Ракета, глянь-ка. Что видишь?

– Какого-то розового чувака. Твою пушку, – енот ненадолго замолчал. – Так, браслет «П-7 Сартис». Ранняя версия «П-9», который…

– Просто скажи, случится ли что-нибудь вон с тем Грутом, если мы жестоко изувечим этого парня? – Питеру совершенно не хотелось, чтобы у него на глазах в щепки разнесло еще одного Грута, особенно если, как утверждал Коллекционер, потом его невозможно будет вырастить заново.

Услышав вопрос, Ракета расхохотался так, что у Квилла уши заложило.

– Ха! Конечно, нет!

– А если мы разобьем браслет или ошейник?

– Нет же! Вот был бы там «П-11», тогда другое дело – хитрая штуковина, ее так просто не взломаешь. А этот не оборудован взрывным модулем. Только током бьет. Ничего с Грутом не случится, пускай этот чувак не вешает вам лапшу на уши.

Как же он, должно быть, застращал своего Грута! Унижал, бил током, угрожал несуществующим взрывным механизмом, чтобы заставить подчиняться. Неужели все клиенты Кии так обращались со своими Flora colossi?

– Спасибо, Ракета. Что бы я без тебя делал? – Питер выключил передатчик.

Лоб крилорианца уже покрылся испариной. Капли пота оставляли за собой ярко-розовые полосы на коже.

– Что сказал Ракета? – нетерпеливо спросил Тиван.

– Волноваться не о чем! – Питер опустил бластер. – Мы забираем Грута.

– Я есть Грут?

– Но сперва он задаст тебе хорошую взбучку.

– Я есть Грут!

10

Стражи перевернули здание вверх дном, но не смогли понять, куда подевалась Кия. Одно было точно: когда-то она здесь жила. Освобожденный от крилорианца Грут тоже ничего не знал. Он вырос здесь, но ни слова не слышал о дальнейших планах Кии.

– Что ж, придется начинать все сначала, – сказал Квилл, когда они вернулись на корабль.

Шлепнувшись в кресло, Питер со злости пнул ногой столик.

– Это точно поможет, – саркастически заметила Гамора.

Впрочем, она и сама была порядком разочарована. Двое Грутов пристроились в уголке и о чем-то болтали. Разница в возрасте – единственное, что помогало их различить.

– Этому новому Груту, как и Груту Коллекционера, от роду явно больше двух недель, – сказал Ракета. – С тех пор как они покинули оранжерею, Кия могла уже сто раз перебраться в другое место.

– Нам понадобится Грут поменьше.

– О том и речь.

– Да я пытался сделать отсылку к… Ладно, тьфу на вас, вы же все равно не в теме[1], – пробурчал Квилл.

Пятерка Стражей устроилась за столом. Груты по-прежнему сидели рядышком в углу. Дракс с Ракетой выпивали, остальные задумчиво молчали.

– Вам всегда приходится так перемазываться на заданиях? – спросил Коллекционер, соскабливая с мантии засохшую грязь.

– Это еще ничего, – пригладила волосы Гамора. – Ты говорил, что знаешь местоположение других двойников Грута. Напомни-ка, есть среди них маленькие?

– Понятия не имею, – ответил Коллекционер. – Лучше скажи: разделяться на две группы – ваша обычная тактика? Можно ли сказать, что…

– Не меняй тему, – оборвала его Гамора.

В последнее время интерес Коллекционера к Стражам стал навязчивым и нездоровым, и это никак не было связано с его стремлением пополнить свой музей новыми экспонатами. Дело было в другом. Тиван начал собирать свою коллекцию от скуки – неминуемого побочного эффекта бессмертия. Скука породила и его увлечение командой Стражей. Те были для Коллекционера сродни редкой диковине, и он заваливал их бессчетными вопросами от сущего безделья и потому, что у него было неограниченное количество свободного времени. То, как заинтригованно он сейчас смотрел на Гамору, было лишним тому доказательством. Он совершенно ее не боялся.

А ей после его взглядов хотелось быстрее помыться.

– Покорнейше прошу меня простить, Гамора. Я не хотел прерывать ваш военный совет. – Коллекционер сплел пальцы и нарочито улыбнулся. – Пожалуйста, продолжайте.

– Квилл, – подавив желание тяжело вздохнуть, Гамора спросила, – есть у нас зацепки?

Питер покачал головой.

– Послал весточку знакомым торговцам на Забвении, они сообщат, если что-нибудь узнают.

– Я запустил программу прослушки каналов связи, – сказал Ракета. – Пару упоминаний уже поймал, но в них говорилось об огро-о-омных ходячих деревьях. Если они и родичи нашему Груту, то наверняка слишком взрослые, чтобы привести нас к Кии. Но попробовать можно.

Гамора кивнула.

– Я тоже навела кое-какие справки. Одна моя знакомая думала, что встретила Flora colossus, но это оказался котати.

– Вряд ли Кия сменила базу давно, – предположил Дракс, не выпуская из рук стакан. – Если ее новые Груты еще недостаточно выросли, чтобы их продавать, мы можем нескоро о ней услышать.

– Нам все равно нужно разыскать больших, – сказал Ракета. – Других зацепок у нас нет.

Квиллу этот план показался неудачным.

– Да, но пока мы возимся с большими, Кия может продать достаточно маленьких и снова скрыться. Нашему Груту станет только хуже.

Избавив спасенного Грута от ошейника, они взяли его на корабль – дорога при этом заняла в два раза больше времени, потому что их собственный Грут постоянно спотыкался, терял равновесие и попросту еле шевелил ногами.

– Не бросать же их! – упирался Ракета.

– Число Грутов может расти с каждым часом! Как знать, может, через неделю вся галактика будет ими кишеть.

Не придя к согласию, они продолжали спорить, но так и не добились ничего, кроме того, что окончательно вывели Гамору из себя.

– Позвольте предложить кое-что, – подал голос Коллекционер.

– Мы все внимание, – устало произнес Квилл.

За последние дни Стражам удавалось изредка вздремнуть, но вот уже более суток никто из них не ложился спать. Так что Питеру стоило большого труда улыбнуться и изобразить на лице неподдельный интерес.

Коллекционер достал из-под полы передатчик и поставил его на стол. Появилась голографическая проекция, повозившись с которой собиратель редкостей запустил видеозапись.

– Грут из моего дендрария не единственный, которого мне удалось разыскать, – признался он. – В погоне за Кией я нашел и других…

– Неужели у кого-то достало смелости признаться в обмане?! – тут же оживился Квилл, хлопнув ладонью по столу так, что все подскочили от испуга. – Долго же ты терпел. Хотел, чтобы мы окончательно отчаялись? Или у тебя все по графику?

– Ха! – воскликнул Ракета. – Квилл, говорил я тебе, что он так просто не расколется! Гони сотню кредитов!

Коллекционер застыл как каменное изваяние.

– Вы меня развели?

– Скажем так, проверили, – ответила Гамора.

– Понятно. И как, прошел я проверку или нет?

– Ты сказал правду, так что прошел. Правда заключается в том, что ты – позорный лгун, поэтому не прошел, – Гамора склонилась над столом. – Включай рацию, поговорим с этими Грутами.

– Я есть Грут, – раздался голос из угла.

К своему стыду, Гамора не смогла определить, которому из Грутов принадлежал голос – их собственному или его двойнику с Пириниды. Только обернувшись, она поняла, что говорил их Грут.

– Знаю, – ответила наемница.

Ей тоже претила мысль о том, что все эти Груты остались в музее Коллекционера.

Сам виновник ситуации лишь усмехнулся.

– Что смешного? – мгновенно насторожился Ракета.

– То, что спустя миллиарды лет, проведенные мной в этой Вселенной, меня кто-то еще способен удивить – например, ты, милый Ракета.

Скривившись от отвращения, енот обратился к Груту:

– Мне показалось или он назвал меня «милым»?

– Я есть Грут, – тот ткнул длинным пальцем в направлении голограммы.

Компания умолкла, внимательно присматриваясь к изображению. На этот раз вместо дендрария Коллекционер показывал им просторную комнату, стены которой были отделаны белой плиткой. У одной из стен стояли пара корытец с водой и несколько растений в горшках. На земляном полу сидели три Грута. Они едва слышно переговаривались, но невозможно было понять, о чем. Тому, что посередине, на вид было около недели. Со всех сторон Грутов окружало силовое поле, о чем можно было догадаться по легкой вибрации воздуха.

Коллекционер откашлялся:

– Можете с ними поговорить.

– Грут, – Ракета забрался на стол. – Грут, дружище, это мы! Помнишь нас?

Вся троица двойников обернулась на голос. Один поднялся на ноги и сконфуженно пробормотал:

– Я есть Грут?

– Они вас слышат, но не видят, – объяснил Коллекционер.

– Понятно, – нетерпеливо ответил Ракета. – Грут, послушай, мы тебя оттуда вытащим, так что держись, хорошо?

– Я есть Грут, – внезапно произнес их собственный Грут, выглядывая из-за спины Ракеты. – Я есть Грут!

– Я есть Грут! – добавил Грут с Пириниды.

– Вы в музее-лягушке? Есть там еще кто-нибудь, кроме вас троих? – продолжал задавать вопросы Ракета. – Мы сейчас же вас оттуда вызволим!

– Не может быть и речи, – возразил Коллекционер. – Сначала вы разыщете мою помощницу.

– Тиван, заткнись, – резко оборвал его Квилл.

Коллекционер задрал нос. Гамора заметно напряглась, заметив выражение его лица. Коллекционер был раздражен, но выдавил из себя фальшивую улыбку.

– Мой друг Звездный Лорд, не стоит принимать мое удивление за согласие на уступки. Мне, безусловно, приятно путешествовать в вашей компании, но мне действительно хотелось бы найти мою ассистентку. Лишний день у меня в музее никак не повредит Flora colossi. В знак моей доброй воли я, разумеется, включу эту троицу в наш договор.

Квилл проглотил готовые вырваться слова – в самом прямом смысле, судя по тому, как двигался его кадык. Ракета продолжал оживленно болтать с Грутами.

– Идет, – сказал Питер, переводя взгляд на Грутов. – Эй, посерединке! Ты младше всех – знаешь, куда нам лететь?

11

Ему нельзя доверять.

Надо ему довериться.

Ему нельзя доверять.

– Мозг, да успокойся ты уже! – Квилл перевернулся на живот, уткнувшись лицом в подушку, но сон не шел к нему.

Выбора не было – придется сотрудничать с Коллекционером. Каждая встреча с ним превращалась в игру. Если же ему надоедало играть… Что ж, Питер был уверен, что Стражи найдут выход из любой ситуации, но эти самые ситуации могли иметь как незначительные последствия, так и вполне себе разрушительные для всей галактики. Поэтому он совершенно не стремился провоцировать Старейшину и решил на первых порах соблюдать осторожность.

Коллекционер действительно прошел проверку. Он не обманывал, когда говорил, что главное для него – найти беглую помощницу. Иначе он мог бы заставить Стражей ходить кругами, а Грутов оставить в своей коллекции.

Питер неплохо знал Коллекционера, чтобы даже сейчас ожидать от него подобного подвоха. В глубине души ему хотелось, чтобы Кия затаилась где-нибудь поблизости от музея и можно было попутно заявиться туда и забрать Грутов – на случай, если Коллекционер подставит Стражей. Впрочем, координаты, полученные от младшего Грута, указывали на строго противоположный сектор галактики – систему Турунал.

Это означало одно: им придется положиться на то, что Коллекционер сдержит слово и отпустит Грутов по окончании миссии. Но они не могли ему полностью доверять…

Мысли не давали Квиллу покоя.

– Может, Грутов посчитать? – произнес он, уставившись в потолок.


Гамора была недовольна.

– Тут слишком много народу.

Пятерка Стражей в компании Коллекционера стояла на крыше здания, напротив того места, которое указал юный Грут. Цель представляла собой четырехэтажное здание в оживленном портовом городе во владениях Империи Кри, населенном непосредственно кри, спартоями, димави и много кем еще. Над головой постоянно проносились космические корабли, и даже уличный шум тонул в реве их двигателей.

– Значит, применим другую тактику, – поставив ногу на край крыши, Квилл взглянул вниз.

На город уже опускались сумерки, но улицы буквально кишели людьми. Красные глаза маски Звездного Лорда горели во мгле.

– Нельзя ее упустить. В толпе Кия легко сможет затеряться, а то и навредить кому-нибудь из мирных граждан. Попробуем ее окружить. Спугнем, захватим и вызволим Грутов. Сканер показывает, что там как минимум трое.

– Теперь ты уверен, что это она? – спросил Дракс.

– Рост и габариты совпадают. Давайте взглянем поближе. Ракета, мы с тобой зайдем с черного хода. Гамора и Тиван – через окно.

Сидевшая на карнизе Гамора кивнула и продолжила наблюдение за прохожими и соседними зданиями на случай опасности.

– Грут и Дракс войдут через парадный вход. Перекройте ей путь к бегству, но не нападайте, пока я не отдам приказ. Внутри слишком тесно. И постарайтесь не напугать никого до смерти по дороге.

– Я есть Грут?

– Да откуда мне знать? Постарайся выглядеть безобидно.

Грут попытался улыбнуться, обнажив редкие замшелые зубы.

– Так сойдет, – Квилл оттолкнулся и взмыл на несколько метров над крышей.

Ракета зацепился за его ногу и вскарабкался Питеру на спину.

– Полетели! – воскликнул енот.

Грут и Дракс последовали за ними, спокойно спрыгнув с крыши на землю. Толпа расступалась перед ними, и они достигли нужного здания всего за несколько секунд. Дракс одним пинком выбил входную дверь.

Гамора отошла от края, не сводя глаз с указанного Квиллом окна. Внутри не было заметно никакого оживления.

– Скажи, у тебя хорошее зрение? – спросил Коллекционер.

Гамора не ответила. Она заметила поднимающихся по лестнице Дракса и Грута. Одна секунда, две, три, четыре. Они добрались до двери в квартиру. Пора на выход.

– Идем, – сказала она Коллекционеру.

Разбежавшись, Гамора спрыгнула с крыши. С развевающимися по ветру волосами она пролетела над ахнувшей толпой…

Выставив ногу вперед, наемница пробила окно. Стекло разлетелось вдребезги. Сгруппировавшись, Гамора приземлилась внутри здания. И секунды не прошло, как она уже пришла в себя после прыжка. Мгновение спустя девушка уже была на ногах и отскочила в сторону, давая место Коллекционеру.

Она осмотрелась. На полу валялся матрас, простыни были спутаны, подушек не было. Рядом с матрасом, на расстоянии вытянутой руки – кривой нож. Стены голые, кругом горшки: одни с землей, другие пустые. В углу – миниатюрный лабораторный стол с микроскопом и чашками Петри с образцами почвы. В некоторых виднелись зеленоватые и коричневые ростки. Рядом – еще один нож. В воздухе пахло пылью, землей, травой и потом.

Коллекционер приземлился рядом с ней, да так, что пол задрожал. Он заметно задержался. Вряд ли его пугала перспектива поскользнуться и упасть с высоты четвертого этажа. Скорее всего, он просто наблюдал за прыжком Гаморы с тем же довольным видом, что был у него сейчас.

Внутри квартиры раздался грохот, – должно быть, вломились Квилл и Ракета, – сопровождавшийся женским криком. Кия. Гамора молниеносно пересекла комнату, на ходу перескочив через поваленный стул.

– Я есть Грут! Я есть Грут! – раздавались встревоженные возгласы.

Кричал удивленный клон – один из Грутов Кии.

Гамора пронеслась по коридору мимо ванной комнаты, напуганного двойника ростом едва ли ей по пояс, входной двери, за которой должен был ждать их собственный Грут в компании с Драксом.

Гамора свернула за угол… и попала в импровизированный парник. В дверном проеме виднелось молочно-белое силовое поле, призванное, вероятно, удерживать внутри влагу. За ним было заметно движение.

– Что за хрень?! – громко и рассерженно выругалась Кия, проглатывая отдельные звуки – то ли от страха, то ли от удивления, а может, от всего сразу.

Гамора рванулась и пробилась сквозь преграду из прохладного коридора в наполненный жарким влажным воздухом парник. Силовое поле зашипело вокруг нее. Внутри Квилл и Ракета заняли позиции у окон, отрезав Кии пути к отступлению. Потолок и стены были обиты влажным брезентом. В углу Гамора заметила подобие кухни и более десятка горшков с Грутиками на разных стадиях развития. Кия замерла на полпути между дверью и окнами, спиной к Гаморе. Крепко сложена: мускулы, местами жирок. Изогнутые димавийские уши, форма, типичная для юных представителей расы. Короткие белые волосы, темно-зеленая кожа. На поясе пистолет. Кия приняла угрожающую позу – первоначальный испуг либо быстро прошел, либо был не менее быстро подавлен. Как бы то ни было, бывшая помощница не собиралась сдаваться без боя. Рядом с ней стояли два вполне взрослых Грута, в изумлении таращась на Ракету. Енот целился в Кию из бластера.

– Привет, дамочка. Не думала, что у того, кого ты клонируешь и продаешь, могут быть друзья, а?

– Послушайте, – начала было Кия.

Голос ее звучал властно, но не агрессивно. Гамора изменила свою оценку ситуации. Кия не собиралась сдаваться без боя, но очень желала избежать сражения.

– Послушай лучше ты, – перебил ее Ракета. – Это мой любимый звук во всей галактике.

– Я есть Грут! – всполошились Грутики. – Я есть Грут!

– Раке… – хором воскликнули Квилл и Гамора.

Енот выстрелил.

С обеих сторон Кии мешали Груты. Прыгать вперед или назад было равносильно самоубийству. Вместо этого девушка выгнулась назад, почти встав на «мостик». В этот момент она заметила Гамору и вытаращила глаза.

Луч бластера скользнул по груди Кии, опалив одежду.

Гамора инстинктивно уклонилась и, стремительно сунув руку сквозь барьер, оттолкнула с линии огня Коллекционера. Не задев больше никого, луч ударил в стену коридора, оставив опаленный след диаметром с голову Гаморы.

Все это произошло за какие-то полсекунды.

Квилл заорал на Ракету. Коллекционер что-то удивленно бормотал. Груты верещали, но Гамора никого не слушала. Все ее внимание было занято Кией. Та выпрямилась и обернулась к наемнице. Лицо девушки выражало крайнее изумление.

– Ты, – выдохнула Кия.

– Мы здесь ради друга, – сказала Гамора. – Не давай нам повода…

Выхватив бластер, Кия мгновенно прицелилась и выстрелила.

Гамора метнулась в сторону и нырнула под стол. Первые три выстрела прошли мимо, а вот четвертый зацепил руку. Не поднимаясь с пола, Гамора попыталась подсечь ногу Кии, но та грациозно отступила и, подавшись назад, выстрелила еще дважды. Столь хорошая боевая подготовка «ботаника» стала для Гаморы неожиданностью.

Неожиданностью. И серьезной помехой.

Гамора услышала знакомый звук квиллова элементального бластера и рванулась вперед, полагая, что новая угроза отвлечет Кию. Так и вышло. Гамора прижала девушку к стене и придавила ее неожиданно крепкую руку коленом. Та выронила бластер, и Гамора развернула ее, обхватив за шею и едва не уткнувшись носом в волосы. Постепенно усиливая хватку, она присмотрелась к плечам Кии. Из-под куртки виднелся длинный шрам.

Помощница сопротивлялась, цеплялась за волосы Гаморы, пыталась выцарапать ей глаза. Не самое плохое решение, но не в этой ситуации. Гамора вполне справлялась с девушкой, но та была удивительно сильна для подростка-димави.

– Я есть Грут! – возбужденно вскрикнул один из двойников Грута.

– Я есть Грут, – отчаянно вторил ему другой.

– Кия, – Коллекционер вышел из-за силового барьера, – нам пришлось изрядно за тобой побегать.

После удушения Кия должна была ослабнуть, но вместо этого она замерла – и тут же вновь принялась брыкаться и отбиваться, крича даже без воздуха в легких.

В ее голосе звучали не ярость, не удивление и не страх.

Только первобытный ужас.

– Пустите-ка, – подняв руку, Коллекционер продемонстрировал металлический обруч, в котором Гамора опознала нейронный усмиритель.

– Я есть Грут! Я есть Грут! – старший из Грутов кинулся на Коллекционера, ударив его плечом в грудь.

Быстро придя в себя, Тиван одним лишь взмахом руки отбросил Грута в сторону. Другой Грут бросился к Кии и Гаморе.

– Я есть Грут! – взмолился он.

«Отпусти ее!»

– Грут, ты чего? – удивился Ракета.

Самый маленький Грутик вцепился в руку Гаморы. Та перевела взгляд с Коллекционера на Кию.

– Гамора, мы заключили сделку, – напомнил ей Тиван, с грозным видом подходя ближе.

Заключили, верно.

Узнать новые подробности не значило нарушить договор.

Гамора развернула Кию лицом к себе и, ослабив хватку, прижала к стене. У девушки перехватило дух. Наемница не отпускала ее шею, но позволила дышать и говорить, не давая при этом ни малейшей возможности освободиться.

Их разделяли считаные сантиметры. Гамора прищурилась, пытаясь понять, что происходит. Кто-то явно что-то скрывал. Было нечто подозрительное и в охватившей девушку панике, и в том, что Груты бросились ей на помощь.

– Даю тебе две секунды на то, чтобы меня убедить, – сказала Гамора.

Кия откашлялась, перевела дух и тут же попыталась вывернуться из цепких рук наемницы. Нет, она пыталась изогнуться так, чтобы видеть Коллекционера. Ее зрачки были расширены от ужаса.

– Не… не давайте ему снова меня запереть, – выдохнула она.

Что ж, пожалуй, две секунды – недостаточный срок для того, кого только что едва не задушили.

Гамора задрала рукав Кии. Вдоль всей руки тянулся свежий, еще не до конца заживший шрам. Зеленая кожа вокруг была сморщенной и раздраженной. Гамора взглянула девушке под воротник. От плеча до плеча вдоль ключиц шел другой, горизонтальный, шрам. Ровно посередине, вдоль грудной клетки, был еще один – Гамора не могла разглядеть, насколько далеко.

Она крепко сжала руку девушки, нащупав под кожей металл. Импланты.

Теперь все встало на свои места. Конечно, вот почему Кия была значительно сильнее и быстрее любой димави.

Оставалось непонятным лишь то, зачем Коллекционеру понадобилась кибернетически и механически усиленная помощница. Более того, учитывая новизну имплантов, он наверняка сам их и установил.

Зачем?

Гамора взглянула Кии в глаза.

Не отводя взгляд, та гордо вздернула подбородок. Дыхание ее было по-прежнему прерывистым.

И тут Гамора все поняла.

Форма носа, более светлый, чем у большинства димави, оттенок кожи, вдобавок запах краски для волос.

Она ткнула пальцем Кии в щеку, не обращая внимания на то, как та вздрогнула. Ощупала скулы, челюсть, подбородок. Форма черепа, включая небольшую шишечку… была такой же, как у Гаморы.

Хватка наемницы ослабла.

Кия воспользовалась этим, чтобы вырваться. Гамора не глядя отбила атаку и отступила.

– Ты не димави, – изумленно произнесла она.

Кия была зен-воберианкой.

12

– Коллекционер, сделка отменяется, – заявила Гамора. – Эй, Дракс!

– Что? В чем дело? – удивленно спросил Квилл. – Гамора, что ты…

В коридоре раздался грохот. Питер готов был побиться об заклад, что входная дверь сломана пополам.

На пороге появился Дракс, за которым следовал Грут.

– Я есть Грут! – опешив, воскликнул один из Грутов Кии. – Я есть Грут?

– Держи девчонку, – сказала Гамора Питеру. – Дракс, а ты возьми на себя Коллекционера.

Тиван нахмурился.

– Ты совершаешь большую…

Дракс не дал ему договорить.

Убить Старейшину Вселенной он не мог, но отвлечь, выиграть время – вполне.

А судя по его довольному смеху, ему это еще и понравится.

Питер понятия не имел о том, что задумала Гамора, но похоже было, что при ближайшем рассмотрении девушки она заметила что-то важное. Что бы это ни было, он решил довериться Гаморе.

– Ракета, Грут! Хватайте двойников и дуйте на корабль! – Питеру хотелось как можно скорее вызволить их из лап Кии и особенно Коллекционера и увезти подальше от опасности.

Раз уж дело закончилось дракой с самым что ни на есть настоящим Старейшиной Вселенной, мирным гражданам лучше держаться подальше. Благодаря усилиям Кии конкретные присутствующие мирные граждане уже не смогут вырасти вновь, если серьезно пострадают.

– Ребята, – Квилл обратился к взрослым Грутам Кии, – поможете малышам?

– Я есть Грут, – хором ответили те.

Их и спрашивать не нужно было.

Гамора с Драксом отвлекали Коллекционера уже на пару. Дракс не переставал хохотать. Ракета и взрослые Груты собирали Грутиков. Оригинальный Грут отрастил несколько новых рук, чтобы удержать все горшки. Те же малыши, которые уже могли самостоятельно передвигаться, взобрались на него и уцепились покрепче.

Кия метнулась к разбитому окну, но Питер успел поймать ее и обхватить за талию.

– Привет, – сказал он, включая тягу сапог. – Поехали… У-и-и!

Вдруг он отдернул руку и отчаянно затряс ею.

– Ты мне чуть руку не сломала!

Кия выскочила из окна.

– За ней! – крикнула Гамора, отражая атаку Коллекционера.

Питер бросился за Кией и приземлился на полуразрушенный балкон. Он быстро просканировал местность. Внизу улица по-прежнему кишела людьми. Если Кии удастся смешаться с толпой, он уже никогда… стоп! Питер заметил девушку, мчащуюся по крыше соседнего здания: ее выдали белые волосы, которые она не успела спрятать под капюшон.

– Кия, постой! Мы не выдадим тебя! Мы не за тем прилетели! – крикнул Питер, обращаясь к ней. – Точнее, за тем, но теперь у нас другие планы!

Свернув налево, Кия спрыгнула с крыши. Квилл успел заметить, как она скрылась в толпе.

Питер снизился. Девушка двигалась быстро, и поэтому за ней было легко уследить. Протолкавшись сквозь людей, беглянка свернула в переулок, а затем на широкую площадь. Нельзя было упускать этот момент. Квилл снял элементальный бластер с предохранителя, оставив его свободно болтаться на поясе, и приземлился перед Кией. Он широко раскинул руки, чтобы не напугать прохожих, но многие из них все равно бросились наутек. Кое-кто достал переговорные устройства и начал что-то в них кричать. Вызывали местных блюстителей порядка? Что ж, только рассерженных кри не хватало.

– Послушай, мы не причиним тебе вреда и не отдадим Коллекционеру, – сказал Квилл, сам будучи не до конца уверен в том, что планировала Гамора. – Мы Стра…

– Я знаю, кто она такая!

Кия не остановилась. Питер перекрыл мостовую и приготовился ее перехватить, но девушка легко проскочила мимо, попутно выдернув из его руки оружие. Развернувшись, она выстрелила.

Бластер лишь безобидно щелкнул.

Кия выдохнула и вновь нажала на спусковой крючок.

Щелк-щелк-щелк.

Она попалась на уловку Питера. Воспользовавшись замешательством Кии, он бросился на нее и повалил. В толпе раздались ошеломленные возгласы, люди кинулись врассыпную.

Отобрав у девушки оружие, Квилл прицелился ей в лицо.

– Смотри, – сказал он, нажимая на спуск и стреляя коричневой грязью, – ты лицо запачкала. Этот бластер привязан к моей ДНК. Извини, что не сказал.

– Грр! – Кия отпихнула его и попыталась подняться.

Все ее лицо было испачкано, и девушке приходилось щуриться, чтобы грязь не попала в глаза. Тем не менее даже вслепую Кия продолжала отмахиваться от Квилла.

Сидя на земле, Питер прицелился и снова выстрелил.

– А теперь у тебя ботинки заледенели.

Кия упала, ударившись плечом, и перекатилась на спину. Вытерев наконец лицо, свободной рукой она попробовала разбить ледяную корку – не без успеха.

Квилл выстрелил в третий раз.

– Ой, смотри-ка, и рука заледенела.

Подобравшись ближе, Питер подхватил извивающуюся девушку под руки.

– Пусти! – вопила она. – Не трогай меня!

– Летать умеешь? Нет? Тогда придется потерпеть, уж прости.

Выпрямившись, он активировал ботинки. Не обращая внимания на неодобрительный гул толпы и не располагая лишним временем, чтобы оправдываться, он взлетел.

– Кия у меня, – сообщил он по рации.

– Мы собрали Грутов, – ответил Ракета. – Сейчас прилечу и подберу вас.

– Сначала увези Гамору и Дракса подальше от Тивана. Они там живы еще?

Гамора хмыкнула.

– Квилл, я тебя умоляю. Ты что, сомневаешься…

Раздался глухой удар, и Гамора застонала.

– За ними, живо! – крикнул Питер Ракете.

– Уже лечу!


– Ничего себе, – процедила Гамора, увидев Квилла с перекинутой через плечо Кией. – А ты времени даром не терял.

Отключив ботинки, Питер гулко опустился на пол. В трюме кроме него и Гаморы были еще Ракета и пара Грутиков. Большинство спасенных Грутов обсуждали сложившуюся ситуацию в кают-компании, а Дракс нес вахту на мостике, заодно перевязывая раны. При желании Коллекционер мог как следует отделать любого.

– Долго пришлось за ней гоняться? – Ракета ткнул пальцем в настенную контрольную панель, и шлюз захлопнулся, перекрыв поток воздуха. Уличный ветер отбивал еноту обоняние и неприятно теребил мех.

– Грязь и лед ей к лицу, мне нравится.

Сейчас енот мог бы застрелить ее без всяких помех, и, надо сказать, перспектива сделать это была весьма соблазнительной – но раз Гамора хотела сохранить девчонке жизнь, то Ракета решил держать себя в руках.

До поры до времени.

– Ей удалось ранить Гамору, так что я решил не рисковать, – Квилл осторожно опустил девушку на пол, после чего с удовлетворением потянулся и размял затекшие конечности.

– Да разве это рана? Так, царапина. Не стоит меня недооценивать, – ответила Гамора, не сводя глаз с Кии.

Та попыталась отползти, но, учитывая, что ее по-прежнему сковывал лед, выглядело это забавно. Широко раскрыв глаза и тяжело дыша, она наблюдала за Стражами, ни на секунду не желая успокаиваться.

– Квилл, ты же все самое интересное пропустил! – воскликнул Ракета. – Нам пришлось лететь прямо между зданиями, корабль еле пролез, все кругом визжали… Круто было! Драксу и Гамми пришлось прыгать прямо из окна, но я их мастерски поймал!

– Ракета, это мы мастерски прыгнули, – холодно сказала Гамора.

Никто не мог понять, почему она разглядывает девушку-димави, словно никогда прежде не видела представителей этой расы.

– Совсем вы меня не цените, – надулся енот. – Короче говоря, Коллекционер попытался устроить погоню, но Грут пальнул в него и устроил в доме пожар, а может, и не устроил. Вот. Конец истории. Говорю же, было здо́рово, а ты все пропустил.

Ракета шутливо погрозил Квиллу пальцем.

– Кия, – Гамора склонилась над девушкой, – как ты себя чувствуешь?

– Я есть Грут? – в отсек вбежала пара едва достающих Ракете до плеч Грутиков.

Один из них подошел к Гаморе и уселся рядом с ней на ржавой лестнице, ведущей наверх. Другой направился к Кии, которая тщетно пыталась сесть. Лед вокруг ее руки и ноги понемногу таял, и под ней уже собралась лужица. Капли стекали сквозь решетку в полу.

Тяжело дыша, Кия принялась ломать лед пальцами. Она смотрела на Гамору так же пристально, как и та на нее, но взгляд Кии то и дело перескакивал на отдельные предметы и детали отсека.

Словно убедившись, что ей ничто не угрожает, Кия вновь сосредоточилась на Гаморе.

Та смотрела ей прямо в глаза.

Ракета прищурился.

– Я вам не мешаю?..

13

Пять недель ей удавалось скрываться от Тивана и выживать без посторонней помощи. Пять недель она расшифровывала путаные заметки Коллекционера, растила Грутов и искала на них покупателей.

И стоило вырастить последнюю партию из десятка с лишним Грутов, которых она намеревалась продать оптом… как все ее планы рухнули.

Всего лишь за несколько минут.

Замерзшие ноги Кии болели. Пленница ритмично царапала и колотила ледяную корку, словно желая взять ситуацию в свои руки.

Она была в трюме, просторном, со всех сторон покрытом ржавым металлом. Есть несколько мест, чтобы спрятаться, и целых три выхода. Даже четыре, если считать люк, через который они влетели внутрь, но он был надежно заперт. У приборной панели лежали магностереоскопические щипцы, которые можно было бы использовать как оружие, – вот только добраться до них было невозможно. Слишком рискованно, особенно если учесть, что подвижность еще неполностью вернулась к ней. Три противника. Пушистое, злобное, болтливое существо, которое Гамора звала Ракетой, сторожило приборную панель и, кажется, не собиралось стрелять в Кию в ближайшее время. Пока что его можно было не принимать в расчет.

Мужчина, который ее заморозил, стоял с ней рядом. Если бы не лед, то можно было бы врезать ему по кадыку. Судя по виду, он был розовокожим кри, но поведением заметно отличался от представителей этой расы. Если он и правда кри…

От этой мысли Кия едва не рассмеялась, в горле ее что-то нервозно булькнуло. Но она сдержалась. Сейчас это было не к месту.

Если незнакомец – кри, это означало, что она попала одновременно в лапы крийской империи, Гаморы – той самой Гаморы! – и Тивана. Кия не могла представить такого даже в самых жутких кошмарах.

«Зови меня Танелир, – вспомнила она настойчивую просьбу Коллекционера. – Мы же с тобой на «ты»?»

Ее передернуло.

Наконец, оставалась Гамора.

Кия не могла больше отворачиваться. Сердце сбивалось с ритма от одной мысли о том, что наемница сидит на лестнице всего в нескольких метрах от нее.

Сидит и наблюдает.

Лед начал трескаться. Каждый удар болью отзывался в ногах, но Кия продолжала молотить, стиснув зубы. К боли она привыкла. Нужно было спасаться как можно скорее.

Кроме трех противников в трюме находилась пара недельных Грутов. Ни следа Тивана. Похоже, на борту его не было: уж он-то не упустил бы возможности с распростертыми объятиями и хищной улыбкой поприветствовать ее.

Значит, нужно разобраться только с этими тремя. Четырьмя, если считать мускулистого татуированного мужика, который ворвался в ее квартиру. Должно быть, он в данный момент пилотировал корабль.

Четыре противника были ей по зубам.

Если бы одной из этой четверки не была Гамора.

Кию несколько успокаивало то, что, узнав, кто она на самом деле, Гамора пошла против Тивана. Ей по-прежнему было неясно, чего наемница хочет. Наверняка ничего хорошего.

Лед скоро рассыпется.

Кии нужен был план. Как минимум необходимо добраться до приборной панели, у которой стоял Ракета. Отнять ботинки у странного кри. И, наконец, собрать как можно больше Грутов. Интересно, куда подевались остальные? Странная команда отобрала у нее почти весь товар. А он ей так необходим…

– Как ты себя чувствуешь? – спокойно, без малейшей угрозы в голосе спросила Гамора.

Ее взгляд, впрочем, оставался пронзительным и сосредоточенным. Так снайпер смотрит на свою цель.

Свободной рукой Кия продолжала молотить лед. Ее кожа побледнела от холода, костяшки пальцев кровоточили.

Гамора будто закидывала удочку.

На мгновение Кии даже захотелось вернуться к Тивану. Она чувствовала, что не приспособлена к жизни в огромном мире, за пределами его музея.

Подобная мысль посетила Кию не впервые. Каждый раз она гнала ее, прятала в дальних уголках сознания.

Она сбежала и не должна возвращаться.

Кости ломило, холод пронизывал тело и даже рифленый металл, на котором Кия сидела. Благодаря этому она сохраняла рассудок, не позволяла страху одержать над собой верх.

– Эй, Гамора, можно вопросик? – странный кри прислонился к стальной балке у стены. – Мы тебе доверились, так, может, объяснишь теперь, зачем мы объявили войну самому Старейшине Вселенной?

– А что, нам не привыкать, – заметил Ракета. – Коллекционеру вряд ли понравится, что его бросили в той дыре. А уж то, что его поколотили Разрушитель и опаснейшая женщина во Вселенной, – и подавно. Не то чтобы я сильно верил, что Коллекционер отдаст нам своих Грутов, но теперь на это уж точно можно не рассчитывать.

Кия высвободила одну ногу, но оставалась еще вторая.

Слова мохнатого создания вполне соотносились с тем, что творилось в лаборатории Кии, но это не значило, что она могла им доверять. Девушка взвесила все «за» и «против». На это ушло немало времени, ведь все ее мысли занимала Гамора. Та по-прежнему сидела на лестнице, в нескольких метрах от Кии, и при желании могла в считаные доли секунды преодолеть это расстояние и перерезать ей глотку, да так, что никто бы и не заметил.

Боль. Холод. Металл.

Надо сосредоточиться.

– Ракета, прекрати, – сказал странный кри. – После того как ты устроил стрельбу, не тебе рассуждать о сорванной сделке.

Наемница по-прежнему наблюдала за Кией.

– Гамора! – окликнул ее странный кри.

– Ты не его помощница, – удивительно спокойным тоном произнесла зеленокожая женщина. – Ты – один из экспонатов его коллекции.

Лед, сковывавший ногу пленницы, окончательно рассыпался, и та отвела взгляд от Гаморы. Теперь Кия вновь могла двигаться, но вставать было рано. Внезапный приступ боли удивил ее, но Кия стерпела. Обычно холод сдерживал боль, но теперь, похоже, только усиливал ее.

Девушка сосредоточилась на том, чтобы освободить руку. Она понимала, что отворачиваться от Гаморы было безрассудно. Ни при каких обстоятельствах нельзя отводить взгляд от противника. Но Кия не могла больше на нее смотреть.

Кия склонила голову, и челка упала на глаза. На белоснежных волосах еще оставались комья сухой грязи.

– Он проводил над тобой эксперименты, – вновь раздался голос Гаморы.

Не обращая внимания, Кия еще более яростно принялась царапать лед.

– Ты зен-воберианка.

– Что-что? – странный кри едва не подскочил от удивления. – Зен-воберианка?

Кия подняла голову, следя за каждым его движением.

– То есть… – Ракета провел пальцем вдоль горла и изобразил предсмертный хрип.

Гамора смерила его уничижительным взглядом, от которого у Кии перехватило дыхание, но енот даже не смутился.

– Именно, – сказала Гамора. – Представительница вымершей расы.

– Ракета, дурацкие у тебя шуточки, – пристыдил енота странный кри.

– Я есть Грут, – один из Грутов пихнул Ракету в бок.

– Что же вы все чувствительные такие, а? – закатил глаза мохнатый стервец. – Гам, ты же была совсем маленькой, когда произошла зен-воберианская резня?

Странный кри по-прежнему стоял ближе всех к Кии и теперь, запустив руку в волосы, взъерошил их.

– Ты действительно зен-воберианка? – спросил он.

– Наполовину, – хрипло ответила Кия.

Это были первые слова девушки с того момента, как она оказалась на борту, и Кия тут же пожалела, что открыла рот. Нельзя было вестись на безобидные вопросы! Тиван тоже был поначалу дружелюбным, но быстро перестал.

– Как это? – удивилась Гамора.

– Гамми, ну как же иначе? – ответил ей Ракета. – Если димави и зен-воберианин полюбят друг друга…

– А ты кри? – Кия перебила рассуждения енота, обратившись к мужчине рядом.

– Кто, я? – тот указал на себя. – Гм, нет. Это долгая история, но я определенно не кри. Зови меня Звездный Лорд.

Гамора продолжала расспрашивать Кию.

– Кем была твоя мать? А отец? Они еще живы? Прошу, расскажи.

– Пусть ты лишь наполовину зен-воберианка, – сказал Звездный Лорд, – но единственная из этой расы, не считая Гаморы. Теперь понятно, почему Коллекционер так хотел тебя вернуть.

Кия стиснула зубы. Этот авантюрист уже наверняка подсчитывал, сколько может за нее выручить.

– Что он с тобой сделал? – тихо спросила Гамора.

– Кия, поверь, мы не причиним тебе вреда. То, что произошло в твоей лаборатории… – Звездный Лорд покосился на Ракету.

– Нечего было Грутами торговать! – выпалил енот.

– Это не повторится, – твердо заявил Звездный Лорд. – Мы не отдадим тебя Тивану.

«Танелир, – в голове Кии вновь всплыли слащавые, самовлюбленные речи Коллекционера. – Тиван звучит слишком формально. Зови меня Танелир, а я буду звать тебя…»

Она прогнала воспоминание.

– Вы были с ним заодно, – Кия старалась говорить уверенно, но с губ срывался лишь шепот. – Заключили сделку.

– Заключили – в прошедшем времени, – сказала Гамора.

– Думаю, наша с ним драка – тому доказательство, – Звездный Лорд ткнул пальцем непонятно куда.

Может, и доказательство. А может, и нет.

– Ладно. Отлично побеседовали! Ее красноречие просто поразительно! – воскликнул Ракета. – Гамора, чем ты думала, когда решила взять ее с собой?

– Я хотела, чтобы она была в безопасности.

Тут Кия стукнула обледенелой рукой по торчащему из пола массивному болту.

Ракета хмыкнул.

– Похоже, она тебе несказанно благодарна.

– Твое недоверие понятно, – сказал Звездный Лорд. – Может, хочешь душ принять, попариться? Смоешь грязь и лед, а там поговорим. Мы ответим на твои вопросы, а ты – на наши. Идет?

Так вот зачем они притащили ее на борт. Им нужна информация. Сотрудничать Кия не собиралась и готова была швырнуть последний кусок льда в физиономию этого Звездного Лорда, если бы не одно «но»… Избавившись от ледяных оков, она смогла бы драться куда эффективнее.

– Хорошо, – ответила девушка.

Гамора поднялась на ноги, и Кия тут же попыталась принять боевую стойку. Ледяная глыба перевесила, и пленница шлепнулась обратно на пол и скорчилась: от пронизывающей до костей боли у нее перехватило дух.

– Я есть Грут, – произнес один из Грутов, желая ей помочь.

Кии показалось, что в его голосе прозвучало беспокойство, но она еще сомневалась.

– Я не причиню тебе вреда, – сказала Гамора.

Кии удалось присесть и перевести дух. Она заставила себя взглянуть на наемницу. В конце концов, они уже встречались лицом к лицу в бою.

Девушка решила подыгрывать, пока не узнает истинных намерений своих… хм, спасителей.

Гамора сделала еще шаг и внезапно скривилась. Одна нога подкосилась, но наемница тут же вернула себе равновесие.

– Эй, Гамора, что с тобой? – бросился к ней Звездный Лорд. – Тебе нехорошо?

Воительница ответила не сразу. Взглянув на Кию, она поджала губы.

– Квилл, отведи ее сам.

Развернувшись, Гамора вышла из трюма.

С плеч Кии будто упал тяжелый груз, и девушка облегченно вздохнула.

– Ладно. Готова? – спросил ее Звездный Лорд, Квилл, кажется.

«Нет. Я этого не хочу», – подумала Кия, провожая взглядом Гамору, но все равно кивнула.

– Да.

14

Клацанье когтей Ракеты по полу выдало его приближение задолго до того, как он заговорил.

– В чем дело? – спросил енот, нагоняя Гамору, но та не сбавляла шаг. – Не хочешь ранить чувства бедной девочки? Откуда такая забота? Забыла, что она сделала с Грутом?

– Она еще ребенок и боится меня, – даже не обернулась Гамора.

– Еще бы. Гам, твое имя на всю галактику гремит, а ты к тому же едва ее не задушила.

– А ты ее едва не застрелил. И Квилл устроил за ней погоню и заковал в лед. Но не в этом дело.

Ракета непонимающе вздернул бровь. Во всей этой неразберихе с участием Коллекционера, Грутов и Кии сложно было не запутаться, и Гамора не могла его в этом винить.

В своей жизни она повидала немало испуганных лиц и прекрасно чувствовала разницу между страхом перед ее репутацией и страхом перед ней самой. Внезапно Гамора остановилась, и боль пронзила ее спину.

– Подумай: почему Коллекционер ее захватил?

– Она зен-воберианка, редкий вид.

– А зачем вживил ей кибернетические импланты?

– Ну, это, конечно… гм.

Гамора прислонилась к стене рядом с одной из старомодных квилловых колонок. Женщине нужно было передохнуть. Коллекционер нанес ей серьезные раны, и даже с учетом врожденной способности к регенерации требовалось время, чтобы все зажило. Внутренние органы понемногу восстановились. Порезы и ссадины затянулись. А вот глубокие раны и переломы, нанесенные оружием Коллекционера, заживать не спешили.

– Вспомни, о чем Тиван нас расспрашивал, – сказала Гамора, переведя дух после болевого приступа. – Он восхищен нами. Выращивает Грута – не какого-нибудь безвестного Flora colossus, а Грута. Держит в дендрарии земных енотов.

– И?

Боль нарастала, говорить становилось все труднее, но девушка терпела.

– Он пытается нас воссоздать.

– Что-что?! – догадавшись, к чему клонит Гамора, Ракета прошипел сквозь зубы. – Вот дрань. А ведь ты права!

– Он хочет скопировать Стражей Галактики.

Ракета скривился.

– С помощью земных енотов?!

– Зачем еще ему тренировать Кию и вживлять ей импланты? Он хотел, чтобы девочка обладала такими же способностями, как и я. К тому же никого из вас она не узнала, зато от меня была просто в ужасе. – Гамора прижалась головой к колонке, не желая произносить следующие слова. – Думаю, он где-то раздобыл записи и показал ей мои «подвиги» в те времена, когда я еще не присоединилась к Стражам.

Когда она служила Таносу. Когда была настоящим чудовищем, живым оружием, в которое тот превратил ее после спасения от геноцида.

– Хорошо, – сказал Ракета. – Предположим, что его план действительно таков, хотя у меня мурашки бегут от одной лишь мысли об этом.

Гамора хмыкнула.

– У меня тоже.

– Это не отменяет того, что Кия сделала с Грутом, – енот хищно ухмыльнулся. – Пусть она хоть трижды зен-воберианка и трижды пиратская копия тебя – это ровным счетом ничего не меняет.

Как же он был неправ…


Оставив найденного на Пириниде Грута сторожить Кию, пока та принимала душ, Квилл решил провести беглый осмотр корабля.

– Грут! – позвал он.

Его голос звонко отражался от металлических стен.

К нему подошел один из младших Грутов, ростом примерно с самого Питера.

– Я есть Грут?

Пора привыкать.

– Я ищу другого, оригинального.

– Я есть Грут, – двойник указал в сторону мостика.

– Спасибо. А ты… гм, – Питер запнулся.

Относительно недавно их собственный Грут был похож на этого. Теперь корабль Стражей буквально заполонили Груты всех возрастов и размеров, начиная с едва проросших и заканчивая взрослыми.

И что теперь с ними делать?

Сейчас не было времени думать об этом.

– Я вам сейчас не нужен? Вы же… ну, вы же Грут. Память у вас его, корабль вы знаете, нас – тоже.

Младший Грут оживленно закивал.

– Я есть Грут!

Питер дал ему пять.

– Я тоже рад, что вас нашел.

Грут и правда оказался на мостике. Он молча сидел на полу возле Дракса, который вел корабль, и Гаморы, которая пристроилась отдохнуть в кресле навигатора.

Квилл взглянул через иллюминатор на звезды. Корабль Стражей лишь недавно покинул атмосферу планеты, и Питер был рад вновь оказаться в темном космосе. Среди звезд он чувствовал себя как дома. Гулять по твердой земле и быть чем-то занятым тоже хорошо, но и в подметки не годится этому.

Лететь в окружении друзей и звезд – что может быть лучше?

Обычно он любил поболтать, но теперь, глядя на усталых, потрепанных товарищей, ему хотелось лишь молча посидеть с ними рядом.

Но дела не ждали.

– А вот и мои дорогие бойцы, – начал он.

– Привет, Звездный Лорд, – ответил ему Дракс.

– А почему девушка не с тобой? – Гамора потянулась, и Квилл буквально услышал, как хрустят ее позвонки.

– Моется. Я оставил Грута ее стеречь. Другого, большого, но не нашего. Ух, запутаться можно!

– Я есть Грут, – согласился Грут.

– Как самочувствие? – обратился к нему Питер, скрестив руки и облокотившись на спинку кресла стрелка.

– Я… есть Грут? – подбирая слова, древовидный Страж беспомощно пожал плечами. – Я есть Грут.

– Что поделать.

Все они устали, но Груту было сейчас хуже всех. Гораздо хуже.

– Мы что-нибудь придумаем, будь уверен.

– Я есть Грут.

Друг сказал, что ни капли в этом не сомневается, но в его голосе чувствовались неуверенность и с трудом скрываемое опасение.

Грут улыбнулся, и Питер улыбнулся в ответ.

Оба понимали, что лукавят.

– Гамора, Дракс! Нужна медицинская помощь? Или сами справитесь?

– Справимся.

– Не волнуйся, Квилл, с нами все будет хорошо.

– Вы с самим Старейшиной Вселенной схлестнулись, как тут не беспокоиться?! – на этот раз абсолютно искренне выпалил Квилл. – Вы молодцы.

– Было непросто, но мне понравилось, – признался Дракс. – Давненько мне не попадались достойные противники. И столь же достойные напарники.

– Уж прости, но в ближайшее время повторять эту схватку я не хочу, – оттолкнувшись от панели управления, Гамора развернула кресло к Питеру.

Она развалилась в кресле как в пляжном шезлонге, будто и не моталась последние сутки по галактике и не получила хорошей взбучки от Коллекционера.

– Квилл, – сказала Гамора, – у меня есть догадки относительно Коллекционера и Кии.

– Выкладывай.

– Тебе вряд ли понравится.


– Это же круто! – воскликнул Квилл.

– Что-что?

Гамора хотела сперва поговорить наедине в кают-компании, прежде чем посвящать в свои догадки остальных. Теперь, не дойдя до дверей, женщина резко остановилась, и Питер едва не налетел на нее. Когда она обернулась, Квилл, занервничав, выставил вперед руки в извиняющемся жесте.

– Я хочу сказать, это ужасно. Да, ужасно.

Сдув со лба непослушную прядь волос, Гамора продолжала буравить его взглядом.

– Ужаснее некуда.

– Нет, ты сказал «это круто».

– Это же значит, что у нас есть поклонник! Создание, которому миллиарды лет, так восхищено Стражами Галактики, что решило собрать нашу кавер-группу!

Гамора недоумевающе покосилась на Питера.

– Просто… методы у него неправильные, – закончил мысль Квилл. – Нельзя никого похищать и проводить над пленниками опыты. Это плохо, и мы положим этому конец.

– А как же «это круто»? – продолжала наседать Гамора.

Квилл сдался.

– Думаешь, он и остальных пытался скопировать?

Гамора отвернулась.

– Надеюсь, нет. Второго Квилла Вселенная не выдержит.

– Я заслужил признание! – возразил Питер.

– Возможно, – раздался откуда-то сверху голос Ракеты.

Над головой Квилла открылась решетка, и из вентиляционной трубы высунулся енот. Свесившись с края, Ракета соскочил вниз и отряхнул комбинезон.

– О чем это мы тут шушукаемся? Ладно, не хочу знать. Слушайте, я нашел в трубе три жучка. Должно быть, Коллекционер оставил. Я от них избавился и все трижды перепроверил. Слежки не будет.

Квилл кивнул.

– Молодец. Скажу Драксу, чтобы перестал петлять и заметать следы.

– А куда мы вообще летим? – поинтересовалась Гамора.

– Зависит от того, что нам расскажет Кия.

Ракета сложил лапы на груди.

– Ты что, хочешь оставить ее на корабле?

– Посмотрим, – Квилл шагнул мимо Ракеты и Гаморы.

– Просто я думаю, что…

– Ракета, я прекрасно знаю, что ты думаешь, – огрызнулся Квилл. – Ты вполне ясно, черт возьми, дал это понять, когда едва не пристрелил ее. Ты поступил глупо, ослушался указаний… И чуть Гамору не убил!

– «Чуть не убил» – это слишком громко сказано, – заметила наемница.

Ракета стрелял с противоположного конца комнаты, и у Гаморы была уйма времени, чтобы увернуться.

– Ты поставил под угрозу договор с Коллекционером, пальнул в девушку, которая не представляла никакой угрозы, и, мало того, мог убить одну из двух оставшихся во всей драной Вселенной зен-воберианок!

Ракета едва не прыснул со смеху.

– Хочешь совет? – спросила его Гамора, проходя мимо. – Не отвечай.

15

Белые волосы Кии мокрыми прядями свисали на лицо, касаясь подбородка. Вода оставляла на коже темно-зеленые полосы. На ней была одежда Гаморы. Размер не подходил: рукава и штанины были слишком длинными, а во всех остальных местах костюм был чересчур тесным. Кия без остановки терла отмороженную руку, которая даже после душа оставалась бледнее, чем другие части ее тела. Под глазом красовался синяк – Питер предположил, что его поставила Гамора.

Вид у Кии был весьма жалкий, но взгляд оставался диким.

– Ладно, сойдет, – сказала она.

Кия стояла у душевой кабины. Во всех каютах были отдельные душевые, а эта большая кабина рядом с трюмом обычно использовалась пассажирами корабля и в случаях экстренной необходимости (например, чтобы смыть слизь какой-нибудь инопланетной твари). Чистили эту кабину редко, и хотелось надеяться, что Кия там ни во что не вляпалась.

Даже обращаясь к Питеру, Кия не сводила глаз с Гаморы.

– Спрашивайте.

Квилл хлопнул в ладоши. Звук эхом отразился от холодных стен.

– Значит, так: тебя и правда похитили, кибернетически модифицировали, а возможно, еще и слегка промыли мозги, чтобы превратить в Гамору версии 2.0 в рамках не слишком уж классного плана Коллекционера по созданию кавер-команды Стражей Галактики?

Переварив этот длиннющий вопрос, Кия ответила:

– Он мне и волосы покрасил, чтобы я была похожа на нее, – девушка провела рукой по голове. – Я их остригла и выкрасила обратно, когда сбежала.

Кия осторожно подбирала слова. Питер повидал достаточно, чтобы понимать, что она недоговаривает. Что ж, первый шаг все равно был сделан: девушка перестала изъясняться односложно.

– А что с твоими родителями? – спросила Гамора.

– Не скажу, – выпалила Кия и тут же перевела дух, будто опешив от собственной дерзости.

Наемница поджала губы, но ничего не сказала.

– Сурово, – прокомментировал Ракета.

– Я есть Грут, – согласился стороживший Кию двойник Грута.

– Гм, – Квилл не знал, как спросить потактичнее. – Так кто из твоих родителей зен-воберианин?

– Отец. Когда начался геноцид, он был на Димаве и решил замаскироваться под местного. С самого детства мне приходилось делать то же самое. Он уже умер, и я не знаю других зен-вобериан. Могу я идти? – Кия вызывающе задрала нос.

Все замолчали.

– Не хочу удерживать тебя против воли, – сказал Квилл.

Кия обернулась к нему. Лучше бы она и дальше таращилась на Гамору. Взгляд Кии говорил о том, что она куда больше заинтересована в выявлении его слабых мест, нежели в разговоре. Питер как бы невзначай опустил руку, чтобы держать ее поближе к кобуре.

– Вы ворвались в мой дом, заморозили меня и приволокли на свой корабль.

– Не смею отрицать, – признался Звездный Лорд. – Но мы больше не причиним тебе вреда. С этого момента.

– Снаружи тебе будет небезопасно, – напомнила Гамора.

– Не можем же мы ее связать?

– Она еще ребенок!

– Тем не менее ей удавалось долгое время скрываться от Коллекционера.

– Пока мы ему не помогли, – вставил Ракета.

– Можно мне сказать?! – не выдержала Кия.

Питер развел руками.

– Может, не станем обсуждать это в душевой?

Он повел всю компанию, состоящую из Гаморы, Ракеты, Кии и двойника Грута, за собой. У Питера не было плана на случай, если Кия откажется сотрудничать. Ему хватало разъяренного Коллекционера и больного Грута, которого, возможно, уже и нельзя было вылечить. А тут еще и подросток с маниакальными склонностями. Впрочем, отпускать ее Питеру тоже не хотелось, да и Гамора ясно дала понять, что против этого.

Кто бы мог подумать: еще одна зен-воберианка! Чего не ожидал, так не ожидал!

Группа вошла в комнату для досуга – большое овальное помещение, смежное с каютами. Быть может, «комната для досуга» – слишком громкое название для каморки со старыми диванами и одним мини-холодильником, но их оно вполне устраивало.

Правда, теперь она куда больше напоминала цирковую арену.

– Я есть Грут! Я есть Грут! – верещали маленькие Грутики, гоняясь друг за другом среди диванов.

– Я есть Гру-у-ут! – радостно прокричал крошечный, едва выросший двойник из своего горшка.

– Я есть Грут? – уже почти взрослый Flora colossus тыкал пальцем в прозрачную крышку ящика для рассады, который Квилл уже видел в лаборатории Кии.

– Я есть Грут. Я есть Грут, – повторяли остальные.

Еще один Грутик довольно вздыхал, распустив корни из горшка.

– Я есть Грут.

– Я есть Грут!

– Я есть Грут!

– Я есть Грут! Я есть Грут!

– Я есть Грут!

– Теперь у меня голова болит, – скривилась Гамора.

– Теперь у меня на корабле вырос лес, – произнес Питер.

– Теперь у меня до фига друзей, – сказал Ракета. – Кто бы мог подумать, что я настолько популярен?

Квилл пересчитал Грутов. Грут с Пириниды присоединился к ним, удивленно глядя на творящийся кругом хаос. Настоящий Грут остался на мостике, поэтому здесь были только Груты Кии. Питер насчитал тринадцать, помимо тех, что еще не проросли или гуляли по кораблю.

Кия по-прежнему потирала отмороженную руку, словно это могло снять боль.

– Не помню, чтобы они были такими шумными.

– Просто теперь они дома, – ответила Гамора.

– Я есть Грут! – Грутик размером едва больше ладони Питера бросился к Ракете, но споткнулся и растянулся на полу.

– Ну что же ты, приятель? Неваляшка ты моя, – Ракета склонился, чтобы помочь ему подняться. – Не ударился?

– Я есть Грут!

– Ну конечно, ты же у нас сильный.

Грутик ухватился за палец енота.

– Я есть Грут! – весело хихикал он.

Ракета помог малышу взобраться себе на плечи.

– Какие новости?

– Я есть Грут. Я есть Грут.

– Хорошо, – ответил Квилл, – закупимся на следующей остановке.

– Что ты… – Кия усмехнулась. – Ты, должно быть, шутишь?

Питер удивленно посмотрел на нее.

– В чем дело? Раз им нужны удобрения, мы купим им удобрения.

– Хочешь сказать, ты понимаешь, что они говорят?

– Конечно.

– Они что, разумны?!

Кия не знала этого. Дело принимало новый оборот. С одной стороны, незнание ее оправдывало, а с другой – напротив, дискредитировало.

– Он наш друг, – кивнул Квилл.

– «Он»? У них есть пол?

– Ты столько времени их выращивала и даже не поняла, что они могут говорить? – Ракета прошел через комнату и уселся на клетчатый потертый диван.

К нему подбежало еще несколько Грутиков.

– Просто я думала, что… – Кия сложила руки на груди, а потом вновь опустила, так и не сойдя с порога. – Мой имплант-переводчик знает все языки, но не распознает звуки, издаваемые низшими организмами вроде зверей.

– Эй, ты кого низшим организмом назвала?

Кия переводила взгляд то на Грутов, то на Стражей. Наконец она сказала:

– Докажите, что они действительно общаются. Они видели меня за завтраком. Пусть расскажут, что я ела.

– Я есть Грут, – тут же выдал Грутик, сидящий на плече у Ракеты.

– Он говорит, что ты гадкая лгунья и никакого завтрака сегодня не было, – перевел Ракета, положив голову на сцепленные лапы.

Пара Грутиков укуталась его хвостом.

– Ракета немного перефразировал, – заметил Питер.

– Я есть Грут.

– Буэ, – рыгнул Ракета. – Он говорит, что вечером ты непонятно зачем ела синтетический стейк. Гадость какая.

У Кии перехватило дыхание. Она не сводила глаз с двойников.

Квилл внимательно следил за ней. Обычно он мог догадаться, что творилось в головах у Стражей, и даже разбежавшиеся по комнате свежевыращенные Груты не были для него загадкой. Теперь они немного притихли, не зная, чего ожидать от друзей, находившихся в компании вырастившей их на продажу девушки.

Но Кия была ему незнакома. Наблюдая, он мог лишь сказать, что ее молчаливость – прикрытие. Она тщательно обдумывает дальнейшие действия. Питер вдруг почувствовал, что Кия может стать для них настоящим тузом в рукаве, но тут же отогнал эту мысль, вспомнив, как два Грута встали на защиту девушки в лаборатории, а еще один помогал ей освободиться из ледяных оков.

Кия поступала плохо, выращивая и продавая Грутов. Глупо с ее стороны было не понять, что они разумны. Но Питеру казалось, что жестокость ей не присуща.

– Я думала, они всего лишь растения, – словно извиняясь, говорила Кия. – Возможно, наделенные какими-то инстинктами, как животные, но не…

– Если бы ты все знала, то стала бы их продавать? – спросил Квилл.

– Нет, – мгновенно отозвалась она, словно предвидела этот вопрос заранее или понимала, какой ответ Питер захочет услышать.

Порой Квилл жалел, что в их команде нет телепата.

– Ты заметила, что они слабеют?

– Если бы и не заметила, жалобы недовольных покупателей мне бы подсказали. Поэтому я постоянно переезжала. – Кия дотронулась рукой до шеи. – Я искала причину… Думала, дело либо в неправильном выращивании, либо в побочных эффектах модификаций, не позволяющих им размножаться. Или…

– Дамочка, дело в тебе, – перебил ее Ракета. – Ты в этом виновата. Чем больше Грутов ты вырастишь, тем слабее они будут.

Питер объяснил ситуацию, не забывая следить за реакцией девушки. Слушая, она продолжала наблюдать за Грутами. Некоторые из них вновь увлеклись беседами и играми, другие подошли послушать, о чем толкуют Стражи и Кия.

Лицо девушки побледнело на пару тонов. Стиснув зубы, она задумчиво скребла серо-зеленый шрам на руке. Губы едва заметно шевелились, но Кия не произнесла ни звука.

– Ну что? – спросил Питер.

– Что? – девушка выглядела подавленной, огня в глазах как не бывало.

Было понятно, что рассказ задел ее за живое.

– Есть какой-нибудь способ помочь Грутам и объединить их в одного?

– Попробовать можно, – Кия переступила с ноги на ногу и с опаской взглянула на Квилла.

– Если я вам помогу, вы защитите меня от… него?

– Обязательно, – уверенно заявила Гамора.

– Вопрос только в том, насколько мы будем защищены от тебя, – заметил Ракета, приподнимаясь на лапах, – можем ли мы тебе доверять. Вдруг ты при первой возможности похватаешь Грутов и сбежишь? А перед этим нам всем глотки перережешь?

– А ты не перережешь мою? – Кия покосилась на бластер, торчащий из-за спины Ракеты.

– Не исключено.

– Я не причиню никому вреда, – сказала девушка после паузы. – Я просто хочу домой.

– А зачем тогда ты торговала Грутами? Билет на шаттл до Димаве не так дорого стоит.

Кия промолчала.

Ракета широко ухмыльнулся и обратился к окружившим его Грутам.

– Так, мелочь ветвистая, слушайте меня. Проследите, чтобы она ничего не натворила, ясно?

– Я есть Грут? – хлопая глазами, переспросили два Грутика.

– Кия, не подведи нас, и мы не подведем тебя. Мы не выдадим тебя Коллекционеру. И никто, – Квилл посмотрел в сторону Ракеты, – никто не станет резать никому глотки!

Ракета что-то недовольно буркнул, но возражать не стал.

Закусив губу, Кия мельком взглянула на Гамору, а затем на Грутиков. Питеру показалось, что напряженность сошла с ее лица.

– Ладно, я останусь, – сказала Кия, – и помогу вам.

16

Глупо было бы ожидать, что предательство Стражей не рассердит Коллекционера. Удивительно, что он столько выжидал, прежде чем высказать свое недовольство, особенно учитывая, что любитель диковин сразу должен был догадаться, что Стражи избавились от его жучков. На связь он вышел лишь спустя добрую половину крийских суток.

В тот момент, когда зажегся монитор, на мостике находились Гамора, Квилл и Ракета. Угрюмая физиономия Коллекционера растянулась на весь экран. Вокруг его шеи был намотан блестящий шарф.

Выглядел Коллекционер хорошо. Было не похоже, что он ранен или устал.

Гамора этого и не ожидала: в конце концов, даже она успела полностью восстановиться, не будучи при этом бессмертной, как Тиван. Тем не менее наемницу это разозлило. В схватке в лаборатории Кии они с Драксом едва не погибли, и даже небольшой синяк под глазом противника порадовал бы ее.

– Друзья, – обратился к ним Коллекционер.

– По-прежнему на этом настаиваешь? – удивился Квилл. – Без обид, но пора бы тебе понять, что к чему.

– Питер, дружба остается дружбой даже при отсутствии взаимности. Мне удалось отыскать способ вернуться домой, и теперь я рад возможности вновь с вами поговорить.

– Что тебе надо? – Гаморе надоела пустая болтовня.

– К чему такая грубость? – оскорбился Коллекционер.

Квилл развел руками.

– Ну, ты весьма любезно обманул нас, подставил, не говоря уже о том, что похитил несовершеннолетнюю девушку и проводил над ней эксперименты.

– Почему сразу обманул? Я просто… недоговорил. Как бы то ни было, мне нужна эта девушка. Я вложил в нее уйму времени и средств. Она – жемчужина моей коллекции.

– А я думал, что енот.

– Кстати, я сильно обижусь, если тот енот призван служить заменой мне, – вставил Ракета. – Да-да, мы все знаем о твоем безумном проекте!

– Безумном? Милый Ракета, уж ты-то должен по достоинству оценить дань уважения, что я отдаю вам…

– Ха! – воскликнул Квилл. – Дань уважения? Вот именно… то есть проехали, продолжай, продолжай.

– …вместо того, чтобы посадить вас самих в свой музей.

– Ну конечно же, мы просто обожаем, когда вместо нас мучают невинных, – саркастически произнес Квилл. – Это же так круто! В самый раз для героев!

– Да мы просто балдеем, – добавил Ракета.

Гамора скрестила руки на груди. Остальные слишком долго ходят вокруг да около. Она уже устала пялиться на рожу Коллекционера, не имея при этом возможности по ней врезать. Тиван как-то разыскал Кию, еще одну зен-воберианку. Он держал ее в заключении несколько месяцев, а то и больше. Как он ее нашел? Может, были и другие?

– Это все? – нетерпеливо спросила Гамора, пока мысли не завели ее в другое русло.

– Хочу лишь добавить, что ваша свобода является знаком моего бесконечного уважения к тому, что вы делаете, но… если кто-то из вас изъявит желание присоединиться к моей коллекции вместо Кии – возражать я не буду.

Гамора вздернула бровь.

– Кажется, я слишком сильно ударила тебя по голове.

Коллекционер радостно рассмеялся.

– Достаточно сильно, чтобы я убедился в том, что оригинал ничем не заменить. Что ж, мое предложение останется открытым, пока кто-нибудь из вас на него не согласится.

– Это все? – повторила Гамора.

– Неужели после того, через что мы вместе прошли, вы возьмете и…

– Ага.

– С радостью, – добавил Квилл.

Коллекционер надулся.

– Грутов верни, – потребовал Ракета.

– Обсуждение любых сделок оставим на потом, когда я вернусь домой.

– Вот и отлично. Пока! – погрозив Коллекционеру кулаком, Квилл выключил голограмму. – Уф, это было познавательно!

– Он полный псих, – сказал Ракета. – Строит из себя милого дяденьку, а на самом деле маньяк конченый. Видели когда-нибудь бритых ши’арцев? Нет? А я видел. Лучше не спрашивайте. Хотя нет, я как-нибудь расскажу, ухохочетесь. Короче говоря, бритый ши’арец выглядит примерно в пять раз менее сердито, чем Коллекционер.

– Меня это радует, – призналась Гамора.

– Так что? – Ракета хлопнул в ладоши. – Втихаря к нему проберемся или в лоб атакуем? Каков план?

– Какой еще план? – удивился Квилл.

– Надо же нам выкрасть Грутов у Коллекционера. У него их там как минимум четверо.

– А, этот план. Он подождет.

– Чего-чего?

Квилл ткнул пальцем в монитор, на котором еще недавно было лицо Коллекционера.

– Это же очевидная ловушка. Тиван дважды намекнул, что еще не вернулся. Хочет, чтобы мы решили, что музей остался без охраны, а на самом деле – зуб даю – он уже дома. Пожелал бы он поговорить с нами по дороге – давно бы вышел на связь. Полагаю, он следил за нами с помощью жучков, а когда понял, что потерял след, решил устроить западню. Я на это не поведусь.

– Ловушка, и что с того? Мы – Стражи Галактики. Нас такими мелочами не напугаешь! Кто Грута спасать будет?!

– Согласна с Квиллом. Не думаю, что он так просто откажется от Кии. – Гаморе не слишком хотелось бегать от Коллекционера, но еще меньше хотелось, имея на борту все, что ему нужно, заявляться в музей.

Квилл кивнул.

– Будем играть по своим правилам. Мы обязательно отберем у него Грутов, но после того, как разыщем остальных: Кия помнит, кому их продала. Им наша помощь еще нужнее. К тому же, пока мы заняты поисками, Коллекционер не сможет увести у нас ключ к их местонахождению.

Сжав кулаки, Ракета сердито посмотрел на товарищей.

– Ладно. Будь по-вашему. Но пускай эта Кия пошевеливается!

– Она уже сообщила нам координаты.

– Грутов найдем, кого-нибудь побьем, – сказала Гамора.

Ракета приободрился.

– Так куда мы летим?

– О, тебе там понравится.

17

Четвертый спутник планеты Нью-Тон-Тон в обиходе был известен как Тон-4, а в официальных документах, вследствие абсолютной неспособности жителей о чем-то договориться, проходил под девяноста тремя названиями – по одному на каждый официальный язык Нью-Тон-Тона. Большинство Стражей не очень-то любили сюда заглядывать: слишком тесно, кругом беспорядок, да и зачем лететь к нему, когда можно тусоваться на хорошо знакомом Забвении – но Ракете здесь нравилось. На спутнике были хорошие бары и бойцовские арены, продавались разнообразные товары. Порядок здесь поддерживался на высшем уровне – то есть необходимые для этого органы и структуры отсутствовали. Спутник служил домом или местом временного пребывания для представителей множества рас и народов, что, в свою очередь, означало: вокруг всегда находилось четыре-пять более необычных и причудливых существ, чем Ракета.

Енот очень жалел, когда хорошие места со временем портились, и у него было предчувствие, что Тон-4 ждет та же участь.

– Может, Грута все-таки не для боев на арене купили? – предположил Дракс, когда проверка уже второй арены не принесла плодов.

Попутно Стражи освободили нескольких бойцов, попавших в гладиаторы против своей воли, и предложили свободу остальным, только чтобы на своей шкуре узнать, что те сражались вполне добровольно. Ни одного Грута там замечено не было.

– Поверь, – ответил Ракета, – если кто-то с Тона-4 покупает Грута, то уж точно для боев.

– Я есть Грут, – согласился Грут.

Всех остальных Грутов, несмотря на их мольбы, Стражи оставили на корабле – в городе за ними невозможно было бы уследить, – но Кию взяли с собой, на случай, если той вдруг пришло бы в голову угнать корабль со всей ватагой двойников.

Вшестером они поднялись на крышу захолустного казино и наблюдали за третьей, последней, подпольной ареной на окраине местного базара. Подпольной в прямом смысле слова: один вход на арену находился в кладовой тесного магазинчика тканей, куда мало кто заходил, а другой – в баре вниз по улице. Стражи могли бы нагрянуть туда как ни в чем не бывало и либо слегка поколотить охрану, либо выставить Дракса с Гаморой в качестве гладиаторов, но Квилл решил подождать, пока арену покинут зрители. Зачем лишние помехи?

Ракете не терпелось разыскать еще одного Грута, но он понимал решение Квилла. Какими бы подонками ни были те, кто обычно посещал бойцовские арены, не еноту было их судить: ведь он и сам частенько делал ставки на поединки.

– Народ рассасывается, – сообщил Квилл.

С крыши был хорошо виден магазин тканей. Зрители выходили оттуда маленькими группами, оживленно, со смехом обсуждая прошедшие бои. Занимался рассвет, но было еще прохладно. Чуть поодаль, между пустыми торговыми лотками, открылся еще один выход.

– Смотрите-ка, выход номер три, – заметила Гамора, сидя на карнизе.

Квилл, Дракс и Грут стояли за ее спиной, а Ракета расхаживал взад-вперед в паре метров от них.

Кия расположилась чуть поодаль, прислонившись к неработающей солнечной батарее. После данных девушкой обещаний можно было ожидать, что она хотя бы начнет составлять план объединения Грутов, но Кия просто сидела с каменным лицом, подтянув колени к груди и массируя икры.

– Бу! – прикрикнул на нее Ракета.

Кия лишь взглянула на него, но ничего не ответила.

– Чего пялишься? – спросил енот.

– Что ты такое? – ответила девушка вопросом на вопрос.

– Чего-чего?

– Я раньше не встречала похожих на тебя существ.

– И потом не увидишь, так что рассмотри меня получше, пока есть время. Ты тут не единственное уникальное создание, – прервавшись, Ракета навострил уши. – По-моему, я услышал слово «Грут»!

– Я есть Грут? – не поднимаясь на ноги, Грут прислушался к разговору на улице.

Подойдя, Ракета запрыгнул другу на спину, чтобы лучше видеть происходящее.

– Я есть Грут!

Как только задние лапы Ракеты коснулись Грута, тот покачнулся и, потеряв точку опоры, повалился набок. Енот едва удержался, вцепившись когтями в твердую кору.

– Что за дрань? – выдохнул он.

– Грут, – Гамора поспешила им на помощь, – что с тобой?

– Я… есть Грут, – Грут осторожно выпрямился и сел ровно.

– Как это «пустяки»? – проворчал Ракета, соскальзывая обратно на крышу.

Стоять на твердом покрытии было куда удобнее.

Прежде он неоднократно забирался Груту на спину, и его друг не обращал на это никакого внимания.

– Я есть Грут.

Ракета прищурился. «Пошатнулся от неожиданности? Чушь!»

Он понимал, в чем была причина. Все понимали, но никто не произнес это вслух.

– Грут…

Снизу снова донесся голос. Бросив последний, отчасти расстроенный, отчасти обеспокоенный взгляд на Грута, Ракета взобрался на карниз и внимательно осмотрел улицу, пытаясь заметить либо побитого Грута-двойника, либо людей, обсуждающих бои с его участием.

Хм. Или кое-что еще.

– Там Грутик, – указал Ракета.

Группы прохожих удалялись от наблюдавших за ними Стражей. Одни смеялись и похлопывали друг друга по спине, другие были настолько пьяны, что едва передвигали ноги.

Дальше по улице, в свете голографического экрана чьего-то коммуникатора, можно было различить силуэт горшка, из которого рос Грутик, радостно размахивающий тоненькими ручками-прутиками. Ему было не больше недели.

– Как-то не похож он на бойца, – заметила Гамора.

– Того, которого мы ищем, я продала больше недели назад. Он уже должен был вырасти. – Кия поднялась и присоединилась к остальным. – Это точно другой Грут. Должно быть, один из партии, проданной несколько дней назад.

– Хозяин горшка – ребенок, – сказал Дракс, – или какое-то маленькое, незнакомое мне существо.

– Ясно. Ракета, Кия, – Квилл взглянул сначала на одного, потом на другую, – пойдемте заберем его.

Кия недоверчиво посмотрела на Питера.

– Я думала, ты взял меня с собой лишь для того, чтобы я не сбежала.

– А теперь я хочу, чтобы ты поговорила с теми милыми людьми, которым ты продала Грута, и убедила их его вернуть. Есть возражения?

– Нет, – ответила Кия спустя несколько секунд.

– Остальные, продолжайте поиски. Если к нашему возвращению Грут не появится, будем штурмовать арену.

– Я есть Грут? – произнес Грут с мольбой в глазах.

– Грут, – покачал головой Квилл, – сейчас нам нужно действовать быстро. Останься с Гаморой и Драксом.

– Прости, дружище, – добавил Ракета.

Квилл, Кия и Ракета пересекли крышу, спрыгнули в переулок и забрались на соседнее здание, не теряя Грутика из вида.

– Узнаешь их? – спросил Квилл Кию, когда они догнали девочку с горшком.

Кия прищурилась.

– Отца семейства разве что…

В компании девочки и отца были еще семь-восемь взрослых. Все они смеялись и шутливо пихали друг друга. Ракета не обращал на них внимания, сосредоточившись только на Грутике. Тот изображал нечто похожее на боксерские выпады. Ракета навострил уши, настраиваясь на доносившуюся с улицы болтовню.

– Так его! Папа, смотри! – девочка держала горшок одной рукой, а другой била в воздух, повторяя выпады Грутика. – Когда он вырастет, то всех победит! Как тот большой, которого мы сегодня видели!

– …Грут! Я есть Грут! – Грутик уклонился от воображаемого удара и пошел в контратаку, вытянув руку на пару сантиметров, а затем снова вернув ей первоначальный размер.

– Пусть сначала бегать научится, – сказал отец.

Девочка задумчиво осмотрела горшок и потрясла его. Изрядная часть земли высыпалась на дорогу.

– Ты умеешь бегать?

– Я есть… Гру-у-ут! – Грутик нагнулся и ухватился за край горшка, принимая позу спринтера.

– Не дождетесь, – с трудом сдерживая гнев, произнес Ракета.

Перебравшись через край крыши, он соскользнул по стене на подоконник, откуда перепрыгнул сперва на соседний выступ, затем на потрепанный навес торгового киоска и наконец на землю.

– Ракета! – крикнул сверху Квилл. – Даже! Не! Думай! Стрелять!

Через дорогу от Ракеты отец девочки щелкнул Грутика по лбу.

– Ну-ка покажи, что ты сто́ишь потраченных денег.

– Бокс! – воскликнула малышка.

Несколько взрослых рассмеялись. Девочка вновь встряхнула горшок.

– Бокс!

На всех четырех лапах Ракета метнулся через улицу, огибая еще одну группу прохожих, вышедшую с арены, и остановился перед девочкой.

– Это мое! – огрызнулся он, протягивая лапы к Грутику.

– Эй! Эй! – девочка крепко прижала к себе горшок и отвернулась от енота. – Па, это еще что?

– Я есть Грут! – Грутик сделал яростный выпад в сторону Ракеты с твердым намерением ударить. – Я есть Грут!

Удивленные взрослые расступились. Только отец девочки вступился за нее.

– Какого… – он замахнулся, чтобы пнуть Ракету.

Недолго думая мохнатый Страж прыгнул на мужчину и вцепился когтями ему в ногу. Тот попытался освободиться, но Ракета, не ослабляя хватки передних и задних лап, впился в конечность зубами. Брюки порвались, и Ракета почувствовал во рту соленый привкус крови.

Мужчина закричал.

– Снимите его с меня!

Ракета зарычал. Не без удовольствия он вонзил зубы еще глубже и мог бы не отпускать свою жертву хоть целый день, наслаждаясь воплями, но целью его оставался Грутик. Нельзя было забывать и о приятелях мужчины. Их голоса звучали громко и сердито, и Ракета даже удивился, что на него никто не нападает. Треть населения Тона-4 постоянно была пьяна, другая треть постоянно носила при себе оружие, а оставшаяся часть была опасна сама по себе.

Некоторые жители относились сразу ко всем категориям.

Отпустив ногу мужчины, Ракета сплюнул на землю темно-красную кровь и отскочил. Ощутив под ногами твердую землю, он вновь повернулся к девочке.

– А ну-ка отдай! – прорычал он. – Ой, привет, ребята.

Перед ним очутился Квилл, держа в одной руке горшок с Грутиком, а в другой – элементальный бластер. Позади стояла Кия, настороженно осматривая прохожих. Большинство зевак предпочли убраться подобру-поздорову, лишь некоторые, те, что покрепче, раздумывали о том, сто́ит ли им вмешиваться.

Дрожащая, заплаканная девочка отбежала к отцу.

– Ракета, это уже слишком, – пристыдил енота Квилл.

Нацелив бластер на мужчину, он не сводил глаз с девочки.

– Никому не двигаться, – он махнул бластером в сторону пары выдвинувшихся из толпы детин. – Я вас вижу. Стойте, где стояли.

– А в чем дело-то? Ты запретил стрелять – я и не стрелял.

Выплюнув еще один кровяной сгусток, Ракета вытер губы, испачкав шерсть кровью.

– Ну и мерзкий же ты на вкус, – сказал он отцу девочки.

– Отдайте моего Грута! – всхлипывала малышка, протягивая семипалые руки к горшку. – Мне нужен мой Грут!

– Чтобы ты могла и дальше его трясти? Он тебе не игрушка, – прорычал Ракета.

Квилл присел перед девочкой на корточки.

– Этот малыш – наш друг. Мы должны забрать его домой. Он не любит драться, не надо его заставлять.

– Я! Есть! Грут! – с каждым словом Грутик делал боксерский выпад.

Один удар пришелся по куртке Квилла, не оставив на ней даже вмятины.

Это было бы мило, если не принимать в расчет то, что он сказал. Ракета нахмурился. Что значит «Я люблю драться»? Это не Грут. Настоящий Грут любил пить воду из родников, странствовать по Вселенной, разговаривать с кустарниками, щекотать детей лозой, спасать жизни, защищать галактики и все в таком духе. Скука смертная, но Груту нравилось.

Ракета решил, что этого Грутика просто сбили с толку.

– Отдайте моего Грута, – повторяла девочка.

– Не трогайте мою дочь, – сказал наконец отец, пошатываясь и держась за раненую ногу.

– Что же ты раньше за нее не волновался? – Квилл смерил мужчину взглядом, не убирая бластер. – По-твоему, водить ее по ночам на гладиаторские бои и позволять мучить Грута – это нормально? Какой из тебя, вообще, отец? Честно, чувак, я во всей галактике главный спец по плохим отцам, и в моем рейтинге ты будешь среди первых! И это не комплимент!

– Звездный Лорд, – раздался в наушниках голос Дракса, – мы засекли еще одного Грута.

– Ты ужасный отец! – не унимался Квилл, потрясая бластером.

– Уже бежим, – ответил Драксу Ракета.

Цепляясь за штанину и куртку, он взобрался на спину Квиллу. Сидеть там было не так удобно, как на плече у Грута: во-первых, Грут был больше, а во-вторых, Грут был Грутом. Но выбирать не приходилось.

Не выпуская из рук горшок с Грутиком, Квилл взмыл в воздух, плавя мостовую огнем из реактивных сапог. Ракета крепко держался за него.

– Кия, – сказал Квилл, – возвращайся к остальным. Мы с Ракетой полетим.

Его слова несли скрытый смысл: «Попробуешь сбежать – мы догоним тебя в считаные секунды».

Ракета мысленно добавил другое послание: «А у Ракеты есть безразмерная пушка, которую ему не терпится применить, так что не провоцируй его».

Кия кивнула и побежала.

Отсалютовав отцу девочки, Квилл полетел туда, где ждали остальные Стражи.

– Отдайте моего Грута! – гневно кричал вслед отец.

– Лучше за ребенком следи, черт бы тебя побрал! – ответил Питер.

Со спины Квилла Ракете было хорошо видно Кию. Та нырнула в застывшую в смятении толпу, увернувшись от троицы мужчин, попытавшихся преградить ей путь. Ракета не мог не оценить удивительную ловкость девушки. Ей не хватало грациозности Гаморы и мощи Дракса, но она была компактна, практична и ни перед кем не красовалась. Стоило Ракете так подумать, как Кия споткнулась, а затем еще раз. В обоих случаях девушка сохранила равновесие, но было непонятно, почему она споткнулась. На земле не было никаких препятствий. Наверное, колени ее подвели.

По крайней мере, она не намеревалась их ослушаться, и Ракета перестал за ней наблюдать. Судьба Грута была важнее. Оригинальный Грут встречал друзей на краю крыши. Его двойник как раз выходил из магазина тканей. Чтобы не застрять в дверном проеме, ему пришлось низко пригнуться. Перед Грутом шли двое мужчин, еще двое – позади.

Двойник был закован в энергетические кандалы. Красные нити энергии удерживали его конечности прижатыми к телу и позволяли лишь понемногу переступать ногами. Концы нитей были в руках у сопровождавших Грута мужчин. Из магазина появилась еще одна группа, но увлеченный Грутом Ракета даже не стал их пересчитывать.

Одна рука двойника оканчивалась обрубком у локтя. Вся его правая нога и часть туловища были обуглены. По всей коре виднелись вмятины и трещины.

Ссутулившийся, грустный, молчаливый Грут едва передвигал ноги.

– Где транспорт? – произнес один из его конвоиров.

– Должен быть на месте… Видать, снова опаздывают, – ответил другой.

– Я есть Грут. – Грут на крыше остолбенело смотрел на своего двойника. – Я есть Грут?

– Квилл, – шепнул Ракета на ухо Питеру. – Теперь-то разрешишь пострелять?

– Конечно. С превеликим удовольствием.

– Вот так бы сразу!

18

Если бы Питер знал Ракету недостаточно долго, то наверняка занервничал бы, увидев, как енот целится из огромной пушки в непосредственной близости от его головы. А так Квилл всего лишь старался двигаться как можно ровнее, чтобы позволить Ракете лучше прицелиться.

Бах!

Один из конвоиров израненного Грута повалился на землю. Энергетическая цепь, которую он держал, взвилась в воздух и упала рядом.

– Тебе бы глушитель. По-моему, у меня барабанная перепонка лопнула, – пожаловался Питер, приземляясь. В этот самый момент их нагнала Кия. Передав ей горшок с маленьким Грутом, Квилл подождал, пока слезет Ракета, и снова взмыл вверх, чтобы осмотреться.

Пьяные прохожие разбежались кто куда. Троица конвоиров у магазинчика тканей не выпускала Грута. Они успели вооружиться. Ракета выстрелил еще в одного, но промахнулся.

Из магазина высыпала целая толпа грозного вида громил разных полов и биологических видов. Судя по одинаковым формам и рациям, это были охранники арены. С оружием наготове они начали окружать Стражей.

Что же касается самих сколько-то-там-раз-спасителей-галактики, то Ракета был разъярен, Дракс и Гамора как раз спрыгивали с крыши казино, а остальные…

– Кия, береги Грутика и не лезь в драку, – приказал Квилл по рации. – Грут, а ты оставайся на крыше и не высовывайся.

Эти ребята смогли как-то заставить двойника биться на арене, и Питеру не хотелось подставлять под их оружие настоящего Грута.

– Дракс, Гамора, займитесь охраной. Ракета, я отвлеку конвоиров, а ты попробуй освободить нашего приятеля.

– Будет сделано, – ответил Ракета и, пригнувшись, побежал через дорогу.


В сумерках существо его размера заметить непросто, особенно если враги заняты тем, чтобы не попасть под раздачу Дракса и Гаморы. В то же время Квилл кружил сверху, отвлекая троих конвоиров Грута и вызывая огонь на себя, чтобы снизить вероятность попадания в случайных прохожих.

Наконец Ракета добрался до цели. Бесшумной тенью он подкрался к Груту, выхватил нож и принялся пилить связывающие того кандалы. Двойник удивленно мычал, но не сопротивлялся. Казалось, его не пугали ни драка, ни свистящие кругом пули, ни лазерные лучи, ни холодные вспышки Квиллова бластера.

– Еще минутку, приятель, – прошептал Ракета.

Одна энергоцепь с шипением распалась, и енот принялся за следующую.

Конвоиры были всего в нескольких метрах, двое из них заметили Ракету. Квилл обезоружил громил, так что они не представляли угрозы: оружие одного растеклось по асфальту, а бластер другого вмерз в стену магазина.

Третий конвоир по-прежнему был вооружен и не преминул нацелить оружие на Ракету. Тот вскочил.

– Оставь моего…

Не произнеся угрозу до конца, конвоир спустил курок.

Ракета взвизгнул и прыгнул в сторону, задними лапами отталкивая Грута с линии огня, но опоздал: луч задел двойника, оторвав остатки руки и ранив бок. Грут лишь слегка пошатнулся.

– Я есть Грут? – гулко, сердито проговорил он, однако даже не попытался броситься на нападавшего.

Что такого они сделали с этим Грутом, что он стал похож на лунатика?

Ракета продолжал уворачиваться от выстрелов, когда услышал крик.

– Я… есть Гру-у-ут!

Кричал не двойник.

Это был их собственный Грут.


Он спрыгнул с крыши.

Дракс отбросил в сторону одного из охранников и обернулся точно в тот момент, когда Грут коснулся ногами земли.

Раздался громкий треск, во все стороны полетели щепки.

Грут приземлился посреди дороги и довольно долго оставался неподвижным. Оставшиеся зеваки поспешили скрыться.

Дракса это обеспокоило: обычно прыжок с двухэтажного здания не мог повредить их древовидному другу.

Между ним и Драксом стояла Кия, прижимая к груди горшок с Грутиком.

– Что случилось?

Грут пошевелился, приподнялся и осмотрел себя.

– Я есть… Грут?

Его ноги представляли собой ужасное зрелище. При ударе о землю они потрескались, одна даже вывернулась в сторону, а лодыжка переломилась пополам.

– Вроде жив, – сказал Дракс Кии.

– Еще Грут?! – удивленно воскликнул конвоир. – Хватайте его! Мы станем богаты!

Грут поднял голову и неуклюже поковылял на сломанных ногах.

– Я есть Гру-у-ут! – прикрикнул он на стрелявшего в Ракету конвоира и одним ударом сбил его с ног.

– Так ему! – радостно воскликнул Дракс.

Падение с такой высоты для его друга – сущий пустяк…


А вот прямое попадание из бластера – нет. Питер слишком поздно заметил опасность. У одного из обезоруженных конвоиров оказалось запасное оружие, и он пустил его в ход. Питер метнул в конвоира огненный заряд, но не смог его остановить.

Грут мчался вперед, хаотично двигаясь, будто был пьян.

Выстрел поразил Стража в грудь.

Не обратив на это внимания, Грут двинулся дальше. Второй выстрел последовал за первым, выбив из тела Грута кучу щепок. Покачнувшись, друг опустился на одно колено.

Огонь из элементального бластера Квилла накрыл стрелка, прежде чем тот успел выстрелить в третий раз. Охранник с воплями бросился бежать.

В это время Ракета закончил разбираться с другим конвоиром, и теперь остался лишь один – безоружный, у которого, видимо, не было запасного бластера.

– Дракс, освободи пленного Грута, – скомандовал Питер. – Гамора, как у вас дела?

– Разогнала последних охранников, – ответила наемница. – Им пришла в голову занятная идея: навалиться на меня всей толпой.

Квиллу даже стало их немного жаль.

Пришло время заняться командой. Грут сидел посреди дороги, не способный самостоятельно подняться. Кия пыталась ему помочь, но израненные ноги подкашивались, а тело трещало при каждом неосторожном движении.

К ним подкралась пара предприимчивых зевак, решивших, что нельзя упускать возможность захватить сразу двух Flora colossi: одного раненого, другого маленького. Квилл пальнул в них градом.

– Есть еще желающие? – крикнул он.

Пленный Грут ни на что не реагировал.

Драться он не пытался и лишь напряженно, удивленно наблюдал за дракой Ракеты и конвоира.

Дракс решил, что причину они выяснят по возвращении на корабль. Он сорвал с Грута оковы, освободив туловище, а затем присел, чтобы освободить ноги.

– Идем с нами. Если кто-нибудь попробует помешать, мы его…

– Грут!

Обернувшись через плечо, Дракс увидел кричавшего. Это был конвоир с ожогами на лице, лежащий в обгоревшей одежде в нескольких шагах от него.

– Мы забираем нашего друга, – сказал ему Дракс. – Возражения не принимаются.

Конвоир дико, пронзительно рассмеялся, не обратив на Дракса никакого внимания. Он таращился на Грута.

– Слушай. Я… есть… Грутище.

Услышав эти слова, двойник расправил плечи. Глаза его будто затянуло кровавой пеленой. Из глотки вырвался первобытный вопль, и Грут бросился на Дракса, размахивая огромной лапищей. Силач отпрыгнул и прижался к земле, едва избежав удара.

– Грут, я тебя чем-то рассердил? – удивленно спросил он.

– Замечательно, – сказала Гамора, бросаясь Драксу на помощь. – Промывка мозгов – как раз то, чего нам не хватало.

Не сводя глаз с Грута, она приняла боевую стойку.

– Нам промывка мозгов как раз не нужна, – с серьезным видом поправил ее Дракс.

Квилл бросил прикрывать с воздуха Кию и оригинального Грута и повернул к двойнику, на лету стреляя из бластера.

– Прости, дружище, но, когда к тебе вернется рассудок, ты сам будешь мне благодарен!

Нога Грута покрылась льдом.

– Я есть Грут! – крикнул он и с легкостью стряхнул ледяную корку.

Ближайшим врагом по-прежнему оставался Дракс, и Грут в бешенстве кинулся на него.

Дракс заблокировал атаку руками. Пальцы клона треснули от удара, но он не останавливался, продолжая яростно реветь.

– Всегда какие-то сложности, – посетовал Квилл. – Дракс, займи двойника, пусть выдохнется! Сил у него должно быть немного, как и у остальных Грутов. Ракета, помоги Драксу: отвлеки этого Грута разговорами – может, он придет в себя? Гамора, Кия, возьмите нашего и маленького Грутов и возвращайтесь с ними на корабль. Местные, должно быть, насмотрелись на бои и теперь не прочь заполучить Flora colossi себе.

Квилл замолчал и переключил канал связи.

– Груты на корабле, прием! Можете подвести корабль поближе к нам? Желательно в целости и сохранности. А я в это время отгоню зевак. Они что там, ставки делают?

– Мы же на Тоне-4, чувак, – ответил Ракета. – Чего ты ожидал?

Дракс вполне мог занять зомбированного Грута. Он уклонился от двух его ударов, отшатнулся от третьего… но недостаточно далеко. Пальцы Грута прошлись по его груди, оставив довольно глубокие раны.

Сложность была в том, что Дракс не привык увиливать. Уклонение в бою он считал глупой тактикой. Куда эффективнее было броситься на противника и проломить ему череп или свернуть шею, оторвать руку или ногу, а то и позвоночник выдернуть.

Дракс знал множество хороших тактик, но ни одна из них не подразумевала «не попадать под удары». Это было утомительно, и воину стоило огромного труда не отвечать на атаки.

Единственным сдерживающим фактором было то, что у противника было лицо его друга. Но даже это не могло длиться бесконечно…

Драка могла закончиться плачевно. К Драксу подскочил Ракета.

– Грут! – улыбнувшись во весь рот, енот позвал двойника. Правда, искренней улыбки не получилось: физиономия Грута была настолько искажена гневом, что Ракета с трудом его узнал.

– Эй, дружище, что на тебя нашло? Мозг совсем замшел?

– Я есть Грут! – крикнул двойник.

– Крушить? Оставь это дело Драксу, он в этом большой специалист.

Воин согласно кивнул.

– Не хочу повторяться, – продолжил Ракета, подбегая к Груту и запрыгивая на него, – но это на тебя непохоже. Видишь вон то печальное дерево, опирающееся на плечо Гаморы? Вот это ты.

Двойник принялся отмахиваться от назойливой помехи единственной израненной рукой, но Ракета был очень быстр и легко перескакивал с одного плеча на другое.

– Ты что, нас не узнал? Э-э-эй! Знакомый у меня голос?

– Я есть Грут! – Грут продолжал яростно отбиваться и попытался схватить енота. – Я… есть… Грут!

Вдруг он согнулся в три погибели и напрягся всем телом. Из спины поползли свежие ветви. Одна ударила Ракету по бедру, другая – по морде. Енот отлетел в мусорную кучу неподалеку.

– А это еще зачем? – воскликнул он, вскакивая.

Однако Страж сильно замешкался, и его хвост оказался прижат ногой Грута, еще покрытой остатками ледяной корки после выстрела из бластера Квилла. Ракета попытался вырваться, но его когти лишь бессильно скребли по мостовой.

Грут занес вторую ногу, чтобы раздавить енота.

– Эй, полегче! – Ракета перестал вырываться. Откинувшись на спину, он выхватил бластер и нацелил его на Грута. – Приятель, не вынуждай меня стрелять.


Нога Грута опустилась.

В это мгновение в него врезался Дракс, и оба клубком откатились в сторону магазина тканей. Дракс изодрал всю спину об асфальт и о кору соперника. Захрустели ломающиеся ветки. Дракс оседлал Грута и прижал его единственную руку к земле, желая обездвижить того.

– Пора бы… тебе… выдохнуться, – произнес он.

– Я есть Грут!

Ракета наконец поднялся и осторожно отряхнул хвост.

– Избыток сил – побочный эффект промывки мозгов, – произнес енот, сплевывая. – Это еще не предел. Будь он цел и здоров, от нас бы и мокрого места не осталось.

– От меня бы что-нибудь да осталось, – Дракс еще сильнее навалился на Грута, пусть тот и действительно слабел. – Грут, я не хочу причинять тебе боль.

– Я есть Грут!

– Взаимности от него не жди, – перевел Ракета, хоть в этом и не было нужды.

Дракс гневно посмотрел на Грута. Он нередко размышлял о том, каково это – драться со столь непредсказуемым противником, как Грут, но нельзя сказать, чтобы он жаждал проверить это на практике. Грут никогда не проявлял агрессии и никого не злил.

Вокруг груди Дракса обвилась лоза. Разрушитель приготовился к сопротивлению. Двойник Грута попытался скинуть его, но безуспешно. Казалось, двойник отчаялся: ярость во взгляде сменилась усталостью. Сказывались и слабость, которую испытывали все Груты, и раны, полученные на арене, и затянувшаяся схватка с Драксом и Ракетой. Он вконец вымотался.

– Я есть… Грут, – клон с трудом выпустил шипы, желая пронзить Дракса, но отростки даже не поцарапали кожу воина.

На эту атаку, видимо, ушли все оставшиеся силы Грута.

– Звездный Лорд, – сказал Дракс по рации, слезая с двойника, – мы его взяли.

Квилл подлетел к ним и завис над распростертым телом Flora colossus. Одного выстрела из элементального бластера хватило, чтобы окончательно его обездвижить.

Какой бы сложный ни предстоял бой, Дракс всегда был уверен в победе. Он знал, что Стражи одолеют любых врагов, спасут всех, кого нужно спасти, и, вернувшись на корабль с триумфом, пропустят по стаканчику чего-нибудь горячительного.

От стаканчика чего-нибудь горячительного он и сейчас бы не отказался. Но, принимая во внимание плачевное состояние настоящего Грута и его зомбированной, извращенной копии, обычного победного настроения Дракс не ощущал.

19

Прежде чем доставить Грута в безопасное место, нужно было решить две проблемы. Во-первых, из-за размеров его нельзя было просто взять и понести, а во-вторых, Страж сопротивлялся. Он постоянно отпихивал Гамору и порывался вернуться назад, где продолжалась драка.

– Я есть Гру-ут, – обратился он к Грутику.

– Дракс и Ракета разберутся, – подталкивала его вперед Гамора.

Опираясь на ее плечо, Грут кое-как ковылял, с каждым шагом все больше наваливаясь на Гамору. Походка его напоминала аллюр в исполнении хромого коня. Раны понемногу затягивались – ноги приобретали прежнюю форму, тело выпрямлялось, – но процесс шел медленно. Такими темпами до полного выздоровления пройдет больше часа.

Впрочем, он сам был виноват в полученных травмах.

– За нами хвост, – заметила Кия.

Она шла позади Гаморы и Грута и несла горшок с Грутиком. Они свернули в переулок. Впервые девушки остались почти наедине: Груты были не в счет, ведь Кия не могла с ними общаться. Наемница заметила, что та явно стеснялась ее компании, но тем не менее беспрекословно подчинилась приказу Квилла.

Быть может, она не хотела злить Стражей.

Или просто хотела оказаться подальше от желающих украсть Грутика зевак.

Или до Кии наконец дошло, что Гамора ей не враг.

Последнее казалось маловероятным, и наемница сама понимала, что не стоит тешить себя лишними надеждами (она толком не понимала даже, на что вообще надеется и когда эти надежды появились).

Точно можно было сказать одно: Кия вполне могла сбежать. У нее была для этого прекрасная возможность. Все Стражи заняты, вокруг лабиринт зданий, торговых рядов и толпа прохожих – спрятаться легче легкого. К тому же Кия наверняка хорошо знала местность и вполне могла присмотреть себе укрытие.

Но девушка сопровождала Гамору и даже решилась заговорить. Возможно, надежды наемницы не были напрасными.

Гамора остановилась и обернулась. Кто-то действительно приближался. Наемница увидела, как блеснули в сумерках ножи.

– Всего трое? – удивилась она, преграждая им путь. – Вы что, совсем бестолковые?

– Я есть Грут!

– Стой смирно, – ответила Гамора. – Ты не в состоянии драться.

– Я есть Грут.

– Я знаю, что ты просто хочешь помочь.

– Я есть Грут? – пропищал Грутик на руках у Кии.

– Дай сюда горшок! – крикнул один из преследователей, хромой мужчина в рваных и заляпанных кровью штанах.

– Хватай горшок, – велел другой, – а мы возьмем большого!

Гамору искренне удивляло, откуда у этих жалких людишек столько самоуверенности.

– Это отец той девочки, – заметила Кия. – Он купил у меня Грута.

Гамора оглянулась.

– Обратно он его не получит.

Кия приняла боевую стойку, готовясь постоять за себя, даже несмотря на то что ее руки были заняты. Ее взгляд перебегал с Гаморы на нападавших.

– Не пораньте девчонку! – крикнул один из них. – Так нам больше заплатят!

Заплатят? Кто?

Гамора прищурилась. Первый атакующий сунул руку в карман и достал – нет, не нож, а кое-что похуже.

– Ложись!

Развернувшись, Гамора толкнула Кию наземь и накрыла собой. Падая, та что-то недовольно прошипела.

Спустя мгновение рядом упала граната. Раздался хлопок – тихий, слишком тихий.

Пс-с-с!

Наступила кромешная тьма.

Теневая граната.

Занятно.

Но глупо.

Бесполезно.

– Тру́сы, – сказала Гамора.

Темнота не была ей помехой. Женщина хорошо слышала врагов. Вон они. Гамора легко повалила ближайшего, хорошенько приложив его лицом о стену. Раздался хруст. Увы, хрустнул не череп: звук ломающихся костей Гамора знала хорошо. Должно быть, треснули очки ночного видения или что-то в этом духе.

Для следующего нападавшего хватило одного удара. «Даже меч можно не расчехлять», – подумала Гамора.

А вот куда подевался третий? Гамора прислушалась, стараясь определить среди уличного шума нужный ей звук. Шуршали шаги Грута, стонали поверженные противники, Кия переступила с ноги на ногу…

Ага.

– Хочешь Грута? – вскрикнула Кия. – Так получай!

Что-то снова хрустнуло – и опять не череп, – а следом раздался глухой удар тяжелого тела о землю. Слышно было, как сыпется что-то мелкое, одновременно твердое и мягкое. «Осколки горшка, – догадалась Гамора, – и земля».

– Я есть Грут, – послышался печальный голос Грутика.

– Ты его горшком ударила? – спросила Гамора.

– Да, – раздался ответ после непродолжительной паузы.

– Малыш Грут цел?

– Он уже достаточно большой, чтобы обходиться без горшка.

– Я есть Грут, – произнес Грутик угрюмым, но вполне здоровым голосом.

– Грут, а ты как?

– Я есть Грут.

Хорошо. Все целы. Гамора включила наручный коммуникатор и провела быстрый поиск. Спустя несколько секунд она нашла то, что искала: на экране высветились голографические буквы рекламы, обещающей награду за возвращение Кии Коллекционеру.

Гамора поджала губы и выключила коммуникатор. Переулок вновь погрузился во тьму.

Ситуация усложнилась.

– Я есть Грут? – спросил Грут.

Грутик усмехнулся.

– Я есть Грут. Я есть Гру-у-ут.

– Что они говорят? – поинтересовалась Кия.

– Грут спросил, как мы себя чувствуем. Грутик ответил, что справляться у меня об этом после встречи с такими слабаками – оскорбление. В общем-то, он прав, но я не сержусь.

Гамора замолчала. То, что Кия отвечала на ее вопросы и даже задавала свои, уже было нехилым прогрессом. Не стоило лишний раз давить на девушку. Но удержаться от еще одного вопроса Гамора не могла.

– Кия, ты цела? Не поранилась?

– Нет.

– Мне послышалось, что тебе было больно.

– Со мной все в порядке.

Гамора вернулась туда, где оставила Грута.

– Я знаю, что я слышала.

Кия промолчала.

– Не надо меня обманывать.

– Ты мне не… – начала было Кия, но тут же прикусила язык.

Несколько секунд она молчала. Когда девушка продолжила, то говорила торопливо и сердито, словно не желая объясняться, но и смолчать тоже не могла.

– Дело в имплантах, вот и все. Они долго приживаются, несколько месяцев, а то и лет. Я успела сбежать, прежде чем Тиван, – тут Кия замолкла и перевела дух, – закончил работу.

Опершись рукой о стену (Гамора услышала легкий шорох), Кия переступила с ноги на ногу (тихие шаги по мостовой).

– Это опасно, – пробормотала себе под нос Гамора.

Незаконченная процедура имплантации могла означать, что сила Кии значительно превосходила ее выносливость, а тело могло остаться недостаточно гибким и подвижным, чтобы справляться с доступной ей теперь скоростью передвижения. Неправильно прижившиеся импланты могли повредить ее органы, мускулы, кости и сухожилия.

– Можно попробовать найти способ завершить процесс, – сказала Гамора.

– Завершить? – огрызнулась Кия. – Если бы я хотела его завершить, то сама бы обратилась по объявлению. Нет, я хочу, чтобы все это из меня вынули.

Радуясь, что Кия ее не видит, Гамора сокрушенно покачала головой. Кость легко заменить металлом, а вот наоборот – куда сложнее.

– Зачем, по-твоему, я торговала Грутами? – голос Кии звучал тише, натужнее. – У меня постоянно все болит. Мне нужны были деньги на квалифицированного кибер-хирурга.

Гамора молча переваривала услышанное.

Но тишина не была полной. За спиной группы вновь раздались шаги и бормотание.

– Я кое-что придумала, – сказала наконец Гамора, – но сначала нужно разобраться с очередными преследователями.

20

Силовое поле с шипением накрыло дверной проем. Лишь убедившись, что для запертого в каюте зомбированного двойника Грута не осталось ни одной лазейки, Квилл убрал свой элементальный бластер.

– Весело было, – сказал Ракета.

– Не соглашусь, – возразил Дракс.

Пятерка Стражей с Кией расположились в кают-компании. Всех Грутов временно переместили в другие отсеки, чтобы те не мешали держать совет.

– Ну что, – начал Питер, – без телепата нам не обойтись?

Ракета кивнул.

– Космо или Лунный Дракон вправят ему мозги как раз плюнуть.

– Мозг Грута устроен достаточно хитро, – заметила Гамора. – Даже у телепата могут возникнуть проблемы.

– Я есть Грут, – заявил оригинальный Грут.

Он только-только закончил регенерировать и выглядел немного рассеянным. Все его внимание занимал запертый в каюте двойник, и Страж, похоже, напрочь забыл об остальной команде.

Гамора и Кия стояли друг против друга, скрестив руки на груди. Обе выглядели настороженно, словно чего-то выжидали. Ракета приглядывал за зомбированным Грутом, готовый при необходимости как пресечь попытки к бегству, так и успокоить его.

– С ним, кажется, все нормально, – сказал Дракс, опираясь на спинку дивана.

Силовое поле между пленным Грутом и Стражами было едва видно, заметить его можно было лишь по легкому трепетанию воздуха в проеме, и то под конкретным углом.

Двойник молча разглядывал Стражей.

Пока его транспортировали на корабль, пленник не произнес ни слова, но и не сопротивлялся. Каюта, где он был заперт, принадлежала Груту – то есть была, по сути, его собственной, и Стражи надеялись, что здесь к нему вернутся память и рассудок. Но Грут даже не взглянул вокруг. Он сидел у порога, наблюдая за Стражами и не пытаясь избавиться от по-прежнему покрывавшей его ноги ледяной корки. Один раз он пробормотал что-то непереводимое, после чего окончательно замкнулся в себе и, казалось, потерял последние силы от усталости.

– Главное – чтобы никто случайно не сказал, – Питер вспомнил кодовые слова «я есть Грутище», – сами знаете, что. И неизвестно, на какие команды он еще реагирует.

Квилл обратился к пленнику.

– Прости, приятель. Мы попробуем тебе помочь.

– Я есть Грут, – пообещал оригинальный Грут.

Питер был не готов давать обещания. В непредвиденной ситуации приходилось все больше импровизировать, и из-за этого он чувствовал себя некомфортно, ведь на кону была жизнь его друзей.

– Я есть Грут? – спросил оригинальный Грут.

Двойник не ответил.

Питер подождал немного в надежде, что пленник решится наконец поговорить с ними и, возможно, даст повод выпустить его. Но пока этого не предвиделось.

Грут, скрипя всем телом, уселся на диван.

– Попробуем позже, – сказал Квилл. – Пусть пока посидит там. Он едва не уделал нас после ночи гладиаторских боев, и мне не хочется проверять на себе его полную силу.

– Даже ослабший Грут опасен, – согласился Дракс, перегибаясь через спинку дивана, чтобы взглянуть в лицо Груту.

Тот даже не отреагировал, продолжая молча разглядывать своего двойника.

– Грут, – продолжил Дракс, – лучше тебе остаться здесь, пока мы будем на задании. Не стоит подвергать тебя лишней опасности.

– Не валяй дурака! – возразил Ракета, вскакивая на подлокотник.

Питер с Гаморой переглянулись. Кия согласно кивнула. Грут помолчал еще секунду-другую, после чего, кажется, понял. Он тут же вскочил, напоказ вырастив из ноги свежую веточку.

– Я есть Грут? Я есть Грут!

– Ты переломал себе ноги, всего лишь спрыгнув с крыши, – сказал Дракс. – Мы не хотим, чтобы ты снова пострадал.

– Чувак, ты не можешь вот так взять и приказать ему сидеть смирно, – парировал Ракета. – Лучше Кию оставим. За нее же награда объявлена! Стоит кому-нибудь ее узнать, как Коллекционер тут же сядет нам на хвост.

Грут умоляюще взглянул на Квилла.

– Эй, не смотри на меня так, – развел руками тот. – Мы не станем тебя заставлять, но подумай сам: ты и правда не в лучшей форме.

Кора на плечах Грута затрещала и зашевелилась, словно он пытался отрастить новые веточки, но ничего не произошло. Квилл надеялся, что это означало лишь то, что Грут решил лишний раз не сердиться и не волноваться, а не то, что у него уже не осталось сил.

– Я есть Грут, – лицо Грута перекосилось. – Я… есть Грут?

Он поковылял прочь из кают-компании.

– Я с тобой, дружище, – вскочил следом Ракета.

– Я есть Грут? – подал голос зомбированный двойник, протягивая руку к силовому полю.

Питер обернулся. Он не понял, что сказал пленник: слова были спутанными и невнятными, – но попытка общения все равно была добрым знаком.

Кия проводила взглядом Ракету и Грута.

– Похоже, он обиделся.

– Это точно, – согласился Дракс.

– Почему он не хочет оставаться в безопасности? – удивилась Кия. – Он так медленно излечивается, любая рана для него опасна. Зачем он рвется в бой?

– По той же причине, что и остальные Груты, – ответила Гамора.

– Грут – он… – Питер запнулся.

Кия была с ними недавно и несла ответственность за многие из свалившихся на них в последнее время неприятностей. Древовидный Страж мог не одобрить, если бы Квилл начал рассказывать о нем за его спиной. Пусть другие Груты и испытывали к Кии симпатию, про их Грута сказать этого было нельзя.

Впрочем, если рассказ Питера мог помочь Кии осознать, что она натворила, а зомбированному Груту – прийти в себя, то попробовать стоило.

– Что ты вообще знаешь о Flora colossi? – спросил Звездный Лорд.

Кия недоверчиво посмотрела на Квилла, подозревая в вопросе подвох.

– Я неплохо изучила физиологию этого вида, но с их психологией или культурными особенностями незнакома.

– Большинство Flora colossi непохожи на Грута. Они умны, сильны, но при этом весьма недружелюбны. На представителей других рас эти создания смотрят свысока. Млекопитающих они используют в качестве дешевой рабочей силы и подопытных. Грут был не согласен с таким отношением и всегда выступал в защиту млекопитающих. Теперь его не слишком-то привечают на родине.

– Он пошел против своего народа и вынужден был покинуть дом ради идеалов, – добавила Гамора. – Стражи Галактики путешествуют по Вселенной, заводят новых друзей, помогают тем, кто в нужде, – Груту это по нраву. Ему нравится быть таким – самим собой.

– А сейчас… – Питер перевел взгляд с зомбированного двойника на корыто с рассадой в углу и на брошенный горшок с землей, в котором еще недавно рос маленький Грутик, – думаю, он засомневался, что сможет и в дальнейшем оставаться собой.

– Он даже временно не хочет выходить из состава команды, – сказал Дракс. – Его не переубедить.

– Он напуган, – сказала Гамора, – боится потерять то, что делало – и делает – его Грутом.

В кают-компании повисла тишина.

Кия прикусила губу. Тень сомнения промелькнула на лице девушки, несмотря на то что она оставалась, как обычно, настороже. Поняв, что от нее ждут ответа, Кия вернула лицу привычное выражение.

– Я, гм, – начала она, нервно моргая, – найду тех Грутов, на которых проводила эксперименты по их слиянию.

На мгновение показалось, что Кия хочет добавить что-то еще, но она лишь развернулась и, едва не споткнувшись, вышла из кают-компании, по пути оглянувшись на запертого за силовым полем зомбированного Грута. Квилл готов был поклясться, что она почувствовала себя виноватой.

В каюте остались четверо: Дракс, Гамора, Питер и пленный Грут.

– Слышал, что я рассказывал Кии о Flora colossi? – спросил Квилл двойника за силовым полем.

Тот кивнул, но по выражению его лица сложно было понять, запомнил ли он всю историю. Для начала любой ответ был неплох.

– Дружище, прости, что пришлось тебя запереть. Ты поправляйся, а мы пока разыщем какого-нибудь знакомого телепата. Тебе там удобно? Располагайся, мы будем тебя навещать.

Пленный Грут снова уселся напротив силового поля, обхватив руками колени, и осмотрел помещение, словно готовясь к долгому путешествию.

– Отдыхай, – добавил Питер. – Позже мы пришлем сюда других Грутов, чтобы тебе было нескучно.

Пленник снова кивнул, но так и не взглянул на Квилла.

Выйдя из кают-компании, Питер тяжело вздохнул.

– Сейчас бы бургер съесть, – пробормотал он. – Даже искусственный зеларианский сошел бы.

– Гадость какая, – прокомментировал Дракс. – Но я бы тоже поел. Может, и Грут захочет?

– Гамора, ты с нами?

– Нет, – ответила та. – Пойду с Ракетой поболтаю.

21

– А нельзя обойтись без этого? – спросил Ракета.

– Нет.

Гамора быстрым шагом шла по коридору, а енот едва поспевал за ней. И почему все постоянно забывают, что у него недостаточно длинные лапы? Почему он и предпочитал перемещаться, сидя на загривке у Грута. Однако в этот раз Грут сидел на загривке у него. Точнее, два Грутика, подобранных в трюме. Они восседали на плечах у Ракеты, и один, особенно бойкий и вредный, постоянно подначивал другого, а тот отвечал лишь редкими взволнованными репликами. Их тоненькие ручки и ножки крепко цеплялись за мех и комбинезон Ракеты.

Енот поспешил за Гаморой.

– Эй, оставьте мой мех в покое! – уже в десятый раз прикрикнул он, когда один из Грутиков случайно выдрал ему клок шерсти. – Гамми, зачем ты меня с собой потащила? Как по мне, так твоя Кия может отправляться в открытый космос без скафандра, если угодно. Пусть полюбуется пейзажем, посмотрит на звезды, подышит свежим вакуумом. А лучше сдать ее Коллекционеру и получить кругленькую сумму кредитов. Плевать я хотел на ее импланты, вот что я хочу сказать.

– Плевать, говоришь? Будто тебе самому не доводилось бывать в шкуре лабораторной мыши, – резко ответила Гамора. – А позвала я тебя потому, что никто на борту лучше тебя не разбирается в технике.

– И-и?

– Хватит тебе комплиментов.

– Ну ладно, и так сойдет, – проворчал енот. – Зачем ты ей помогаешь? Ты ведь не обязана.

– Обязана.

– Говоришь так, будто она пострадала по твоей вине.

– Я есть Грут, – вставил спокойный Грутик.

– Ты серьезно? – обернулась Гамора.

Ракета подумал было, что подруга рассердилась, но выражение ее лица было, скорее, удивленным.

– Думаешь, мной движет чувство вины? По-твоему, я пытаюсь переложить на себя ответственность за преступления Коллекционера?

– Разве не так?

Гамора остановилась у дверей медпункта и взялась за ручку.

– Ракета, я в своей жизни достаточно натворила, чтобы брать ответственность за чужие грехи вдобавок к своим. Нет, здесь виновен только Коллекционер, и он за это ответит.

Ракета скривился.

Раз чувство вины тут было ни при чем, то странному поведению Гаморы оставалось лишь одно объяснение. Дело было в том, что Кия оказалась зен-воберианкой. Гамора испытывала к ней родственные чувства.

Наемница открыла дверь.

Кия расположилась на стуле, закинув ногу на ногу. На столе перед ней сидел Грутик. Девушка осматривала руку двойника.

– Я есть Грут, – поприветствовал он вошедших.

Кия резко выпрямилась, но тут же, насколько это было возможно, расслабилась, узнав Стражей. Ракета недоумевал, как она могла оставаться спокойной в их присутствии, учитывая, что он то и дело порывался выкинуть ее с корабля, а Гамора, в принципе, была для девушки страшнее огня.

Возможно, Кия попросту была с норовом.

Впрочем, не она одна.

Если бы Ракета не знал Гамору так давно, то не заметил бы перемен в ее облике и поведении. При виде Кии ее зрачки расширялись, она подолгу заглядывалась на девушку, будто пытаясь запечатлеть в памяти ее лицо. От этого по шкуре Ракеты бегали мурашки.

Да, родственные чувства, вне всякого сомнения.

Ракете это не нравилось, и дело было не в том, что одержимость Гаморы послужила в первую очередь причиной того, что Кия оказалась на борту, и того, что пойманные Коллекционером Груты теперь были вне досягаемости.

«Она может вылечить Грута, – напомнил себе енот, оглядываясь на сидящих на плечах Грутиков. – Не забывай об этом».

Лучше твердить себе это снова и снова, нежели предаваться другим навязчивым мыслям. Ракета никогда не встретит того, на кого можно было бы смотреть так, как Гамора смотрит на Кию.

– Как делишки? – енот постарался, чтобы его голос звучал ехидно, но не агрессивно.

– Пока никак.

Он ожидал подробных объяснений, но Кия замолчала.

– И это все? – фыркнул Ракета. – Мы что, зря тебя кормим по три раза в день? Если так, то пора прикрывать лавочку. Как говорится, попытка не пытка, но если результата нет, то и шут с ним.

Кия потупила взгляд. Она тяжело дышала, то ли пытаясь собраться с духом, то ли стараясь придумать подходящий ответ.

– Мне нужно время, чтобы собрать необходимые данные. По-другому никак. Пока мне удалось выяснить, что Flora colossi легко могут поглощать любую растительную материю, но с вбиранием других Flora colossi у них возникают трудности. Они способны срастаться туловищами, но всегда разделяются, прежде чем слиться воедино. Необходимы дальнейшие исследования.

«Ну-ну», – подумал Ракета.

– У меня есть кое-какие идеи. Пока что я прошу разных Грутов соединяться и записываю результаты наблюдений. Я слежу за тем, как быстро у них получается срастись и сколько усилий они при этом затрачивают. Также я наблюдаю за тем, как сращивание влияет на каждого Грута в отдельности, – Кия наклонилась к сидящему на столе Грутику, – и пытаюсь понять основные принципы процесса. Полагаю, психическое состояние играет здесь немаловажную роль – и, вероятно, их текущее физическое состояние тоже. Кроме того, я изучаю фрагменты коры, взятые из мест сращивания, и вскоре смогу определить, происходит ли соединение на клеточном уровне, какие еще физиологические процессы проходят в момент сращивания и какие при этом могут быть побочные эффекты… Одним словом, пока я не могу сказать ничего определенного. Пока не могу.

Кия развела руками.

– Гм, – недоверчиво покосился на нее Ракета.

Что ж, может, она и не зря ест свой хлеб.

– Я есть Грут? – пробурчал один из Грутиков в ухо Ракете.

Тот понял, что этот малыш еще не участвовал в экспериментах Кии.

– Что будет, если Груты попытаются слиться, когда один из них будет поврежден? – спросила Гамора.

До этого момента она не раскрывала рта. Долго приходила в себя после игры в гляделки? А может, не находила что сказать – хотя этого от Гаморы ожидать было сложно. Возможно, она с осторожностью подходила к словам потому, что Кия вздрагивала при каждом звуке ее голоса. Ракете определенно не нравилось неестественное поведение подруги. Ему хватало странностей, происходящих с Грутом.

– Если бы я знала, – не глядя ответила Кия.

– Я есть Грут, – Грутик, которого Кия обследовала, сжал ладонями край столешницы и немного покачался взад-вперед. – Я есть Грут.

Ракета скривился.

– Знаю, дружище.

– Что он сказал? – спросила Кия.

– Он волнуется за того Грута, которого мы нашли на арене. Этот малыш думал, что все Груты идентичны, что у них общие воспоминания и одинаковый характер. Он удивлен, что тот оказался таким несговорчивым.

– Память – это одно, а вот воспитание… – Кия взглянула на бойкого и агрессивного Грутика на плече у Ракеты. – Если тебя заставляют участвовать в гладиаторских боях, недолго и свихнуться. В юном возрасте Груты очень восприимчивы к влиянию извне. Я заметила это еще во время первых опытов. А когда они ослаблены, то восприимчивость наверняка усиливается.

«И кто в этом виноват?» – хотел было спросить Ракета, но вовремя прикусил язык.

– Ясно, понятно. Уж будь добра придумай, как это исправить, а то зачем еще мы тебя тут держим?

– Этим я и занимаюсь, – Кия перевела взгляд на другого Грутика.

– Давай-давай. Не хочу просто так тебя охранять.

– Ты меня охраняешь? Неужели? – саркастически произнесла Кия.

– А то как же?! Мы с Квиллом решили подкинуть Коллекционеру ложные улики. Пошлем ему зашифрованный сигнал о том, что тебя видели на какой-нибудь планете или спутнике, и пускай он хоть всю галактику перевернет. Наши улики будут правдоподобнее настоящих. К тому же это будет забавно. Но если ты вдруг против…

– Нет! – торопливо воскликнула Кия. – Нет. Это… хорошая идея.

– Вот и я того же мнения. – Запрыгнув в кресло, Ракета покопался в ящике стола и достал оттуда сканер. – Тогда приступим к следующей процедуре.

– Я попросила Ракету просканировать твои импланты, чтобы понять, как они устроены, – объяснила Гамора. – Он умнее, чем выглядит.

– Да я выгляжу как сущий гений, чего уж там! Приступим?

Кия опешила.

– Что, прямо сейчас?

Енот шустро спрыгнул на пол.

– А что, у меня на лбу написано «прием в порядке электронной очереди»? Если есть возражения, можешь поспорить с Гамми.

Не вставая с места, Кия повернулась к Гаморе, словно ожидая помощи, но тут же отвернулась.

– А мне нужно…

– Ложиться? Раздеваться? Делайте, как вам больше нравится, миледи. Мне надо только на ножку взглянуть.

Ворча, Ракета схватил Кию за лодыжку. Девушка тут же отдернула ногу и выругалась. Подтянув обе ноги на стул, Кия обхватила их руками, не отдавая отчета в своих рефлексах. Тяжело дыша, она испуганно уставилась на мохнатого Стража.

– Ракета! – прикрикнула на енота Гамора. – Полегче!

– Брр. Может, у нее инструкция по применению найдется?

– Полегче, говорю. Кия, хочешь, чтобы кто-то другой тебя осмотрел? Нам уйти?

Девушка поджала губы и задумалась, перебирая варианты.

Спустя пару секунд она решилась.

– Нет. Я потерплю.

Она снова опустила ногу.

Ракета взялся за нее одной лапой, а другой поднес сканер. Кия дрожала, и это серьезно мешало обследованию. Ракета ухватился покрепче и провел сканером от бедра до лодыжки, а затем медленно просканировал стопу. Процедура повторилась с другой стороной ноги.

– Кия! – обеспокоенно окликнула девушку Гамора.

– Я же сказала, что потерплю! – резко ответила та, отдернув ногу, как только енот ее отпустил.

– Уже все?

Ракета перебрал какие-то кнопки, пока не появилась голограмма, изображающая прозрачную ногу Кии, насквозь пронизанную острыми металлическими элементами. Кругом были нити, стержни и даже рычаги, большинство – покрытые тонким слоем гнития или, быть может, усиленного гнитиево-анжарового сплава. Ракету разбирало любопытство, но он решил повременить с вопросами.

– Все ясно. Я скажу, если понадобится повторный осмотр, – енот выключил голограмму и сунул сканер в карман. – Груты, теперь пора взглянуть на вашего злобного зомбированного собрата.

– Я есть Грут, – ответили ему Грутики.

– Что? Не смешно?

Посмеиваясь себе под нос, Ракета вышел.

22

– Так он правда сказал, что шутка Ракеты не смешная? – спросила Кия, переводя взгляд с Грутика на Гамору и тут же отворачиваясь, будучи не в состоянии смотреть ей в глаза.

Даже это казалось Гаморе добрым знаком. Раз Кия могла спокойно отвернуться от нее, значит, девушка уже не так сильно боялась.

– Правда.

– Откуда ты знаешь? Я услышала только «Я есть Грут».

– Его язык – такой же, как и любой другой, нужно лишь принимать во внимание интонацию, акценты, ударения, артикуляцию.

– Я есть Грут, – Грутик выглянул из-за плеча Кии и согласно кивнул.

Гамора замялась.

– Прости, если Ракета…

– Ничего страшного. У Коллекционера со мной и не такое вытворяли.

– Вытворяли? Кто?

Кия пожала плечами. Она давно закончила осмотр Грутика, но по-прежнему не сводила с него глаз. Трудно было понять, о чем она думает. Поза девушки говорила о том, что она настороже, в напряжении, словно сжатая пружина.

– Коллекционер и его дружки.

Гамора не решалась произнести следующие слова, но понимала, что должна. Ракета был прав, и она – тоже. Случившееся с Кией – не ее вина.

Но теперь девушка перешла под ее ответственность.

Гамора шагнула к столу, стараясь не подходить слишком близко, но при этом увидеть лицо Кии.

– Если тебе вдруг захочется об этом поговорить… – слова едва срывались с языка.

Кия напряглась еще больше.

– Необязательно со мной, – тут же добавила Гамора, догадываясь, что Кия не слишком-то горела желанием общаться с ней, – с кем угодно: мы куда лучше понимаем твое положение, чем тебе может показаться.

– Неужели? – холодно произнесла Кия.

Гамора замолчала, подбирая слова.

– Я знаю, что значит быть живым орудием, – нерешительно сказала она. – Питер знает, каково видеть, как твоя мать умирает у тебя на глазах, и каково оказаться в незнакомом мире, о существовании которого даже не подозревал. Ракета знает, что значит быть превращенным в другое существо против воли. Дракс знает, что такое потерять семью, а Грут – что есть одиночество вдали от родного дома.

«У всех нас искалеченные судьбы, – хотела сказать она. – Но мы – семья. И ты тоже можешь стать ее частью».

Вслух Гамора этого не произнесла.

Кия согнулась в три погибели, готовая в любой момент разразиться вспышкой гнева, и Гамора поняла, что она не хочет говорить. Наверное, еще слишком рано.

Однако помочь можно и иначе.

– Если хочешь чувствовать себя в безопасности, я стану твоей наставницей.

– Что-что? – Кия села вполоборота, но так и не взглянула на Гамору.

– Ты неплохо дерешься, но можно лучше. Я научу тебя сражаться, несмотря на боль, вопреки боли и даже благодаря ей, – Гамора выдавила из себя улыбку.

– Не надо.

Вымученная улыбка тут же исчезла.

– Он называл меня твоим именем, – сказала Кия.

Гамора скривилась. Неудивительно. Жестокость Танелира Тивана давно уже не поражала ее.

Но слышать это было неприятно.

– Я не хочу быть тобой, – отрывисто сказала Кия.

– Я тоже не…

– Никогда.

«Я тоже не хочу, чтобы ты была мной, – подумала Гамора. – Никогда».

Такого никому не пожелаешь. Она имела в виду совсем другое.

Зачем вообще она полезла к Кии с этим предложением?

– Я хочу домой, – сказала Кия, задирая ногу на стул и принимаясь тереть ее ладонью, чтобы унять боль. – Не хочу больше ни с кем драться.

Гамора почувствовала разочарование и поняла наконец, почему сделала такое предложение. Она ожидала услышать иной ответ.

Но не услышала.

Кия никогда не станет одной из Стражей. Здесь ей не место. Единственная во Вселенной помимо самой Гаморы зен-воберианка оказалась ранимой девочкой, не понимающей, почему Грут рвется в бой, несмотря на свое состояние, не желающей драться, а мечтающей лишь о том, чтобы растить дома цветочки и никогда не вспоминать даже имени Гаморы.

Ей не оставалось ничего иного, кроме как ответить:

– Хорошо.

– Я есть Грут, – извиняющимся тоном пробормотал Грутик.

Он не знал, оставаться ему с Кией или идти с Гаморой. Наемница покачала головой. Работа Кии была важна, и Грутику лучше было остаться с ней.

– Удачи в исследованиях, – произнесла Гамора и тихо выскользнула в коридор.


После бегства от Коллекционера Кия была занята как никогда. За несколько дней Стражи разыскали еще трех Грутов и останки четвертого. Оставалось еще много. Кия составила список покупателей и мест, куда регулярно добавлялись все, кого она могла вспомнить. Других Грутов – например, тех, кого Кия продала на рынке неназвавшимся покупателям, – обнаружить было сложнее, но даже их Стражи все равно выслеживали. Они перехватывали радиочастоты, изучали любые слухи и наводили справки везде, где останавливались. Список рос не по дням, а по часам.

По мнению Ракеты, да и остальных, список расширялся недостаточно быстро. Ситуация, в которую они попали, не могла разрешиться в мгновение ока. Знакомые телепаты оказались недоступны, а наемным не хватало навыков, чтобы распознать мыслительные процессы Грута, не говоря уже о том, чтобы запускать ему в голову псионические щупальца, не рискуя при этом ему навредить.

– Может, на Землю слетать? – скривился от отвращения Ракета. – Та еще дыра, но телепатов там пруд пруди.

Такой вариант рассматривался, но чем больше ширился список и чем удивительнее было поведение найденных в разных уголках галактики Грутов, тем меньше времени у Стражей оставалось на другие планы. Помимо ловли Грутов они занимались кучей дел. Например, пытались достучаться до зомбированного двойника и при любой возможности посылали фальшивые наводки Коллекционеру: иногда сразу пачками, а порой одну никудышную.

И, разумеется, главным поводом для беспокойства оставалась Кия.

– Узнал что-нибудь новое о ее имплантах? – обратилась Гамора к Ракете, облокотившись на столешницу.

Енот поглощал еду в компании Дракса. Грут стоял рядом с Гаморой, а между ними разместился маленький Грутик. Еще двое уселись по-турецки на кухонном столе.

– Ну, – Ракета отправил в рот странной формы фрукт, купленный на ближайшем спутнике, – пока нет.

Фрукты были сочными, мясистыми, и есть их было куда приятнее в тишине. Постоянные расспросы Гаморы уже порядком надоели Ракете.

– Это значит «пока не узнал» или «даже не пытался узнать»?

Ракета попытался устроить с Гаморой дуэль взглядов, но в конце концов сдался.

– Не знаю. Вселенная большая, за всем не уследишь. Есть технологии, которые мне незнакомы.

– А ты обычно утверждаешь, что знаешь все, – заметил Дракс, косясь на Ракету.

Двое Грутиков сделали то же самое и захихикали.

– Что? Когда это я такое говорил?!

– Да хоть вчера, когда мы вызволяли того Грута из цирка…

– Не говорил я такого, – Ракета откусил еще кусок фрукта и принялся жевать. – Это продвинутая технология – вот все, что я могу сказать. Она работает, предвосхищая движения Кии, и соответствующим образом аккумулирует и перенаправляет энергию, а также усиливает эластичность мышц. Мне еще не доводилось видеть, чтобы кибернетика была настолько хорошо интегрирована в тело. Аж завидно. Я бы на месте Кии не захотел от такого избавляться.

– Я есть Грут, – не согласился один из сидящих на столе Грутиков.

Ракета звал его «Желтый». Ему не хотелось придумывать им настоящие имена: в конце концов, имя у Грута уже было – но для удобства Кии понадобилось как-то их различать. Ракета пару раз помог ей с исследованиями, а заодно служил для всех Грутов переводчиком и в итоге решил называть их по цветам, а не по номерам, как изначально предлагала Кия.

– Почему? – удивился Ракета. – Я понятия не имею, кто вживил ей импланты, и вытащить их тоже не могу, так почему бы мне не оценить качественную работу?

– Я есть Грут, – возразил Индиго, другой Грутик. – Я есть Грут.

– Да ладно вам, имплантация вовсе не так ужасна. Разрезы чистые, соединения идеальные, да и процедуры наверняка выполнялись под наркозом – Коллекционер пусть и фанатик, но не садист.

– Я есть Грут.

– Я есть Грут.

Оригинальный Грут слушал разговор, не отходя от Гаморы.

– Я есть Грут? – нерешительно спросил он.

– Хотел бы я знать, – Ракета обратился к Индиго, – что значит «Кия рассказывала вам об операциях»? Она же считала вас неразумными.

Индиго поднялся и явно смутился, чего обычно не замечалось за настоящим Грутом. Быть может, здесь, как и в случае с Грутом-гладиатором, свою роль сыграло воспитание, но Ракета точно знал, что вся троица этих Грутиков никогда не покидала лаборатории Кии. Возраст у них тоже был одинаковый – тогда откуда столь заметные различия в поведении? Не прекращая жевать, Ракета выслушал объяснения Индиго.

Теперь ему стало понятно. От одиночества Кия начала разговаривать с растениями, не подозревая, что они разумны. Это было весьма прискорбно, и Ракета мог ей посочувствовать.

Действительно, Коллекционер проводил операции под наркозом – вот только никогда не предупреждал девушку о них заранее. Впрочем, енот слышал истории и похуже.

Ракета осознавал, почему у Кии возник страх перед сном. Еще бы, если во время него тебя обкалывали и увозили на операцию! Подкладывать снотворное в еду, чтобы она не могла бодрствовать по ночам, тоже было весьма гадко со стороны Коллекционера.

И уж, разумеется, Ракета понимал, что обнаруживать у себя по утрам новые шрамы и не знать при этом, что в твоем организме изменилось, было совсем уж жутко, но…

– Ладно, ладно! Я же просто похвалил изобретателя этой технологии! – енот откинулся на спинку стула, скрестив лапы на груди.

Он видел обеспокоенность Грута и знал, что Грутики весьма привязаны к Кии, но не понимал причин этой привязанности – да и сам Грут, наверное, тоже. Но меньше всего енот хотел, чтобы его отчитывали за бессердечность.

Другой Грутик, Желтый, все это время молчал, но тут подал голос.

– Я есть Грут?

– Не помнишь? – удивился Дракс. – Такую историю трудно забыть.

– Может, тебя не было рядом, когда Кия это рассказывала? – предположила Гамора.

– Я есть Грут, – недоумевающе сказал Индиго.

– Ты уверен, что это был тот самый Грутик? – спросил его Дракс. – Вы все похожи, вдруг это был другой?

– Я есть Грут, – подтвердил слова Индиго Оранжевый – Грутик, сидевший между Гаморой и оригинальным Грутом.

– Я есть Грут, – смутился Желтый, словно стесняясь признаваться в том, что не помнил столь важное событие.

– Вот дрань, – буркнул Ракета, догадываясь, в чем дело. – Значит, вы двое твердо уверены, что он был с вами во время рассказа Кии? А ты абсолютно этого не помнишь?

– Я есть Грут!

– Я есть Грут.

– Я есть Грут. Я есть Грут?

Забыв о фруктах, Ракета взобрался на стол и обратился к Груту – настоящему Груту, стоявшему у столешницы.

– Грут, а как у тебя с памятью?

Он ожидал, что друг разведет руками или пожмет плечами, но тот выглядел испуганно и никак не отреагировал.

– Понятно: неважно. Проверим-ка, дубоголовые вы мои. Каждый, кто вспомнит, пусть поднимет руки. Помните, как мы обнесли арену на Кара-эй? То есть как участвовали в боях? Вполне легально. То есть… а, шут с ним, Квилл все равно не слышит.

Поднялись три пары рук из четырех.

– А помните, как мы спасли стадо каких-то странных коров, которых собирался сожрать Фин Фан Фум?

Четыре пары рук.

– А помните, как мы спасли галактику от пространственно-временного коллапса, причиной которому был межгалактический и межизмеренческий разлом, из которого лезли всякие гады?

Поднялись лишь две пары рук.

– Ну вот, а я думал, что такое не забывается, – наморщил нос Ракета.

Грутики в недоумении переглянулись. Грут, кажется, готов был свернуться в клубок.

Похоже, что не только тела Грутов слабеют. Их разум – тоже.


Дракса также беспокоило постоянное ухудшение состояния Грутов и отсутствие прогресса в исследованиях Кии. Девушка часами сидела в лаборатории, понемногу расшифровывая поведенческую модель Грутов и сопоставляя собственные наблюдения.

Сначала ей удалось установить, что клоны одного возраста в среднем лучше приспособлены к слиянию, но добиться абсолютного объединения все равно неспособны.

Другие открытия Кии были менее конкретными. Например, схожесть поведения – или манер, или настроения, или чего-то еще – тоже играла значительную роль в совместимости. Попытки соединить веселого Грута с агрессивным Грутом-гладиатором ни к чему не привели: ни один из них даже не шелохнулся. Соединять похожих Грутов было проще.

Таких открытий было недостаточно. Драксу не было никакого дела до теорий, наблюдений, анализов и сомнительных экспериментов, заканчивавшихся к тому же ничем.

Ему хотелось, чтобы его друга вылечили.

Пожалуй, самым конкретным заключением Кии стало то, что слиянию препятствуют скорее психологические барьеры, нежели физиологические. Вероятно, суть решения проблемы состояла в том, чтобы заставить работать вместе множественные несовместимые сущности.

Кии пришлось объединить усилия с Ракетой. Они заскочили на Забвение, чтобы купить пару десятков сенсоров, способных с высокой точностью измерять мозговую активность Грутов.

– Эти штуки читают мысли? – спросил Дракс, заглядывая в медпункт.

Ракета установил там мониторы для отслеживания непонятных Разрушителю данных и настолько был ими увлечен, что даже не обратил внимания на вопрос. Отвечать пришлось Кии.

Она отрицательно покачала головой.

– Только фиксируют деятельность мозга, мыслительную энергию – называй как хочешь. Это единственное, что мы можем измерить. – Девушка аккуратно прикрепила новый датчик к коре сидящего на столе Грутика. – Биологическая структура Грута весьма необычна, поэтому мы не можем быть стопроцентно уверены в том, что сенсоры фиксируют именно мозговую деятельность: это может быть и его мускульная активность, а может – все вместе. Истолковать, что именно фиксируют датчики, практически невозможно. Мы можем лишь изучать показания.

Кия указала на один из мониторов, где были отмечены данные со всех уголков корабля.

– Смотри, вот показатели оригинального Грута. Видишь эти волны? Они спокойны – значит, он спит. А вот два юных Грутика. Они заняты чем-то активным – наверняка опять скачут на диване.

– Да, но только эти двое, – вступил в разговор Ракета, одновременно просматривая несколько десятков показателей. – Вчера Грутики качались на лианах в моторном отсеке впятером, и показатели были совсем другие. Теперь их двое, да и те к вечеру успокаиваются.

– Ты уверен? – Кия проверила, надежно ли закреплен датчик на Грутике.

– Разумеется! – воскликнул Ракета. – Активность всех Грутов, на которых мы повесили датчики, со вчерашнего дня заметно снизилась. Что я, по-твоему, читать данные не умею? Думаешь, я не понимаю, как себя чувствует мой лучший друг?

Кия обиженно взглянула на енота, но не стала подливать масла в огонь.

– Что ж, логично. Пусть мы не выращиваем новых Грутов, но старые-то растут, а значит, тратят больше энергии.

– Маленьким еще есть куда расти. А их много, – озабоченно произнес Дракс.

Собственный тон ему не понравился. Он предпочитал, чтобы его голос был наполнен «кипящей яростью» либо «направленным на Таноса праведным гневом».

– Вот-вот, – подтвердил Ракета.

– Дело плохо, – добавила Кия.

– Именно.

– Совсем скверно.

– Я есть Грут.

Кия криво улыбнулась сидящему перед ней Грутику.

– Да, я знаю.

– Эй! – Ракета аж подскочил на стуле. – Зачем ты это делаешь? Не притворяйся!

– Я просто…

– Ты же не понимаешь, что он говорит. Не притворяйся! – повторил Ракета.

Кия вздохнула и поджала губы.

– Ну ладно, – сказала она, отворачиваясь.

Ракета продолжал ворчать себе под нос, так что ни Кия, ни Дракс, ни Грутик его не слышали.

– Я пойду, – сказал Дракс.

– Я есть Грут, – ответил Грутик.

23

На ночь освещение корабля приглушалось, но даже в полумраке Питер видел, какой бардак учинили Груты в комнате отдыха.

Диван был перевернут, в полуметре от него спала в обнимку пара Грутиков.

Еще двое забрались в чан для воды и развлекались, в шутку топя друг друга. Завидев Квилла, один из них тут же выскочил, расплескав воду по столу, и шмякнулся на пол.

– Тсс, – Питер присел, чтобы помочь ему подняться. – Не разбуди остальных.

– Я есть Грут, – заговорщицки ответил Грутик и потянулся, брызжа водой во все стороны. – Я есть… уа… Гру-у-ут.

Зомбированный двойник с арены по-прежнему был заключен в каюте оригинального Грута. Дверь была открыта, и, казалось, ничто не удерживает его внутри – если не знать о силовом поле, которое и при свете-то было едва заметным, а в полутьме становилось и вовсе невидимым.

Пленник и команда уже не раз мирно беседовали, и вчера Питер предложил выпустить его на волю. Грут отказался, чувствуя, что так будет безопаснее. Он и сам не знал, что может пробудить в нем инстинкт убийцы.

Квилла обеспокоило отсутствие у Грута веры в себя, но в глубине души Питер был благодарен ему за сознательность. Забот у Стражей и так хватало.

Рядом с каютой дремали настоящий Грут и почти уже взрослый Грутик. Даже во сне у них росли новые веточки. На коленях у Грутика клубком свернулся Ракета, так, что хвост енота почти касался его носа. Лапа Ракеты дернулась; Питер был почти уверен, что еноту приснилось, как он в кого-то стреляет.

Квилл постоял еще немного, наблюдая за ними, – бледная тень в майке и шортах.

Зомбированный Грут подошел вплотную к силовой преграде.

– Я есть Грут? – прошептал он.

То, что Грут заговорил, было хорошим знаком. Периоды активной болтовни у него перемежались с длительным молчанием, уходом в себя.

– Не волнуйся, все хорошо, – ответил Питер тихонько, но все равно разбудил двух ближайших Грутов.

– Мр-р, – пробормотал в полудреме Ракета, потревоженный движением.

Покрутив головой по сторонам, он продрал глаза и вскочил, заметив Питера.

– Квилл, ты сдурел – так меня пугать? Я чуть тебя не застрелил! У меня же пушка под ру… где-то тут валяется.

– Я есть Грут, – Грут любезно подал Ракете его бластер.

– Никак не могу заснуть, – признался Звездный Лорд.

У Ракеты проблем со сном никогда не возникало – даже на твердых коленях Грута ему было вполне комфортно, – но Питер не стал подтрунивать над енотом по этому поводу.

– Решил проведать Кию и узнать, получила ли она ответ от своего покупателя-димави.

– От кого? – окончательно проснувшись, Ракета взял у Грута бластер.

Квилл присел на пол по-турецки и зевнул.

– Кия продала одного генетически модифицированного Грута некоему димави, но потеряла его координаты.

Грут расправил плечи и втянул в себя лишние веточки.

– Я есть Грут?

– Генетически модифицированного – значит, снабженного ядовитыми спорами, – скривился Питер. – Его обязательно нужно разыскать.

– Ядовитые споры? Ну и ну! – Ракета взглянул на Грута. – Крутой, должно быть, экземпляр.

– Я есть Грут.

– Ну, ты тоже вполне крут…

– Я есть Грут! – Грут в шутку пихнул енота.

– Не шути так, а то пристрелю, фикус ты переросший, – ответил Ракета и обратился к Питеру. – Когда найдем его, направимся к Коллекционеру?

– Нет, еще рано.

– Ну вот, столько времени прошло! – енот оперся на бластер. – Это из-за Кии?

Питер перестал зевать.

– Она позарез нужна Тивану. Неспроста же он буквально приглашал нас в гости.

– Да понимаю я, что это ловушка! Что с того? Квилл, ты же всегда плевать хотел на планы, на осторожность… А тут, когда жизнь Грута в опасности, ты вдруг принялся все обдумывать?

– Не хочу рисковать. Коллекционер – Старейшина Вселенной, и он зол на нас. А я… – Квилл запнулся и отвел взгляд.

Сквозь зубы он втянул в себя воздух. Ему не хотелось говорить это в присутствии Грута, но тот и сам все понимал.

– Грут слабеет с каждым днем. Прошли недели, прежде чем мы узнали о существовании его двойников, а я этого не замечал и ничего не делал.

– Я есть Грут, – раздался позади голос застенчивого Грутика.

– Не оправдывай меня. Мы облажались. Теперь нужно это исправить, но я не собираюсь делать глупости и необдуманно рисковать остальной командой.

Ракета закатил глаза.

– Ого. Когда это ты перестал быть полным болваном?

– А ты-то сам когда перестал думать, прежде чем делать? – парировал Квилл, не желая уступать еноту.

Но полностью отметать его предложение тоже было нельзя. Питер наклонился, уперевшись локтями в колени.

– Предложи мне какой-нибудь план, который не подразумевает лобовой штурм музея, – и я обдумаю его. Догадайся, что замышляет Коллекционер, и придумай, как нам его обмануть, – и я тебя выслушаю. Ракета, ты у нас стратег. Наша безопасность – во многом твоя заслуга.

– Ваша – да, а вот ее безопасность – нет.

– Ракета, я понимаю. Ты уже неоднократно об этом говорил. Пора бы сменить пластинку.

– Ну извини, если я тебе надоел, – обиженно прижал уши енот.

– Я есть Грут, – тихо произнес древовидный Страж.

– И что нам делать? Отправить Кию на блюдечке с голубой каемочкой Коллекционеру и подписать «Приятного вскрытия! С любовью, С. Г.»? Может, хватит ее травмировать?

В словах Питера был вызов, но он старался держаться спокойно, потому что хотел знать ответ.

– Травмировать-швармировать, пф-ф. Будто меня никто не травмировал и тебя никто не травмировал – да кого угодно! Кия жива-здорова, у нее теперь есть фея-крестная в лице Гамми – все бы так жили!

– Я есть Грут, – не согласился Грут. Ему тоже было не по себе в обществе Кии, но он не хотел, чтобы Ракета так говорил о ней.

– Ну ты-то хотя бы не лезь, – огрызнулся Ракета. – И в кого ты такой добрый? А ты, Квилл, не валяй дурака. Мы едва не каждый день кого-нибудь спасаем. Это не значит, что мы обязаны всех опекать. Кстати, сколько, по-твоему, Грутов в этой комнате?

Питер задумался.

– Кого-то не хватает?

– Именно! И знаешь, почему? Потому что как минимум трое постоянно охраняют ее каюту. Еженощно! Сами Груты об этом умалчивают, но я-то все вижу. Кия испортила Груту жизнь, а теперь он ее охраняет! Будто ей недостаточно тех ножей, что она стащила с камбуза, – Ракета оживленно потряс одной лапой, другой продолжая опираться на бластер. – Она нашла у нас укрытие, стравила с чертовым Старейшиной Вселенной, но при этом даже не хочет с нами говорить? Я хочу знать, ради чего ей помогаю и постоянно шлю Тивану фальшивые улики! Кия-то у нас активная особа! Слышал, вчера ее видели на Забвении! А еще на Кри-Ларе, Паме и едва ли не на всех их спутниках! Где благодарность, я тебя спрашиваю?

– Кию целый год держали взаперти, – Питер почесал ногу. – Думаю, ей хочется кому-нибудь излить душу, она наверняка чувствует себя одинокой, но это же не так просто. Ее выкрали со спокойной Димаве и поместили в музей Коллекционера, а потом она оказалась здесь.

Квилл развел руками, будто хотел объять ими весь корабль.

– Посмотри на нас: мы страшные, шумные, непохожие на нее. Мы привыкли к большой ужасной Вселенной, а девушке хочется лишь вернуться домой. Любой бы на ее месте сторонился нас и боялся каждого шороха. В ее понимании, мы не слишком-то отличаемся от Коллекционера.

– Значит, оберегать Кию, пока Коллекционер держит у себя нескольких Грутов, – это нормально? Да-да, мы Стражи Галактики, мы должны ей помочь, но штука-то в том, что Стражи своих не бросают!

– Она тоже «своя». Она – родня Гаморы.

– Я тебя умоляю, какая еще родня? Они одного вида, и только! К тому же, – Ракета нагнулся, тыча пальцем в грудь Квилла, и бластер заскрипел под его весом, – настоящая семья – это те, кто всегда рядом, а не те, кого ты случайно встретил на дороге.

– У нее нет никого, кроме Гаморы. Гам тоже думала, что она одна во всей Вселенной. Ракета, кому как не тебе это понимать? К тому же настоящий-то Грут здесь, с нами.

– Да неужели? – енот резко выпрямился, уронив бластер на пол.

Те Груты, что спали, проснулись, а те, что бодрствовали, перестали играть. Молча, внимательно они ждали развязки.

– А эти Груты, по-твоему, – расходный материал? – не унимался Ракета.

– Да я не то…

– Квилл, не дели Грута на «настоящего» и «ненастоящих». Нам и самим приходилось выращивать его из щепки.

Ракета махнул лапой в сторону их друга, а затем указал на его двойника, развалившегося на перевернутом диване. Это был старший из клонированных Кией Грутов, тот, с которым она сбежала от Коллекционера.

– Этого Тиван тоже вырастил из щепки. Какая между ними разница? Правильно, никакой. А взять остальных – все выросли из палочек. Если с Грутом что-то случается – мы выращиваем его заново. Все они – Грут. А вы с Драксом думаете: «Даже если мы не отыщем всех, настоящий-то у нас останется. Если парочка из них погибнет, то, по крайней мере, они не будут высасывать жизнь из нашего Грута». Как бы ты поступил, если бы по всей галактике расплодились клоны Питера Квилла? Зомбированные гладиаторы? Тьфу! – Ракета сплюнул. – Ты бы бросился их спасать, не обращая внимания на Коллекционера и расставленные им ловушки.

– Ракета…

В полумраке одетый в одни только шорты енот выглядел совсем крошечным, несмотря на длинный хвост. Малый рост никогда его не заботил. Любой другой на месте Питера испугался бы его свирепого взгляда, но тот слишком хорошо знал Ракету.

– Квилл, мы не можем бросить даже одного. У любого из них могут сохраниться воспоминания, забытые остальными. Да что воспоминания – они же все разные! Среди них есть робкие и активные, шумные и нервные… их очень легко различать. Грут, которого воспитывала Кия, смеялся, когда другой упал и поранился, – подумай только: смеялся! Это не Грут! И дело тут не в том, как относился к нему покупатель. Грут теряет части своей личности. Не только силу и память, но и смелость, и свое дурацкое добродушие, и шут знает что еще! Если мы хотим вернуть прежнего друга, нам нужно вложить все это обратно. И даже если это не подействует, мы все равно должны спасти их всех, потому что они – Грут. – Ракета все больше заводился. – Вы не понимаете. Кстати, почему никто из вас не порывается спасти тех жутких енотоподобных зверушек, которых держит Коллекционер, а? По твоей логике, они мне тоже родня! Ладно, можешь не отвечать. Я понимаю. Просто никто из вас, драных гладкокожих среднего размера, не воспринимает нас всерьез.

– Неправда. Мы стараемся…

– Не отвечай, говорю же!

Стиснув зубы, Питер отвел взгляд. Полдесятка клонов смотрели на него.

«Двойники Грута».

Так он их называл, но Ракета прав: разницы никакой. Каждый из них был их Грутом, выращенным в других условиях. Вот и все. И некоторые гнили у Тивана в застенках. Разве не от такой судьбы он хотел спасти Кию?

– Спрашивал, что нам делать? – продолжал Ракета. – Во-первых, я хочу знать, что вы не поставите безопасность Кии выше их безопасности, когда запахнет жареным.

Ракета кивнул в сторону Грутов.

– Ты требуешь, чтобы я сделал выбор.

– Да, я требую, чтобы ты сделал выбор. Правильный, если можно.

Питер закатил глаза.

– И всего-то?

– Ага.

Несмотря на напряженную обстановку, Квилл не смог сдержать смех.

– Ты решил обсудить это со мной, а не с Гаморой, потому что боялся, что она тебя убьет?

– И набьет моим мехом подушку, – Ракета едва заметно растянул губы.

Разумеется, это была не улыбка. По крайней мере, Ракета бы никогда этого не признал.

Но Питеру и не нужно было подтверждение.

– Ты видел их, когда они остаются наедине? – Ракета подобрал бластер и перекинул его через плечо, заодно почесавшись. – Жуть. Гамора совсем свихнулась на этой девчонке. Я сто раз подумаю, прежде чем переходить ей дорогу.

– Да ты каждый день это делаешь.

– Только после того, как сто раз подумаю.

– Я есть Грут.

– Ладно, не сто раз, – сдался Ракета.

– Я есть Грут, – в унисон произнесли два Грута и прыснули со смеха.

– Грут, послушай, – Квилл откинулся назад и окинул взглядом комнату. – Мы не собираемся тебя бросать. Если бы собирались, то не ввязались бы в эту авантюру. Ты – часть команды, часть нашей семьи, даже если тебя станет сто штук и нам придется покупать корабль повместительнее (к слову, от нового корабля я бы не отказался). Ты останешься частью нашей семьи, даже если по-прежнему не понимаешь моих отсылок к «Челюстям».

– Я есть Грут.

– Я есть Гру-ут.

– А? – удивился Питер. – «Как же иначе?» Я тут вам душу изливаю, а вы только это и можете сказать?

– Я есть Грут.

– Квилл, хватит позориться, – сказал Ракета. – Жалость, сострадание – кому это надо?

– Да уж точно не нам, – Квилл поднялся на ноги. – Не нам.

24

Димаве была самой зеленой планетой из всех, которые Гамора когда-либо видела. Когда корабль Стражей вошел в атмосферу, небо стало нежно-зеленым, с легким оттенком желтого. Внизу шумели океаны, вода которых была такого же цвета. Землю покрывали пышные изумрудные леса и поля дикорастущих трав, и лишь города выделялись на фоне зелени коричнево-серыми пятнами.

– На этом краю материка я ни разу не была, – призналась Кия, не отрываясь от иллюминатора.

Кия разглядывала приближающийся город; ее поза выдавала нетерпение.

– Наш связной должен быть в здешнем баре. Точнее, должна. Хозяйка заведения была посредником в сделке по продаже ядовитого Грута. А с покупателем – Береном – я встречалась на Забвении, – Кия нахмурилась, и ее отражение в иллюминаторе – тоже. – Если здесь ничего не выясним, то след будет потерян. Я ничего не знаю о клиенте, кроме имени, да и оно довольно распространенное.

Рядом с Кией стоял Дракс, на плечах которого уселись сразу три Грутика, стремившихся внести свой посильный вклад в поиски.

– А Димаве ничуть не изменилась, – заметил Ракета, морща нос. – Такая же унылая планетка.

С ним трудно было не согласиться. Но спокойствие и даже скука – то, чего так не хватало Кии. Гамора даже задумалась о том, что в скуке может быть своя привлекательность.

– Координаты и разрешение на посадку получены, – склонившись над приборной панелью, Квилл переключил корабль в посадочный режим. – Мы на месте. Северо-восточный квадрант Ономавийского континента, город Анаин. Добро пожаловать.

Кия поморщилась.

– Кажется, ты ошибся в произношении, – заметила Гамора.

– Мягко говоря, – хмыкнула девушка и тут же, словно опомнившись, обернулась к Гаморе. Спустя мгновение она отвела взгляд.

– Добро пожаловать домой, – сказал Квилл.

Кия промолчала.


– Похоже, закрыто, – Квилл задрал голову, разглядывая барную вывеску.

– Так рано еще, – заметил Дракс.

– А может, по маленькой? – Ракета обвел группу взглядом. – Раз уж мы все равно здесь?

– Мы не как посетители сюда пришли, – сказала Гамора.

– С чего это вдруг? Я – вполне себе посетитель, уж поверь. Это же бар!

Гамора толкнула входную дверь, и, к ее удивлению, та открылась. Внутри царил полумрак, и глаза не сразу к нему привыкли. Помещение было типичным для низкопробной портовой забегаловки: сырое, тесное – разве что народу меньше обычного. На деревянных стенах бессистемно развешаны полотнища ткани, которые выглядели бы довольно мило, если бы не покрывавший их слой пыли и грязи. Из-за столика в темном углу на пришельцев с опаской, но без злобы взирала троица димави. Гамора насчитала три выхода из здания: парадный, боковой – рядом с димави – и задний, за стойкой. На стенах виднелись грубо замазанные следы от выстрелов – на первый взгляд около четырнадцати отверстий – от восьми разных конфликтов, судя по расположению и состоянию краски.

Бармена было едва видно: он склонился за стойкой. Наружу торчала только шипастая спина.

– О, шестой, – прошептал вошедший позже остальных Ракета.

Кия и Грут непонимающе взглянули на него, а вот Гамора сразу поняла, о чем толкует енот.

– Не считая нас, это шестой не димави в этом баре, – объяснил Ракета с напускным раздражением в голосе. – Вы что, вообще по сторонам не смотрите? Это портовый город, а кругом одни зеленые! Как-то подозрительно.

По дороге сюда Стражи старались не привлекать к себе лишнего внимания, но все равно не раз замечали любопытные взгляды прохожих. В случае Ракеты и Грута это было понятно и предсказуемо, но местные жители таращились даже на Дракса и Квилла. Гамора укрыла волосы под капюшоном и издалека вполне могла сойти за димави, но не при ближайшем рассмотрении. Она и не думала, что этот народ был настолько изолирован от цивилизации, чтобы смотреть на представителей других рас как на диковинку.

Радовало лишь то, что на Кию никто не обращал внимания. Стражи сомневались, стоит ли брать девушку с собой, учитывая объявленную за нее награду. Однако иметь при себе местного жителя было определенным плюсом; к тому же Кия уже общалась с хозяйкой бара. Это и сыграло решающую роль. Кроме того, девушка уверила команду, что в толпе ее будет не отличить от других димави.

– Чего желаете? – обратился к ним бармен, кладя четыре ладони на стойку: от локтя его руки раздваивались. Он окинул Стражей оценивающим взглядом.

– Мы ищем хозяйку, Анней, – сказала Кия.

– Она в подсобке, сейчас позову.

– А мне пива! – крикнул Ракета вслед скрывшемуся за дверью бармену.

– Я есть Грут, – добавил Грут.

– И воды моему другу! Он нас услышал? Повторять не надо? Может, я сам налью?

Квилл посмотрел на него с укоризной.

– Ладно, дождусь бармена. Ну и вредный же ты, – Ракета запрыгнул на табурет и уселся, свесив хвост. – Странно все это, вы согласны? Город же портовый!

– Странно, – согласилась Гамора.

Кия покосилась на нее.

– Я думала, ты к такому привыкла, – не услышав ответа, она продолжила: – Отец говорил, что зен-воберианцы тоже редко принимают гостей, если не считать весенних праздников.

Гамора замерла.

Зен-воберианцы.

Она чувствовала, что Квилл настороженно ждет ее реакции и Грут – тоже. Остальные, включая Кию, если судить по ее тону, не поняли, в чем дело.

– Что за весенние праздники? – спросил Квилл, спасая Гамору от необходимости задавать этот вопрос.

– Какие-то религиозные или культурные мероприятия. Зен-воберианцы приглашали детей со всех земель и с окрестных планет и устраивали праздник в их честь. Подробностей я не знаю, – Кия разочарованно вздохнула. – Да это и неважно.

«Еще как важно, – подумала Гамора. – Ну-ка рассказывай дальше».

Ракета пожал плечами.

– Что ж, значит, димави – не единственные унылые изоляционисты во Вселенной, но это все равно странно. По дороге я заметил не больше шести представителей других рас, если не считать кри, – но кри контролируют всю галактику, так что это неудивительно.

Гамора попыталась расслабиться и не думать о весенних праздниках.

– Наоборот, куда удивительнее встретить тут кри, – Кия прислонилась спиной к стойке, переводя взгляд с группы димави в углу на грязные окна с видом на улицу.

Она сложила руки на груди, но Гамора чувствовала, что девушка напряжена.

– Там, откуда я родом, – это в нескольких часах лета отсюда, – кри не привечают с Великого Разбоя.

– Знать бы еще, что это такое, – заметил Ракета.

– Думаю, чужаки об этом и не слышали, – Кия сжалась всем телом. – Великий Разбой произошел четыре года назад. Отряд кри занял восемь деревень и осадил крупный город. Они были прекрасно вооружены, захватили заложников. Правительственные войска смогли отбить атаку на город, но на деревни сил не осталось. Оккупация длилась несколько месяцев. Многие погибли, включая моего отца.

Кия взглянула на Гамору, чтобы увидеть ее лицо. Наемница не знала, как ей следует реагировать. Не секрет, что зен-воберианцы вымерли. Будь то в ходе резни, случившейся, еще когда она была маленькой, или от рук кри, как отец Кии, – это ничего не меняло.

Зен-воберианцы исчезли навсегда, а с ними и весенние праздники.

– Мне жаль, – сказал Квилл. – Это было сделано по приказу правительства Империи Кри?

– Нет, – Кия закусила губу и объяснила: – Им не было до этого дела. Перед тем как я… покинула планету, правозащитные организации димави требовали от Империи осудить Великий Разбой или хотя бы признать его. Видели плакаты, развешанные на улицах? Там говорится что-то о праздновании двухсотлетия мира между кри и димави. Должно быть, Империя наконец признала вину.

Из двери, за которой скрылся бармен, уверенной походкой появилась димави. У нее были такие же короткие, как у Кии, волосы, широкие плечи и бедра, полные грудь и живот. Гамора по одному ее виду поняла, что женщина при желании может быть опасной.

Прежде чем заговорить, Анней – если так ее звали – оценивающе осмотрела группу. Ее облик не выдавал ни намека на страх. Спокойно достав из-под стойки бутылку пива и пустой графин, она поставила их перед Ракетой и Грутом. Наполняя графин водой, хозяйка наконец произнесла:

– Даже не знаю, милочка, что забавнее – то, что ты всерьез считаешь, будто Империя могла поддаться давлению, или то, что наше правительство могло бы вспомнить о собственном достоинстве и отказаться от празднеств, – Анней протянула графин Груту. – Стражи Галактики, как я понимаю?

– Они самые, – облокотившись на стойку, Квилл состроил кокетливую мордашку, которую Гамора видела уже тысячу раз. – Не поможете нам немножко?

– Смотря с чем. Заказывать что-нибудь будете?

– Возьму вторую, – поднял палец Ракета, уже успевший выпить всю бутылку.

Анней подала ему пиво.

– Что-нибудь еще?

Решив, что так будет проще договориться, Гамора сделала заказ.

– И мне одну.

Дракс кивнул.

– И мне.

– Мне, пожалуй, воды, – нерешительно произнесла Кия.

– А мне чего-нибудь местного, – сказал Квилл. – На ваш вкус. Вы наверняка разбираетесь в выпивке.

– А то как же, – Анней изобразила подобие улыбки.

– Значит, так. Мы тут подумали… – начал было Квилл.

– Не торопитесь. Деньги вперед, – Анней протянула по пиву Гаморе и Драксу и взяла какую-то бутылку с верхней полки бара. – Я в своей жизни навидалась грозных ребят, которые приходили задать пару вопросов и смывались, не заплатив.

– Это мы, что ли, грозные?

– Твои милые кудряшки меня с толку не собьют. Я сразу вижу, кто умеет управляться с бластером, а кто нет, – Анней придвинула к Квиллу граненый стакан с абсолютно черной жидкостью. – Плати, землянин.

– Наполовину! – уточнил Квилл, поднимая палец, а затем опустил руку на стойку. – Наполовину землянин. А вам что, нравятся милые кудряшки?

Прищурившись, Анней криво улыбнулась.

– А это уж как пойдет, – взяв Квилла за руку, она просканировала кредитный чип, но не стала сразу отпускать. – Вот видишь? Всего-то дел. Валяй, спрашивай.

– Мы с вами переписывались, – начала Кия. – Я ищу Берена.

До этого расслабленная, Анней тут же насторожилась.

– А, так ты, выходит, девочка с деревьями?

– Да, я… девочка с деревьями.

– Так я и думала, – хозяйка метнула взгляд на Грута.

– Я есть Грут.

– Рада за тебя.

Грут поднял графин с водой, будто произнося тост.

– Я есть Грут.

– Это я уже слышала, – ответила Анней не столько рассерженно, сколько с подозрением.

– Где мы можем найти Берена? – спросила Кия.

– Уж точно не здесь.

– Но вы знаете, где? Мне нужно с ним увидеться. Это касается… дерева.

Кия держалась вполне уверенно. Гамора не могла сказать, было это потому, что ее прикрывали Стражи, или потому, что она уже привыкла к общению с не самыми дружелюбными клиентами. Как бы то ни было, наемница чувствовала гордость за девушку. Совершенно беспричинную: Гаморе ни к чему было гордиться этой полудимави. У них были какие-то общие гены и временно общий корабль, но уже скоро, гораздо скорее, чем хотелось бы Гаморе, Кия отправится домой. Наемница залила гнетущие мысли пивом – горьким, крепким, как раз таким, как надо.

Уверенность Кии могла иметь и более простое обоснование: она была на родной планете. Пусть девушка прежде не бывала в этом городе, ее все равно окружали похожие на нее жители и знакомые здания, вывески и плакаты были на родном языке, на котором Кия могла говорить с Анней без помощи переводного устройства.

Гамора никогда не чувствовала подобной связи со своим народом, с каким-то конкретным местом и могла лишь гадать, имеет ли эта связь что-то общее с тем, что испытывала она, находясь в полуметре от девушки с таким же, как у нее, лицом и слушая ее рассказ о весенних праздниках.

– Что тебе нужно от Берена? – спросила Анней, протирая стойку.

– Хочу с ним поговорить, – не сдавалась Кия.

– А их тогда зачем привела? – хозяйка кивнула на Стражей.

– Послушайте, – Кия начала сердиться, – он купил у меня опасное оружие, и мне надо с ним это обсудить.

Прежде чем девушка продолжила, Ракета резко вскочил. Насторожив уши, он прислушался.

– Квилл, взгляни-ка туда, – кивнул он в сторону угла.

– С теми ребятами что-то не так? – тут же предположила Гамора, кладя руку на рукоять меча и обдумывая множество вариантов дальнейшего развития событий.

– Нет, снаружи что-то происходит, – скривился Ракета. – Стоило мне только подумать, что я могу наконец спокойно насладиться напитком. Можно мне отпуск? Он у нас вообще предусмотрен?

– Посмотрим-ка, – Квилл активировал шлем, к удовольствию не скрывающей любопытства Анней. То, как изменилась его поза в ближайшую пару секунд, сказало Гаморе без всяких слов: грядут неприятности.

– Анней, послушайте, – произнес Квилл, – у вас на заднем дворе что, космопорт?

– Может, объясните, что происходит?

– Там космический корабль. Прямо в подворотне, – Питер отключил маску и, бросив прощальный взгляд на странного цвета жидкость в стакане, во весь рот улыбнулся хозяйке. – Беспокоиться ровным счетом не о чем.

Дракс поднялся, не допив примерно полбутылки.

– А я вот слегка обеспокоен, – сказал он.

– Вы со мной, – скомандовал Квилл Драксу и Гаморе. – Ракета и Грут останутся с Кией.

– Ага, сходи, проверь, что там, – ответил Ракета, облизывая губы от пены. – Мы с Грутом посторожим тут.

Енот схватил недопитое пиво Дракса и махнул рукой, прогоняя остальных.

Анней бросила взгляд на заднюю дверь, не зная, спрятаться ей или остаться. Она решила не дергаться.

– Вот поэтому я и настаиваю на оплате вперед, – сказала она Груту.

Гамора выскочила через заднюю дверь следом за Квиллом. Перед ними оказался узкий коридор, сбоку – туалет, а сразу на улице – запущенный сад.

Наемница резко остановилась.

Над двором завис массивный шаттл. Обшивка еще светилась голубовато-серым – следствие недавней телепортации. Формой транспорт напоминал диск со стрелообразной, выступающей вперед кабиной. Кокпит открылся, и глазам Стражей предстал пилот. Он сидел в огромном, достойном королей кресле и взирал на Стражей одновременно гневно и с нежностью.

– Доброе утро, – произнес Коллекционер. – Я прилетел за девушкой.

25

Похоже, Дракс беспокоился не зря.

Взглянув на шаттл, он прикинул, можно ли до него добраться. Вероятно, для этого пришлось бы применить клинки и немного повредить окружающую недвижимость.

Квилл уже взмыл в воздух, чтобы лучше оценить ситуацию. Линзы его шлема горели ярко-красным светом.

– Девушку тебе подавай? – спросил он. – Ух, Тиван, я даже не знаю, как на это ответить. Слишком много вариантов.

– Не напрягайся, – посоветовала ему Гамора. – Они все наверняка несмешные.

Дракс заметил, как из окон соседних домов выглядывают испуганные и любопытные лица местных жителей. Те же, кто оказался в эту минуту на улице, уже разбежались.

Шаттл темной тучей нависал над Стражами, отбрасывая тень на половину двора. Солнечные лучи отражались от его блестящей поверхности.

Квилл поднялся выше, оказавшись на расстоянии пары десятков метров от Коллекционера.

– Ракета, нужна твоя помощь, – Питер говорил по рации тихо, чтобы не услышал противник. – Грут, займись эвакуацией бара и постарайся незаметно вывести Кию.

– Думаю, у Анней есть потайной выход, – так же тихо добавила Гамора.

– Стражи, – голос Старейшины громыхал на весь двор, – мне бы не хотелось окончательно хоронить нашу дружбу.

– Ха, – усмехнулся Дракс, двигаясь вперед и на ходу доставая ножи.

Дойдя до шаттла, он с вызовом посмотрел на Коллекционера и повысил голос.

– Коллекционер!

Тот вопросительно взглянул на Дракса.

– Что?

– Убирайся, а не то я порву тебя на кусочки!

– Если память мне не изменяет, ты уже пытался. Я не против повторить и еще разок посмотреть, как ты попробуешь это сделать, но проще будет, если вы просто отдадите мне девушку и отпустите на все четыре стороны. Что, не хотите? – Коллекционер заметно расстроился. – Ладно, давайте по-плохому.

– О, круто, – произнес Ракета, выходя из бара и захлопывая за собой дверь. – «По-плохому» еще не началось? Я ничего не пропустил?

Раздался громкий свист, и боковая панель шаттла сдвинулась. На улицу группками по трое стали спускаться обтекаемые металлические фигуры.

Бах… бах… бах…

– Это что, роботы? – не веря глазам, спросила Гамора.

– Роботы, – подтвердил Дракс.

– Земенде-К3, – сказал Ракета, – вторая версия. Осторожнее с ними, они взрываются.

– Дело дрянь, – не мог не признать Квилл.

Гамора достала меч. В одной лапе у Ракеты появился бластер, а в другой – лазерный пистолет.

Конца высадке роботов, похоже, не предвиделось.

– Разыщите девушку, – скомандовал Коллекционер, – и приведите ее живой и невредимой!

Роботы были ростом с Дракса, их гладкие, пустые лица золотились под утренним солнцем. Сначала их было девять, затем двенадцать, пятнадцать. С кинжалами наготове Дракс преградил им путь.

Восемнадцать. Двадцать один.

А еще они могли летать! Добрая половина роботов с легкостью перемахнула через Дракса, остальные бросились на Стражей врукопашную. Дракс перехватил одного и, вспоров ему железное брюхо и раскроив череп, выпустил наружу его механические внутренности. Разрушитель успел отбросить останки робота в сторону, прежде чем те взорвались, оставив посреди дороги воронку и обдав Дракса горячей волной воздуха.

– Я же предупреждал, – напомнил Ракета, отстреливая механических врагов с безопасного расстояния. – Они взрываются!

– Взрыватели установлены где-то в области плеч, – предположил Дракс. – По возможности нужно избегать этих мест.

– Да нет, они по всему телу. Никогда не знаешь, где конкретно, – отступая, объяснил енот. – Круто, правда? Бум!

– Круче не бывает, – процедила Гамора сквозь зубы.

Квилл сбил двух летящих роботов ледяными шарами. Гамора дотянулась еще до одного и перерубила пополам от плеча до пояса. Тот еще не успел упасть, как она уничтожила следующего.

Коллекционер сидел в шаттле, сплетя пальцы и наслаждаясь зрелищем.

– Наша дружба… – проговорил Дракс, сталкивая двух роботов головами и вышибая сноп искр, – давно уже похоронена!

Оторвав голову одного из противников, он швырнул ее в Коллекционера.

Уничтожать роботов было довольно просто. Не дать им проникнуть в бар – гораздо сложнее. За считаные секунды подворотня превратилась в боле боя. Двор был усыпан разрушенными роботами, а четверка Стражей отчаянно пыталась не дать остальным приблизиться к зданию. Даже сильно поврежденные роботы, полежав немного, перезапускались и вновь вступали в строй.

– Грут, Кия, – сказал Квилл по рации. – Прием!

– Я есть Грут!

– Посетителей эвакуировали, но Анней не слишком сговорчива, – торопливо сказала Кия. – Мы по-прежнему внутри. Он нас нашел?

– Да, извини, – Квилл на секунду умолк. – Дракс, помоги ребятам внутри.

Воин кивнул в знак согласия.

– Квилл, поручи Кию мне, – Гамора разрубила очередного механического болвана и отпихнула подальше, чтобы не быть застигнутой взрывом.

– Ты нужна здесь. – Квилл швырнул поврежденного робота в другого, и те оба упали на землю. – Сейчас что-нибудь придумаю.

– А это «что-нибудь» нам понравится? – спросил Ракета.

– Зависит от того, хочешь ты сбить шаттл Тивана или нет.

Роботы понемногу теснили Дракса к дверям бара. Развернувшись, он бросился через двор, сшибая нападающих с ног. На полпути его лодыжку обхватил разрубленный пополам робот. Металлические пальцы уже готовы были сжаться, но тут в руку робота ударил лазерный луч. Оторванная конечность откатилась в сторону и взорвалась.

– Не благодари, – заявил Ракета, театрально целуя дуло пистолета. – Кстати, я решил, что отпуск подождет. Я и так неплохо расслабляюсь!

– Спасибо! – тем не менее выкрикнул Дракс, скрываясь за дверью.

– Если хозяйка продолжит сопротивляться, предложи взятку! – напутствовал его вслед енот.

– Флаг тебе в руки, – раздался по рации голос Квилла, перекрываемый шумом ветра.

Дракс не успел захлопнуть за собой дверь, как три робота ворвались за ним внутрь. Коридор был очень узким, и роботы с безжизненными лицами оттесняли друг друга, стремясь прорваться к цели.

Уничтожать их не было смысла: на месте одних непременно появились бы другие.

Дракс принял новое решение.

Схватив одного робота за руку, он дернул его на себя и подбросил вверх. В потолке появилась трещина, механический противник тут же упал на пол. Дракс швырял его снова и снова…

– Взрывайся уже, – нетерпеливо бурчал воин.

Разрушитель схватил еще одного робота и подбросил обоих. Раздался щелчок. Дракс ухмыльнулся и отскочил назад. И все же ему не хватило проворности.

Двойной взрыв отбросил его на пол. Пламя опалило ресницы, в ногу что-то вонзилось. Дракс, глубоко вздохнув, наглотался пыли. Когда она осела, воин увидел, что потолок и часть стены обрушились. Коридор был полностью завален.

Как и было задумано.

Роботы могут разобрать завал, но на это понадобится время, за которое остальные Стражи успеют их расстрелять.

Ну… как минимум полминуты он выиграл.

Дракс поднялся, не обращая внимания на боль в израненной осколками ноге, и вошел в бар. Дверь была выбита. Кия и Грут стояли напротив Анней.

– Что там творится? – спросила хозяйка, сжимая в руках огромное ружье. Ее и Стражей разделяла барная стойка.

– Я обрушил потолок в коридоре, – как ни в чем не бывало ответил Дракс.

– Отлично, просто замечательно, – Анней кивнула в сторону главного выхода. – Выметайтесь.

– Нам нужно уйти незамеченными.

– Я есть Грут, – подтвердил Грут.

– Рада за вас. Прячьтесь где-нибудь в другом месте. Проваливайте!

Втроем они легко бы справились с одной женщиной с ружьем.

Но Квилл был против нападения на гражданских. К тому же они так и не узнали, где найти Берена и купленного им Грута.

– Меня хотят похитить, – срывающимся голосом объяснила Кия. – Он ждет снаружи. Пожалуйста, помогите.

– Мы заплатим, – добавил Дракс. – Потом.

Анней задумалась.

– Нет времени на раздумья. Скоро сюда ворвутся, – в голосе Кии больше не звучала мольба.

«Молодец, – подумал Дракс. – Без боя не сдастся».

– Ворвутся взрывающиеся роботы, – уточнил он.

Со двора донесся звук осыпающегося щебня и скрежет металла по металлу. Следом раздалось несколько взрывов.

Анней опустила ружье.

– С вас минимум пятнадцать тысяч кредитов.

– Идет, – ответил Дракс, протягивая руку.

Не обратив на это внимания, хозяйка резко отвернулась. Дракс и компания проследовали за ней: сначала – в тесную кухню, потом – в кладовую. Не мешкая ни секунды, Анней проскочила сквозь пирамиду ящиков, оказавшуюся голограммой, и хлопнула в ладоши. По сигналу голограмма отключилась, и в кладовой тут же стало заметно просторнее.

Хозяйка постучала по стене, и в полу открылся круглый люк. Вниз вела лестница. Дракс присмотрелся, но увидел лишь темноту.

– Спускайтесь в туннель. Там дважды налево, потом направо, дальше прямо. Когда увидите, – Анней издала непонятный Драксу звук, – изобразите, – другой непонятный звук, – и выйдете прямо у космопорта.

Универсальный переводчик Дракса не распознал несколько слов, но Кия все поняла. Кивнув, она спрыгнула вниз, не воспользовавшись лестницей.

– Я есть Грут! – Грут позвал Анней за собой, развернув женщину лицом к люку.

– Идите с нами, – Дракс уже слышал, как в зале бьется стекло.

Должно быть, некоторые роботы прорвались через окна.

– Они уже здесь.

– Я не оставлю свой бар, – начала было Анней, но очередной взрыв заставил ее скривиться и передумать. – Впрочем, неплохая идея.

Она ухватилась за лестницу и стала спускаться, перескакивая сразу через две перекладины.

– Не забудьте возместить ущерб в полном размере! – крикнула она снизу.

Дракс немного замешкался.

Если его расчеты верны, то роботы уже находились в баре, и стоило им обнаружить кладовую, как весь побег оказался бы под угрозой. Любой взрыв в столь узком туннеле мог оказаться фатальным. Дракс решил остаться и сдерживать роботов, пока остальные отступают.

– Я есть Грут? – У Грута возникла та же идея.

– Нет, иди.

– Я есть Грут! – обвив Разрушителя лозой, Грут сунул его в люк и захлопнул крышку над его головой. Теперь путь в бар для Дракса был отрезан.

Он взглянул вверх, борясь с желанием проломить преграду, вернуться к товарищу и помочь ему сражаться с роботами.

Это было бы весьма неразумно.

Решение Грута остаться тоже было неразумным. В его нынешнем состоянии у него не было ни малейших шансов сдержать механических солдат Коллекционера.

– Где Грут? – раздался голос Кии.

– Прикрывает нас, – ответил Дракс и, стиснув зубы, последовал за ней и Анней.

26

– Гам! Они прорвались внутрь!

– Секунду!

Ракета шмыгнул в здание сквозь какой-то пролом, Гамора прыгнула за ним. Приземлившись на пол в руинах коридора, она мгновенно развернулась и сделала выпад мечом. Преследовавший их робот упал с пробитой головой и взлетел в воздух. Взрыв обрушил еще часть потолка, совсем небольшую, но и этого было достаточно, чтобы прикрыть пролом и дать Гаморе несколько секунд на передышку.

– Где они? – наемница осмотрелась.

Вместе с Квиллом и Ракетой они уничтожили всех разбиравших завал роботов.

Енот прикрыл проход, пытаясь сдержать новую волну атакующих. Его бластер был близок к перегреву.

Внутри бара Гамора насчитала пятерых целых роботов и двух поврежденных, лежащих на полу. Ага, вошли со стороны фасада, но не через дверь. Весь пол был усыпан осколками оконного стекла.

– Ракета, подвинься-ка, – Гамора проскользнула мимо него, рассчитывая, что еноту хватит реакции, чтобы вовремя прекратить стрельбу. – Забаррикадируй черный ход получше, чтобы единственным путем внутрь остался боковой.

Обезглавив ближайшего робота, Гамора, словно битой, послала мечом его голову в другого.

– Это я с радостью, – Ракета помчался назад, роясь в поясных карманах.

Следующая фаза плана и его роль в ней весьма нравились Ракете.

Хорошо.

Своя роль Гаморе тоже нравилась.


– Грут! – крикнул Ракета по рации. – Где вы там?

Отряхивая хвост, енот вернулся в целую – относительно целую – часть бара. Подложенная им взрывчатка окончательно замуровала коридор, закончив работу Дракса. В основном зале местами обвалился потолок, треснула стена и разбилось несколько бутылок – пожалуй, главная потеря. Несмотря на это, здание еще стояло вполне уверенно, и Ракета мог продолжать без лишнего беспокойства. Мохнатый Страж был опытным подрывником и выполнял взрывные работы с хирургической точностью.

Гамора зачистила зал и вышла на улицу, оставляя за собой шлейф из металлических деталей. Ракета видел за окном ее силуэт: она уничтожала одного робота за другим. Квилл направлял ее с воздуха.

– Грут! Прием!

Ответа не было. Ракета расхаживал туда-сюда среди останков роботов и пробовал менять частоту.

«Этот мне не подойдет, – думал енот. – Ого, а этого Гамора не слабо уработала!»

– Дракс, – спросил он, склоняясь над более-менее целым роботом, – Грут с тобой?

Пару минут назад Дракс выходил на связь и сообщил, что находится в тайном туннеле на пути в космопорт. Возможно, под землей была плохая связь.

«Так, а вот этот подходит…»

– Ракета, Грута с нами нет, – раздался ответ.

– Что?

– Он остался в баре, чтобы прикрыть нас.

Ракета аж подскочил.

– Я знал, что вы не успеете вовремя до него добраться и помочь, поэтому решил не отвлекать, – объяснил Дракс.

– Ох и скажу я тебе пару ласковых при встрече, – прорычал Ракета. – Он остался в кладовой?

– Да.

Гамора должна была проверить все закутки, если только те не были заперты – в таком случае роботов там быть не могло.

Ракета подергал дверь – закрыто.

Это мог быть как хороший знак, так и плохой. Что ж, была не была.

Ракета установил взрывчатку, и через несколько секунд в двери образовалась дыра размером с енота. Тот заглянул внутрь и тут же понял, почему дверь не открывалась. Она была забаррикадирована массивным кухонным стеллажом, поваленным у дверного проема.

Вокруг одной из балок вилась лоза.

Ракета пробрался внутрь, лавируя между обломками. Лоза тянулась по всей кухне и уходила в кладовую. Енот заметил множество коробок, стеллажей, стульев и захламленный стол и насчитал трех уничтоженных роботов на полу. Лоза резко обрывалась. Чуть поодаль лежала другая – тоже оборванная. А по всей кладовой…

Кругом были рассыпаны щепки.

Ракета выругался.

По рации раздался голос Квилла.

– Что нового?

– Груту конец, – начал енот. – Только щепки остались. Этот драный идиот остался сдерживать роботов и…

И, прежде чем пасть под их натиском, своротил железный стеллаж и перекрыл проход, чтобы не позволить преследовать друзей.

Страж снова разразился градом ругательств.

– Ракета, – произнесла Гамора.

– Знаю. Нам надо покончить с этой армией роботов. Сейчас этим займусь.

– Ракета, прости, – только и смог сказать Квилл.

Енот выключил рацию.

Первым делом Ракета набил карманы оставшимися от Грута щепками. Обгорелые он не брал, только крупные, без изъяна, из которых можно было без труда вырастить друга заново. Хотя «без труда» – это спорное утверждение. Учитывая, как медленно теперь росли Груты, Ракета был не уверен, что у него получится вырастить еще одного.

Он выругался в третий раз.

Затем енот проверил останки роботов. Они были сильно повреждены и не подходили для его замысла. Как ни печальна была эта мысль, но пострадали они в основном в результате самодетонации, а не от рук Грута.

Напоследок Ракета осмотрел комнату. До заварушки он попросил Грута кое-что сделать и, быть может… Есть!

Среди оплавленного металла и обугленных щепок лежал коммуникатор Анней. Устройство было чуть помято, но все еще работало.

Пускай Грут не смог оказать достойного сопротивления роботам, но карманы хозяйки он обчистил мастерски.

– Спасибо, дружище.

На всякий случай подобрав еще одну щепку, Ракета выбрался сквозь дыру в двери обратно в бар.

Ему предстояло серьезно потрудиться, а сначала нужно было отыскать подходящего робота.

27

Шаттл Коллекционера начал подъем и наконец завис над высотным зданием по соседству с баром. Перед Тиваном открывались вся улица и двор. Питер не знал, пытается ли Коллекционер таким образом засечь Кию или просто хочет держаться подальше от драки. По правде говоря, размышлять об этом было некогда.

Пролетев мимо шаттла в погоне за особо настырным роботом, Квилл бросил Старейшине:

– Надеюсь, ты делаешь заметки для своей драной кавер-группы?!

Занятому летающими роботами Питеру только и оставалось, что кричать, и времени он не терял, отпуская в адрес Тивана колкие замечания во время коротких пауз между отстреливанием и преследованием противников. Квиллу то и дело приходилось снижаться, чтобы держать врагов подальше от любопытных зевак и спасающихся бегством жильцов окрестных домов. По крайней мере, делать это было нетрудно, так как роботы не атаковали мирных граждан.

Улица превратилась в настоящее поле боя. Задняя стена бара Анней полностью обвалилась, повредив и несколько соседних зданий. Роботы карабкались по развалинам, словно муравьи.

Ракета оставался внутри и не участвовал в заварушке. Уничтожение роботов полностью легло на плечи Квилла и Гаморы.

В основном – Гаморы. Она вихрем кружила вокруг бара, защищая подходы к окнам, порой переходя в наступление, а иногда врываясь внутрь, чтобы отловить прокравшегося туда робота. Когда бы Питер ни просил Гамору прикрыть чью-нибудь спину, она всегда относилась к заданию со всей серьезностью.

– Есть новости? – спросил Квилл Ракету по рации.

– Эй, не торопи меня! Работа тонкая! Сам попробуй взломать робота, который может в любой момент взорваться!

– А ты что тогда будешь делать? – прищурив глаз, Питер прицелился в очередного металлического врага и щедро полил его пламенем. – Продвинулся хоть немного?

– Скоро закончу, – отозвался енот, – может быть.

– Где ты?

– За стойкой. Тьфу ты, зеркало разбилось. Кажется, у меня осколки в пиве. Гамора, ты не могла бы быть чуточку аккуратнее?

Питер хотел попросить Ракету не пить посреди сражения, а уж тем более за работой с высокотехнологичным и взрывоопасным материалом, но решил этого не делать. После того как еноту пришлось копаться в останках друга и в прямом смысле слова совать нос в ходячую бомбу, Ракета заслуживал стаканчика холодненького.

– Стекло в пиве или твои кишки на потолке, – ледяным тоном заявила Гамора. – Выбор невелик.

Звук ее голоса сопровождал слабый шум. Питер догадался, что наемница прикончила еще одного противника.

Тут внимание Квилла привлекло движение.

– Ребята, враг что-то замышляет.

Несколько роботов оставили попытку проникнуть в бар – место, где последний раз видели Кию, – и вышли на улицу. Миновав кучку испуганных димави и не обратив на них никакого внимания, они выстроились у окон ближайших зданий – по одному металлическому стражу на каждого – и дружно вышибли рамы, а потом живо полезли внутрь.

До Питера не сразу дошло, что к чему. Потом он понял: должно быть, Коллекционер отдал новый приказ – искать Кию в соседних домах на случай, если та решила спрятаться.

Со всех сторон к улице приближались шаттлы. Эмблемы на них были универсальными для всех планет.

– Полиция прибыла, – сообщил Питер по рации. – Роботы обыскивают соседние здания. Ракета, поторопись. Гамора, убедись, что бар больше не атакуют и Ракета в безопасности, а затем приступай к эвакуации жильцов. Я же попробую обзавестись новыми друзьями.

Квилл приземлился одновременно с первым полицейским шаттлом и поднял руки над головой.

– Звездный Лорд из Стражей Галактики, – представился он. – Мы, гм, впервые на Димаве. Приветствую и прошу прощения за беспорядок. Мы пытаемся все исправить. Дело в том…


– Зря он это сделал, – произнесла Кия после нескольких минут молчания.

Дракс взглянул на нее, ожидая объяснения.

Туннель был освещен тусклым оранжевым светом. Люк, через который они спустились, казался новым, но внутри их встретили старые, местами обвалившиеся стены и редкие ржавые трубы. Шедшая впереди Кия обернулась, ее лицо дрогнуло.

– Не надо было ему…

– Если там действительно были взрывающиеся роботы, то я благодарна вашему другу, – произнесла следовавшая за девушкой Анней. – Но мне его жаль.

– Он вырастет заново, – сказал замыкавший процессию Дракс.

Кия покачала головой.

– Забудьте.

Она казалась маленькой. Конечно, по сравнению с Драксом почти все выглядели таковыми, а Кия была даже крупнее многих жителей Галактики, но дело было не в габаритах, а в поведении. Пусть Кия и получила рефлексы Гаморы, была проворна и при необходимости безжалостна, ей сильно не хватало изящества и уверенности в себе. Походка девушки была робкой, а движения – сдержанными: она всем своим видом показывала, что ей неловко находиться здесь. Кия запустила руки в карманы куртки.

С их первой встречи Дракс почти не общался с девушкой: не видел в этом смысла. Угрозы она не представляла, в чужие дела нос не совала. Даже сейчас держалась особняком, сосредоточившись на своей цели.

Дракса это не заботило – в конце концов, он и сам поступал так же.

– Анней, – спросила Кия, – для чего используются эти туннели? Почему они связаны с вашим баром?

Они без утайки рассказали хозяйке правду о Кии и Коллекционере, но женщина не торопилась довериться новым знакомым. На вопросы Дракса о Берене она тоже не отвечала.

– Кажется, у вас непростые посетители, – заметил Дракс. – Политические активисты? Террористы? Бандиты?

Анней обернулась через плечо.

– Я просто торгую выпивкой. А что другие за этой выпивкой обсуждают – не мое дело.

– Кажется, ты попал в точку, – заметила Кия.

Дракс притормозил, отставая от спутниц, и оглянулся назад. Преследователей не было видно. Если он оказался прав насчет клиентов Анней – а судя по всему, это так, – то туннель сконструирован так, чтобы блокировать устройства слежения. Значит, вероятно, у них получится уйти незаметно.

– Может, лучше расскажете, зачем этому Коллекционеру понадобилась димавийская девчонка, да настолько, что он посылает за ней армию взрывающихся роботов? И отчего с ней нянчатся галактические герои? – предложила Анней. – Какая-то невероятная история получается.

– Мы с ней не нянчимся, – ответил Дракс. – Няньки за деньги работают.

– Вы слышали о Дикиррине? – спросила Кия.

– Ага, – хозяйка задумчиво зевнула, словно вспоминая что-то. – Это городок, который захватили во время Разбоя. В прошлом году на него снова напали. Какая-то небольшая группа. Кое-кто из моих клиентов заинтересовался этим происшествием, подозревая, что в нем опять замешаны кри. Кажется, налетчики убили пару человек и похитили девочку. Это была ты?

– Захват организовал Коллекционер. А погибшими были моя мама и пришедший на помощь сосед.

– Гм, – Анней задумалась. – Извини.

– Ага, – Кия целеустремленно зашагала вперед.

– Я слышала, что тебя долго искали.

– Правда? – девушка сбавила шаг.

– Конечно. Во время Разбоя погибло много твоих земляков. Никто не хотел терять еще одного.

Кию эти слова не убедили.

– Если узнают, что ты жива…

– Даже не думайте никому говорить.

– Не хочешь возвращаться?

– Хочу, но не могу.

– А если этот Коллекционер…

– Я не могу, – настойчиво повторила Кия, не оборачиваясь.

Наступило молчание. Единственным шумом в туннеле был топот их шагов, неровным эхом отражавшийся от стен. Не заглушаемый голосами, он казался невероятно громким. Дракс воспользовался этим, чтобы снова прислушаться. Ничего.

– Ты же сказала, что хочешь домой, – сказал он.

– Хочу.

Дракс недоумевал: Кия противоречила собственным словам.

– Сейчас это небезопасно, – объяснила она. – Родители не скрывали от меня происхождения моего отца, но настаивали, чтобы я никому об этом не рассказывала. Я держала язык за зубами. Никто не знал, что могло случиться: на зен-воберианцев не было открытой охоты, но не потому ли, что не на кого было охотиться? Кроме Гаморы. А Гаморой пугали непослушных детей, так что никому бы и в голову не пришло охотиться на нее.

– Некоторым все же приходило, – заметил Дракс. – За что они голов и лишились.

– Стоп, стоп! Какие еще зен-воберианцы? Ты что, наполовину зен-воберианка? – Анней нагнала Кию и внимательно присмотрелась к ней, будто рассчитывая разглядеть чужеземные черты.

– Не надо на меня пялиться, – отвернулась Кия. – Гамора так же на меня таращится. Это противно.

– Я и не думала, что у димави и зен-воберианцев может быть потомство.

– Мои родители – тоже, пока не появилась я. Кажется, зен-воберианцы плохо скрещивались с представителями других рас. – Дракс не видел лица Кии, но почувствовал, что та натянуто улыбнулась. – Нам с отцом приходилось красить волосы. Он прятал все отличительные черты и специально потолстел. Мы ничем не выделялись, и никто ничего не подозревал, да и повода не было. Когда напали кри, отец, как и все, защищал свой дом и погиб. У зен-воберианцев существуют особые погребальные обряды, но мама не могла их совершить, не вызвав подозрений. Поэтому его похоронили как димави.

Девушка сделала паузу, после чего продолжила.

– Примерно полтора года назад… у меня появилась подруга. Мы с ней много общались. Я рассказала ей все, – Кия откашлялась. – Только ей, никому больше. И тут же, после того как я провела столько лет в безопасности, появился Коллекционер. Убил маму и похитил меня. Как еще он мог узнать? Моим родителям не стоило ничего рассказывать мне, а я не должна была доверять подруге. Теперь мама мертва, а я целый год была игрушкой Тивана. В этот раз он снова легко нас нашел, не прошло и часа. Либо кто-то позарился на обещанную награду, либо у него в каждом порту свои люди. Всем известно, что он разыскивает меня. Я родом из бедной деревни, и найдутся те, кто, выбирая между мной и деньгами, предпочтет деньги. Поэтому я не могу вернуться домой.

Не переставая следить за туннелем, Дракс внимательно выслушал девушку. Кажется, ее рассказ был окончен. Обдумав слова Кии, он сделал вывод:

– Разумное решение.

Анней была ошеломлена.

– Как ты можешь так говорить?!

Кия резко рассмеялась.

– Он прав. Это действительно разумное решение. Я тщательно его обдумала.

– Ты же не виновата в том, что случилось с твоей матерью, – сказала Анней. – Не кори себя, хорошо?

Кия пожала плечами и почти остановилась, то ли потому, что хотела поговорить, то ли потому, что в спешке не могла внятно думать.

– А кто виноват?

– Этот Коллекционер, кто же еще?

– Мы с ним в равной степени виновны.

– Хочешь ему отомстить? – спросил Дракс. – Он отнял у тебя семью. Я знаю, что ты чувствуешь.

– Правда? – Кия задумчиво оглянулась. – А ты хочешь мести?

– Да, – признался Дракс.

Кия взвесила его слова.

– Очень хочу, – добавил Дракс.

– Ха-ха.

– Жажду.

– Не уверена, что собираюсь мстить, – сказала Кия. – Я просто хочу, чтобы мама была жива.

Дракс кивнул. Это желание тоже было ему понятно.

– Мы пришли, – объявила Анней. – Не знаю, где ваш корабль, но этот проход ведет на грузовую площадку позади космопорта.

Проскользнув мимо Дракса и Кии, она открыла люк. Девушка взглянула на воина рядом и осторожно, робко улыбнулась.

Дракс проникся к девушке симпатией. Она многое пережила и умела за себя постоять. Это роднило ее и с ним самим, и с его друзьями. Он положил руку ей на плечо.

– Если решишься отомстить за семью, позови меня. Нам будет о чем поговорить.

28

Ракета был невероятно близок к цели. Осталось лишь сосредоточиться на пару секунд – что было весьма непросто сделать в разрушенном баре под грохот взрывов.

– Квилл! – крикнул енот по рации, не отрываясь от робота, с которым возился. – Я же говорил, полегче со взрывами!

– Это не я! Тут армия прибыла, будь она неладна! Мы зачищаем здания от роботов. Я сказал солдатам, чтобы не слишком увлекались, но…

Голос Питера перекрыли истошные вопли – гражданских, догадался Ракета. Квилл тут же принялся их успокаивать.

– Ладно, понял тебя. Продолжай, – сказал енот.

– Долго тебе осталось?

– Еще минуточку. Коллекционер никуда не смылся?

– На месте, – отрапортовал Квилл.

Раздались новые крики и непонятный шум: похоже, обвалилась стена. Ракета пожалел, что пропустит все самое веселое.

– Шаттл Коллекционера в паре кварталов от бара, движется в сторону порта. Дракс, прием.

– Мы отбили наш корабль у людей Тивана, – ответил Разрушитель.

– Скоро он сам вас навестит, – взволнованно сообщил Квилл. – Должно быть, его успели предупредить раньше, чем вы…

– Изничтожили всех его подручных, – закончил Ракета. – Груты на месте? Как они там?

– Как всегда, надоедливы.

– А Кия? – вставила Гамора.

– Цела.

– А хозяйка бара? – спросил Квилл.

– Составляет счета на возмещение ущерба.

– Ну да, ну да, сейчас, только спасу кого-нибудь еще и переведу ей кредиты. Мог бы и объяснить, что я – самый благонадежный человек во Вселенной. Разрешаю немножко преувеличить.

– Квилл! – многозначительно посмотрела на него Гамора.

– Ладно, ладно. Дракс, гони корабль сюда.

– Уже в пути.

– Ракета?

– Чем быстрее вы прекратите гундеть мне в ухо, тем быстрее я закончу!

Перепроверив контакты, Ракета отошел чуть назад, чтобы взглянуть на результат своих трудов. Взломанный механический солдат неподвижно лежал перед ним: прекрасная рукотворная машина для убийства.

– Квилл, остались там еще роботы?

– Ага.

– Скажи, чем они заняты… – Ракета произвел несколько манипуляций с самодельным пультом управления и прошептал в микрофон «стоять», – прямо сейчас?

– Они остановились.

– Взлет, – скомандовал енот в микрофон. – А теперь?

– Полетели!

– Отлично, все работает. Что ты теперь должен сказать?

– Ты крут, – голос Квилла звучал абсолютно искренне, и Ракета даже не знал, нравится ему это или нет. – Жди сигнала!

– Так точно, – Ракета ухмыльнулся роботу во все зубы. – Спасибо за службу, жестянка.

Забравшись на барную стойку, он глотнул пива и осмотрелся. Внутри остались только мусор, искореженные роботы и сам Ракета.

Он достал коммуникатор Анней. Программа-взломщик почти пробила систему защиты.

– И зачем мне напарники? – задался вопросом енот. – Я и сам неплохо со всем справляюсь!

– Ракета! – оглушил его голос Квилла. – Пора делать ноги! Хватай пушку и выбирайся! Дракс почти на месте, а Тиван у него на хвосте!

Спрыгнув со стойки, енот успел посокрушаться о недопитом пиве и вылез из бара через разбитое окно. Он выбежал на улицу, лавируя между останками роботов и воронками. Взрывы не пощадили и соседние дома: кругом были черные следы от огня, стены потрескались, а кое-где даже обрушились. Ракета мог видеть пару офисов, открытых всем ветрам, будто комнаты кукольного домика.

Должно быть, Гамора и Квилл неплохо повеселились.

Чуть поодаль улицу перекрывал военный кордон. Вооруженные солдаты штурмовали бизнес-центры и магазины. Их не хватало, чтобы заблокировать всю улицу, – и там, и тут по-прежнему рыскали роботы. Закончив обыск одного здания, они переходили к следующему, методично разбивая окна и забираясь внутрь в поисках следов Кии.

В желто-зеленом небе енот заметил очертания корабля Стражей. Дракс вел его так, словно прошел курс пилотажа у самого Ракеты: быстро, на бреющем полете. До прибытия оставались считаные секунды.

Позади корабля виднелся другой, едва различимый силуэт: наверняка шаттл Коллекционера.

Ракета обернулся. Его «тачка» была на подлете.

Енот поднял лапу, словно голосуя на обочине.

Квилл снизился, схватил его и поднял в воздух. Другой рукой он уже держал Гамору.

– Ну, Ракета, давай! – скомандовал Питер, перекрикивая ветер. – Дракс, открывай люк, мы уже рядом! Я не смогу долго тащить двоих!

Хвост Ракеты распушился и болтался на ветру. Они взлетали все выше, держа курс на свой корабль. Енот поднес к губам пульт управления.

– Эй, жестяночки! – крикнул он. – Выходите и двигайтесь к тому шаттлу, на котором прилетели!

Ракета взглянул вниз, чтобы увидеть плоды своего труда.

В течение нескольких секунд все роботы высыпали из домов на улицу, шустро выбравшись из окон и выломанных дверей. Те, что уже были на улице, замедлились и никак не реагировали даже на окруживших их солдат.

Все как один роботы подняли головы вверх. Ракете показалось, что даже пара полуразрушенных роботов, валявшихся на земле, попытались сделать то же самое, но с высоты он не мог разглядеть наверняка.

Шаттл Коллекционера быстро приближался.

Пусть Тиван и бессмертен, сказать то же о его средстве передвижения было нельзя.

– Сбить, – скомандовал Ракета.


Едва Питер успел погрузиться на корабль, как его коммуникатор запищал. Пришло входящее сообщение.

Ракета поспешил закрыть за собой люк, а Гамора сразу же бросилась по ржавому трапу к мостику. Питер не торопясь последовал за ней, на ходу деактивировав шлем и приняв сообщение. Появление голографического изображения димави в военной форме его не удивило: это был тот самый капитан, с которым он уже общался. Питер помог местным провести эвакуацию, но союзниками они не стали.

– Мы с вами еще не закончили, – резко сказал капитан.

– Послушайте, мы неплохо потрудились, так зачем все усложнять? – Перешагнув через Грутика, Питер поднялся по ступенькам вслед за Гаморой.

– Вы целый район разрушили, а теперь рассчитываете избежать последствий?!

– Не целый район, а только треть! – возразил Питер. – Максимум половину. К тому же мы старались защитить город. Роботов послал Коллекционер, а не мы. Нашей вины тут нет. Роботы – штука такая, порой с ними ничего не поделаешь. Больше всего пострадал бар, но мы уже договорились с хозяйкой о возмещении ущерба.

Питер развернулся и уселся на верхней ступеньке, оглядывая трюм.

Напротив него Ракета прислонился к закрытому люку, изучая какой-то коммуникатор. За енотом с любопытством наблюдал Грутик.

Питер ожидал, что Ракета первым делом бросится на мостик, чтобы не упустить момент, когда роботы превратят шаттл Коллекционера в источник искрометных фейерверков. Конечно, это лишь временный триумф: Тивану не составит труда найти новый корабль и установить на него телепортационное устройство – но от этого победа не казалась менее сладкой. Питер и сам жалел, что не увидит этого, но надеялся, что Дракс запишет взрыв шаттла на камеру.

Одного ему не хотелось – бежать с очередной планеты, рискуя оказаться в ее черных списках.

– Послушайте, – повторил Питер, обращаясь к димавийскому капитану, – давайте спокойно все уладим…

29

– Ненавижу дипломатию, – проворчал Квилл, поднимаясь на мостик.

«Веселье только начинается», – подумала Гамора, разворачиваясь в кресле навигатора как раз в тот момент, когда Питер понял, что у них на борту гостья.

К спинке занятого Драксом кресла пилота, прислонившись, стояла Анней.

Увидев ее, Квилл едва не прикусил язык.

– А вы что делаете на моем корабле?

Хозяйка бара ответила на его реакцию усмешкой.

– Дракс забыл нам кое-что рассказать, – заметила Гамора.

– А… – Квилл на всякий случай осмотрел мостик на предмет других сюрпризов, но, кроме Дракса, Гаморы, Анней и его самого, там никого не оказалось.

– Так вот вы как дам привечаете? – разочарованно произнесла Анней. – А я-то надеялась на теплый прием.

– Какого хрена вы забыли на моем корабле?!

– Мы обещали ей заплатить, – выглянул из-за спинки кресла Дракс и посмотрел на Квилла. – Не силой же ее прогонять!

– Гони кредиты, – потребовала Анней, – и высади меня где-нибудь – тогда, возможно, я дам вам еще шанс и мы нормально пообщаемся. Пятнадцать тысяч за помощь при побеге и девяносто – в качестве компенсации за разрушенный бар.

Она кивнула в сторону иллюминатора.

– Живее, а то мы скоро выйдем из атмосферы.

Кстати об этом… Гамора развернулась обратно и ввела несколько команд на контрольной панели, включив защитное поле корабля и повысив внутреннюю гравитацию. Поручив остальное Драксу, она вновь принялась следить за переговорами Квилла и Анней.

– Я не говорил, что заплачу сразу! – оправдывался Питер. – Я имел в виду, что мы вернемся после того, как решим свои проблемы!

– Мне не кажется, что вы сейчас сильно заняты, – заметила димави, осматривая Квилла с головы до пят.

– Куда берем курс? – спросил Дракс.

– Понятия не имею. Сейчас соображу.

Квилл приблизился к Анней, сунув большие пальцы в шлевки для ремня и всем своим видом выражая возмущение.

– Я капитан этого корабля. – Эти слова сопровождались знакомым громким смехом, донесшимся из коридора позади, но Гаморе показалось, что Квилл был чересчур увлечен, чтобы обратить на это внимание. – И лидер этой команды. Я стою на страже Галактики, и мне некогда валять дурака. Совсем некогда.

– Капитан? – вновь усмехнулся Ракета, поднимаясь на мостик в сопровождении Кии. – Смешно. Эй, Гам, дай-ка я тебя сменю!

Гамора без возражений освободила кресло навигатора. Поднявшись, она облокотилась на спинку сиденья стрелка, по-прежнему не сводя глаз с Квилла и Анней. Кия остановилась в проходе и сделала то же самое.

По правде говоря, Гамора не имела ничего против того, чтобы закончить разговор и помахать мечом перед носом у любого, кто осмелился бы возражать. Однако Анней ничего не рассказала им о Берене – покупателе Грута. У воительницы закрались сомнения, что хозяйка бара могла ничего и не знать о его местонахождении, но вмешиваться она не стала. Это Квилл был мастером выпутываться из любых ситуаций.

– Нет, это ты послушай, – не унималась Анней. – Заплати и высади меня… Тьфу, мы уже в гиперпространстве? Значит, высади меня на какой-нибудь более-менее приличной станции по пути к тому месту, куда вы направляетесь. Домой я сама доберусь – и больше мы не увидимся.

– С каждой секундой такая перспектива нравится мне все меньше, – не сдержался Квилл. – Пожалуй, я не стану спешить расставаться со своими кредитами.

– Ты слишком самоуверен для того, кто только что лишил меня средств к существованию.

– Мне часто это говорят.

– Это не комплимент, – заметила Гамора.

– Гм, – Анней смерила оценивающим взглядом Питера, чья футболка «совершенно случайно» натянулась так, чтобы подчеркнуть кубики его пресса. – Мне решать, комплимент это или нет. Значит, так: платите, потом высаживайте…

– Мне не-ког-да, – нараспев произнес Питер, перебивая ее.

– …и я скажу, где искать Берена.

– Где я сейчас найду сотню с лишним тысяч кредитов? – Квилл вскинул голову, «совершенно случайно» позволив непослушной пряди волос упасть на лоб. – Может, так расскажете?

– Нет нужды, – вмешался склонившийся над приборной панелью Ракета, помахивая хвостом. – Дракс, повнимательнее! Не перегрузи движок, а то мы до Вадина не доберемся.

Вот это новости.

– До Вадина? – будто эхом отозвалась Кия.

Если бы Гамора не следила за ней, то не услышала бы этих слов. Наемница резко повернулась к Ракете.

– Что мы забыли на крийской планете?

– Нашего клиента, Берена Амав-Ама, чрезвычайного советника по безопасности дипломатической делегации димави на Вадине. За дело, ребятки. Не могу же я в одиночку все делать! – енот крутанулся в кресле и кинул Анней ее коммуникатор. – Спасибо, что одолжили.

– А я-то гадала, куда он подевался, – хозяйка бара поймала местами оплавленный и треснувший, но по-прежнему рабочий коммуникатор, на котором еще горела пара индикаторов. – С вас еще семь тысяч кредитов за новый коммуникатор.

– Ладно, – ответил Квилл, – идет.

– Чего?! Когда я его нашел, он был уже таким! – Ракета вернулся к управлению. – К слову, выберите для следующего защиту понадежнее. Любой умник, у которого под рукой запрещенные в двенадцати галактиках программы, может ее обойти, порыться в вашей адресной книге, найти полное имя интересующего субъекта, разыскать его в публичных базах, добыть правительственное досье, позвонить субъекту на работу и уболтать милую секретаршу сообщить местонахождение босса. Нельзя же так рисковать! Ставить такую слабую защиту – все равно что ковровую дорожку перед хакерами расстелить.

Анней была готова испепелить Ракету взглядом.

– Ребята, я тут кое-что заметила, – Кия наконец поднялась на мостик и заметно напряглась, и все взгляды тут же устремились на нее. – Я уже видела это название – Вадин. На тех плакатах о праздновании двухсотлетнего мира между Димаве и Империей Кри. Церемония пройдет как раз на этой планете. Если Берен действительно входит в делегацию, то он будет там, – Кия замялась. – Ракета, ты сказал, что его фамилия Амав-Ам?

– Она тебе знакома? – спросил Квилл.

– Возможно, просто совпадение, но это распространенная фамилия в тех местах, откуда я родом.

– То есть в тех местах, которые пострадали от Разбоя, – заметила Гамора и, потратив пару секунд на то, чтобы взвесить новую информацию, отошла от кресла стрелка. – Весьма вероятно, что он держит зуб на кри. Возможно, тоже потерял родных. Нам стоит ждать неприятностей.

– Думаешь, Грут понадобился ему, чтобы… – не закончив мысль, Ракета потянулся к рычагам управления двигателем.

Квилл тоже об этом подумал.

– У него должна была быть причина, чтобы купить ядовитого Грута. Вряд ли он выполнял правительственный заказ: тогда бы ему не пришлось скрываться и использовать сомнительных посредников. Не обижайтесь, Анней.

Та задумалась.

– Ничего не имею против сомнительности.

– Значит, Берен купил Грута, заранее зная о церемонии, – заключила Гамора и на всякий случай уточнила: – Он хочет устроить теракт?

– Я и подумать не могла, что он замышляет нечто подобное, – сказала Кия, меняясь в лице.

Ее кожа приобрела желтоватый оттенок, и девушка попятилась.

– Я даже не знала, что он служит в правительстве. Он сказал, что собирается использовать Грута в качестве личного телохранителя.

– Когда состоится церемония? – спросила Гамора.

Кия наморщила лоб, пытаясь вспомнить дату на плакате. Ее выручила Анней.

– Примерно через шесть-девять часов, в столице Вадина. Не помню, какая разница во времени между Вадином и Димаве. Значит, вы считаете, что Берен собрался саботировать церемонию? – голос женщины звучал скептически.

– Удивлены? – Ракета соскользнул с кресла и пошел прочь с мостика.

– Я знала, что он входит в состав отправленной на Вадин делегации, но о его планах ничего не слышала.

Ракета хмыкнул и обернулся на полпути к выходу.

– У вас в баре чертов секретный туннель, а вы утверждаете, что ни в чем не замешаны и слыхом не слыхивали о том, что замышляют ваши приятели? По-моему, вы не меньше Берена были недовольны этой церемонией.

– Найди хоть одного димави, который ей рад, – парировала Кия.

– Не вижу большого смысла в поисках, – заметил с пилотского кресла Дракс.

– Ладно, проехали, – Ракета достал из кармана на поясе щепку и показал Кии. – С вашего позволения я пойду посажу моего погибшего друга.

С этими словами он удалился.

Кия прикрыла глаза. В этот момент ее лицо выражало весь спектр эмоций.

– Я… я помогу, – сказала она и вышла вслед за Ракетой.

Гамора едва не рванула за ней, но силой заставила себя усидеть в кресле. Сначала нужно было решить, что делать с Анней.

– Вы не ответили на вопрос Ракеты, – напомнила она.

– Да что вы ко мне пристали? – развела руками Анней. – Ворвались, принялись крушить все, что попалось под руку, требовать помощи, а теперь возмущаетесь, что я не рассказываю каким-то драным незнакомцам, где найти моего клиента! Серьезно? Ладно, раз уж вам так приспичило: туннель проложил еще прежний владелец. Разумеется, я в курсе, что многие из моих клиентов – личности подозрительные и уж наверняка используют туннель не для доставки пиццы и пончиков. Но мне нет никакого дела до того, зачем они им пользуются. За невмешательство мне оставляют неплохие чаевые и гарантируют безопасность. Я совершенно не собираюсь совать нос в чужие дела, особенно если это грозит мне смертью или тюрьмой.

Анней смолкла.

– К тому же… я не хочу никому причинять вреда. Как-то так.

Гамора покосилась на Квилла. Тот пожал плечами, словно говоря: «Объяснения приняты».

– Теперь мы можем ее высадить? – спросила Гамора.

– На Димаве мы точно не вернемся. Анней, мы высадим вас на ближайшей станции и оплатим проезд до дома. Когда разберемся со своими делами, то вернемся и рассчитаемся за причиненный ущерб. По-другому не получится.

– Ну-ну, «мы вам перезвоним» и тому подобное, – Анней приблизилась к Питеру. – Представьте, сколько раз я это слышала.

Квилл смотрел ей прямо в глаза, не отводя взгляда.

– Если я пообещал, то сделаю.

– Ты же у нас такой занятой…

– При благоприятных обстоятельствах, – спокойно парировал Питер, – я найду время.

Анней заинтригованно посмотрела на него.

– Мне нравятся мужчины, которые держат слово.

Квилл наклонился к ней так близко, что выдыхаемый им воздух всколыхнул ее челку.

– Я…

– Не увлекайтесь, а то я вас обоих высажу на ближайшей станции, – перебила его Гамора.

Она пересекла мостик и уселась обратно в кресло навигатора рядом с Драксом, но развернулась, чтобы видеть Квилла и Анней. Бесплатный цирк ее не интересовал – наоборот, она хотела как можно скорее его прекратить.

Анней ткнула Питера пальцем в грудь и отодвинулась на пару сантиметров.

– Я останусь на борту, пока не заплатишь. Вмешиваться в ваши дела не буду – хотя это можно обсудить отдельно, – но без денег я никуда не отправлюсь.

– А вот это уже будет решать особо важный капитан корабля, – сказал Квилл, с ленцой подаваясь назад и поднимая руки, словно признавая свое поражение. – Ладно, через несколько часов мы будем на Вадине. Делайте что хотите, но держитесь на виду. Дракс, проведешь для нашей гостьи ознакомительный тур по кораблю?

– Тут кругом говорящие деревья, – предупредила Гамора, – так что не пугайтесь.

– Чего тут пугаться? – ответила Анней.

Квилл с легким сожалением проводил Анней и Дракса взглядом. Когда те покинули мостик, Гамора повернулась к Питеру.

– Квилл, ты серьезно?

– Что? – усевшись в кресло пилота, он крутанулся в нем. – У нас и раньше были гости.

– Есть вещи поважнее, чем твое либидо. Надо было высадить ее – и дело с концом. Ничего бы с ней не случилось.

– Я так и собирался поступить, – постучав пальцами по приборной панели, Квилл развел руками.

Между его ладонями появилось голографическое изображение двух планет: Вадина и Димаве. Они были совсем близко друг от друга, и Питер легко проложил между ними курс.

– Анней знает толк в алкоголе, что редкость для женщины. Мне это понравилось. То черное пойло, которое она предложила мне в баре, было поистине…

– Квилл!

Он рассмеялся.

– Высаживая ее, мы бы сильно задержались. К тому же мы перед ней в долгу, а она может оказаться полезной. Кия понятия не имеет о взаимоотношениях кри и димави, а Анней разбирается в политике. Она уже взрослая, и за ней никто не гонится. Если придется прибегнуть к дипломатии, то присутствие димави в нашей команде может помочь.

– Боюсь, что для дипломатии уже поздно.

Менее чем за час своего пребывания на Димаве они превратили целый квартал в дымящиеся руины. До того они вторглись в воздушное пространство Империи Кри, вывезли их заключенных и подбили крийский корабль. Теперь они отправлялись на крийскую планету в разгар важной и весьма деликатной политической церемонии, чтобы найти димавийского советника-террориста, собиравшегося использовать их друга в качестве биологического оружия.

Гамора не испытывала особого оптимизма относительно перспектив дипломатического разрешения этой ситуации.

По крайней мере, намерение Квилла оставить Анней на борту уже не так возмущало ее. А то, что он отправил с ней Дракса, а не пошел сам, оставляло надежду, что их эксцентричный лидер еще не совсем потерял голову.

– Готово, – Питер хлопнул в ладоши, закрывая звездную карту. – Пойду проверю, что там с Грутом. Присмотришь за кораблем в случае, если за нами увязался хвост?

– Если пока не увязался, то увяжется, – ответила Гамора, потягиваясь. – Пока Кия с нами, Коллекционер не отстанет. Да и выследить нас довольно просто.

– Да, скрытность – не наш конек, – признал Квилл.

– Возможно, нам стоит подыскать для Кии другое, более безопасное, укрытие.

– Она нужна Груту.

– Можем оставить всех Грутов с ней. Я верю, что она не сбежит.

– Ты сама-то этого хочешь?

– Нет, – сказала Гамора.

От мысли о том, что Груты будут где-то далеко, где любой проходимец сможет их выкрасть, а Кия останется без поддержки в том случае, если Коллекционер ее все же отыщет, Гаморе становилось не по себе. Ей не хотелось никуда их отпускать.

– Но это, возможно, лучшее решение, – призналась Гамора.

В глубине души она понимала, что должна руководствоваться их безопасностью, а не собственными эгоистичными желаниями.

– Пока за Кию объявлена награда, она останется с нами. Не хочу рисковать.

Гамора кивнула, стараясь не выказывать своего облегчения.

– Что делать дальше, не знаю, – продолжил Питер, словно отвечая на неозвученный вопрос. – Надо придумать, как избавить Кию от имплантов и спрятать от Коллекционера. Необходимо найти всех Грутов, собрать их воедино и не позволить Тивану завершить его проект по сборке Стражей-2. Мы ведь так и не знаем, как далеко он зашел. Енотов он раздобыл, но неизвестно, экспериментировал с ними или нет. Вдруг у него уже подготовлены мини-варианты Дракса и Звездного Лорда? Про всех остальных ребят, которые когда-либо сражались с нами плечом к плечу, я уже не говорю. Могу только гадать. Поэтому пока лучше заняться тем, что нам известно.

– Во-первых, – сказала Гамора, – тебе не терпится узнать, есть ли у него этот самый мини-Звездный Лорд.

– Без комментариев.

– Во-вторых, никто не ждет от тебя ответов на все вопросы.

– Но вы ждете от меня решений, – криво усмехнулся Квилл.

– Думай что хочешь. Мы поступаем так, как нам удобнее.

– Ну спасибо. Я это ценю, – Питер покачал головой, с трудом сдержав смешок, и поднялся с пилотского кресла.

– Питер, – Гамора перехватила его руку, – мы оставляем решения за тобой потому, что верим в твою способность делать правильный выбор. Ни у кого из нас нет такой уверенности в себе. Мы все сомневаемся. Поэтому нам нужно доверять друг другу.

Квилл остановился и задумчиво взглянул на нее.

– И что бы наша команда без тебя делала?

– Без меня не было бы команды, – скромно ответила Гамора. – Проверь, как там Грут. За кораблем я прослежу.

30

Питер заглянул в медпункт. Кия сидела спиной к двери, ссутулившись и задрав ноги на стул. Ее рабочее место окружали мониторы. На столе была рассыпана земля, чуть поодаль стоял горшок с двумя Грутиками, с головы до ног облепленными датчиками.

Квилл не решился войти сразу. Он задумался: знали ли младшие Груты о том, что произошло с оригинальным? Имело ли это для них вообще какое-то значение? К единому выводу Питер прийти не смог. Один Грутик лениво потягивался, другой с беспокойством разглядывал Кию. Девушка задрала штанину и, на первый взгляд, намеренно, а не машинально почесывала полоску зеленой кожи.

– Вы с Ракетой вроде бы собирались Грута посадить, – произнес наконец Питер.

Кия подскочила от неожиданности и обернулась. Опустив штанину и спрятав от посторонних глаз покрывающие кожу вертикальные шрамы, она спустила ноги со стула.

– Я разозлила Ракету, и он ушел.

– Что случилось? – Квилл понимал, что Ракета и Кия никогда не подружатся, но предполагал, что им все-таки удалось прийти к взаимопониманию.

– Он хотел посадить щепки, что принес из бара. Я… предложила ему кое-что.

– И он был категорически против?

– Именно, – скривилась Кия.

– Ну так чего ты хочешь от Ракеты? – Питер взъерошил волосы. – У него не так много друзей. И его самый близкий друг во всей Галактике должен был быть практически бессмертен. А когда оказалось, что этот самый друг вполне себе смертен…

От этих слов Грутики затряслись от страха.

– Одним словом, Ракете сейчас тяжело, – закончил Питер.

– Я есть Грут, – сочувственно произнес один из Грутиков.

Кия тяжело вздохнула и придвинула горшок с малышами поближе к себе.

– Ракета назвал меня драной зазнайкой и обвинил в том, что я довела Грута до такого состояния, – сказала она, недовольно хмурясь. – Он прав. Я навредила Груту, а он, несмотря на это, помог мне сбежать от Тивана, пожертвовав собой.

– Я есть Грут, – поморщился другой Грутик.

– Ты уже неплохо знаешь нашу команду, – Квилл шагнул внутрь и присел на койку, – и должна понимать, каков из себя Грут. Ему уже не раз приходилось жертвовать собой ради других. Ничего удивительного, что он решился на это ради тебя. Он знал, что сможет снова вырасти, а вот тебя заменить уже не получится.

Квилл прислонился к стене, положив руки на тонкий матрас, и койка под ним заскрипела.

– Хочешь сказать, это пустяк?

– Грут не особо распространяется о том, как ему удается регенерировать, но как-то раз я его об этом расспросил, – Питер взглянул на Грутиков, и те дружно кивнули, разрешая ему продолжить. – Это весьма тяжелый и болезненный процесс. Пока он не посажен заново, Грут может провести несколько часов и даже дней в бессознательном состоянии. А если мы не найдем подходящую щепку или напортачим при посадке – ему конец. Нет, это вовсе не пустяк, и решиться на такое непросто.

Кия кивнула. Она тоже не считала самопожертвование Грута пустяком. Если бы это было так, Питер лишний раз задумался бы, стоит ли держать ее на борту.

Говорить о возможной гибели Грута спустя час после того, как его разорвало в щепки, и рассуждать о том, как вырастить друга заново в ситуации, когда рядом находятся сразу две его копии, а по кораблю слоняется еще с десяток, должно было быть весьма странно. Но Стражам не привыкать к странностям. Питер почувствовал лишь нарастающее волнение и беспокойство.

Кия занялась прикрепленными к Грутикам сенсорами. Малыши пищали в ее руках и смеялись, если им было щекотно.

– Я есть Гру-у-ут!

Питер подозревал, что Кия не знает, что ему ответить.

– Теперь вырастить Грута может быть еще труднее, – сказала она наконец, не отвлекаясь от работы. – Последние посаженные мной Груты росли медленно. Некоторые вообще не проросли. Думаю, чем больше им приходится делиться энергией, тем меньше шансов того, что из щепки вырастет полноценная особь. Грут и сам это понимает. Мы говорили об этом перед высадкой на Димаве.

Но он все равно остался, чтобы прикрыть остальных.

Квилл знал Грута достаточно давно, чтобы не удивиться этому, но все же мысленно пожурил его за столь опрометчивый и даже глупый поступок, одновременно благодаря за доброту. Больше всего Питер желал, чтобы деревянная физиономия старины Грута как можно скорее показалась из земли.

Кия по-прежнему сидела к Квиллу спиной, поправляя отсоединившийся датчик.

– Если он и сможет прорасти, при обычной посадке это произойдет очень медленно. Может пройти несколько дней, прежде чем станет понятно, вырастет он или нет.

«Если он и сможет прорасти» – Питеру не понравились эти слова: «если…». Нет, он не допустит, чтобы Грут погиб. Кто угодно, только не он.

– Я предложила Ракете альтернативный вариант, – продолжила Кия.

Квилл готов был ухватиться за любую соломинку.

– Какой? – спросил он.

Прикрепив непослушный датчик, Кия продолжила с ним возиться, словно не зная, с чего начать.

– Я продвинулась в исследованиях, – произнесла она спустя минуту. – Моя теория такова: Груты не могут нормально соединяться, потому что каждый из них обладает собственным разумом. Отсюда я сделала вывод: если основным препятствием является существование двух конфликтующих личностей, то что будет, если мы оставим единственную? Некоторое время назад вы нашли останки одного из Грутов. Я попробовала соединить с этими останками другого Грута, чтобы проверить, что получится. И ничего не произошло: останки были просто мертвыми щепками.

Надежды Питера, зародившиеся мгновение назад, готовы были угаснуть. Еще один ложный след.

– Тогда же я попробовала другой способ. Я попросила одного Грута поглотить крошечный побег, еще не обладающий собственным разумом – он только показался из земли и не обзавелся конечностями. Судя по всему, это сработало. До сегодняшнего дня я не могла сказать, был ли этот успех случайным и какие последствия имело поглощение. Сегодня я проверила данные. Пока мы были на Димаве, уровень энергии этого Грута значительно вырос по сравнению с остальными. Похоже, эксперимент удался.

Закусив губу, Кия повернулась к Питеру. Ее глаза блестели от плохо скрываемого азарта.

Оба Грутика взирали на нее с надеждой, всем своим видом напоминая привычного Питеру Грута. Он рад был видеть их такими, но не торопился с восторгами.

– А не могло случиться так, что его энергия выросла из-за того, что оригинальный Грут был уничтожен?

– Это приходило мне в голову, но, судя по показаниям датчиков, всплеск энергии произошел до… этого события. Дело наверняка в слиянии. Оно удалось. Я подумала, что лучшим выходом может быть соединение одного из младших Грутов с останками оригинального. Он ведь отличается от остальных.

Питер выпрямился.

– И как же?

– Все началось с того, что Тиван раздобыл кусочек оригинального Грута. Из этого кусочка он вырастил второго Грута, даже несмотря на то что первый был жив-здоров. Эта способность передалась следующим Грутам. Из любой части нового Грута – щепки или веточки – можно было вырастить других. Этим я и занималась, добившись того, что в выращенных мной Грутах репродуктивная функция отсутствовала. Не хотела допустить, чтобы мои клиенты сами принялись выращивать Грутов и занять мое место на рынке, – Кия едва заметно улыбнулась, осознавая недалекость своих тогдашних побуждений. – Девяносто девять процентов записей Тивана были мне непонятны: они были написаны на каком-то четырехмерном языке Старейшин – но благодаря тому, что мне удалось разобрать, и моим собственным исследованиям я смогла разрушить его изначальный замысел, вставить ему палки в колеса, если можно так выразиться. Я лишила Грутов репродуктивной функции, а заодно и способности регенерировать. Если их уничтожить, возродиться они не смогут. Но ваш Грут…

– Сохранил способность к регенерации.

– Точно. Щепки, собранные Ракетой, не мертвы. Они еще могут стать Грутом, как и прежде. Проблема в том, что им может не хватить для этого энергии. Однако, раз у них сохранился репродуктивный потенциал, их можно будет поглотить. Таким образом, Груту не придется расти заново, рассчитывая лишь на жалкие остатки энергии, – он может попросту объединиться с более взрослым Грутом, сохранив при этом собственные воспоминания.

Закончив, Кия снова свернулась на стуле в клубок. Говоря о своих исследованиях, она забывала о привычной напускной сдержанности. Питер осознал это лишь тогда, когда девушка замолчала и вернулась к своему прежнему, отстраненному, состоянию.

Кия взглянула на дверь.

– Ракета и слышать об этом не желал, – сказала она.

– Попробую его убедить.

– Правда? – девушка выдавила из себя улыбку.

Если шансы на успех были высоки и их друг действительно мог вернуться к ним совсем скоро, Квилл готов был пойти на конфликт с Ракетой. К тому же они всегда могли посадить Грута и обычным способом. Питер уже собрался пойти к еноту, но задержался, раздумывая о двух Грутиках на столе у Кии.

– А что ты делаешь с этими ребятами?

– Я есть Грут, – один из Грутиков потрогал датчики, проверяя, надежно ли они держатся.

Замешкавшись, Кия поднялась со стула и ответила:

– Собираю новые данные.

Она обошла комнату, включая расставленные повсюду мониторы и прожекторы. Кия казалась настолько поглощенной работой, что Квилл почти поверил, что она не намеренно держится от него подальше.

– Смотри, датчики считывают энергетические показатели, благодаря чему мы можем видеть, насколько близки и совместимы Груты. Вот эти двое – наиболее совместимы. Взгляни сюда и вот сюда…

Кия указала на несколько сводных таблиц. Встав с койки, Питер внимательно их изучил. Данные двух Грутиков не совсем сходились, но обладали несколькими общими закономерностями. Всплески и затухания энергии отмечались в одно и то же время и происходили с одинаковой интенсивностью. На цветовой карте ауры Грутиков имели одинаковый спектр. Питер толком не разбирался в таких картах, но на первый взгляд они действительно выглядели похожими.

– Даже у этих двоих недостаточно общего для успешного слияния, – продолжила Кия. – У остальных шансов еще меньше. Большинство их слишком разные. Все они – Грут, но у каждого из них свои уникальные знания и переживания. Можно сказать, что у них как у организмов одна исходная точка развития, но…

– Дальше эта точка разветвилась, – закончил за нее Квилл.

– Я есть Грут, – усмехнулись Грутики.

– …когда Тиван вырастил нового Грута, каждый из них отклонился от изначального пути развития. А любой новый, выращенный мной клон отклонялся от этого пути все больше, – Кия едва не рассмеялась над высказыванием Квилла, но смогла закончить объяснение. – Учитывая пробелы в памяти и разницу черт характера, можно сделать вывод, что менталитет каждого Грута слишком отличается, чтобы позволить им успешно воссоединиться.

Питер кивнул. Кия показала ему еще одну схему, на которой были числовые таблицы и какие-то подписи.

– Я есть Грут? – с любопытством произнесли Грутики.

– Попытки слияния отнимают у них много сил, словно они борются и пытаются победить свои различия. Успешное соединение возможно только в том случае, если нам каким-то образом удастся заставить их мыслить одинаково и сократить различия до минимума.

Стражи в последнее время изрядно напортачили, но решение оставить Кию у себя оказалось далеко не худшим. Она, как и все димави, еще в раннем возрасте выбрала свою профессию, и ее юность никак не мешала работе. Кия разбиралась в том, чем занималась, и независимо от того, что ею двигало: чувство вины, ответственность или простой научный интерес, – работала увлеченно.

Оставалось главное – добиться, чтобы работа Кии принесла плоды. Новых Грутов больше не появлялось, но Питер чувствовал, что времени у них все равно в обрез. Растущим Грутикам требовалось больше энергии. Нескольких они так и не нашли. И если Кия была права, то с каждым днем различия между Грутами становились все значительнее, что еще более усложняло задачу по их воссоединению.

А еще нужно было решить, что делать с Коллекционером.

Питер почесал щеку.

– А телепат может заставить их одинаково мыслить?

– Все возможно. Я привыкла считать, что при встрече с препятствием у тебя есть три варианта. Первый – устранить преграду, в нашем случае – сгладить различия между Грутами и настроить их мышление на одну волну. Второй – обойти помеху; это то, чем я занимаюсь, экспериментируя над слиянием Грутов с молодыми неразумными побегами и отдельными щепками. И третий путь – пробить препятствие насквозь. Для этого Груты должны стать сильнее. Сейчас после любой попытки воссоединения они едва на ногах держатся; но если хотя бы один из них или сразу оба станут сильнее, то эти попытки могут длиться дольше и рано или поздно привести к успеху, несмотря на разницу менталитетов.

– Выходит, чтобы стать сильнее, им нужно воссоединиться, но чтобы воссоединиться, им сперва нужно стать сильнее?

– В теории, – поморщилась Кия. – Наука – веселая штука, правда?

– Я есть Грут, – вмешался один из Грутиков.

– Даже незначительный прогресс – все равно прогресс, – ответил Квилл. – Надо рассказать остальным Грутам.

«Надо рассказать Груту» – так он должен был сказать. Питер помрачнел. Ему не терпелось вернуть друга, незаменимого члена команды. Грут был их сильнейшим бойцом, и его очень недоставало. Преследуемые Тиваном Стражи были ослаблены.

– Я есть Грут.

– Кия, – облокотившись на стол, Питер взглянул на девушку, – ты молодец. Спасибо.

– Ой, – Кия на мгновение отвлеклась от экранов, – я ведь по-прежнему не уверена…

– Мне нужно подготовиться к посадке на Вадин, – Квилл не дал ей договорить. – Нам лететь меньше двух часов.

– Хорошо.

Два часа на то, чтобы подготовиться к посадке и встрече с Береном, убедить Ракету согласиться на предложенный Кией эксперимент со щепками, проверить, не набедокурили ли где-нибудь Груты, проведать остальную команду, поговорить с Анней и, возможно, показать ей самые интересные места на корабле, которые мог пропустить Дракс.

С первым пунктом Кия могла помочь.

– Расскажи о том Груте, которого ты продала Берену. Есть вероятность, что ему тоже промыли мозги. Возможно, нам придется драться. – Питеру такая перспектива не нравилась, но куда меньше ему хотелось драться с Грутом неподготовленным. – Что за яд ты использовала?

31

– Ракета, – Дракс готов был под землю провалиться, увидев, что у стоящего перед ним катера на воздушной подушке отсутствует крыша, – где ты только находишь таких бестолковых приятелей?

Пот заливал Разрушителю глаза, и он прищурился.

– Мой кореш любезно прислал за нами транспорт, а ты еще жалуешься? Хочешь пешком идти? – Ракета обвел лапами знойную вадинскую пустыню и вопрошающе взглянул на друга.

Каким бы стойким ни был Дракс, даже он вряд ли рискнул бы пересечь пустыню пешком в такую жару. Экваториальный пояс Вадина представлял собой каменистую, выжженную солнцем местность, населенную упертыми кри, которые никак не желали перебраться куда-нибудь поближе к полюсам. Просто замечательное место для столицы.

Приземлиться прямо в городе было бы куда удобнее, но после инцидента на Левете Квилл не хотел лишний раз привлекать внимание крийских спецслужб. Поэтому Стражи хорошенько закамуфлировали корабль и посадили его в безлюдном пустынном районе в нескольких километрах от столицы.

Приятель Ракеты, кри по имени Даб-Норр, оказался единственным, кто смог в столь короткие сроки предоставить Стражам транспорт.

– У кого-нибудь кроме меня есть знакомые на этой планете? – не унимался енот. – Вот-вот. И хоть бы кто-нибудь сказал «спасибо, Ракета» – так ведь нет же!

– Спасибо, что раздобыл нам эту развалюху, Ракета, – сказал Квилл, утирая пот со лба.

Енота аж передернуло – по его мнению, гладкая кожа, особенно потная, выглядела малопривлекательно. Мохнатый Страж осмотрел катер. Обшивка была исцарапана, двери помяты, торчащие под днищем дюзы наполовину проржавели.

– Ничего, сойдет, – Ракета забрался в катер по боковому трапу.

Облако пыли поднялось в воздух, когда он шлепнулся на водительское кресло. Гамора забралась на заднее сиденье, а следом за ней – Анней и Кия.

Катер действительно был развалюхой, но до города должен был дотянуть. Без Грута Стражам было проще оставаться незамеченными и не привлекать к себе лишнего внимания, но Ракету это не успокаивало – напротив, бесило, можно даже сказать, побуждало к уничтожению всего, что встретится на пути. Несколько младших Грутов неоднократно пытались напроситься за компанию, но Квилл был неумолим. Особой пользы от них не было, а риск потерять их был велик: малыши ведь были лишены способности регенерировать.

Не было никаких гарантий, что и для самих Стражей поездка на этом ржавом ведре не станет последней.

Ракета потер лапы. Система управления катером была устаревшей, но вполне понятной. Насколько мог заметить енот, машина даже была оснащена примитивным искусственным интеллектом. Оставалось просто запустить его, и…

– Прошу пройти голосовую авторизацию, – раздался механический голос.

– Ракета.

– Имя неизвестно. Попробуйте снова.

– Ракета, – повторил енот. – Даб-Норр сказал, что настроил систему под меня.

– Имя неизвестно. Попробуйте снова. У вас осталась одна попытка.

– Одна попытка, а дальше что? – спросил расположившийся на пассажирском кресле Квилл.

– Квилл, не парься, я все понял, – Ракета метнул испепеляющий взгляд на приборную панель и произнес: – Грязная крыса.

– Авторизация подтверждена.

– Даб-Норру конец, – заявил Ракета. – Поехали.

Поднявшись на несколько метров над каменистой почвой, катер довольно резво и бесшумно поплыл вперед. Внизу мелькали клочки сухой травы, в кильватере взметались клубы песка. На горизонте маячил силуэт города, а во всех других направлениях тянулась лишь бескрайняя пустыня. Катер не был оборудован ни кондиционером, ни относительно надежной системой безопасности и время от времени вилял, но в целом – надо отдать Даб-Норру должное – шел довольно плавно. Путь до одноименной столицы Вадина тоже был недолгим.

– У этой штуки ведь есть крыша, только откидывающаяся? – уточнил Квилл.

– А зачем она нам? – удивилась Анней.

Ее белые волосы спутались, но женщина, по всей видимости, не имела ничего против.

– Ракета, выдвинь крышу, когда въедем в город, – приказал Питер. – Нас и без Грута достаточно легко узнать.

– Квилл, ты смерти нашей хочешь? – возмутилась Гамора. – Тут жарче, чем на Левете! К слову о нашей вероятной гибели – чего нам вообще тут ожидать?

За время короткого перелета на Вадин команде пришлось успеть изучить подробности проходящей церемонии, обсудить судьбу Грута и отправить Коллекционеру еще несколько фальшивых наводок о местонахождении Кии. Провести полноценный совет они не успели – лишь мимоходом передали друг другу известные факты.

Квилл развернулся и облокотился на спинку кресла, не обращая внимания на то, что ветер растрепал его волосы.

– Хороший вопрос. По правде говоря, я и сам не знаю, на что способны ядовитые споры.

– Как это не знаешь?! – воскликнул Ракета, пытаясь перекричать ветер.

Немного помолчав (и, как показалось еноту, обменявшись многозначительными взглядами с Кией, но в этом занятый объездом довольно высокой скалы мохнатый страж не был уверен), Квилл ответил:

– Кия скрестила того Грута с агрессивной разновидностью дерева тирринит, растущего на спутниках Памы. Попав на жертву, споры этого дерева посылают своего рода сигнал, нарушающий или разрушающий нервные клетки.

– Гадость какая, – прокомментировала Анней.

– Не то слово, – ответил Ракета. – Я с этим тирринитом сталкивался. Любой, кто хоть чуточку умнее бэдуна, не станет с ним связываться.

– Берен сказал, что ищет яд для защиты, – огрызнулась Кия. – К тому же яд тирринита вовсе не обязательно смертелен. Все зависит от почвы, на которой растет дерево. В некоторых случаях споры вызывают только легкий зуд, который проходит за несколько минут.

– А в некоторых полностью убивают чувствительность, причиняют нестерпимую продолжительную боль, а иногда уничтожают на месте, – добавил Квилл. – Если Берен хочет отомстить кри, то вряд ли он кормит Грута безобидной пищей, от которой его споры вызывают лишь чесотку.

– Вот уж додумался назвать чесотку безобидной, – вставил Дракс. – Ужасно неприятная штука.

Ракета повернулся было к Драксу, чтобы выразить свое полнейшее недоумение, но увидел лишь, как Квилл и Анней сочувственно кивают.

– Не знаю, какого эффекта собирался добиться Берен, – сказала Кия. – Я даже не догадывалась, что он работает в правительстве. Он говорил, что хочет разработать для димавийских деревень такую защиту, которая могла бы застать врасплох кри или любых других агрессоров. Поэтому я подумала, что он полицейский.

– Что еще ты можешь о нем рассказать?

– Он выглядел весьма… целеустремленно. Такой на все пойдет ради достижения цели.

– Это верно, – подтвердила Анней. – Берен – нечастый гость в моем баре, но, по-моему, он выполняет грязную работенку для других моих клиентов – тех, что занимаются политикой. Составляет ложные рапорты, задерживает полицейские рейды, предупреждает о ловушках. Если что, я вам этого не говорила. Не в моих правилах выбалтывать информацию о клиентах первым встречным супергероям. Тем не менее пару месяцев назад Берен помог мне избавиться от некоторых личностей, грозивших неприятностями. В благодарность за эту услугу я согласилась стать посредником между ним и Кией, о чем теперь жалею. Если бы я только знала, что это будет стоить мне бара, коммуникатора и ущемленного достоинства, не говоря уже о том, что в результате я оказалась в крийской пустыне…

– Впечатлений на всю жизнь, – сказал Квилл.

– В этой ситуации для меня только один плюс, – Анней взглянула на Питера, щурясь от ослепительного солнца. – Но это пока секрет.

Ракета демонстративно простонал, реагируя то ли на ее слова, то ли на признательную улыбку Квилла.

– Что конкретно Берен задумал? – спросила Гамора.

Анней лишь пожала плечами.

Кия тоже промолчала, и Ракета предположил, что ей о планах советника также ничего не известно.

Значит, информации у них ноль. Теперь Ракету еще сильнее волновала судьба ядовитого Грута.

На пути начали появляться редкие фермы, показался и корпус военной академии. До города было рукой подать.

– Поднимаю крышу, – объявил Ракета. – Кто-нибудь знает дорогу к посольству?


Димавийское посольство размещалось на окраине Вадина, посреди оживленного туристического центра, наводненного гостиницами и космопортами. Квилл высунулся из катера, чтобы осмотреться.

Вадин был древним городом. Старинные крийские здания и мощеные пешеходные улицы соседствовали с современными небоскребами и переплетающимися шестиуровневыми автострадами. Двери в большинстве новых зданий располагались на уровне пятого-шестого этажа и выходили прямо на эстакады. Внизу же было чересчур тесно, и потому дорожное движение было минимальным.

– Вот и посольство, – Анней указала на внушительное квадратное здание, выделяющееся на фоне причудливой крийской архитектуры. Двухэтажное, с выходом на нижнюю улицу, оно будто подчеркивало нежелание димави уподобляться кри и перенимать их архитектурный стиль. Среди местных жителей кри, безусловно, преобладали, но, по наблюдениям Питера, димави с серьезным отрывом от прочих занимали второе место. У посольства же их было и того больше: должно быть, сказалось нашествие туристов в преддверии грядущей церемонии.

Ракета направил катер с центральной полосы на боковую, где скорость движения была не столь высокой, и Квилл смог лучше рассмотреть здание посольства. Перед входом раскинулся скромный двор, не отгороженный от улицы ни стеной, ни забором. В теории это должно было выглядеть гостеприимно, но в данный момент кругом тянулись красные заградительные ленты и повсюду маячили бдительные димавийские военные из посольской охраны.

– Димави всегда такие подозрительные или у них есть особый повод? – спросила Гамора, выглядывая из окна.

– Должно быть, что-то случилось, – обеспокоенно ответила Анней.

– Ракета, никуда не сворачивай, – предупредил Квилл.

Енот уже собирался опустить катер, но тут же изменил курс. Они пролетели мимо посольства, оставив его далеко за спиной.

Квилл рассчитывал спокойно посетить здание и расспросить администратора о Берене, но теперь он сильно сомневался, что кто-либо вообще сможет попасть на огороженную территорию. Вызывать подозрения у и без того находящихся в режиме повышенной боеготовности димави он не хотел. Анней упоминала, что димавийское правительство пытается сдружиться с кри, и любой, кто узнал бы Стражей, мог бы легко сдать их местным властям.

– Проверь… – начал было Питер.

– …местные новости и попробуй перехватить любые радиопереговоры, имеющие отношение к димави, – закончил за него Дракс, выглядывая из-за запущенной на коммуникаторе голограммы. – Уже проверяю.

Церемония была назначена на вечер. Вряд ли происшествие – если таковое имело место – было связано с Береном. К тому же советник вовсе не казался способным атаковать своих.

Все это было весьма подозрительно.

– Пока вижу только новости о дорожных авариях, – сообщил Дракс. – Местные не впечатлены манерой вождения своих димавийских гостей.

– Да ладно! – Анней махнула рукой в сторону переплетенных автострад за окном. – Кто так дороги прокладывает?!

– А мне нравится, – Питер развернулся, облокотившись на спинку кресла. На заднем сиденье собрались исключительно зеленокожие пассажиры.

Дракс занимался сбором информации по коммуникатору, Гамора высматривала все, что он мог пропустить, Кия ушла в себя, а Анней все никак не могла угомониться, ругая крийские дороги.

– Интересно, а мотоциклы тут ездят? – задумался Квилл.

Анней поспешила разрушить его фантазии.

– Сдурел, что ли?

– У Звездного Лорда практически отсутствует инстинкт самосохранения, – заметил Дракс, не отвлекаясь от голограммы. – Обычно окружающих это не удивляет.

– Полагаю, что так, – Анней взглянула Питеру в глаза.

Тот вздернул брови в ответ, то ли вопрошающе, то ли вызывающе. Женщина с трудом сдержала улыбку.

– Я бы позвал вас покататься, – протянул Питер, – но, учитывая все эти сообщения о водительских навыках димави, как-то не уверен…

Тут же Дракс, как назло, добавил:

– Еще авария. И еще одна. И еще…

– Хватит уже об авариях, – сказала Гамора.

– Договорились, – ответила Питеру Анней.

Тот подмигнул ей и переключил внимание на Дракса. Разрушитель прервал поиски, обнаружив кое-что поинтереснее дорожных происшествий.

– Что-то случилось в парке на верхнем уровне. Девять пострадавших, включая нескольких димави. Никаких подробностей не сообщается.

– А предположения есть? – Квилл взъерошил волосы.

Возможно, у него не было повода для лишнего беспокойства, но в свете грядущей политической катастрофы любая зацепка была на вес золота.

– Ходят слухи, что среди пострадавших был димавийский дипломат. Этим может объясняться усиленная охрана посольства. И… подождите-ка.

– Вот это уже интересно, – Гамора буквально уткнулась носом в Драксов коммуникатор.

– Выкладывайте уже! – нетерпеливо потребовал Ракета.

– Свидетели сообщают о неком «монстре», – ответила Гамора, косясь на Квилла.

– Точнее, о «древоподобном монстре», – закончил Питер.

«Попались», – подумал он.

32

По крийским стандартам, больница уже давно устарела, но Ракета не нашел в этом ничего удивительного. На Вадине встречались места и похуже: этим он и манил к себе туристов. Это была одна из первых планет, вошедших в состав Империи Кри, и местная культура легко заполнила бы карту памяти Z-типа и заставила бы ее станцевать местный народный танец фенин. Проще говоря, Вадин был настолько пропитан историей и культурой, что Ракету от этого клонило в сон.

Что ж, хотя бы висящие под потолком роботы-администраторы были относительно недавним изобретением. Как только Ракета, Квилл и Кия вошли, один тут же приветливо зажужжал.

– Доброе утро! – пропел абсолютно круглый металлический шарик, подлетая к Квиллу. – Какова цель вашего сегодняшнего визита? Чем мы можем вам помочь?

– Мы хотим навестить родных, – ответил тот.

– Проводить вас в нужную палату?

Ракета осмотрел фойе. Полы поистерлись, стены потрескались и поблекли со временем, но были, к удивлению, чистыми. Местная охранная система тоже была неплохой. Енот отметил трехмерные камеры и силовые барьеры седьмого поколения в закрытых для посетителей местах. Чуть поодаль за столиком даже сидел вполне живой администратор – впрочем, слишком занятый, чтобы заметить их. Охранники выглядели вполне расслабленно, но Ракета старался на всякий случай не упускать их из виду. Несколько других посетителей болтали с роботами у стойки, другие же заходили прямиком в лифты. Во дворе роботы-медсестры выгуливали пациентов.

Проникнуть куда надо будет проще простого.

– Мы сами найдем, спасибо, – сказал Квилл роботу. – Где тут у вас отделения реанимации и интенсивной терапии?

– Туда посетители не допускаются.

– Вы меня неправильно поняли! Нам туда не надо! Мы просто хотим знать, чтобы случайно туда не зайти. Мы же всего лишь посетители.

Шарообразный робот задумчиво покрутился вокруг своей оси.

– Хорошо! – радостно произнес он. – Больница «Центравада» ценит вашу предусмотрительность. Вот, взгляните на проекцию здания. Все закрытые для посещения отделения отмечены красным.

Палаты реанимации находились на первом этаже южного крыла. Отделение интенсивной терапии располагалось двумя этажами выше, в восточном крыле. Ракете хватило одного взгляда, чтобы запомнить всю схему.

– Спасибо! Вы нам очень помогли. Я сделаю вашей больнице пожертвование на обратном пути, – Квилл прошел мимо робота, благодарственно подняв руку.

Кия с Ракетой поспешили за ним.

Тут по рации Ракеты раздался голос Анней.

– Можно вопрос? Мне заплатят за то, чем я сейчас занимаюсь?

Ее попросили расспросить местных о возможном местонахождении Берена. Димави подходила для этого лучше, чем кто-либо из Стражей: меньше подозрений.

– Даже нам за это не платят, – заметила Гамора.

Они с Драксом разыскивали координаты свидетелей происшествия – в первую очередь тех, кто мог видеть, куда подевались Берен и его Грут, – на случай, если пострадавшие окажутся не в состоянии говорить.

– Ну вы-то вроде команда, – сказала Анней, – а меня только завербовали.

– А у вас есть дела поважнее, чем предотвращение массового убийства мирных граждан и помощь нашему другу? – невозмутимо спросил Квилл.

– Ладно, ладно, – вздохнула Анней. – Но если вам без меня не справиться, то уж потрудитесь как следует меня отблагодарить.

– Это можно устроить.

Квилл с улыбкой повернулся к Ракете.

– Ракета, попробуй получить доступ к камерам наблюдения и узнать, где лежат пострадавшие. Кия, тебе поручаю реанимацию. Оцени обстановку, попробуй разыскать кого-нибудь из пострадавших и сообщи о любой подозрительной активности: усиленной охране и всем в таком духе. Если кто-нибудь спросит, что ты там забыла, притворись, что беспокоишься о брате. Если попросят уйти – уходи. А я проверю, что там, в интенсивной терапии, творится.

Квилл направился к лифтам, а Кия с Ракетой вместе вышли в коридор – енот заметил на схеме рядом с отделением реанимации лестницу, где можно было спокойно укрыться и заняться хакерством. Ракета всегда привлекал к себе внимание, а ему вовсе не хотелось притягивать его в тот момент, когда он будет взламывать больничную систему безопасности.

Енот даже не пытался заговорить с Кией, как и она – с ним. Разошлись они тоже молча. Похоже, что между ними установилось своего рода молчаливое взаимопонимание.

Ракете по-прежнему не нравилось всюду таскать с собой Кию и рисковать новой стычкой с Коллекционером, но девушка была права в том, что большинство кри не отличили бы ее от обычной димави. К тому же в рамках ограниченного времени Стражам нужна была лишняя пара рук. Коллекционер сейчас наверняка шел по ложному следу: Ракета послал ему подборку поддельных снимков Кии в разных уголках Галактики, и это должно было на время задержать Тивана.

По пути Ракета следил за камерами. Те были оборудованы датчиками движения и не были беспроводными, что в данной ситуации шло взломщику на руку. Беспроводные камеры можно было взломать снаружи здания, но раз уж он оказался внутри, то оставалось просто поймать нужный канал. Возможно, он даже окажется не зашифрован.

Проскользнув на лестницу, Ракета почесал коленку, на которой спуталась шерсть, и задумался о том, что же делать с камерами. Он мог поступить осторожно: избегать объективов, «заморозить» картинку, чтобы ни у кого не возникло подозрений, и спокойно подключиться к системе. Или же мог поступить эффективно и получить доступ к интересующим его данным гораздо быстрее: не прятаться, скрестить пальцы и надеяться, что никто не следит за картинкой с камер в реальном времени.

Ракета выбрал второй вариант.

Вскарабкавшись повыше, он примостился на ступеньке и принялся напевать веселую мелодию. Прикинув на глаз толщину и прочность потолка, Ракета отрегулировал мощность бластера и приставил дуло к потолку.

Бум! Бластер бесшумно дрогнул, посылая в потолок лишь легкий импульс. Даже самые чуткие уши ничего не услышали бы. Мощности хватило ровно настолько, чтобы проделать в потолке трещину, не обрушивая его. Расковыряв штукатурку, за слоем синтетического покрытия Ракета обнаружил провода.

Ха! Провода! Эта больница нравилась еноту все больше.

Теперь оставалось лишь…

И тут раздались шаги. Ракета услышал их за мгновение до того, как открылась дверь.

– …говорю, кто бы ни стоял за атакой, нельзя винить… – голос охранника резко оборвался.

Ракета взглянул вниз. В дверном проеме стояли два охранника-кри и удивленно таращились на енота.

– Вот серьезно? – воскликнул Ракета. – Серьезно?! Вам именно сейчас приспичило по лестнице подняться? Хотя бы минутку нельзя было подождать?

– Что вы здесь…

– О, ну что поделать. Хотите услышать мой любимый звук? Тогда слушайте внимательно, – Ракета схватился за бластер – не любимую его пушку, но вполне годную.

– Ракета! – угрожающе загремел по рации голос Квилла, да так, что из уха енота едва не выскочил наушник. – Не смей убивать ни в чем невиновных больничных охранников!

Он и рацию забыл отключить? Да уж, промашка так промашка.

Охранники уже нацелили на него свои пистолеты. Их предупреждения Квилла не волновали.

– Спускайтесь…

Закончить фразу Ракета не дал. Спрыгнув вниз, он пригнулся, за полсекунды прицелился, и…

БДЫЩ! С текущими настройками выстрел из бластера мог причинить не больше вреда, чем удар кулаком в лицо. Ракета надеялся, что удар выйдет по меньшей мере болезненным: негодяи, посмевшие обнаружить его в самый неподходящий момент, заслуживали худшего.

Следом енот выстрелил в оголенные провода, выводя из строя всю больничную систему слежения. Он предполагал, что сюда уже бегут дополнительные охранники, и не хотел, чтобы у них остались снимки нарушителя. Также Ракета рассчитывал, что его выстрел мог отключить и прочие защитные устройства – если общий уровень системы безопасности был еще ниже, чем он предполагал.

Пора было делать ноги. На всех четырех конечностях Ракета проскочил мимо охранников в дверь и шмыгнул в коридор.

– Статус? – спросил Квилл по рации.

– Статус: ошибочка вышла, – буркнул Ракета.

Клацание его когтей по полу сопровождалось отдаленным звуком шагов. Похоже, охранники приняли выстрел в лицо близко к сердцу.

– Ты где?

– Убегаю тем же путем, что пришел. Охрана… да, точно, вызывает подмогу.

– Иду к тебе.

– Кажется, вы там заняты, – вмешалась в диалог Кия.

– Да неужели?

– Я нашла, где держат пострадавших.

– Тогда отбой, – сказал Квилл. – Кия, я иду к тебе. Скажи только, как быстрее добраться. Ракета, а ты отвлеки охрану. Уведи их подальше, только никого не убивай.

– Им это скажи, – ответил енот.

Над его головой прошел энергетический луч, ударив в пол в считаных сантиметрах от Ракеты. Хвост енота бешено трепыхался за спиной. На ходу выставив мощность бластера значительно выше уровня «кулаком в лицо», Ракета принялся отстреливаться.

– Разрешаю сломать пару рук или ног, – изменил указания Квилл.

– Этим я и займусь, уж поверь мне, – ответил Ракета.

33

Парки в Вадине были буквально на каждом шагу, особенно на нижнем уровне города. Некоторые представляли собой лишь узкие полоски зелени, в то время как другие простирались на несколько кварталов, огибая здания и занимая пространство, где ранее пролегали улицы. Парк, где произошел инцидент, располагался вдоль тихой дороги и был средних размеров: чуть менее десяти кварталов. Здания на противоположной стороне дороги и переплетения высотных трасс практически полностью скрывали его от прямых солнечных лучей, но те, что пробивались сквозь эти рукотворные преграды, оставляли на искусственно подсвеченной листве яркие светлые блики.

Обнаружить нужный парк Гаморе и Драксу не составило труда, но конкретное место происшествия не упоминалось ни в одном из источников.

Распространению слухов это не мешало.

– Меня рядом не было, но я точно знаю, что это произошло вон там, – сказал им папаша-димави, с трудом оттаскивая двоих детишек от пруда. – За холмом, у самой границы парка. Мимо не пройдете.

Гамора благодарно кивнула и направилась к Драксу, стоявшему поодаль, чтобы не распугать детей. Его попытки вести себя предельно миролюбиво постоянно принимались окружающими за угрозы.

Вместе друзья осмотрели местность, желая обнаружить следы борьбы или нечто подобное, но Гамора была почти уверена, что им не удастся найти хоть что-то. Если бы здесь случилось нападение, то семьи с детьми вряд ли пустили бы в парк так скоро. Нужно было искать в другом конце зеленого массива, там, куда указал димави.

Гамора то и дело оглядывалась. Димавийские дети всячески сопротивлялись попыткам родителей не пускать их к пруду и в конце концов устроили настоящие обливания, разбрызгивая воду повсюду.

Гаморе хотелось улететь с Вадина, забыть о церемонии и вернуться домой.

Месть Берена была направлена против кри, а не мирных димави, но случайных жертв избежать было невозможно. Гражданские всегда страдали, когда в дело вмешивались Стражи Галактики. Мирные жители вроде вот этих детей и их родителей – вроде Кии – на это не подписывались.

Они просто хотели пользоваться своим правом на жизнь.

Каково это – жить, не чувствуя ответственности, не находясь в постоянной опасности и не замаливая свои грехи? Делать только то, что хочешь и когда хочешь? Гамора нечасто задумывалась об этом: не было повода, – но когда это случалось, мысль вызывала в ней отвращение.

А вот теперь все было иначе.

– Гамора, хватит пялиться, – заметил Дракс.

– Тебе не хочется начать все сначала? – спросила она, начиная подъем на указанный димави холм.

– Еще рано, мы и десяти минут в парке не пробыли.

– У тебя же когда-то была нормальная жизнь, семья. Тебе ни разу не хотелось это вернуть?

– Нельзя вернуть то, что навсегда утрачено.

Гамора не сразу нашлась что ответить. Не нужно было вообще затевать этот разговор, тем более с Драксом.

– Ты же знаешь, каково мне! Ты ведь не всегда был Разрушителем.

– Я не могу быть никем иным, пока жив Танос.

Гамора могла бы и дальше пытать его вопросами «а что если?», но не видела в этом смысла. Если Дракс и мечтал когда-нибудь о жизни, течение которой не будет определять спятивший титан, то никак этого не показывал. А если бы Дракс задал ей встречный вопрос, Гамора растерялась бы. Зен-воберианцев с их весенними праздниками больше не существовало, а значит, не было никакой надежды на «нормальную» жизнь, на семью…

Или была?

«Кии ты не нужна», – напомнила себе Гамора.

Теперь, зная о существовании девушки, Гамора чувствовала, что не одна во Вселенной, и этого должно было быть достаточно. Она должна защитить Кию от опасности и вернуться к своей обычной жизни. Так подсказывали Гаморе ее яростное сердце и рука, привыкшая держать меч. Это то, к чему вело ее извечное чувство вины.

Но в этот раз кровь в жилах женщины тоже осмелилась взять слово и настойчиво шептала: «А вдруг?».

Переведя дух, Гамора отогнала навязчивые мысли: не время для бессмысленных вопросов, ей еще многое предстояло сделать.

– Туда, – указала она. – Вон заграждения.

Они стояли на вершине холма. Наверху по трассам несся транспорт, внизу, у подножия, тек ручеек, петляя вдоль лужаек и висячих цветочных клумб.

Зона происшествия была отмечена красными столбами, между которыми тянулись энергетические ленты. Отгороженной оказалась часть парка и примыкающей к нему улицы.

Две вещи показались Гаморе необычными. Во-первых, лужайка у окраины парка была перекопана, трава вырвана с корнем, земля перевернута. Во-вторых, огороженный участок то и дело облетали миниатюрные роботы: одни размером с кулак, другие еще меньше. Заметить последних можно было только в движении.

Кия и Квилл говорили, что споры действуют мгновенно. С момента нападения прошло несколько часов, и если бы кто-то еще отравился с тех пор, то полиция наверняка выставила бы здесь более плотные кордоны, чтобы не допустить случайных прохожих на зараженную территорию.

Что ж, хоть какая-то радость. Сейчас споры ядовитого Грута были для них неопасны.

Заходить за ограждение не было большой нужды. Гамора с Драксом осмотрели участок снаружи, но, как и ожидали, ничего нового не нашли.

Дойдя до границы парка, Дракс обратил внимание на взрытую землю.

– Это следы Грута.

– Подожди-ка… Смотри, на той стороне улицы журналисты рядом с какой-то женщиной. За мной! – Гамора бросилась через дорогу к троице кри, не опасаясь, что может попасть под машину или катер.

Двое мужчин с логотипами местного новостного канала на униформе расспрашивали весьма взволнованную женщину. Рядом кружил робот-оператор. Гамора и Дракс приблизились, чтобы разобрать, о чем шел разговор.

– Я едва успела убежать! – восклицала женщина. – Это чудище почти схватило меня!

– Говорите, это было дерево?

Дело плохо.

– Дерево! Вне всякого сомнения! Не котати, а другое… – женщина смолкла, заметив Гамору. – В чем дело?

– Прекратите съемку, – приказала наемница.

Один из журналистов разочарованно покачал головой, с укоризной глядя на напарника.

– Говорил я тебе, что не стоит пытаться обойти запрет на съемку…

– Мы освещаем происшествие! – возмущенно заявил второй. – У нас есть полное право на…

Дракс схватил робота-оператора и раздавил как букашку. Падая на землю, аппарат в последний раз пискнул и отключился.

– Этот робот денег стоит, – заметил первый репортер.

– Что за цензура?! – воскликнул второй.

– Вы знали о запрете на съемку, – сказала Гамора, – а теперь знаете и о последствиях его нарушения. Если выпустите уже отснятый материал в эфир, готовьтесь к еще более серьезным последствиям.

– Но вы же не из Ассоциации…

– Из нее самой.

– Не из нее, – подтвердил Дракс.

Гамора пихнула его локтем в бок. Дракс тут же поправился.

– Мы – Стражи…

– …прессы, – закончила за него Гамора. – Немедленно покиньте территорию. Нам необходимо допросить свидетеля, чтобы определить степень ваших правонарушений.

Корреспонденты недоверчиво покосились на Гамору, но спорить не решились. Подобрав искореженного робота, они направились к припаркованному поодаль шаттлу.

– Запрет на съемку? – выпалила женщина. – Какой еще запрет?

– Происшествие может иметь под собой политическую подоплеку. Подробности случившегося не подлежат разглашению.

Чем меньше в новостях будут упоминать Грута, тем меньше шансов привлечь сюда Коллекционера. Тиван прекрасно знал: где Груты, там и Кия. Для него это было как дважды два: найти причинно-следственную связь между пребыванием Стражей на Димаве и сегодняшней церемонией. Его появление здесь – последнее, чего Гаморе хотелось бы. Им и так пришлось рисковать Кией, привезя ее сюда, в то время как за ее поимку обещана награда.

– Мне грозят неприятности? – забеспокоилась женщина.

– Не грозят, если расскажете нам все, что рассказали им, – ответила Гамора.

– И то, что не успели, – тоже, – добавил Дракс, скрестив руки на груди. – Говорите.

34

Кия спряталась в пустующей кладовой в конце коридора, и Питер легко ее отыскал. На все реанимационное отделение гремела сигнализация, и врачи посчитали разумным не покидать палат. Квилл вполне мог сойти за пациента или сотрудника в штатском, поэтому охрана не обращала на него особого внимания – лишь требовала как можно скорее покинуть отделение. А самое главное – Питер не был похож на злобного антропоморфного енота.

– Не знаю, сколько у нас времени, – сказал он Кии. – Идем.

– Вход защищен какой-то охранной системой. Я видела, как врач проходил через мерцающий барьер.

– Просто здорово, – Квилл уже готов был прострелить в стене дыру, лишь бы попасть куда нужно.

Жертв ядовитого Грута это вряд ли успокоило бы.

Питер и Кия пересекли пустой холл, подошли к двери и остановились на секунду, чтобы изучить наддверный механизм…

И тут Квилл услышал направляющиеся в их сторону шаги. Слева двигались охранники, справа доносились крики и топот, и в то же мгновение из-за угла показался улепетывающий со всех ног Ракета. У него на хвосте были три охранника. Енот мчался, вслепую отстреливаясь на ходу. Выстрелы рикошетили от стен.

– Ух, – выдохнула Кия.

– Поберегись! – крикнул Ракета.

Питер снял свой элементальный бластер с предохранителя и как бы невзначай нацелил его в пол слева от себя. Раз… два… Когда охранники оказались рядом, он выстрелил. По полу растеклась вязкая жижа, и, поскользнувшись, преследователи шлепнулись в грязь.

– Ракета! – крикнул Квилл. – Ты вообще понимаешь, что значит «отвлечь охрану»?

– Да перестреляй ты их уже! Они мне хвост подпалили, я на одно ухо оглох. Еще пару секунд – и начну бомбы метать!

– Ладно, ладно. Кия, можешь обезоружить этих двоих? – Питер указал на увязших в грязи охранников.

Не прошло и пары секунд, как Кия коленом прижала одного из них к полу. Внизу хлюпала грязная жижа. Второй охранник попытался достать оружие, но Кия перехватила его руку, направив ствол в стену, и с силой опустила на пол, да так, что Питеру послышался хруст костей.

Квилл нацелил бластер на преследователей Ракеты.

З-з-з. Женщина-охранник упала; ее руки оказались прочно скованы льдом.

З-з-з. Промах. Питер исправил ошибку следующим выстрелом.

Осталось разобраться с тем, кто еще преследовал Ракету, и с двумя, которыми занялась Кия. И…

Что-то ударило Питера в плечо со спины, и он вскрикнул от боли.

Бластер выскользнул из руки и упал на пол. Схватившись за раненое плечо, Питер предусмотрительно пригнулся. По левую руку от него в коридоре появилось еще пять-шесть охранников.

– Мы не хотим драться! – закричал Квилл.

Никто не обратил на его слова внимания.

Оставив двух охранников барахтаться в грязи, Кия бросилась к новоприбывшим, на ходу швыряя обойму от отобранного энергопистолета в лицо одному из них, а сам пистолет – в другого. Не успели те упасть, как девушка уже накинулась на третьего.

Это позволило Питеру перевести дух и осмотреть рану на плече. Она была чистой, но обширной. Рукав уже пропитался кровью.

Питер стиснул зубы. Рана была глубокой и болезненной.

Один из обезоруженных охранников смог подняться и бросился на Кию со спины.

Питер потянулся к бластеру, но, вскрикнув от приступа боли, вновь уронил его на пол. Похоже, что рана затронула мышечную ткань сильнее, чем он думал. Теперь не было времени подбирать бластер. Вместо этого Квилл метнулся вперед, обхватив охранника здоровой рукой за пояс и повалив на землю. Легкого удушающего приема хватило, чтобы его вырубить. Теперь можно было снова хватать бластер, и Питер сделал это, несмотря на боль. Визит в больницу должен был пройти без сучка и задоринки, но по непостижимому стечению обстоятельств все закончилось вот так: Кия схлестнулась в рукопашной сразу с четырьмя охранниками, еще несколько лежало без сознания на полу, сам Питер неведущей рукой пытался заморозить врагов, но постоянно промахивался, а Ракета, взобравшись на спину охраннику, задними лапами отбрыкивался от другого.

Они понемногу одерживали верх – еще не настал тот день, когда простая больничная охрана справилась бы со Стражами Галактики, – но противников с минуты на минуту могло стать еще больше.

– Кия, слева! – крикнул Квилл.

Поднырнув под руку нападавшего, девушка локтем ударила его в лицо.

За спиной Питера раздался какой-то звук. Открылись двери, за которыми находилось отделение, где содержались жертвы нападения ядовитого Грута, но вместо уже привычных больничных охранников на пороге появился недоумевающий синекожий кри.

– Что вы делаете?! Не открывайте двери! – прокричал кто-то изнутри.

– Кия? – удивленно произнес кри.

Ситуация становилась интересной.

Кроме того, двери по-прежнему были открыты.

Потянувшись, Питер схватил Ракету за хвост и, оттащив его от противника, втолкнул в палату. Развернувшись, он головой ударил охранника в нос, подскочил к Кии и тоже потянул ее за собой внутрь. Та поняла задумку: скользнув мимо кри, она резко развернулась, чтобы перекрыть вход.

– Эй, – мимоходом обратилась она к кри, – я тебя знаю!

– С дороги! – крикнула женщина-охранник, пытаясь прицелиться либо в Кию, либо в Ракету.

Квилл уже готов был заморозить синекожего и последовать за товарищами, но тут кри поднял руки.

– Эй-эй! Полегче! Я все объяс…

– С дороги! – повторила женщина.

– Что-что? – несмотря на нацеленные на него стволы бластеров, кри был скорее рассержен, нежели испуган. – Кто тут главный? Ты? Хорошо.

Кри метнул в ее сторону голокарту, которая зависла в воздухе между ними.

– Опустите оружие. Мне нужно переговорить с этой девушкой.

Женщина-охранник направила оружие на Ракету.

– Мы застукали его, когда он пытался взломать систему безопасности.

– Что-о-о? – возмутился енот. – Меня? Да ни за что на свете! Это было недоразумение!

– А эти двое, – женщина грозно посмотрела на Кию и Квилла, – открыли по нам огонь.

– Все это весьма занятно, – буркнул кри, – но, пожалуйста, взгляните на мою карточку и заткнитесь.

Женщина неохотно взяла карточку и спустя мгновение кивнула, пусть и без особого энтузиазма.

– Сэр, прошу прощения. Можем мы задержать двух остальных?

– Нет, – ответила Кия. – Они со мной.

Кри развел руками.

– Понятно?

– А когда вы закончите допрос?

– Когда закончу, тогда и будет видно. Можете постоять снаружи, если вам так будет спокойнее, – изобразив жест наподобие выстрела, он обратился к Питеру. – А ты собираешься заходить или нет?

– Уже иду! – Квилл показал охранникам язык. – Привет. А кто вы, собственно, такой? Можно мне тоже на карточку взглянуть?

– Кай-Ленн, если не ошибаюсь, – сказала Кия.

– Ка-Ленн, – поправил ее кри, закрывая двери.

Зажимая раненое плечо рукой, Питер осмотрел палату. Десять коек, разделенных ширмами, некоторые из которых были прозрачные, и за ними можно было разглядеть спящих или находящихся в полудреме кри и димави. Мониторы у изголовий показывали состояние жизненно важных функций. Две койки пустовали.

Напротив, у окна, стояла женщина-врач. Ее руки сжимали спинку стула так, будто она намеревалась отбиваться им от нежданных гостей. Квилл кивнул ей, пытаясь таким образом показать, что неопасен.

Десять коек, две – пустые. В репортажах упоминалось о девяти пострадавших. Один либо скончался, либо находился в другом отделении.

– Ка-Ленн – тоже мой клиент. Ему я продала последнего Грута, сразу после Берена, – объяснила Кия.

Квилл обернулся как раз вовремя, чтобы заметить, как Ка-Ленн взглянул на врача, словно ожидая, какой будет ее реакция.

«Значит, Ка-Ленн не хотел, чтобы кто-то знал о том, что он купил Грута. Любопытно», – заметил Питер.

– И кто он такой? Директор этой больницы? – попробовал угадать он. – Обвинитель на полставки? Местная поп-звезда, кумир молодежи? Почему охрана его послушалась?

– Всего лишь кое-кто повыше рангом, чем больничный охранник, – ответил Ка-Ленн.

«Военный? Нет, слишком неформально себя ведет, – продолжил гадать Питер. – Правительственный агент? Похоже на правду. Высокомерие, дорогой костюм, доступ в закрытое больничное отделение – все сходится».

Ка-Ленн вновь обратился к Кии.

– Кажется, я должен радоваться тому, что не встал у тебя на пути.

Он взглянул на ее изодранную одежду. Штанины и рукава превратились в лохмотья и больше не скрывали шрамов от операций. Ка-Ленн без труда мог догадаться, откуда у девушки взялась такая сила.

– Они тебя не обижают? – спросил он.

– Какое это имеет значение? – нетерпеливо перебила его Кия.

Квилл заметил, что девушка дрожит. Ее ноги подкашивались, дыхание было неровным. Возможно, виной тому болевые ощущения от имплантов, а возможно, что-то иное.

Питер видел, что Кия способна за себя постоять, и знал, что она готова к этому.

Глядя на нее, легко можно было забыть, что девушка не привыкла драться и ни разу не была в реальном бою – если не считать тренировок, которые ей устраивал Коллекционер.

– Как ты? – спросил Питер.

Кия лишь легонько кивнула в ответ.

Квилл не стал на нее давить: девушка и так едва держалась. Раз так, то он поверит ей на слово. Отпустив плечо, Питер скривился – одновременно от боли и от вида крови на собственной ладони. Он грозно взглянул на Ракету, который как ни в чем не бывало примостился на свободной койке и, напевая, возился с бластером.

– Чувак, я же сказал тебе отвлечь охрану. Это всего два слова – что в них непонятного?

– Мне все выходы отрезали, – проворчал в ответ Ракета. – Деваться было некуда. Я даже не знал, что вы рядом.

– Позвольте осмотреть вашу рану, – обратилась к Питеру пришедшая в себя врач.

– Давайте к делу, – сказал Кии Ка-Ленн. – Я услышал в коридоре твое имя. Глупо было бы предполагать, что на твой товар не нашлось других покупателей. Но теперь этот товар стал причиной непростой ситуации. Ты к этому как-то причастна?

– Я вырастила того Грута, – призналась Кия.

Она говорила полушепотом, чтобы не услышала врач, но не забыла включить передатчик, чтобы ее речь могли слышать Квилл и Ракета.

– К нападению я отношения не имею. Мы прилетели, чтобы его предотвратить. А ты что тут забыл? Ты же с Кри-Лара.

– Прилетел на церемонию. Услышал о нападении древоподобного монстра. Сама понимаешь, будучи хозяином такого же «монстра», я не мог пройти мимо. Так что я решил заглянуть сюда и выведать у нашего славного доктора все, что ей удалось узнать.

Кия упоминала, что один из ее клиентов был с Кри-Лара. Насколько ей было известно, он занимался поставками вооружений всех типов – от пиротехнического до биологического, от магического до роботизированного, – и познакомились они, когда тот встречался с Коллекционером. Кия решила связаться с ним, полагая, что Ка-Ленна может заинтересовать Грут. О чем она не упоминала, так это о том, что этот клиент занимал достаточно высокий и влиятельный пост, чтобы в разгар потенциального дипломатического кризиса свободно заходить в закрытую для посторонних палату лишь ради того, чтобы удовлетворить свое любопытство.

– Значит, у тебя тоже есть Грут? – Ракета встал с ногами на койку. – Как насчет того, чтобы его вернуть?

Ка-Ленн всем видом показал, что еноту стоит быть поосторожнее с такими предложениями.

– Прошу, тише, – прошептала врач, колдуя над плечом Питера. – Пациентам нужен отдых.

К слову о пациентах – Питеру, безусловно, не терпелось расспросить Ка-Ленна о его Груте, но сперва необходимо было закрыть вопрос с Береном. Шагнув к ближайшей койке, Квилл остановился, услышав в наушниках голос Гаморы.

– Что-нибудь нашли? – он жестом приказал врачу и Ка-Ленну замолчать.

Кия и Ракета могли слышать Гамору по своим рациям.

– О Берене по-прежнему ничего не известно, – ответила Гамора, – но мы выяснили кое-что об атаке в парке. Похоже, это был всего лишь несчастный случай.

Несчастный случай? Квилл ненадолго об этом задумался. Это могло быть как хорошо, так и плохо. Если Грут не может контролировать свои споры, то его проще найти.

Однако никем не управляемый ядовитый Грут еще хуже ядовитого Грута в руках террориста. Невозможно было даже предположить, к каким последствиям это может привести.

– Мы нашли свидетельницу. Она видела, как Грут выскочил из частного шаттла – на нижнем уровне города, что само по себе подозрительно. Это случилось как раз у парка. Пилот встречного шаттла испугался и устроил аварию. Шаттл, перевозивший Грута, развернулся и сел в парке. Его пассажиры вышли и попытались схватить беглеца. По словам очевидицы, они выглядели растерянными и не знали, как к нему подступиться. Судя по всему, побег застал их врасплох.

Похоже, Грут пытался уйти от своих хозяев, значит, либо ему вообще не промыли мозги, либо он всячески этому сопротивлялся.

«Интересно, куда его везли?» – задумался Квилл.

– Кем были пассажиры шаттла? – спросил он.

– Свидетельница не знает. Их скрывали камуфляжные голограммы.

– Камуфляжные голограммы, значит, – пробормотал Ракета. – Ни капельки не подозрительно.

– Когда они кинулись на Грута, он выпустил в воздух какую-то пыльцу. Свидетельница довольно точно ее описала. Это наверняка были ядовитые споры. Они затронули нескольких прохожих и пассажиров шаттла. Все пострадавшие упали и принялись с криками кататься по земле. Воспользовавшись суматохой, оставшиеся преследователи погрузили Грута обратно в шаттл и улетели до прибытия помощи.

– Говоришь, кто-то из шаттла тоже отравился? – уточнил Квилл.

Потеря членов команды наверняка осложнила бы Берену планы.

– Как минимум одного тоже унесли на шаттл. Что стало с другими, очевидица не знает.

– Ясно. Держи нас в курсе, если наткнешься на что-то новое.

– А вы что-нибудь выяснили?

Квилл окинул взглядом пациентов.

– Выясняем.

35

Питер связался с Анней, чтобы узнать, как продвигаются поиски Берена, и не удержался от того, чтобы не упомянуть про аварию у парка. Водителем разбившегося шаттла ведь был димави.

– Говорю же, у нас нормальные водители, – усмехнулась Анней в ответ.

– Готов проверить, – сказал Квилл. – Мотоцикл, вадинские дороги… ну и выпить потом не помешает. Идет? Сообщите, если выйдете на след вашего приятеля. Чао.

– Уже все? – саркастически спросил Ка-Ленн. – А что так быстро?

Питеру очень захотелось показать ему средний палец, что он и сделал.

– Не шевелитесь, – приказала врач, по-прежнему штопая Квиллу плечо.

Ка-Ленн улыбнулся.

– Если вам так нужен мой экземпляр дерева, можете выкупить его по той же цене, по которой купил его я. Возражать не буду. Он остался на Кри-Ларе. Кия, может, теперь-то ты расскажешь, что там за история с ядом?

Врач навострила уши и обвела рукой койки.

– Мне дела нет, что вы там натворили, – сказала она Кии. – Просто расскажите, что знаете. Нужно помочь пострадавшим.

Кия кивнула – сначала робко, потом уверенно.

– Хорошо. Яд соответствует…

– Яду дерева тирринит, мы в курсе.

– Это агрессивная форма. Какие симптомы у пациентов?

Врач подвела Кию к одному из лежащих без сознания больных и в общих чертах рассказала о симптомах, а Кия, в свою очередь, объяснила принципы действия яда. Ка-Ленн слушал внимательно, не вмешиваясь.

Кия так и не привела себя в порядок после драки. Ее волосы спутались, лицо было исцарапано, штаны и рубашка измяты и изорваны. По крайней мере, дрожать Кия перестала, и собственный внешний вид ее не слишком волновал – все внимание девушки занимал пациент. Она лишь заметно закусила губу – то ли от волнения, то ли оттого, что чувствовала себя виноватой.

Квилл посмотрел на Ракету, после чего они вместе принялись заглядывать за ширмы. Большинство пострадавших были погружены в искусственную кому в связи с тяжелым болевым синдромом.

Питер насчитал двух синекожих кри и пару димави, один из которых находился в сознании, если это можно было так назвать. Он извивался на койке, словно барахтался в грязи. Глаза его были широко открыты, но Квилл не был уверен, видит ли он хоть что-нибудь.

Питер присел у койки.

– Привет.

Димави, казалось, не замечал его. Наконец их взгляды встретились. Зрачки димави обычно были размером почти во весь глаз, но у этого они сузились до размеров точки.

– Нападение… оно было?..

– Это просто несчастный случай, – Квилл надеялся, что это правда.

– Не намеренно?

– Вроде бы.

– Посольство. Нужно сообщить в посольство. Скажите… – димави глубоко вздохнул, собираясь с духом. – Сообщите им.

– Вы тоже из посольства?

Димави прокряхтел что-то, похожее на «да».

Узнав, что как минимум одной из жертв оказался дипломат, Квилл задумался, действительно ли атака была случайной. Хотя в городе сейчас находилось столько димавийских дипломатов, что любой мог оказаться не в то время и не в том месте.

Вспоминая рассказ Гаморы, Питер сомневался, что от пострадавших можно будет получить еще какую-то важную информацию. Они оказались в зоне поражения случайно и вряд ли что-нибудь видели, раз Берен с сообщниками использовал камуфляжные голограммы. Но других зацепок у Стражей не было. А если этот парень и правда из правительства, то он мог помочь в поисках другим способом.

Ракета стоял рядом с Квиллом и чувствовал себя неуютно: он терпеть не мог больницы.

– Знаешь парня по имени Берен? – спросил он в лоб.

Димави скорчился и зажмурился, но ничего не ответил.

Пострадавшие были живы, и Квилл считал это хорошим знаком. Возможно, цель Берена – не убийство.

Но учитывая, какую боль они испытывали, оправдания советнику все равно не было.

С соседней койки раздался голос.

– Эй, мне нужно…

Питер откинул ширму, и та тут же стала прозрачной. На койке лежала женщина-димави. Простыни сползли на пол; серый больничный халат насквозь пропитался потом.

– Покажите мне, – задыхаясь, произнесла она.

Ее зрачки тоже напоминали точки.

Ей было так же больно.

– Эй, я не разрешала разговаривать с пациентами! – подскочила к Ракете и Квиллу врач. – Им нужен сон. Кто знает, как димавийский организм отреагирует на токсин.

Взгляд врача был крайне обеспокоенным.

– Покажите! – женщина вцепилась в матрас, с трудом поднимая другую руку и указывая на соседа, точнее, мимо него.

– Покажите… остальных…

– Остальных? – насторожился Питер. – Остальных пострадавших?

Ка-Ленн откинул другие ширмы. За ними оказались лежащие без сознания кри.

– Да, – прохрипела женщина.

– Тсс, тише, тише, – прошептала врач, нагибаясь к настенному пульту. – Скоро все пройдет.

– Постойте, – подошла к ней Кия. – Еще минуточку…

Она наклонилась, чтобы рассмотреть покрытую пятнами зеленую кожу на руках пациентки.

– Похоже на сок Грута: у меня были такие же пятна, когда я с ними возилась. Эта женщина прикасалась к Груту. Одни пятна свежие, другие уже давние – это было явно не сегодня.

Выходит, эта дамочка была в команде Берена, перевозившей Грута. В суматохе ее забыли. Должно быть, камуфляж отключился, и она смешалась с остальными пострадавшими.

Ракета запрыгнул на койку и огрызнулся на женщину.

– Где Берен? Что он замышляет? Где Грут?

– Сегодняшний инцидент – несчастный случай? – добавил Квилл.

– Пытаюсь… объяснить… Берен… – глаза женщины закатились, она вытянула руку и издала невнятный звук.

– Где он? – наседал Ракета.

– Она попросила показать ей других пациентов. Зачем?

– У нее болевой шок! – сорвалась врач. – Ей нужно снотворное!

– Нам необходимо узнать…

Слишком поздно. Врач уже включила подачу седативного средства, и капельница наполнилась темной жидкостью.

– Не смейте забираться на койки пациентов, – пригрозила врач Ракете.

– Хе, – хмыкнула женщина на койке, по-прежнему разглядывая других пострадавших. – На них тоже работает. На синих… синих кр…

Ее глаза закрылись, руки опустились.

– Можете ее разбудить? – спросил Питер.

– Нет. Даже если бы могла, не разбудила бы. Ограничивать пациента в болеутоляющих – все равно что пытать.

Врач занялась соседним димави.

– Берен? – пробормотал тот. – Почему… Берен?

– Это он все устроил, – поспешно объяснил Квилл. – Он замышляет что-то еще более ужасное на сегодняшней церемонии. Где он?

– Нет… нет… Это значит… война.

– Ради своей мести он готов развязать войну, – сказала Кия. – Мы должны найти его и остановить.

Впервые за долгое время врач задумалась.

– Этот… драный… – пациент повернул голову и отдышался.

Его тело дрожало от боли. Следующие слова звучали громче, яснее, словно он прикладывал все силы, чтобы Стражи поняли.

– У самого парка позвонил помощник Берена. Сказал, это важно… Собирался проинспектировать, как у кри с охраной. Перед церемонией.

Димави замолк.

– Когда? Сейчас?

– Полдень только что миновал, – заметил Ка-Ленн.

– Инспекция – сейчас, – пробормотал димави.

Выходит, Берен решил поторопиться.

– Где он? – быстро спросил Питер.

Димави отвернулся и уткнулся лицом в подушку. Его дыхание участилось.

– Не могу больше на это смотреть, – сказала врач. – Мне надо…

– Только попробуй – и окажешься на свободной койке, – сорвался Ракета и преградил ей путь.

Врач даже не дрогнула.

– Мой долг…

– Зал Порови, – выдавил из себя димави. – Порови. Зал Порови. Порови…

– Ракета, пропусти доктора, – скомандовал Квилл.

Врач увеличила дозу болеутоляющих. Глаза мужчины закрылись, тело обмякло.

Все ненадолго замолчали.

– Мне нужно проверить состояние остальных пациентов, – засуетилась врач.

Квилл буквально прошил ее взглядом.

– Никому не рассказывайте о том, что сейчас услышали.

– Если готовится теракт, нужно известить военных. Они во всем разберутся, – ответила врач.

Ракета пожал плечами.

– Службы безопасности в Империи Кри на высшем уровне. Они и правда могут помочь.

– Нет. Предотвратить теракт – одно, – сказал Питер. – Предотвратить его последствия – другое.

Он указал на отключившегося димави.

– Он прав.

Питеру не хотелось ничего усложнять. План был таков: найти Берена, остановить его, захватить Грута и смыться, пока кри ничего не заметили. Если советник решил поспешить, то необходимо было что-то придумать. Квилл знал кри достаточно хорошо, чтобы понимать, в какую пороховую бочку грозила превратиться ситуация.

– Держите язык за зубами, – настаивал он. – Если кри узнают, что димави используют мирную церемонию в качестве прикрытия для террористической атаки… жди беды. Кри не закроют на это глаза: гордость не позволит.

Кия взволнованно заламывала руки.

– Димаве не смогла отразить нападение горстки кри. Против целой Империи мы не выстоим.

– Да уж, вы, димави, хлипкие какие-то.

– Кри не закроют на это глаза, – повторила Кия слова Питера. – Они объявят войну и захватят всю планету.

– Нет, – решительно заявил Квилл. – Мы предотвратим теракт и сделаем это раньше, чем кри догадаются. Ясно?

Кия неуверенно кивнула.

– Ага.

– Ясно? – повторил Питер, обращаясь уже к врачу. – Крийские врачи дают какую-нибудь клятву вроде «не навреди»?

– Скорее, заключают контракт…

– Какая разница? Смысл один: вы поклялись помогать людям. А как с этим соотносится война?

– Если случится теракт, а я не предупрежу…

– Не случится. Вы в курсе, кто мы такие?

Женщина кивнула.

– Тогда должны понимать, что мы не допустим никаких терактов.

Женщина долго смотрела на Квилла, потом на Кию, затем на пациентов-димави. Наконец она тяжело вздохнула.

– Хорошо.

Квилл благодарно поклонился.

– Кия поможет вам ухаживать за пострадавшими. Постарайтесь не будить тех, кто мог сотрудничать с Береном и слышать о Груте, чтобы они не выболтали лишнего и не навредили другим пациентам. А ты, – обратился Питер к Ка-Ленну, – какой бы высокий пост ни занимал, не смей и думать о том, чтобы сообщить кому-либо о планах Берена или о том, что за сегодняшним происшествием в парке стоят димави. Я знаю, что ты торгуешь оружием и можешь неплохо навариться на войне, и расскажу всем о твоих делишках с Коллекционером.

Квилл блефовал, но обеспокоенный вид Ка-Ленна подсказал ему, что он попал в точку. Торговые сделки Ка-Ленна совершались в обход правительства.

– Ну и подлец же ты, – только и смог выговорить кри.

– В любви, как и для предотвращения войны, все средства хороши, – перефразировал Питер известную фразу. – Кстати, спасибо за то, что спас нас от больничной охраны. Как нам добраться до Зала Порови?

– Это в деловом центре. Там же располагаются основные правительственные и военные учреждения. Церемония должна состояться на центральном плацу, – Ка-Ленн обвел взглядом Квилла, Кию и Ракету. – Вы не собираетесь здесь задерживаться после того, как найдете Берена и этого вашего Грута?

– Не-а. Сразу же махнем на Кри-Лар – пропустить пару стопочек и завершить остальные дела.

Ка-Ленн поджал губы.

– У меня есть доступ в Порови. Я вас проведу, так будет быстрее. А значит, вы быстрее отсюда уберетесь.

– Отлично! – радостно воскликнул Квилл. – Идем!

36

Гамора не была уверена, что Ка-Ленн не представляет для них опасности, но о своих целях он, по крайней мере, не лгал.

Кри не стал возражать против поездки с Квиллом в старом катере, чтобы тот мог за ним приглядывать.

Кри не спорил, когда Гамора обыскала его и отобрала все устройства связи.

Кри даже не противоречил, когда Стражи решили на время присвоить его собственный катер, чтобы не набиваться в один всей толпой.

Возражать кри принялся лишь тогда, когда вести его катер собрался Ракета.

– Первый вопрос: это безопасно? – в ужасе спросил Ка-Ленн.

По сравнению с огромным катером енот казался букашкой.

– Да что все так пекутся об этой безопасности? – ответил Ракета, заводя двигатель.

Дракс забрался на пассажирское сиденье рядом с ним.

– Во-вторых, – пригрозил Ка-Ленн Ракете, – если я потом замечу хоть одну царапину, то ты за это заплатишь.

– В очередь, в очередь, – сказала Гамора.

Катер у Ка-Ленна был что надо. Свежевыкрашенный, с подвижными дюзами, обеспечивающими максимальную маневренность, автоматической голокрышей и широкими окнами. Жаль только, что мест в нем было всего два.

– В-третьих, перед тем как мы расстанемся, я хочу знать, как ты таким уродился.

Ракета бросил на Ка-Ленна наполовину удивленный, наполовину обиженный взгляд и тут же закрыл окна.

– Это значит «нет»? – спросил Ка-Ленн у Гаморы. – Мне бы хотелось взглянуть на него поближе. У него ведь должны быть кибернетические элементы? Или он полностью органический?

– У него и спрашивай, – ответила наемница, усаживаясь рядом с Квиллом. – Но придержи вопросы, пока мы не разберемся с первоочередной задачей. Если Ракета тебя пристрелит, толку от тебя будет мало.

– Идет, – Ка-Ленн забрался на заднее сиденье рядом с Кией и обратился к девушке: – А как насчет тебя? Меня всегда поражали твои…

– Замолчи.

– Да я только хотел…

– Еще слово – и я придумаю, как твой труп сможет нам послужить, – ответила Гамора, глядя, как второй катер взмывает вверх и вливается в транспортный поток на трассе. – Кия, если он снова примется расспрашивать о твоих имплантах, делай с ним что хочешь.

Покачиваясь, катер поднялся в воздух. Квилл с трудом выровнял его. Через несколько секунд они тоже оказались на трассе. Гамора включила рацию.

– Анней! – позвала она.

– А, вот и вы. Я уже собиралась сама вас вызывать. Берен нашелся.

– Он в Зале Порови, мы уже на пути туда.

– Ну вот, – расстроилась Анней, – столько трудов впустую. Я вам еще нужна?

– Возвращайтесь в посольство, разыщите какого-нибудь высокопоставленного дипломата и объясните ситуацию. Попросите отложить церемонию, если есть возможность.

Димави были единственными, кому можно было довериться в данной ситуации. Не позволить Берену сорвать мирную церемонию и сделать это так, чтобы об этом не узнали кри, было в их интересах.

– Что-нибудь придумаю. Послушай, а Питер…

Гамора выключила рацию.

До Зала Порови было всего несколько минут, и Гамора надеялась провести их в тишине и обдумать, как обезвредить ядовитого Грута, прежде чем тот выпустит споры.

Нельзя было исключать вероятность, что им придется его уничтожить. От этой мысли Гаморе становилось не по себе, но отогнать ее женщина не могла.

Облокотившись на спинки передних кресел, Ка-Ленн встрял между Гаморой и Квиллом.

– Кию придется оставить.

– Что-что? – удивилась Гамора.

Сама Кия молчала, но заметно напряглась и заерзала. Ей было интересно, что скажет Ка-Ленн.

– После происшествия в парке охрану усилили. Я смогу придумать оправдание, чтобы провести внутрь вас четверых: вы у нас фигуры известные. А вот Кию никто не знает; к тому же она – димави. А стоит Кии только пройти идентификацию, как всплывет объявление Коллекционера о награде за ее поимку.

Кия стиснула зубы, но возражать не стала.

– Как ни печально, он… – покосился на Гамору Квилл.

Ка-Ленн был прав. Присутствие Кии непременно породило бы множество вопросов, на которые у Стражей не было времени отвечать. Она могла оказать друзьям неоценимую помощь, но рисковать было нельзя.

– Я вернусь к Грутам, – предложила Кия.

Квилл ненадолго задумался. По его виду Гамора поняла, что он принял решение.

– Ракета, подними катер на пару минут, – сказал Квилл по рации. – Вам с Кией придется поменяться.

Оба катера поднялись над транспортным потоком и крышами зданий и зависли бок о бок. Гамора обернулась. Ракета перепрыгнул с борта на борт, едва не приземлившись прямо на Ка-Ленна, и тут же с отвращением отпрянул, поджав хвост. Дракс занял его место у штурвала. Кия аккуратно запрыгнула на освобожденное им пассажирское кресло.

– Дракс, отвези ее обратно на корабль, – попросил Квилл.

Отправить Кию с Драксом было лучшим решением, иначе девушке пришлось бы либо возвращаться одной, либо всю дорогу выслушивать жалобы Ракеты на то, что ему опять приходится с ней нянчиться. Кию такой вариант вполне устраивал, Гамору – тоже. На корабле девушке будет безопаснее.

Опасность – прерогатива Стражей, а не ее.

Дракс согласился без возражений. Катер быстро развернулся и умчался по соседней магистрали к кораблю.

– Он хороший водитель? – Ка-Ленн печальным взглядом проводил свой катер.

– А шут его знает, – ответил Квилл, срываясь с места.

Отряхнувшись, Ракета уселся удобнее.

– Значит, план таков: приезжаем в Зал Порови, находим Берена и Грута и сматываемся? – уточнил он у Ка-Ленна. – Берен ведь тоже должен проходить досмотр? Позвони кому-нибудь, пускай задержат его до нашего прибытия.

Гамора вернула кри его коммуникатор. Нажав несколько кнопок, Ка-Ленн назвал чье-то имя. Никто не ответил. Он повторил вызов, затем еще раз.

– Не отвечает? – спросила Гамора.

– Похоже, что-то случилось, – Ка-Ленн поджал губы. – Мы только утром разговаривали.

– И почему мы должны тебе верить? – Ракета выхватил коммуникатор и внимательно рассмотрел.

Гамора переглянулась с Квиллом. Какой смысл Ка-Ленну лгать, если он везет их в Порови? А раз кри не лгал и связь с его коллегой – а то и со всем Залом Порови – была потеряна…

– Берен с сообщниками могли поторопиться, – сказал Квилл. – Сначала перенесли инспекцию, а теперь…

Гамора задумалась.

– Они потеряли время, когда Грут сбежал. Возможно, они уже тогда везли его в Зал Порови.

– Церемония не продлится долго, – сказал Ка-Ленн. – Если не считать Круга Оно, разумеется.

– Разумеется? – переспросил Квилл. – Что за дрань этот Круг Оно?

– Религиозный димавийский ритуал. Коллективный молебен, который обычно проводят перед важными событиями, вроде сегодняшнего. Мы предложили провести его в Зале Аддила: там легко поместится несколько сотен димави.

– А сколько кри там будет?

– Пара дипломатов низкого ранга и охрана.

– Значит, Берену там ловить нечего, – рассудила Гамора.

Тем не менее присутствие на церемонии большого количества гражданских беспокоило ее.

Ракета высунулся из окна, ветер трепал его мех.

– Дайте угадаю: мы почти на месте.

Впереди показалось обширное, похожее на лесную поляну пространство. Только что Стражи неслись в потоке других катеров и шаттлов по средней полосе многоярусной трассы, втиснутой между домами, а теперь здания вдруг расступились, дороги разошлись в стороны, в обход полукруглой площади. Лишь пара самых высоких шоссе шла вперед, прямо к расположившемуся посреди площади комплексу.

Комплекс объединял несколько зданий с фасадами из посеребренного стекла, расположенных полукругом, посередине размещалась площадь с парадным плацем и парком. Плац был надраен до блеска. Местонахождение вдали от жилых домов и шоссе делали это место практически идеально безопасным. Любые незваные гости не остались бы без внимания крийской службы безопасности.

Гамора осмотрела площадь. Несколько кри с помощью роботов устанавливали трибуну и кресла, а группа димави направлялась в центральное здание. Тут внимание Гаморы привлекло движение на встречной полосе.

– Глядите-ка, – сказала она, – впереди, одним уровнем выше и левее от нас.

– У вас теперь и Обвинителей к охране мероприятий подключают? – удивился Квилл.

Обвинитель парил над дорогой, внимательно осматривая все полосы и площадь. Его броню ни с чем нельзя было спутать: она была одновременно и массивной, и гибкой и воплощала в себе чистую мощь.

– Это странно, – ответил Ка-Ленн.

– Я бы сказал, это унизительное понижение по службе, – сказал Квилл. – Еще вчера ты был крутым судьей, прокурором и палачом в одном лице, гонялся за врагами Империи, а сегодня нянчишься с паломниками.

– Стыдоба, – согласился Ракета.

Гаморе доводилось драться и против Обвинителей, и плечом к плечу с ними. Да что там, однажды она даже переспала с одним из них. Гамора знала их достаточно хорошо, чтобы обо всем догадаться.

– Квилл, я сомневаюсь, что он что-то охраняет.

Обвинитель не обратил на два впереди идущих катера никакого внимания. Он высматривал: ждал кого-то конкретного.

– Кажется, до меня дошло, – сказал Квилл.

Кри узнали о готовящейся атаке либо искали Стражей. Гамора готова была побиться об заклад, что причина во втором.

Заметив их, Обвинитель тут же спикировал вниз. Сперва он не приземлился, а завис над дорогой и, убедившись, что зрение его не подвело, опустился на землю, преграждая Стражам путь.

Квилл резко крутанул штурвал и ударил по тормозам. Развернувшись боком, катер застыл в считаных сантиметрах от Обвинителя.

Тот и бровью не повел.

– Эй, привет! – помахал рукой Квилл. – Услышали о беспорядках в больнице? Приношу свои извинения. Оперативно же вы работаете. Но не слишком ли круто – отправлять Обвинителя по таким пустякам?

Квилл прекрасно понимал, что перестрелка в больнице здесь ни при чем. Виной всему было происшествие на Левете.

– Стражи Галактики, – обвинитель присмотрелся к пассажирам катера, задумавшись о том, куда подевалась остальная часть команды.

Гамора потянулась к мечу. Лишние задержки были им ни к чему.

– Дайте угадаю, – произнес Ракета. – Против нас… как там у вас принято говорить? Вы… в-ы-ы…

Обвинитель нахмурился.

– Против вас выдвинуты обвинения!

37

Кия по большей части молчала. Драксу это нравилось, неслучайно он так хорошо ладил с Гаморой.

Питер Квилл слишком много болтал.

Ракета слишком много болтал.

Грут слишком много болтал.

(Впрочем, как раз сейчас Грут, по мнению Дракса, болтал слишком мало.)

Лишь Кия тихо сидела возле ведущего катер мужчины и время от времени поглядывала по сторонам. Похоже, она наблюдала за ним, может быть, что-то обдумывала. Девушку вполне устраивало провести остаток пути до корабля в тишине, но Обвинитель, приземлившаяся перед ними, стоило им выехать на окраину пустыни, похоже, была другого мнения.

Кия закричала.

Дракс подумал о том, чтобы свернуть в сторону, но решил, что в этом нет нужды. У того, кто заступает дорогу катеру на полном ходу, благих намерений быть не может, да и удар от столкновения он наверняка в состоянии перенести. Обвинитель подняла свое Вселенское оружие, направив молот в сторону бампера. Дракс схватил Кию в охапку, пригибая ее к сиденью.

Столкновение. Обвинитель не сдвинулась ни на шаг.

Молот сминал металл с такой же легкостью, как черепа врагов. Кию и Дракса швырнуло вперед, но не очень далеко: активировавшаяся искусственная гравитация вернула их на места, а облако полутвердого газа смягчило удар.

Салон более-менее уцелел, хотя лобовое стекло и треснуло – на его поверхности мерцали строчки неразборчивого текста, половина символов не отображалась.

– Кия! – Дракс схватил девушку за плечо.

– Я цела, цела, – ответила она, прерывисто дыша.

– Зафиксировано столкновение, – наконец пропищал компьютер. – Проверка показателей жизнедеятельности. Проверка завершена. Нет признаков повреждений.

– А это у нас?.. Кто-то из Корпуса Обвинителей Кри, – Кия уставилась на фигуру, застывшую перед ними. – Дело дрянь.

Обвинитель стояла в облаке песка и пыли. С ужасающим лязгом она вырвала оружие из смятых останков капота.

– Дракс Разрушитель, против тебя выдвинуто обвинение.

– Досадно! – объявил Дракс и попытался открыть дверь. Дверь не поддалась. Высадив ее ногой, он выкарабкался наружу и стал подбираться к Обвинителю.

– Ты обвиняешься в преступлениях против Империи Кри, – женщина видела приближение Дракса, но даже не шелохнулась.

Впечатляюще.

Необычно.

Крайне неразумно.

– Стражи Галактики сознательно вмешались в дела карательной системы Империи и совершили акты насилия в отношении наших достопочтенных вооруженных сил. За это вы предстанете перед судом.

– Я сейчас занят, – сказал ей Дракс. – Свяжитесь со мной позже.

– Ты пойдешь со мной прямо сейчас, чтобы вы могли предстать перед судом все вместе.

– Нет.

Обвинитель крепче сжала рукоять оружия.

Все вместе.

Это могло значить, что в планах Обвинителей было схватить и других Стражей. Или что их уже схватили.

Дракс подумал о том, чтобы связаться с Квиллом. Тем не менее информация о состоянии товарищей никак не изменила бы ситуации в данный момент. К тому же задачи команды были Драксу известны: остановить Берена, предотвратить войну, избежать жертв, защитить Кию и восстановить Грута. Содействие Обвинителям ничему из этого не помогало, а лишь помешало бы.

Решение принято. Дракс бросился на кри, зажав в каждой руке по кинжалу.

«Надеюсь, имперцы не сильно обидятся», – подумал он.

Обвинитель подняла оружие, оставляя за ним по воздуху сверкающий след.

Кинжалы отскочили от поверхности энергетического щита. Дракс отпрыгнул, тут же нанеся новый удар. Щит задрожал, но не исчез.

– Тебе не победить, – сказала Обвинитель.

– Я Разрушитель, – Дракс пригнулся и всем телом бросился на щит – тот разлетелся вдребезги. Воин врезался прямо в противницу, сбивая ее с ног, и объявил:

– Я разрушаю.

Уже падая, она снова взмахнула оружием. Молот вспыхнул светом, и волна энергии ударила в грудь Драксу, отбрасывая его назад. Атака была такой мощной, что из мужчины вышибло дух: он распластался в пыли.

Так и не коснувшись земли, Обвинитель сумела восстановить равновесие. Она выпрямилась и тут же взмыла в воздух.

– Прекратите сопротивление! Я вооружена и защищена, вы – нет.

Дракс уже успел подняться и снова приготовил к бою кинжалы.

– Это оружием не считается, – сказала Обвинитель.

– Посмотрим.

– Отпустите нас, – прокричала Кия. Дракс не заметил, когда она покинула катер. – Он же сказал, что потом пойдет с вами.

Дракс уже бежал вперед.

– Я сказал, что они могут со мной связаться, – поправил он.

– Можно было и не уточнять! – крикнула в ответ Кия.

Воин подпрыгнул, вцепившись руками в ногу Обвинителя. Свирепо усмехаясь, он дернул ее вниз и с силой ударил об иссохшую землю. Женщина снова схватилась за Вселенское оружие, но на этот раз Дракс был готов. Он знал, когда ожидать удара и как повернуть его в свою пользу. Обвинитель права: в честном бою кинжалы Дракса не пронзили бы ее броню.

Но их можно было использовать и по-другому.

Дракс вонзил кинжалы в сочленения брони Обвинителя по бокам. Лезвия не могли проникнуть достаточно глубоко, чтобы нанести вред, но ему нужно было лишь хорошо закрепить их. Крепко сжав рукояти, он приготовился…

Вспышка отбросила его назад, голова пошла кругом. Он отлетел так далеко, что не сразу сообразил, что где. Вот Кия, бежит к нему. Вот Обвинитель. Солнце очерчивало неровный силуэт, выдавая углубления по бокам – именно там, где он вонзил кинжалы в ее броню. Силы взрыва хватило, чтобы сорвать части доспеха, как он и рассчитывал.

– Ха! – воскликнул он.

Силы взрыва также хватило, чтобы лишить плечо Дракса половины кожного покрова. Это был минус его плана.

– Дракс! Ты цел? – воскликнула Кия. – Мы сможем от нее убежать?

– Я не бегу, – фыркнул он. – Разве что навстречу врагам. Тогда я бегаю очень быстро.

Закинув его руку к себе на плечо, Кия помогла воину подняться.

– А как же катер?

– Кто ты, дитя? – Обвинитель подплыла к ним по воздуху. Почти на автомате она подняла молот, создавая еще один энергетический щит от возможных атак. – Тебя нет в моих протоколах, но, учитывая, кому ты оказываешь содействие, я должна задержать тебя для допроса. Что же касается этого…

Она повернулась к Драксу и указала на поврежденный доспех по бокам.

– Серьезно? Это меня не остановит.

– Согласен, – сказал он. – Тебя остановит молот, который я сейчас у тебя отберу.

Дракс метнулся вперед. Позади него Кия что-то сказала, но Разрушитель уже не услышал. Он снова и снова бросался на Обвинителя, нанося удар за ударом, дико смеясь, отскакивая, блокируя, снова нападая.

Она была не промах. От Обвинителя Дракс меньшего и не ожидал, иначе его постигло бы разочарование. Но это было неважно. Драксу не нужно было – да он и не хотел – ее убивать, только вывести из строя, чтобы им хватило времени сбежать.

– Стойте! – закричала Кия.

Дракс и Обвинитель боролись на земле лицом к лицу. Воин тянулся вперед, фиксируя правую руку женщины, молот лежал чуть дальше в пыли. Свободная конечность Обвинителя была поднята, локоть вжат в шею Дракса, не давая ему придавить противницу окончательно.

К ним подбежала Кия.

– Я поговорила с другими Стражами, на них тоже напал Обвинитель. Дракс, можешь связаться со своими товарищами? Пожалуйста.

Дракс посмотрел на нее и перевел взгляд на Обвинителя под собой.

– Дракс! – произнес голос Квилла в его ухе. – Дракс, остановись. Мы пришли к соглашению.

– Вы тоже столкнулись с Обвинителем?

– Да, но все в порядке. Ка-Ленн сообщил им о нашей, ну, договоренности. Насчет того, что Ка-Ленн нанял Стражей для обеспечения безопасности на мероприятии сегодня вечером.

– Я об этом ничего…

– О боже, замолчи немедленно, – простонал Квилл.

– Дракс, просто сделай вид, – сказала Гамора.

– Наша… договоренность, – повторил он неуверенно.

Обвинитель, по-прежнему придавленная к земле, в это время говорила с кем-то через передатчик в доспехе: видимо, со своим коллегой, с которым столкнулись Квилл и компания.

– Слушай, если мы принесем Совету Старейшин формальные извинения за вмешательство на Левете, они позволят нам помочь Ка-Ленну с церемонией, а с судом мы разберемся… м-м-м… позже.

– Нам не за что извиняться.

Дракс не понял, почему на его слова Квилл отреагировал тяжким вздохом.

– Просто позволь Обвинителю следовать за вами, пока ты не высадишь Кию. Потом вместе присоединитесь к нам, ладно? Мы придумаем какие-нибудь извинения.

Обвинитель договорила одновременно с Драксом. Они молча уставились друг на друга.

– Это не значит, что ты победила, – сказал воин.

– Как не значит и того, что победил ты, Разрушитель.

– Хм, – отпустив ее руку, он встал на ноги. – И все же я был к тому близок. Победителя мы определим в следующий раз.

– Я Обвинитель Сор-Валл, и я не сражаюсь из таких мелочных побуждений, как личная гордость. Я сражаюсь лишь ради славы Империи Кри, – она подобрала оружие и, опираясь на молот, поднялась с земли. – И вовсе ты не был близок.


Катер все еще был на ходу.

Ехали молча, Обвинитель следовала за ними по воздуху. Драксу было очень неуютно от мысли, что он ведет ее прямо к тому месту, где вскоре должен будет оставить Кию и Грутов одних. Коллекционер хорошо заплатил бы за такую информацию, но воин знал, что Обвинитель их не продаст. Про Империю Кри можно было много чего плохого сказать, но их Обвинители были предельно порядочны.

– Тебе не больно? – спросила Кия.

– Немного.

– По тебе не видно, – она задумчиво смотрела на него с пассажирского сиденья. – В туннелях на Димаве ты сказал, что потерял семью. У тебя были дети, так ведь?

Дракс ответил не сразу.

– Да, были.

– Я так и думала.

– Почему? – прищурившись, спросил он.

– Перед тем как мы столкнулись с Обвинителем, ты заслонил меня рукой. Мои родители тоже так делали. Совсем как… папа.

– Понятно.

С минуту она молчала.

– У тебя была дочь?

– Да.

К счастью, дальше спрашивать Кия не стала. История его семьи была запутанной, и Дракс не понимал, зачем говорить об этом сейчас: очевидно, что все это никак не связано с ситуацией, в которой они оказались в данный момент.

– Впечатляющий был бой, – сказала Кия. – Не думала, что кто-то может побороться с Обвинителем один на один. И с Тиваном ты тоже схватился.

– Там мы были вместе с Гаморой.

– Я тоже могу драться, но с Обвинителем мне не справиться, – Кия взглянула на женщину, парящую над их головами, будто раздумывая, услышит ли та ее слова. – Вот сейчас я не могла тебе помочь. Мне нужно стать лучше, чтобы суметь защитить себя. Будешь меня учить?

– Нет, – он отвернулся. – Попроси Гамору.

Учитель из Гаморы был лучше, чем из Дракса: она знала такие стили боя, о которых он даже не слышал. И она с удовольствием научила бы Кию, тут и спрашивать было не надо. А вот хотелось ли Кии, чтобы ее учила Гамора, – это был другой вопрос. Дракс ожидал мгновенного инстинктивного отрицания, но девушка только промолчала и всю оставшуюся дорогу ничего не говорила.

Наконец они добрались до корабля, Кия начала выходить из катера и вдруг, уже свесив одну ногу наружу, повернулась к нему. Слова полились из нее сумбурным потоком:

– Я… спасибо, Дракс.

Он только уставился на девушку.

– За что спасибо?

– За то, что не давил на меня. За то, что оставил в покое. Все остальные все время чего-то от меня хотели, хорошего или плохого. Я их понимаю. Но приятно иногда просто… быть.

– Понимаю. – Возможно, Кия все же болтала больше, чем хотелось бы Драксу. Или же он просто не знал, как отвечать на ее слова.

– Разрушитель, – нетерпеливо позвала Обвинитель откуда-то сверху.

– Мне пора, – сказал он.

Кия вышла из катера и заглянула в окно, голос ее был напряженным:

– Удачи с Обвинителями и с поисками Берена. Спасибо, что… попытались помочь со всем, что я натворила.

– Удача нам не нужна, – ответил он. – Мы профессионалы.

– Это я заметила, – Кия отошла назад, к кораблю Стражей.

Дракс кивнул и с неотступно следовавшей за ним Обвинителем двинулся дальше, оставляя Кию и корабль позади.

38

– Не уверен, что смогу спасти ваши шкуры в третий раз, – сказал Ка-Ленн, стоя перед комплексом посреди площади, – так что, когда будете приносить извинения перед Советом, попытайтесь не устроить очередной межгалактический инцидент. Очень прошу.

– Пф! Это мы-то? – ответил Квилл. – Мы будем в по-о-олном порядке.

– У нас что ни завтрак, то межгалактический инцидент, – напомнила ему Гамора.

– Да, и мы всегда справляемся, так что не вижу проблемы, – сказал Ракета. – Удачи с этими дурацкими извинениями.

Его не слишком огорчало, что Стражам придется разделиться: что до Ракеты, то ему все эти расшаркивания были глубоко по барабану. Все равно остальные вечно твердили, что он недостаточно «дипломатичен», чтобы иметь дело с чиновниками.

Обвинители потребовали, чтобы Стражи принесли формальные извинения, прежде чем им позволят свободно перемещаться по комплексу вместе с Ка-Ленном. Сначала они хотели, чтобы присутствовал весь отряд, но Дракс еще не вернулся, Грут был не в состоянии, а Ракету Ка-Ленн затребовал для рутинной, но очень срочной проверки безопасности. Так что в итоге кри согласились, чтобы к Верховному Совету Старейшин вместе с Обвинителем отправились только Квилл и Гамора. Ка-Ленн заверил Обвинителя, что в случае чего обязательно свяжется с ним.

– Сюда, – Ка-Ленн провел Ракету через двор мимо нескольких охранников и людей, занятых приготовлениями к церемонии. Взгляды охранников медленно переместились с увесистой пушки на поясе енота к сопровождающему его Ка-Ленну.

– Да-да, именно, – обратился к ним Ракета. – Я собираюсь зайти в ваше драгоценное здание. У кого-то с этим проблемы?

Без Грута рядом все получалось как-то не так. И в больнице, когда от охраны пришлось убегать, вместо того чтобы позволить Груту просто их расшвырять, и сейчас тоже. Охранники только поморщились, вместо того чтобы взирать на Грута в священном ужасе.

Ракете не хватало этого ужаса.

Хотя, может, если наставить на охранников пушку, в их глазах может появиться хоть…

– Ты усложняешь мне работу, – вымученным голосом произнес Ка-Ленн.

– А что? В чем дело? – спросил Ракета.

Ка-Ленн не ответил.

– Ну, это все объясняет.

По крайней мере, как только еноту дадут допуск, от Ка-Ленна можно будет сбежать. Ракета проследовал за ним к строению, на изгибающихся стенах которого высокими строгими буквами языка кри было выведено «Зал Порови».

– Надеюсь, вы оценили, насколько я из-за вас рискую.

– Не очень, – ответил Ракета. – А чем ты вообще занимаешься?

Шедший впереди Ка-Ленн провел ладонью перед дверью, замер для полного сканирования и подтверждения личности, а затем потребовал у компьютера полный гостевой допуск в здание для Ракеты – с оружием и всем прочим.

– Ты, похоже, большая шишка.

– Я состою в Верховном Научном Совете.

Дверь отошла в сторону, и они зашли внутрь.

– А вы, ребята, любите поверховодить, а?

– Так и есть. Проблемы с этим обычно возникают у других.

Ракета усмехнулся. Ох уж эти кри!

Пока они шли, мохнатый Страж осматривался, оценивая состояние охраны. Оборудования было много, но на вид трудно было определить, что из этого работало. Даже самые высокотехничные системы безопасности обычно генерируют шум: шелест сканера или высокочастотный гул, который большинство существ не услышит. Ракета заметил бы что-то такое. А здесь – ничего.

Ка-Ленн снова попытался соединиться со своим информатором, но, как и прежде, безрезультатно. Второй связной, находящийся в этом же здании, ответил, но сказал, что не видел ни Берена, ни первого информатора. Третий, из охранной службы, тоже не отозвался.

– Все это, конечно, совсем не внушает опасений, – заметил Ракета.

Они ускорили шаг, уже почти бегом приближаясь к центральному управлению системами безопасности.

– Если бы что-то пошло не так, сработала бы сигнализация, – сказал Ка-Ленн. – Я проверю по центральным каналам, посмотрю, на связи ли кто-нибудь с охраной.

– И тут же нас выдашь? Даже не думай. Да и люди Берена наверняка подключились к вашей коммуникационной системе. Не то чтобы это было сложно.

– Я бы посмотрел на твои попытки, – он открыл дверь охранного пункта.

– Это что, вызов? Потому что если после всего этого у тебя будет время, я бы… а, черт, трупы.

Ракета скривился, остановившись в дверях. У левой стены распластались четверо кри – один синекожий, три розовокожих, – вид у них был абсолютно мертвый. Тела были покрыты ожогами и, кажется, ножевыми ранениями – Грут такого бы точно не сделал. Похоже, люди Берена не боялись замарать руки.

«Пакость», – подумал Ракета. Убийства казались куда менее интересными, если их совершал не ты.

В остальном комната была пуста: цепочка терминалов с одной стороны, несколько составленных в круг столов и центральный экран, отображающий видео с десятков камер слежения…

Или, по крайней мере, для этого предназначенный. Ракета на своем веку взломал достаточно подобных систем, чтобы сразу понять, что к чему. Хотя обычно подобный бессмысленный, прозрачный шум появлялся на экранах после его вмешательства, а не до.

– Да уж, чем бы они тут ни занимались, работа в разгаре, – замысел Квилла добраться до Берена первыми рассыпался в пыль. Ракета поднес ладонь к уху. – Эй, Квилл! Говорить можешь?

– Одну минуту, наш друг из Обвинителей сопровождает нас в комнату ожидания. Он собирается просить у Совета аудиенции.

– Да нет, ты, главное, слушай. Я могу говорить? – Никогда не знаешь, кто может подслушивать.

– Валяй.

– Отлично. Ну так вот, у нас тут убитые.

– Правда? – Квилл старался сохранять непринужденный тон, но внезапное напряжение в его голосе было легко заметно.

– Ага, четверо мертвых кри в охранном пункте. Берен начал действовать. Если надо, забейте на извинения, есть дела поважнее.

– Понял. Развлекайся.

– Непременно, – Ракета нырнул в одно из кресел перед терминалами.

– Ка-Ленн, дай-ка мне доступ в систему. – Просить у кого-то готовый доступ было слишком легко, никакого удовольствия, однако представился шанс покомандовать высокопоставленным кри – тоже неплохо.

Ка-Ленн стоял на коленях у одного из тел, ища признаки жизни. «Мило, – подумал Ракета. – Какой оптимист». Как только стало ясно, что все четверо мертвы, Ка-Ленн встал рядом с Ракетой перед терминалами, что-то быстро набрал на клавиатуре и провел рукой перед экраном для подтверждения.

– Отлично. Не хочешь полностью осмотреть помещение? – енот невнятно махнул лапой в сторону другой части пункта управления: там было достаточно терминалов и столов, чтобы занять кри, пока Ракета работал.

Ка-Ленн выглядел недовольным, но возражать не стал. Он знал, что помогать Стражам в его же интересах.

– Дракс рассказывал что-нибудь о своей встрече с Обвинителем? – начал кри, медленно пересекая комнату. – Если да, то что именно?

– А тебе-то что?

– Как Обвинитель отреагировала на Кию? Ей… удалось хорошо ее рассмотреть?

– С какой целью интересуешься?

– За девушку назначена награда. Обвинитель может продать ее Коллекционеру.

– Ты, вообще, когда-нибудь Обвинителей видел? – Ракета был не из доверчивых, но волноваться о том, что представитель элитного отряда кри продаст почти невинную девушку, казалось совершенно бессмысленным.

– Просто хочу увериться, что она в безопасности.

Прозвучало ну очень убедительно.

Продолжая работать над терминалом, Ракета задумчиво почесал подбородок, глубоко погружая пальцы в мягкий мех. Первым делом надо восстановить видеотрансляцию с камер: будет намного проще, если удастся засечь Берена или Грута.

К сожалению, енот столкнулся с работой димави, а они свое дело знали. Недостаточно было просто щелкнуть переключателем. Пока ему не удалось даже найти управление камерами в системе. У них получилось скрыть все следы, так что…

– Погодите-ка, – Ракета резко вскочил из кресла. В мгновение ока он пересек комнату и оказался перед Ка-Ленном, наставив на него бластер. Кри в это время заглядывал под стол. Он медленно поднял глаза, и в его взгляде отразились не то обида, не то глубокое оскорбление.

– Прошу прощения…

– А тебя почему это волнует, а? Что там будет с девочкой?

– Разве это плохо?

– Ну, угроза войны тебя волнует заметно меньше, чем потеря работы, так что не похож ты на мягкосердечного ценителя всей жизни во Вселенной, – прищурился енот. – Э-эй, Квилл!

– Теперь могу говорить свободно, – ответил Питер. – Ты видишь, что происходит в подвале Зала Аддила? Что-нибудь подозрительное возле той молитвенной штуки? Хоть что-нибудь?

– Нашел вот одну крысу. Нашего Ка-Ленна уж очень волнует судьба Кии.

– Продолжай.

– Особенно его волнует, не сдадут ли ее Обвинители. Готов поспорить, все потому, что он сам охотится за наградой. Помните, как он убедил вас отослать Кию назад? Наверняка чтобы нас рядом не было и Коллекционеру проще было ее схватить. О том, что они знакомы, мы давно знаем.

– Это полная… – начал Ка-Ленн.

– Сейчас я говорю, – сказал Ракета, покачивая дулом бластера. – Перебивать невежливо.

– Не думала, что ты будешь так беспокоиться о Кии, – прозвучал в его ухе голос Гаморы.

– Вы что, забыли, что она не одна на корабле? – Будь такая возможность, Коллекционер наверняка сцапает и Грутов. – Ну так что? Можно уже его пристрелить? – Он придержал спусковой крючок, заряжая оружие.

– Погоди, что именно он сказал? – задумчиво спросил Квилл. – Слово в слово.

Ракета нетерпеливо повторил.

– Ты прав, звучит подозрительно. – Несколько мгновений они с Гаморой переговаривались. – Не хотелось бы этого делать, но…

Ракета усмехнулся.

– Но придется?

39

– А теперь, Ка-Ленн, слушай очень внимательно, – начал Ракета.

Спустя мгновение он отключил связь. И хорошо: слышать остальное Питеру было необязательно. Иногда Ракета слишком уж входил во вкус.

– Мне с самого начала все это не нравилось, – сказала Гамора, выглядывая во двор из большого окна. – Стало только хуже.

– Беспокоишься за Кию?

Женщина обернулась и посмотрела Квиллу в глаза. Ей не нужно было отвечать, а ему – утешать ее. Оба знали, что в распоряжении Кии был корабль, Груты и ее собственные умения, больше Стражи ничем не могли сейчас помочь девушке. Лучшее, что они могли сделать, – это остановить спятившего димави, не позволив ему натравить кри на ее родную планету.

– Что вы здесь делаете? – прозвучал голос за их спинами.

Питер обернулся. Чуть дальше по коридору, завернувшись в плащ, стоял Обвинитель.

– Вы должны были ожидать там, где я вас оставил.

Вид у него был – Питер внутренне поморщился – обвиняющий.

– Мы просто… – искали террориста с ботаническим оружием и смотрели, не вернулся ли Дракс, – наслаждались видом.

– Верховный Совет Старейшин Вадина скоро вас примет.

– Отлично.

– До того момента вы будете ожидать в назначенном месте.

– И много времени это займет? – Питер попытался скрыть свое нетерпение. Если Ракета прав и люди Берена уже вовсю убивают кри, то ждать было некогда. Чем ближе советник и его Грут к цели, тем больший они нанесут ущерб. Кроме того, вероятность, что кри раскроют планы террористов-димави, становилась с каждой минутой все выше.

– Столько, сколько потребуется, прежде чем Верховный Совет Старейшин Вадина решит вас принять.

– Ка-Ленн не зря нас нанял, – сказала Гамора. – Мы здесь, чтобы помочь, ради вашей же безопасности.

– Мы не можем позволить… – Обвинитель вдруг замолчал и наклонил голову, будто к чему-то прислушиваясь. За его спиной раскрылись двери лифта, откуда тут же вывалилась группа роботов: корпусы из темного металла вибрировали, по поверхности пробегали красно-белые огни. Охранные боты, судя по тарелкообразной форме, крийского производства. Питер насчитал четырех.

Обвинитель развернулся.

– Замечен противник! – объявили роботы. – Замечен противник!

Они открыли огонь.

Обвинитель взмахнул оружием перед собой, создавая сверкающий щит. Выстрелы срикошетили от поверхности, не причинив никому вреда, но боты уже подбирались ближе: одни передвигались на длинных, похожих на паучьи ногах, другие парили высоко под потолком. Они снова атаковали, на этот раз с разных углов. Некоторые выстрелы Обвинителю удалось отразить, другие попали в цель, обжигая металл его доспехов.

– Прекратите. Немедленно, – воин высоко поднял молот, и вперед устремился энергетический заряд. Ближайший робот отлетел к потолку и с грохотом упал на пол, его металлический корпус был смят.

Питер рванулся вперед, доставая элементальный бластер. Огненный выстрел поразил ближайшего бота, и тот безвольно повис в воздухе, мигая лампочками. Гамора подпрыгнула, схватилась за металлический корпус робота и с силой ударила о стену. Бот осел на пол.

– Замечен противник, – пропищал еще один робот. Он успел лишь развернуться к Квиллу и Гаморе – и был тут же уничтожен Обвинителем. Что до последнего бота, то его воин-кри просто расплющил молотом, послав к потолку облако искр.

С мгновение Обвинитель и Питер молча смотрели друг на друга.

– Неисправность? – предположил наконец Квилл. – Техника – это такая штука…

– Что происходит? – в голосе Обвинителя сквозило напряжение. Питеру потребовалось мгновение, чтобы понять, что тот говорил по внутренней связи. – У нас здесь вышедшие из строя боты. Зал Аддила, С3. Проверьте состояние систем безопасности. На нас напали. Меня кто-нибудь слышит?

– Мы могли бы помочь, – сказал Питер.

Обвинитель должен был понимать, что они здесь ни при чем. За прошедшие годы кри и Стражи Галактики не раз конфликтовали, но в целом они уважали друг друга: никаких убийств или нападок на политический строй Империи. Стражи не были их врагами.

Но это еще не означало, что кри обрадуются вмешательству в их внутренние проблемы.

– Дождитесь моего возвращения. Вернитесь в зал ожидания, – Обвинитель кивнул им и удалился, взмахнув на прощание полами плаща.

Как только кри ушел, Питер повернулся к Гаморе:

– Берен.

– Берен, – подтвердила она.

Питер задумчиво нахмурился. Если целью димави по-прежнему являлась церемония мира, то зачем им выдавать себя сейчас, за несколько часов до начала? Так они лишь давали дополнительную возможность себя поймать.

Если вместо этого целью Берена был молебен Круга Оно… Питер не исключал возможности, что димави нападут на своих, но зачем? Что еще здесь находилось?

– Совет Старейшин, – хором произнесли Квилл и Гамора.

Если у Берена не было возможности напустить Грута на участников церемонии, то следующей по важности целью был Совет – прямо сейчас.

– Ракета, где находится Совет Старейшин?

– Ты, наверное, хотел сказать «Верховный Совет Старейшин», а, Квилл? – усмехнулся енот. – Сканеры и камеры все еще выведены из строя, но у меня есть карта. Посмотрим… Вы в Зале Аддила, на третьем уровне? Личные покои членов Совета находятся на девятом и десятом уровнях, зал собраний – на восьмом.

– Выведи из строя лифты. Постарайся задержать любого, кто попробует туда добраться. Похоже, димави кое-чему у нас научились: охранные боты теперь нападают на самих кри и на нас.

– Охранные боты? В Зале Аддила? – удивился Ракета. – Но охранные системы даже не включены, в системе ничего не отображается и… Ох, Танос их забери, даже не знаю, то ли ненавидеть этих ребят, то ли восхищаться ими. Ладно, займусь. Чего они вообще добиваются?

– Увеличить количество жертв? – предположил Квилл.

– Или расчистить дорогу, – сказала Гамора. Они бежали вниз по коридору в сторону лестницы. – Грут, наверное, ослаблен, как и остальные, его легко одолеть. Они не могут рисковать до решающего боя.

В любом случае ботов надо остановить.

А еще – найти Берена.

40

Дракс подлетел к комплексу по дороге, соединяющейся прямо с небольшой парковочной площадкой на четвертом этаже Зала Аддила, – там уже стояло несколько личных шаттлов, автомобилей и аэроскутеров. Он вышел, оставив катер парковаться самостоятельно, и последовал за Обвинителем пешком.

Похоже, та пыталась с кем-то связаться по рации.

– Местоположение? – спросила она, прижав ладонь к уху. – Со мной один из Стражей, Дракс. Местоположение?

Ее лицо помрачнело, но она продолжала идти вперед.

– Друзья, – обратился Дракс к остальным Стражам по собственной связи, – мы прибыли.

– Давно пора, – ответил Ракета. – У нас тут дела. Избавься от Обвинителя.

– Насильственным образом?

Обвинитель оглянулась, не замедляя шага.

– Что именно насильственным образом?

– Я слышал! – сказал Квилл. – Не отвечай ей, Дракс. И не вздумай на нее нападать… Это займет слишком много времени, и тебя могут ранить. Ты нам нужен в целости.

– Могут ранить? Ха-ха!

– Просто не надо, ладно?

Обвинитель только вздернула бровь и молча открыла дверь, соединяющую парковочную площадку с другими помещениями здания. Пройдя пару шагов по коридору, она ненадолго замерла вполоборота, прислушиваясь к доносившимся слева шагам. Лицо Обвинителя скрылось под проекцией экрана: женщина то ли проводила сканирование, то ли считывала информацию – возможно, и то и другое.

Дракс не спеша присоединился к ней, когда по коридору к ним стали быстро приближаться два синекожих крийских солдата.

– Назовитесь, – потребовала Обвинитель. – Вы у меня не числитесь. Я даже не…

Она вдруг вся напряглась, поднимая молот в предупредительном жесте.

– Кто вы такие?

Воздух перед первым солдатом замерцал. Драксу это почему-то напомнило о снеге: белые, сверкающие на свету частицы летели вниз по коридору в сторону Обвинителя и его самого.

Мерцающие?.. Прямо как те споры, которые описывал свидетель из парка!

Дракс схватил Обвинителя за плечо и попытался оттащить ее назад. Воительница лишь смахнула его руку, направив молот в направлении незнакомых кри. Выскакивая обратно на парковку, Дракс увидел только, как энергетический заряд угодил в плечо переднего кри, но эффект был совсем не такой, как от обычного попадания: фигура замигала, будто неисправная голограмма. И на мгновение сквозь нее проглянул другой образ.

– Грут, – оцепенев, Дракс уставился в дверной проем.

Выстрел Обвинителя не остановил споры – те липли к ее телу, доспехам.

– Что за… – начала она.

Солдат-кри (который на деле был ядовитым Грутом, пусть голограмма и заработала снова) подбежал ближе. Второй следовал по пятам. Обвинитель вновь подняла оружие, но вдруг закричала и согнулась вдвое.

– Что…

Она попыталась направить молот на нападавших, но потеряла равновесие и с грохотом врезалась в стену. Замаскированные противники побежали дальше.

– Что происходит? – спросила женщина, хватая ртом воздух.

– Тебя отравили.

– Так вот что случилось тогда… в парке…

– Да, – подтвердил Дракс. – Квилл, я засек Грута. Он и… еще кто-то с помощью голограмм замаскированы под солдат-кри. Думаю, второй им управляет. Я последую за ними.

Дракс прошел мимо Обвинителя, которая все еще цеплялась за стену, пытаясь не упасть.

– Стой! – сказал Питер. – Не преследуй их. Ты не сможешь с ними сражаться.

– Я могу сражаться с чем угодно.

– Кулаки не помогут против ядовитых спор, Дракс, а дальнобойного оружия у тебя нет. Отправляйся в подвал. Не думаю, что там их конечная цель, но Берен перепрограммировал охранные системы и направил их против нас, а внизу сотни гражданских.

На глазах Дракса Грут завернул за угол, следуя за вторым солдатом. Ноздри воина невольно раздулись. Он позволял сбежать врагу! Он позволял сбежать другу

Злясь на самого себя, он опустился на пол рядом с Обвинителем. Та тяжело дышала, глядя вверх безумными, непонимающими глазами.

– Доспех может замедлить проникновение спор в организм, – сказал он ей. – Вызови медицинскую помощь.

– Сделано. Уже сделано. Я, – свистящий вдох, – профессионал.

– Точно, – он похлопал ее по плечу. – Как добраться до подвала?


Проклятые димави полностью отсекли охранных роботов от центральной системы. Сначала Ракета пытался добраться до них через сеть, потом по пяти разным протоколам – все без толку. И так этак – ничего. Люди Берена полностью ликвидировали саму возможность связи. Ракета понимал, как они это сделали: следы их вмешательства еще были заметны в системе. Будь перед ним сейчас один из роботов, он смог бы перепрограммировать его обратно. Впрочем, все равно этот бот не смог бы связаться с остальными, ведь димави позаботились, чтобы это стало невозможно.

Хуже всего было то, что Ракета слишком много времени потратил, пытаясь все исправить, и немало, стараясь снова включить камеры.

Оставалось попробовать еще кое-что. Пусть подачу большинства промежуточных сигналов димави остановили, но сами по себе устройства связи по-прежнему должны были функционировать. Если бы получилось поймать их собственный сигнал, можно было бы отследить их местоположение и более-менее понять, кто где находится.

Открылась дверь.

– …отвлечет внимание, а может, расчистит коридоры, – сказал один из голосов. – Не то чтобы Обвинители хорошо годились для отвлечения внимания…

Другой голос согласно хмыкнул.

– Рискованное дело, особенно сейчас…

– …когда неподалеку Стражи Галактики? – Ракета запрыгнул на стол, доставая бластер.

Напротив него, в другой стороне комнаты, замерли два димави. Их руки тут же потянулись к оружию, но они не торопились стрелять.

Может быть, увидели его бластер или вдруг захотели поговорить по-людски. В любом случае начало не самое плохое.

Ракета зашагал по столу, переводя прицел с одного противника на другого и обратно.

– Это вы тут всю систему переколбасили? Я бы, может, даже восхитился, не будь так зол. Ведь я мог быть в другом месте! Стрелял бы в кого-нибудь сейчас! А вместо этого застрял тут, за самой скучной работой, пока другие избивают роботов. Может, бросите оружие и поможете мне с… Эй!

Он пригнулся, уворачиваясь от выстрелов, и выстрелил сам, задев плечо одного из димави. Выругавшись, мохнатый Страж спрыгнул на пол. Как раз вовремя, так как в следующее мгновение ближайший терминал взорвался облаком металлических осколков и обломков пластика.

– Так не годится! – прокричал енот. – Вы или стреляете, или не стреляете, но нельзя же ни с того ни с сего менять решение!

Хотя его «самая скучная работа» сразу стала намного интереснее. Ракета ринулся вперед. Взорвался еще один терминал.

– Они мне, вообще-то, еще нужны!

Он выглянул из-за укрытия. Один из димави был всего в нескольких футах: легкая цель. Выстрел – и противника живописно размазало по столу. А вот другой, гм, скорее всего, прятался.

– Если ты вдруг передумал меня убивать… – начал Ракета.

Над ним засвистели выстрелы, один прошел так близко к его хвосту, что подпалил несколько шерстинок.

– Видимо, нет.

Оттолкнувшись от стола, енот запрыгнул в одно из кресел, и то покатилось по полу. Он пригнулся, внимательно осматривая помещение. Ничего… И тут ничего… Вот!

– Хочешь услышать мой самый любимый звук? – Ракета прицелился и выстрелил. Звук был в самом деле прекрасный.

Кресло остановилось за терминалами, у входа, через который вошли димави. Нога того, которого он только что пристрелил, как раз хорошо была видна. А прямо рядом из-под стола выглядывали чьи-то ботинки.

Хм. Туда он точно ни в кого не стрелял.

Ракета спрыгнул с кресла и подошел ближе. Оружие он держал наготове, на случай если двоим пристреленным вдруг захочется обратно с того света. Но они даже не шелохнулись. Енот потянулся к таинственным ботинкам, потыкал в них стволом бластера – и ага! Движение. Еле заметное, но обладатель ног явно был жив. Над краем ботинка виднелся участок зеленой кожи: этот точно был не из охранников-кри.

Ракета заглянул под стол и увидел там еще одного димави, привязанного к ножке. Этот был куда целее, чем те двое, которые валялись неподалеку. Димави тихо застонал, его веки затрепетали, а затем снова плотно сомкнулись.

– Эй, – еще один тычок бластером, на этот раз в живот, – просыпайся. У меня есть вопросы.

– М-мх, – димави попытался открыть глаза, один из них совсем заплыл.

– Дай-ка угадаю, – Ракета пригнулся рядом. – Обзывался на своих друзей-террористов?

Тот что-то промычал, прокашлялся.

– М-м-м, что?

– Как ты здесь оказался?

Наконец незнакомец открыл глаза, ошеломленно оглянулся по сторонам.

– Мне тут нянчиться с тобой некогда, – раздраженно заметил Ракета. – Ты в пункте управления системами безопасности Зала Порови на Вадине и все такое. Отвечай на мои драные вопросы.

Взгляд мужчины остановился на мертвом теле неподалеку. Похоже, это привело его в чувство. Пленник дернулся, но его руки были привязаны к ножке стола.

– Ой, да ладно тебе. Это всего лишь труп. Пока что даже не воняет.

– Это же… это Мани. Мани. Мани мертв.

– Да-да, очень мило…

– Это мой помощник, Мани. Что случилось, что…

– Почему ты про этого мертвого неудачника знаешь больше, чем я про тебя? Отвечай на мои вопросы, – Ракета вдруг прищурился. У этого парня был знакомый вид. Волосы короче, и синяк под глазом сперва сбил с толку, но… определенно это было то же лицо, которое енот видел на экране своего коммуникатора несколько часов назад, просматривая правительственную анкету.

– Как ты оказался под этим столом, Берен?

– Я проводил проверку систем безопасности. Потому что сегодня вечером церемония. О нет, она уже началась? Который час?

– Не началась пока. Говори дальше.

– Проверка. Мани сказал, что ее надо будет провести пораньше. Мы добрались сюда, все было как обычно, и вдруг мои люди, они… Не знаю, что произошло. Они начали стрелять в кри. Вырубили меня. Они пошли против меня. О нет, нет…

– А Грут?

– Грут? – Берен попытался сесть, при этом не испачкавшись в крови Мани, что, на взгляд Ракеты, было напрасным и бессмысленным занятием. – А он тут при чем?

Ракета раздраженно вздохнул.

– Не понимаю я таких как ты. У кого тут пушка? Кто только что двоих замочил? Вот именно, я. А кто тот неудачник, который сидит под столом связанный? Вот именно, ты. А теперь скажи, который из нас двоих задает вопросы? Давай выкладывай, что знаешь про Грута, драная морда.

Несколько невыносимых мгновений Берен просто смотрел на него, но потом заговорил, медленно.

– Пару недель назад я купил экземпляр Flora colossus, или Грута, как вы его называете. Мне было интересно, годится ли он для защиты: например, для обороны наиболее уязвимых городов… Но на прошлой неделе он исчез. Не знаю, сбежал сам или его кто-то похитил. Я его искал, но надо было готовиться к мероприятию, так что…

– Знаешь, кто мог его похитить?

Пленник затравленно посмотрел вверх.

– Что происходит? Ты можешь меня развязать?

– Развязать тебя? – Ракета сплюнул на пол. – Берен, тебе повезло, что я тебя прямо сейчас не пристрелил. Будешь вести себя тихо – может, и живым отсюда выберешься. А вот Грут, которого ты украл, даже на это не может рассчитывать наверняка.

– Но я не…

Ракета качнул бластером. Этого хватило, чтобы Берен резко «поумнел» и начал говорить.

Как только советник закончил, Ракета встал на ноги.

– Отлично, продолжай в том же духе. Мне тут надо пару друзей ввести в курс дела.

41

Благодаря сведениям Дракса Гамора и Квилл могли определить местонахождение Грута.

Прямо под ними.

Если Ракета верно запомнил схему комплекса, то Грут вынужден будет пройти по ближайшей лестнице, чтобы попасть в здание.

Хорошо. Но было бы еще лучше, если бы у Гаморы и Квилла нашлось время, чтобы расставить ловушку, вместо того чтобы сражаться с роботами. Отбросив ногой останки разрушенного бота, Гамора насторожилась. С лестницы донеслись звуки, точнее, приближающиеся шаги.

– Квилл! – окликнула она.

Питер повернулся к напарнице и просветил стену встроенным в забрало маски сканером.

– Двое, – сказал он. – Судя по всему, Грут впереди, но точно сказать не могу.

Гамора знала около четырнадцати способов обезвредить противника, выходящего с лестницы в коридор. Все они, впрочем, работали только с близкого расстояния – а значит, из зоны рассеивания спор.

Необходимо было держать дистанцию. Гамору это не радовало, но, борясь с недовольством, она все же последовала за Квиллом далее по коридору.

– Совсем рядом, – прошептал Питер, держа наготове элементальный бластер.

Дверь распахнулась. Однако раньше, чем кто-либо появился на пороге, бедро Гаморы зацепил выстрел. Она инстинктивно отскочила, одновременно отпихивая Квилла ногой. Через мгновение другой выстрел прошел ровно через то место, где была его голова. Обернувшись, Гамора увидела двух боевых роботов, несущихся прямо на них. Меч был у нее под рукой, и следующие выстрелы воительница блокировала с легкостью. Потом она метнулась вперед и перерубила одного бота пополам. Второго Квилл метким выстрелом превратил в огненный шар.

Худшего стечения обстоятельств нельзя было и придумать. Когда они обернулись, «крийские солдаты» уже успели убежать далеко. Гамора помнила предупреждение Дракса насчет камуфляжа и теперь понимала, о чем шла речь. Распознать голограмму оказалось легко: контуры тел мерцали, а тени не совпадали с фигурами.

– Споры! – скомандовал бегущий позади «кри».

«Знакомый голос», – подумала Гамора.

Другой «кри» – замаскированный Грут – раскинул руки и выпятил грудь. Гамора узнала этот жест, хотя он был замаскирован голограммой.

– Грут, стой! – крикнула она. – Это мы!

Голограмма дрогнула. В ту же секунду Квилл выстрелил из элементального бластера, но было уже поздно. Мерцающие частицы взметнулись в воздух. Выстрел Питера рассеял облако спор, но не смог их остановить. Мгновение спустя ногу Грута прочно сковал лед. Еще немного – и споры найдут свою цель. Бежать было некогда, стрелять воздухом – бесполезно: ядовитых частиц было неимоверно много. Даже убийство Грута теперь не поможет, да и Гамора по-прежнему ненавидела эту идею.

– Ложись! – Квилл толкнул ее на пол и выстрелил второй раз.

Он целился не в Грута. Воздух всколыхнулся и буквально затвердел. Перед Стражами выросла ледяная стена, словно щит прикрывшая их от спор. Отскочив от преграды, отравленные частички разлетелись в разные стороны.

Несмотря на замороженную ногу, Грут направился прямо к Квиллу и Гаморе. Сквозь лед можно было разглядеть его размытый силуэт. Не шевелясь, Гамора наблюдала за ним, готовая в любой момент нанести удар мечом. Рядом Квилл держал наготове бластер. Гамора догадывалась, что он уже успел переключить его в более опасный режим.

Если Грут проломит ледяной барьер, они оба готовы атаковать. Другого выхода не было. Вопрос в том, кто окажется проворнее. К тому же, почувствовав опасность, клон снова мог выпустить споры.

Грут склонил голову и потрогал двумя замаскированными пальцами лед. Узнал Квилла и Гамору? Или проверил барьер на прочность? Грут тут же отдернул руку и вздрогнул.

– Оставь их, – раздалась команда.

Опять этот знакомый голос. Ракета сказал, что не Берен управлял Грутом… А кто тогда?

Квилл выпрямился.

– Анней!

– Ну вот, – бывшая хозяйка бара остановилась у ледяной преграды, – неловко вышло.

Гамора продолжала прикидывать, как обезвредить обоих противников, не рискуя при этом быть зараженной спорами, но новый поворот событий заставил ее задуматься и о том, как так вышло.

Значит, Берен и правда покупал Грута для самообороны. Вероятно, Анней придумала другой способ, чтобы его использовать, и кому-то рассказала – а может, и сама спланировала теракт на церемонии. Гамора не понимала одного: как хозяйка бара могла заранее рассчитать, что Стражи доставят ее в нужное место? Хотя… точно. Оказавшись на борту корабля команды, Анней всячески требовала вернуть ее домой. Беспокоиться ей было не о чем, ведь Стражи на тот момент ничего не знали о готовящемся теракте. Но когда они о нем узнали и взяли курс на Вадин, женщина внезапно решила остаться на борту. Теперь этому находилось простое объяснение: она не хотела, чтобы ее планы сорвали.

– Прости, Питер, – сказала Анней. – Мне и правда понравилась твоя прическа.

– Сплошное расстройство кругом, – до сих пор не до конца веря в происходящее, произнес Квилл.

– Я приложила все усилия, чтобы до этого не дошло. Может, и не дойдет. Стражи, это не ваше дело. Не лезьте между нами и кри. Вы не помогли, когда они набросились на нас, поэтому не имеете морального права мешать нам сейчас.

– Тогда мы не знали о нападении, – ответила Гамора, – а теперь знаем.

– Хорошая отговорка, но сути дела она не меняет.

– А то, что вы используете нашего друга в качестве оружия, – меняет, – заметил Квилл.

– Пожалуй.

– Я есть Грут.

Голос клона звучал неразборчиво, будто он что-то жевал, и Гамора не разобрала, что он говорит. Сомнений не было только в том, что звук исходил из этого несуразного маленького крийского тела. Гамора предпочла бы видеть перед собой знакомое, покрытое корой лицо. Вряд ли бы это помогло, но…

– Послушайте, у меня тоже были на сегодня другие планы, – сказала Анней. – Я с куда большим удовольствием вышвыривала бы пьянчужек из моего бара. Это мое любимое занятие. Слушала бы о теракте на Вадине в новостях – это куда безопаснее, чем лично в нем участвовать.

«Правдоподобное отрицание», – подумала Гамора.

– Когда вы узнали о подготовке атаки, мне пришлось отправиться с вами, чтобы вас задержать, а моим друзьям – поторопиться и подготовить все, прежде чем вы смогли бы вмешаться. В результате они напортачили с перевозкой Грута, после чего стали бояться даже близко к нему подходить. Решили отправить его сюда одного, отдавая команды по рации. Я вызвалась его сопровождать, и вот я здесь. Хотите спасти невинных? Хотите справедливости? Тогда найдите тех кри, что напали на наш дом. Они на свободе. Скажете, это работа правительства? Да что взять с нашего правительства? – Анней задрала голову. – Оно лишь делает вид, что ничего не произошло.

– Обещаю, что найдем на это время, – сказал Квилл. – А вот вопрос с убийством невинных граждан нужно решить сейчас.

Анней разочарованно вздохнула.

– Лучше не путайтесь под ногами. Грут, пошевеливайся!

Клон беспрекословно повиновался.

– Грут! – крикнул Квилл. – Не слушай ее!

Прежде Анней старалась держаться от двойника на расстоянии: вероятно, чтобы избежать спор. Теперь же она шла рядом, прикрываясь им от Стражей как щитом.

– Ну и вкусы у тебя, – начала было Гамора.

– Не сейчас, – перебил ее Квилл и тоже вздохнул: – Я знаю.


До появления в их жизни Кии Стражам приходилось выпутываться из куда более сложных ситуаций и наверняка придется еще, после того как девушка вернется домой.

Но ни прошлые, ни будущие проблемы – не ее вина. Только настоящие. После того как Кия увидела в больнице жертв нападения Грута, она постоянно терзалась мыслью, что Стражи и пришедшие на церемонию мирные кри и димави будут мучиться так же, если на них попадут ядовитые споры.

Задрав ноги на стол, Кия старалась отвлечься, изучая показания датчиков одного из Грутиков.

– Пострадавшие ведь поправятся? – задумалась она вслух.

– Я есть Грут.

Кия нервно ткнула Грутика пальцем.

– Я понимаю, что кри – гордый народ и они продолжают переживать то, что произошло на Хале, пока я была с Коллекционером, но не могут же они и правда начать войну? Димаве не представляет для них угрозы. Наш народ не привык сражаться и не переживет войну.

– Я есть Грут.

– Я была уверена, что Берен покупал Грута исключительно для самозащиты.

– Я есть Грут.

– Как я могла предположить, что столько народу пострадает?

– Я есть Грут.

– Работает? Чувствуешь что-нибудь?

– Я есть Грут.

Взъерошив волосы, Кия внимательно осмотрела Грутика. Он легко поглотил щепку, оставшуюся от оригинального Грута, что само по себе было хорошим знаком. Но Кия по-прежнему не могла сказать, передались ли этому двойнику воспоминания и чувства его предшественника.

Она сделала все что могла. Оставалось найти способ настроить сознание Грутов так, чтобы позволить им слиться.

– Так, – Кия продолжила думать вслух, – а что если…

– Я есть Грут! – в медпункт вбежал один из Грутов постарше, взволнованно размахивая руками. – Я есть Грут! Я есть… Грут!

Он кричал так громко, что его голос начал срываться.

– В чем дело? Что происходит?

Грут схватил ее, поднял со стула и понес через корабль.

– Я есть Грут!

Остановился он только на мостике. От резкой пробежки его ноги подкосились. Многозначительно взглянув на Кию, Грут показал на экран приборной панели.

Кия нерешительно подошла ближе. Камеры передавали изображение области вокруг корабля – скалистый уступ и сухую пустынную почву. На одном из экранов девушка заметила движение, а затем часть фюзеляжа частного шаттла среди песка и камней. От транспорта к кораблю Стражей уверенной, самодовольной походкой шагала знакомая фигура.

– О, – выдохнула Кия.

По ее коже пробежали мурашки. Девушка узнала и шаттл, и его хозяина.

Коллекционер нашел ее.

42

Чем ниже Дракс спускался, тем больше народу встречал. От двери к двери сновали крийские солдаты, сопровождая местных сотрудников и отбиваясь от агрессивных роботов-охранников. Их капитан раздавал указания через громкоговоритель.

Эвакуация шла полным ходом.

Два солдата попытались остановить Дракса, но Разрушитель осторожно – насколько смог – убрал их с дороги. У остальных хватило ума не связываться с ним.

Дракс едва не споткнулся о труп одной из сотрудниц. По ранам на груди он догадался, что та имела неосторожность попасться на глаза взбесившемуся боту.

В фойе он остановился. Кри выводили из здания не только своих: с краешка примостились и несколько десятков димави – все гражданские, насколько можно было судить. Тут в зал влетела добрая дюжина ботов и открыла огонь, окрашивая воздух в желтоватые тона.

Димави поспешили попрятаться у стен, некоторые бросились к лестнице, чтобы убежать обратно в подвал, – и по пути столкнулись с группой своих сограждан, ведомой крийскими солдатами. Солдаты тут же рассредоточились по фойе, прикрывая гражданских и отстреливая роботов.

Разбежавшись, Дракс подпрыгнул и на лету схватил одного бота. С громким довольным смехом он обрушил его на другого, превратив обоих в куски искореженного металла.

Два готовы. Но осталось еще много.

Группа гражданских отбежала от него подальше и сгрудилась, окруженная роботами. Один крийский солдат получил сразу несколько ранений в руку. Задело и димави – двое из них закричали, разбрызгивая серо-розовую кровь.

Роботы целились не в них. Дракс видел, что они старались стрелять кучно, концентрируя огонь исключительно на солдатах, а не на куда более легких мишенях позади них.

Воин быстро оценил обстановку и пересчитал оставшихся роботов и их цели.

– Бегите! – скомандовал крийский лейтенант группе димави. – Скорее, к выходу!

Тем, кто послушался, выделили для сопровождения трех рядовых, и у ботов тут же появилось преимущество.

Дракс решил, что увидел достаточно. Целями роботов были только кри, не димави. Выступив вперед, он ударил ближайшего робота.

– Кри! – призвал он, приближаясь к окруженной группе. – Оставьте гражданских!

Солдаты и не думали слушаться. Их лейтенант направил на Дракса оружие.

– С дороги!

– Вы только привлекаете ботов, – объяснил Дракс.

Сообщники Анней, вероятно, перепрограммировали роботов, чтобы те не стреляли в димави. Если их целями были только кри и редкие представители других рас, работавшие в здании, то террористы могли не беспокоиться о своей безопасности. Благодаря этой предосторожности гражданским димави ничто не грозило до той поры, пока рядом не было настоящих целей.

– С дороги! – повторил лейтенант. – Мы не бросим наших подопечных!

Дракс понял, что нет смысла приводить другие доводы, пока мирным гражданам грозит опасность. Он кинулся к группе. Димави испуганно завопили, солдаты переключили внимание с роботов на Разрушителя. Шальной выстрел зацепил щеку Дракса, и он яростно заревел. Схватив девушку-рядового, он бросил ее на пол, а затем, растолкав димави, швырнул еще одного солдата через весь зал.

Остальные кри полезли в толпу, чтобы добраться до Дракса. Главным минусом ситуации было то, что роботы продолжали вести по ним огонь. Плюсом – то, что димави больше не были окружены кольцом солдат и поспешили ретироваться подальше от огромного воина и обезумевших ботов.

– На выход! – гремел на все фойе голос Дракса. – Боты не станут за вами гнаться!

Далеко не все димави послушались его. Наиболее испуганные остались рядом с солдатами. Другие снова попытались прорваться к ведущей на нижний уровень лестнице. Некоторые, впрочем, побежали к выходу.

– Вы что, слепые? – продолжал кричать Разрушитель. – Боты не стреляют по димави!

Солдатам было наплевать; теперь их интересовало лишь то, как бы побыстрее избавиться от новой, громогласной проблемы. Держась на безопасном расстоянии, они окружили воина. Пятеро или шестеро нацелили на Разрушителя винтовки, остальные по-прежнему отстреливались от роботов. Боты не прекращали огонь, грозно мигая красными и белыми лампочками.

– На пол! – приказал Драксу один из солдат. – На пол, живо!

Дракс сложил руки на груди и грозно посмотрел на солдата.

– На пол… пожалуйста, – пролепетал тот.

– Опустить оружие! – раздалась команда лейтенанта, заметившего убегающих димави. – Он прав: держитесь подальше от гражданских! Все внимание на ботов! Уведите их подальше отсюда!

Солдат с нескрываемым облегчением опустил винтовку.

– Постой, ты же Разрушитель?

– Он самый, – Дракс взглянул на ближайшего робота. – Давайте что-нибудь разрушим.


Анней и контролируемый ею Грут успели уйти далеко. Необходимо было как-то опередить их и устроить западню. Квилл вылетел на улицу, остановившись в полуметре от стены здания. Солнечные блики мерцали на окнах; было жарко, но Питеру было не до каверз погоды. Гамора держалась за него, пока они летели по ветру. Внизу из всех зданий высыпали сотрудники и гражданские: одни в панике бежали, другие озадаченно ковыляли.

По словам Ракеты, Совет Старейшин заседал на восьмом уровне. Пересчитав этажи, Квилл медленно поднялся до восьмого и просканировал внутренние помещения здания. В большом кабинете находились семеро – судя по всему, советники. Снаружи дежурил десяток охранников.

– Ракета, видишь, чтобы кто-нибудь поднимался наверх?

– Я запер все двери и включил все силовые перегородки, которые смог, – ответил енот. – Анней рано или поздно их преодолеет, но у вас есть время.

– Отлично. Поднимай лифты.

Встроенные в ботинки Квилла дюзы зашипели. Он повернулся спиной к окну, позволяя Гаморе подготовиться к прыжку.

– Спасибо.

Отпустив Квилла, она тут же выхватила меч и рванулась вперед. Мгновение спустя раздался звон битого стекла, и Гамора, приземлившись, откатилась в сторону. Питер последовал ее примеру.

Перед ними предстали около десяти злых кри с оружием наготове.

– Стражи, – проворчала одна из них, выступая вперед.

Ветер, проникший внутрь сквозь разбитое окно, трепал ее стянутые резинкой волосы.

– Капитан Мари-Ки. Вы мешаете проведению важной операции. Уходите.

– Мы помогаем проводить важную операцию, – поправил ее Квилл, поднимая вверх руки, чтобы показать, что у него мирные намерения. – Мы знаем об угрозе больше вашего.

По крайней мере, он на это надеялся. Если кри поймут, что за всем этим стоят димави…

– Мы знаем достаточно, – капитан покосилась в сторону лестницы.

Если Анней с Грутом доберутся сюда, то появятся именно оттуда. Новые солдаты выстроились у дверей в конференц-зал Совета. Вдалеке можно было различить останки нескольких роботов-охранников и окровавленное тело солдата – верный знак, что отряд Мари-Ки уже зачистил здание.

– И что вы собираетесь делать? – спросил Квилл.

Капитан перевела взгляд с Питера на Гамору, после чего решительно заявила:

– Держаться вне зоны досягаемости ядовитых спор и стрелять на поражение.

– Flora colossi так просто не убить, – заметил Звездный Лорд. – Вам придется буквально стереть его в порошок – и даже это может не уберечь вас от спор.

Холл снаружи конференц-зала был просторным, с высоким потолком, но оставался при этом достаточно закрытым пространством. Если Грут выпустит споры быстро, то бежать солдатам некуда.

– Если потребуется, мы так и сделаем.

Питер простонал. Этого следовало ожидать от кри, привыкших беспрекословно выполнять приказы высшего командования.

– У нас есть другой план, который позволит спасти ваших солдат. Помогите нам увести отсюда членов Совета…

– Даже не обсуждается.

– У нас отличный план! Лучше не придумаешь! – Квилл едва не добавил «наконец-то». – Давайте…

– Мы не допустим чужаков к Совету Старейшин. Пока угроза не будет устранена, Совет останется здесь, под охраной, – стояла на своем капитан Мари-Ки.

– Нет времени на споры. У нас есть и план «Б».

Мари-Ки покосилась на двери.

– Выкладывай.

– План «Б», – Питер ослепительно улыбнулся, – заключается в том, что мы эвакуируем их без вашей помощи.

43

«Все хорошо. Я спокойна. Я справлюсь», – говорила себе Кия.

Вот только спокойной она не была. И что делать, тоже не знала.

Как Коллекционер смог ее отыскать? Корабль Стражей был хорошо спрятан, и найти его было практически невозможно, даже если знать, что Кия на Вадине. Сведениями о ее местонахождении располагали лишь Стражи, Анней и сопровождавшая их с Драксом Обвинитель.

Но Коллекционер все-таки ее нашел. Он нашел ее. В этот раз он не даст ей уйти; рядом не будет Звездного Лорда, чтобы организовать побег.

– Я есть Грут? Я есть Грут!

Голоса вернули Кию к реальности. Перед ней вновь оказался экран, на котором пурпурным пятном среди унылого пустынного пейзажа маячил Танелир Тиван. Кия была настолько испугана, что едва дышала. Ей стоило большого труда хотя бы раз глубоко вздохнуть.

– Нужно улетать, – ее голос прозвучал куда увереннее, чем она себя чувствовала. – Нужно бежать.

Она осмотрела приборную панель в поисках кнопки управления в режиме автопилота. Стражи частенько им пользовались, но Кия понятия не имела, как его включить. Прежде она рулила лишь маленькими одноместными шаттлами, конструкция которых была максимально простой, а управление велось голосовыми командами.

– Вы знаете, как управлять кораблем? – голос Кии задрожал.

Один из Грутов тоже пытался разобраться в панели и выглядел так, как другие Груты, когда те пытались вспомнить забытые знания.

Нужно было брать все в свои руки.

Кия уселась в кресло пилота. Что там обычно делал Звездный Лорд? Переключал какие-то рычажки (какие из семи?), отдавал команду Ракете (этот шаг придется пропустить ввиду отсутствия енота) и дергал вон ту ручку…

Справа от девушки замелькали лампочки.

– Да я же еще ничего не сделала!

– Я есть Грут?

Грут нажал какую-то кнопку, и в кабине загремел голос Коллекционера.

– Почему меня никто не встречает?

Этот мерзкий тембр! Кия буквально вжалась в кресло. Она уже сбегала от Коллекционера. Разнесла его музей, выкрала ценнейший экспонат – проще говоря, одурачила его. Но от одного звука его голоса девушка теряла волю и начинала паниковать.

– Есть кто дома? – не унимался Старейшина.

По крайней мере, Кия не видела его физиономию. Этого бы она не перенесла. Поднявшись, девушка стукнула по нажатой Грутом кнопке и отключила внешнюю связь.

– На чем я остановилась? – вслух произнесла она, берясь за ручку и всячески стараясь не обращать внимания на текущие из глаз слезы и готовое выпрыгнуть из груди сердце.

И тут…

Корабль тряхнуло.

– Ай!

Кию бросило вперед, и она едва не вылетела из кресла. Рычаг больно ткнулся в живот. Ее сосед Грут ухватился за кресло навигатора, чтобы удержаться на ногах. Корабль тряхнуло еще раз.

– Я есть Грут!

Включилось сразу несколько мониторов – как стационарных, так и голографических. Кия не успевала следить за всеми.

На одном были графики, на другом – числа (фраза «целостность корпуса 29 %» не слишком порадовала Кию), на третьем – трехмерная проекция корабля. Некоторые отсеки были отмечены оранжевым, а другие – красным.

Четвертый монитор передавал картинку с наружных камер. Кия снова заметила шаттл Коллекционера. Сам Тиван сидел в кресле пилота. Вскоре стало понятно, зачем он вернулся на корабль. По бокам шаттла заряжались две огромные пушки.

– Вот черт…

Кия лихорадочно принялась искать переключатель громкой связи, который Ракета использовал для оповещений.

– Держитесь! – крикнула она, обращаясь ко всем Грутам на корабле.

Через секунду корабль потряс новый удар. Все оранжевые отсеки на модели корабля окрасились красным. Надпись на другом мониторе гласила: «Целостность корпуса 0 %».

Коллекционер спокойно выбрался из шаттла и, поправив мантию, снова двинулся к кораблю Стражей.

Кия в ужасе смотрела на экран. В трюме образовалась огромная дыра, сквозь которую было видно землю. Взрывная волна подняла в воздух облако песка и пыли, и разглядеть что-либо было практически невозможно. Тиван мог спокойно подняться на борт, и Кия никак не сумела бы его остановить.

Первым ее желанием было спрятаться.

Кия оторвалась от приборной панели. Он уже был внутри. Бежать поздно. Только прятаться. Но…

На корабле должны быть и другие выходы. Может, удастся уйти незаметно через ту дыру, что он проделал? Можно угнать шаттл Коллекционера. Он даже не успеет понять, что девушка вообще была рядом. Или попробовать запереться на мостике, спрятаться прямо тут, под приборной панелью, и надеяться, что он уйдет?

– Я есть Грут, – Грут с улыбкой склонился к ней.

Почему он улыбался? Ведь Коллекционер уже был на борту и направлялся сюда…

Грут взял ее за руки, положил их обратно на ручку и погладил.

– Я есть Грут.

Затем он развернулся и убежал с мостика.

Кия не сразу поняла его жест. Но тут до нее дошло. Нужно улетать из этой проклятой пустыни, добраться до ближайшего города и искать там помощь. Это могло сработать. Кия кивнула сама себе и вновь изучила кнопки, ручки, рычаги и экраны на приборной панели.

Она старалась не смотреть на то, что происходило в других отсеках. Младшие Груты тянули более крупных к трюму. Они собирались выиграть для нее время. Их усилия не должны были пройти даром!

Наконец Кия нашла рычаг с подписью «АВТО», но когда попробовала его потянуть, тот не поддался. Она постаралась вспомнить, как выглядела приборная панель, когда Звездный Лорд или другие пилоты вели корабль.

Все ручки слева – до упора вверх. Затем вот эти переключатели, рычаг тяги. На панели замелькали лампочки, и корабль ожил. Сработала аварийная система, предупреждая о том, что корпус поврежден. Кия опасливо обернулась, но за спиной никого не было.

«Не думай о Тиване, – говорила она себе. – Не думай о Грутах».

Взглянув на экран, девушка увидела, что два старших Грута преградили Коллекционеру путь. Тот успел подняться до середины металлического трапа и остановился, с любопытством разглядывая двойников. Кия услышала, как всегда, нарочито дружелюбный голос Тивана и довольно агрессивные ответы Грутов, но не смогла разобрать слов.

Она поспешно вернулась к приборам. Сосредоточившись, снова потянула рычаг «АВТО», и в этот раз он поддался. Для начала Кия подвинула его на одно деление шкалы. Ничего не произошло, и она передвинула его дальше и наконец выжала до упора. Зажглись еще какие-то лампочки, и корабль сдвинулся с места.

– Задайте направление, – раздался механический голос.

Девушка задумалась. В голову пришло лишь одно место, где ей могли помочь и где Коллекционер не стал бы устраивать беспорядки.

– Зал Порови, – сказала она.

Прозвучал сигнал о том, что координаты приняты, и Кия обрадовалась.

Впрочем, длилось это недолго. Корабль двигался вперед и начал постепенно набирать высоту, но очень медленно – и Коллекционер по-прежнему был на борту. С этим нужно было что-то делать.

Кию вновь охватил страх. Она зажмурилась, но красные вспышки аварийных огней не давали девушке покоя. Кии опять захотелось бежать, но она сама отрезала себе путь к отступлению. Коллекционеру тоже некуда было деваться, поэтому прятаться также не имело смысла.

Ей нужно было знать, где Тиван. Увидеть врага своими глазами, чтобы больше не искать его за своей спиной.

Кия открыла глаза и принялась переключаться между камерами, пока не нашла нужную. В комнате отдыха пряталось несколько Грутиков. Еще двое выбежали наружу. Медпункт пустовал, на мостике не было никого, кроме самой Кии. А в трюме… зияла такая дыра, что сквозь нее одновременно могла пролезть вся команда и оставить место для кого-нибудь еще. Сердце Кии сжалось.

Никаких признаков жизни. Кия видела только искореженные створки люка и удаляющуюся поверхность планеты.

Наконец она увидела Коллекционера. Тот был в камбузе: одной рукой он опирался на столешницу, а другой оборонялся от троицы Грутов. Им удалось порвать одежду Тивана, но на нем самом не было ни царапины. Вид у Коллекционера был скорее задумчивый, нежели испуганный.

Все по вине Кии. Если бы не она, Грут мог бы хорошенько отделать Тивана.

Даже одной рукой Коллекционер легко сшиб Грутов. Их голоса зазвучали громче.

– Я есть Грут!

– Га-мо-ра, – нараспев произнес Тиван.

На него кинулись еще два клона. Того, что поменьше, он поднял в воздух, но не стал швырять на пол, а оставил висеть и что-то тихо спросил. Ответ явно его разозлил. Коллекционер схватил Грутика за руку и оторвал ее.

У Кии вырвался беззвучный крик. Остолбенев, она смотрела, как Коллекционер выбросил Грута и его оторванную руку как мусор. Другого двойника ждала та же участь, но Кия уже не могла на это смотреть.

– Га-мо-ра…

Кия подумала, что успеет добраться до Стражей, если запрется на мостике. Груты будут мешать Коллекционеру ее искать, и ей хватит этого времени. Страх подсказывал ей, что это хороший план. Единственный. Спрятаться и дождаться, пока все закончится…

А что тогда?

Кия вспомнила, как Грут держал ее за руки. Как оригинальный Грут закрыл за ней люк в баре Анней. Девушка вскочила с кресла.

Ей некуда было бежать и негде прятаться. Она не могла вернуться домой. Нигде Кия не чувствовала себя в безопасности. Реальность была такова: Коллекционер преследовал ее, а те, чью жизнь Кия разрушила, защищали ее от него. Она не могла сидеть сложа руки.

Выход один – бороться.

Коллекционер научил ее драться, и теперь она заставит его на собственной шкуре почувствовать результаты тренировок. Кия уже приближалась к выходу с мостика, когда навстречу ей вышли два Грута.

– Присмотришь за мостиком, пока я не вернусь? – попросила Кия одного из них.

– Я есть Грут!

– Сообщи другим, чтобы оттеснили Тивана обратно в трюм.

Единственным способом избавиться от Коллекционера было сбросить его с корабля. А лучшим способом сбросить его с корабля была дыра в трюме. Но чтобы это проделать, нужно было…

Что ж, Кия вполне представляла, как это сделать.

– А ты… – обратилась она к другому Груту, мрачно улыбаясь, несмотря на пожирающий ее изнутри страх.

Девушке не хотелось вновь встречаться с Тиваном, даже находиться с ним на одной планете. Но раз уж им суждено было снова встретиться лицом к лицу, следовало получить от этого хоть какое-то удовлетворение.

– Я есть Грут? – насторожился Грут.

– Покажи мне, где у Ракеты тайник с бомбами.

44

Капитан Мари-Ки соображала быстро, и на то, чтобы разгадать намерения Квилла, у нее ушли считаные доли секунды.

Но для Гаморы и этого было достаточно. Капитан мгновенно оказалась на полу. Перепрыгнув через нее, наемница подсечкой свалила еще двух противников.

– Повторяю: мы здесь, чтобы помочь, – Питер заморозил солдата, решившего напасть на Гамору сзади. – Если хотите остаться целы, бросайте оружие и полезайте в лифт.

Как по команде сразу две кабины прибыли на этаж и открыли свои двери.

Еще один солдат оказался скован льдом. Гамора справилась бы с ним и так, но Питер решил подстраховаться.

Вскоре в холле стало тихо. Квилл и Гамора погрузили бессознательных и замороженных кри в лифт. Двое оставшихся не желали разделять их участь и сдались добровольно. Питер надеялся, что у них не возникнет проблем с командованием, но, зная кри, не слишком-то на это рассчитывал.

– Прости, чувак, – Квилл похлопал одного замороженного солдата по плечу. – Но уж лучше так, чем быть зараженным спорами.

Двери лифта закрылись.

– Ракета, спусти их на пару этажей вниз, но двери не открывай, – передала Гамора по рации. – Нам надо попасть в конференц-зал. Знаешь, как?

– Уже готово!

Питер обернулся к дверям. Замки открылись со щелчком, а следом раздалось едва слышное «п-ш-ш» – это отключилось силовое поле. Остальные защитные системы уже давно не работали, и попасть в конференц-зал теперь не составляло труда.

– Как вы там, уже убили кого-нибудь? – поинтересовался Ракета. – Нет? Ну, если соберетесь – позовите меня.

– Я займусь эвакуацией, – сказала Гамора Питеру, распахивая двери.

Тот демонстративно отсалютовал. Облетев здание, они выиграли время у Анней с Грутом, но теперь оно было на исходе.

Оставив Гамору убеждать советников, Питер направился обратно к окну, через которое они влетели, не забывая при этом поглядывать в сторону лестницы. Ветер был столь силен, что едва не вытянул Квилла наружу, но тот успел ухватиться за подоконник. Он взглянул вниз. Персонал выходил через парадный вход, уже заполонив левую половину двора. Квилл переключил свой элементальный бластер в режим «огонь» и несколько раз выстрелил в стену, оставив на ней обожженные следы. Следом он подтащил к окну несколько сломанных роботов-охранников и труп кри. На лестнице по-прежнему никого не было.

Наконец Гамора вывела советников из зала.

– Садитесь в лифт, – сказала она им. – Поехали. Ракета, зал пуст, можешь снова его запереть.

Снова раздалось «п-ш-ш». Силовое поле включилось, а мгновение спустя защелкнулись и замки.

Замыкающая группу советница шагала неохотно и горделиво, несмотря на подбитый глаз.

– Откуда нам знать, – нарочито неспешно спросила она, – что вам можно дове…

– Если бы я хотела вас убить, то сделала бы это в тот самый момент, когда вы наставили на меня пушку, – перебила ее Гамора. – А если бы я собиралась вас похитить, то обошлась бы без лишних церемоний и любезностей.

Не обращая внимания на протесты, наемница затолкала советников в кабину. Как только последняя дама шагнула внутрь, Гамора связалась с енотом.

– Ракета, можешь опускать лифт. Не открывай двери, пока все роботы-охранники не будут уничтожены.

– А если… – подал голос один из советников, но остальные его слова поглотили закрывшиеся двери.

– Всегда пожалуйста! – крикнул им вслед Питер.

Покончив с этим, Гамора заметно приободрилась и даже как-то оживилась.

– Я смотрю, тебе весело, – заметил Квилл.

– Повеселюсь, когда Кия и Грут будут в безопасности.

– Обязательно. Идем.

Обхватив Гамору за талию, Питер оттолкнулся и вылетел сквозь разбитое окно. Снаружи он прижался к стене, чтобы их не было видно из коридора, и завис. Внизу продолжалась эвакуация. Офисные сотрудники, раненые солдаты, димавийские туристы, работники сцены и технический персонал мероприятия погружались в шаттлы, но процесс шел медленно: мест для посадки было немного, и вместить всех сразу шаттлы тоже не могли.

Гул голосов и шум ветра мешали Питеру прислушаться. Он повернулся лицом к стене, пытаясь понять, что происходит в здании.

Наконец-то щелчок открывшейся двери. Шаги.

Просканировав помещение с помощью маски, Квилл засек уже знакомые фигуры, скрытые голографическим камуфляжем. Сомнений быть не могло: это Анней и Грут.

– Они тут, – прошептал Питер Ракете.

Судя по положению силуэта Анней, та оценивала последствия перестрелки. Следы огня на стенах, выбитое окно, разможженные роботы и мертвый кри – Квилл обставил все так, чтобы Анней пришла к выводу, что окно было выбито изнутри, а охрана либо сбежала, либо погибла в схватке с ботами.

Анней приблизилась к конференц-залу и протянула руку, видимо, проверяя наличие защитного поля. Затем она присела и, достав что-то из кармана или сумки, положила на пол.

– Ракета, сейчас что-то взорвется.

– И почему меня в этот момент нет рядом? – возмутился енот. – Выслеживать сообщников Анней и отстреливать их, конечно, тоже неплохо, но бомбы-то куда круче! Можно мне к вам? Всего каких-то четыре-пять этажей пробежать.

Питер продолжал сканировать взрывное устройство, пытаясь определить его тип. Это было бы невозможно, если бы бомба оказалась самодельной, но наличие часового механизма намекало…

На дисплее высветилась нужная информация.

– Две секунды! – успел крикнуть Квилл.

Раз, два… Питер приготовился услышать «п-ш-ш», с которым прежде отключалось силовое поле, но…

БАХ! Двери слетели с петель. В коридоре поднялась пыль, и Квилл потерял картинку на мгновение, потребовавшееся для перенастройки сенсоров.

Защищаясь от пыли, Анней прикрыла глаза руками.

– Вперед, – скомандовала она Груту.

Тот шагнул в конференц-зал. Походка у него была уверенная, но он всячески пытался скрючиться, чтобы казаться меньше. То и дело Грут крутил головой по сторонам. Осматривается или это побочный эффект промывки мозгов?

Как только Грут оказался за порогом конференц-зала, Квилл скомандовал:

– Давай!

– Сделано. Силовое поле на месте, – раздался в наушниках голос Ракеты. – Получилось? Он в ловушке? Гм. Я успел отключить защиту за момент до взрыва, но мощность щита все равно снизилась до шестидесяти одного процента.

Услышав это, Питер не обрадовался. Он ожидал не более двадцатипроцентной потери прочности. Видимо, он упустил из виду то, что защитное поле уже было повреждено роботами.

– Эй, – продолжал Ракета, – я тут собираюсь пристрелить димави, который напустил ботов на крийских стажеров. Хотите послушать?

– Нет, – в один голос ответили Квилл и Гамора.

– Ну ладно, – огорчился енот. – Вы там Грута не сильно обижайте, хорошо?

Питер не ответил, отчасти потому, что был занят, отчасти потому, что не мог ничего обещать.

Они с Гаморой уже влетели обратно в здание.

– И снова здравствуйте, – еще не успев приземлиться, Питер выхватил бластер и моментально заморозил руку Анней, держащую пистолет.

Женщина постаралась освободиться; голографическую маску кри на ее лице перекосило.

– Вы меня уже достали, – сказала она, – честно. Я только… а, тьфу. Грут! Прорывайся сквозь барьер!

За силовым полем можно было различить силуэт другого кри – замаскированного Грута, стоящего посреди облака пыли. Его сгорбленная фигура выглядела жалко и одиноко. Клон оглядывался по сторонам, будто пытаясь кого-то найти, а может, вспомнить, зачем он здесь.

Но стоило Анней выкрикнуть приказ, как он рванул к дверям.

– Я есть Грут!

Бум! Грохота было куда больше, чем следовало ожидать от небольшого тела кри.

– Я есть Грут!

Бум! Отступив, Грут помотал головой, приходя в себя после столкновения, но тут же возобновил попытки пробить барьер.

– Я есть Грут!

Бум! Барьер замерцал. Стало понятно, что долго он не продержится. Если Стражи собирались захватить двойника без риска для мирных граждан, то нужно было действовать немедленно.

– Вы проиграли, – сказала Гамора Анней. – Даже если Грут выберется, советников тут уже нет.

– Ну хоть кого-нибудь убьем, – парировала женщина.

Сканирование показывало, что это у нее вполне получится. Как ни старался Ракета задержать крийских военных, тем все же удалось прорваться внутрь. До их прибытия оставались считаные секунды.

– А знаете, что самое важное? – свободной рукой Анней нажала на кнопку в области шеи, и голограмма отключилась.

Анней предстала в своем прежнем виде: зеленокожая, сильная, со спутанными влажными белыми волосами, на лице – мрачная ухмылка.

Питеру нравилось ее лицо. По крайней мере, до текущего момента.

– Нет никакой разницы, убью я советников или нет, – продолжила Анней. – Это было бы замечательно, но я и так многого добилась для димави.

– Войны не избежать, – заметила Гамора.

– В том-то и дело. Раз наши трусливые руководители боятся воевать с кри, то теперь у них не останется выбора.

– Погибнут тысячи, десятки тысяч димави! – не веря своим ушам, воскликнул Питер.

Теперь он догадался, что террористами двигала не справедливость, не жажда мести, а банальная кровожадность.

– Что ж, зато они погибнут в праведном бою, – Анней оглянулась через плечо. – Эй, кри! За нападение ответственны…

Она не успела закончить. В мгновение ока Гамора подскочила к ней со спины, закрыла ей рот и провела молниеносный удушающий прием. Обмякнув, Анней сползла на пол. Питер взглянул на ее бессознательное тело, местами по-прежнему скованное льдом. Оставить женщину так значило, что кри неминуемо обнаружат ее и допросят. Чтобы сохранить все в тайне, необходимо было забрать ее с собой.

– Я есть Грут!

Бум!

– Да не забыли мы про тебя, – пробормотал Питер себе под нос, раздумывая, как поступить дальше.

Кри уже поднимались по лестнице, силовое поле готово было сдаться под натиском Грута, и медлить было нельзя. Вот дрань. Похоже, что гениальный план Питера оказался не таким уж гениальным. Хотя…

Он повернулся к окну, через которое они попали внутрь.

Догадавшись, о чем он думает, Гамора скептически изогнула бровь.

– Уверен?

– Я есть Грут!

Клон пробивал барьер неравномерно, порой нанося несколько ударов подряд, а порой отдыхая несколько секунд. Один раз у него едва не подкосились ноги, как случалось с его ослабленными собратьями.

Неизменной оставалась лишь ярость в его голосе. Он готов был крушить все на своем пути. В замкнутом пространстве – таком как коридор – от его спор некуда будет скрыться. Приближающийся отряд кри неминуемо будет уничтожен.

– Уверен, – ответил Квилл.

– А с ней что будем делать? – Гамора кивнула в сторону распростертой на полу Анней.

– С собой брать.

– Рискованная затея, но я готова.

– Ракета! – произнес Питер по рации. – Переходим к плану «Д».

– Хорошо. Квилл, постой-ка. Какой еще, к Таносу, план «Д»?

Питер скривился.

– Дефенестрация[2].

45

– Я есть Грут!

Бум!

Положив Анней у окна, Гамора отряхнулась и вернулась обратно. Питер взлетел под потолок и завис над закрытым силовым полем входом в конференц-зал. Он расположился спиной к стене, так, чтобы Грут не видел его.

– Я есть Грут!

Бум! Грут отошел назад и снова разбежался, готовясь в очередной раз атаковать защитный барьер. Питер хорошо слышал его скрипучие шаги. Квиллу не хотелось делать то, что он собирался. Совершенно не хотелось. Но яростные крики этого двойника были неприсущи тому Груту, которого он знал. Настоящий не стал бы колотиться о силовой барьер. Не стал бы убивать людей…

Нет, это создание не было Грутом.

Набрав в грудь побольше воздуха, Квилл кивнул Гаморе. Та наблюдала за клоном, готовая отдать команду Ракете, как только Грут…

– Давай!

П-ш-ш.

Грут выскочил в коридор. Не встретив на пути преграды, он пролетел сквозь дверной проем как пушечное ядро и проскользил еще несколько метров по полу, прежде чем остановиться.

Квилл не стал дожидаться, пока он остановится.

Спикировав вниз, он обхватил Грута руками и, ускорившись, потащил его вперед. Зажмурившись и отвернувшись, Квилл развил максимально возможную скорость и приподнял двойника в воздух. Лицо Питера терлось о кору; покрывающая Грута голограмма пощипывала кожу.

«Только не выпускай споры, только не выпускай споры, только не выпускай…» – приговаривал про себя Питер.

Они оказались у разбитого окна.

«Прости, Грут», – хотел сказать Питер, но понимал, что это будет слабым утешением. Падения с такой высоты не переживет даже Flora colossus. По крайней мере, не в его нынешнем, ослабленном, состоянии.

Отпустив клона, Квилл тут же развернулся, но приземляться не стал. Грут оказался в полуметре перед ним.

– Я есть… – Грут перегнулся через край, пытаясь обрести равновесие.

Нанося последний удар, Питер все же произнес:

– Прости.

– …Грут…

Он упал еще до того, как нога Питера коснулась его. Просто перестал балансировать. Он решил упасть сам. Его последние слова были невнятными, и разобрать их было сложно, но Квилл понял одно. В них не было гнева, только знакомые интонации его друга.

«Грут?» – подумал Квилл.

Тут в коридоре раздался громкий удар. До Питера донеслись приглушенные голоса. Крийские солдаты добрались до восьмого этажа и готовы были его штурмовать.

– Квилл! – крикнула Гамора.

Придя в себя, Питер подхватил Анней под мышки и увлек за собой на улицу.

На крышу.


Не успели солдаты ворваться в коридор, как Гамора опустилась на колени и подняла руки, сдаваясь. Четверо солдат обступили ее, целясь из винтовок.

– Это же Гамора, – удивленно прошептала одна из них.

К первой четверке присоединилась вторая.

Гамора всячески старалась выглядеть безобидно. По звуку шагов и количеству сапог она сосчитала солдат: двенадцать. Она могла бы обезвредить их всех за полминуты, а может, и быстрее, учитывая, что они уже были изрядно потрепаны.

Тем не менее она сдержалась. Основная задача была выполнена: ядовитый Грут уничтожен, а Анней сама по себе угрозы не представляла. Не было нужды еще больше злить кри. Прибегнув к дипломатии, Стражи вполне могли рассчитывать сохранить с ними полудружеские отношения, даже если для этого Гаморе придется в прямом смысле слова сесть в лужу, оставшуюся ото льда, которым стрелял Квилл.

– Капитан… Капитан Ол-Варр, – дрожащим голосом женщина-солдат обратилась к командиру, – какие будут распоряжения?

– Позвольте сказать? – спросила разрешения Гамора, не поднимая головы.

Обычно собеседники охотнее верили в ее мирные намерения, если она на них не смотрела.

Кри расступились, и Гамора услышала шаги со стороны конференц-зала. Некоторые солдаты принялись осматривать коридор. Один решительно шагнул к женщине.

«А вот и сам капитан Ол-Варр», – догадалась она.

– Что со Старейшинами? – спросил капитан.

– Живы и в безопасности. Они в лифте, на…

– Первом этаже, – подсказал Ракета по рации.

– На первом этаже, – повторила Гамора. Мы помогли советникам бежать, прежде чем злоумышленники до них добрались. Мы на вашей стороне.

– Правда? А куда подевались солдаты, которые должны были охранять этаж? Мы обнаружили только труп рядового.

«Всего один труп, – подумала Гамора. – Я бы одним не ограничилась».

Она спокойно ответила:

– Его убили перепрограммированные роботы-охранники. Этот парень из отряда капитана Мари-Ки. Спросите ее, она подтвердит. Члены ее отряда в другом лифте, они тоже целы и невредимы, за небольшим исключением.

– Гм.

– Можно мне подняться?

– Говоришь так, будто я могу тебе помешать.

Гамора хотела развести руками, но решила лишний раз не пугать солдат.

– Вставай, чего уж там, – вздохнул капитан Ол-Варр. – Говоришь, целью злоумышленников были советники? Что это вообще за злоумышленники? Куда они подевались?

– Один из них – Flora colossus. У меня есть напарник того же вида, но они не имеют друг к другу никакого отношения. Этот был замаскирован под рядового кри, – Гамора медленно поднялась на ноги, не опуская рук. – Не знаю, на кого он работал, но сегодняшнее происшествие в парке – тоже его рук дело. Он распылял ядовитые споры и был крайне опасен, поэтому важнее было устранить его, чем искать возможных сообщников.

Это было отчасти правдой. А вот рассказывать о том, что нападавший был на самом деле клоном одного из Стражей, было нельзя: это только усложнило бы ситуацию.

– С личностью преступника разобрались, – кивнул капитан Ол-Варр. – А как насчет его местонахождения?

Гамора махнула рукой в сторону окна. Даже этого жеста хватило, чтобы один из солдат напрягся и схватился за оружие. Ну, по крайней мере, у мужчины хватило самообладания не выстрелить. Прищурившись, Гамора покосилась на него.

– Вы что, на улицу его выкинули? – капитан Ол-Варр удивленно посмотрел в указанном направлении.

– Да. Он должен до сих пор там лежать. Возможно, камуфляж по-прежнему работает, и он выглядит как кри.

– Интересно. Я только что смотрел и ничего не увидел. Ни тела, ни крови, ни щепок.

Гамора опешила. Она своими глазами видела, как Грут упал с карниза. Если внизу его не было…

Забыв о предосторожности и рискуя спровоцировать и без того взвинченных солдат, Гамора сорвалась с места и подбежала к окну. За ее спиной прозвучали два выстрела. Судя по звуку, пришлись они в стену. Капитан Ол-Варр громко прикрикнул на несдержанных солдат.

Вот ведь бестолочи.

Взглянув вниз, Гамора не увидела крийского рядового. Не увидела она и деревянных щепок.

– Ребята, – произнесла она по рации, – у нас проблема.

46

Зал Порови, где оставался Ракета, и Зал Аддила, где Дракс помогал эвакуировать димавийских паломников, а Гамора с Квиллом задержали Анней, соединяли три застекленных перехода.

Все внимание Стражей было привлечено к переходу, что располагался на уровне пятого этажа. Ракета осмотрел его со стороны Зала Порови.

– Дело дрянь.

Прямо посередине в стеклянном потолке зияла огромная дыра. Осколки стекла на прозрачном полу искрились в лучах солнца.

Что-то упало сверху. А точнее, кто-то.

Ракета осторожно подкрался к дыре. Сильный ветер продувал переход и трепал шерсть енота. Прищурившись, Ракета взглянул в направлении Зала Аддила. Он заметил разбитое окно – где-то там находился зал Совета.

Гамора смогла скрыться от преследовавших ее кри. Квилл кружил между зданий, высматривая Грута. Он оставил по-прежнему бессознательную Анней на крыше, убедившись, что она никуда оттуда не денется. Нельзя было допустить, чтобы кри добрались до мятежницы раньше, чем Стражи смогут ее отсюда унести.

При падении с высоты Грут неминуемо разбился бы на тысячи щепок. Должно быть, он как-то смог проконтролировать падение: например, задержал его с помощью лиан или оттолкнулся от стены, чтобы упасть на переход.

Стекло хрустело под лапами Ракеты. Он порылся среди осколков, но нашел лишь пару тонких прутиков и клочок коры. Падение не прошло для Грута безболезненно, но он довольно легко пришел в себя и наверняка скрылся в одном из зданий. А может, выбрался через пролом наружу и спустился на землю.

Они потеряли Грута. Хуже того, потеряли окончательно. Теперь Стражи понятия не имели, куда он мог направиться.

– Молодец ты, Квилл, – прорычал Ракета. – Просто кра-са-вец.

– Ну извини, – сконфуженно ответил Квилл. – Пойдем его искать.


Гамора бежала по коридорам Зала Аддила. Если Грут оставался в здании, он наверняка по-прежнему носил камуфляж и мог спокойно смешаться с группой крийских солдат, которых внутри было множество.

Гамора тоже видела, что Грут решил упасть сам, не дожидаясь пинка Квилла. Но даже если он и смог на время вернуть контроль над собой, это было ненадолго. Иначе он не стал бы прятаться от Стражей.

– Кто-нибудь связывался с Кией и другими Грутами? – спросил Питер по рации.

– А что случилось? – Гамора не сбавляла шаг, одну за другой открывая двери и обыскивая кабинет за кабинетом.

– Да вот смотрю я и вижу, что наш корабль летит сюда, а на борту никого, кроме них, нет. Попробую сам ее вызвать. Кия!

Спустя несколько секунд в наушниках раздался голос девушки.

– Сейчас удачное время для разговора?

– Не очень, – мгновенно ответил Ракета.

– Я есть Грут! – воскликнул один из Грутов.

Тут же канал связи заполонил хор голосов:

– Я есть Грут! Я есть Грут!

– Мы потеряли след ядовитого Грута, – объяснил Дракс. – Не знаем, где он и чем занят. Возможно, он до сих пор выполняет приказ. Эвакуация почти закончена, роботы-охранники практически истреблены, так что крийские военные скоро начнут мешаться.

– Короче, все круто, – сказал Ракета.

– Разговаривать нам это не мешает, – заметил Дракс.

– Кия, что происходит? – спросила Гамора.

– Я приближаюсь к Порови, – торопливо ответила девушка, – на корабле. Я не знала, что делать, когда появился Коллекционер, и…

– Постой, постой, какой еще Коллекционер? – удивился Ракета. – Откуда он взялся? Как он тебя нашел?

– Ты цела? – спросила Гамора.

– Груты целы? – добавил Ракета.

– Я есть Грут, – утвердительно ответил кто-то из них.

– Коллекционер на борту? – спросил Дракс.

– Нет, мне удалось сбросить его в границах города, но…

– Что? Ну ты даешь! – поразился Питер. – Держись поблизости и смотри за площадью. Увидишь Грута – тут же сообщи. Он все еще может быть замаскирован под кри, но если нет… Ракета, подскажи ей, как удержать корабль в статичном положении. Нужно быть готовыми к поспешному отступлению.

Ракета с Кией переключились на отдельный канал. Гамора была рада, что ей не придется выслушивать нетерпеливые разъяснения енота о том, как перейти с автопилота на ручное управление и при этом не обрушить корабль на толпу людей. Думать о том, как Коллекционер смог разыскать Кию, ей тоже не хотелось, но мысли все равно роились в голове. Как он ее выследил? Неужели Ка-Ленн послал ему весточку? Вряд ли, он ведь не знал, где Стражи спрятали корабль.

А вот Анней знала. И в ее интересах было отвлечь Стражей чем-то другим.

Заскрежетав зубами, Гамора попыталась сосредоточиться.

– Квилл, похоже, что в Зале Аддила Грута нет.

– В Зале Порови его тоже не видать, – разочарованно добавил Дракс.

– Кри досматривают всех. Одинокий рядовой, не способный и двух слов по-крийски связать, не остался бы незамеченным.

– Где еще ему быть? В суматохе он легко мог затеряться в толпе, – ответил Квилл. – Черт. Секунду!

Гамора недоумевала. Ситуация складывалась не в их пользу. Закончив осматривать огромную кухню, она подбежала к окнам и увидела снаружи зависший над парадным плацем корабль Стражей, а рядом – Квилла, увиливающего от небольшого, но современного летательного аппарата. Квилл мчался горизонтально, двигатели в его сапогах работали на полную мощность, глаза маски горели красным. Развернувшись, он выпустил в преследователя огненный шар и, поднырнув под ближайший переход, устремился к границе площади.

– Ну и бестолковые же эти кри, – вздохнула Гамора. – Как они не поймут, что мы их задницы прикрываем?

– Ищите Грута! – крикнул Питер. – Я справлюсь!

В этой ситуации было одно большое «но». Их лучшим поисковым средством были сканеры, встроенные в маску Квилла. Гамора оценила траектории движения Питера и преследующего его судна. Квилл летал кругами, пытаясь сбросить хвост, но Гамора чувствовала, что одновременно он хотел заманить преследователей в конкретное место.

Она выскочила обратно в коридор. Отсюда было рукой подать до разрушенного Грутом перехода на пятом этаже. Гамора подбежала к дыре, кроша каблуками стекло. В проломе над головой открывалось небо.

Ее догадка оказалась верна. Квилл держался зданий и переходов, пользуясь своей маневренностью. Пулей пролетев мимо Гаморы, он даже успел ей отсалютовать.

Гамора прыгнула точно в тот момент, когда крийский патрульный катер – теперь она узнала эту беспилотную модель – оказался рядом. Приземлившись на него, она едва не соскользнула, но удержала равновесие, вонзив в фюзеляж меч. Ветер был невыносим. Заложив крутой вираж, корабль последовал за Квиллом обратно к площади. Гамора перевела дух и взглянула вниз. Эвакуация еще не закончилась; плац был полон народа. Большинство держалось группами, но некоторые, даже раненые, разбегались кто куда поодиночке.

Главное беспокойство Гаморы вызывали лазерные пушки патрульного катера, беспорядочно стреляющие по Квиллу. Она сползла ниже и быстрыми взмахами меча уничтожила их.

Толпа была пестрой: в ней виднелись синекожие и розовокожие кри, зеленокожие димави и представители других рас. Некоторые, задрав головы, следили за воздушной погоней. Другие пихались и отталкивали друг друга, желая как можно скорее оказаться у площадки, где приземлялись транспортные шаттлы. Сейчас там стояло лишь два, в каждый из которых могло поместиться не более сорока пассажиров. Плац заполнялся народом куда быстрее, чем шла эвакуация.

Тот, кто дистанционно управлял катером, заметил вмешательство Гаморы. Оставив преследование Квилла, корабль принялся резко маневрировать и даже выкручивать мертвые петли, чтобы сбросить наемницу, но с ней такие трюки не проходили.

Военные собирали гражданских в группы и отправляли на другую сторону площади. Посреди плаца образовалась своего рода разделительная черта, идущая прямо от церемониального помоста. С одной стороны собрались гражданские, с другой – военные, которым требовалась медицинская помощь. Гамора не спешила выводить патрульный катер из строя. Сперва нужно было найти способ увести его подальше, чтобы он не рухнул на толпу.

Внезапно среди гражданских началась суматоха. Гамора увидела полосатый хвост и знакомую фигуру с большой пушкой. Ракета в буквальном смысле скакал по головам, время от времени притормаживая, чтобы осмотреть новую группу.

Гамора решила, что вдоволь налеталась. У беспилотных кораблей обычно была встроенная панель управления, с помощью которой можно было вручную изменить настройки. Переместившись поближе к носу катера, Гамора проткнула его корпус мечом и сорвала часть обшивки.

Дракс тоже добрался до площади и теперь пробирался сквозь толпу, крутя головой направо-налево в поисках Грута.

– Гамора, спасибо за помощь! – Квилл завис над солдатами, сканируя их. – Кто бы заставил этих солдат не двигаться, а то я могу одновременно сканировать только троих. Кстати, Кия, мне кажется или мой корабль раньше иначе выглядел?

– Гм. Ты про дыру? – ответила девушка.

– Про дыру.

– Она всегда там была.

– Э? – удивился Питер. – И как это я не замечал?

Гамора забралась внутрь беспилотника через проделанное отверстие и гулко приземлилась на пол. Как она и предполагала, панель ручного управления была прямо перед ней. За считаные секунды Гамора переключила несколько кнопок и появившихся голограмм и потянула на себя рычаг, отвечающий за двигатель малой тяги. Теперь управление катером было в ее руках. Гамора остановила его неподалеку от корабля Стражей и выбралась наружу.

Тут она увидела, о чем говорил Квилл. Похоже, в погоне за Кией Коллекционер проделал в трюме огромную дыру. Оттуда торчали головы четырех, нет, пяти Грутов. Те держались друг за друга, чтобы не выпасть, и осматривали территорию – вероятно, в поисках своего ядовитого собрата.

– Кия продырявила корабль? – язвительно произнес Ракета. – Этого стоило ожидать.

Гамора заметила его внизу. Енот продолжал скакать по головам и в погоне за скоростью не обращал внимания на недовольство граждан.

– Эй, смотрите-ка! Около сцены! Этот кри кажется знакомым!

– Сейчас проверю, – ответил Квилл.

Указанный Ракетой крийский солдат выглядел странно. Он шел так, будто сгибался в три погибели либо был ранен. Выглядел он растерянным и то и дело крутил головой, то замедляя, то ускоряя шаг. Не обращая внимания на окрики военных, он забрался на сцену.

Стало ясно, что Анней наверняка запрограммировала Грута заранее – иначе он вряд ли продолжил бы выполнять ее план. Гамора была почти уверена, что в такой ситуации команда была готова «убить наиболее высокопоставленных кри, каких только возможно найти».

Военные офицеры вполне для этого годились.


– Вижу его, – Гамора сделала глубокий вдох. – Стреляй.

Ей было больно это говорить. Грут боролся с зомбированием, и была надежда, что с ним можно контактировать и вернуть в нормальное состояние, но на это требовалось время. Он успел бы отравить кучу народа.

– Грут! – ринулся к нему Ракета. – Грут!

Замаскированный под крийского солдата клон развернулся к военным и раскинул руки.

Прицелившись, Квилл выстрелил. Ледяная глыба ударила Грута в грудь, сбив с ног. Голографический камуфляж замерцал, на время открыв его истинный облик, и в конце концов отключился.

Грут еще раз рассеянно потянулся, раскинул руки…

Лейтенанты уже лезли на сцену, чтобы его захватить.

– Они мешают! – закричал Квилл, пикируя вниз. – Я не… Ракета, с дороги!

Енот замер в паре метров от сцены. Грут обернулся к толпе гражданских и взревел. Ракету он даже не заметил.

– Грут! – срывающимся голосом произнес енот.

– Стойте! – раздался по рации голос Кии. – Мне их не остановить!

«Их?»

Гамора задрала голову. У дыры в корабельном трюме, где раньше она насчитала пять Грутов, их собралась целая толпа. Взрослые Груты, маленькие Грутики, Груты-подростки. Маленькие держались за больших, чтобы не сорваться. Все они наблюдали за происходящим внизу.

Выглядели они решительно. Гамора понимала, что значат эта решимость, это напряжение. Они не сводили глаз со сцены. Готовились к прыжку. Гамора хотела крикнуть, остановить их, как попыталась сделать Кия.

Падения с такой высоты они не переживут. Грут перестанет существовать.

Но если они не прыгнут – если отступятся, не помогут собрату – Грут все равно перестанет существовать. Они уже не будут Грутом. Не будут Стражем Галактики.

Грут так просто не сдастся – в этом Гамора ясно отдавала себе отчет. Она бы тоже не сдалась в такой ситуации.

Ядовитый двойник на сцене сшиб с ног приблизившихся к нему лейтенантов.

– Я есть Грут! Я есть Грут!

В воздух взлетело облако ярких спор.

В нескольких метрах от него Ракета замер прямо на плече у какого-то димави.

Прятаться было негде, бежать некогда.

– Ракета! – крикнула Гамора.

В ту же секунду все Груты спрыгнули с корабля.

47

Груты могли заслонить остальных от спор.

Корабль Стражей висел прямо над сценой. Ядовитые частицы летели к Ракете и гражданским, не встречая на пути никаких преград. Друзья Грута были разбросаны по всей площади – кто-то в толпе, а кто-то вообще в воздухе – и прийти на помощь они не успевали. Но Груты были рядом, и они могли прыгнуть. Если они попадут на сцену и соберутся с силами, то смогут прикрыть мирных граждан от спор.

За последние дни и недели Груты изменились. Многие воспоминания стали лишь обрывками, большинство привычек забылось. Каждый из них понемногу отдалялся от оригинала и от тех, кто был с ним рядом.

Они не ссорились, не перестали чувствовать себя единым организмом и по-прежнему оставались собой, только в меньшей степени; три пункта все же оставались неизменными.

Стремление помогать окружающим.

Любовь ко всему живому.

И привязанность к Ракете.

Груты спрыгнули. Падая, они чувствовали, как свистит вокруг ветер, слышали крики и изумленные возгласы внизу, но не разжимали рук. Груты падали, держась друг за друга, и впервые за долгое время чувствовали себя чем-то большим.

Енот был совсем рядом. Падая, они хорошо его видели. Мохнатый Страж застыл, будто изваяние с маской страха на морде, прижав уши и таращась на Грута на сцене. Его губы едва заметно, испуганно шевелились, задавая вопрос:

– Грут?

Споры мерцали и кружились в воздухе, будто снежинки. Не осознавая, какая опасность им грозит, гражданские с любопытством и удивлением смотрели на миниатюрную вьюгу. Димави и кри, взрослые и дети – живые, прекрасные и счастливые.

Только Ракета каждой клеточкой своего тела чувствовал всю степень опасности.

Груты тоже ее осознавали. Падая, они все как один испытывали одновременно и любовь, и страх; в эту секунду слились воедино их сознания, руки и ноги, они будто проникали друг в друга, объединяясь телом и разумом…

Гладиаторские арены… Теплица на Пириниде… Усмешка Коллекционера… Гамора за столом в камбузе… Руки Кии… Дракс, опускающийся в люк в барной кладовой…

Все это соединилось.

Груты не чувствовали себя разделенными, но теперь Грут – единый Грут – понимал, что он разделен, разобщен и одинок как никогда прежде. И теперь все стало иным. Он чувствовал себя больше, полнее, сильнее.

Он чувствовал себя собой.

Сгруппировавшись, чтобы смягчить падение, Грут обеими ногами приземлился на самый край сцены.

– Я!

Он выпрямился, расправив плечи.

– Есть!

Широко раскинул массивные руки.

– Грут!

Отовсюду поползли веточки. Они опутали его плечи, потянулись вдоль рук, из груди, боков и ног. Грут стал непроходимой лесной чащей, стеной, непробиваемым щитом. Из каждой ветви вырастала новая и тянулась дальше, разветвлялась, обрастала пышной листвой.

Споры осыпали его, будто снег, не причинив никакого вреда. Они осели на листьях и в трещинах коры. Грут поглотил их все.

Вьюга закончилась.

Напротив него стоял его двойник. Он выглядел крошечным – а может, так оно и было. Сам Грут вырос, стал в два раза больше прежнего, может, и в три. Он не мог понять, насколько увеличился, лишь чувствовал себя по-настоящему живым.

– Я есть Грут, – неуверенно, растерянно сказал клон.

– Я есть Грут, – ответил ему Грут, шагая вперед.

Он присел, чтобы их глаза оказались на одном уровне.

– Я есть Грут…

Он обнял другого Грута, крепко прижав к себе.

– Я… есть…

Голос двойника таял. Кора большого Грута начала поглощать другого; ветви оплели его тело, соединяясь и еще сильнее притягивая к старшему собрату. Все ближе и ближе.

Грут чувствовал слабое сопротивление. Его отталкивали. Их сознание никак не могло соединиться, настроиться на один лад. Но это было и не нужно. Сделав усилие, Грут принял эту часть себя со всеми ее противоречиями.

Они стали едины.

– Дружище? – р