Анна Абрамова - Свет в тебе... [СИ]

Свет в тебе... [СИ] 608K, 142 с.   (скачать) - Анна Абрамова

Анна Абрамова
СВЕТ В ТЕБЕ…


Глава 1

Я родилась, когда шла война на Регоре, в день, когда праздновали рождение Наследника, правда поговаривали, что родился он месяцем раньше. День моего рождения стал самым черным днем в моей жизни.

Война уже подходил к концу, когда в наш весенний город ворвались вампиры и принялись крушить и убивать направо и налево. Уж не знаю, чем провинились жители мирного городка, большинство из которых обладали слабой магической энергией, но наш город был вырезан подчистую. Осталась одна я, одного дня от роду, спрятанная кем-то в цветнике.

Все это я прочитала в личном деле, когда меня переводили из дома малютки в интернат. В графе родители стоял прочерк, я даже не знала, как их зовут. Род их занятий тоже прочерк.

Мое имя — Флер, что значит цветок, фамилия Хомелисс, что означает «безродная». Так назвали меня военные, зачищавшие город от вампиров. Они-то и нашли маленький пищащий комочек в клумбе из цветов.

Таких детей войны: без имени, без рода, с неизвестной магией сразу же сдавали в дома ребенка, где по правилам, нас должны были обследовать, выявить нашу магию, принадлежность к роду и отдать в семью. Но шла война и единственным, чем были обеспокоены наши воспитатели — это во что нас одеть и чем нас накормить.

Потом восстановилось Равновесие, многих детей находили родителей, еще многие возвращались в свой род, а некоторых усыновляли. Но не меня.

С рождения я была болезненным ребенком. Не знавшая молока матери, не знавшая ласки и любви, я часто простужалась и сгорала в огне температуры. Что помогла мне не уйти за бездну, я так и не знаю.

Может быть из страха, что я не продержусь долго в этом мире, может быть из-за моей внешности, но ни один из усыновителей так и не рассмотрел моей кандидатуры всерьез.

Светлые волосенки, огромные вечно голодные глаза, прозрачная кожа, впалая грудь, тощие ручки — я представляла собой плачевное зрелище в те годы. Я боялась всего: малейший звук заставлял меня вздрагивать, внимательный взгляд заставлял опускать глаза. Да и особыми способностями к магии я не отличалась, а заниматься со мной просто было некому. Я старалась быть тенью, лишний раз не попадаться на глаза, лишний раз промолчать.

Наверное, я была самым лучшим ребенком в доме малютки: тихая, ничем не привлекающая к себе внимание девочка. Такие тихие девочки, как я в серых платьишках, с виноватыми глазами, предпочитающие молчать, не привлекают внимание счастливых уверенных в себе людей, зато привлекают внимание тех, кто любит мучить, издеваться и насмехаться.

Поэтому стоило мне чуть-чуть подрасти, как град насмешек буквально сбивал меня с ног, меня толкали, щипали, когда не видели воспитатели, отбирали еду. А я молчала и только теснее вжималась в самый темный угол, моля, чтобы меня не заметили, не в этот раз.

В доме малютки я прожила восемь лет. И это оказались самыми лучшими годами моей небольшой жизни. Но я тогда этого не знала.

В восемь лет меня перевели в интернат. Как сейчас помню тот дождливый день. Я, крепко прижимающая к себе маленький узелок с личными вещами, стою под холодным дождем перед огромными черными коваными воротами приюта. Неуютное серое мокрое здание уныло глядело на меня чернотой окон.

Приют был построен одним из Великих жрецов в глухих лесах на севере страны. Недалеко была маленькая деревенька, жители которой обслуживали детей приюта.

Данный приют был построен не для того, чтобы воспитывать здесь детей-сирот, а совершенно по другой причине. Этот приют закрывал портал в темный мир, куда заточили самых страшных предателей войны и детская энергия страха, злости, ненависти, питала портал в темный мир, не разрешая ему захлопнуться раз и навсегда. Ведь если настоящая война уже закончилась, то тайная война еще шла, и не все планы были выведаны у темных и светлых, которые оказались закрыты на одной из планет.

Охраняли портал жрецы, они же и единственные, кто мог пройти сквозь портал в тот страшный мир, где жила ненависть, злоба и вражда.

Детей воспитывали тоже жрецы. Они мне казались тогда страшными и люто ненавидящими детей. Всегда одетые в черные балахоны, они скрывали глаза. Их приказы были холодны и точны. Правила жестоки.

Жрецам запрещалось подходить ближе, чем на метр к ребенку, прикасаться к ребенку, разговаривать с ним на отвлеченные темы. Наверное, это и правильно, так как мы были необученными магами и сила, особенно в ситуации шока, выплескивалась через край, норовя убить, сжечь, причинить боль. Мы были изгоями общества и понимали это прекрасно.

Как сейчас помню тот день. Мне почти исполнилось восемь, и я со дня на день должна была отправиться в приют. На кровати рядом со мной всегда спала молчалива девочка. Воспитатели обращались к ней Соня, а мы за восемь лет едва ли перекинулись парой слов. Иногда мне казалось, что Соня не умеет говорить вообще. Глядя на нее, я пыталась представить ее судьбу. Мне казалось, что такими прекрасными волосами, длинными, кудрявыми, густыми может обладать только представительница какого-нибудь знатного рода. И я представляла Соню в большом светлом доме, где везде горит свет, пахнет свежими булочками и звучит смех. Однажды я видела такой дом, когда меня везли в больницу и кучер остановился поболтать со своим знакомым. Но потом пришла война, дом разрушили, а всех близких Сони на ее глазах убили, вот она и потеряла возможность говорить. Я так ярко представляла жизнь Сони, что сама поверила в это. Иногда ночами я шептала ей слова утешения, но ни разу Соня не дала мне знать, что слышит меня.

А в тот день за Соней пришла мама. Мы как обычно молча сидели на кроватях, в ожидании, когда нас позовут на завтрак, когда в спальню вошла воспитательница и громко сказал:

— Соня, иди, к тебе мама пришла.

Мамы сюда приходили редко, точнее это был первый случай, когда к кому-то пришла мама. Поэтому мы все замерли, в едином порыве уставившись на Соню. Соня медленно сползла с кровати и как приведение отправилась к двери. Мы потянулись следом, всем хотелось посмотреть на живую маму.

А мама была прекрасна. Яркие рыжие волосы, в которых виднелся цветок необычной красоты, большие глаза, яркие губы. Красивое платье и запах. Увидев Соню, она запричитала, подхватила ее на руки и стала целовать, что-то говоря своим прекрасным голосом. А мы стояли и тянулись хотя бы посмотреть, как это, когда тебя обнимают и с тобой разговаривают. Стояли, пока воспитатель не прикрикнул на нас и не заставил уйти обратно.

Соня пришла где-то через пятнадцать минут, молча подошла к кровати и легла, отвернувшись к стене. Мне казалось, что она просто не хочет ни с кем делиться своим счастьем, а мне так хотелось послушать, как это, когда к тебе приходит мама. Остальным видимо тоже, потому что дети окружили кровать Сони и молча ждали, когда она повернется. Но внезапно Соню стало трясти. Вначале она дрожала мелко, потом дрожь усилилась, потом вместе с Соней стала дрожать кровать, и один из детей побежал за воспитателем. Соня повернулась на спину и все увидели широко открытые глаза, из которых струился свет, голова Сони моталась из стороны в сторону, а открытый рот не произносил ни звука. Мне стало страшно, и я отошла подальше. А потом из Сони вырвался огонь, и когда пришел воспитатель, на кровати лежал уже обугленный трупик, некогда красивой девочки.

Все с ужасом смотрели на воспитателя. А тот лишь пожал плечами, завернул тело Сони в простыню и пробормотал:

— Сильная была девочка, огненная. Жаль, что сгорела.

И все.

На следующий день пришел маг и проинструктировал нас, как себя вести, если рядом начинается неконтролируемый выброс магии. Необходимо было организованно выйти из комнаты, ни в коем случае не трогать ребенка, не помогать, не разговаривать с тем, у кого случился выброс. Вот только как вести себя тем, у кого начался этот неконтролируем выброс, он забыл рассказать. И я сделала для себя вывод, что лучше жить без магии, чем с магией, которую ты не знаешь куда деть и как правильно ее распределить.

Но все-таки вернемся в интернат. Как и в любом обществе, здесь тоже были свои группы: «аристократы» — дети, которые осознали свою магию еще в младенчестве и более-менее умеющие ей управлять, «слуги», кто с магией не дружил, но она проявляла себя в каких-то мелких вещах и «жертвы» — те, в которых магия не проснулась.

Угадайте, в какую из каст попала я? Бог, наверное, отлучился по своим делам, когда я рождалась, и забыл поцеловать меня.

Конечно, своим серым запуганным видом, я сразу же привлекла внимание яркого высокого вампира, который был года на четыре старше меня и носил страшное имя Натан. Почему страшное? Потому что этот мальчишка превратил мою жизнь в ад.


Глава 2

Родители говорили, что я сразу родился маленьким взрослым. Сколько себя помню, я всегда знал, чего хотел, знал, к чему стремиться. Если другим детям было все равно, какую игрушку им купят, лишь бы хоть что-то купили, то я хотел только ту, которую выбрал сам до похода в магазин. И если такой игрушки не было, то тогда я просто уходил из магазина с пустыми руками, потому что другой мне не надо было. И так во всем.

Магия мне была дана с рождения. Как говорил отец естественная магия — это Великий Дар небес и обладали ей единицы. Только единицы умели колдовать силой мысли, привлекая и используя все виды магии, которые были на Регоре, начиная от магии четырех стихий и заканчивая техномагией. Моя магия была еще и усилена отцом спустя месяц после моего рождения. Такого мага, как я, не было во Вселенной.

И, может быть, я бы возгордился, имея все с рождение: сильную магию, власть, богатство, если бы не мои мудрые родители. Как только мне исполнилось четыре года, отец свою резиденцию из Регора перенес далеко в горы, и хоть с мамой они часто пропадали в столице по делам государственной важности, меня не оставили предоставленным самому себе. А точнее — на высокой горе рядом с нашей резиденцией был храм Светлых Богов, которую отец превратил в школу жизни для меня. Так с четырех лет я стал маленьким монахом.

Храм Светлых Богов был основан давным-давно, когда мой отец только родился, в период Хаотичной войны. Это было довольно тяжелое время для страны, да и для планеты в целом. Регор был разорван на три части кланами, которые постоянно вели между собой войну. В стране была разруха, и Светлый храм был построен, как символ веры в будущее Равновесие.

Место для монастыря выбиралось тщательно. Гора Света считалась священной горой, где жили бессмертные души, помогающие проводникам.

Для того чтобы обеспечить безопасность, в монастырь были приглашены два сильнейших воина-мага, которые обучали монахов боевой магии, военному искусству и основам ведения боя. Они же и превратили храм в неприступную крепость.

Монахи в свою очередь совместили познание магического искусства, военного искусства с медитацией и молитвами. Благодаря этому монастырь стал центром духовного развития и центром боевой магии.

После завершения войны монастырь привлек свое внимание Повелителя Регора. Посетив монастырь в первый раз, Повелителя поразила его красота, которая сочеталась с магической силой, физической выносливостью и духовностью.

Как только мне исполнилось четыре, отец, посадив меня на дракона, вознесся на священную гору, я успел только обернуться и увидел заплаканные глаза матери, которая стояла с распущенными крыльями и протягивала руки ко мне, но так и не взлетела следом.

Но через несколько минут я забыл о матери. Я смотрел во все глаза на то, что открывалось передо мной с высоты полета дракона. Внизу расстилались страшные ущелья, дремучие непролазные чащи, холодные горные реки. Отвесные скальные стены с глубокими трещинами, придавали мрачность горе, на которой возвышался Светлый храм. Но все эти впечатление от прекрасной суровой природы меркнут перед тем, что открывается взору, когда я попал на вершину горы.

На вершине горы мы с отцом остановились перед белоснежными воротами, уходящими высоко в облака. Только с чистыми помыслами каждый может войти в эти ворота, потому что охраняют ворота звери из Светлых земель, которые вглядываются в твою душу, разглядывая в каждом искру бога, раздувая эту искру с такой силой, что за воротами остаются все черные помыслы, что есть у тебя.

Огромные белоснежные каменные львы, когда я проходил между ними, они даже не пошевелились. Огромные головы лежали на крупных лапах, а глаза были закрыты. Но стоило к воротам приблизиться моему отцу, как львы встали в боевую стойку и зарычали, приказывая остановиться. Отец покорно склонил голову, ожидая, когда белоснежные звери разглядят в нем искру Бога. Минут пять львы сканировали моего отца, а потом молча расступились, пропуская Повелителя.

Я был еще ребенком, поэтому не смог сдержать любопытства:

— Почему они пропустили меня и не пропустили тебя? — с возмущением спросил я.

Отец улыбнулся и потрепал меня по голове:

— Потому что, сын мой, ты — Светлый, ты таким родился, твоя душа сильна, свет в ней никогда не уступит место тьме. А я — Темный, хоть и с маленькой частицей света в душе, зверям тяжело было оставить все темное во мне за воротами это места.

— А мама сможет войти в эти ворота? — задумчиво поинтересовался я.

— Нет, сын мой, маму сюда не пропустят, — сухо ответил отец.

За разговорами мы вошли в каменный двор, посередине которого стоял колодец. Отец продолжил рассказывать мне историю этого места:

— Только чистый душой может войти в храм. И прежде чем дойти до храма, душа будет очищена семь раз. Первый раз душа очищается, когда проходишь ворота, второй — когда испьешь живой воды из источника колодца. — и отец подал мне ковшик с ключевой водой, — и чем чернее твоя душа, тем тяжелее проходит ее очищение.

Затем мы медленно прошли по Аллеи чистых душ, которая заканчивается Древом Жизни. Далее большой двор и залы для занятий. А потом мы попали в длинный узкий темный коридор, который и вывел нас к белому храму стихий, который кутался в облака, как в мягкую шубу.

Таким виделся монастырь четырехлетнему серьезному мальчику, родители которого не готовили ему стезю монаха. Стране был нужен будущий Воин, будущий Повелитель у которого должно быть тренировано не только тело, но и закалена душа.

Отец приблизился к учителю и преклонил колено. В глаза ребенка учитель был совсем старик. Сухощавый мужчина лет пятидесяти с непроницаемым лицом долго разглядывал мальчика. Мальчик терпеливо молчал, не опуская глаз.

Учитель тщательно подходил к выбору монахов и обучению, но такого странного ребенка о видел впервые.

— Подойди, — сказал он мальчишке с карими глазами, в которых искорками проскальзывал огонь. Казалось, что глаза мальчугана светятся.

Светловолосый мальчик смело подошел и опустился на колени перед учителем, смирив взгляд любопытных глаз.

Еще долгих пять минут учитель изучал ребенка, прежде чем вынести свой вердикт:

— Отныне и навеки ты зовешься Яр — Воин Света.

И Наследник еще ниже склонил голову, выражая согласие.


Глава 3

Когда Натан увидел серую безликую девочку у порога приюта, черная душа его запела. Уже давно ему было скучно в этих стенах, а развлечений, кроме жестоких шуток друг над другом приют им не представлял.

Поэтому он быстро вышел на крыльцо, остановился против худышки и брезгливо двумя пальцами поднял ее бледное лицо за подбородок, заставляя взглянуть в свои налитые кровью глаза.

Жертва сразу же задрожала, в больших ярко-зеленых глазах показались слезы.

— Теперь ты моя рабыня, — надменно заявил Король приюта, — ты будешь выполнять только мои желания и прихоти и жить в моей комнате. Поняла? — холодно спросил он.

Его удовлетворил ее кивок, и он за тощую ручку потащил девчонку в свою комнату, где швырнул на грязную циновку, которая была расстелена прямо на полу.

— Отныне здесь твое место, — заявил вампир, заваливаясь на несвежую постель.

Флер с испугом забилась в угол. Ей уже приходилось встречать такой типаж, и она точно знала, что он ее не отпустит, пока не замучает до смерти. Именно таких типов почему-то привлекала ее маленькая хрупкая фигурка.

Натан был старше нее года на четыре. Первым что бросалось в глаза — это длинные, худые руки с огромными кулаками. Казалось, что руки жили отдельно от этого высокого, жилистого тела, и напоминали они молот, который когда-то Флер видела в кузне. Маленькие глаза вампира никогда не смотрели прямо, они шарили везде. Взгляд его предупреждал «я все вижу, и даже то, что делается за моей спиной тоже». Да и вообще Натан был весь как на шарнирах. Он не мог ни минуты постоять спокойно, руки находились в вечном движении, глаза постоянное перебегали с лица жертвы на тело, с тела на предметы, находящиеся поблизости. Ни в коме случае нельзя было смотреть ему прямо в глаза, тогда такая ярость просыпалась в вампире, что он мог своими кулаками просто забить до смерти.

Она вздрогнула от окрика:

— Эй, ты, тощая, быстро сняла с меня ботинки и принесла в ужин!

Флер метнулась к грязным ботинкам, с трудом стащила их с огромных ног вампира, и выбежала за дверь.

Коридор приюта был мрачным и серым. Тусклая лампочка, засиженная мухами, еле-еле горела под потолком, не давай освещения и, не разгоняя мрак. По стеночкам сновали молчаливые тени.

Флер пошла вперед, туда, куда двигались тени, и вышла в грязный, продуваемый всеми ветрами холл. Она осмотрелась. Молчаливые дети шли по направлению столовой. Никто не обратил на нее внимания, никому не было интересно, почему она остановилась и что ей надо. К безразличию Флер давно привыкла, и ее даже радовало, что никто не подходит и не спрашивает ее.

Она двинулась за детьми и вошла в огромную столовую, где пахло чем угодно, но только не едой. Огромные деревянные столы, давно требующие скобления, тряпка бы тут точно уже не помогла. Массивные лавочки рядом, которые сдвинуть мог разве только какой-нибудь великан. На лавочке плотно прижатые друг к другу сидели дети и быстро ели. «Сколько же нас тут?» — удивилась Флер, разглядывая серую безликую массу, от которой веяло унынием и страхом.

Она выстояла в очереди. Толстая повариха со злым лицом и в заляпанном фартуке налила ей жидкий суп, отлепила от ложки клейкую кашу и выставила перед ней грязный стакан с мутной жидкостью. Когда Флер заикнулась о порции для себя, то тетка только грозно сверкнула очами и внезапно тоненьким голоском сурово сказала:

— В одни руки — одна порция!

Флер вздохнула, не в первый раз ей приходилось оставаться голодной, ее это не смущало, чувство голода было привычным, а слабость всегда была ее подружкой. Поэтому, подняв тяжелый для нее поднос, она направилась в комнату по тому же пути.

Пока Натан громко ел, Флер осмотрелась. Небольшая комната, в которой жил хозяин была грязной, но по-своему милой. Сквозь немытые окна стало просвечивать вышедшее солнце, шторы, непонятно какого цвет рвано повисли под одной стороне окна. Когда-то на окне кто-то разводил цветы, и теперь засохшие ветки крепко держались в горшках со слежавшейся землей.

Стены, некогда обклеенные обоями в цветочек, пожелтели и напоминали Флер осеннюю поляну с осенними цветами. Покосившийся шкаф, в котором было множество пустых полок, и только две верхние забиты грязными вещами Натана. Грязная кровать с металлическими прутьями громко скрипела, когда на ней ворочался вампир. Откуда-то в комнате стоял еще косметический столик с пыльными зеркалом, и на полу валялся серый грязный игрушечный то ли конь, то ли ослик, то ли собака с оторванным хвостом, ушами и одним глазом.

Заметив ее быстрый взгляд на игрушку, Натан хмыкнул:

— Слышишь, ты, уродина, отнесешь грязную посуду, уберешься в комнате и за это можешь взять себе игрушку. Но, — и тут голос стал его жестоким, Флер втянула голову в плечи и забилась в угол, — если мне не понравится, как ты убралась, я выпорю тебя прямо здесь. Поняла? — и он бросил грозный взгляд на ребенка.

Флер кивнула и быстро выбежала за дверь в поисках тряпки и хоть какого-то ведра. Тряпку она нашла быстро, а вот ведра во всем приюте было не сыскать, поэтому она вернулась в комнату, вздохнула с облегчением, видя, что Натан ушел, и принялась отмывать окно, бегая в душевые, чтобы прополоскать тряпку, которая сразу же становилась черной.

Сколько уж она отмывала эту комнату, Флер потеряла счет времени, однако за окном уже стемнело, а Флер только домывала пол и даже не занималась еще грязным бельем хозяина.

В комнату в грязных ботинках ввалился Натан, и, оставляя, грязные следы на свежее вымытом полу, тут же завалился в кровать и заснул.

Флер тихонько сняла ботинки, еще раз протерла пол. И, взвалив на себя кучку грязного белья, потащилась в душевую стирать. Хорошо, что уже была поздняя ночь и все спали, поэтому упарившаяся девочка смогла помыться и быстро состирнув свои нехитрые пожитки улеглась спать на свою жесткую циновку.


Глава 4

Вик закрыл глаза и сосредоточился. Замок был не так прост, как казалось утром, да к тому же сюда примешивалось и магическое плетение, охранявшее дом. С рунической магией Вик был знаком плохо, но это плетение было ему точно под силу.

Он снова закрыл глаза, увидел, как в его сознании вспыхнула руна, и стал искать узелок, за который можно зацепиться, чтобы распутать магический узел.

Он знал, что нужно торопиться, но не спешил. Слишком долго он искал этот дом, слишком долго ждал удобного момента, чтобы из-за какой-то руны отказаться от цели.

Сейчас его не прельщали деньги или драгоценности, в доме было нечто, что он должен взять и доставить. Кому? А вот кому Вик так и не понял. В существе, который нанял его, точно не было ничего человеческого. Он существа тянуло мрачностью подземелий, темной силой и чем-то еще, страшным, мощным, необъятным. Если бы и хотел, Вик не смог бы ему отказать, да и вознаграждение было такое, что Вик спокойно мог жить на это целых полгода, особо ни о чем не задумываясь.

Вик аккуратно потянул за светящийся синим узелок. Хоть бы это не была сигнализация или что похуже, подумалось ему. Но все было тихо, и Вик с облегчением вздохнул. Руна на окне мигнула и погасла.

Теперь замок! Замок на окне тоже был не простым, руки мальчишки засветились бледно-синим светом, по саду пронесся ветер и тут же все стихло.

Вик был магом воздуха, и сейчас, при помощи воздушных струй он пытался тихо открыть защелку. Защелка была сложной, в ручку окна оказался встроен замок, который запирался ключом. Жалко, что ключа в замке не оказалось, все было гораздо проще. Вик тихо вздохнул и снова сосредоточился, позволяя магии показать ему устройства замка.

Тело Вика затекло от неудобной позы и долгого сидения на корточках, но он мысленно разглядывал замок, пытаясь сообразить, где находится язычок, который необходимо поднять. Он нащупал необходимую деталь, что-то щелкнуло и окно чуть-чуть приоткрылось. Вик попытался расширить проем, но еще один фиксатор прочно удерживал окно.

Вор взглянул на небо, которое уже начинало окрашиваться розовыми лучам всходящего солнца. Слишком долго возился, подумалось ему. Он встал, разминая затекшие конечности, и внимательно осмотрел щель. Пролезу, решил он.

Щель в окне была совсем небольшая, но мальчишка был худ и гибок, а маленький рост и умение выворачиваться таким образом, что тело принимало порой неестественные формы, сделало свое дело. Вик протиснулся в щель, обдирая спину и живот обо что-то острое.

Он тихо спрыгнул на мягкий ковер, который приглушил его шаги и осмотрелся. Да, это именно та комната, куда ему было нужно. Это был рабочий кабинет. Вик обошел массивный стол из красного дерева и уже, не таясь, направился к картине, на которой был изображен корабль, летящий в бурю по волнам. Вик никогда не видел моря, да и на корабле ему бывать пока еще не приходилось, поэтому он с долю секунды разглядывал картину, потом бережно снял ее, стараясь не издать ни звука.

За картиной был спрятан изящный сейф и, только сейчас, Вик осознал, что кабинет скорее принадлежит не мужчине, а женщине. Незамеченные им ранее мелочи стали бросаться в глаза. Изящная шаль на стуле, дамский роман на кресле возле камина, зеркало в полутьме кабинета.

Вик вздохнул и снова сосредоточился на сейфе. Он стал вспоминать движения воздуха, когда этот сейф открывали. Ни один день он провел под этим окном, чтобы запомнить эти ощущения. Руки мерцали бледным светом, когда он с закрытыми глазами набирал код. Дверца щелкнула и тихо распахнулась.

Вик открыл глаза и принялся изучать содержимое сейфа. Какие-то странные деньги, явно не с этой планеты. Вик подумал и запихнул их за пазуху, правда так и не понял зачем. Колье, явно с настоящими алмазами. Это Вик сразу отбросил в сторону. Какие-то письма, пачка документов. И тут у самой дальней стенке блеснуло именно то, что ему так было необходимо. Клинок с ярко-рубиновым камнем. Именно так его описал тот странный посетитель таверны. Вик схватился за клинок и тут же выгнулся от боли, стиснув зубы. Клинок медленно входил ему в ладонь, заставляя корежиться от ужасных ощущений. Вик видел, как клинок вышел с другой стороны руки и, дойдя до основания, остановился. «Что за черт!» — думал Вик, приседая от боли взорвавшей его мозг. Он приподнял руку, но так и не увидел крови, струящейся вниз, ее пил клинок, он высасывал из него кровь так, как будто нож — вампир, который не пил тысячелетие.

Уже не задумываясь последствиях, сгибаясь под тяжесть навалившейся боли, Вик добрался до окна. Он попытался выдернуть клинок, но тот впился в руку так, что даже с места сдвинуть его не удалось. Вор протиснулся сквозь щель и, уже не думая о сокрытии следов, шатаясь, побрел к забору. Последними усилиями, он заставил воздух перенести его над забором и чуть дальше и рухнул в какой-то из подворотне, постанывая от огненной боли, растекшийся по всему телу.


Глава 5

Утро встретило Яра проливным дождем. Такое случалось здесь нечасто, и Яр рад был разгулявшейся стихии. Он вышел в зал всех стихий, где уже сидели монахи, настраиваясь на общение со своими стихиями.

Утро всегда начиналось с двухчасовых медитаций, и Яр привычно уселся в удобную позу. Сегодня ему хотелось поговорить со своей водной стихией: то ли все дело было в равномерном грохоте капель дождя, стучавшегося по крыше, то ли в том, что вчера с учителем они рассуждали на тему: есть ли Бог в воде, но именно сегодня его тянуло к водной стихии.

Под аккомпанемент тяжелых капель Яр медленно погружался в тягучее медитативное состояние. Он стоял на вершине горы под проливным дождем, закинув голову к небу и раскинув руки, впитывая в себя магию, как губка. Капли дождя омывали его лицо, заставляя отрешиться от мирской суеты. Сколько он так стоял, наслаждаясь холодными каплями воды, он не понял, но внезапно внизу горы что-то привлекло его внимание. Яр присмотрелся, пытаясь понять, тянет ли его туда, вниз или лучше остаться на вершине. У подножия горы начала растекаться огненная лава, и что-то было неправильное в этом, что не то, что-то, что беспокоило Яра. Он присмотрелся, увидев в центре огненной реки тело.

Яр резко сорвался вниз, поддерживаемый струями дождя и завис над огненной рекой, всматриваясь в силуэт. Человек? Маг воздуха? Как он здесь оказался? Зачем? Яр понимал, что человек, лежащий там и дающий жизнь огню, вот-вот умрет. Огонь забирал из него весь воздух и набирал мощь.

Внезапно картинка поменялась, и Яр стоял уже на другой планете. Это точно был не Регор. Яр посмотрел на чужое небо, где низко висела чужая фиолетовая луна, совсем не дающая света. Луна уже начинала бледнеть. Здесь тоже наступал рассвет. Дождь перестал ласково поддерживать его, и на смену спокойствию вдруг пришло страшное недовольство собой. Он что-то должен сделать, причем сделать немедленно, но что?

Яр осмотрелся по сторонам, увидел вход в темный проулок и направился туда, правильно рассудив, что на открытом пространстве ему нечего делать.

Казалось бы, в подворотне должно быть темно, но где-то вдалеке мелькал отблеск костра, и Яр направился прямиком туда. Но ожидаемого костра он так и не увидел. В подворотне лежал умирающий мальчишка, который прижимал к груди руку. Рука горела огнем, освещая все вокруг себя на добрый метр. Яр склонился над умирающим, внимательно осмотрел руку и нахмурился. В руку мальчишке был вогнан кинжал силы огня, и сейчас магический кинжал хотел жить, напиваясь кровью сильного мага воздуха, разгоняя огонь внутри артефакта. Красный рубин победно светился во тьме, выпивая жизнь тощего мальчишки.

Яр задумался. Активный кинжал трогать точно нельзя, он убьет каждого, кто прикоснется к клинку. Парень застонал, пытаясь другой рукой найти кинжал и вытащить. Какая это была попытка избавиться от артефакта? Он встретился взглядом с открывавшим глаза пареньком. Тот молча смотрел на него, и ничего не просил. Просто был рад, что кто-то в последний момент с ним рядом. Яр кивнул ему, словно поддерживая.

А потом поднял руки к небу, призывая дождь. Стихия воды откликнулась сразу, проливаясь чистым дождем на Яра, на мальчишку, встречая своего давнего противника и вступая в схватку с огнем. Кинжал шипел недовольно, поворачиваясь в руке, пытаясь спрятаться от дождя. Парнишка невольно хотел укрыть больную руку, но теперь уже Яр не давал ему это сделать. Он поднял слабую руку прямо к небу, позволяя дождю довершить свое дело. Свет в руке начал меркнуть, кинжал выскользнул из раны и со звоном упал на землю. А Яр все держал и держал руку незнакомца, позволяя дождю омывать ее снова и снова.

Потом присел, убрал мокрые пряди волос с лица парнишки, скрестил руки на его солнечном сплетении и призвал силу воздуха, пополняя магический резерв опустошенного мага. Они снова обменялись взглядами с парнишкой, и прежде чем исчезнуть, Яр услышал тихое: «Спасибо».


Глава 6

Яр глубоко вздохнул, выходя из медитации. Никогда еще слияние со стихией не была такой яркой и четкой. Он заметил внимательный взгляд учителя и склонил голову в знак приветствия.

— Как путешествие? — невозмутимо спросил его Учитель.

Яру хотелось бы все рассказать в красках, буря чувств кипела в его душе, но он сдержался, стремясь быть похожим на Учителя.

— У меня все получилось, — так же сухо сказал он.

— Стихия воды легко подчиняется сильнейшим, — согласно кивнул Учитель, — это было твое первое подчинение стихии. А вот стихию воздуха не такая покорная и подчинить тебе ее будет сложнее.

Яр уселся поудобнее, внимательно слушая, стараясь не пропустить ни слова. Учитель, заметив его внимание, только одобрительно кивнул.

— Так вот, чтобы подчинить стихию воздуха, необходимо понимать, что такое легкость, а чтобы понимать, что такое легкость, необходимо испытать, что такое тяжесть.

Учитель встал, и в руках его появились тяжелые браслеты из монет.

— Вот эти браслеты, — и учитель указал на большие браслеты из монет, — ты оденешь на ноги, — а вот эти, — и он указал на браслеты поменьше, но шире, — ты оденешь на руки, — а вот эту цепь — ты оденешь на шею. Сгибаться под тяжестью цепи нельзя, ты — воин, твоя осанка всегда должна быть прямой, чтобы не случилось.

Яр начал надевать браслеты. Браслеты на руках доходили ему почти до локтя, цепь был тяжела, и заставляла пригибаться к земле. Но Яр выпрямился и посмотрел Учителю прямо в глаза.

— Хорошо, — кивнул Учитель, — а теперь иди, занимайся.

Ежедневные тренировки тела длились около восьми часов, и Яр любил их больше всего. Он уже привык, каждое утро после медитации бегать вверх и вниз по неприметным крутым ступеням, спускающим с горы в деревню. Ступеней было ровно одна тысяча пятьсот, когда-то своими руками монахи выдалбливали эти ступени, чтобы укрепить дух и тело. Яр жалел, что не застал этого момента.

Звеня монетами, он начал привычный спуск. Спуск давался легко и наполнял тело магией воздуха и ветра. Казалось, крутые ступеньки сами стелились под ноги, давая возможность бежать быстрее. Спустившись, Яр не отдыхая, начал подъем, но, не пройдя и трети пути, он понял, что браслеты тянут его к скале, заставляя все медленнее и медленнее передвигать ноги. Не сдаваясь, Яр стал помогать себе руками, перекидывая тяжелое тело с одной ступени на другую. Сколько раз он скользил по ступеням, усеянным скользкими листьями, сколько раз он тыкался в эти ступени лицом, сдирая нежную кожу на подбородке, он уже и не считал, но сила духа или все-таки упрямство толкало его вперед. Казалось, конца лестнице не будет никогда.

Когда восьмилетний мальчишка добрался до вершины, был уже обед. Учитель встречал его возле лестницы, наблюдая за резкими передвижениями мальчишки.

Яр с трудом выпрямился, поклонился и снова прямо взглянул в глаза Учителя. Учитель, рассмотрев в этих глаза что-то понятное только ему, одобрительно хлопнул мальчишку по плечу.

— Даю тебе год, чтобы подчинить стихию воздуха, — сухо проговорил он.

«Год, — задумался Яр, — так много? Я должен подчинить эту стихию раньше!» — решил для себя пацан.

И этим же вечером направился к озеру, где бил воду до тех пор, пока руки и ноги, закованные в браслеты, не перестали подчиняться ему.

Первые результаты подчинения стихии пришли к нему через полгода, как раз на этом озере. В очередной раз, толкая воду от себя, Яр заметил, как поднялась огромная волна, которая устремилась к противоположному берегу. Он замер наблюдая за движением ветра. Затем снова, уже более вдумчиво, направил силу на волну, заставляя ее подняться выше и быстрее бежать к берегу.

Он выпрямился, уже не ощущая тяжести на своей шее, развернулся и никуда не торопясь направился к Учителю.

Учитель, внимательно выслушал его, подозвал трех воинов и приказал Яру, не дотрагиваясь до них, убрать со своего пути. Яр стоял к воинам вполоборота, представив себе воинов, уже не оборачиваясь к ним, он поднял руку, направив на людей, и вспомнил ощущения силы, которой он направлял волну. Порыв ветра легко сдул трех воинов, пытающихся сопротивляться стихии.

— Хорошо, — усмехнулся Учитель, — теперь ты можешь снять это, — и он кивнул на браслеты.

Яр уже настолько к ним привык, что снимать браслеты ему было жалко и в то же время, было интересно, как это находиться без утяжелителей. Он, не торопясь расстегивал замки, сбрасывая со своего тела оковы. Легкость, внезапно обрушившаяся на него, заставила голову закружиться. Он зажмурился, приводя в сознание весь свой организм, а когда открыл глаза, понял, что стоит в воздухе, поднявшись от пола сантиметров на пятнадцать.

— Иди, — приказал Учитель.

И Яр сделал шаг вперед. Воздух подчинялся ему, слушался каждой его мысли, покорно стелился под ногами. Идти было легко и немного странно. Ступни, привыкшие к грубому каменному полу, сейчас ощущали лишь легкое скольжение ветра, который ласково поддерживал натруженные ноги.

— Ты — хороший ученик, — кивнул Учитель, — завтра на медитации закрепишь результат.


Глава 7

Прошло четыре года, как Флер жила в приюте. Она обслуживала Натан и его друзей во всем: поддерживала чистоту в комнате, приносила еду, стирала одежду. Лишний раз выходить за пределы комнаты уже ставшей родной, она не собиралась. Страшные дела творились в приюте.

Иногда Флер жалела, что не родилась мужчиной. Миллион раз она видела, забившись в свой темный угол и прижимая к груди своего плюшевого друга, как компания во главе с Натаном насилует очередную жертву. В такие моменты она закрывала глаза, зажимала уши руками и старалась представлять желтые обои в цветочек, разукрашивая цветы разными красками. Она знала, что когда-нибудь придет и ее черед, и со страхом ждала того дня, когда он поймет, что она выросла. Все девочки приюта рано или поздно проходили через это, и Флер понимала, что скоро ее очередь.

Друзьями в приюте она так и не обзавелась. Ее главной работой было приносить еду Натану, раздевать его, когда он был он пьян, убираться в комнате и не попадаться хозяину на глаза.

«Ну почем я хоть немного не обладаю магией, — думала она ночам, ворочаясь на жестком полу. Вот была бы у меня пиромагия, я бы с легкостью сожгла этот дом и все ужасы, которые творятся здесь. А еще лучше доппель-магия, я бы убила пустотой Нанта, когда он издевается над девочками». Но, ни той, ни другой, ни какой-либо еще магии она не чувствовала вообще.

В приюте она значилась под номером 72, раз в три месяца ее вызывали на осмотр и проверку ее магических способней и сразу же забывали, как только видели, что результат был отрицательный. Она же всякий раз с надеждой замирала, глядя на артефакт, который показывал уровень силы. Но каждый раз серый камень, так и оставался серым, даже ни разу не блеснув тусклым светом энергии.

Впрочем, и на тех, кто обладал хоть толикой магией, тоже мало обращали внимания. Вот сильных магов отслеживали. Но сразу же после достижения ими восемнадцати лет отправляли в армию, конечно же при условии, что они доживали до восемнадцати лет. Остальных же просто выбрасывали на улицу, где они сами должны были заботиться о себе.

Флер не боялась своих восемнадцати лет, потому что знала, что до этого возраста не доживет точно.

В свои двенадцать она выглядела ровно так же, как и в девять. Или из-за плохой пищи, или из-за плохой наследственности, но в росте она прибавила совсем чуть-чуть, а в весе так и совсем не прибавила. Маленькая грудь не радовала пышностью, а выпирающие кости отпугивали желающих легкой добычи. А редкие светлые волосики путаными паклями болтались по тощей спине.

И все бы было хорошо, пока про ее возраст не вспомнил Натан. Ему вот-вот должно было исполниться шестнадцать, а Флер уже с нетерпением ждала дня, когда он покинет приют, и его заберут в армию, как сильного вампира, обладающего энергией.

В этот летний жаркий день Натан завалился домой раньше обычного, как всегда, завалился на кровать в обуви, протягивая Флер свою ногу в грязном ботинке. Девушка привычно стала расшнуровывать огромные ботинки. Поставив их на место, она уже хотела тихо забиться в свой угол, когда услышала приказ хозяина:

— Теперь снимай штаны, — холодно приказал ей вампир, показывая на свои брюки.

Флер дрожащими руками потянула за брючины, но сниматься они не желали. Она подождала, пока хозяин догадается расстегнуть ремень и пуговицы, но Натан не спешил, явно наслаждаясь ужасом девочки.

— Расстегивай ремень и дальше, — приказал он ей, с усмешкой глядя в ставшие еще больше от ужаса зеленые глаза.

Не поднимая глаз, Флер неуклюже принялась расстегивать ремень, стараясь не задевать грязного тела вампира. Пряжка щелкнула и расстегнулась. Тонкие пальчики занялись пуговицами. Она искоса посмотрела на вампира и увидела, как он, откинувшись на подушки, судорожно вздохнул, закрывая глаза. Под своими пальцами она почувствовала напрягшуюся плоть. Быстро отдернув руки, она остановилась. В висках стучала кровь, сердце колотилось о ребра, желая выскочить оттуда и успокоиться навсегда.

— Не останавливайся, — нетерпеливо приказал ей вампир, — снимай штаны.

Она снова потянула за штанину, обнажая возбужденную плоть.

— А, черт, — выругался вампир, и быстро избавился от штанов сам.

— Возьми его в руки, — снова приказал он девчонке.

Флер испуганно отшатнулась, и отрицательно покачал головой, с ужасом взирая на огромный подрагивающий член.

— Я сказал, возьми, иначе я сам возьму тебя. Будет очень больно и очень неприятно, — пообещал ей вампир.

Флер приблизилась к кровати и, зажмурив глаза, взяла в руки горячий жезл. Тошнота подкатывала к горлу, она держалась за него как за палку, не понимая, что делать дальше.

— Двигай рукой вверх и вниз, — снова прозвучал приказ.

Флер начала движение, Натан метался по кровати, рыча и двигая бедрами так, что кровать ходила ходуном. Трясущаяся тоненькая ручка заводила его, а испуганные глаза делали наслаждение просто невероятным. Содрогнувшись в оргазме, он упал на кровать, чувствуя, как к нему возвращается хорошее настроение.

Девчонка стояла возле кровати, опустив голову и ожидая от него других приказов.

— Будешь так делать каждую ночь. Поняла? — с усмешкой спросил он девочку.

Флер обреченно кивнула. С тех пор ночи превратились для нее в ад, но она еще не знала, что такое ад по-настоящему, видимо в прошлой жизни она сделал что-то ужасное, раз в этой жизни Бог так жестко наказывал ее.


Глава 8

Ящер разминался перед боем. Детские бои без правил были под запретом уже давно, но Ящер участвовал в этих боях с тех пор как помнил себя. Кто его семья, как он попал на планету Смерти, почему он очутился среди демонов, ему просто некому было рассказать.

Всю жизнь он жил со старым бесом, который еле-еле сводил концы с концами, работая истопником в одной из Бездн. Когда он спросил беса, откуда тот его взял, бес сказал просто: «Нашел на улице». И все, больше никакой информации от него добиться не удалось. Бес кормил его тем, что ел сам, одевал в свои старые шмотки, и за это Ящер был благодарен ему.

С рождения Ящер был физически силен. Уже в четыре года он превосходил в росте и силе всех мелких бесов, которые жили с ним во дворе и пытались с ним дружить. А когда Ящер нашел на помойке книжку с картинками, где были нарисованы мощные демоны, обучающиеся искусству боев, Ящер понял свое призвание. Книжку он засмотрел до дыр. Он тренировался по ней каждый день, усовершенствуя свое мощное тело.

Когда ему было двенадцать лет, в их двор ввалилась толпа пьяных демонов, которые решили поиздеваться над братьями своими меньшими. Собрав всех мелких, они выстроили их в один ряд и придумывали разные жестокие развлечения, по очереди вызывая их к себе.

Ящер вошел в тот момент, когда обнаженная девочка, со смешным рыжим хвостиком, раздевала огромного демона трясущимися ручками.

Он дал им шанс, окликнув:

— Эй, вы, — вежливо, как показалось Ящеру, обратился он к Высшим.

Демоны с затаенной надеждой повернулись, предчувствуя интересное развлечение. Перед ним предстал пацан с ярко-красными волосами, маленькими глазками и большим носом. Разворот плеч явно указывал, что пацан не так прост, как хочет выглядеть, а перекатывающие мускулы под рваной футболкой говорили о том, что перед ними боец.

Ящер не стал больше с ними разговаривать, он ринулся в бой так, как будто собирался сесть за стол поужинать. Силы были неравны. Один Ящер против четверых Высших, но все-таки уделать двоих ему было под силу.

Он потерял сознание спустя два часа жестких избиений, когда он мог только прикрывать руками лицо, чтоб не проломили голову, а очнулся уже в закрытой школе, где детей готовили к дракам без правил. Очнулся со сдерживающим обручем на шее.

Когда он совсем пришел в себя, к нему подсел врач, который объяснил, что он — метаморф, а не обычный хорошо накачанный пацан. Оказывается, пока он дрался с этими чертовыми демонами, он три раза менял свою боевую внешность, чем поразил Высших до глубины души. Поэтому они решили не убивать его сразу, а посмотреть, как он будет сражаться на ринге, удивляя своими способностям.

Ящер поднял свою огромную руку с зеленоватым отливом и представил, что это нежная ручка женщины. Перед глазами медленно, будто из тумана формировалась нежная ручка с розовыми ноготками. Врач хмыкнул, наблюдая за метаморфозой.

— Силен ты, брат, — с уважением произнес врач, — даже с обручем, сдерживающими магию смог перевоплотиться.

Ящер только кивнул головой, с интересом разглядывая руку, с которой соскочил мощный боевой браслет.

Потом была сотня боев. Из каждого боя Ящер выходил с неизменным успехом. Он завоевал имя, на него делали большие ставки, он был любимчиком девушек, а вот тренер переживал, что скоро потеряет сильного бойца в детской лиге.

Все было у Ящера: деньги, слава, девушки. Все! Кроме свободы! Его так и держали в закрытой школе, выход из которой был либо на кладбище, либо в закрытую школу боев для взрослых.

* * *

Ящер занимался в спортзале, отрабатывая удары левой, когда в зал вошли Высшие. Ящер помнил их, это были те самые подонки, которые издевались над маленькими бесятами. Ящер остановил качающую грушу и медленно повернулся. Он понимал, что разговор будет непростой.

— Привет, Ящер, — дружелюбно улыбнулся ему один из демонов.

Ящер не ответил, пристально вглядываясь в знакомые лица.

— А ты все такой же, — усмехнулся другой, — вежливости тебя так и не обучили. Да впрочем, это и не важно. Мы здесь по делу, — и он кивнул на лавочки, приглашая присесть.

Сам сел первый, за ним на лавочку опустились его друзья. Ящер остался стоять, скрестив руки на груди и исподлобья глядя на незваных гостей.

— Значит так, — начал главный, — есть у нас отряд телохранителей для Повелителя, и остался им последний экзамен. Мы хотим, чтобы этот экзамен у них принял ты. Выиграешь бой, по достижению твоих восемнадцати лет, мы оплатим тебе обучение в академии на факультете нападения и защиты, проиграешь — умрешь. Все честно. Согласен?

Ящер молчал, разглядывая темные лица. Он прекрасно понимал, что его согласия сейчас спрашивают условно, что бой ему придется принять хочет он того или нет. Поэтому он просто разглядывал лица демонов, заставляя их нервничать от его молчания, а еще больше от его прямого взгляда.

— Сколько их будет? — прервал затянувшееся молчание Ящер.

— Десять, — выплюнул демон.

— Вам не кажется, что чуть-чуть нечестно выставлять десять обученных бойцов против меня одного?

Демоны расхохотались.

— Зато и ставки высоки, согласись? Свобода или смерть! Это будет великий бой.

— Когда бой? — не разделили их веселье Ящер.

— Завтра! Надо же дать тебе время подготовиться, — снова рассмеялся Высший, легко поднимаясь на ноги и направляясь к двери.

А Ящер понимал, что завтра будет днем его смерти. Он знал, как тренируют телохранителей. Отбор туда начинался с самого рождения. Ребенок проходил проверку на магию, и если магический потенциал зашкаливал за сотню, то малыша отбирали у родителей и целенаправленно тренировали ребенка на боевое владение той стихией, которой он управлял лучше всего. Тренировали жестко, так, что многие не доживали до выпускного экзамена. К концу обучения — это были идеальные бойцы, без чести и совести. У них было одно призвание — охранять объект, который им доверили, а как охранять, выбирали они сами, главное, чтобы объект был жив.

Поэтому утро следующего дня Ящер встретил нерадостно. Учитель, зная, что ему предстоит, только поглядывал на него с сожалением, уже простившись со своим лучшим бойцом навсегда. Он подошел к Ящеру, сочувственно похлопал его по мощному плечу и спросил:

— Домой надо будет что-нибудь передать?

Ящер мотнул головой на тумбочку:

— Здесь все: деньги, бумаги, адрес приемного отца. Передашь ему.

— Держись, парень, — подбодрил его тренер, — помирать, так с музыкой. Забери с собой нескольких, чтобы тебе там не скучно было.

И снова, хлопнув его по плечу вышел, аккуратно прикрыв дверь.


Глава 9

Ящер выступал последним, его бой был ярким завершением выступлений клуба. Многие ходили посмотреть только на него. А сегодня почти все пришли посмотреть, как он умрет.

Зрителей прибывало все больше и больше. Сегодня был необычный вечер. Группа телохранителей против одного Ящера. Никто не сомневался в успехе телохранителей, все знали, каких идеальных бойцов готовят демоны для Повелителя. Поэтому ставки росли в прямо противоположной пропорции от Ящера в сторону телохранителей.

Ящер сидел на скамейке расслабленно, упершись головой в стену и мечтая, чтобы все скорее завершилось.

До боли знакомая арена ждала его. Он знал здесь каждую ямку, каждую выбоину, он знал, сколько его крови впитал этот песок. Идеально ровный круг. Четыре башни с куполами, с которых удобно наблюдать за боем Высшим. Две башни поменьше, без куполов — это два входа для противников. Все сооружение выложено черным кирпичом и разрисовано детскими руками, любимыми героями из волшебных историй. Где-то здесь есть и его рисунок.

Ящер услышал, как объявили его выход. Он резко выдохнул, собираясь и вышел на ринг. Оглядел приветствующую его толпу. Ни одного сочувствующего взгляда, только жажда крови и убийств.

Ящер глубоко вздохнул. Стянул через голову майку, обнажая великолепное тело. С трибун послышались томные вздохи женщин. Он всегда дрался в одних штанах, чтобы ничто не сковывало его движений, чтобы ничто не отвлекало. Если бы разрешили, то снял бы с себя и штаны, но нормы приличия требовали, ведь в зале женщины.

С противоположного входа дружным строем вышли телохранители, рассредоточиваясь по полю. Отличия от бойца без правил было очевидно. Тонкие, жилистые, затянутые в черную кожу, они напоминали ядовитых змей, живущих в пустыне.

Удар гонга! И бой начался!

Метаморф, обратившись в огромную птицу, ударом клюва выбил глаза первому демону, стоящему почти рядом с ним и пытавшегося атаковать Ящера огнем, только он не рассчитал, что Ящер окажется в воздухе, а не на земле.

Тут же Ящер почувствовал, как наэлектризовался воздух, путаясь в больших крыльях, заставляя подчиниться себе, и уже телохранители нападали на змею, пробирающую среди их ног. Один укус и второй телохранитель выведен из строя. Если ему сейчас не дадут противоядие, в течение пяти минут, он умрет.

Телохранители перегруппировались, теперь они понимали, с кем имеют дело. Атаки магией стали одновременным, не давай Ящеру продумать стратегию, не давая перевоплотиться. Телохранители медленно загоняли Ящера в угол арены. От отчаяния Ящер превратился в тигра, прыгая на демона, стоящего в центре и опрокидывая его на спину. Вгрызаясь в нежное горло, чувствуя чужую кровь, Ящер медленно зверел. Он приготовился к прыжку, оттолкнулся от уже мертвого тела демона, еще больше раздирая того когтями, и прыгнул высоко в воздух, стремясь перелететь через окружение демонов. Свистнула воздушная петля, что-то щелкнуло, и на шее его засверкал ошейник, блокирующий магию. Зал торжественно взревел, наблюдая как с огромной высоты, падает уже не зеленый мощный тигр, а человек с ярко-красными волосами и зеленой кожей.

Ящер упал неудачно, подвернув ногу. Упал так, что вышибло весь дух, заставив на время забыть как дышать. Первые секунды ему показалось, что все, это конец. Но он так быстро не сдается. Он еще жив! Ящер вскочил на ноги, чуть присев от боли в поврежденной конечности и злобно оглядел шестерых окруживших его демонов.

Яр знал, что сегодня он должен тщательно подготовиться к завершающему этапу покорения стихии воздуха. Он почти неделю готовился к медитации, последние три дня ничего не ел, оставляя чистым разум и тело.

Закрыв глаза, Яр почувствовал, как тело его становится легким и медленно поднимается с пола, зависая в воздухе. Он сконцентрировался на дыхании. Наконец-то душа его снова свободна. Он стоял на той же горе, широко раскинув руки и призывая к себе ветер. Ветер быстро нес пушистые облака, то открывая ему синее небо, то закрывая пушистым пухом. Внезапно за спиной Яра раздался шум крыльев. Обернувшись, он никого не увидел, но невидимый конь уже подхватил его и стремительно понесся вниз.

Яр ощутил стремительное падение и расслабился, позволяя себе отрешиться от страшных мыслей. Работа с сознание — была первыми пройденным им уроком, и еще тогда учитель вбил в голову ему мысль: все, чего ты боишься, обязательно случится. Боишься, что поранишься, когда будешь пробивать стену — поранишься. Боишься, что разобьешься, когда будешь падать с высоты — разобьешься. Работай с сознанием, думай о лучшем. Так учил его учитель и поэтому, покорившись судьбе, Яр получал удовольствие от стремительного падения в бездну.

В Бездне он и оказался. То, что это был Низший мир, Яр не сомневался ни на секунду. Он стоял на арене, зрителями которой были демоны. Демоны были и участниками происходящих событий. Зеленый паренек, припадая на правую ногу, из последних сил отчаянно защищал свою жизнь: ключица была раздроблена и осколки костей остро торчали, причиняя страшную боль владельцу при каждом движении. Левая рука висела волоком и при каждом ударе моталась из стороны в сторону. Но… парень не сдавался! С его повреждениями, он давно уже должен быть мертв, однако стоял на ногах и огрызался на выпады магии.

Яр облетел телохранителей и прижался спиной к окровавленной спине бойца, давая ему опору и вливая силу. Ящер споткнулся, почувствовав поддержку. Зал взревел, увидев Светлого, собирающегося сражаться. Светлый в Бездне! Это невозможно! Но он явно был тут. Ставки стали быстро меняться, цифры быстро мелькали, перестраиваясь из одной колонки в другую. Зрители ставили на Светлого и Ящера.

Телохранители на несколько секунд растерялись. Несомненно, сегодняшний бой был самым сложным с их жизни. Эти несколько секунд и были нужны Ящеру, чтобы передохнуть. Уже не думая о том, что сюда привело этого блондина со светящимися глазами, Ящер пошел в атаку. Он чувствовал, что невидимый воздушный щит прикрывает его, даря ощущение безопасности. Воздушный бинт прочно зафиксировал поврежденную руку, прижав ее к телу. Ошейник не расстегивался и Ящер, плюнув на него, работал мощным кулаком правой руки, костяшки которой уже давно были сбиты в кровь. Прикрывая спину Ящера и отрабатывая удары воздушной плетью, сражался Светлый.

Несколько минут и все было кончено. Ящер резко развернулся, разглядывая напарника. Перед ним стоял Светлый паренек со странными глазам, в которых пробегали то ли искры, то ли огонь. Стоял и улыбался, не говоря ни слова, тоже внимательно разглядывая его.

Внезапно Светлый замерцал и начал исчезать. Ящер только и успел заметить, как Светлый склонился в странном поклоне, словно отдавая ему дань уважения, и только и успел, что прошептать губами спасибо, как рев зала ворвался в его сознание.

Ящер покачнулся и начал медленно оседать.


Глава 10

Яр был далеко от монастыря. Он не спал уже несколько суток, уходя от зверя. На самом деле это он должен был приручить Зверя, а не Зверь охотиться на него. Но пока все было как раз наоборот. Зверь шел за ним по пятам, не давая спать которую ночь. Он слышал его рык, чувствовал его смрадное дыхание, чувствовал его ненависть к человеку, вторгшегося на его территорию.

Яр устал, очень устал. Иногда появлялось желание повернуть и убить Зверя, но… они должны подружиться, он обязан три месяца прожить с этим Зверем, как со своим лучшим другом, если тот, конечно, его не съест, так и не узнав о его благих намерениях.

Зверь был рядом. Яр остановился, глубоко вздохнул и обернулся. Это был тигр. Огромный тигр с желтыми клыками, с которых пеной капала слюна. Маленькие глазки злобно смотрели на жертву, выбирая самое уязвимое место. Тело напряглось в преддверии прыжка.

И тут Яр заговорил, заговорил спокойно, не давая Зверю почувствовать свой страх.

— Приветствую тебя, Зверь, — Яр поклонился, не спуская глаз с тигра.

Тигр, не ожидавший разговоров, недоуменно присел на задние лапы, но снова вытянулся как струна, подергивая ушами и пытаясь понять, что делает этот странный человек.

А странный человек налаживал ментальную связь с тигром. В голове тигра ярко вспыхнул образ, как сильная рука, уверенно гладит его по голове, обещая не причинять боль.

Тигр мотнул головой, избавляясь от образа, и снова взглянул на человека. Яр присел, чтобы находиться на одном уровне со Зверем и снова нащупал контакт. Ментальная магия, так легко дававшаяся его отцу, требовала от парнишки всего запаса энергии.

Яр снова сформировал образ в голове у зверя. Вот он счастливый и довольный катается в обнимку по зеленой траве со Зверем. Зверь облизывает его как своего котенка.

Тигр недоуменно мигнул. Недоверчиво посмотрел на человека и принюхался. Запах уже не казался ему чужим.

Яр протянул руку, давая возможность Зверю познакомиться. Он сейчас рисковал, нельзя было неприрученному Зверю открываться, подставляя незащищенную грудь. Но Яру во что бы то ни стало надо было наладить контакт сегодня, иначе он просто ляжет спать вот тут под кустом и будь, что будет.

Зверь фыркнул, признавая запах. Встал на четыре лапы и пошел прочь, не оглядываясь. Яр тихо побрел за ним. Он должен был три месяца провести рядом со Зверем, приручая того к себе.

Зверь вошел в пещеру и улегся на пороге, всем своим видом показывая, что это моя территория и если ты посмеешь зайти, он не посмотрит, что когда-то валялся с тобой в траве.

Яр вздохнул и устроился под деревом, мгновенно проваливаясь в сон.

Утром его разбудило щекотание усов Зверя. Зверь обнюхивал незнакомца, не понимая, почему этот запах ему приятен. Яр замер, когда возле его открытой шеи появились огромные клыки. Тигр еще раз раздраженно фыркнул, и так и не осознав, зачем ему этот человек вальяжно разлегся на скале.

Яр присел рядом, объясняя, что он ничего плохого тому не сделает, а если надо, то и поможет в охоте, в обустройстве жилища. Хотя сегодня утром помощь нужна была скорее всего ему. Есть хотелось неимоверно. Уже десять дней как он питался ягодами и кореньями, уходя от преследования Зверя.

Яр взглянул вниз, где простиралось небольшое озерцо. Взгляд его зацепился за что-то, чего явно тут быть не должно. Внизу была красивая девушка, которая стягивала с себя платье, в надежде искупаться в этот жаркий день.

Яр замер. Когда-то давно, они с Учителем говорили о женщинах и об отношении к ним мужчин. Яр не принимал пострига, и обед воздержания не давал, но физические упражнения, медитации, работа над духом, отодвигали все мысли о девушках на второй план. Да и самих девушек в монастыре он не видел ни разу.

Учитель объяснял ему, что умеренность должна быть во всем: в еде, в питье, в отношениях с женщинам. Только отношения эти надо было завести, чтобы понять, насколько они умеренны. И поэтому Яр сидел, замерев на скале, забыв, как дышать. А ничего не подозревающая девушка, бросила платье на берегу и медленно вошла в воду, наслаждаясь ее прикосновениями. Тяжелые груди заколыхались в такт с волной. Девушка нырнула и скрылась под водой. Вздох разочарования вырвался у Яра. Он мечтал рассмотреть ее всю, а она так быстро скрылась в воде.

Зверь, словно понимая мысли юноши, тоже тяжело вздохнул, прикрывая глаза и вытягиваясь на солнце. Не задумываясь, Яр почесал открывшийся живот. Зверь вскочил, принимая сойку для боя. Яр тоже вскочил, уже забыв о девушке, и копируя стойку животного. Он зарычал первым, заставляя Зверя прислушаться к лидерским ноткам. Яр чувствовал себя зверем, перенимая его повадки, входя в его роль. Яр учился перевоплощению, и тигр снова недоуменно моргнул, принимая первенство более сильного Зверя.

Когда все успокоилось, девушки уже не было. Это вызвало незнакомое чувство разочарования, и странное неудовлетворенное желание внизу живота. Яр поклялся себе, что в следующий раз, он не упустит возможности познакомиться ближе.

А следующий раз не заставил себя ждать. Всю ночь Яр с тигром охотились, страшно хотелось есть, поэтому, когда им попалась молоденькая лань, ни один из них не задумался об этике, когда загонял дрожащую зверушку в угол. Лань тряслась мелкой дрожью, когда тигр и Яр с обеих сторон набросились на нее, вгрызаясь в горло. Теплая кровь хлынула в рот, заполняя Яра радостью удавшейся охоты, наполняя пустой желудок энергией. Потом они полночи тащили тело лани до пещеры, а там, разделив ужин по-братски, каждый занялся своей порцией.

Яру было запрещено пользоваться магией огня, да и огнем пользоваться было тоже запрещено. Его задача перевоплотиться в зверя, чтобы стать своим. Поэтому Яр отрывал зубами жесткое сырое мясо и тщательно пережевывал, смотря, как бледнеют звезды. Лицо, руки, тело — все был залито кровью лани. Яр собрался уже спуститься вниз к озеру, как снова увидел девушку с кувшином, которая, оглянувшись по сторонам, быстро сняла платье и, разбежавшись, нырнула в теплую воду.

Яр не заставил себя ждать. Он передумал сбегать вниз и, оттолкнувшись от скалы, полетел вниз, сливаясь с водопадом, даря себе ощущения чистоты от магии воды.

Вынырнув, он увидел испуганные серые глаза, застывшей девушки. Ничего не говоря, он подплыл ближе, касаясь девушки рукой. Девушка замерла, не сводя с него глаз. Высокая грудь ее вздымалась от судорожного дыхания. Яр опустил глаза, рассматривая грудь. Осторожно провел по ней рукой, чувствуя мягкость и податливость, обвел пальцем темный кружок и посмотрел девушке в глаза. Она выгнулась, прижимаясь к его руке, губы прошептали: «Продолжай!» Он снова начал ласкать грудь, понимая, что это нравится ему все больше и больше. Девушка откровенно прижималась к нему, требуя чего-то большего. Яр подхватил ее на руки и понес на берег.

На берегу он долго разглядывал ее, встречаясь с недоуменным взглядом серых глаз. Он снова провел рукой по груди, чувствуя, как она напрягается, с интересом рассматривая потемневшие соски. Руки его скользнули по плоскому животу, заставляя тот подрагивать в чувствительных местах. Девушка застонала, широко раскинув ноги, а Яр не спешил, все было интересно ему.

Девушка не выдержала и схватила его руку, заставляя опуститься ниже, туда, где было самое сокровенное. Руки Яра уже не останавливались, когда он услышал крик девушки, которая выгнулась, истекая соком.

Он медленно снял штаны и, не отрывая глаз от девушки, лег на нее, придерживая свое тело одной рукой, другая запуталась в длинных, еще не просохших от купания волосах. Они соединились в извечном танце мужчины и женщины, и только тигр внимал их стонам, охраняя сильнейшего.

Долгих три месяца эта женщина принадлежала ему. Ни разу они не обмолвились ни словом, только танец любви соединял их тела, разум же и душа, принадлежали другому миру, другому пространству, другим людям.


Глава 11

Вик очнулся к вечеру. Минут пять он вспоминал свой бред про привидевшегося Светлого, затем поднес к глазам поврежденную руку. Только свежий шрам напоминал ему о ночном приключении.

Вик поднялся и с тихим ужасом посмотрел на клинок. Нож при свете дня казался вполне безобидным, даже камень на рукояти был тусклым и каким-то потертым.

Вик протянул руку над клинком, приготовившись тут же резко убрать ее при малейшей активности артефакта, но клинок молчал, только еле заметный всполох мигнул в камне и тут же исчез.

Вор посмотрел на небо. До встречи с существом, которому нужно было отдать клинок, оставалось каких-то полчаса. Путь до таверны займет пятнадцать минут. Итак, решить, что делать с клинком надо за ближайшие пятнадцать минут. Вик почесал затылок, огляделся в поиске какой-нибудь тряпки, но так ничего и не обнаружив, снова протянул руку над клинком. Клинок шевельнулся и подполз поближе к ноге. Вик отскочил, испуганно озираясь по сторонам, продумывая пути отхода. Клинок замер, как будто, так и валялся в пыли всю жизнь.

«Что делать? Как быть?» — мысли метались в голове Вика, с мгновенной скоростью сменяя друг друга. «Эх, была, не была!» — решился парнишка. Он стянул свою куртку, обмотал ею руку до локтя и потянулся за кинжалом. Рубин призывно мигнул, соглашаясь с его идеей. Осторожно Вик поднял кинжал, держа его на расстоянии вытянутый руки от себя и замер. Ничего не произошло: гром не грянул, небеса не разверзлись, клинок не шевелился. Вик обхватил рукоятку ножа посильнее и попытался замаскировать клинок. Так они шли вдвоем по улице: клинок, который прижимался к руке Вика, отдавая пульсацией крови в сердце вора, и, постоянно оглядывающийся напряженный Вик.

До таверны Вик дошел быстро. Одно желание снедало его — быстрее избавиться от страшного клинка. Вик осмотрелся и сразу же нашел глазами заказчика, который мрачно сидел за дальним столом таверны.

Парнишка быстро прошел до места и опустился напротив странного существа. Руки необычного заказчика были затянуты в перчатки, и нервно барабанили по столу; черный плащ, в который закутался клиент, скрывал его фигуру, ко всем прочему на голову странного незнакомца был натянут глубокий капюшон. Причем натянут так, что лицо утонуло в темноте, не позволяя рассмотреть даже глаза.

Вик вгляделся, стремясь рассмотреть черты лица, но в капюшоне была только черная пустота. Капюшон недовольно дернулся, заставляя вора опустить глаза, и глухой голос произнес:

— Принес?

Вик кивнул головой. Рука в черной перчатке замерла, а потом снова стала отбивать дробь, заставляя нервничать парнишку.

— Покажи, — снова велел странный голос.

Вик вытянул руку, замотанную круткой, на которой уютно спал кинжал.

Заказчик спокойно стянул перчатку, обнажив черную волосатую трехпалую лапу с длинными острыми когтями. Вик вздрогнул, наблюдая за странной рукой. Существо простерло длань над кинжалом, но ничего не произошло. Кинжал спокойно лежал на куртке, не проявляя признаков жизни.

— Подделка? — недоуменно озадачился голос и крепко схватил Вика за руку, протыкая когтями кожу. Вор непроизвольно дернул рукой, отчего куртка слетела с руки, падая на пол, и клинок оказался в окровавленной руке парнишке. Рубин вспыхнул, узнавая хозяина.

Заказчик злобно зарычал, еще сильнее впиваясь в руку мальчишки.

— Ты активировал его, тварь? Значит, ты умрешь прямо сейчас! Клинок должен принадлежать мне и только мне.

И уже другая рука потянулась к горлу вора. Вик вскочил, переворачивая стол на клиента. Уклонился от мимо пролетавшего ножа, и помчался на выход, перескакивая через стулья, столы, ноги, сидящих людей. Погоня не отставала. Краем глаза Вик замечал, что преследователь явно не бежал, а быстро летел, догоняя парнишку. В глубине капюшона сверкнули красные глаза. Вик заорал и припустил еще быстрее.

Вы верите в случай? Или в то, что ваша линия жизни написана в какой-то волшебной книге, и там уже проставлены дата вашего рождения и дата вашей смерти? Конечно же, Вик сейчас меньше всего думал об этом, но видимо в книге жизни и смерти, дата смерти не совпадала с сегодняшнем днем, а может это был просто счастливый случай. Однако все произошло так, как произошло. Столп огня взметнулся из-под ног вора, и Вик очутился в нестабильном портале, который уносил его куда-то далеко за пределы планеты. Странное существо, мчавшееся за ним, осталось по другую сторону портала. Портал как внезапно открылся, так и мгновенно захлопнулся, разрешая пройти через себя только гибкому черноволосому подростку.


Глава 12

Флер лежала на циновке и тихо играла в свою единственную плюшевую игрушку. И хоть ей было уже четырнадцать, она не могла расстаться со своим единственным плюшевым другом.

Временами она представляла, что это сильный конь, который быстро несет ее по полю, а она, раскрасневшаяся от быстрой езды, хохочет в голос, наслаждаясь свободой. Иногда игрушка была страшным волкодавом, который защищал ее черной ночью от самых страшных кошмаров, а иногда — это была мягкая пушистая кошечка, которая терлась об нее своей пушистой шерсткой, требуя ласки и взамен делясь теплом.

Дверь громко ударилась о стену, и в комнату вошел пьяный Натан, до его восемнадцатилетия оставалось три дня. И Флер мечтала о дне освобождения.

В последнее время Натан будто зациклился на ней, заставляя делать ему приятное по три раза за ночь. Он угрожал, что найдет способ забрать ее с собой, а Флер знала, что если это случится, она выпрыгнет из окна.

Вампир завалился на кровать и уставился в потолок пьяными глазами.

— Флер! — позвал он ее.

Девушка тихо вжалась в угол.

— Флер, я сказал, — еще резче проговорил Натан, приподнимаясь.

Девушка обреченно поднялась. Парень не сводил с нее мутных глаз.

— Какая ты красивая, Флер, — вдруг пьяно пробормотал вампир.

Он видел сейчас девушку с распущенными светлыми волосами, стоявшую рядом с окном, откуда лился солнечный свет, освещая хрупкую фигурку, даря волосам сияние, делая девушку волшебной.

— Подойди, — он протянул к ней руку, чтобы коснуться волос.

Флер вздрогнула, прижала руки к груди и медленно подошла.

— Как ты мне нравишься такой, испуганной, вздрагивающей, хрупкой. Разденься, я хочу видеть тебя всю! — приказал вампир, и глаза его обещающе сверкнули.

Флер попятилась, ей казалось, что этот момент не настанет никогда. Три дня! Каких-то три дня ей оставалось дотерпеть до своего освобождения! Она помотала головой и зажмурилась.

Вампир зарычал и взвился на постели, переносясь к ней.

— Раздеться, я сказал, — рыкнули ей прямо на ухо.

Флер пошатнулась, но глаза так и не открыла, еще крепче зажмуриваясь и мотая головой. Она чувствовала присутствие Натан рядом с собой, чувствовала его возбужденное дыхание и не могла поверить, что удача в очередной раз отвернулась от нее.

Вампир распалялся. Его заводил вид испуганной жертвы, ее крепко зажмуренные глаза и стиснутые руки. Поэтому он больше не стал церемониться, он итак долго ждал, когда она подрастет.

Дети из приюта, дети, не знающие родительской любви и ласки, не понимающие, что значит любить и дарить всего себя другому. Дети, для которых боль была признаком того, что они кому-то нужны. Натан не знал другой любви кроме как насилие, да и была ли это любовь?

Он грубо толкнул девушку к постели, заставляя прогибаться в спине, рывком задирая серое платье. Флер уткнулась лицом в грязное покрывало, сжимая зубы, чтобы не закричать от ужаса. Пока длился акт насилия, она все глядела и глядела на желтые обои, представляя себя в цветущем поле, мчащуюся на вороном скакуне, свободную от всего мира.

Натан резко выдохнул, изливаясь, и довольный собой сообщил Флер «радостную» весть:

— Сегодня ночью жду тебя голой в своей постели, поспишь на мягком, — цинично усмехнулся он.

Флер встала, и еле передвигая ноги, улеглась на циновку, прижав ноги к груди. Ни одна слеза не скатилась по впалой щеке.

Эти две ночи прошли для Флер в забытьи, она тихо лежала в постели Натана, с нетерпением ожидая, когда же все закончится. Натан бесился, распаляя в себе ненависть и злость на девчонку, которая лежала бревном, не проявляя никаких эмоций: страха больше не было в этих зеленых глазах, впрочем, как и любви, одно безразличие к нему, ко всему миру.

Натан вскочил с постели, в очередной раз, набрасываясь на Флер с упеком:

— Что ж ты холодная-то такая, тварь? Ты бы хоть пошевелилась что ли? Что не нравлюсь? — орал он, брызгая слюной, пытаясь вывести из себя девчонку.

Но Флер лежала, не закрывая глаза, прямо смотря на потолок и уносясь мыслями на луг, залитый солнцем.

Натан сплюнул:

— Сейчас я тебе устрою, тварь! Сейчас ты будешь стонать и извиваться не только подо мной одним, уж кто-нибудь то точно сумеет тебя завести.

И он выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью.

Флер со страхом села на кровати, притянув ноги к груди, и уставилась на дверь. Она не понимала, что задумал Натан. А Натан не заставил ее долго мучиться неизвестностью. В комнату ввалилась шайка друзей, готовых к новым подвигам и свершениям.

Флер все поняла сразу. Она метнулась в угол, стремясь укрыться от множества наглых глаз, но Натан успел схватить ее за волосы, больно дернуть назад.

— Куда же ты, любимая, — нежно прошептал он, — я тебя не завожу, так вот они смогут.

И он швырнул девушку в ноги хохочущим парням. Как же Флер ненавидела их всех в эту минуту, как же она хотела умереть! Она призывала всех богов, каких знала! Она мечтала о чуде, зная, что его не будет! Она хотела умереть!

Взгляд ее упал на плюшевую игрушку, небрежно откинутую ногой вампира, Флер зажмурилась, представляя, как грозный волкодав встает на ее защиту. Она представляла огромного пса с лоснящейся черной шерстью и перекатывающими мускулами под грубой кожей. Голова пса был настолько большой, что всего обхвата ее тоненьких ручек не хватило бы, чтобы обнять умную голову. Мощные лапы давили на грудь вампира, с силой вминая его черное сердце в ребра.

И тут же за спинами парней раздалось грозное рычание. Все испуганно обернулись. Радуясь заминке, Флер распахнула глаза, и вдруг увидела огромного черного пса из своей мечты наяву, который легко перепрыгнул через головы насильников и встал боком, ограждая ее от них.

Все замерли.

— Это еще что за черт! — воскликнул тонким голосом один из парней.

Зверь моментально повернул голову, обнажая жуткие клыки.

— У этой дуры проснулся дар, — с раздражением ответил вампир, пятясь к двери, — и надо же было придумать образ оборотня, который раньше уничтожал вампиром.

Потом, найдя глазами ошарашенную девушку, ткнул в нее пальцем:

— Это наш не последний разговор!

И он мгновенно выскочил за дверь, еле успевая ее закрыть, когда в дверь ударилось тяжелое тело волкодава.

Утром его забрали в армию. Натан так и не смог войти в свою комнату, вход в которую теперь охранял жуткий пес с умными глазами.

А Флер вздохнула с облегчением, выглядывая из-за шторки, чтобы убедиться, что насильник больше не вернется сюда никогда. В руках она крепко сжимала плюшевую игрушку.


Глава 13

Яр наслаждался домом, солнцем и ничегонеделанием. Таких минут в его осознанной жизни можно было сосчитать по пальцам.

Его день был расписан по минутам: подъем в пять утра, двухчасовая медитация, искусство ведения боя до обеда, двухчасовые духовные практики, искусство ведения магического боя до восьми вечера, двухчасовые занятия с преподавателем рунической магии, два часа на искусство перевоплощение.

Когда он добирался до кельи, в которой только и было, что жесткая узкая койка, да каменный стол для занятий, он не чувствовал своего тела, мгновенно засыпая, даже не успев коснуться головой подушки.

А сейчас у него были неожиданные выходные. Его безумно красивая и такая же хрупкая мама изъявила желание увидеть своего сына. Такие встречи были очень редки, так как доступа маме в монастырь не было. Ее душа принадлежала Темным.

Он скучал по своей маме, когда был ребенком. Скучал по ее звонкому смеху, по ее теплым ласковым рукам, по их совместным посиделкам, но это было так давно. Сейчас он вырос и больше предпочитал общество отца.

Ярослава выбежала встречать сына на порог и не узнала светловолосого мальчугана из ее снов. Перед ней стоял высокий мужчина, который с нежностью и легким превосходством, с высоты своего роста, взирал на хрупкую женщину своими теплыми карими глазами.

Ярослава запнулась, пытаясь поверить в то, что сын ее вырос. Она хотела броситься к нему, обнять как раньше, но споткнулась на середине пути, ощущая исходившую от него мощную энергию Света. Сын не дал ей засомневаться в нем. Он подскочил, подхватывая мать в объятия, и, Ярослава, чувствуя запах своего маленького мальчика со слезами обняла мощные плечи.

— Как же ты вырос, Яр! — выдохнула она, немного успокоившись и уже вышагивая по дороге к дому.

— Мама, мне почти восемнадцать, — заулыбался сын, — где отец?

— Сынок, — и Ярослава машинально потянулась, чтобы растрепать светлые волосы сына, Яр низко наклонился, позволив ей дотянуться до его головы, — он скоро будет. Мы тебя так ждали, — снова расчувствовалась Ярослава.

А сейчас Яр лежал перед огромным бассейном и заставлял себя ничего не делать, наслаждаясь покоем и вниманием. Вокруг него тихо бегали слуги: кто-то ставил зонтик от солнца, чтобы тень падала на Наследника, кто-то под руку подставлял холодный лимонад, зная, что Наследник не употребляет крепких напитков, а кто-то просто подсматривал в щелочку, любуясь, как будто выточенным из камня, телом хозяина.

Яр услышал твердые шаги отца и встал, приветствуя Старшего. С отцом они были близки с младенчества. Они понимали друг друга с полувзгляда, с полуслова. Яр знал, что отец гордится им, как никем другим. А Яр гордился своим сильным отцом! Сын только мог догадываться, с каким трудом его отцу стоило поддержание Равновесия во всей Вселенной. А еще он понимал, что никогда не сможет разочаровать и подвести его. Если с матерью они были как две половинки единого целого: темное и светлое начало, то в отношении с отцом Яр чувствовал себя продолжением дела, который занимался отец.

Когда ему было двенадцать лет, отец официально объявил его Наследником Регора.

* * *

Яр помнил тот день. В первый раз он попал в столицу. Все интересовало его: высокие красивые дома, магазины с чудными вещами, мужчины, спешащие, чтобы пожать ему руку, женщины с интересом разглядывающие ребенка.

Первый раз он спал на широкой мягкой постели, но, не привыкшие к комфорту мышцы, никак не могли расслабиться. Тогда он лег на полу, перед дверью на балкон, чувствуя, как тело обдувает прохладный ветерок. Будучи воспитанником монастыря, он не боялся ни холода, ни жары, умея регулировать температур собственного тела, поэтому такое понятие как одеяло было ему чудно.

Утром он открыл глаза от того, что по комнате в панике носилась Ярослава, разыскивая своего сына. Первым ее желанием было срочно вызвать мужа, что она и сделала, поддавшись накатывающей на нее истерике. Кир мгновенно появился из портала, бережно обнимая мечущуюся по комнате жену, и внимательно обводя взглядом комнату. Присутствие своего сына он чувствовал очень отчетливо, однако тщательно заправленная кровать говорила о том, что на ней тот не ночевал.

Яр потягиваясь вышел из-за шторки. Взволнованная Ярослава налетела на сына с упреком, в голосе ее звенели слезы:

— Яр, милый, где ты был? — воскликнула она.

Яр засмущался, понимая, что напугал мать.

— Мама, — понял он на нее виноватые глаза, — мне было неудобно спать на этой широкой постели, и я пошел на балкон.

Теперь Ярослава с укором смотрела на Кира, словно пытаясь сказать, ты этого хотел добиться, когда отдавал мальчика в монастырь. Но отец только хмыкнул, дружески хлопая по плечу и поддерживая сына:

— Правильно, сынок, нечего привыкать к перинам, еще успеешь.

Потом была суета, где его одевали в неудобные одежды, мучили расчесыванием волос и, наконец, вывели в празднично убранный зал.

По всему залу, на стенах убранных красным бархатом, висели гербы высших аристократических родов. Широкие окна, светлый мрамор пола наполняли воздух ощущением пространства и света. Легкие белоснежные колонны взмывали вверх, звук журчащих фонтанов-раковин услаждал слух.

Отец сидел на высоком троне и улыбался, с гордостью глядя на своего сына, который медленно шел сквозь строй придворных. Яр осознал, что взгляды, бросаемые на него этими нарядно красивыми людьми, напрягают его. Он не чувствовал исходящих от них энергии добра и жизни, он чувствовал только странную заинтересованность именно в нем, в маленьком мальчике, неторопливо приближающемуся к трону.

Сын преклонил колено перед отцом, отдавая дань уважение сильному и мудрому, потом встал с правой стороны, спокойно рассматривая зал. Процедура официального объявления Наследника началась.

Яр подписывал кипу документов, не давая раздражению завладеть его телом. Он устал слушать льстивые речи, устал вдумчиво читать массу документов, где говорилось про его обязанности, устал от своего образа хорошего сына. Но Учитель, встающий перед глазами, давал мальчишке силы продержаться до конца приема.

Уже перед окончанием официальной части, отец подозвал его к себе и кивнул на одну из девочек, скромно стоящую невдалеке и пожирающей его глазами. Он давно уже заметил пристальное внимание к себе это юной особы, но не придавал значения.

Отец, улыбнувшись, поинтересовался:

— Нравится тебе вон та девочка?

Яр равнодушно пожал плечами:

— Девочка как девочка, ничего такого я в ней не заметил, — пробормотал он.

— Я хочу, чтобы ты к ней присмотрелся, — спокойно ответил отец, — возможно, эта твоя будущая невеста.

Яр еще раз более внимательно взглянул на девочку, которая тут же скромно опустила глаза, искоса поглядывая на него.

— Не рано ли, отец, задумываться о женитьбе? — глядя на девочку, спросил Яр.

— В самый раз, — усмехнулся Повелитель, — у Воина Света должна быть достойная жена: сильная, смелая, яркая. А у Кэт есть характер, ее магия огня не даст ей успокоиться и разожжет огонь внутри тебя. И я очень надеюсь, — отец выделил голосом последние слова, — что в будущем, ты обратишь на нее внимание.

Яр только покорно склонил голову, подчиняясь словам отца.

* * *

Отец обнял Яра в знак приветствия:

— Сынок, мама мне все уши прожужжала, как ты вырос. Я думал она немного преувеличивает, а она оказывается даже немного приуменьшила, — рассмеялся отец, задирая голову на высокого сына.

Кир тоже был высок но, как известно, дети всегда перерастают своих родителей.

— Пойдем, я познакомлю тебя с нашим гостями, а потом нам с мамой надо будет поговорить с тобой о твоем будущем.

Кир улыбнулся, ощущая, как волнуется отец.

— Я должен познакомиться с кем-то важным? — кладя отцу руку на плечо и придерживая его спешный ход, спокойно спросил Яр.

Отец смутился. Невозмутимость и спокойствие сына ставили его в тупик. Он не понимал реакции сына на дом, на себя, сейчас он абсолютно не чувствовал своего ребенка.

— Да, сын. Возможно, мы поспешили, но нам хотелось бы познакомить тебе с невестой и ее семьей.

Яр не смог скрыть удивления:

— С невестой? Вы подписали договор без моего согласия?

Отец вздохнул, предчувствуя тяжелый разговор. Только сейчас он стал понимать, что управлять сыном у него не получится: слишком сильный, слишком самостоятельный, слишком уверенный в себе. Перед ним сейчас стоял Воин, а не его маленький наивный сынишка с большими светлыми глазами. Отцу оставалось только надеяться, что, взглянув на красавицу-невесту, Яр изменит свое решение.

— Давай познакомимся сейчас, а все разговоры перенесем на вечер, может быть, твое мнение изменится. Потом помолвки еще не было и мы можем все переиграть, конечно, если ты этого захочешь, — торопливо завершил свою речь Кир.

Кир кивнул, соглашаясь с доводами отца.

Они вошли в дом, и отец подвел сына к красивой семейной паре, рядом с которыми стояла прекрасная девушка. Яр мазанул по ней взглядом, и все внимание перенес на будущих родственников.

Кир представил гостей, обнадеживающе улыбаясь своему другу, которого вдруг смутил серьезный взгляд высокого юноши.

— Яр, познакомься с моим лучшим другом и по совместительству моим Первым советником.

— Максимилан, — кивнул Советник, протягивая руку.

— Я много слышал о Вас, Советник, — дружелюбно ответил ему Яр, — жаль, не приходилось встречаться, надеюсь наверстать это в будущем, — позволил он себе улыбнуться.

По спине Советника холодной струйкой бежал пот. Мальчишка действовал на него странно. Рядом с ним чувствовалась уверенная энергия, которая давила на всех присутствующих, заставляя подчиняться, склонять голову перед великой силой.

Парень перевел внимательный взгляд карих глаз на побледневшую жену. Ее дар был не так велик, как у Советника, поэтому супруга склонилась в низком реверансе, опуская глаза, не выдерживая взгляда спокойных глаз.

— Моя жена, Лиззи, — поспешил представить ее Советник.

Внимание Наследника переключилось на невесту.

Кэт стояла, гневно глядя на Яра, она чувствовала как он специально давил своей силой ее родителей, унижая их, делая их слабее.

Наследник удивленно поднял одну бровь, явно озадаченный ее реакцией, а Кэт выпалила на одном дыхании:

— Вам меня не подчинить, Наследник.

Все в шоке замерли от такого приветствия. А Яр равнодушно пожал сильными плечами и с улыбкой обратился к отцу:

— Вот видишь, отец, как все хорошо решилось. Ни я не хочу ее, ни она меня. Полагаю, быстрая помолвка была бы излишней на сегодняшний момент времени.

Яр еще раз поклонился дамам и отправился к матери, которая с волнением мяла платок.

Кэт растерялась. Она уже давно привыкла себя считать невестой Наследника, ее готовили к этому, чуть ли не с самого рождения. Ее учили быть яркой, сильной, умной, решать самой и подчиняться! Ее учили быть лучшей среди всех!

Губы ее задрожали, а глаза наполнились слезами. Она с недоумением взглянула на Кира словно пытаясь отыскать там объяснение произошедшему, но Кир только мрачно пожал плечами, повторив за сыном его жест, и пригласил всех к столу.

Ужин прошел в молчании, слышался только звук столовых приборов, да судорожные вздохи Кэт, пытающейся держать себя в руках.

Яр всегда ел мало, в монастыре не баловали изысканной пищей, поэтому он, закончив трапезу быстрее всех, исподтишка разглядывал свою невесту, пытаясь определиться с чувствами.

Он обращался к своему подсознанию, задавая себе вопросы: «Нравится она тебе?» Яр задумался, пристально разглядывая Кэт, заставляя ее ерзать под его спокойным взглядом. «Черные волосы, темные глаза, прямой маленький нос, пухлые губки», — анализировал Яр. Взгляд его переместился ниже, на зону декольте, где вздымалась пышная грудь. «Большая грудь, тонкая талия». Яр почувствовал, как отец пнул его по столом, и оторвался от созерцания красной, как рак, невесты.

Яр отвел взгляд и снова прислушивался к своим чувствам. Сердце молчало, не давая конкретного ответа. Разум равнодушно наблюдал со стороны за размышлениями хозяина. «Девушка как девушка, — повторил свои слова Яр, — ничего особенного».

Когда гости ушли, отец недовольно опустился в кресло перед камином, наливая себе выпить.

— Будешь? — предложил он сыну.

Яр мотнул головой:

— Ты же знаешь, что я не пью. Лучше воды, — сказал он, усаживаясь в кресло напротив и задумчиво глядя на огонь.

Огонь из камина потянулся к его силе, ласкаясь как верный пес. Кир усмехнулся, даже его огонь так не любил, как этого светловолосого мальчишку.

— Зачем ты так, сын?

Яр понял отца сразу:

— Не хочу, чтобы за меня решали. Прости. Она не пара мне, — честно сказал Яр.

— Не пара? Почему? — удивился отец, — ты разглядывал ее так, будто через пять минут затащишь ее в постель…

— Я слушал себя, а не думал об утехах, — усмехнулся сын, — мое сердце молчит по отношению к ней. Мои чувства не откликаются на ее совершенную красоту, — констатировал он, предлагая поставить на этом точку.

Кир вздохнул, он понимал, что дальнейший разговор бесполезен.

— Слава, — позвал он жену. И ласково усаживая ее к себе на колени, перешел к главному.

— Помнишь, я рассказывал тебе, как мы с твоей мамой учились в академии «Равновесия» на факультете нападения и защиты?

Кир внимательно взглянул на Яра. Тот кивнул, с удовольствием глядя на мать с отцом, которые даже спустя столько лет, нежно любили друг друга.

— Так вот, — продолжил отец, ласково поглаживая по спине жену, заставляя расслабиться, — тебе скоро восемнадцать. Ты умеешь много, но не знаешь главного, как общаться с обычными людьми, как с ними себя вести, что делать, когда тебя искушают, что делать, когда играют не по правилам. Я бы мог перечислять еще долго, но остановлюсь на главном. Мы с мамой приняли решение отправить тебя в академию.

Яр удивился:

— Но ведь набор в академию уже прошел. Учеба идет уже три месяца.

— Ничего страшного, — обнадежил его отец, — ты давно умеешь то, чему там учат, и учеба не будет тебе в тягость. Твоя задача минимум — подобрать себе команду, с которой ты вступишь на трон Повелителем, и которые будут потом всю жизнь прикрывать тебе спину, а задача максимум — научиться быть Повелителем, научиться понимать поступки несовершенных людей и принимать взвешенные решения.

— Кроме того, — вздохнул отец, возвращаясь к первой теме, — там же учиться Кэт, на факультете «Любовной магии», мы все-таки не теряем надежду, что у вас в будущем все сложится. Присмотрись к ней, внимательно прислушайся к своему сердцу, ее готовили специально для тебя и под твой характер.

Яр кивнул, соглашаясь с решение родителей.


Глава 14

Ящер дожил до восемнадцати: четыре раза был при смерти, тело в шрамах, душа выжжена, но он выжил. В свое восемнадцатое лето Ящер планировал напиться, напиться так, чтобы отключили этот мир хотя бы на сутки. Но планам Ящера так и не суждено было сбыться.

Утром в дверь настойчиво постучали. Ящер открыл глаза и мгновенно включился. Потом не торопясь спустил ноги с постели и прислушался. Настойчивый звук повторился.

— Входите, не заперто, — проорал он, направляясь в ванну.

Дверь отворилась, и в комнату зашел Высший демон, облаченный в черные одежды.

— Ящер? — сухо спросил он.

Ящер кивнул, сплевывая пасту, которой чистил зубы.

— Ваше обучение в академии «Равновесия» факультет нападения и защиты на Регоре полностью оплачено, прошу Вас собираться и следовать за мной. На сборы пять минут, — по-военному четко отрапортовал демон.

Ящер подавился пастой. Он уже и думать забыл об обещании, данном ему два года назад. Засунул это обещание себе в жо… и забыл, не веря ни единому слову. Ан, надо же, не забыли! Понятие Слова у демонов оказывается тоже присутствует. Удивлен, приятно удивлен!

Ящер открыл тумбочку, выгреб оттуда все деньги и документы, аккуратно сложил комплект сменной одежда, забросил сумку за плечо, и вышел за дверь.

Демон одобрительно кивнул, отмечай его пунктуальность. Подошел тренер, чему-то счастливо улыбаясь. Он успел прикипеть душой к этом мощному бойцу, и расстраивался, что его переведут в закрытую школу для взрослых. А тут такая удача!

Поэтому он только громко хлопнул Ящера по плечу:

— Давай, дружище, не подведи нас там! — напутствовал он Ящера, когда тот смело шагнул в гудящий портал.

Территория академии мало изменилась со времен Кира и Ярославы (историю про Кира и Ярослава можно прочитать в романе «Не видишь — закрой глаза»). Все те же темные стены, все те же окна с витражами, только факультетов стало больше, и девушек допустили учиться. Теперь это была не военная академия, а универсальная академия для всех магов, которая объединилась с академией целительства.

Каких только факультетов здесь не было! Престижными для мужчин считались факультет нападения и защиты, факультет четырех стихий и факультет техномагии, для девушек элитным факультетом были факультет любовной магии, факультет целительства и факультет биомагии. Как вы помните, наша Кэт поступила в эту же академию на факультет любовной магии.

Ящер огляделся. С постными лицами на него оборачивались аристократы. До недавнего времени здесь могли учиться только те, кто подтверждал принадлежность к Высшему роду, но с этого года был объявлен экспериментальный набор всех желающих на все факультет с уровнем магии не ниже 80 баллов.

Аристократы кривили нос и не понимали, как они сядут за парты с оборванцами!

Ящер присвистнул, не сводя глаз с проходящей мимо стайки девчонок, которые захихикали, кокетливо бросая взгляды на мощного боевика.

— Не задерживайся, — приказа ему демон, стремясь скорее выполнить свою работу.

Ящер послушно потопал следом. Они поднялись на четвертый этаж административного корпуса. Все этажи были выкрашены в разный цвет, что создавало ощущения праздника. Вот только последний, четвертый этаж был мрачен. Черный цвет деканата нападения и защиты ассоциировался с уверенностью в себе, силой и почему-то дарил спокойствие. Эмблема КРАБа была вложена на стене красными рубинами и таинственно сверкнула при приближении бойца.

— Тебя признали, как своего, — ухмыльнулся демон, кивая на мигнувшего КРАБа.

— А что может такое быть, что и не признали бы? — удивился Ящер.

— Легко, только сильные духом проходят через этот коридор спокойно, тот, кому нужно укрепить дух, безболезненно здесь не пройти, ну и дамам тоже, как бы они не скрывались, после известных событий, — засмеялся боевик.

В деканате Ящера оформили официально, правда получилась заминочка с определением фамилии, но потом все же решили оставить одно имя, так как имя рода Ящер не знал.

Затем Ящеру выдали кучу одежды и отправили заселяться в общежитие. Общежитие он нашел быстро, все по тому же рубиновому КРАБу, да и по цвету общежитие было мрачнее всего, а еще рядом со входом сидели, стояли, прохаживались толпы девчонок, делающих вид, что просто гуляют, и стреляющих по окнам своими красивыми глазками.

«Вот повезло, так повезло», — ухмыльнулся Ящер, окидывая аппетитные фигурки девчонок, которые провожали его заинтересованным взглядом.

Его комната была на втором этаже в самом дальнем закутке. Особых отличий с его комнатой в закрытой школе он не увидел: та же узкая койка, правда двухъярусная, значит, здесь он будет жить не один. Возле окна длинный узкий стол с двумя стульями, два шкафа, темный шторы, светлые стены, полки для книг. Ничего особенного. А да, еще была личная туалетная комната, это хорошо, потому что Ящер любил воду до умопомрачения и мог зависать под душем по два часа.

Насвистывая, Ящер выглянул в окно. Внимание его привлек тонкий, гибкий, небольшого роста мальчишка, которого окружили боевики, тесня к дереву.

Паренек танцевал неизвестный Ящеру танец, изворачиваясь так, что глаз не успевал заметить перемещение тела, вот был он и вот его не стало. «Неплохой воздушник», — подумал Ящер, с интересом наблюдая за представлением. Толпа во дворе все прибывала и прибывала, а парнишка без устали уклонялся от ударов боевиков, которых вся ситуация явно начинала злить.

Наконец, вперед вышел высокий парень, одетый в черную, красиво облегающую статную фигуру, форму. Девчонки завздыхали, томно поглядывая на красавчика. «А вот и местная звезда нарисовалась», — подумал Ящер, наблюдая за сосредоточенным боевиком.

А у того в руках появились воздушные арканы, которые легко спеленали мелкого, крепко привязав того к дереву. Первый удар пришелся новичку в живот, то резко выдохнул, но голову не опустил. Мало того, он еще и посмел нагло расхохотаться в лицо мрачных боевиков.

«Нет, чтобы промолчать, меньше бы получил», — подумал Ящер, уже выпрыгивая в окно и приземляясь рядом с жертвой боевиков.

— Эй, ребята, нечестно, пятеро против одного, да еще и такого мелкого. Я думал, что здесь придерживаются кодекса чести.

— Кодекса чести придерживаются только с честными, — за всех ответил боевик, связавший мелкого, — а вот воров тут учат серьезно, — прямо в глаза Ящера заявил тот.

Ящер растерялся, воров он тоже не любил.

— Та — вор? — прямо спросить он мальчишку с темными глазами.

— Клинок принадлежит мне. Я — его владелец! — смело заявил тот, сверкая глазами.

— Клинок принадлежит роду де Грея. А как я знаю, этот род вырезали вампиры. Двадцать лет как их замок разрушен, а все имущество было разворовано вампирами тогда же.

— А как я знаю, — парировал мелкий, — данный клинок дается в руки только представителю рода, так почему ты сомневаешься, что я не принадлежу к древнейшему роду?

Все кто находился здесь, засмеялись.

— Ты себя видел, оборванец, — и воздушник оглядел мелкого с ног до головы.

Ящер тоже пригляделся, отмечая плачевный вид юноши. Короткие штаны, рваные ботинки, потертая кожаная куртка, надетая прямо на жилистое худое тело. Весело сверкающие черные глаза и длинные темные волосы, закрывающие часть лица. В таком виде предстал пере ними достойный наследник рода де Грея.

Паренек только усмехнулся.

— А ты готов взять клинок де Греев в руки? — вдруг прямо спросил он местную звезду. — Или вы только и смогли, что напасть неожиданно? Развяжите, — потребовал он.

Путы ослабли, и парень вытащил из кожаных потертых ножен клинок, рубин на рукояти тут же ярко засветился, приветствуя хозяина. Он дружелюбно протянул клинок лидеру рукояткой вперед.

— Ну же, — подбодрил вор, — смелее!

Воздушник помотал головой, делая шаг назад.

— Нашел придурка, — заржал он, хлопая мелкого по плечу, — ладно убедил де Грей. Вижу, что клинок твой!

— Так бы и сразу, а то сразу драться, — проворчал де Грей, убирая клинок в ножны.

Потом протянул руку, но не лидеру, ждущему, когда тот представиться, а Ящеру.

— Спасибо, — кивнул он Ящеру, — Вик.

Ящер оторопел. Он привык, что на него смотрят как на вещь, а о признании его как человека, он даже и не думал никогда. Поэтому такой простой жест смутил Ящера.

— Ящер, — хрипло ответил он, вдруг севшим голосом.

— А ты полон сюрпризов, Вик, — снова засмеялся воздушник, — ведь четко знаешь, кто здесь главный, а поступил по-своему. Ладно, уважаю. Андриан, для своих Ри.

— Рад знакомству, Андриан, — сухо ответил Вик, не расположенный сразу приобретать друга.

Потом кинул взгляд на Ящера:

— Покажешь, куда идти?

Ящер подал плечами и кивнул в направлении деканата, очень уж хотелось ему посмотреть пройдет ли мелкий испытание духом.

А Вик прошел мимо КРАБа даже не задумываясь, отсалютовав тому, как старому знакомому. Ящеру парнишка нравился все больше и больше.


Глава 15

После того как у Флер проснулась биомагия, ее больше никто не трогал. Верный пес всегда был рядом, стоило Флер выйти за дверь. Она пыталась представить себе еще какое-нибудь животное, но страх, живший в ней, не давал расслабиться и неизменно черный пес вырастал перед ней при любой попытки.

«Я назову тебя Дар, потому что ты единственный мой подарок в этой жизни», — шептала она, обнимая теплое тело пса. Дар лизнул ее, откликаясь на ласку.

Завтра ей должно было исполниться восемнадцать. Что ждет ее за пределами этого дома, куда ей идти, что делать? Флер сидела в обнимку с Даром на полу и думала.

Дверь приоткрылась и тихий детский голос прошелестел:

— Флер, тебя вызывает директор, без твоего этого, — и дверь закрылась.

Флер вздохнула, поправила светлую косу, посмотрела на старое серое платье, мешком сидевшей на ней и отправилась к директору, размышляя, что восемнадцать ей только завтра, страшась, что выгонят ее за порог уже сегодня.

Она робко постучала в тяжелую дверь. Странно приветливый голос директор позволили ей войти.

В кабинете директора Флер была один раз, когда только-только пришла сюда. Она тут же удивилась, увидев огромный камин с весело потрескивающим огнем, удивилась мягким красивым креслам и пушистому ковру, на который она случайно наступила.

Она тут же сошла на пол, чтобы не марать такую чудесно-красивую вещь, и скромно опустила голову, нервно теребя ткань платья руками.

— Подойди, дитя, — ласково сказал директор.

Флер насторожилась, никто никогда не разговаривал с ней в подобном тоне. Взгляд ее метнулся к двери, словно она собиралась сбежать.

— Не бойся, девочка, — услышала она еще один голос, и поднял глаза, чтобы рассмотреть, кто это может быть.

Перед ней стояла самая красивая из женщин, которых она видела. А виденных дам в ее жизни было совсем мало. Мама Сони и повариха из приюта. Эта женщина не была похожа ни на одну из них. Высокая, стройная, с красивой прической и синими добрыми глазами, она с нежностью смотрела не девочку.

— Подойди Флер, я не обижу тебя, — проговорила она мелодичным голосом.

Флер подошла, на цыпочках ступая по пушистому ковру.

— Меня зовут Тори де Сон, я являюсь деканом факультета биомагии на Регоре. Знаешь, где находится наша академия?

Флер покачала головой. Все что она знала, это деревню недалеко от приюта, где оседали почти все выпускники, не знающие, куда себя деть в этом мире.

— Ну ничего страшного, — ласково продолжила декан Тори, — знаешь зачем я здесь?

Флер снова покачал головой, желая, чтобы этот разговор закончился как можно быстрей.

— Я ищу сильных биомагов, которые умеют создавать зверей из всего, что видят. Та такая? — вдруг сменив тон резко спросила женщина.

Флер снова отрицательно покачала головой.

— Хорошо, — согласилась декан, — покажи мне своего пса, я хочу с ним познакомиться.

— Вам нельзя, — прошептала Флер, опуская глаза и нащупывая во внутреннем кармане плюшевую игрушку, которая стала наливаться теплом, ощущая испуг Флер.

— Почему же? — спросила, улыбаясь, декан Тори.

— Он убьет Вас, — спокойно ответила девочка, впервые встречаясь с серьезным взглядом женщины.

— А ты попроси его не делать этого, я же ничем для тебя не опасна.

И декан, сложив руки на груди, приготовилась смотреть на животное.

Флер вытащила свою игрушку, мысленно предлагая Дару показаться и упрашивая его не обижать эту красивую женщину. Только вот про директора она забыла, полностью сосредоточившись на женщине.

Дар не заставил себя долго упрашивать, он появился внезапно и директор уже лежал на полу, придавленный мощной лапой. А Дар, оглядывался на хозяйку, требуя одобрения.

— Какой красивый пес, — проговорила декан, не спуская глаз с собаки и совсем не обращая внимания на хрипящего под лапой зверя директора.

— Ты умеешь призывать только пса? — уже глядя заинтересованно на девочку спросила дама.

Флер кивнула, мысленно упрашивая Дара, оставить в покое директора. Дар нехотя передвинул лапу и зыркнул строгим взглядом на наставницу.

— Я забираю ее, готовьте документы, — сухо приказала директору магесса.

Потом снова ласково повернулась к Флер.

— Флер, я забираю тебя в академию, мы научим тебя управлять своим даром. Такие как ты редкость, поэтому государство оплатит твое обучение и предоставит тебе работу. Скажи, ты согласна?

У Флер зашумело в ушах, она не могла поверить в то, что слышала. Поэтому просто уставилась на красивую даму, не веря ее словам.

— У тебя есть вещи, которые ты хотела бы взять с собой, — с жалостью оглядывая ее, поинтересовалась декан.

У Флер была только одна вещь, правда с ней она не расставалась никогда: плюшевая игрушка, которая снова оказалась в ее кармане, даря тепло холодной от волнения руке. Поэтому Флер отрицательно покачал головой, боясь, что как только она выйдет из этого прекрасного кабинета, все разом пропадет или выяснится, что она спит.

— Ну и замечательно, — чему-то обрадовалась наставница и, хлопнув в ладоши, активировала портал. — Тогда уходим прямо сейчас.

Она схватила девочку за руку и, не давая той задуматься, шагнула в портал.

Вышли они прямо в деканате, где декан Тори лично приказала оформить Флер. Потом, выгляну в окно со второго этажа, она позвала девушку. В кабинет тут же вбежала Принцесса, но, увидев, Флер сморщила нос, выражая свое недовольство.

— Милена, — одернула декан враз поскучневшую девушку, — познакомься это Флер, она будет учиться на первом курс на нашем факультете. Я прошу тебя, все здесь показать и отвести ее в общежитие устраиваться. И… Милена, если я хоть что-то узнаю….

Декан многозначительно замолчала. Милена поджала губы и кивнула.

— Я все сделаю, наставница, — пообещала она.

Потом, не глядя на девушку, проворчала:

— Пойдем… Флер.

Почему-то Флер показалось, что имя ее было произнесено как самое страшное ругательство.

Милена недовольно проводила Флер к коменданту, которая мельком бросив взгляд на девочку, быстро выдала ей пару темно-зеленых платьев, спортивный костюм, домашний костюм, потом, крякнув от натуги, из загашников достала длинную ночную рубашку и несколько комплектов белья.

— Держи, милая, — с сочувствием сказал костелянша, видя, как бережно девушка прижимает все это богатство к себе.

— Ты что платьев никогда не видела? Вцепилась как в первый раз! — зло буркнула Милена и Флер поняла, что и здесь подружиться с кем-нибудь у нее точно не получится.

Пока шли до общежития, Флер ловила на себе враждебные взгляды нарядно одетых и красиво причесанных девочек.

— Жить с тобой никто не захотел, оборванка — выплюнула Милена, поэтому Тори разрешила поселить тебя одну, жалко, что не на чердаке.

Флер промолчала, не поднимая глаз на девочку. А та вдруг звонко рассмеялась и повисла на шее прекрасной из прекраснейших девочек на свете. Флер смотрела на нее во све глаза и не могла насмотреться.

— Кэт, — визжала Милен, — наконец-то, мы так скучали. Классно выглядишь!

Кэт перевела надменный взгляд королевы на Флер и, брезгливо показывая на нее пальцем, произнесла:

— Это что?

Милена зло расхохоталась:

— А это…. Это оборванка, принятая по экспериментальной программе. Вот веду в ее хоромы, как аристократка одна будет жить, все отказались, боясь заразиться чем-нибудь.

— Ужас, — сморщила свой идеальный носик Кэт и поднесла надушенный платок к носу, будто здесь воняло. — В первый раз так близко вижу чернь.

И она резко взмахнув пышной юбкой отвернулась, потеряв к Флер интерес.

— Короче, ты — Милена тоже сморщила носик, повторив за своим идеалом, — вон видишь зеленое здание с эмблемой пегаса, тебе туда, потом поднимаешься на третий этаж, твоя комната 310. И мой тебе совет, сиди там и не высовывайся. Занятия завтра в восемь утра. Все принадлежности у тебя в шкафу, — быстро протараторила она, убегая за Кэт.

Флер осталась одна. Она огляделась по сторонам, отмечая ровно подстриженную изумрудную травку, кусты цветущих роз, удобные скамеечки в тени раскидистых дубов и даже качель, которую медленно раскачивал ветер.

«Здесь так прекрасно!» — подумала она переводя взгляд на здание, где ей придется жить. Здание было свето-зеленым, нежным, над входом которого изумрудами был выложен красивый конь с крыльями.

Флер подошла, задирая голову, разглядывая прекрасного зверя. «Как бы я хотела уметь создавать таких прекрасных животных», — снова подумала она, разговаривая сама с собой. Конь вдруг моргнул зеленым глазом и приветливо взмахнул крыльями, предлагая ей войти. На всякий случай, Флер поклонилась Пегасу, здороваясь.

Дверь открылась и Флер вошла в широкий светлый холл. Всюду, куда падал ее взгляд, росли прекрасные цветы, в центре холла журчал фонтан, в котором омывал свои крылья гордый Пегас, широкая светлая лестница уходила ввысь.

Флер поднялась на третий этаж и зашла в свою комнату. Она ахнула, когда поняла, что здесь ей предстоит жить. Боясь замарать своими старыми ботинками светлый пушистый ковер, она быстро разулась и пробежала внутрь. Все казалось ей чудом: светлые стены, воздушная тюль на окнах, широкий балкон, огромная круглая кровать. О, Боже, неужели кровати бывают круглыми? Изумрудное, свежевыглаженное белье. Косметический столик с призывно раскрытой шкатулкой, словно приглашающей: «Положи сюда свои драгоценности, детка».

Флер подошла к шкатулке, нежно провела пальцем красному бархату. Единственной ее драгоценностью была плюшевая игрушка, и она, не долгая думая, устроила ее в шкатулку.

— Вот и у тебя появился настоящий дом, Дар, — прошептала она, целуя игрушку в порванный нос.

На столе лежали книги и письменные принадлежности. Читала она, правда, плохо, а писала и того хуже. Но ради того, чтобы здесь хоть чуть-чуть пожить, Флер обещала себе научиться быстро читать и писать. Она погладила дрожащей рукой новенькие тетради. Никогда в жизни у нее не было столько новых вещей, которые принадлежали бы ей одной.

Потом осторожно приоткрыла дверь в ванную и зажала себе рот рукой, чтобы не закричать от восторга. Широкая ванная, больше похожая на маленький бассейн, манила ее своей глубиной. Куча красивых баночек в ряд выстроились, в ожидании, когда их применят по назначению. Флер быстро скинула с себя старенькое платье, аккуратно сложила его и спрятала в шкаф, а потом нырнула в наполнившуюся ванну, ощущая незнакомое ей чувство счастья.


Глава 16

В академии царила паника. Везде, где только можно было наводился порядок: до блеска драили окна, перестирывали шторы, подкрашивали бордюры. Казалось, еще чуть-чуть и пожелтевшую траву начну красить в зеленый цвет!

Все куда-то бежали, сломя голову. Повсюду звучали приказы, двигалась мебель, особенно чистота и перестановки коснулись факультета нападения и защиты. Парни стонали от ежедневных проверок комнат, от ежедневных уборок, проверок и перестановок.

Казалось бы с чего это? А все было просто! Наследник ни с того, ни с сего решил почтить свои велим присутствием сию академии. И даже не почтить, не нанести визит, а поступить на первый курс академии и учиться!!! Учиться как все смертные!

Эта новость обсуждалась на всех факультетах. И сейчас, в столовой гудел рой, обсуждая внезапно свалившуюся на голову проблему.

Ящер сидел с Виком, мрачно пережевывая свой кусок отбивной и вполуха слушал разговор друга со старшекурсником:

— Слышь, Вик, ты когда-нибудь видел, как выглядит этот Наследник, — обратился Андриан к мелкому.

Вик равнодушно пожал плечами, тем самым давая понять, что ему до фени, собственно говоря, как выглядит Наследник.

— Так видел или нет? — настаивал Андиран.

— Откуда? — наконец изумился Вик, — я на Регоре два года, да и то по трущобам в основном, ко дворцу даже близко не подходил. Мне проблемы ни к чему. Сам-то видел, ты ж у нас вроде принадлежишь семейству, приближенных ко дворцу.

Андиран покачал головой:

— Его никто не видел, — таинственно прошептал он, заставляя сидевших за столом придвинуться поближе, а соседние столы замолчать, прислушиваясь.

— Так может он урод или еще что похуже, — раздалось с соседнего стола. Все сразу зашикали на говорившего.

— А вот за такое, — Андриан поднял палец, заставляя всех замолчать, — за такое сразу убивают кстати, — спокойно закончил он.

— Короче так, — и Андриан встал, чтобы его видели все, — урод он или не урод, это мы скоро узнаем, но раз нам здесь теперь втирают, что мы все равны, — и Андриан бросил взгляд на Ящера, который тут же расправил широкие плечи, — то предлагаю Наследника испытать!

Столовая загудела мужскими голосами, предлагая, как можно испытать Наследника и показать, кто кого еще бояться должен. Большинство сидящих здесь были боевиками еще с рождения, каждый был уверен в своей силе, каждый хотел занять лидирующие позиции. Факультете воспитывал будущих командиров, поэтому людей, которых стремились к подчинению здесь априори не было никогда! Мужчины готовы были подчиняться авторитету: не тому кто сильнее или умнее, а именно тому, кто вызовет всеобщее уважение, доказывая поступками возможность управлять ими! Вот как раз авторитета у Наследника не было.

И вообще про него мало, что знали. Пресса выдавала только сухие факты, типа Наследник подписал официальный документы престолонаследования, или Наследнику скоро достигнет своего восемнадцатилетия, но ни одного факта из жизни Наследника никто так и не знал, впрочем как не знали, как он выглядит, чем увлекается, с кем он дружит. Это вызывал неимоверный интерес к таинственной личности!


Не только парни обсуждали своего будущего Повелителя! В рядах девчонок был переполох. Срочно все занялись улучшением своей внешности, факультет любовной магии просто атаковали желающие улучшить свой цвет волос, цвет глаз, а кому-то необходимо было, и поправить фигуры. В магазинах с большой скоростью исчезали новинки платьев, туфель, сумочек. Скупалось все!

Флер уже более-менее освоилась в академии. Она по-прежнему была одна, девчонки шарахались от нее как от огня. Поэтому она, наверное, одна-единственная, кто не принимала участие в ажиотаже, с нетерпением ожидая приезда таинственного Наследника.

Она все так же тихо сидела на верхнем ряду в полном одиночестве и радовалась своему счастью: чистой одежде, красивым тетрадкам, и ….полному одиночеству. Как же хорошо, что никому нет дела до нее и никто не цепляется к ней, заставляя реагировать на ситуации. Она была счастлива в своем одиночестве.

Внизу, у доски, в окружении почти всех девчачьих факультетов стояла Кэт.

— Кэт, ну скажи, какой он? — канючили девчонки на разные голоса.

Кэт помолчала минут пять, словно вспоминая что-то очень важное, а потом выдала:

— Яр? — девчонки с благоговение вздохнули, Кэт может так просто обращаться к Наследнику, — нууууу, — протянула она, — звенящая тишина наступила в аудитории, — он — красивый, — быстро закончила Кэт.

— А правда, что вы помолвлены — пискнула мелкая рыжая девчушка с факультета целительства.

Кэт нахмурилась, она до сих с трудом переживала ту сцену, где Наследник так легко отказался от нее.

— Нет, — недовольно сказала она, — у нас просто подписан договор, что меня рассматривают и готовят, — она выделили последнее слово, — как жену Наследника, — но я оставила за собой право пока не соглашаться на помолвку. Вдруг Наследник мне не понравиться, — задрала нос повыше Кэт.

Все посмотрели на Кэт с уважением. Вот это сила воли! Практически отказаться от Наследника, чтобы дать себе свободу! Вот это Кэт!

В аудиторию стали заходить парни, некоторые лекции шли для общего потока, поэтому народу в такие моменты набивалось в зал неимоверно, и только рядом с Флер пустовало место, как будто она прокаженная.

Ящер с Виком уселись на свои обычные места, привычно разглядывая девчонок и думая каждый о своем. Они вообще друг с другом разговаривали мало, но и молчать им было вместе тоже было комфортно, хотя смотрелись они странно: здоровый зеленокожий верзила и юркий, жилистый, маленького роста Вик. Но почему-то никому не хотелось смеяться над этой странной парой.

Вошел преподаватель, и лекции по истории планет началась. Спокойно звучал голос педагога, слышалось шуршание переворачиваемых страниц, иногда шепот, уставших адептов. Флер, высунув язык, старательно записывала, стремясь успеть за быстро говорившем преподавателем.

Внезапно преподаватель замолчал, переговариваясь с кем-то по внутренней связи, потом кивнул головой, вышел из-за стола и встал, уставившись на дверь.

Все с интересом наблюдали за странным поведением учителя. Дверь открылась и, стремительной походкой в аудиторию вошел ректор, за ректором, ничуть не смущаясь тысячи глаз, зашел светловолосый парень, уже облаченный в форму факультета нападения и защиты.

Ректор прокашлялся, интуитивно стремясь встать подальше от Светлого.

А Вик и Ящур одновременно вскочили со своих мест, узнавая спасителя из своих снов. Или все же не снов?

Яр перевел взгляд на вскочивших и улыбнулся веселой задорной улыбкой, приветствуя знакомых.

Ректор снова прокашлялся, яростно моргая глазами ребятам, нарушившим дисциплину. Вик и Ящур сели, теперь уже настороженно разглядывая друг друга.

— Хм, — торжественно начал ректор, — хочу представить вам адепта первого курса факультета нападения и защиты, Яра Кирдана Вернера. Прошу любить и жаловать, — ректор замолчал, оттирая рукой вспотевший лоб.

Потом, словно вспомнив о важном незаконченном деле, кивнул преподавателю и выбежал за дверь.

В аудитории повисла тишина, даже полет мухи теперь слышался отчетливо, все молчали, молчал и Яр, позволяя себя разглядывать. Первым нашелся преподаватель:

— Яр, присаживайся, где тебе удобно, а мы, с твоего позволения, продолжим.

— Моего позволения продолжить Вам не нужно, учитель, — уважительно раздался голос с легкой хрипотцой, — я такой же адепт, как и все здесь сидящие.

Он заметил Кэт, которая радостно вскочила, поймав его взгляд и призывно махая рукой, приглашая сесть к ней. Но Яр только улыбнулся ей, как старой знакомой и легко поднялся наверх, на свободное место рядом с Флер.

Флер тоже с интересом рассматривала Наследника: «Красивый, сильный, рядом с таким, наверное, спокойно», она не думала о Наследнике, как о мужчине. Вообще все мысли о мужчинах Флер запрятала далеко внутрь и мечтала эту жизнь прожить одна, ни с кем больше на разделяя ложа. Сама мысль об отношениях с мужчиной была ей противна до тошноты.

Когда Наследник прямиком направился к пустующему месту, первой ее реакцией было вскочить и уступив ему все парту, встать возле окна, не привлекая к себе внимание.

Яр страх девушки почувствовал уже на середине пути. Он с удивление вгляделся в тонкие нежные черты, и сердце его пропустил удар. Это было как удар по дых. Перед ним сидело Солнышко, маленькое теплое нежное Солнышко: светлые волосы, кожа такая тонкая и прозрачная, что, казалось, видно, как тонким венам бежит кровь, хрупкая и испуганная. Защитить, укрыть, успокоить — было первым желанием Яра. Его самого изумили такие чувства, но он только ускорил бег, чтобы не позволить девушке встать.

Теплая рука накрыла худенькую ручку Флер, удерживая ее от перемещения. Флер замерла, чувствуя, как в нее вливается теплая уверенная сила и спокойствие сильного мужчины. Она не сводила глаз с сильной натруженной руки с длинными пальцами и боялась, что сейчас он уберет эту руку, оставив ее в одиночестве.

— Привет, — улыбнувшись, прошептал Яр, так и не убирая руку, словно чувствуя ее желание подольше погреться в его силе.

— Здравствуйте, — еле слышно ответила девушка, боясь встретиться с глазами Наследника.

— Замерзла? — спросил Наследник, не сильно сжимая ледяную руку Флер.

Руки у Флер сколько она себя помнила всегда были холодными, да и по-настоящему согреться ей редко удавалось, поэтому она удивилась вопросу Яра. Она подняла голову и хотела ответить, но вдруг увидела взгляд Кэт, полный холодной ярости. Флер резко выдернула руку и отодвинулась как можно дальше.

Яр почувствовал сильное разочарование, когда девчонка вырвала свою маленькую ручку. Ему хотелось прижать ее к себе и согревать ее своим телом и душой, пока маленькая снежная королева не отогреется и не довериться ему полностью, но девушка резко отодвинулась, определяя границу своего личного пространства.

Он снова посмотрел на нее:

— Я — Яр, а тебя как зовут?

— Флер, — одними губами произнесла девушка, быстро бросив испуганный взгляд в сторону Кэт.

— Можно я буду звать тебя Фло? — спросил Яр.

Флер кивнула, желая, чтобы он уже замолчал и отстал от нее навсегда.


Глава 17

Как только закончилась лекция, масса желающих решили изъявить свое почтение Наследнику. Аристократы Высших родов тут же окружили Яра, принимая его в свой мир.

Кэт была тут как тут, она собственнически повисла на руке Яра, представляя ему знакомых. Тех, с кем дружила всю жизнь, тех, с кем немало было развлечений на балах и после.

Яр держался со всеми спокойно, не дружелюбно, нет, а именно спокойно и как-то равнодушно. Он просто кидал внимательный взгляд на представляющего, потом сухо кивал и переводил взгляд на следующего. Ни одному он не подал руки, ни одному не улыбнулся. Внимательный взгляд карих глаз и кивок — вот и все, что пока досталось Высшим.

С другой стороны, он был в этом мире богатых людей, наделенных властью, своим: манеры, наклон головы, жесты — все говорило о том, что с кровью матери был впитан этикет поведения. Вот и с Кэт Яр держался холодно и немного отстраненно. Убрав ее руку с локтя и извинившись, что опаздывает на следующую пару, Яр кинул быстрый взгляд на место, где он сидел, но тоненькой девочки уже не было там и, по всей видимости, давно.

«Интересная реакция на незнакомую девушку!» — уже привычно разговаривая со своим вторым я, анализировал Яр. Он поставил перед своим мысленным взором двух девушек: яркую, смелую Кэт в открытом платье и тихую, испуганную, незаметную Фло. Глядя на Кэт, сердце молчало, спокойно отсчитывая удары один за другим, но как только он переводил взгляд на другую картинку — сердце замирало, пропускало удар и начинало биться быстрей, разгоняя в крови огонь и дикое желание защищать. Вот только защищать от чего или от кого, Яр не понимал.

Следующая пара была на полигоне, и Яр соображал, как туда пройти быстро и желательно незаметно, поэтому он свернул на черновую лестницу, надеясь, что там никого не окажется, и он выйдет прямиком к черному выходу на улицу.

На лестнице было темно и Яр чертыхаясь перепрыгивал с ступеньки на ступеньку. Громкие раздраженные девчачьи голоса заставили его притормозить.


Флер, как только лекция окончилась, быстро сбежала, боясь, что разговорчивый Наследник еще что-нибудь спросит ее. Она тихо сидела в аудитории, дожидаясь следующей лекции, когда в дверь влетела Милена. Найдя ее глазами, Милена подошла, резко дернула ее за руку, заставляя встать и роняя тетрадки на пол.

— Ты… идешь за мной тихо и без криков, — прошипела она, больно сжимая руку.

Для Флер эта боль была привычной, поэтому она покорно поплелась за Миленой, предполагая, что сейчас будет. Уж она-то отлично умела читать по глазам, жестам и даже по интонации, что ждет ее впереди. Сидящие девочки молча опускали глаза, делая вид, что ничего не понимают.

Милена притащила ее на черновую лестницу, где мрачно поджидала Кэт с подругами. Толкнула ее в центр мгновенно сжавшегося круга, Милена присоединилась к подругам. Флер опустила глаза и прижала тонкие руки к груди, твердя про себя, что все проходит и это пройдет.

— Нет, ты посмотри на нее, — начал Кэт, — бедная овечка. Смотри в глаза, оборванка, — закричала она, распаляясь.

Флер подняла на злую Принцессу огромные глаза, посмотрела минуту и снова опустила, моля, чтобы все скорей закончилось.

— Если ты, — и Кэт больно толкнула Флер на Милену, — хоть раз, — подруга грубо передала эстафету следующей, — посмотришь на него..

Флер толкали друг к другу как мячик, стараясь побольнее задеть, ущипнуть, или толкнуть. Флер молчала, твердя про себя «только бы не упасть», она знала, что стоило упасть, и ее раздавят, как котенка.

— Заговоришь с ним, дотронешься до него, тебе не жить!

И Кэт больно ухватила ее за косу, заставляя смотреть на себя.

Откуда-то сверху раздался спокойный голос, и ощущение защищенности накатило на Флер так неожиданно, что ее ноги подогнулись, и она упала, больно ударившись коленями

— Кэт? Что здесь происходит? — мрачно сказал Яр, разрывая круг взбешенных красавиц и входя в него.

Кэт замерла, не в силах пошевелиться, она чувствовала, как Яр давит на нее силой, заставляя отвечать. Мозг взорвался болью, и Яр ослабил хватку.

— Яр, дорогой, мы просто разговариваем! — нервно рассмеялась она. — Маленькие женские секретики.

И она наклонилась, желая помочь Флер подняться, но… не успела.

Яр уже склонился над мгновенно сжавшейся девушкой. Он присел на корточки, обеспокоенно заглядывая ей в лицо.

— Фло? Ты не ушиблась? Тебя обидели? — спросил он, желая только одного, обнять это хрупкое тело, прижать к груди и унести подальше из этого темного коридора.

Но как только он протянул руку, чтобы помочь Флер подняться, она резко отскочила от него, чуть снова не упав, и быстро замотала головой, прикусывая губу до крови:

— Все хорошо, Наследник. Мы… Мы просто разговаривали! Не надо… не надо со мной больше общаться, пожалуйста, — и она умоляюще посмотрела на него своими большущими глазищами.

Яр растерялся:

— Хорошо, Фло, как скажешь. Может тебя проводить?

Флер еще отчаяннее завертела головой, зажмурив до боли глаза, мечтая только об одном, чтобы он отстал от нее навсегда.

— Извините, — прошептала она, — мне надо идти.

И бросилась вверх по лестнице.

Кэт тоже спохватилась:

— Ой, и мы опаздываем на пару. Правда, девочки?

Яр перевел на нее тяжелый взгляд, и Кэт сразу стало не по себе:

— Хорошо, пусть девушки идут, — разрешил Яр, — а ты — останься.

Кэт кивнула девчонкам, разрешая оставить ее одну, и перевела испуганный взгляд на Яра.

Яр сделал шаг по направлению к девушке, заставляя ее упереться в стену спиной и, подойдя близко, как только позволяли приличия, тихо сказал:

— Если ты или твои подруги обидят эту девушку словом или делом, — он поднял ее лицо, заставляя смотреть в свои глаза, в которых горел мрачный огонь, — боюсь, тебе придется несладко. Я понятно изъясняюсь, Кэт?

Кэт шумно сглотнула и кивнула головой. Вот сейчас было страшно, действительно страшно. Вроде парень как парень, а она чувствовала, что он может уничтожить ее одной только силой мысли.

Она подняла на него глаза и вдруг засмотрелась на мужественное лицо:

— Какой ты красивый, — неожиданно для самой себе выдала она.

Ее рука потянулась к его лицу, желая прикоснуться и ощутить нежность кожи.

Но Яр резко выпрямился, не позволяя ей дотронуться до него.

— Я все сказал, — поставил он точку.

Ее рука бессильно упала, так и не прикоснувшись к желаемому.

Яр повернулся и вышел во двор, мелькнул свет, и снова стало темно.

А у первого курса факультета нападения и защиты шел урок боя на коротких мечах.

— Запомните, — вещал тренер, — как только ваш магический резерв будет исчерпан, в ход пойдут мечи, и тут выигрывает только тот, кто мастерски владеет этим видом оружия. Поэтому быстро становимся по парам и берем мечи.

В руках Ящера два коротких меча смотрелись маленькими ножиками. Он неуклюже попытался провернуть их вокруг, видимо, наблюдая раньше за кем-то, кто умел делать это, явно лучше него. Меч со звоном выпал из неуклюжей лапищи.

Вик расхохотался:

— Ящер, твои мечи ну очень грозно выглядят, встань-ка вот в такую позу.

И Вик продемонстрировал, грозно скрестив мечи перед Ящером.

Ящер не улыбнулся:

— Мелкий, сам-то умеешь драться на мечах.

— Не-а, — весело ответил тот, наблюдая как аристократы, привычно разминаются, — это удел Высших.

— Вот и покажем себя сейчас, как лошары, — пробубнил Ящер. Выглядеть хуже других, он точно не любил.

— Да ладно тебе, — нетерпеливо подскакивая на месте, ответил Вик, — научимся. Ты лучше скажи, что тебя связывает со Светлым?

— А тебя? — вопросом на вопрос ответил Ящер.

Но Вик так и не успел ответить. Тренер приказал строиться, окинул взглядом Ящера, хмыкнул, потом почесал в затылке и изрек:

— Ладно, ты — зеленый, сегодня с такими потренируешься, на следующее занятие закажу тебе что посерьезней. Бой! — крикнул он.

Вик с Ящером встали друг напротив друга, поглядывая по сторонам, что делают другие. Потом аккуратно скрестили мечи, не понимая, что нужно делать и снова остановились.

За спиной раздался спокойный голос:

— Два меча нужны для того, чтобы одним защищаться, а вторым нападать. Защита выполняется той рукой, которой удобней, а атака — оставшейся.

Яр подошел к ним, забирая мечи у Ящера и принимая стойку.

— Не старайся бить двумя мечами одновременно, — как будто так и надо, продолжил он, — лучше по очереди, их так труднее отбить. Рекомендую для начала освоить ножницы.

И он скрестил два меча, предлагая Вику ударить.

— «Ножницы» нужно учиться ставить под любым углом.

И он снова кивнул Вику, разрешая нападать.

Яр не обращал внимания, что в зале снова стояла тишина. Боевики замерли, наблюдая, как Наследник обучает рвань.

— Наследник, — раздался звонкий голос одного из боевиков, — а со мной сразишься, я — лучший в этом деле.

Наследник медленно обернулся, находя глазами осмелевшего.

— Конечно, Норд, давай сразимся, — согласился он.

Норд уставился на Наследника обалдевшим взглядом. Его представляли сто двадцать каким-то, и он не сомневался, что Наследник не только не запомнил его имя, но и не знает, как Норд выглядит.

Яр вышел в центр полигона, приглашая Норда на бой.

Норд сразу же сделал ставку на отходы с контратакой, таким образом, заставляя Наследника постоянно атаковать. Его целью было просто измотать, дабы реализовать преимущество в скорости и точности против уставшего противника. Скорость удара и скорость реакции Норда была ориентирована не на контратаку, а на встречную атаку, атаку на опережение. И тем самым Норд просчитался.

В любом бое можно повернуть средство противника против него самого, ибо благодаря двум мечам Яр сумел ответить на контратаку «контратакой», тем самым, заставляя открываться и сбиваться с привычного ритма. Не прошло и пары минут, как легкие мечи были выбиты у Норда, заставляя того шипеть от боли.

— Неплохо владеешь мечами, — похвалил его Наследник, кланяясь, будто отдавая дань его умению.

А Норд почувствовал себя сопливым мальчишкой рядом с Светлым, он смутился и тоже повторил поклон, опуская глаза, признавая сильнейшего.

Яр вернулся к паре Ящер-Вик, наблюдая, как те старательно отрабатывают «ножницы».

— Каждой утро в семь часов, я жду вас здесь. Будем отрабатывать приемы владения мечами, — после долгой паузы, произнес он ребятам. — Кстати, как вас зовут? — улыбнулся он, открываясь навстречу двум друзьям.

Они ответили почти одновременно, называя имена.

— Как рука Вик? — спросил Яр, кивая на правую руку парня, тем самым подтверждая сомнения Вика, что они точно виделись раньше. И что это был не сон.

— А, зажило давно, — отмахнулся Вик, радостно улыбаясь Яру, как старому знакомому.

— Классно дерешься, — хлопнул Яр по плечу Ящера, — потренируешь?

— Кто? Я? — изумился Ящер. — Тебя?

Яр кивнул, подтверждая свои слова:

— Нас с Виком, — снова усмехнулся он.

— Ну, тогда не жалуйтесь, — пришла очередь ухмыляться Ящеру.

Он уже представлял, как будет тренировать Светлого.


Глава 18

Следующее занятие снова было совместным. «Искусство перевоплощения» было необходимо как биомагам, работающих над созданием зверей, так и боевикам, потом этих зверей укрощающих. Драконов на всех не хватало, да и подчинялись они только семейству Повелителя.

Флер тихо сидела на своей галерке и мечтала о будущем, что скоро она научится создавать любых зверей, потом откроет свою лабораторию, где начнет выращивать необычных и очень красивых животных, который будут гулять у нее в зоосаду.

Но ее мечты неожиданно прервали. В аудиторию вошел Наследник и адепты взволнованно зашумели. Некоторые приглашали Наследника присаживаться рядом с собой, но тот только отрицательно качал головой, поднимаясь все выше и выше.

Когда он становился рядом с Флер, она подняла на него взгляд зеленых глаз, словно спрашивая, что он здесь забыл. Это было ее место и никто, никогда не садился рядом, потому что она была безродной. Чтобы потом не смущать Наследника, она набралась смелости и выдохнула:

— Вы знаете, лучше со мной не садиться.

— Почему? — изумился Яр.

Флер смутилась.

— Ну… я сирота, из приюта… у меня нет рода, только имя, — стала перечислять она общепонятные факты.

— А только поэтому, — выдохнул Яр, усаживаясь и доставая тетради, — ты — хорошая, мне спокойно с тобой, маленькая. Разреши я останусь?

Ручка, выпавшая из вмиг ослабевших рук с громким стуком покатилась по ступеням, изумленная Флер только кивнула, разрешая. В голове у нее быстрой чередой проносились мысли: «Сам Наследник спросил моего разрешения? Я не ослышалась? Как он назвал меня?» Она не видела, как аристократы стали подниматься на ступеньки повыше, подсаживаться поближе, чтобы быть рядом со своим кумиром. А кумир снова поразил всех. Когда он увидел, что в аудиторию входят два друга — боец и вор — он привстал и крикнул:

— Вик, Ящер, идите сюда, здесь отлично все видно.

Парни ухмыльнулись, рассматривая вытянувшиеся лица высшей знати.

Вик уселся с правой стороны Флер, потеснив ее поближе к Наследнику, Ящер занял все оставшееся место.

«Конечно, он большой, ему надо много место» — уважительно думала Флер, еще ближе придвигаясь к Наследнику. В первый раз сидеть в такой тесноте с мужчинами, которые ничего от нее не требовали, было для Флер необычно. Никто не пытался ущипнуть ее, собственнически придвинуть к себе, облапать грудь. Кроме того, с ней даже попытались по-человечески заговорить:

— Меня зовут Вик, — представился мелкий черноволосый парнишка.

— Ящер, — как из трубы пробубнил голос, — будет кто обижать, обращайся, — тут же продолжил он.

И Флер, не веряще выпучила глаза, рассматривая огромного мужчину, предложившего ей свою защиту. Со страхом думая, что он потребует взамен.

Яр, почувствовав, как напряглось тело девушки, мгновенно отреагировал?

— Фло? Он напугал тебя?

И Яр с предупреждением посмотрел на Ящера, который так и не понял, что он такого сделал.

— Ты только скажи, и он тут же извиниться, — продолжил Яр, явно ожидая от нее ответа.

— Не нужно меня защищать, я не готова, я не хочу… — начала Флер и тут же сбилась. На нее непонимающе смотрели три пары мужских глаз.

Флер предприняла попытку номер два:

— Я хочу принадлежать только себе и у меня есть защитник… — она снова оглядела изумленную троицу, не понимая, что она делает не так.

Первым дошло до Яра, он сглотнул, еще раз внимательно посмотрел на нее и, наконец, сказал:

— Флер, тебя никто здесь не обидит. Давай просто дружить.

Ящер и Вик радостно закивали, даже не представляя, что могла пережить девушка, если на обычное предложение о защите, она думает черт знает что.

А Флер никто и никогда не предлагал дружбу. Она не умела дружить и даже не знала, как это дружить, а еще она не знала, как себя вести с мужчинами.

— Я не умею дружить, — тихо пробормотала она, снова опуская взгляд.

— Научим, — весело проговорил Вик, чувствуя в ней ту же кровь улиц, которая была у него.

Так началась эта странная дружба.

Теперь Флер редко бывала одна. Большую часть свободного времени она проводила с крепко сдружившейся троицей боевиков. Правда больше слушала, чем говорила сама.

На всех переменах, когда она выходила из аудитории, она заставала одну и ту же картину: трое абсолютно разных боевиков, сидели на подоконнике, поджидая ее. «Что связывает их друг с другом?» — иногда задавал себе вопрос Флер. Да и многие в академии озадачивались этим вопросом, почему Наследник больше никого не приблизил к себе? Почему только с этими он открыт и весел, тогда как с остальными сух и равнодушен?

Наследник же и приучил их к своему распорядку дня. Теперь Флер поднималась в пять утра и шла на медитацию. Медитация ей давалась хуже всего, потому что внутри нее была одна чернота, и как Яр не объяснял, она не смогла обнаружить хоть капельку света. Что хорошего она могла вспомнить за всю свою жизнь? Все самой лучшее началось только совсем недавно, и Флер мечтала выкинуть все воспоминания из прошлой жизни. Яр, наблюдая за стараниями девушки, наконец, сжалился.

— Садись напротив меня, — попроси он ее.

Флер села, старательно закрыв глаза.

— Дай руки, — услышала она спокойный голос. Яр теперь знал, что Фло не любит, когда к ней прикасаются, но хотел научить ее расслабляться.

Флер помедлила, отдавая руки в плен теплых ладоней.

— Расслабься, Флер, почувствуй меня, — голос Яра дарил ощущение безопасности, — начни с наших рук.

И Флер сосредоточилась на руках, которые крепко держали ее ладошки в своих. Она почувствовала, что теплый волны передаются ей от парня и бегут по венам вверх, прямо к сердцу, согревая руки, живот, холодные ступни и поднимаясь вверх по позвоночнику. Мурашки удовольствия побежали по ее коже.

Затем вдруг она оказалась на высокой горе, крепко прижатая к твердому телу Яра.

— Смотри, — шепнул ей Яр, и она даже почувствовала, как его дыхание колыхнули волосы, — это мой мир. Я люблю горы, и сейчас здесь просыпается солнце, — и он чуть повернул ее, направляя взгляд на солнце, окрасившее верхушки снежных гор в розовый цвет.

Ей не было страшно, хотя они стояли на самом краю. Внизу тоненькой ниткой бежала быстрая горная река, лес казался игрушечным, а облака наоборот большими и пышными. Казалось, подними она руку и можно будет дотронуться до них.

— Как красиво! — восхитилась она.

— А теперь ты покажи мне свой мир, — попросил Наследник, — не бойся, я удержу, — сказал он, почувствовав, как напряглось ее тело.

И в сознание Яра ворвался мир боли и насилия, не видела Фло в своей жизни ничего красивого, нечего ей было показать ему, только темную комнату с рваными обоями. Обоями. И Флер переключилась на них, показывая Яру ту полянку, куда она уходила, когда ее насиловал Натан. Только на поляне теперь она была не одна и полянка совсем не выглядела такой живой, как горы Яра. Но Яр вдруг отпустил ее, оставив ощущение пустоты и прохлады, и вошел в ее мир осматриваясь.

Звуки леса вдруг ворвались в сознание Фло, где-то защебетали птицы, легкий летний ветерок растрепал ее волосы, цветы качнулись ей навстречу. Она не понимала, как Яр сделал это, но теперь ее маленькая полянка больше не напоминала обои, это был настоящий мир, их мир.

— Иди сюда, маленькая, — позвал он.

И Фло доверчиво сделала шаг вперед, протягивая свою руку.

— У тебя красивый мир, хочешь побыть здесь одна?

Флер представила этот мир без него и поняла, что она столько была одна, что сейчас ей совсем не хотелось, чтобы он ушел.

— Нет, останься, пожалуйста, — сказала она.

И тогда Яр просто улегся на полянке, закинув руки за голову и рассматривая ярко-синее небо. Флер тихо сидела рядом, наслаждаясь спокойствием и безопасностью.

Эту медитацию она запомнила на всю свою жизнь, и, хотя теперь по утрам в путешествие на поляну отправлялась Фло одна, но каждый раз хотелось его попросить отправиться снова с ней.


После медитации парни занимались искусством боя, а Фло сидела, пытаясь запомнить движения. Ей тоже хотелось научиться так драться, но она боялась попросить.

Сегодня очередь обучать искусству боя была Вика. И он демонстрировал свой танец двум изумленным боевикам. Они никак не могли взять в толк, как получается у гибкого мальчишки, так быстро уходить с места удара и оказываться в другом месте. Вик терпеливо повторял:

— Други, просто используйте магию воздуха. Она вам помощник в этом деле.

И Вик плавно и медленно продемонстрировал, как надо делать. Он призвал ветер, который как коконом облепил тело вора, заставляя того пластично выгнуться под нереальным углом и тут же перенесен в направлении, которое он задал вслух.

И вот, если у Яра хоть чуть-чуть получалось переместиться, то Ящер матерился во все горло, призывая ветер и крутясь, как уж на сковородке.

Это было так смешно: огромное, мощное тело Ящера, то скручивалось по диагонали, а потом не могло раскрутиться, то выгибалось под прямым углом, так, что можно было пересчитать все ребра, но ни перемещаться, ни пластично выгнуться у того не получилась. И Флер, увлекшись этим необычным танцем, вдруг захлопала в ладоши и захохотала.

Впервые услышав ее смех, парни замерли и переглянулись друг с другом. Сколько смешных историй было рассказано ими, чтобы рассмешить из царевну Несмеяну, сколько мягких игрушек и красивых конфет было подарено, а оказывается всего-то надо было Ящеру вывернуться наизнанку и фокус удался!

Поэтом Ящер зарычал, подхватывая невесомое тело, и подкидывая легкую девушку в воздух:

— А ну иди сюда, маленькая. Сейчас посмотрим, как у тебя получиться делать то, что никогда не делала.

Фло вначале растерялась, но чувствуя себя в больших руках друга игрушкой, вдруг со страхом обхватила массивную шею и уткнулась в могучую грудь.

Теперь растерялся Ящер. Он неумело погладил девушку по светлым волосам и аккуратно поставил на землю, не разжимая ее рук.

— Я опять тебя напугал, да, маленькая? — виновато спросил он.

Но, когда увидел ее смеющиеся глаза, снова зарычал, пытаясь поймать смеющуюся девушку, которая спряталась за спину Яра. Яр преградил путь Ящеру, не давая тому добраться до Фло. Началась потасовка, в центре которой мелькала светлая коса. Она могла бы продолжаться и дольше, если бы не звук колокола, который звал на завтрак.


Глава 19

Пока они шли на завтрак, Вик уговаривал Фло пойти к нему учиться танцу ветра, Фло только улыбалась и отнекивалась:

— Ну, Вик, посмотри на меня, — смеялась Фло, — я такя неуклюжая, что не то что танца ветра станцевать не смогу, но и обычного танца никогда не выучу.

— А вот мы с обычных танцев и начнем, — вмешался в их диалог Яр, — как ты собираешься идти на день адепта, где будут танцы? Потом, научившись танцевать, ты быстрее поймешь, чего ждет от тебя стихия воздуха.

Флер смутилась, почему-то только Яру она не могла смотреть в глаза, а когда слышала его голос, обращенный к ней, то вовсе замолкала, не зная, что сказать.

— Какой день адепта, — пересилила она себя, — я не пойду ни на какой праздник, я не хочу, — уже лепетала она, избегая теплых карих глаз, которые внимательно смотрели на нее.

Ящер опустил ей свою тяжелую руку на плечо:

— А со мной пойдешь? — загрохотал он. — Я тоже не умею танцевать, так что учиться будем оба. Тебя будет учить Яр, а меня Вик, да, Викуся, — уже заржал Ящер, пытаясь игриво стукнуть мелкого по заднице, однако рука его так с мягким местом друга и не встретилась. Вик стоял в другой стороне и игриво хлопал черными глазками.

— Конечно, милый, — прогнусавил он, с поклоном открывая дверь в столовую.

«Вот как они могут так дурачиться, — думала Фло, — и почему я не могу ничего ответить на их шутки?»

Ребята усадили ее занимать место, а сами бросились на штурм очереди. Они знали все предпочтения Фло, тем более, что предпочтения были без изысков. Фло всегда ела мало, но больше любила овощи, чем мясо.

Дверь столовой снова шумно распахнулась, и в нее вошел помощник ректора, приглашая за собой толпу ребят, одетых в военную форму.

— А здесь у нас столовая, — продолжил видимо давно начатую экскурсию помощник ректора. Ребята шумно оглядывались, возбужденно обсуждая академию. Фло с интересом посмотрела в их сторону и встретилась со жгучим взглядом темно-серых, почти черных глаз Натана. Они уставились друг на друга так, как будто видели призрака.

Внезапно Натан сорвался и, перепрыгивая через столы и стулья, бросился к ней. Флер замерла, не понимая куда бежать и что теперь делать, а вампиру хватило нескольких секунд, чтобы очутиться возле нее и сильно схватить за плечи, разворачивая к себе.

— Флер, не может быть? Это ты? — выдохнул парень.

Флер отрицательно помотала головой, словно пытаясь сказать, что «нет, меня здесь нет, и никогда не было». Но Натану уже было все равно, что она ответит. Он узнал ее, да и не мог не узнать. Сколько бессонных ночей он провел, думая о ней, мечтая о ней. Только мечты о светлой, неземной девочке помогли ему выжить в этой кровавой войне. Давно он поклялся себе, что найдет ее, и вот судьба смилостивилась к нему, давая ему шанс исправить все, что когда-то было между ними.

Он привлек к себе девушку и поцеловал так, как давно мечтал, нежно, пылко и извиняюще. Флер не откликалась. Она все так же сидела, не произнеся ни слова, руки ее безвольно упали вдоль тела, а губы были крепко сжаты, не позволяя Натану углубить поцелуй.

Внезапно Натан почувствовал, как сильные руки поднимают его вверх, отрывая от той, которую он нашел. Сильный удар заставил его отлететь к стене и принять защитную стойку.

— Еще раз подойдешь к ней, убью, — услышал он спокойный голос и, наконец-то, разглядел осмелившегося поднять на него руку.

Прямо напротив него, оперевшись на стол рукой, в обманно расслабленной позе, стоял высокий светловолосый парень, глаза которого сейчас искрились странным золотым светом. Вся столовая переводила взгляд с одного на другого, сравнивая и поражаясь их странной похожести и непохожести одновременно.

Они были одного роста и комплекции. Натан за время войны возмужал и с угловатого жилистого подростка превратился во взрослого мужчину с жесткими чертами лица. Он раздался в плечах и еще больше вытянулся, серые глаза смотрели внимательно на мир, отмечая всю ситуация в целом, прямой тонкий нос, плотно сжатые губы и высокие скулы подчеркивали мужественность парня, а широкий, давно заживший шрам, пересекал всю левую половину лица, делая его еще больше неотразимым. Сила лилась через него и эти сила была равна силе Наследника.

Яр, разглядывая Натана понимал, что перед ним не простой парень. Он чувствовал силу, которая умела и любила убивать, в то время как его сила была направлена защищать и оберегать. Хотя, пожалуй, сегодня, он смог бы и убить. Убить только за то, что этот парень напугал его Фло, за то, что смог прикоснуться к ней так, как Яр только мечтал, боясь спугнуть нежную душу.

— Командир, что на тебя нашло? — пошли выкрики из отряда военных.

— Ан, разделай ты этого молокососа, чтобы неповадно было, — звучали голоса.

За спиной Яра встали Ящер и Вик, всем своим видом показывая, кто тут хозяин положения. А два парня: Светлый и Темный сверлили друг друга взглядами, не уступая ни в чем. Наконец, Ан решился. Он протянул руку Яру первый и представился:

— Нат Ан Дарк, я — командир 21 отряда 129 дивизии. За отличную службу мой отряд и я были награждены учебой в стенах Академии Равновесия. И да…., - он кивнул на Флер, — это моя девушка.

— Яр Кирдан Вернер, — представился Яр тоже полным именем, — приветствую тебя Темный Принц на территории Регора, рад, что воссоединился с семьей. Но…… - и он тоже кивнул на молчавшую Фло, — эта девушка будет твоей только если сама этого хочет.

Ан вспыхнул, глаза его мрачно сверкнули. Отец не одобрит драку с сыном Повелителя Регора, да и связываться с Светлым не очень хотелось сейчас, еще не совсем он отошел после тяжелого ранения, которое получил в схватке с черными оборотнями, до сих пор фантомные боли преследовали его, а правая рука неожиданно отказывала в нужный момент.

Он бросил взгляд в сторону Фло и зло приказал ей:

— Флер, придешь сегодня в 213 комнату, нам надо поговорить.

Потом развернулся и молча вышел.

Фло не верила своим глазам, только-только все стало налаживаться и вот он, самый страшный кошмар ее жизни.

Пока он разговаривал с Яром, Фло во все глаза рассматривала знакомое лицо. Он возмужал, раздался в плечах, и поседел. Не было у него этой белой пряди, которая сейчас бросалась в глаза и выбивалась из мрачного образа Темного, как не было того ужасного шрама, которое перечеркивал всю левую половину лица, делая его взгляд хищным, а улыбку — страшной. Шрам уходил далеко вниз, за воротничок формы. Она так же отметила, что военная форма шла ему. Широкий ремень, на котором висел клинок, подчеркивал тонкую талию, несколько эмблем на груди, перечеркнутых черной молнией, говорили о совершенных им подвигах. Скольких он убил? Скольких он спас? — пронеслось в голове у Фло. Затем ее мысли переметнулись на Принца Темных, что там говорил Яр, что Натан теперь — Принц Темных. Но как такое возможно?! Она услышала приказ вампира и вздрогнула.

Подошел Вик и дружески сжал ее руки:

— Не бойся, маленькая, мы тебя в обиду не дадим. Может, передумаешь по поводу танца ветра?

Фло подняла взгляд на Вика, и утвердительно кивнула:

— Да, я должна научиться защищать себя, — твердо сказала она скорее себе, чем ему.

Яр поставил поднос на стол, улыбнулся, щелкнул по носу Фло и весело спросил, тщательно скрывая свою тревогу за нее:

— Ты правда знаешь Ана?

— Ана? — переспросила Фло, пытаясь понять, о ком говорит Яр

— Ну, парня, который вел себя слишком дерзко по отношению к тебе.

— Да, я знаю его, мы из одного приюта. Просто там его звали Натан.

Яр успокаивающе погладил ее по руке, согревая теплом:

— На самом деле имя его при рождение Нат Ан. И как я понял, все знают его как отчаянного Ана, он — действительно хороший командир, не раз выводил свой отряд почти без потерь. У парня странная история, — продолжил Яр, накладывая Флер овощей. — Восемнадцать лет назад у Светлых пропала Принцесса, которую они, кстати, до сих пор не потеряли надежды найти ее, но тогда разбираться никто не стал. Светлые решили, что Принцессу выкрали Темные, и в отместку, Светлые выкрали Принца Нижних миров, которому на то время было четыре года. — Яр оглядел внимательно слушающих друзей, — Светлые сказали, что вернут Принца только при условии, что Темные отдадут им Принцессу. Но у Темных Принцессы не оказалось, или они еще тогда убили ее, не знаю, короче меняться Темным было не на что, а Светлые встали в позу и так запрятали Принца, что Темные смогли отыскать его только тогда, когда вихрь энергии смерти смел, окруживших отряд Ана черных оборотней, правда, Принц к тому времени практически умирал, опустошая свой магический запас во благо Родины.

— Флер, — и Яр осторожно взял руку вздрогнувшей девушки, — тебя никто не обидит, ты только не молчи.

Яр боялся, что девушка снова уйдет в себя. Сейчас у нее был тот же вид, как и до их знакомства: безысходность царила в зеленых глазах, а желание уйти в себя, и немедленно закрыться в своей комнате, чуть не было озвучено самой Флер, но она решительно мотнула головой, прогоняя сомнения, и твердо сказала, удивив тем самым своих друзей:

— Я должна научиться защищать себя, вы поможете мне в этом?


Глава 20

Ан валялся на кровати в шикарной комнате общежития. Какая ирония судьбы! Теперь он, бедный сирота, живет на одном этаже с богатенькими и не знающими бед аристократами, и они кланяются и улыбаются ему, как самому важному человеку в мире. А ему до фени! Ему просто нужно его девочку, которая волшебным образом оказалась тут! Как? Каким образом? Он до сих не мог поверить, что нашел ее!

Он помнил тот день, когда ей исполнилось восемнадцать. Они были в окружении, небо заволокло дымом пожаров. Тот пятачок земли, который все еще был их, сокращался с огромной скоростью, было такое чувство, что черные нашли портал и лезут через него всей стаей. Отряд держал оборону, а он улыбался и поглядывал на прорывающее синее небо сквозь гарь пожаров и думал, что бы он подарил ей в этот день.

Ан вспомнил ее единственную плюшевую игрушку, которую она крепко обнимала, когда спала. Да, иногда он разглядывал, как она спит. Он никогда и никому бы не признался в этом, хотя, появись она здесь и сейчас, он бы сказал все.

Ему нравилось, смотреть на нее, когда она спала. Во сне она была открытая и доверчивая, мягко улыбалась и никогда не хмурилась. Эта морщинка между бровей, эти упрямо сжатые губы! Как хотел он повести пальцем, чтобы они разгладились, как хотел он тогда, чтобы и ему она улыбалась так, как во сне.

Она мерзла всегда, он это помнил, как помнил и то, что укрывал ее своим драным одеялом, а рано утром снимал, чтобы она ничего не подумала. Какой он был дурак!

Да, он хотел ее! Хотел до боли, до дрожи в руках! И он взял, что хотел, потому что считал, что все мужчины поступают так, а удел женщин только терпеть! Другой любви он не знал! Только потом он понял, что не нужна ему была она растоптанная, он хотел, чтобы не тело ее принадлежало ему, он хотел ее душу, а может быть он всего лишь хотел, чтобы она улыбалась ему, как во сне. Улыбалась на его кровати, в его объятиях, бежала к нему и улыбалась! А она! Она каждый раз растаптывала его мечту, стиснув зубы и, окаменело, принимая его ласки.

Ан вскочил и нервно заходил по комнате! Бесит! Тогда, думая, что скоро умрет, он понял, что жалеет. Жалеет, что ушел так и не сказав о своей любви, жалеет, что был груб, сейчас было бы все по-другому. Он никогда бы не обидел ее, такую светлую, хрупкую, нежную. Он любил, как мог, как умел, а она не поняла, не приняла!

Он все изменит! Теперь, когда жизнь дала ему второй шанс! И никто, никто не посмеет встать на его пути!

Его девочка!

Он посмотрел на часы! Вечер, а робкого стука в дверь он так и не слышит! Где же тебя носит, чертова девчонка!? Ан со всего размаху стукнул кулаком в стену, натянул рубашку и отправился на поиски своей непослушной девочки.

А Флер танцевала. Друзья увели ее на поляну, где Яр показал три простых движения вальса. Первым движения начал повторят Ящер. Фло всегда поражалась, как в таком огромном теле, столько гибкости и откуда берется плавность движения. Она смотрела на вальсирующего Ящера и понимала, что у нее-то получится точно. Вик подхватил Ящера за руки и они закружились в танце, подыгрывая друг другу.

— Ящер — ту же метаморф, ну давай сообрази мне какую-нибудь девушку, — ныл Вик, задирая голову на Ящера, — у меня скоро все желание пропадет, только подумаю с кем танцую.

— Я учу мужскую партию, — солидно отвечал Ящер, — а дама у нас сегодня ты, прогибайся, давай, — не соглашался Ящер.

— Ай, ты мне спину сломаешь своими лапищами, — орал Вик.

Фло так засмотрелась на друзей, что пропустила момент, когда к ней подошел Яр. Он склонил голову в поклоне и протянул ей руку:

— Разрешите Вас пригласить, леди.

Фло, как всегда смутилась. Она подняла на него зардевшееся лицо и тихо спросила:

— А что я должна сделать?

— А ты, маленькая, — улыбнулся Яр, — должна элегантно присесть и согласиться.

Флер так и сделала. Она кивнула Яру, разрешая ее пригласить, и сильные руки парня обняли ее за талию, привлекая к себе.

— А разве обязательно так близко? — смущаясь и стараясь отодвинуться, снова спросила Фло.

— Это — вальс. Танец любви, — просто ответил Яр, чуть ослабляя захват. — Не бойся мен, ничего не будет, если ты не захочешь.

Яр смотрел ей прямо в глаза, словно хотел сказать что-то еще, но Фло быстро отвела взгляд и сказала:

— Хорошо, давай танцевать.


За этим занятием и застал их Ан. Он вначале смотался в общежитие, где жила Флер. Правда, пришлось припугнуть чуть старушку, которая вначале не хотела его пускать, а потом и говорить, где живет его девочка. Потом без стука ворвался в ее комнату, а там была пустота. Ее не было! Нигде! Он даже в шкаф заглянул, чтобы убедиться, что она не спряталась там от него! А девчонки нигде не было. Черт! Он вышел на балкон, и перед ним открылась идиллическая картина. Эти придурки танцевали на поляне под тихую музыку. Он где ей сказал быть! А она вместо этого обжимается со Светлым и улыбается ему! Улыбается!

Пелена гнева закрыла глаза Темного.

Он перемахнул через перила балкона и оказался на поляне.

— Я где тебе сказал быть! — услышала Фло злой голос Ана.

Она вжала голову в плечи и инстинктивно прижалась к Яру. Тот притиснул ее к себе, закрывая руками, обнимая так, чтобы Фло почувствовала себя в безопасности.

Темный налетел на него без предупреждения, отшвыривая девчонку, как котенка, вкладывая в удар всю свою темную силу. Ветер завыл в кронах деревьев. Черные тучи стали скапливаться на небе, поблескивая молниями.

Они дрались молча и жестоко. Ни один не проронил ни слова, ни один стон не сорвался с губ.

Фло подняла умоляющие глаза на Ящера, прошептав:

— Останови их, они убьют друг друга!

Но Ящер только покачал головой:

— Это их бой, маленькая!

Первым пришел в себя Яр.

— Стой! — властно приказал он, окутывая светлой магией Ана, не давая ему возможности сделать ни одного движения. — Ты хочешь обострения ситуации, Равновесие итак хрупко в этом мире, если сейчас победит один из нас, Равновесие будет нарушено! Ты этого хочешь?

Ан мотнул головой, слишком хорошо он знал, что такое война!

— Я опускаю тебя, но ты должен запомнить, нам нельзя драться! — продолжил Яр.

— Хорошо, Светлый, отпускай! — прорычал Ан, не спуская глаз с Фло. — Я не трону тебя, но и ты не трогай ее! Это моя девочка! — и глаза Ана опасно сверкнули, выдавая весь пожар, который творился в его груди.

— Флер, я сказал нам надо поговорить! Иди сюда!

Фло уже сделала шаг вперед, когда была остановлена Ящером. Он аккуратно задвинул ее за свою широкую спину, потом сложил руки на груди и усмехнулся, глядя в отчаянные глаза Ана:

— Хочешь говорить, говори при нас. Наедине, пока я не пойму, что ты не опасен для нее вы не останетесь.

Жажда убивать проснулась в Ане. То, что давно принадлежит ему, ему недоступно. Он со всего размаха ударил в ствол дерева, оставляя кровавый след, выпуская всю злость наружу, и вдруг спокойным голосом сказал:

— Хорошо. Я потанцую здесь, с ней, вы не возражаете?

И Ан окинул всю троицу злобным взглядом.

Яр занервничал, он понимал, что ничего не может сделать этому Темному, но как же он сейчас хотел его убить. Просто взять, подойти, пережать сонную артерию и… Яр повторил жест анна, ударом снеся кору дерева, обнажая светлый ствол, оставляя кровавый следы.

— Хорошо, танцуй, — согласился Яр, — но только если она не против.

И все уставились на Фло. Как же сейчас хотелось ей очутиться в своей комнате, как хотелось избежать взглядов трех, ожидающих от нее решения, пар глаз, как же ей не хотелось танцевать! Но что-то заставил ее выйти из-за надежной спины Ящера и присесть в реверансе, склоняя светлую голову, пряча испуганные глаза.

Властные руки привлекли ее к себе. Фло замерла, натянувшись, как струна, и стараясь чуть отодвинуться. Но горячие сильные руки прижимали ее жесткому телу.

— Девочка моя, — вдруг вздохнул Ан, утыкаясь ей в волосы, вдыхая из аромат, — девочка моя, как ж скучал.

Первые секунды он ощущал только ее запах, только ее тело, но постепенно приходило осознание, что она пытается отодвинуться от него, что тело ее напряжено, губы плотно сжаты и между бровей пролегла знакомая морщинка.

— Флер, — простонал он тихо, низко наклоняясь к ней, медленно ведя в танце, — не бойся меня, девочка, прошу.

Флер вздрогнула и отстранилась, желая, чтобы этот танец, наконец, закончился. Она так и не смогла пересилить себя и посмотреть ему в глаза.

Ан, чувствуя в своих руках напряженное тело девушки, видя ее опущенный взгляд, осознавая, что во всем виноват сам, вдруг тихо опустился на колени, обнимая ноги Флер, прижимая к ее коленям лицо, с силой сжимая платье:

— Флер, прости меня, Флер.

Мужественный солдат, прошедший немало битв, сейчас стоял, склонив голову перед хрупкой девушкой со светлыми волосами и ждал… ждал прощения или дальнейшего ада.

А Фло не смогла простить, не в этот раз. Она подняла руки, чтобы прикоснуться к его волосам, но так и не смогла заставить себя дотронуться до него. Развернувшись, она быстро пошла прочь, а потом и вовсе побежала, не оглядываясь.

А на поляне, подняв голову к вновь нахмурившему небу, хохотал Темный, продолжая стоять на коленях и призывая дождь на раненую душу.


Глава 21

Яр бросился за Флер, которая бежала, куда глаза глядят, лишь бы подальше от Ана. Он пугал ее своей непохожестью, своими странными словами и не менее странными поступками. Слезы и начавшийся дождь заливали ей лицо.

Она споткнулась и была подхвачена теплыми сильными руками.

— Куда ты, маленькая? — услышала она уже ставшим родным голос Яра.

Она обернулась и уткнулась в сильную грудь парня, сотрясаясь в рыданиях.

— Ты плачешь? Не надо, — и Яр нежно взял в свои руки ее заплаканное лицо, а Фло все всхлипывала и всхлипывала не в силах сдержать градом катившиеся слезы.

Яр что-то проговорил и вдруг начал быстро целовать ее глаза, лоб, нос, щеки. Теплые губы нежно коснулись горячих губ Флер. Оба замерли, не в силах отодвинуться друг от друга. Поцелуй Яра словно спрашивал разрешения, нежный, тихий, он едва касался ее губ, а Фло стояла, закрыв глаза, и впитывала в себе это новое ощущение нежности.

Такими и увидел их Ан. Парень и девушка близко стояли друг к другу, руки Яра нежно обхватывали лицо Фло, губы их соприкасались. Плечи Темного окаменели, желваки заиграли на скулах, рука сжалась в кулак, но он заставил себя сдержаться, воспринимая увиденное, как наказание.

— Яр, — окликнул он Светлого, — нас срочно вызывают на Совет.

Говорил он Яру, но в глаза смотрел почему-то Флер, словно пытаясь что-то прочесть в них, словно пытаясь найти ответ. Фло опустила глаза, не выдержав отчаянного взгляда Темного, и услышала его глухой голос:

— Так легко ты от меня не избавишься, Флер.

«Как невовремя» — подумал Яр, с неохотой отпуская от себя девушку. «Как вовремя», — думал Ан, пропуская в портал первым Яра.

Наследник Регора и Темный Принц одновременно шагнули в распахнувшиеся перед ними двери. Зал заседаний сегодня был полон. Во главе Совета сидел Кирдан. Увидев сына, он только кивнул, отмечая, что заметил его присутствие.

По правую руку от Кирдана важно восседали Светлые в нарядных белых одеждах, расшитых золотом. По левую руку в традиционном черном сидели Темные. Не было только третьей противоборствующей стороны — стаи черных оборотней, но по-видимому сюда их никто и не приглашал.

Между Светлыми и Темными в середине войны был объявлен нейтралитет, когда верхушки осознали, что несет за собой победа Темного или Светлого начала. И только Черные оборотни не собирались сдаваться, приглашая наемников с разных планет.

Кир поднял руку, привлекая к себе внимание:

— Итак, все в сборе. Давайте начинать. По просьбе Светлых, мы собрались сегодня, чтобы обсудить важную новость. Мы слушаем вас Ворд.

И Кир передал слово главе делегации Светлых — Ворду. Тот явно нервничал. Прежде чем начать речь, он залпом выпил стакан воды, потом помолчал минут пять собираясь с мыслями и, наконец, произнес:

— Моя дочь жива.

Он снова оглядел зал и торжественно пояснил:

— Принцесса Света жива!

Все разом заговорили, обсуждая услышанное. Кир снова поднял руку, устанавливая тишину:

— Вам известно, где она, Ворд?

— В том-то и дело Кирдан, если бы мне было известно, где моя дочь, я бы не сидел здесь, радуясь доброму известию. Мы знаем только одно, всплеск ее магии произошел где-то на Регоре. И как только Светлая сила станет в ней активна, мы сразу поймем, где она. Но поймут это и Темные, и Черные, — и Ворд бросила угрожающий взгляд на Темных.

— А как только они поймут, они захотят завладеть Принцессой, поэтому я попросил Вас, Кирдан, собрать здесь нас всех, чтобы договориться.

Теперь возбужденно зашумели Темные, не давая продолжить разговор. Дарк — Властелин Темных, произнес:

— Когда-то, мы пытались доказать вам, что похищение Принцессы не наши рук дело, но вы не поверили нам, почему же сейчас вы решили, что мы сможем договориться?

— Потому что мы хотим предложить вам, — и Ворд замолчал, пристально глядя на Ана, — так вот, мы хотим предложить вам выход из казалось бы безвыходной ситуации.

И Ворд снова замолчал, видно было, что слова давались ему с трудом:

— Мы хотим, чтобы наши семьи объединились. Мы предлагаем вам Принцессу Света, как невесту Темному Принцу, тем самым мы заключаем перемирие, Равновесие восстанавливается, и уже двумя силами мы берем Принцессу под охрану от Черных.

Повисла гробовая тишина. Сказанное произвело эффект разорвавшейся бомбы и только громкий стук упавшего стула, привел в себя членов Совета. Все посмотрели на вскочившего Ана.


Уже многим позже Ан сидел с отцом и пытался объяснить тому, что браку не бывать никогда.

— Отец, я не могу пойти навстречу Совету. Я не могу жениться на Принцессе, как бы мила она не была, — громко говорил Ан.

Отец недовольно хмурился:

— Ан, я не пойму причины отказа. Если ты влюблен, то возьмешь ее себе в любовницы. Здесь никто не спрашивает, чего ты хочешь. На кону стоят судьбы многих миров. Своим отказом — ты не только обидишь Светлых, своим отказом, ты поставишь под удар Вселенную.

Ан застонал, обхватывая голову руками:

— Я совсем потеряю ее, отец, пойми.

— Ты — Принц и этим все сказано, — грозно прервал его отец, — завтра будет подписано брачное соглашение и твоя подпись будет стоять там, хочешь ты того или нет.


В это же время приблизительно такой же разговор состоялся между Киром и Яром.

— Сын, Принцесса Света где-то совсем рядом, и твоя задача найти ее, но… не влюбиться.

Яр засмеялся:

— Отец я уж влюблен, боюсь, Принцессу придется добиваться Принцу.

— Яр, — прервал его отец, — я не шучу, в предсказании четко говорится, что ты полюбишь Принцессу, и тебе придется отказаться от своей любви. Так вот, Яр, что бы ни случилось, но тебе придется отказаться от Принцессы во имя мира. Осознай это и смирись!

Яру стало не по себе, звучавшие слова отца вызывали тревогу и заставляли душу метаться в поисках выхода.

— Хорошо, отец, я тебя понял. Ты знаешь, что ради мира, я пойду на все.

Кир налил себе вина и выпил одним залпом:

— Я не сомневался в тебе сын.


Яр вышел из покоев отца и направился к себе, размышляя о предсказании. Может быть, он знает Принцессу или когда-то ранее встречался с ней. Домыслить ему не дал Темный, который, сложив руки на груди, мрачно смотрел на небо, стоя у одного из окон.

— Меня ждешь? — поинтересовался Яр.

Ан мотнул головой, соглашаясь:

— Выпить есть? — глухо спросил он.

— Не пью, но места знаю, — ответил Яр.

— Покажешь? — поинтересовался Ан.

Так два соперника оказались за одним столом, всем известного паба.

Ан заказал сразу две бутылки самогона и, не дожидаясь закуски, разлил его в два стакана.

— Давай, за мою женитьбу, — усмехнулся он.

— Хороший тост, — согласился Яр.

Ан тут же вспылил, схватив Яра за рубашку и подтаскивая его к себе:

— Если ты думаешь, что так легко избавился от меня Светлый, то ты ошибаешься. Флер как была моей, так моей и останется.

— Тогда за правильный выбор, — усмехнулся Яр, отталкивая от себя Ана.

Сколько Ан выпил под конец, никто уже не считал. Миллион раз они начинали говорить о Фло и тут же замолкали, так ни о чем и не договорившись. Только вот ситуация у Ана была тяжелее, поэтому домой на себе его волок Яр.


А Флер скучала по Дару, он был ее единственным другом, ее единственным защитником, единственным, с кем она могла быть сама собой.

Но ее сразу предупредили, что вызывать зверя можно лишь на практических занятиях, и если она пока не может удержать, рвущуюся наружу силу, то лучше Дара закрыть в зверинце, где проживали звери тех, кто еще плохо владел своей силой.

От зверинца Флер сразу отказалась, представив свободолюбивого Дара в клетке. Ей казалось, что поместив Дара в зверинец, она смертельно обидит его. Поэтому теперь, Фло с нетерпением ждала практики, чтобы встретиться с другом, обнять его мощное тело и снова почувствовать себя под защитой.

Ни Яра, ни Ана не было уже неделю. И Фло успокоилась, снова наслаждаясь общением с Виком и Ящером. Вик теперь обучал ее танцу ветра. И еще чуть-чуть и она сможет похвастаться Ящеру своим умением. А пока она бежала на практику по укрощению своего Дара.

Практика проходила на большом полигоне, где одновременно занимались несколько факультетов. Факультет нападения и защиты отрабатывал щиты, поэтому боевиков заставили создавать и удерживать щиты над девушками с факультета биомагии.

Девочки настраивались вызывать своих питомцев, игриво поглядывая на парней. Взгляд Флер упал на Ящера, который весело подмигнул ей, заставив на миг улыбнуться.

Тут же на полигон высыпали девчонки с факультета любовной магии, все как на подбор стройные, красивые, нарядные. Только им разрешалось носить любые платья, делать любые прически, краситься, как им нравится, потому что любовная магия отрабатывалась всегда и везде, будь ты дома, на улице или на лекции. Увидев боевиков, красотки сразу оживились. В парней полетели заинтересованные взгляды, смешки. Хор нестройных приветствий раздавался повсюду.

Флер достала старую игрушку и нежно погладила ее.

— Фу, это что за разносчик насекомых, — раздался противный голос Милены, — немедленно выбрось.

И она ударила по руке Флер, выбивая игрушку. То ли пес, то ли конь, то ли кошка высоко взлетела вверх, вдруг на мгновение, закрыв солнце. И вот уже взлетала старая драная игрушка, а приземлился огромный мускулистый пес, который встал боком, отодвигая Фло от толпы. Все ахнули. Такого сильного, мощного, дикого зверя не было ни у кого.

Неожиданно прямо в центре удерживаемого боевиками щита, раскрылся портал и два наследника темной и светлой силы вывались оттуда, над чем-то громко смеясь и зажав в руке полупустую бутылку явно не компота.

— Упс! — произнес Ан, разглядывая всех присутствующих, — а мы на практику, — пояснил он, — а тут девчонки, — это он пояснил уже Яру.

Яр кивнул, подтверждая слова Ана, что они прибыли как бы учиться, а может, подтверждая, что здесь действительно девочки. Он тоже оглядывался по сторонам, пока его взгляд не упал на Дара.

— Вот это да, — восхитился он, направляя голову Ана на мощного зверя.

А вот Зверь и Темный сразу узнали друг друга. Их глаз встретились всего лишь на миг, но этого хватило Дару, чтобы мощным прыжком преодолеть расстояние и вцепиться огромными зубами в правую руку Ана, который только и успел, что выставить блок. Ан побледнел и перевел взгляд на Фло. Девушка растерянно смотрела то на Дара, то на Ана.

— Отзови его, — приказал Ан, глядя в изумрудные глаза девушки.

Фло подняла дрожащую руку к губам, словно собираясь что-то сказать, но ни одной дельной мысли не пришло ей в голову. Раньше Дар не нападал ни на кого, и как отозвать его она тоже не знала.

Она смотрела расширившими от ужаса глазами на темную кровь, струящуюся по руке и капающую на песок. Песок темнел и быстро впитывал кровь, как будто хотел напиться, но не мог.

— Флер, если он тебе дорог, отзови, иначе я убью его, — снова глухо повторил Ан, стараясь не морщиться от жуткой боли в поврежденной руке, и еле сдерживаясь, чтобы не совершить еще одну ошибку, убив пса, и тем самым навсегда лишить себя доверия Флер.

Фло почувствовала, как теплые руки Яра обнимаю ее, прижимая к себе, она услышала его спокойный голос, который возвращал ей уверенность:

— Фло, мысленно попроси свою собаку отпустить Ана, он не сделает вам ничего плохого. Просто мысленно попроси, — уговаривал он ее.

Фло оперлась на грудь Яра, впитывая его силу как губка, она закрыла глаза и позвала Дара.

— Дар, отпусти его, пожалуйста, он нам не опасен.

Она чувствовала, как Дар хочет перекусить эту руку, по которой текла кровь обидчика его хозяйки. Она чувствовала нежелание Дара, так просто отпускать Ана. Она чувствовала желание зверя убить, растерзать навсегда. Это так напоминало ей ее мысли тогда, это она желала смерти этому парню, внушив их Дару.

— Дар, миленький, пожалуйста, я очень-очень тебя прошу, иди ко мне.

И Фло присела на корточки, подзывая Дара.

Дар нехотя разжал огромные челюсти, пятясь от врага, не выпуская его из виду.

— Сука, ненавижу псов, — услышала она стон Ана.

Открыв глаза, она видела, как кто-то из отряда подхватил командира, быстро перевязывая руку, останавливая кровь.


Она обернулась в поиске поддержки от Яра, но увидела, как на его руке повисла Кэт, что-то объясняя ему, задумчиво водя изящным пальчиком по руке Яра. А Яр слушал, все больше и больше хмурясь.


«Теперь меня точно никто никогда не простит. И… наверное, меня выгонят сегодня же», — подумала Фло, стараясь незаметно исчезнуть с полигона. Она тихо поднял игрушку и, опустив голову, побрела в лазарет, чтобы извиниться перед Аном за Дара, не очень надеясь, что это ей поможет. Уж очень очевидным был взгляд преподавателя, который убежал к ректору сразу же, как инцидент был исчерпан.


Глава 22

Вик, Ящер и Яр уселись на скамейку, вытягивая ноги. Яр осматривал полигон, пытаясь найти хрупкую фигурку, но Фло нигде не было.

— Ушла она, — как бы ненароком произнес Вик, — ушла по направлению к лазарету.

Яр вскочил, но тут же был остановлен тяжелой рукой Ящера.

— Оставь ее, — резко сказал он, — им надо поговорить. Если она не сделает это, то не сможет жить спокойно. Ей необходимо понять, что Ан не тронет ее здесь, и ей нужно учиться общаться как со своими врагами, так и со своими друзьями.

Яр кивнул, понимая, что Ящер прав, что Фло необходимо самой посмотреть своему страху в лицо и побороть этот страх, но кто бы только знал, как он хотел оказаться сейчас рядом с ней, поддержать ее, успокоить, внушить уверенность. Маленькая, такая маленькая и хрупкая. Как же он хотел помочь ей, но он продолжал сидеть, силой воли сдерживая потребность помчаться и отобрать ее у того, кто так же как и он мечтает…

А Фло медленно шла в лазарет. Ей было страшно. Страшно увидеть его, страшно увидеть, что Дар сделал, но больше всего ей было страшно за Дара. И если бы не этот страх за друга, она никогда бы не подошла к своему главному ужасу, никогда бы не заговорила с ним, никогда… но не теперь. Дар был единственным, кто ей действительно дорог, и ради него, она готова была пойти на все.

Она медленно поднялась на крыльцо и открыла дверь. Больничные запахи сразу окутали ее: запахи лекарств, боли и крови.

Ан стоял без рубашки, вполоборота к двери, ожидая, когда промоют страшную рваную рану. Он смотрел в окно, стараясь отвлечься от жгучей боли в руке и похотливого взгляда девушки-лекаря, которая рассматривала его фигуру так, будто сейчас съест.

Фло замерла в дверях. Она узнала такую знакомую фигуру. Каждый миллиметр этого тела, когда-то был изучен ей. Фигуру знакомую и незнакомую, потому что теперь на спине и груди парня не было живого места. Все тело было словно изрисовано странными татуировками шрамов. Толстый, некрасивый шрам являлся продолжением шрама на лице и доходил, чуть ли не до пупка. А вся правая рука, которую отмыли от крови и слюны Дара, от плеча и до кисти была когда-то давно изуродована еще страшнее, чем сейчас постарался Дар. Она прислушалась к разговору:

— Руку восстановили давно? — по-деловому спрашивала девушка-лекарь, рассматривая повреждения

— Полгода назад, — сухо ответил Ан.

— Почему так плохо заживала? — снова поинтересовалась лекарь.

— Это укусы оборотней, — нехотя пояснил Ан, — у меня нет к ним иммунитета, поэтому заживает плохо и остаются шрамы. От остальных шрамов, я уже давно избавился, малышка, — и Ан с насмешкой посмотрел на лекаря, которая расстегнула верхние пуговки коротенького халатика.

Он было начал размышлять, а не воспользоваться ли таким откровенным предложением, когда услышал тихий голос. Услышал и не поверил. Медленно повернул голову по направлению к двери и встретился с взглядом огромных изумрудных глаз, в которых царил ужас, страх и беспокойство. Он увидел, как ее взгляд метнулся к ужасному шраму на теле и дернулся, чтобы прикрыться. Он так боялся оттолкнуть ее от себя.

— Выйди, — резко приказал он лекарю, левой рукой набрасывая на себя рубашку.

Девушка хотела было возразить, но, увидев, взгляд Ана, тут же подхватила окровавленные бинты и вышла, чуть задев плечом Фло.

— Ан, — замялась Фло, опуская глаза под пристальным взглядом серых глаз.

Ан молчал, боясь неосторожным словом спугнуть свою девочку. Он снова наслаждался ее видом, казалось, он мог бы смотреть на нее вечность. Смотреть и смотреть, а потом, когда-нибудь потом он сможет вернуть ее доверие…

— Ан, пожалуйста, прости Дара, он не хотел… я не хотела, просто так получилось, прости, — почти шепотом закончила она, поднимая умоляющий взгляд на молчавшего парня.

А Ана осенила счастливая мысль. Это шанс! «Спасибо Дар за то, что ты есть!» — мысленно завопил Темный.

— Хорошо, — спокойно сказал Темный, еле сдерживая радость в голосе, — но у меня есть одно условие.

И он замолчал, ожидая реакции Фло. Девушка вздрогнула, втягивая голову в плечи и обнимая себя руками, уже заранее готовая на все.

— Хорошо, — согласилась она, не поднимая глаз.

— Хорошо что? — с усмешкой спросил Ан, — я еще не озвучил условие, а ты уже согласна.

Фло кивнула головой.

— Я не могу лишиться Дара, он — единственный, кто мне дорого по-настоящему, — твердо ответила девушка, смело поднимая глаза на Ана.

— Вот как? — задумался Ан. — Ладно, не бойся, я не попрошу много, хотя мог бы, — и снова задумался, любуясь девушкой.

Фло ждала его слов, как приговора. Ее потряхивало мелкой дрожью, но она пересилила в себе желание развернуться и сбежать. Что он тянет? Зачем издевается над ней?

— Флер, посмотри на меня, — будто проверяя ее желание делать все, что он скажет, попросил Ан.

Фло послушно подняла на него глаза, в которых плескались страх за друга и безразличие к своей судьбе.

— Девочка, — выдохнул Ан, вдруг прижимая ее к себе, — не надо бояться меня, девочка. Я всего лишь хотел попросить свидание, одно свидание наедине, без твоих друзей, только ты и я. Позволь мне все исправить, Флер. Сегодня! Сегодня вечером! Пожалуйста! Я прошу.

Он резко оттолкнул ее от себя и отошел к окну, ожидая ее слова, и готовый согласиться с любым ее решением.

— Хорошо, — услышал он и выдохнул.

Сердце снова забилось, давая возможность дышать дальше.

— Я зайду за тобой в семь, будь готова. Пойдем в город.

Фло кивнула, и, не говоря ни слова, вышла за дверь.

А возле дуба ее поджидали три верных друга, которые уже начинали волноваться, уж слишком долго Флер не было.

Яр нарочно медленно поднялся с травы и подошел к Флер, всматриваясь в ее лицо, пытаясь по нему прочитать, о чем был разговор.

Фло улыбнулась ему, давая понять, что все нормально.

— Ну что, повинилась, — услышала она веселый голос Вика.

— Да, — кивнула Фло, чувствуя облегчение, что все самое страшное позади, — и даже согласилась на отработку наказания.

— Чего? — со злостью спросил Яр, разворачивая ее к себе, — какого наказания?

Он уже было повернулся, чтобы отправиться назад в лечебницу и завершить то, что не завершил Дар, но Фло остановила его.

— Ничего страшного, Яр, — сказала она, ласково касаясь его руки, — мы просто сходим сегодня в город прогуляемся. Я так хочу, — добавила она.

И, увидев серьезный взгляд Ящера, продолжила:

— Без вас. Я смогу постоять за себя, не переживайте, — уже улыбнулась она.


Глава 23

Если честно, то Ан переживал за предстоящее свидание, или нет, он не переживал, но волновался точно. Он хорошо знал себя, знал, что совладать с эмоциями порой ему бывал сложно, знал, что не умеет говорить добрые и ласковые слова, что порой бывает резок и даже жесток.

Да, он боялся. Боялся этого свидания так, как будто собирался поцеловать девушку в первый раз. Он боялся сделать что-нибудь не так, задеть чем-нибудь Фло и не заметить этого, напомнить об их темном прошлом. Как он хотел ей понравиться, знает только один Хаос!

Ан метался по комнате, как загнанный зверь, не зная куда себя деть и чем занять оставшееся время.

Дверь резко распахнулась, с силой ударившись о стену, выдавая эмоции вошедшего. Ан приготовился. Выражение лица Яра не предвещало ничего хорошего.

— Ан, отмени свидание, — спокойно произнес Светлый, но Ан прекрасно видел, что тому еле удается сдерживать кипящий вулкан эмоций.

Он усмехнулся и завалился на кровать, делая вид, что ему все равно.

— Нет, — ответил он, прикрывая глаза.

— Зачем ты делаешь это?

Сильные руки подняли его вверх, задевая поврежденную руку.

— Полегче на поворотах, брат, — поморщился Ан, — добить решил? Не выйдет, — уже в открытую расхохотался он, потешаясь над злым лицом Яра.

— Послушай, Яр, когда-то мы пили с тобой за правильный выбор. Так вот, мы с тобой можем спорить сколько угодно времени, и даже один из нас может победить, но это ничего не изменит, потому что выбор не за нами, а за ней. И я не дам тебе так легко забрать ее у меня, не надейся!

Сказал и успокоился, глядя в карие глаза Светлого. Помолчал, а потом с надеждой спросил у Яра:

— Вот ты, ты знаешь, чего она хочет, вернее кого?

Яр сел, устало потирая лицо:

— Если бы я знал, меня здесь не было. Но… если ты тронешь ее хоть пальцем, я убью тебя, — просто сказал Яр, — и никакая Принцесса Света тебе не поможет, — не преминул испортить он настроение Ану.

— Не переживай, Яр, — успокоил его Темный, — планов кого-то тронуть пальцем без согласия у меня нет, а вот с согласия — это уж уволь, но не твое дело.

Яр зарычал, сдерживая желание подмять под себя соперника и оставить его в лазарете на всю последующую неделю, так чтобы и мысли о свиданиях с его девушкой не возникало.

— Да, ладно тебе, — успокоил его Ан, — ничего страшного я не сделаю, мы просто поговорим. Я виноват перед ней.


Флер тоже нервничала. Во-первых, она не знала, как себя вести с Аном; во-вторых, она ни разу не была в городе; в-третьих, она боялась. Боялась, что не сможет дать отпор, когда придет время.

Вик сидел у нее на столе, болтал ногами и наблюдал за метаниями девушки.

— Чего ты боишься, Фло? — вдруг спросил он ее.

Фло остановилась посередине комнаты и уставилась на Вика.

— Ты хочешь, чтобы я озвучила это вслух, — удивилась она.

Вик кивнул:

— А что здесь такого. Он насиловал тебя? — в лоб задал вопрос Вик, не спуская черных внимательных глаз с девушки, отслеживая ее реакцию.

Флер вздрогнула и обхватила свои плечи руками.

— Да, — глухо призналась она, боясь встретиться взглядом с Виком.

В последнее время они крепко сдружились, и ей не хотелось, чтобы этот факт как-то отпугнул Вика от нее. Паренек спрыгнул со стола, подошел к Фло и обнял девушку, привлекая к себе.

— Не все такие, Фло. Потом, если ты не посмотришь своему страху в лицо, ты будешь бояться всю жизнь. Я многому научил тебя, ты в состоянии защитить себя сама. Но, если что-то пойдет не так, призывай Дара, не бойся.

Он встряхнул оцепеневшую девушку:

— Ты слышишь меня, Фло?

Флер кивнула, ужа жалея, что согласилась на это свидание. Перед ее глазами вставали картины из прошлого, но в ее воспоминаниях не было картины, где бы они гуляли с Аном по городу, в окружении людей. Эта мысль успокоила ее. Ан ничего не сделает ей, ведь вокруг будут люди, а она не останется с ним наедине в помещении.

Ее взгляд упал на клинок, который висел на поясе Вика. Она знала, что Вик никогда не расстается с ним.

— Покажи, клинок, — попросила она его, чтобы отвлечься от мрачных мыслей.

Вик вытащил нож, явно гордясь, отмечая, как узнаваемо засветился красный рубин.

— Красивый, — с восхищением произнесла Фло, — так и тянет к нему, можно?

И она протянула руку к клинку. Вик даже не успел одернуть руку, как клинок оказался в ладони девушки. Только он не впился в руку девушки, призывая ее кровь, а засветился мягким белым светом, постепенно охватывая всю фигурку Фло.

Фло растерялась. Она чувствовала, что неведомая ранее сила стала расти в ней, наливаясь светом и собирая свет из всего, стоящего вокруг, притягивая его к ней. Она держала клинок обеими руками, как бы протягивая его Вику, чтобы вернуть, и в то же время возвращать его ей совсем не хотелось.

Вик смотрел в восхищении на Принцессу Света, которая пробуждала в его душе все самое светлое.

Он увидел протянутые руки и потянулся к клинку. Руки их соприкоснулись, и магия воздуха слилась с магией света, разнося ее по Вселенной, даря ощущение чистоты и добра.

И Темные, и Светлые, и Черные оборотни почувствовали свет, стремящийся к их душам. Темные шипели, уворачиваясь от жалящих частиц света, пытаясь задавить в себе светлое начало, а Светлые с благоговением стояли там, где застал их волшебный свет, расставив руки и принимая частицы бога в себя, благодаря судьбу, и открываясь миру.

Ан вскочил, отмахиваясь от света, оборачивая себя в темный щит, который заставлял мельчайшие частицы отскакивать от него, как от стены. А Яр, подняв голову вверх и раскинув руки, впитывал в себя свет, улыбаясь миру.

«Он открыт сейчас, — подумал Ан, — как легко его убить, одни удар и..». Он зашипел, почувствовав, что свет пробил щит, заставляя его отвлечься от Яра, возвращая его к мысли о Фло. «Я люблю ее», — осознание пришло мгновенно, как вспышка, Ан упал на колени, не выдерживая света, не выдерживая правды. Он закрыл глаза, чтобы не видеть, как частица света растворяется в его сердце. Он сам позволил это сделать.

«Я люблю ее..», — такое же осознание пришло и Яру. «Я люблю Принцессу Света». От этого осмысления Яр упал на колени рядом с Темным, поднимая к небу лицо. «За что?» — мелькнула у него мысль и все пропало.

Темный пришел в себя от слов Яра:

— Принцесса Света проснулась и она где-то в академии.

— Хаос, — простонал Ан, — только этого не хватало. Что ей не спалось-то? И если она всегда так будет просыпаться, то это убьет меня сразу же после первой ночи.

— Ты шутишь, значит пришел в себя, — порадовался за него Яр.

— Я иду искать Принцессу, ты со мной?

Впрочем Яр догадывался, где искать Принцессу, но никак не хотел смириться с этой мыслью. «Нет, это точно не она», — пытался он убедить себя, пытался забыть те знания, которые принес ему свет.

Ан мотнул головой:

— Нет, у меня есть дела поважнее. А Принцесса и так принадлежит мне. Какая разница, когда она найдется: сегодня, завтра или через месяц. Я иду на свидание.

Он поставил точку в их разговоре. Потом быстро оделся и вышел из комнаты, оставляя Яра наедине со своими мыслями.


Вик взглянул на часы:

— Если ты не хочешь опоздать на свидание, то пора одеваться, — напомнил он ошарашенной Фло.

Сейчас в ее душе не было страха, она чувствовала в себе силу, способную противостоять Темному.

— Что это было Вик? — шепотом спросила она.

— Кто бы знал, — так же шепотом ответил Вик, — кинжал что-то активировал в тебе. Давай так, ты идешь на свидание и развлекаешься там по полной, а я иду в библиотеку, и пытаюсь узнать, что за тайну скрывает в себе клинок де Грея.

На том и порешили. Когда раздался уверенный стук в дверь, Фло была готова. Правда и готовиться-то сильно не пришлось. Все что у нее было, это два форменных платья. Поэтому она просто заплела волосы и чуть подкрасила ресницы.

Ан стоял в проеме двери рассматривая ее. Фло почему-то смутилась под его взглядом и разгладила платье руками.

— Ты почему в форменном платье? — с недоумением спросил ее Ан. — Разве я не сказал, что мы пойдем в город?

Фло смутилась еще сильнее.

— У меня только такое есть, — ответила она, отворачиваясь и почему-то испытывая разочарование, что прогулка вот-вот сорвется.

— Ну и отлично, — чему-то обрадовался Ан, — будет повод пройтись по магазинам.

В душе он корил себя за несдержанность, ведь дал себе слово следить за своим языком, а получается, что опять напугал ее.

— Пойдем, — кивнул он ей, пропуская вперед.

До города они шли молча, не зная как начать разговор и о чем говорить. Первой не выдержала Фло. Молчание Ана беспокоило ее.

— Расскажи, откуда у тебя шрам?

И она кивнула на шрам на лице. Ан посмотрел на нее сверху, усмехаясь. Он был благодарен ей за попытку заговорить. В своей практике Ан ни разу не приглашал девушку на свидание, обычно дело сразу начиналось и заканчивалось постелью.

— Это не трагическая история умелого солдата, — снова усмехнулся он, но если тебе правда интересно, то расскажу.

Он увидел, как девушка кивнула головой, подтверждая, что ей интересно послушать. Он даже заметил ее заинтересованный взгляд.

— Этот шрам — напоминание об одной из самых больших ошибок в моей жизни, после тебя, — прямо глядя ей в глаза, продолжил он.

— А было это в день твоего рождения, — усмехнулся он, кивком отвечая на удивленный взгляд Фло о том, что да, он знает и помнит день, когда она родилась.

— Мой отряд окружила стая черных оборотней, и эта была главная моя ошибка, я сам позволил им загнать нас на ту гору, отступать было некуда, кругом кишели эти черные собаки. Парни сражались отчаянно, но их все пребывало и пребывало, а нас становилось все меньше и меньше. Я видел вдалеке лес и думал о том, кой черт меня дернул залезть на эту гору, приведя за собой отряд. Я видел, как на моем лучшем друге повисли сразу пятеро оборотней и понял, что еще чуть-чуть и не останется ничего: ни этого синего неба, ни моего друга, ни меня. И я тогда не смогу найти тебя, девочка моя. Я одержим тобой, ты знаешь, — он виновато замолчал, когда увидел, как она словно заледенела, услышав его последние слова.

— Так вот, — снова начал он, — я нашел глазами вожака стаи. Он, кстати, был чем-то внешне похож на твоего Дара, — и Ан снова замолчал, чувствуя, что сморозил очередную глупость.

— Хаос, я не умею разговаривать с девушками, прости, — он чуть извинительно дотронулся до руки девушки, которая быстро спрятала ладошку за спину, не позволяя большего.

— Короче, мы с ним жестами, «вежливыми» словами, договорились, что будет поединок один на один. Я и он, и если выигрываю я, они отпускают мой отряд живыми, ели выигрывают он, то… выигрывают они. Достойный был противник, я редко встречал таких сильных альфа, если бы он был на нашей стороне, мы бы смогли подружиться. В общем, он тогда в последнем прыжке и располосовал меня, почти разделав напополам, и я понимал, что умираю и не увижу тебя никогда. Ты стояла перед моими глазами как тогда, свет пронизывал тебя, волосы твои светились, ты была такая красивая и недостижимая, что я захотел жить. Жить только, чтобы найти тебя и сделать своей.

Ан уже не останавливался, думая, что сморозил очередную глупость, его понесло раз и навсегда рассказать ей о ней, о его мечтах. Он не видел ее испуганного взгляда, он был там, в тот миг, в ту секунду. Он снова видел ее в комнате приюта, пронзенной тысячами лучами солнечного света. Он снова умирал, но не оставлял надежду увидеть ее, цепляясь за эту надежду как за ниточку, ведущую к жизни.

— И чтобы выжить в тот день я воззвал к своей силе, — продолжил он, — сила Темных убила все в округе на ближайшие десять километров, не тронув только мой отряд. Вся гора была усеяна трупами оборотней, а потом отец нашел меня. Оказалось, что я Темный Принц и все такое, короче дальше не интересно. Я выжил только благодаря тебе.

Ан перевел взгляд на Фло и увидел ее сочувствующий взгляд. Почему-то это разозлило его. Он резко дернул Фло на себя и прошипел прямо в губы:

— Не надо жалеть меня, девочка, я не такой.

И впился в губы Фло жадным поцелуем, чувствуя, как рушатся все мосты доверия, который он старался, но так и не смог выстроить. От ее присутствия ему просто срывало крышу, он становился сам не свой, желая ею обладать всей. Он хотел ее тело, но еще больше хотел ее душу. Он не знал дугой любви, кроме как подчинение себе и сейчас жестким, почти грубым поцелуем, он стремился подчинить ее, поставить на колени, заставить отдать свою душу ему на растерзание.

Флер не ждала поцелуя и поэтому растерялась. Жестокий поцелуй, сминающий ее губы, опустошал, убивал те ростки чувств, которые зеленели в ее сердце и потянулись навстречу этому странному парню. Она не испугалась, нет, теперь ей было не страшно. Душа Светлой лишь чуть затрепетала перед Темным, не желая починяться, а желая подчинять. Поэтому она ударила светом Принца, наказывая его за боль и свое разочарование.

Ан отлетел от Флер. Но реакция солдата не позволила ему упасть плашмя. Он сгруппировался и вышел из падения с минимальными потерями, упав на одно колено и опершись руками на землю. Ан поднял голову и обомлел. Перед ним во всей красе стояла Принцесса Света. Фло словно светилась изнутри, гневно взирая на коленопреклоненного темного. Темное поле вокруг искрилось сотней огоньков, освещая все на многие мили вперед.

— Принцесса, — Темный склонил свою голову, признавая светлую силу, — добро пожаловать в этот мир, любимая, — усмехнулся он в оскале обнажая белые зубы.


Глава 24

В академии снова стоял переполох. Все дети Высших теперь собрались тут, и даже потерявшаяся Принцесса Света. И кто бы мог подумать, что в маленькой хрупкой сиротке окажется столько силы. Все ждали приезда огромной делегации.

А Флер сидела у себя в своей маленькой комнатке, отказавшись переезжать, и никого не впуская внутрь, кроме Вика и Ящера.

— Вик, как же так? — в очередной раз спрашивала она его.

Вик пожал плечами, что-то напевая под нос.

— Почему ты не впустила Яра? — мимоходом спросил он ее.

— Я не знаю, — настала очередь пожимать плечами Фло.

— Ан обидел тебя? — снова в лоб задал вопрос Вик.

— Хотел, — помолчав минуту, ответила Фло, — но я не позволила.

— Фло, — Вик уселся напротив нее, заставляя посмотреть себе в глаза, — Фло, они там оба твою дверь подпирают, ты никогда не задавалась вопросом, как ты относишься к Яру или к Ану?

— Зачем ты завел этот разговор, Вик? — чего-то испугалась она, не желая даже себе отвечать на этот вопрос.

— Понимаешь, Фло, — задумчиво ответил тот, — ты теперь не бедная сиротка, хотя думаю, что и тогда выбор был бы за тобой, ты теперь Принцесса Света и на твою руку образовались аж два претендента и, боюсь, это только начало.


В это время Яр сверлил злым взглядом Ана.

— Что ты сделал, что заставил ее пойти на крайние меры?

Ан усмехнулся, но ответил честно:

— Сорвался. Ты можешь этого не понимать, Яр, но она для меня, как наркотик, ее вид, ее запах сводит меня с ума. А желание обладать ей просто не поддается контролю, я не могу сдерживать его. Теперь я понимаю почему. Я сотни раз пытался себе объяснить свою одержимость ей. Свет притягивает Тьму, вот я и попал.

А Яр думал о том, что отец оказался прав. Он собирался с силами и никак не мог придумать причины отказаться от нее, отказаться сейчас, когда она так близко к нему, когда она почти его. Ради нее, он готов был развязать войну, но понимал, то отец скорее убьет его, чем позволит разрушить Равновесие.

— Когда ты скажешь ей про вас? — глухо сказал Яр, отвернув голову от Ана.

— Когда их Высочество соизволит меня выслушать, — усмехнулся Ан, — а пока мы тут с тобой вдвоем подпираем двери.

И он со всей силы ударил кулаком в дверь, чувствуя, как начинают трястись стены.

— Фло, немедленно открой, — в очередной раз приказал он Принцессе, но за дверью стояла гробовая тишина.


По академии раздался сигнал тревоги. Парни переглянулись между собой.

— Я открываю портал к ректору, — стараясь перекричать сигнал тревоги сообщил Яр Ану. Ан кивнул, подтверждая, что услышал его.

Потом Яр крикнул Вику:

— Вик, я пришлю Ящера, не отходи от Принцессы ни на шаг.

И только услышав ответ Вика, открыл портал, на ходу связываясь с Ящером и приказывая ему охранять Принцессу.

А у ректора собрались все преподаватели, которые шумели предлагая разные варианты.

Яр с Аном вышли из портала и присоединились к совещающимся.

Ректор пояснил:

— Вокруг стен академии собираются полчища черных оборотней, магия блокируются на достаточном расстоянии от академии. Оборотни требуют Принцессу и угрожают убивать каждого, кого поймают.

— О, это так на них похоже, — усмехнулся Ан. — Несите карту, будем думать, как прорываться.

Теперь перед Яном стоял вовсе не влюбленный мальчишка, а собранный командир, который не раз попадал в подобного рода переделки.

— Значит так, у нас четыре выхода. Здесь, здесь и здесь, — и Ан показал на карте. — Эти выходы необходимо охранять. Туда мы ставим боевиков первого курса, за каждым отрядом назначаем командира из моих ребят. Всех остальных боевиков собрать на полигоне. Прорываться навстречу основному войску будут два отряда: мой и его, — и Ан кивнул на Наследника.

— Как только произойдет прорыв, появится магия и вы накроетесь защитным куполом до прихода Высших. Принцессу будут охранять два боевика: Ящер и Вик. Принцессу не переселять. Если что оборотням будет трудно догадаться, что Принцессу поселили в такие покои, — и Ан посмотрел на побледневшего ректора, который попытался объяснить, почему вдруг Принцесса оказалась в скромных, не подобающих ее положению покоях.

Они вышли. Ректор отдавал распоряжения по громкой связи, заставляя собраться всех боевиков на полигоне.

— Почему ты не забираешь проверенных бойцов с собой, — спросил Яр, когда они подходили к полигону, чтобы организовать сборы.

— Потому что ее жизнь дороже мне всего на свете. Что смогут необученные молокососы, если оборотни прорвутся? И да, Яр, если ты услышишь, что я вдруг умер, не смей подходить к моей невесте близко. Ты все понял?

Яр заулыбался:

— Сдохни прямо сейчас, — попросил он, — и я через секунду буду в ее покоях.

Через час все были проинструктированы, собраны в дорогу и даже вооружены тем, что оказалось в подвалах академии.

Яр с Аном пожали друг другу руки, расходясь в разные стороны, чтобы встретиться у двери Принцессы через пять минут.

— Ты то здесь делаешь? — прорычал Ан, зло поглядывая на Светлого.

— Видимо то же, что и ты, — так же недовольно ответил Яр.

Ан снова стукнул в дверь:

— Фло, открой, мы на минуту, — и пояснил это свое мы, — не бойся, девочка, я с Яром, он точно не даст тебя в обиду.

За дверью была тишина.

— Хаос, чертова сучка, — выругался Ан, — отойди, я сломаю эту дверь и вытащу ее оттуда.

Яр спокойно перегородил проход:

— Остынь, Ан. Ты забываешься! Нам здесь не рады, пойдем.

— Хорошо, — Ан постарался взять себя в руки, понимая, что только усугубляет и так тяжелую для него ситуацию

— Фло, мы уходим, — крикнул он, — я очень постараюсь там сдохнуть, чтоб освободить тебя от меня. Но, если мне этого не удастся, ты будешь моей навечно. Так что молись всем своим богам, чтобы нашелся тот, кто сможет убить меня!

Ан зло расхохотался, пиная так и не открывшуюся дверь.

А за дверью, с полными слез глазами, стояла Принцесса, то порываясь открыть дверь и попрощаться, то, наоборот, пряча руки за спину, останавливая себя, чтобы не наговорить на прощание резких слов.

Так она и простилась с ними двумя из окна, выглядывая из-за шторки, умоляя всех богов сохранить им жизнь.


Глава 25

Яр прорывался с боем уже седьмые сутки. Последние два дня он не спал, думая, как выйти из создавшегося положения. Позади него были оборотни, впереди восставшие с некромантами, магия частями прорывалась в этот темный лес. Он осмотрел оставшихся в живых. Из маленьких восторженных мальчиков, боевики буквально за несколько дней превратились во взрослых мужчин с полными боли глазами. Они видели смерть друзей, они убивали сами. Раньше казалось, что эта игра, но игра оказалась боем за жизнь каждого. Романтика умерла с первой же смертью адепта.

Яр услышал звуки схватки и поразился. Кто-то ночью, в темноте пытался прорваться с боем через лес. «Рисковый, — подумал он, — не боится своих же порешить». Однако он приказала отряду собраться и организовать засаду.

На поляну, огрызаясь от стаи оборотней, вышел отряд Ана, почти в полном составе. Ан громко раздавал приказы, вмешиваясь туда, где был больше всего необходим. Его черные волосы с белой прядью мелькали на разных границах боя, глаза горели азартом. Ан был в своей стихии, с легкостью оценивая ситуацию, умудряясь при этом быть в гуще заварушки.

Яр негромко отдал приказ окружать. По его приказу зажглись огни и оборотни встали, понимая, что путь отрезан и бежать некуда. Один за одним они складывали оружие.

— О, Яр, какими судьбами, — обрадовался ему Ан.

— Да видимо такими же какими и ты, — ответил ему Яр, — что тоже не удается разорвать кольцо?

Ан выругался, вытирая кровь с разбитой губы.

— Сколько до границы? — поинтересовался Яр.

— Километров шестнадцать, но на каждом километре стеной оборотни или некроманты. В лоб не пройти. Связи с отцом нет?

Яр отрицательно покачал головой.

— Вот и у меня нет, — грустно подтвердил догадки Ан.

Они присели на ствол поваленного дерева, наслаждаясь минутным отдыхом.

Внезапно Ан прислушался, потом перевел отчаянные глаза на Яра.

— Яр, ты готов умереть прямо сейчас?

Яр насторожился. Вдруг со всех сторон раздался вой и на поляну, где сидели боевики выскочили черные оборотни. Завязался смертельный бой. Яр и Ан стояли спиной друг к другу, отбиваясь от яростной атаки. Яр слышал как хохотал Ан, иногда выкрикивая Яру:

— Яр, прикинь, если у нашей Принцессы не останется ни одного жениха? Как я понимаю альфа-женишок тоже где-то здесь!

Потом вечность спустя, Яр снова услышал голос Ана:

— Яр, ты помнишь мое предупреждение не подходить к моей невесте?

Яр зарычал, отбиваясь от сильнейших. Теперь он четко понимал ненависть Ана к собакам. Только не видел он, что к прыжку готовиться альфа, выбрав первой жертвой его, Светлого. Как-то Яру не до того было, чтобы осматриваться по сторонам.

Ан услышал рассекаемый звук воздуха, и мгновение спустя засек движение огромного черного тела, метнувшегося к Яру. Он еще успевал перекинуть Яра через себя, становясь на его место, закрывая собой друга. Жуткая боль разорвала его напополам и наступила желаемая тишина.

Яр заорал, увидев, как на его место встает Ан, как крупный волк, разрывает плоть Темного, обнажая белые ребра. Ярость затмила его мозг. Размахивая двумя мечами, он никому не давал подойти к телу Ана. Яр танцевал свой последний смертельный танец, собираясь отомстить за друга, а потом с чистой совестью умереть. Он не слышал звук рога, не видел, как на поляну выехал отряд во главе с отцом, он бил и бил, хороня под трупами тело погибшего за него Темного.


Отряда не было уже месяц. И если раньше известия приходили от них регулярно вместе с ранеными, то теперь наступила тишина. Оборотни окружили академию, каждый день, устраивая штурм стен, но пока попытки были безрезультатны.

Фло поселилась в лазарете. Здесь она с легкость могла тренировать свою силу Светлой, возвращая к жизни, казалось бы безнадежных раненых. Их раны выгляди ужасно: с рваными краями, загноившиеся от ядовитой слюны оборотней, плохо заживаемые. Даже магия справлялась с трудом, про готовые эликсиры и говорить нечего.

Фло старалась не думать о плохом. Но каждый раз засыпая, ей всегда снился один и тот же сон. Сон о том, как умирал Ан. Она видела вывернутую наружу грудную клетку, видела, как глаза его заполняла пустота, и оскал превращался в улыбку. Она не помнила как улыбался Ан, а впрочем она и не знала может ли он улыбаться. Она так редко смотрела на него. Но этот яркий цветной сон позволял ей рассмотреть его до мельчайших подробностей. В такие ночи она просыпалась с громким криком, плача на широкой груди Ящера.

Вик и Ящер вздыхали, не зная, чем помочь Принцессе. Они скрывали от Фло свое желание быть там, где они нужнее сейчас, быть на передовой. Но разговоры их были только об этом. Однако вахту свою они несли ответственно, ни на миг не оставляя Фло одну, наедине со своими мыслями. Они радовались за нее, видя, как крепнет ее магия, как учится их маленькая, быстро и успешно запоминая азы. Дар теперь был постоянно с ними, иногда играя с Виком, как маленький щенок. А по ночам чутко охраняя сон хозяйки, и скуля вместе с ней, когда Фло снились страшные сны.

Где-то внизу раздался скрежет открываемых ворот, а потом и радостные возгласы огласили академию. В ворота въезжали Высшие со своим войском.

Фло прилипла к окну, задерживая дыхание. Она увидела светлую голову Яра, и с нетерпением старалась отыскать в толпе Темного, но того нигде не было видно.

Она повернулась к вошедшему Вику.

— Фло, там наши приехали, пойдем встречать, — спросил он ее, пряча взгляд.

Флер кивнула, пытаясь прочесть по лицу Вика, но боясь задать вопрос, вертевшийся у нее на языке.

Она вышла, разглядывая смеющуюся и плачущую одновременно толпу. Она шла вперед, и толпа перед ней раздвигалась, пропуская ее к тому, кого она хотела видеть.

Фло шла высоко подняв голову, прямая, гордая и сильная. Она подошла к носилкам и опустилась на колени, вглядываясь в бледное лицо Ана. Даже не приподнимая одеяла, она знала, что под ним увидит: развороченную грудь любимого. Когда она осознала это? Наверное, тогда, когда ей стали сниться страшные сны про него, а может она любила его раньше, до той поры пока он не трогал ее. Она и сейчас была уверена, что теперь бы точно не дала себя в обиду, но теперь уже не будет никогда. Он мертв.

Она наклонилась, нежно даря свой первый поцелуй Темному, лаская его холодные губы, пытаясь передать все тепло и нежность, которое она испытывала сейчас к нему, то тепло, которое ему так никогда и не познать. Светлые волосы падали ему на грудь, окрашиваясь в цвет его крови, а они ничего не замечая, проклиная богов, которые забрали у нее все.

Внезапно губы его пошевелились, отвечая на поцелуй. А потом Фло услышала тихий насмешливый голос.

— Я ж сказал, если я вернусь, ты будешь моей навеки.

Она попыталась отстраниться, сделать вид, что ничего не было, когда сильная рука прижала ее голову к себе и холодные губы нашли ее, заставляя жарким напором отвечать, подчиняясь ему.


Глава 26

Рука отца легла на напряженное плечо Яра.

— Смирись, сын. Так должно было случиться.

Яр кивнул, не в силах отвести глаза от склоненной фигурки. Тоска заползала в его сердце.

— Отец, можно мне вернуться в монастырь? — поинтересовался он, заранее зная ответ.

— Нет, сын мой, ты и твои друзья, — и отец кивнул на Ящера и Вика, скромно стоявших в сторонке, — Воины Света, для вас будет другое задание, но позже, после свадьбы. А здесь ваша задача, как бы ни тяжело это сейчас звучало для тебя, охранять Принцессу Света, пока она не перейдет под покровительство Темных.

Яр кинул, смиряясь, осознавая, что видеть ее и не иметь возможности дотронуться — это самая страшная пытка.


Ана унесли в лазарет, где над ним сразу же стали колдовать маги и девушки-лекари. А к Фло подошел высокий, седой, зеленоглазый мужчина в белых одеждах. Его величественный вид, повелительный наклон головы, жесты — все внушало Фло трепет и уважение. Какого же было ее удивление, когда она оказалась в объятиях этого красивого мужчины.

— Дочь моя, — пророкотал он, целуя ее в щеки. — Как жаль, что мать до этого момента не дожила.

Фло засмущалась, не понимая как быть и что делать. Мужчина уже опустил ее на землю и теперь целенаправленно двигался вместе с ней к центральному входу в академию.

— Красавица, а, — похвалился он Кирдану, с гордостью взирая на дочь.

Фло чуть приотстала, приноравливаясь в быстром шагу Яра.

— Кто это? — спросила она шепотом.

— О, это Владыка Света и твой отец, — так же шепотом ответил Яр.

— Отец?

От ужаса Фло остановилась, разглядывая широкую спину. Раньше она думала об отце, какой он, как выглядит, чтобы сказал, если бы нашел ее. А все оказалось так просто! Отец! Она еще раз оглядела его спину! Отец обернулся, нашел ее глазами и кивнул, словно подтверждая, что да, я твой отец.

Ректор вышел на крыльцо встречать высокую делегацию. Кирдан и Яр прошли вперед, а отец остановился, поджидая ее.

— Нас не ждите на совещании, мы с Фло пойдем в ее покои и там обо всем поговорим.

Ректор побледнел, но ничего не сказал, только обреченно кивнул, понимая, что если не вечером, то завтра утром будет скандал. Знал он этих Светлых, которые вечно во всем соревновались с Темными, впрочем, комнаты для Принцессы давно готовы, не хватало только ее желания.

Отец оглядел скромную комнату Фло. Хмыкнул, уселся на кровать, проверяя мягкость матраса, потом открыл шкаф, обратив внимание на скудность в одежде, а затем обернулся к ней.

— Как же ты жила все это время, дочка?

Спросил и голос его дрогнул от волнения, боясь услышать жуткую правду.

Они разговаривали долго, обо всем и ни о чем. К концу вечера Фло уверилась, что ее отец — самый лучший отец на свете! Владыка, желая дочке спокойной ночи, прямо сказал:

— А завтра, дочка, мы пойдем по магазинам, так что отдохни сегодня. Хочу, чтобы у тебя было все самое лучшее.

Об одном только не сказал Владыка Принцессе, об их договоре с Темными, оставляя ее в счастливом неведении, еще на день или два.


Прошла неделя, но Ан так и не приходил в себя, постоянно в бреду призывая к себе Фло. Флер часто сидела с ним, сжимая огненную руку, но сделать ничего не могла, глядя, как угасает Принц. Для его лечения были призваны все лучшие маги страны, но у Принца не было иммунитета к укусам оборотней, и все ждали, когда закончатся его мучения.

Фло много думала об Ане и Яре, сравнивая их и не находя сходства. Она помнила слова Вика о том, что рано или поздно придется сделать выбор.

Сейчас, глядя в темное небо, зная, что надежды на выздоровление нет, она жертвовала свою зарождающуюся любовь к Яру.

— Господи, прошу, — шептала она, закрыв глаза, — пусть он живет, я буду с ним всю жизнь, мне никого не надо. Пожалуйста, Господи, забери мою любовь к Яру и верни мне Ана.

Эх, мы женщины такие сильные, когда хотим спасти другого, даже ценою своего счастья. Мы искренне верим в свои слова, а сила слова женщины может спасти мир или начать войну. А еще мы очень верим в свои силы, глядя на наших мужчин, погрязших в войнах, злобе и жестокости. Мы верим, что можем изменить их только силой своей любви, забывая, что этот другой тоже очень должен хотеть измениться.

Фло не была исключением, сейчас искренне молясь, она сделала свой выбор, и Боги приняли ее жертву! Мы все совершаем ошибки, и нам с этими ошибками жить…

— Девочка, — услышала она полустон, полувздох и резко обернулась.

На нее внимательно смотрел Ан.

— Скажи, что это не бред и ты здесь?

Фло подошла, вглядываясь в лихорадочно блестевшие глаза Принца, и улыбнулась. Ан не мог поверить своим глазам, Фло ему улыбается, улыбается ему!

— Все так плохо? — скорее утвердительно, чем спрашивая, произнес он, стараясь пошевелиться.

Фло снова улыбнулась, кладя прохладную руку ему на лоб.

— Теперь все будет хорошо, Ан, ты выкарабкаешься.

Ан удержал ее руку на своем лице, прижимаясь щекой, впитывая эту сдержанную ласку всем своим существом.

— Девочка, я одержим тобой, — прошептал он, проваливаясь в спокойный сон без сновидений, так и не выпуская ее руку из своей.


С этого дня Ан быстро пошлее на поправку. Он не был капризным больным, выполнял все процедуры стойко и терпеливо. Одна мысль грела его, заставляя торопить выздоровление, это мысль о скорой свадьбе и Фло, наконец, станет его. Они не говорили о любви. Ану, казалось, что и так все понятно, а Фло опять металась в своих решениях, чувствуя, как ей тепло и спокойно рядом с Яром, и как бурлят чувства при воспоминании об Ане.

Боялась ли она его теперь? Фло четко могла ответить, что нет. Любила ли она его? Ее тянуло к Ану гораздо сильнее, чем к Яру. Рядом с Аном было как на вулкане, никогда не знаешь, что ждать от него, что он сделает, как себя поведет, и тем интереснее было подчинить его себе, заставить его любить ее так, как хочется ей. О, эти Темные и Светлые с их извечным желанием что-то доказывать друг другу. Фло была молода, и ее привлекал жалящий огонь, а не тепло домашнего очага.

Она сидела на лекции, когда, забыв постучаться, в аудиторию вошел Ан. Он был все еще бледен, но суровая красота уже вернулась на его лицо, заставляя девушек замирать при взгляде на холодные серые глаза, четко очерченные скулы и волевой подбородок. Только ему была нужна одна.

— Флер, пойдем, нас вызывают на Совет, — Ан прервал лектора, не задумываясь. Он смотрел на нее так, будто здесь они были одни. Он пожирал ее глазами всю, словно хотел съесть здесь и сейчас.

Фло встала, взглядом спрашивая разрешение уйти. Лектор кивнул, и они вышли в коридор. Ан рывком прижал ее к стене, утыкаясь в волосы, вдыхая ее запах, его губы нежно коснулись ее виска:

— Я схожу по тебе с ума, девочка!

Фло замерла, вслушиваясь в свои чувства. Давать ему отпор сейчас ей совсем не хотелось. Она замирала от его хриплого голоса, от легкого касания его губ, от сильной руки, оберегающей ее от холода каменных стен.

— Нас ждут, — тихо напомнила она и услышала вздох разочарования.

Они вошли в кабинет ректора и Фло смутилась под взглядом серьезных мужчин, а Ан был счастлив. Никогда в жизни он не был так счастлив, как сейчас, когда все, наконец, решиться.

— Дочка, садись, нам надо много сказать друг другу, — пророкотал отец.

Но говорить начал не он, говорить стал Кирдан, объясняя Фло, какая идет борьба, как сейчас идет расстановка сил и к чему может все привести, если одна из сторон победит. Фло слушала и кивала, не понимая, почему это важный во всех значения этого слова человек, объясняет все ей, маленькой ничего не умеющей девочке.

— Так вот, — закончил Кир, — чтобы восстановить Равновесие на века, Совет пришел к решению, что между Темными и Светлыми будет заключен брачный союз. Это означает, что принцесса Света Флер и Принц Тьмы Нат Ан, завтра обвенчаются в храме четырех стихий.

Фло вскочила, с ужасом глядя на Ана.

— Нет, — она даже покачал головой, — нет, я не хочу. Отец?

И она с надеждой посмотрела на ставшего ей родным мужчину.

Ан скрипнул зубами, все хорошее настроение пропало. Он подлетел к Фло, рывком усаживая ее на стул и блокируя выход руками.

— Почему нет, — зло рычал он, не замечая испуга Фло, — я тебя спрашиваю ПОЧЕМУ НЕТ?

Фло окутала себя светом, не позволяя прикасаться к себе.

— Ты пугаешь меня, отодвинься, — тихо и уверенно сказала она, прямо глядя в злые глаза Ана.

Тот не двигался с места, еле сдерживая тьму, которая клубилась возле его ног.

— Если ты не отодвинешься, я не буду отвечать, — так же уверенно и тихо продолжила Фло.

— Хорошо. Я жду.

И Ан отодвинулся от нее, с неохотой разжимая руки и задавливая мысли о том, как можно обойти этот чертов свет.

— Отец, — она не обращалась к Ану, она сейчас разговаривала с человеком, который, как ей казалось поймет ее и защит, — мне почти девятнадцать, моя магия проснулась совсем недавно и я хочу научиться управлять ей.

Она замолчала, оглядывая весь совет.

— Позвольте мне доучиться, пожалуйста.

Последнее слово она прошептала, уже понимая, что выхода нет. Что завтра она станет женой Темного хочет она того или нет.

Владыка вздохнул, расстраиваясь из-за дочери.

— Дочка, мы не можем оставить тебя свободной. Не Принц, так черные оборотни доберутся до тебя. Я только нашел тебя и не готов потерять. Все браки совершаются по расчету, а любовь… любовь придет, дочка, поверь.

И отец опустил голову, борясь со своим желанием все переиграть.

— Фло, нам нужен этот мир как никогда, — вступился Кир, уговаривая ее, — тебе нужно постараться взять себя в руки и смириться с мыслью о том, что выйдешь замуж за Темного. А там Ан может и позволит тебе учиться дальше.

Фло перевела взгляд на Ана. Он был в ярости: «Чертова девка, так никогда и никто его не унижал. Она поплатится за все. Девочка, его девочка, он не отдаст ее никому, но она будет наказана».

Поэтому он смело встретил ее умоляющий взгляд и резко ответил:

— Нет, никакой учебы. Жена должна ублажать мужа.

Фло вздрогнула, понимая, какое противостояние ждет ее будущем.

«Это мы еще посмотрим, кто кого», — такие смелые мысли впервые появились в ее светлой головке.


Глава 27

На свадьбе не было ни одной женщины, в полном составе Высший Совет, Яр, Вик и Ящер и все. Невеста была тиха и прекрасна. За вуалью скрывалось бледное лицо и только чуть подрагивающие руки выдавали ее волнение.

Вик переживал за Фло, после соединения его магии воздуха и ее магии света, эмоциональная связь с Фло только усиливалась, и Вик почти физически ощущал, как ей плохо сейчас, а еще на животном уровне, он ощущал ее тщательно задавливаемый страх перед будущем и стремление к борьбе.

Он точно знал, что если Темный соберется взять ее силой сегодня, он просто ворвется в покои новобрачных и убьет этого Принца, чтобы ему это не стоило.


Ан стоял перед алтарем и не чувствовал радости. Да, он добился своего, но она все равно не принадлежала ему вся. Он слушал слова жреца и тоже продумывал план. План покорения своей жены, которая не хотела укрощаться и признавать самой себе, что любит только его и, что ей, кроме него, никого не надо.


Фло тоже слушала жреца, понимая, что обратной дороги нет, что теперь никто, кроме нее самой, ей не поможет. От чего бежала она, к тому и пришла. Только Ан не догадывается еще, что перед ним не испуганная бедная девчонка, с которой можно делать все что угодно, перед ним девушка, которая твердо решила изменить свою судьбу. Хочет он того или нет, но ему придется смириться с тем, что она тоже имеет собственное мнение, и она добьется того, что останется учиться в этой академии, правда вот как? И Фло стала разрабатывать план.

Поцелуй между супругами вышел скомканный и холодный. Флер приподняла вуаль, позволяя мужу коснуться своих плотно сжатых губ. Ан бросил на нее предостерегающий взгляд и с угрозой прошептал так, чтобы услышала только она:

— Позже.

Фло быстро опустила вуаль, стремясь скрыть свой взгляд, чтобы еще сильнее не раздражать мужа.

Если честно, то свадьба больше напоминала похороны. Молчаливая невеста и мрачный жених во главе стола. Слева Темный отец, справа Светлый, враждебно поглядывающие друг на друга. Молчаливые суровые мужчины за столом. Яр, впервые в жизни наливший себе вина, нахмуренный Вик и Ящер, который шумно отодвинул стул, привлекая к себе внимание, поднял наполовину опустошенную бутылку и, обращаясь к Ану, произнес:

— Обидишь ее, убью.

Ан был не в настроение, слова Ящера взбесили его, поэтому, как только он осознал значение слов, он метнулся к Ящеру, сметая все на своем пути.

Как он остановился и чего ему это стоило, знал один Ан. Принц не ожидал, что на его пути возникнет Светлая, Принцесса, жена, его хрупкая девочка. Только реакция, выработанная годами, спасла ее от смертельного удара. Он мог убить ее, свою ненормальную жену!

Ящер, тоже желающий надрать темный зад, ошарашено уставился на маленькую, которая смело загораживала его собой, светясь вся изнутри.

— Не стоит обижать моих друзей, Ан, — раздался гордый голос из-под вуали.

Ан с восхищением оглядел свою жену, которая еле-еле доходила ему до груди.

— Такая ты нравишься мне еще больше, девочка. Будет интереснее покорить тебя!

Затем обвел взглядом всех присутствующих:

— Все свободны, всем спасибо, а мы с женой пойдем развлекаться дальше.

И он схватил Фло за руку, стараясь не отдернуть руку, обжигаясь о свет, идущий из нее, смиряя и удерживая темную силу в себе.

Фло вздрогнула, она не думала, что он решиться взять ее за руку. Ее свет обжигал его, заставляя пузыриться кожу, отторгая темную силу, но он только сильнее сжимал ее руку, словно позволяя этой боли отрезвлять его, так и не впившего свой бокал вина в этот день.

Ей казалось, что они вечность идут куда-то, пока не поняла, что очутилась в его покоях. Обстановка в комнатах была сдержанной, сугубо мужской. Темные приглушенные тона стен, массивный стол, шкаф, забитый книгами, кресло, на которое небрежно была брошена его рубаха, в спальню приоткрыта дверь. Спальня, вот она-то ее пугала больше всего.

Ан наблюдал за ней все время, что она рассматривала комнаты. Он отметил ее потемневший взгляд, когда она увидела огромную кровать, отметил, как машинально, она обняла себя за плечи, словно стараясь согреться, как перевела свой растерянный взгляд на него.

— И, что дальше? — вдруг спросила она, облизав враз пересохшие губы.

— А дальше, — усмехнулся Ан, — они жили долго и счастливо и умерли в один день.

Он стал раздеваться, поглядывая на остолбеневшую Фло.

— Тебе помочь снять платье? — спросил и замер.

Он боялся ее ответа, боялся ее отказа, но больше всего он боялся ее равнодушия. Наверное, он, так же как и она, боялся этой ночи, хотел и не хотел, чтобы она была здесь.

— Я сама… Ан? Пожалуйста, давай не сегодня… Прошу.

Он резко обернулся, всматриваясь в ее глаза в поисках ответа.

— Нет, Флер. Сегодня. Нам надо пройти через это сегодня, переступить и пойти дальше. Понимаешь, девочка?

И он подошел, снова отмечая, как засветилось ее тело, не подпуская его к себе.

Фло стояла, а он все подходил и подходил. Все ближе и ближе. Защитная магия окутала ее, предупреждающе мерцая в темноте.

Ан рывком дернул ее на себя, прижимаясь к ней все телом, давая понять, что не остановится. Кожа на его груди, животе и руках шипела и покрывалась ожогами, а он только крепче прижимал ее к себе, показывая, что не отступит, что не изменит решения, одной рукой расшнуровывая ее платье, другой крепко прижимая к себе, чтобы не дать упасть.

И Фло не выдержала. Она не могла смотреть на ожоги, которые мгновенно покрывали его тело, не могла чувствовать, как вздрагивает его тело, касаясь света, и как он, упрямо прижимает ее к себе, доказывая ей и себе, что он справится, что он сможет.

Она опустила щит, позволяя ему раздеть ее. Переступила через платье и покорно пошла в спальню. «Перетерпеть, всего лишь перетерпеть», — птицей билась мысль в ее голове, когда она укладывалась на кровать, снова разглядывая потолок, как и тогда, как и теперь. Тело ее заледенело, глаза не выражали никаких эмоций. Вся ее поза, казалось, кричала, скорей бы это закончилось.

Ан остановился на полпути к кровати. Сердце его сжалось. Он видел напряженное тело жены, ее взгляд в потолок, крепко сжатые побелевшие губы. Ан подошел, присаживаясь, и касаясь ее ледяной руки.

— Девочка моя, теперь все будет по-другому, я обещаю, доверься мне, пожалуйста, только доверься мне, — шептал он ей, целуя ее в плотно сжатые губы.

Как он мечтал о ней! Как он хотел ее! Сейчас, немедленно, всю, но не такую, другую, живую, окликающую на его руки, любящую его.

Его губы оставили в покое рот Фло, рука медленно накрыла упругий холмик груди. Девушка напряглась, сжав ноги, когда почувствовала, что его рука коснулась живота.

Фло ничего не чувствовала, страх боли заполнял ее всю, паника накатывала, не давая спокойно мыслить, не давая дышать. Снова захотелось заплакать и начать умолять его прекратить, но она не сделала этого, только покрепче зажмурила глаза, смиряясь с ситуацией.

А Ан начинал злиться. Его любили девушки, о нем мечтали многие, а многие с удовольствием прыгали к нему в кровать. Он был отличным любовником и знал это! Может раньше насилие и привлекало его, но это был лишь способ самоутвердиться неопытному юнцу, за которым скрывалось нехватка опыта, не умение любить, но с тех времен столько воды утекло. И сейчас не ощущая отклика от любимой, единственной женщины, которой он мечтал доставить наслаждение, так долго мечтал, ждал, надеялся все исправить, а она не хочет даже попытаться. Он увидел, как слезы медленно наполняют ее крепко зажмуренные глаза, как руки судорожно сжимают одеяло, как вздрагивает ее тело, но не от накатывающего наслаждения, а от страха, что он не остановится ни перед чем.

Ан со всей силы ударил подушку, его кулак, с шумом рассекая воздух, опустился чуть ли не на ее голову. Фло вздрогнула и открыла глаза. Лучше бы не открывала. Лицо Ана было перекошено яростью, он еще сдерживал себя, но стоило ей сейчас сказать что-то не так, сделать что-то не то, и ураган сметет их обоих.

Ан встал и отошел к окну, выравнивая дыхания, заставляя себе успокоиться.

— И сколько ты собираешься не подпускать меня к себе, — глухо спросил он.

— Я не знаю, — обреченно прошептала Флер, — я не могу заставить себя, — уже откровенно заплакала она.

Флер понимала, что рано или поздно ей придется пересилить себя, но, пожалуйста, пусть это будет не в эту ночь, не сегодня, не сейчас.

— Хорошо, — угрюмо согласился Ан, — но спать мы будем в одной кровати и никаких раздельных комнат.

Он повалился на кровать, укрыл ее одеялом, чуть ли не с головой, и устало вздохнул:

— Спокойной ночи, моя девочка.

Ан обнял ее, прижимая к своему твердому телу, утыкаясь в ее волосы носом. Фло было не очень удобно лежать, чувствуя крепкую хватку парня, она привыкла спать одна, но и устроиться как-нибудь по-другому, она тоже боялась. Незаметно для себя она уснула, пытаясь не дотрагиваться до обнимающей ее руки.


А Яр с Ящером впервые в жизни напились, вернее, напился впервые в жизни Яр, а Ящер просто составил компанию, и только Вик не пригубил вина, прислушиваясь к далеким ощущениям Фло.

Яра мотало из стороны в стороны, когда он пытался добраться до своей комнаты, когда перед ним вдруг выросло приведение в белом. Яр всмотрелся, пытаясь понять, кто это пришел по его душу.

— Кэт, — удивился он, — какими судьбами?

— Яр, да ты пьян, — не отвечая на его вопрос, воскликнула девушка, — пойдем-ка я уложу тебя спать.

И она, ловко обнимая его, повела в свою комнату. Яру, впрочем, было все равно куда идти, все чувства его притупились, чего он и добивался весь вечер, чувствуя невыносимое жжение в груди, а сейчас ему было хорошо.

Прохладные пальчики девушки ласкали его горячий лоб, ловко расстегивали пуговицы на рубашке, заставляя подаваться вперед и просить не останавливаться. Горячие жадные губы накрыли его рот.

— Фло, — простонал Яр, подминая податливое гибкое тело, разрывая платье и впиваясь в губы той, которая отвечала ему с той же страстью. Как он любил ее в ту ночь! Как дарил самого себя! Как ловил стоны с ее губ! Об этом знало только молчаливое небо и Боги, которые готовили этому сильному парню еще не одно испытание.

Утром, едва сумев повернуть разрывающую от боли голову, Яр увидел Кэт. Девушка спала, чему-то счастливо улыбаясь, собственнически прижимаясь к нему. Растрепавшиеся волосы, огни поцелуев на ее теле, чуть припухшие губы говорили о том, что им этой ночью было хорошо.

Яр застонал, и Кэт проснулась, потягиваясь всем телом. Будоража его сознание, но не душу.

— Кэт, зачем ты это сделала, Кэт?

— Я просто люблю тебя и потом, когда препятствий к нашему браку больше нет, я думаю, эта ночь ничего уже не изменит.

Яр встал. Мрачно натянул штаны и застегнул рубашку.

— В этот раз ты ошиблась, Кэт. Брака не будет. Ничего не будет. Больше не приходи ко мне, не нажл.

И вышел из комнаты, оставив растерявшуюся Кэт одну.


А Фло снился сон, будто потоки теплой воды омывают ее тело, даря успокоение и пробуждая внутри непонятные желания. Ей хотелось поднять голову, подставляя незащищенную шею ласковой воде, которая медленно стекала на чувствительную грудь, стремясь ниже и ниже, туда, где было сосредоточено сильное желание, которое рвалось вырваться наружу, распрямляясь пружиной, скрученной в животе. Она откинулась на подушки и застонала, стараясь унять жар.

— Тише, любимая, тише, — услышала она и открыла глаза.

Ан нависал над ней, опираясь на одну руку, другой нежно лаская ее. Он смотрел на нее потемневшими от страсти глазами, счастливо улыбаясь, наблюдая, как под его ласками выгибается ее тело.

— Не бойся, — прошептал он ей, — ты моя, ты для меня.

И уже не останавливаясь, медленно вошел в нее. Когда Фло почувствовала его в себе, наваждение схлынуло, как будто и не было тех ощущений, которые она испытывала минуту назад. Она напряглась, стараясь освободиться от него. Страх заполнил ее полностью. Она вырвалась под ним, а он уже не мог остановиться, не слыша ее мольбы, вдалбливаясь все быстрее и быстрее. И только излившись в нее, чуть ослабив свое огромное желание, он увидел на ее глазах слезы, почувствовал вцепившиеся в него руки и осознал.

— Фло, черт, девочка моя, прости.

Он попытался поцеловать ее, но она отвернула лицо, стремясь не видеть его, не чувствовать, не знать.

Ан обнял ее, крепко прижимая к себе.

— Я люблю тебя, Флер. Люблю так, как умею. Мы научимся, просто помоги мне, пожалуйста, помоги мне.


Глава 28

Ан встал с кровати, со стороны наблюдая, как поднимается Флер, как она заходит в ванную комнату, как закрывает дверь.

«Дурак! Какой же я дурак!» — костерил он себя, пока ждал жену.

Фло вышла уже собранная, одетая и, как ни странно, улыбающаяся. Увидев серьезного Ана, ее улыбка сразу пропала, и она остановилась.

— Пойдешь на занятия? — стараясь, чтобы голос звучал дружелюбно, спросила она.

Ан выдохнул.

— Подожди, Фло, давай поговорим.

Он показал ей на кровать, предлагая присаживаться, но Флер выбрала стул, чтобы больше не провоцировать мужа.

— Фло…, я обещаю, что больше не прикоснусь к тебе, пока ты сама этого не захочешь.

Слова давались ему с трудом, казалось, что он проталкивает их через себя, испытывая огромную боль.

— Фло… давай начнем все с начала. Я не могу согласиться на то, чтобы ты вернулась в свою прежнюю комнату, мы женаты, наш статус не позволяет… короче, я думаю, что все понимаешь. Но это спальня твоя, я не зайду сюда, пока ты не пригласишь меня сама. Сегодня же я перееду в гостиную.

Он не смотрел на Фло, разглядывая что-то в окне. Это решение было слишком тяжелым для него. Он в первый раз просто так отпускал свою добычу из рук.

Флер слушала и не верила своим ушам. Ан, упрямый Ан, сейчас идет ей навстречу, преодолевая свой эгоизм и борясь с темным началом.

— Я правильно понимаю, что могу учиться дальше?

Еле слышно спросила она, разглядывая свои руки.

— Да, пока я здесь, ты можешь спокойно учиться, но, как только меня отзовут, ты будешь обязана поехать со мной.

Фло кивнула, соглашаясь с его решением, а Ан сейчас был готов на все, лишь бы убрать из своей памяти ее испуганный взгляд, лишь бы она улыбалась.

— Спасибо, Ан.

И Фло улыбнулась, снова радуясь новому утру, солнышку за окном и синему небу.

Они разошлись по разным аудиториям, оба довольные сегодняшним утром. Ан был настроен решительно завоевать сердце своей женщины, покорить свою неприступную жену, а Фло просто радовалась, что у нее осталась возможность познавать новое!


А для Яра, Ящера и Вика утро было отнюдь недобрым. Мало того, что двое из них мучились жутким похмельем, так вдобавок ко всему их еще вызвал ректор.

— Что вы натворили? — набросился на друзей Вик.

Яр с Ящером только поморщились от криков, потом переглянулись и оба одновременно пожали плечами.

— Ладно! Чего гадать? Идем?

И Ящер толкнул дверь первым, правда, пропуская вперед Яра. Яру было все равно. Все самое страшное в его жизни уже случилось.

А в кабинете ректора снова заседал полностью весь Высший Совет. Кир, увидев растрепанного, какого-то помятого сына, даже растерялся. Яр сейчас стоял, слегка покачиваясь и пытаясь сфокусировать взгляд на отце.

— Мы позвали вас сюда, — начал сразу Кир, недовольно хмурясь на сына, — чтобы поручить вам дело особой важности. На территории черных оборотней есть гора. Она называется гор Солнца. Так вот, вот там были спрятаны 4 важных артефакта. Оборотни сами могут взять только два из них, но без двух других эти артефакты теряют свою силу. Поэтому ваша задача забрать эти артефакты и принести сюда. Два артефакта может взять в руки только Светлый и только Воин, дав оставшихся, — и Кир посмотрел на Ящера, — только Темный Воин. Вик, ты разрабатываешь план продвижения и стратегию. Если что-то случится с Ящером, то, вероятно, эти два артефакта дадутся в руки тебе.

У Кира сердце кровью обливалось, глядя на сына. Он знал, что это задание придется ему по душе. А еще он понимал, что если Ярослава узнает, куда он отправил их сына, ему точно можно бежать надолго и искать укрытие от разгневанной жены.

А Яр выдохнул. Задание было ем по душе. Он мечтал убраться отсюда, чтобы не видеть ее, не слышать ее голоса, не думать о ней. Он был готов на любые авантюры, только подальше отсюда. Поэтому они договорились с друзьями, что выезжают немедленно.

Так три воина отправились в свое первое странствие.


Фло вышла из аудитории, направляясь в столовую. Взгляд ее упал на девушек, окруживших высокого темного боевика, который весело смеялся над шутками красавиц с факультета любовной магии. Не сразу она узнала в этом раскованном парне своего грубияна мужа. Обаятельный галл, стоял, чуть облокотившись плечом на стену, и внимательно слушал веселую рыжую девушку, которая стояла непозволительно близко и, рассказывая, нежно касалась руки боевика.

Ан не возражал против такого общение, и, казалось, даже напротив поощрял девушку, внимательно слушая ее историю, покровительственно поглядывая, как нежные руки касаются его смуглой кожи.

Фло нахмурилась, настроение сразу же упало, она молча прошла мимо, делая вид, что ей все равно и, не обращая внимание на любопытные взгляды.

Ан, увидев жену, которую он собственно говоря ждал, оборвал на полуслове девушку, имя которой он даже не потрудился запомнить. Фло не видела, как Ан, даже не попрощавшись разорвал круг и бросился за ней. Догнал он ее только на лестнице.

— Фло, постой, куда ты так бежишь?

Н коснулся ее руки и тут же отдернул свою, напоминая себе об обещании. Ну кто виноват, что он все время хотел прикасаться к ней, смотреть на нее, быть с ней!

Флер замедлила шаг, разрешая ему пойти рядом с ней.

— Я — в столовую, потом у меня будет практика с даром. А ты зачем за мной идешь, ты ж вроде занят был? — не удержалась она.

Ан еле сдержал довольную улыбку. Вот его настроение, напротив, резко улучшилось, в отличие от жены, которая с немым укором смотрела на него.

— Для тебя я всегда свободен, любимая, — спокойно проговорил он, — можно я приглашу тебя сегодня вечером в город.

И, пока она не успела отказаться, добавил:

— Не как в прошлый раз, можешь взять с собой Дара.

Он открыл дверь в столовую, пропуская ее вперед.

— Иди, посиди, я все принесу.

И направился в обход очереди сразу на кухню. Через пять минут перед Флер стоял поднос из нескольких блюд, а, напротив, уселся Ан, наблюдая как она ест.

Чтобы нарушить неловкую паузу, Фло спросила:

— А куда мы пойдем?

— Пусть сюрприз будет, — кратко ответил Ан, теперь подперев голову рукой и не спуская с нее глаз.

Фло не выдержала.

— Слушай, ты будешь, — и она кивнула на свою тарелку, — такое чувство, что ты голоден. Можешь взять все, что захочешь.

— Я — голоден, — усмехнулся Ан, — только мне это не поможет.

И он отвернулся, снова разглядывая что-то в окне, давая ей возможность спокойно поесть.

К ним подсела та самая рыжая девушка, с которой Ан разговаривал в коридоре.

— Я не помешаю? — весело осведомилась она, внося с собой запах свежескошенной травы и летнего леса, — а то мест нигде нет, а к вам садится все почему-то боятся.

И она переключила все свое внимание и обаяние на Ана, оттеснив Фло на второй план. Флиртовать ей удавалось легко, и Флер даже позавидовала ей, с какой легкостью та общается с ее мужем. Она с изумлением наблюдала за Аном, который так же весело улыбался и легко разговаривал с какой-то незнакомой девушкой, в то время как с ней с трудом подбирал слова. Он рассмеялся, и Фло поняла, что впервые в жизни слышит его смех, она даже разглядела веселые морщинки возле его глаз и одну ямочку на правой щеке, на левой ямочки почему-то не было.

Фло настолько увлеклась разглядыванием собственного мужа, как не заметила, что давно уже не слушает разговор, но, когда увидела, как нежная ручка незнакомки ласково поглаживает руку ее мужа, на Флер будто вылили ушат холодной воды, веселые голоса ворвались в ее сознание.

— Ну так договорились? — щебетала девушка.

И Ан кивнул, улыбаясь той в ответ.

Фло вспыхнула и вскочила.

— Прошу меня извинить, я опаздываю на практику, — пробормотала она и рванула прочь от этих нежно воркующих голубков.

Ан тут же вскочил, перехватывая ее у дверей:

— Фло, ты куда? До практики еще целый час!

И увидев ее возмущенный взгляд, отшатнулся.

— Ты чего, Фло?

А Фло резко остановилась и ткнула в него пальцем.

— Она трогала тебя! И ты ей улыбался!

Ан расцвел, любуясь взбешенной девчонкой.

— Так я не против, чтобы ты трогала меня. Хочешь?

И он протянул ей руку, улыбаясь.

— Не надо мне, — обиженно надулась Фло, сама не понимая, что с ней и почему она себя так ведет.

— Фло? Ты что ревнуешь?

Девушка снова резко остановилась, вдумываясь в слова Ана. Затем с ужасом посмотрев в его глаза, прошептала:

— Ревную? Кто? Я?

— Да ладно, Флер, расслабься, я не против собственнических инстинктов, а в твоем исполнении так это еще и дает надежду мне все исправить.

Флер, дернув плечиком, отвернулась от него, делая вид, что все сказанное им неправда.

На практике Флер была задумчива. Дар совсем распоясался и делал, что хотел, не реагирую на рассеянные приказы хозяйки.

А Фло все вспоминала, с какой легкостью рыжая касалась руки Ана, как весело она смеялась, заставляя улыбаться ей в ответ, и как Фло не нравилось то, что происходило между ее мужем и этой наглой незнакомкой. Вот, почему она не слушала, о чем они говорят? О чем они договорились? Спросить у Ана? Ну уж нет, она не даст повод, снова думать о ней черт знает что!

Хотя, подумала Фло: «дай-ка я расспрошу у Ана потихоньку на сегодняшнем свидании, о чем был разговор».


Но вечером свидания так и не состоялось. Ан забежал домой на пять минут, чтобы предупредить ее, что ему срочно надо уйти, и тут же куда-то быстро ушел.

Вот теперь начались настоящие мучения Фло, она металась по комнате, представляя, как Ан гуляет с рыжей, как та касается его руки, весело смеясь и заглядывая в глаза, как Ан обнимает ее, наклоняется и…

Фло не спала всю ночь, прислушиваясь вернулся ли Ан или нет и только услышав его шаги под утро, быстро юркнула под одеяло, делая вид, что спит.

Ан потихоньку вошел в комнату, стараясь не шуметь, остановился возле кровати, глядя на нее, поправил одеяло, вздохнул и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

Фло повернулась, и рука ее наткнулась на что-то прохладное. Она быстро села, вглядываясь в темноту. А на подушке лежал ночной цветок, который распускается только один раз в месяц, когда светит полная луна и сорвать его мог только темный маг. Фло улыбнулась и прижала цветок к губам, который еще помнил прикосновение его рук.


Глава 29

Утром Фло еле проснулась. Но опаздывать она не любила, поэтому быстро умылась, собралась, и вышла в гостиную.

Ан спал на спине, растянувшись на диване и закинув руку за голову. Фло остановилась в дверях, разглядывая спящего мужчину: спокойное лицо, мускулистые руки, мерно вздымающая грудь, расчерченная страшным рисунком шрамов, пресс, темная дорожка волос, скрывающаяся под простынею, длинные ноги.

Фло отвела глаза, в голове у нее возник тихий голос Ана: «Дотронься до меня, я не против». Сама не понимая, зачем она это делает, Фло прокралась на цыпочках к дивану, и одними кончиками пальцев погладила его руку, впитывая в себя незнакомые ощущения. Она не знала, что скажет, если Ан проснется, но была готова тут же отдернуть руку и сделать вид, что только что подошла, чтобы разбудить его.

Ан лежал, боясь пошевелиться, выдать хоть чем-то, что он не спит. Из-под ресниц он наблюдал за Фло, которая с детским любопытством еле касалась его руки. Если бы она знала, что ему стоило сейчас сдержать себя, не дернуть ее на себя, подчиняя, сжимая ее руки в своей руке, а другой рукой… Нет, не думать об этом, не сейчас! Он крепко спит, спит!

Когда раздался стук в дверь, Ан еле сдержал стон разочарования. Фло вздрогнула, наморщила лоб, соображая, кто это может быть, и пошла открывать.

За дверью стояла та самая девушка, что сидела с ним в столовой.

— Ой, привет, — заморгала девушка, делая вид, что не ожидала ее тут увидеть.

— Доброе утро, — в ответ поздоровалась Фло, загораживая дверь и не собираясь впускать рыжую.

— А Ана можно?

И девушка потупила взгляд своих зеленых глаз.

— Нет, нельзя, — резче, чем хотела, ответила Фло, чувствуя, как все подозрения этой ночью становятся явью.

— Хорошо. Я зайду позже, — мило согласилась девушка, — передайте ему, пожалуйста.

И она протянула Фло сверток, перевязанный яркой надушенной ленточкой.

Фло молча захлопнула дверь, чуть не прищемив красивый носик незнакомки. Развернулась, чтобы швырнуть сверток в Ана, но того, как назло, в комнате не оказалось. Из ванной раздавался шум воды.

Фло медленно потянула за любовью завязанный бантик, заглядывая внутрь свертка. Там лежала аккуратно свернутая рубашка Ана.

Гнев поднялся в груди Фло, затмевая разум. «Ах так! Ах вот значит как!». Как невовремя вышел Ан из душа! Фло набросилась на него, даже не дав одеться, даже не дав оправдаться. Она со всей силы хлестала его рубашкой, куда только попадала.

Ан опешил. В первый раз он видел свою тихую Фло в ярости: волосы ее разметались, глаза горели, руки были сжаты в кулачки.

Увидев его взгляд, Фло рассвирепела еще больше. Никто не смеет смеяться над ней. Она швырнула рубашку Ану, и набросилась на него с кулаками, стараясь подпрыгнуть и ударить его побольнее. Ее злило, что он молчал, опустив руки и ничего не говоря в свое оправдание, будто соглашаясь с ее яростным обвинением.

— Знаешь что? Знаешь что? Да знаешь ты кто? — наконец выкрикнула она ему в ухмыляющее лицо. — Вообще! Как ты мог?

— Фло, дорогая, ты закончила, можно я вернусь в ванну, иначе я поцелую тебя прямо сейчас. А потом вообще за себя не ручаюсь!

И он развернулся, прямо в полотенце, залезая под холодный душ.


Фло растерялась, глядя как Ан стоял под ледяной водой, пытаясь усмирить дикое желание. Она уже хотела потихоньку сбежать, и почти дошла до двери, когда услышала насмешливый голос.

— И куда же моя страстная женушка направилась? Что даже не объяснишь, чем я заслужил такое пробуждение?

Во Фло снова проснулся огонь возмущения. Она обернулась так стремительно, что юбки взметнулись вокруг ее ног.

— Где ты был всю ночь?

— Отец звал, — растерялся от такого напора Ан, — а что?

— Хорошо, допустим.

Фло прошлась по гостиной, соображая, как вывести его на чистую воду.

— А рубашка твоя, как оказалась у нее?

— У рыжей? — уточнил Ан, — эта рубашка?

«Ага, — возликовала Фло, — так и знала, что… что….»

— Так это не моя рубашка, — усмехнулся Ан, и продемонстрировал ей, стараясь натянуть на широкие плечи явно меньшего размера рубашку.

Фло замолчала, растерянно глядя на улыбающегося парня.

— Я — завтракать, — нашлась она, мечтая проваливаться сквозь землю.

Она подняла голову и встретилась с ним взглядом, отмечая, как он внимательно смотрит на нее, словно пытаясь решить какую-то сложную загадку.

— Люблю только тебя, Фло, все остальные для меня не существуют.

И Ан шагнул к ней, пряча руки за спину, умоляя ее взглядом остаться с ним.

Фло развернулась и вылетела из комнаты.


Ан весь день был на практике, на какой-то жуткой планете. Ввалился он в комнату под вечер, весь грязный, с кровоподтеком на скуле и сбитыми костяшками рук. Фло вышла его встречать и наблюдала, как он стягивает мокрую обувь, попутно объясняя ей, что Тан провалился в болото, а рядом никого не было, пришлось лезть за ним самому, а там гнездо виверн и пока они не расправились с разъяренной мамашей, дальше пройти не смогли. Но это вообще круче, чем война.

Фло смотрела на возбужденного Ана и видела довольного мальчишку, которого отец взял с собой впервые в горы. Она улыбалась, слушая его рассказ, в картинках представляя, как Тан матерится в грязном болоте, как Ан отмахивается от маленьких виверн, вцепившемся ему, хм, в зад, еле отцепил потом.

Потом Ан спохватился:

— А да! Смотри, я что тебе принес!

И Ан аккуратно достал из-под рубашки маленький букетик цветов, которые светились в сгущающихся сумерках.

Фло ахнула, протягивая руки и даже не чувствуя, как их пальцы соприкоснулись.

— Что это? — задохнулась от восхищения она.

— Это антуриум, цветок любви. Его дарят девушке, которую любят. Тебе нравится?

— Очень, — выдохнула Фло и порывисто шагнула к нему, целуя в щеку, — спасибо.

Ан замер, боясь спугнуть этот момент. Хоть так, хоть в щеку. Он снова заставил себя сдержать свой порыв, схватить ее, прижать к себе и целовать до боли, до стона, до ее просьбы.

— В город идем? — весело спросил Ан.

— Так ты ж устал, наверное?

Ану понравилось беспокойство Фло, никто никогда не думал, устал он или нет, есть цель и ее надо достичь, устал — не устал — это было последнее, что волновало всех.

— Нет, беги, переодевайся и пойдем.

Он улыбнулся вслед умчавшейся девушке, которая плотно закрыла за собой дверь в спальню, оттуда раздался ее голос.

— А можно я Дара выгуляю?

Ан поморщился, представив огромного пса, но крикнул ей в ответ:

— Конечно, дорогая, пусть песик побегает на свободе.

И стал придумывать способы удержания пса подальше от него, без угрозы для жизни пса.

Вечер был теплый. Такой, когда хочется оставаться на улице долго, наслаждаясь звездным небом, убывающей луной и тихими разговорами. Ан шел, уже спокойнее рассказывая о сегодняшней практике, поглядывая на пса, который недовольно косился на него, но приказ хозяйки пока не осмеливался нарушать. Он бегал кругами, все сильнее и сильнее сужая круг, пока не стал задевать сильным хвостом ноги Ана, при этом большой лобастой головой ласкаясь к Фло.

Фло радовалась прогулке, не замечая хитрости Дара, когда Дар вдруг взвизгнув, резко отпрыгнул, косясь по сторонам.

Ан тоже начал осматриваться по сторонам, спрашивая у «милого песика»

— Что такое, песик, тебя кто-то укусил за хвостик?

Дар зарычал. Фло нахмурилась, показывая, что недовольна поведением зверя. Дар отбежал в сторону, снова нарезая круги, но стоило ему приблизиться и начать задевать Ана, как та же резкая боль с хвоста пронзила зверя. Тот снова взвизгнул, поджимая хвост. Ан наклонился, делая вид, что завязывает шнурок, и, убедившись, что Фло не слышит его, сердито прошептал псу: «Еще раз заденешь меня хвостом, останешься без него. А я буду ни при чем. Усек?»

Зверь замер, недоверчиво косясь то на Ана, то на хвост. Вдалеке показались огни города.

— Дар, миленький, тебе с нами дальше нельзя, — завздыхала хозяйка, мысленно прося пса уйти в свое убежище. Миг и собаки не стало, будто ее не было.

— Так куда же мы идем?

Любопытство так и сверкало в глазах девушки.

— Развлекаться.

И Ан показал ей на вход в парк развлечений.

О! Что это был за вечер! Фло накаталась на всех качелях, каруселях какие были, вдоволь накричалась от ужаса на огромных горках, несясь со скоростью света вниз, объелась сладкой ваты, измазавшись так, что Ану пришлось поливать из бутылки, чтобы она смогла умыться от липкого сахара. Потом Ан предложил посоревноваться с ней в стрельбе из лука. Фло не любила проигрывать, да и стреляла она довольно хорошо, а тут Ан всегда обходил ее на одно очко, Фло возмущалась, подозревая, что где-то подвох. Пока не увидела, как Ан быстро вскинув лук, практически не целясь, выбил огромного черного пса, висевшего далеко под самым небом. Она завизжала от переполнявших ее эмоций и повисла на шее Ана, радуясь такому шикарному подарку.

Прошло несколько долгих секунд, пока она почувствовала, как окаменели плечи парня, как он стискивает руки, боясь коснуться ее.

— Можно, я просто обниму тебя, — глухо спросил он.

Она затихал, медленно кивая и чувствуя, как сильные руки прижимают ее к себе, как Ан утыкается в ее волосы, замирая.

Он пришел в себя через несколько счастливых минут, показавшимся мигом или вечностью.

— Если такая будет награда, я готов выиграть для тебя весь этот тир. Хочешь?

Фло помотала головой, утыкаясь ему в грудь, прижимая к себе большущего пса.

Этого пса Ан проклял уже через пятнадцать минут. Тащить его было неудобно, а Фло радостно забегала вперед, рассказывая Ану, как здорово было нестись на горках смерти или взлетать к небу. Она изредка поглаживала игрушечного пса, а когда они пришли домой, быстро поблагодарила его и стала укладывать пса с собой на постель, разговаривая с ним, как с лучшим другом. В этот раз она даже забыла закрыть дверь в свою спальню.

А Ан хоть и дико устал, полночи проворочался, завидуя псу и мечтая, чтобы его так же обнимали всю ночь.


Глава 30

Фло проснулась ночью от громкого стона. Она прислушалась, пытаясь понять, что происходит в гостиной. Дверь в ее спальню была приоткрыта, и лунный луч прокладывал светлую дорожку в комнату, где спал Ан.

Фло снова услышала стон и спрыгнула с кровати. Она потихоньку вошла в комнату, освещенную только лунным светом. Ан метался по кровати, громко раздавая приказы:

— Обходи, я сказал, обходи! Черт, куда ж ты прешься. Макс, сзади! Нет, Макс! Макс!

И Ан снова застонал, пытаясь проснуться. Фло присела на диван, тихонько положив прохладную руку на горячий лоб. Ан замер, открывая глаза.

— Фло? Что ты здесь делаешь? Что-то случилось?

И он хотел встать, с тревогой оглядываясь по сторонам.

— Нет, все хорошо, не вставай, просто ты кричал, и я вышла посмотреть, что происходит.

— А кричал, понятно. Разбудил тебя? Прости! Это все война снится, зараза, почти каждую ночь, не хочет отпускать. Ты иди спи, я посижу, больше не буду.

И Ан взлохматил волосы, усаживаясь на диван, потирая ноющую руку. В такие ночи, он боялся снова заснуть и иногда просто сидел до утра, наблюдая, как приходит рассвет.

Фло присела рядом с ним.

— Я посижу с тобой, хочешь?

И она тоже уставилась в открытое окно. Ан покосился на нее, и вдруг ни с того, ни с сего, начал рассказывать:

— Макс был моим самым лучшим другом. Ты его не знаешь, он был из другого приюта. Подружились мы с ним смешно. Он — Темный, я — Темный. Мы тогда в пещеру полезли, чтобы проверить, не прячутся ли там черные, ну я сотворил огонь и он тоже. Не знаю уж, что нашим огненным шарам не понравилось, но они почему-то с шипением стали нападать друг на друга, а потом объединились в один и уже стали гонять нас. Вот тогда мы с ним побегали по этой пещере. Вылезли в прожженной одежде, все в копоти… — он рассмеялся, заново переживая ситуацию, а потом вздохнул.

— Ну, а потом был бой. Это был не первый наш бой, но Макс тогда сказал мне, что сегодня его точно убьют. Я посмеялся и ответил, что не дам совершиться возмездию. В какой-то миг я потерял его из виду, а когда нашел, было уже поздно. Огромный оборотень напал сзади, разрывая шейные позвонки. Я помню глаза Макса в тот миг. И мне кажется, что до сих пор они говорят мне: «Ведь обещал, а не уберег»…… Это сон снится мне на протяжении двух лет. После него, я не могу спать. Черт, — Ан вскочил, прохаживаясь по комнате и потирая руку, — рука эта ноет. Фантомные боли, — пояснил он и снова уселся на диван.

Фло молча прижалась к нему, опуская голову на плечо. Ан замер, боясь пошевелиться, потом потихоньку поднял руку и аккуратно опустил ее на плечо Фло, еле касаясь пальцами. Фло завозилась и устроилась поудобнее, думая, какой был Макс. Но спросить она не решалась, чтобы не бередить свежие раны, поэтому закрыла глаза казалось на минуту, а открыла, когда в окно уже вовсю светило солнце. Они с Аном в обнимку спали на его диване. Теперь уже Фло боялась пошевелиться, чтобы не разбудить недавно уснувшего парня. «Еще пятнадцать минут и надо вставать, а то опоздаем», — думала, разглядывая мужа.


Этой же ночью Черные оборотни держали совет.

— Расстроить свадьбу Светлой Принцессы и Темного Принца не удалось, но нам, по сути, все равно замужем Принцесса или нет, нас интересует ребенок, которого она возможно уже носит, поэтому, ты, — и альфа указал на старшего сына, сидевшего по правую руку, — собираешься на учебу в академию Равновесия. Теперь, когда Равновесие восстановлено, Темные и Светлые заключили нейтралитет, поженив своих детей, мы объявили о капитуляции, тебе, Лео, выпал шанс обучаться в самой лучшей академии боевых магов, — а альфа захохотал, — я уже договорился, сын, не смотри на меня так. Ты — мой лучший разведчик, ты — мой лучший боец, ты — первый красавчик стаи, кому как не тебе победить Темного Принца на всех фронтах. Твоя задача, увести Принцессу с собой, желательно по любви, по большой любви к тебе, но, почему-то мне кажется, что Темный не захочет так легко расставаться со своей женщиной, поэтому тебе же его надо будет убить. Итог прост: Принцесса у нас, Светлые с нами, ребенка выдадим за твоего, значит, мы дружим со Светлыми против Темных и обладаем чудо-дитем, который сделает нашу расу самой могущественной на Регоре.

Альфа посмотрел на высокого спортивного парня с каштановыми волосами, отливающими красным цветом, даже при свете светильников. Желтыми глаза его, угрожающе поблескивали, когда он поворачивал голову.

— Хорошо, отец. Я все сделаю. Темного я знаю, но как я узнаю Принцессу?

— Принцессу узнать легко, она выбивается из толпы наглых шумных девок. Ты узнаешь ее по необычному цвету светлым волосам и… сын, мы пойдем другим путем, ты поступишь не на факультет нападения и защиты, а на факультет биомагии, где учится девчонка. Скажем так, что ты будущий альфа и тебе нужно учиться подчинять себе зверей. Познакомишься с Принцессой, попросишь ее помочь тебе нагнать курс и дело сделано, она попадет под твой обаяние, сын. Да и ты будешь с ней везде, в то время, как ее муж скачет по лесам на практике.

Альфа потрепал сына по его шевелюре. Лео недовольно дернул головой, не отвечая на скупую ласку.

— Когда приступать? — серьезно спросил он.

— Сегодня и отправишься, сынок. Удачи.

И альфа повелительно махнул рукой, отпуская сына.


Второй раз Фло проснулась уже в кольце рук Ана. Голова ее удобно лежала у него на груди, нога по-хозяйски закинута на ноги парня.

Боясь пошевелиться, она осторожно подняла глаза на Ана, чтобы проверить спит он или нет и встретилась с пронзительным взглядом серых глаз. Смутившись, она быстро убрала ногу и попыталась вскочить, но сильные руки придали ее к горячему телу мужа.

— Давай полежим еще, все равно опоздали, — попросил ее Ан, одной рукой нежно перебирая распущенные волосы Фло.

Фло долго лежать особо не привыкла, но учитывая бессонную ночь и просьбу Ана, кивнула, слегка отодвинувшись от него.

Ан гладил ее по волосам и молчал. Фло уже снова начала проваливаться в сон, когда почувствовала, как рука Ана ласково поглаживает ее по шее. Ощущение ей понравились, и она приподняла голову повыше, открывая длинную нежную шею, подставляя ее ласковым пальцам.

Ан никуда не спешил, просто наслаждался близостью Фло. Да, он хотел ее до боли, до стона. Все нравилось ему в ней, все возбуждало, но теперь он хотел большего, чем тело, он хотел ее всю. Хотел увидеть, как она раскрывается перед ним, обнажая душу. Поэтому-то он и никуда не спешил сейчас, помня свои ошибки, не торопился, медленно приручал ее, давая возможность привыкнуть к его рукам и тем ощущениями, которые эти руки вызывали. Сегодня, он давал ей возможность решить самой отказаться или продолжить.

И когда его рука переместилась на небольшой холмик груди, он замер, ожидая ее реакции. Рука лежала поверх старенькой пижамы, медленно лаская прикрытую грудь, но его это сейчас устраивало. Он медлил, но, когда понял, что Фло молчит, не возмущается, не вздрагивает, снов через ткань осторожно погладил грудь. Он готов был в любой момент убрать руку, но Фло не шевелилась.

Тогда он продолжил свое путешествие ниже, до вожделенной полоски кожи между майкой и штанами, которая так эротично подрагивала от его прикосновений. Медленно, одними кончиками пальцев, он ласково провели по обнаженному животу.

Он аккуратно приподнял футболку и потянул ее вверх. Фло нервно дернулась.

— Девочка, — прошептал он, — ты можешь остановить меня в любой момент.

Сейчас Ан молил только об одном, чтобы Фло не согласилась с его словами, но Флер опять промолчала, позволяя его руке двинутся вверх.

Ан еле слышно выдохнул. Для него это была медленная пытка. Привыкший легко брать, легко получать то, что хотел от женщины, сейчас он огромной силой воли сдерживал свои порывы, сдерживал себя, чтобы не накинуться на жену и не завершить начатое.

А Фло пробуждалась медленно, впервые в чувственной ласке находя удовольствие. Ее вообще редко кто касался, а так, как сейчас это делал Ан не касался никто и никогда. Ее дыхание участилось, хотелось чего-то большего, такого знакомого и незнакомого одновременно, поэтому она осмелилась попросить мужа:

— Ан, поцелуй меня.

Первым порывом Ана, было схватить ее в охапку, прижать к себе и целовать, не отпуская, целовать страстно, яростно, доказывая свою любовь. Но он снова заставил себя сдержаться и снова отступил от своих желаний. Он наклонился над ней, еле касаясь ее губ своими, давая возможность осознать, привыкнуть, спрашивая разрешения идти дальше.

Фло потянулась ему навстречу, требуя большего. Тогда он завладел ее губами уже смело предъявляя свои права, захватывая ее губы в плен.

Поцелуй родил новые ощущения, которые горели в ее теле, требуя выхода, и Фло неосознанно вцепилась в сильные плечи Ана, прижимаясь к нему всем телом, выгибаясь навстречу, прося о большем.

— Останови меня, Фло, — хрипло прошептал Ан, прижимаясь к ней со всей силы, — останови, иначе я потом не смогу.

В его глазах горел огонь страсти, грудь высоко вздымалась от участившегося дыхания, и Фло решилась. Она потянула его на себя, подставляя ему губы, отдаваясь его власти.

В этот раз вес было по-другому. Она забыла, где находится, не понимала, где дверь, где потолок. Круговорот чувств затягивал ее в омут наслаждения.

Когда все закончилась, она уткнулась ему в грудь, от смущения не зная, куда деваться. Ан крепче обнял ее, стараясь передать всю гамму чувств, которые сейчас испытывал он. Для него это утро тоже было откровением, как и для Фло. Любить, отдавать всего себя, жертвовать собой — все это было странно и необычно и, однозначно, круче любого секса с нелюбимой женщиной.

— Люблю тебя, девочка, — шептал он ей, успокаивающе поглаживая по обнаженной спине.

В следующий раз Фло проснулась, когда стемнело. «Надо же, — удивилась она, — никогда так долго не спала». Она повернула голову, но Ана рядом с собой не обнаружила, и ей почему-то стало как-то неуютно и одиноко. Закутавшись в одеяло, она побрела в свою комнату, но и там стояла оглушительная тишина.

Раздался негромкий стук в дверь, и Фло обрадовано побежала открывать, радуясь, что Ан вернулся. Но на пороге стоял незнакомый парень, который чуть вздернув бровь, иронично оглядел девушку.

Фло, вспомнив, что она в одном одеяле, смутилась, и решила быстро захлопнуть дверь, но сделать ей это не удалось. Незнакомец ловко поставил ногу, мешая двери закрыться, да еще и уперся рукой, блокируя дверь.

— Здравствуйте, прекрасная незнакомка, — проговорил он низким голосом, раздевая ее глазами, — хотелось бы увидеть хозяина этих комнат. Он дома?

— Его нет!

Фло разозлилась и снова попыталась с силой захлопнуть дверь.

— Не спеши, красавица! — замурлыкал парень, — можно я подожду его внутри.

Леон нравилось смущать Принцессу. Давно он таких скромниц не встречал, а Фло собралась было резко ответит ему, но не успела, услышав холодный голос мужа со стороны коридора.

— Эй, ты! Быстро отошел от двери!

Потом обратился к Фло:

— Флер? Все хорошо?

Незнакомец поднял руки вверх, словно показывая, что он не опасен.

— Все! Все! Я просто хотел познакомиться! Мне подсказали, что начинать надо с тебя, а тут такая девушка!

Ан нахмурился, сжимая руки в кулаки.

— Держись от моей жены подальше. Познакомился? Давай, до свидания.

И он оттер Лео от двери, входя в комнату и закрывая пере тем дверь.

Развернувшись, он увидел Фло, которая успела натянуть на себя халат и теперь стояла в дверях своей спальни, наблюдая за ним. Она была такая по-домашнему милая, что Ан не выдержал, подошел, подхватил ее на руки и счастливо закружил по комнате.

Фло, вцепившись в мужа, смеялась, одной рукой ударяя его в грудь.

— Поставь меня немедленно, уронишь, я — тяжелая, — смеялась она.

— Кто? Я? Уроню? — изумился Ан, подкидывая ее вверх.

Фло завизжала, вцепилась Ану в шею и уткнулась ему в грудь, вдыхая запах костра и леса.

— Ты где был?

— На практике, мне нельзя пропускать, и поесть тебе принес, голодная ты у меня?

И он остановил взгляд на ее губах, инстинктивно прижимая ее к себе. Фло тоже не сводила с него глаза, прошептав: «Да!», отвечая то ли на заданный вопрос вслух, то на незаданный вопрос. Ан прильнул к ее губам, правильно расценив ответ.


Глава 31

Флер зашла в аудиторию и направилась к своему месту. Уже на середине пути, она увидела, что там кто-то сидит и, присмотревшись, поняла, что сидит там, развалившись в самоуверенной позе, вчерашний незнакомец.

— Доброе утро! — вежливо поздоровалась она, — обычно я здесь сижу…

Т она бросила взгляд на красивого парня, который дружелюбно ей улыбался.

— О, вчерашняя незнакомка, здравствуйте!

И он подвинулся, освобождая ей место.

— Присаживайся, меня Лео зовут. Я теперь с вами буду учиться.

И он снова окинул ее заинтересованным взглядом. Его взгляд Фло чем-то не понравился, хотя парень был симпатичный: необычный оттенок волос, странные глаза, какого-то желтого цвета, а еще от него веяло силой, странной силой, но Фло чувствовала, что эту силу она может подчинить себе и это ее привлекало в нем больше всего.

Парень опасности не чувствовал, сидел, дружелюбно улыбался, позволяя ей разглядеть его.

Она уселась, раскладывая тетради, краем глаза замечая, что Лео все так же смотрит на нее, не обращая внимание на девчонок, которые подсаживались ближе к их парте, собираясь познакомиться.

«А она ничего, красивая. Правда нежная очень, хотя… если постараться можно в нее влюбиться. Слабая, подмять ее под себя будет раз плюнуть», — и он переел взгляд на обручальное кольцо, ярко сверкающее на тонком пальце.

Лео протянул руку и коснулся ее кольца, девушка испуганно дернулась, убирая руку подальше, будто он собирался ее покусать.

— Значит, ты и правда замужем? Я опоздал? — с деланным разочарованием протянул он.

Но Фло шутки не поняла. Она сурово взглянула на Лео и подтвердила.

— Да, я — замужем.

Она увидела водящего в аудиторию Ана и улыбнулась. Ан быстро поднимался к ней, но стоило ему перевести взгляд на Лео, как улыбка пропала.

Он поднялся, собственнически привлек ее к себе, откровенно целуя в губы. От такого внимания Фло смутилась и уперлась руками ему в грудь.

— Тебе чего здесь надо? — грубо спросил Ан у Лео.

Лео встретился взглядом с Аном и взгляды их пересеклись, как два меча. Глаза Лео пожелтели, выдавая его сущность, глаза Ана напротив потемнели, от сдерживаемой темной силы.

— Учусь я здесь, — будто нехотя ответил Лео, — а что?

— Я тебя, кажется, вчера предупреждал, держись от моей жены подальше. Тебе что было не понятно в этом предупреждении?

Фло тронула Ана за руку, переключая его внимание на себя. Только драки ей не хватало, итак, вся аудитория просто ломится от любопытных.

— Ан, не надо, — тихо попросила она.

Ан перевел взгляд на девушку и глаза его заулыбались, он снова прижал ее к себе, целуя в висок.

— Фло, нас на неделю отправляют на учения. Справишься тут без меня или тебя отправить домой на каникулы?

Фло расстроилась, но кивнула.

— Не надо домой, я подожду тебя здесь.

— Не переживай, старик, — в их разговор вклинился Лео, снова обращая внимание на себя. Уж слишком быстро эти двое забыли о его присутствии.

— Я присмотрю за ней, — добавил он.

Он думал, что реакция Темного будет агрессивной, но не думал, что так быстро, поэтому пропустил удар кулаком в лицо и свалился со скамьи. Боевик тут же прижал его к полу, не давая двигаться, угрожая сломать руку, если тот хоть чуть пошевелится.

— Значит не понял, — прорычал Ан, — увижу рядом, убью.

И Ан, подняв Лео, пинком спустил его по лестнице вниз, вслед полетели его вещи. А Лео решил пока не усугублять ситуацию. У него была другая цель, и судьба благоволила к нему: неделя без этого придурка. Темный, можешь сказать прощай своей жене. Уж в чем, в чем, а в своем обаянии Лео был уверен на сто процентов. Поэтому, он молча поднял вещи и пересел, совершенно не смущаясь сочувствующих взглядов.

Ан снова поцеловал Фло.

— Люблю тебя. Буду скучать.

И помчался вниз туда, где ждал своего командира отряд.


На следующей паре Лео снова уселся рядом с Фло, та мельком посмотрела на него и спросила:

— Зачем?

«А она не так проста, как кажется» — подумал Лео.

— Нравишься, поцелуешь — пересяду.

Фло поразилась его наглости. С каждым разом он нравился ей все меньше и меньше, и в то же время чем-то привлекал к себе, словно зовя за собой. Фло и не подозревала, что Лео сейчас использует свое обаяние на полную катушку, подключив зверя, который звал самку, воздействуя на физическом уровне. Уровень его магии был настолько силен, что вокруг них собиралось большое количество девушек, облизывающих на красивого парня.

— Он убьет тебя, — просто сказала Фло, даже не сомневаясь в своих словах.

— Не убьет, — так же серьезно ответил Лео, — по силе мы равны, только вот у твоего мужа нет иммунитета против оборотней, поэтому убью его я и тебе же будет лучше, если подчинишься мне сейчас, чем я возьму тебя силой. А ему будет проще умирать, зная, что его жена с Черным оборотнем.

Фло вскочила, с ужасом глядя на него. Лео усмехался, уже не скрывая своего откровенного взгляда, запугивая ее еще больше.

— Зачем тебе это?

— Месть, детка, когда-то твой муженек положил моих лучших друзей, за это я гонялся за ним всю войну, а в последний момент его друг, Макс кажется, закрыл того собой. Какого же было мое разочарование, детка. А сейчас у него есть такое слабое красивое звено, как ты, согласись это гораздо больнее, чем быстро умереть.

И он оказался рядом с ней, вжимая ее в стену, требуя починиться. А Фло поймала этот зов и поняла, что это Зверь внутри него зовет ее. Она вспомнила все уроки подчинения зверя, и, призвав силу светлой, мысленно начала гнуть зверя, заставляя слушаться ее приказа. Лео вздрогнул, почувствовав свет внутри, его зверь сопротивлялся, но сила Принцессы была мощнее. Лео не выдержал и обернулся, представ перед Фло во всем своем очаровании. Черный был необычен. Шерсть с ярко-красным отливом, лысый шрам на морде, мощная грудь тяжело вздымалась. Фло ухватила огромную морду руками, заставляя смотреть себе в глаза, мысленно внушая, что если он еще раз прикоснется к ней, она поставит его на колени и заставит служить себе. Волк сдался, заскулив, поджимая хвост и пятясь назад.

Лео снова обернулся. Никто, никогда не подчинял его себе! Никого его зверь не боялся и никогда не перед кем не отсупал, а тут какая-то Светлая.

— Ты, — зло выплюнул он, — ты будешь стелиться у моих ног, как последняя сучка, дай время.

И он быстро вышел из аудитории.

Фло выдохнула, чувствуя как дрожит от напряжения все ее тело.


Глава 32

Яр, Вик и Ящер тихо пробирались по лесу, стараясь, чтобы под их ногами не хрустнула ни одна ветка. Черные были владельцами этого леса, который стелился до самого подножия нужной им горы.

Такой лес Яр не любил. Темные ели низко склоняли свои колючие ветви до самой земли. Из-за того, что ели росли очень тесно друг другу, солнечный свет редко попадал на так ждущую тепла землю, поэтому земля была усеяна сухой хвоей, и зелени, так стремящейся вверх, не было практически совсем. Сырость была вечным спутником леса.

Легче всего приходилось Вику. Мелкий, гибкий парнишка легко уклонялся от колючих веток, иногда подшучивая над своими неуклюжими друзьями. Особенно над Ящером.

Ящер хорошо умел уклоняться от веток, но мощные плечи с трудом протискивались между тесно стоящими деревьями, и это замедляло его ход.

Они вышли к подножию горы.

— Ну и где искать эти артефакты? — пробасил Ящер, задирая голову.

Гора вздымалась вверх на много километров вперед и была укрыта лесом, скрывая в своих недрах тайны поколений.

Яр насторожился:

— Замрите, — приказал он друзьям, все его обострившиеся чувства кричали об опасности. Они замерли, кто, где стоял. Гору медленно накрывал полог тишины. Казалось сам воздух замер от испуга, деревья застыли в странном молчании, даже веселый ручей перестал журчать, замедляя бег своих веселых вод.

Перед ними повисла бледнолицая женщина с белыми волосами в белых одеяниях. Она внимательно изучала каждого, будто запоминая лица. Дольше всего она вглядывалась в лицо Яра.

— Воин Света, — пропела она, — наконец-то ты пришел, мы так долго тебя ждали.

И она дотронулась ледяной рукой до руки Яра, приглашая его за собой. Яр медленно двинулся за ней, моргая друзьям следовать за ним.

Через несколько сот метров белая женщина привела их к входу в лабиринт.

— Внутри горы тебя, о мой Воин, ждет лабиринт. Тебе надо найти озеро с артефактом. Найдешь озеро, артефакт — твой, не найдешь — погибнешь в лабиринтах. Я жду тебя здесь, о, Воин.

И какая-то сила втолкнула их внутрь горы. Гора задрожала, скрывая вход и погружая в темноту.

Яр зажег магические светильники, осматриваясь по сторонам, откуда-то сверху полилась тихая мелодия. Ребята замерли, музыка будила в них доселе неизвестные чувства: жажда подвига, стремление к цели, желание победить. Внезапно свет снова потух, будто ветер пронесся по лабиринту, задувая магический огонь, и Яр увидел, как засветилась лестница, ведущая вниз.

Он толкнул Ящера, обращая его внимание на светящуюся лестницу.

— Пойдемте, нас приглашают, — стараясь говорить почему-то тише, сказал Яр.

Красновато-оранжевый свет, идущий от лестнице усилился, стоило им приблизиться к ней. Яр первый вступил в необычное свечение, но ничего не произошло. Лестница словно ждала всех.

Только последний из них ступил на лестницу, как свет замигал и все исчезло. Друзья чувствовали, как огромный поток воздуха стремительно несет их куда-то в темноту и, подчинившись воле стихии, они не стремились оказывать сопротивление.

Воздух или лестница, они так и не поняли, принесла их на верхушку каменной горы, с которой открывался вид на город. Сверху город выглядел как два кольца, вписанных одно в другое, два круга жилищ и центральная площадь. В центре площади стояла высокая колонна, увенчанная скульптурой странной птицы — полуженщиной, полузверем.

Вик замер, разглядывая птицу, которая манила его к себе. Он сделал шаг, и вдруг почувствовал, как воздушные крылья вырастают из-за спины. Он умеет летать?! Чтобы проверить это, он взлетел, почему — то направляясь к вершине столба.

Навстречу ему сорвалась птица, с ярко-красным опереньем, которая при ближайшем рассмотрении оказалась необычно красивой девушкой. Темная птица, темная сила, посланница подземного мира. Вик рванул к ней, уже не сдерживая порывов, с одной мыслью завладеть, поймать, не отпустить. Они боролись друг с другом, не замечая времени. Пока магия Вика не победила и стихия воздуха, наконец, спеленала, красивые крылья незнакомки, заставляя ее стремительно падать вниз.

Вик поймал ее у самой земли, с гордостью показывая свой трофей, сидящим на ступенях, парням.

— Что-то ты долго ее уламывал, Вик, — расхохотался Ящер, подначивая друга.

Вик огрызнулся:

— Сам бы полетал, как я. Никогда не думал, что так могу.

— Эй, красотка, зачем звала? — обратился он к покорно стоящей деве.

Девушка не обратила никакого внимания на слова Вика, ее взгляд был прикован к Яру, который держал в руках правильной формы камень, разглядывая его со всех сторон.

— Ты, кто возложил на алтарь Равновесия свою любовь, посмотри на меня, — властно приказала девушка, пряча крылья и оставаясь в огненном платье, которое струилось по ее телу так, будто в этом мертвом городе под землей сквозь нее проходили потоки воздуха.

Яр перевел взгляд на деву.

— Вам будет дано взять артефакты в руки, вы будете владеть тайной, но не миром, и только твоя дочь, которой будет три отца и ни одной матери сможет активировать артефакты, соединившись с Темным.

Затем она перевела взгляд на Ящера и Вик:

— Вы — три отца одной дочери. Вам оберегать и растить ее. Вы — лишенные возможности любить, но любящие чужое дитя, как свое. Вам пророчу я жизнь полную приключений, но целью вашей жизни будет являться девочка, которая скоро придет в этот мир.

Сказала, вспыхнула и исчезла.

Друзья молчали минут пять, переваривая информацию, потом переглянулись друг с другом. Первым, как всегда, отреагировал Вик.

Расстроенным голосом он сообщил:

— Ну вот, завоевал и опять облом, а я-то размечтался. Слышь, Яр, дочь-то когда будешь делать? И как мы ее потом будем делить, папаши?

Яр тоже растерялся, слушая предсказание. Вообще-то он уже принял решение уйти в монахи и, оставаясь Воином Света, странствовать по миру. Любви он больше не желал, жениться не собирался и откуда у него возьмется дочь точно не представлял.

— Ладно, Яр, не принимай близко к сердцу, — смутился Вик, увидев, как изменилось лицо друга, — дочери все равно быть, поэтому пойдем искать для нее артефакт.

И он развернулся, собираясь продолжить путь. Ящер пнул его, чтобы придать ускорение.

— Мог бы и промолчать, — пожурил он Вика, все еще переживая за Яра.

Они огляделись по сторонам, решай куда идти, как снова увидели тот же красно-оранжевый свет, который указывал путь. Вдалеке послышался дробный стук.

Вик обо что-то споткнулся и присмотрелся. Под ногами хрустели кости. Они медленно входили в пещеру, полную скелетов. Скелеты были повсюду. Одни лежали, другие сидели, третьи были подвешены к потолку, и только в центре пещеры было свободное место. Ребята остановились, оглядываясь.

— Не нравится мне это место, — почему-то понижая голос и медленно вытаскивая мечи, произнес Яр.

Вик и Ящер повторили за ним, уже привычно вставая так, чтобы прикрывать спину друг друга. Каждый что-то высматривал со своей стороны, пытаясь понять, откуда исходит угроза. Стук резко смолк. Все замерло. Замерли и воины, готовясь к нападению. Скелеты как по команде встали и набросились на людей, желая пополнить свои ряды.

Рубка началась. Это не был красивый бой на коротких мечах, больше этот бой был похож именно на рубку. Рубку дров. Скелеты рассыпались под ударами, но на их место приходили все новые и новые. Яр не выдержал.

— Вик, Ящер, выставляйте щиты, иначе я убью вас.

Парни понимали, что Яр собирается применить светлую магию, но на таком клочке земли им, Темным, магия Яра грозила смертью. Вик тут же обвил себя воздушным щитом, в последний момент, умудряясь поймать маленькую мышку, которая скользнула ему за пазуху.

Клинок Яра засветился тихим серебряным светом, заставлял скелеты отшатываться от него. Яр прокладывал дорогу шаг за шагом, оглядываясь, проверяя, идет ли за ним Вик. А Вику было плохо, он еле передвигал ноги, зажмурив глаза, и все равно этот чертов свет словно выжигал глаза.

Внезапно все кончилось. Спасительная темнота навалилась на Вика, заставляя того опуститься на влажный пол подземелья.

— Ты чуть не убил своих лучших друзей, — простонал он, роясь за пазухой, пытаясь найти мышь.

— Да вылезай ты уже, трус. Ты не Ящер, ты точно мышь. Может, останешься в таком обличие? — рычал он, сжимая мягкое тельце мышки, которая глазела на все темными глазками.

Ящер преобразился, снова заполняя собой пространство.

— А что ты хотел, — забубнил он, — уж лучше бы ты один помер, чем нас было двое, хотя сидеть у тебя за пазухой не очень-то и приятно. Жарко и темно, — пожаловался он уже Яру.

Яр же вытер вспотевший лоб и убрал мечи.

— Да ладно тебе, Вик, я свой потенциал на минимуме использовал, так что немного хорошего в твоей душе тебя только улучшит.

И он, хлопнув друга по плечу, направился дальше.

Температура вдруг резко стала понижаться, облачко пара вырвалось изо рта Ящера. «Какие еще сюрпризы приготовила им пещера, и где это озеро?» — думал Ящер, замыкая группу. Вдруг трижды прозвенел колокол. И Ящер почувствовал жадный взгляд, сверлящий его спину. Он обернулся и увидел женскую фигуру, которая, то приближалась к нему, то замедляла свое движение. Женщина, казалось, бежала по воздуху, стремясь догнать Ящера, и в то же время осторожничая.

Ящер остановился и резко развернулся, спугнув женщину.

— Тебе чего? — крикнул он в темноту.

— Возьми, — прошелестел голос, — отдашь дочери.

И на камне вдруг появился белый браслет, который обычно одевают чуть вышел локтя. Браслет был явно обручальный, но пары к нему не было.

— И что мне с ним делать без пары? — озадачился Ящер, пытаясь разглядеть женщину.

— Просто отдай, — снова прошелестел голос, — он сам приведет ее к паре. До наступления года Равновесия, все артефакты должны быть активированы, без Темного ей одной этого не сделать. Прощай.

У Ящера было еще много вопросов, но задавать их оказалось некому. Женщины в белом как ни бывало, он пожал плечами, аккуратно положил браслет в сумку и бросился догонять друзей.

К озеру они вышли на редкость быстро. Стены пещеры, были странно выгнуты внутрь, нависая над озером, грозясь в любую минуту обвалиться. По четырем сторонам от озера стояли темные башни, словно охраняя незримый покой. Легкое свечение позволяло немногое рассмотреть, больше сгущая темноту, чем рассеивая.

Яр подошел к озеру и с удовольствием опустил руки в прозрачную воду. Яркий свет вспыхнул сразу же, заставляя зажмуриться, чтобы не ослепнуть. Свет был белый и шел он точно из середины озера, в глубине которого виднелась белая пирамида с ярким артефактом посредине. Поочередно стали зажигаться четыре башни. Три башни были из черного камня и подсвечивались красным огнем, на вершине каждой их них горели красными светом темные артефакты. Четвертая башня зажглась золотистым светом, и луч упал на светлый артефакт, который лежал у подножия.

— Упс, — почесал голову Вик, — кажется, тут не хватает еще двоих: Темного и Светлого. Артефакт в озере явно должен достать Яр, но почему-то мне кажется, что тот светлый артефакт, — и он указал на золотую башню, — ему в руки не дастся. Проверим?

Яр согласился, направляясь к башне. Артефакт лежал у него под ногами, поблескивая золотом, и Яр наклонился, чтобы взять его. Однако, как он ни старался поднять артефакт, тот не шел к нему в руки.

— Хорошо, — пробурчал Ящер, — теперь я. Лично меня тянет вон к той башне.

И Ящер превратился в водную змею, смело прыгнув в воду, чтобы доплыть до башни, приглянувшейся ему. Взмыв из воды уже птицей, он подлетел к артефакту, и попытался его взять, однако ничего не произошло. Тогда Ящер облетел все три черный башни, поочередно прикасаясь к артефактам, стараясь выдернуть их каменной мощи — результат был тот же. Артефакты не хотели признавать своих хозяев.

— Что-то Совет не учел, — почесал голову Ящер, и они с Виком воззрились на Яра, ожидая его решение.

Яр думал.

— Я знаю только одного Темного и одну Светлую, кто мог бы попробовать взять эти артефакты. Надо взять артефакты одновременно, либо должна быть какая-то очередность. Только весь вопрос в том, как доставить сюда Ана и Фло.

Вик посмотрел на друзей, думая открывать им тайну или нет, потом решился:

— Я могу связаться с Фло, описать ей ситуацию и призвать ее с помощью клинка, с Темным как быть — не знаю, но скорее всего, он увяжется за ней. И я надеюсь, что у меня хватит сил притащить их обоих, в противном случае мне понадобиться ваша сила.

Делать было нечего, и ребята решили попробовать.


Глава 33

На следующей паре Лео снова уселся к Фло. Всю долгую перемену он пытался успокоить своего Зверя и договориться с ним. Волк, как назло, сделал стойку на эту Принцессу. До сих пор они с Волком жили душа в душу, Волк благодушно принимал тех девушек, которые нравились Лео. Но теперь их мнения кардинально разошлись: Лео любил сильных, ярких, красивых, Принцесса не попадала под его предпочтения хотя бы тем, что была тихой, бледной и очень хрупкой на вид. И как она умудрилась усмирить его Зверя?

Пока Фло старательно записывала лекцию, делая вид, что не обращает внимание на Лео, парень сверлил ее злым взглядом, усевшись вполоборота. Он вызывал в ней странные чувства: желание нагрубить, ударить, заставить его подчиняться, поэтому Фло не выдержала и чуть резче, чем хотела, спросила:

— Чего тебе?

Лео умел держать удар, а еще он был опытным бабником, поэтому, смерив Принцессу насмешливым взглядом, он протянул:

— Тебя. Нравишься ты мне теперь. Очень.

В былые времена Фло, наверное бы, смутилась, но не теперь. Внутри нее все клокотало, требуя выхода:

— Зачем тебе эти проблемы? Он убьет тебя.

Им не надо было конкретизировать, кто он. Лео сразу понял, о ком идет речь и нахмурился, выдавая свое недовольство:

— Ошибаешься, детка, — зашипел он, — Уж его-то я изучал очень долго и знаю все его слабые места, а ты — еще одно.

Фло сжала руки в кулаки с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Ей казалось, что еще чуть-чуть, и она его ударит. А Лео продолжал:

— Я гонялся за ним всю войну! За тем, кто убил всех моих лучших друзей на той горе. Они лежали такие молодые, красивые и все мертвые! Все! А он стоял, задрав свое лицо к небу и радовался! Тогда-то я оставил на нем свою метку. Надеюсь она тебе понравилась? Ведь шрамы украшают мужчину? Как часто ты трогала ее своими нежными ручками?

Фло сразу представила обезображенное шрамами тело Ана и тот особенный шрам, страшный шрам, который шел неровной бороздой от виска к животу.

— Ну а теперь у меня есть такая прекрасная возможность, как ты, моя детка.

И Лео ласково коснулся щеки Фло, заправляя за ушко выбившийся светлый локон. Фло мотнула головой, стремясь поскорее освободиться от нежеланного прикосновения.

— Понимаешь? — проникновенно заглядывая ей в глаза, шептал Лео, — ему будет проще умереть, если он поймет, что ты выбрала меня. Облегчи его страдания, детка.

Фло казалось, что ей снится страшный сон. Она с изумлением вглядывалась в желтые глаза парня, пытаясь прочесть его мысли, но Лео закрылся от нее, не подпуская к Волку.

— Твой Волк не такой! — с жаром ответила ему Флер.

— Нравится мой Зверь? — переиначил Лео и похабно подмигнул Фло — Я был уверен, что он тебе понравится. А дальше будет лучше, обещаю, крошка.

Лео прекрасно понимал, что Волк выбрал себе пару, и это пара, как не прискорбно, вот эта бледная моль. Фло и Лео теперь были повязаны на века. Он знал, что через день, максимум два, он не сможет отойти от нее дальше чем на двадцать метров. Знал, что пока не овладеет ей, зверь будет подавлять человеческую сущность своими инстинктами, и с каждым днем сдерживать Волка будет все труднее. Все труднее будет оборачиваться в человека, все желаннее будет казаться эта самка.

Знал и бесился. Он искренне ненавидел Принцессу Света, и очень хотел причинить ей боль, такую же, какую испытывал он, находясь сейчас в противостоянии со своим лучшим другом, со своим Волком.

Фло насторожилась. Ей не нравился его тон, его слова, его взгляд. И она решила после пар сразу же подойти к ректору с просьбой вызвать отца. Больше спросить совета было не у кого. Ана втягивать сюда ей не хотелось совсем. Но Лео и это предугадал. Как только закончилась лекция, он прямо в аудитории открыл портал в Черный Лес и с силой толкнул в него Фло.


Глава 34

Альфа яростно мерил шагами мрачный кабинет.

— Зачем ты притащил ее сюда? Ты понимаешь, что максимум через три дня здесь будут и Темные, и Светлые со всей своей армией?

Альфа рычал на старшего сына, который впервые так прокололся, не подумав о последствиях. О чем он вообще думал? Каким местом? Как же не хотелось снова возобновлять войну, которая итак проредила ряды его стаи. Нужно срочно искать выход, девчонка уже здесь и судя по упрямому взгляду мальчишки, отпускать он ее не намерен. Надо выслушать этого балбеса, и отец перевел укоризненный взгляд на сына.

— Отец, — устало начал Лео. Он не очень хотел, чтобы его голос звучал жалостливо. Да и жаловался он в последний раза года в четыре, но сейчас ему хотелось, как в детстве, прижаться к мощному плечу отца, закрыть глаза, высказать все, что накопилось в его душе, и пусть отец решает все проблемы сам. Но он задавил в себе эту минутную слабость и не поддался порыву.

— Она подчинила себе моего Волка. Он теперь как последняя шавка стелется возле ее ног, виляет хвостом и готов выполнять любой приказ, лишь бы сделать ее своей.

Лео вскочил, не в силах удержать ярость.

— Я должен овладеть ей сегодня, сейчас.

И глаза его блеснули желтым, выдавая звериную сущность, которая пыталась сейчас завладеть его мозгом.

— Это успокоит моего Зверя и даст мне возможность заниматься делами, ане думать ежесекундно о ней. Нет, — простонал она, загоняя Зверя вглубь сознания, — я не могу это сделать сегодня, пока она не станет моей женой, быть войне! Я должен убить Темного и подчинить ее совей воле, тогда мы вернёмся к первоначальному плану!

Альфа задумался! Это какой же силы должна быть Светлая, если смогла подчинить себе самого мощного Зверя, который есть на планете! Какой же силы будет ее ребенок! А если смешается кровь Темного и Светлого начала, малыш сможет поставить на колени всю стаю, заставить подчиняться себе даже Альфу! Нет, девчонку отпускать нельзя! Надо, чтобы ребенок воспитывался в стае, он сумеет привить ему любовь к лесу, к оборотням и ненависть ко всем остальным. Пусть на коленях стоят Темные и Светлые, а не его род.

— Она беремена?

Лео уже взял себя в руки, разрабатывая план. Его мысли сходились с мыслями отца, дело за малым — убить Темного! Поэтому он ответил не сразу, осознавая вопрос:

— Да, запах ее изменился недели две-три назад.

— Тогда не смей приближаться к ней! Удовлетворяй свои желания на стороне. Родит будешь делать с ней, что захочешь.

Глаза Лео снова сверкнули. Он еле сдерживался, чтобы не обернуться, пинками загоняя Зверя внутрь. Зверь был недоволен и это мягко сказано! Лео сдерживал превращение, поражаясь силе Волка, с которой он сталкивался впервые.


Ан любил учения, но не в этот раз! Тяжелые предчувствия давили его изнутри, заставляя торопить время. Сколько раз его посещала мысль бросить свой отряд, но он не мог. Оставалось только сражаться до последнего, придумывая различные варианты, идти напролом, «теряя» своих бойцов, но выигрывать время. Так быстро учения не заканчивались никогда! Вместо положенных дней, Ан победил за три с большими потерями. Тренер был недоволен, но Ану было плевать!

Он не успел всего чуть-чуть. Ворвавшись в аудиторию и не найдя там Фло, Лео бросился в комнату Черного, но по дороге был остановлен каким-то пацанчиком небольшого росточка, который протянул ему записку.

«Хочешь увидеть свою девочку живой, приходи сегодня на поляну Поединков в Черный Лес. Лео»

Ан даже не стал переодеваться, как был в грязной полевой форме, так и открыл портал, проваливаясь навстречу неизбежному.


А Флер рвала и метала. Всегда тихая, спокойная, сейчас она горела от ярости.

Стоило Лео войти в ее комнату, как в него полетели подушки, стулья, вазы, которые парень еле успел отбивать.

— Какого…? — заорал он и споткнулся на полуслове, увидев злое выражение лица Фло.

— Немедленно верни меня обратно!

И она пошла на него, заставляя Волка скулить, поджимать хвост и пятиться к двери. Лео еле удержался, чтобы позорно не свалить за дверь.

— Флер, — он поднял руки в успокоительном жесте, — ты только посмотри, как тут красиво!

И он обвел пространство комнаты глазами, заставляя Флер остановиться в растерянности.

И правда, Фло поселили в самую шикарную комнату в замке. Стены, обитые зеленым бархатом, наполняли прохладой комнату, напоминая темный лес в жаркий летний полдень. Картины из шелка пестрели разными оттенками желтого, давая солнечный свет даже в дождливую погоду. Высокое в полный рост зеркало в бронзовой оправе, удобный столик, кресла возле камина — все говорил о том, что гостья желанна в этом доме.

Флер отвлеклась, окидывая задумчивым взглядом комнату. За это время Лео успел взять себя в руки и уже по-хозяйски прошёлся до окна, облокачиваясь на подоконник.

— Флер, — торжественно начал он, потом немного подумал, быстро подошёл к девушке и опустился на колени перед ней.

Флер испуганно отскочила.

— Что ты делаешь? — возмутилась она. Агрессивный Лео был проще, понятнее и вызывал кучу негативных эмоций, Лео у ног был другой и это что-то трогало в ее душе.

Лео склонил голову и протянул ей черную коробочку, в которой лежало кольцо рода.

— Фло, — откашлялся Лео, — может быть я немного спешу, но… выходи за меня замуж.

Флер потеряла дар речи от такой наглости.

— Ты в соем уме, Лео. Я уже в счастливом браке!

— Скоро не будешь.

Лео настойчиво протягивал кольцо, заставляя его взять. Фло медленно отсупала, не спуская глаз с кольца, которое теперь представлялось ей ядовитой змеей.

Лео не выдержал и вскочил.

— Сегодня, максимум завтра, твой муженек примчится сюда за тобой. Скоро все решится, а вот тебе лучше согласиться сейчас, потом я не буду такой добрый.

Он резко дернул головой, вслушиваясь во что-то изветсное только ему.

— Скор же твой муженек, детка. Уже тут! Жди меня, сегодня ночью мы поженимся!

И Лео выбежал, громко хлопнув дверью.


Глава 35

Фло мчалась по Черному Лесу, не разбирая дороги. Колючие ветки хлестали ее по лицу, оставляя кровавые удары. Длинная трава путалась в ногах, словно хотела задержать, но Фло бежала и бежала. Она ориентировалась только на чутье, лес ей был незнаком и вызывал страх.

Как она выбралась из замка — это была отдельная история! Лео закрыл дверь на магический замок, и она услышала его быстро удаляющие шаги. «Предупредить Ана», — темной птицей билась в ее голове мысль.

Фло метнулась к окну и выглянула. Высоко! Недолго думая, она сдернула покрывало, простынь, одеяло и принялась связывать их друг с другом. Веревка получилась непрочной и недлинной. Слабые руки еле-еле завязывали толстые узлы, но Фло было уже все равно. Волнение гнало ее вперед! В эти минуту она осознала, что ей нужен только Ан, только теперь она ясно поняла, что любит его, несмотря ни на что. И это чувство давало ей силы, учила бороться!

Недолго думая, она перебросила веревку через окно и уселась, свесив ноги на подоконник. Стараясь не смотреть вниз, она зажмурила глаза и повисла на веревке. Она замерла, ощущая под ногами пустоту. Понимая, что долго висеть не получится, Фло медленно начала спускаться вниз. Хорошо еще, что в замке не было собак. Оборотни ненавидели собак всем сердцем!

Она спрыгнула, больно упав на пятую точку, но тут же вскочила, оглядываясь по сторонам. Тишина! Она не дала себе времени испугаться и побежала туда, куда гнала ее интуиция!


Лео открыл портал и оказался на Поляне Поединков, где стоял злой, как черт, Ан. Не сказав и слова, они набросились друг на друга. Каждый понимал, что схватка будет не на жизнь, а на смерть.

Лео обернулся, представ в своем истинном обличии. Ан тут же призвал темную силу. Они замерли на противоположных концах поляны, заново оценивая друг друга.

Черного Волка с рыжим окрасом и шрамом на морде, Лео узнал сразу же. Он ждал этой встречи всю войну, а вышло совсем по-другому. Ан зло усмехнулся, еще больше позволяя Темной энергии завладеть собой.

Зверь оценивал мага, шумно втягивая воздух. Кожа Ана потемнела, глаза налились чернотой, вены вздулись, наливаясь темной энергией.

Миг! Оборотень и Темный сошлись в смертельной схватке! Силы были равны. Зверь и маг сражались молча, не слышалось ни рычания, ни вскриков, только шумное дыхание выдавало, что идет страшный бой.

Поле для поединков уже выглядело так, как будто Лео и Ан боролись против стаи свирепых псов. Старт кровавой бане дал Лео, когда одним из удачных рывков порвал в клочья плечо мага, но Ан не остался в долгу, нанося точные удары по оборотню Теперь Лео был залит собственной кровью.

Ни один из них не собирался сдаваться. Настоящая феерическая битва шла между двумя опытными бойцами, которые не шли на уступки друг к другу, разбрызгивая кровавым пейзажем всю поляну.

Ужасно рассеченная голова у оборотня, заливала плотным слоем кровью всю морду. Это снижало видимость, и Лео мотал головой, отфыркиваясь, когда кровь попадал в пасть. Ан побеждал скорость, работой корпуса и силой удара, но перебитая рука давала о себе знать.

Лео понимал, что проигрывает, когда вдруг увидел замершего на миг Ана. Он не стал разбираться, что заставило Темного остановиться и замереть, а собрал остатки силы, которые вложил в мощный прыжок. Но на середине полета его грудь столкнулась с широкой грудью волкодава, который вгрызся в его открытое горло молча, без рыков и недовольства. Пес просто делал свою работу!

Перед тем как закрыть глаза, он увидел Фло, которая отзывала Дара к себе.

Выбравшись на поляну, Фло встретилась с черными глазами Ана, который замер от ужаса, понимая, что девушка здесь. Миг превратился для него в вечность, мозг быстро прорешивал пути спасения Фло. Как в замедленной съемке он видел прыжок оборотня, и понимал, что не успеет, закрываясь неповрежденной рукой.

Флер тоже видела этот полет и даже успела восхититься его мощью. Активация Дра произошла сама собой, без старой игрушки, которую она оставила в своей комнате. Дар появился словно ниоткуда, и она сразу же бросила его на защиту Ана..

Звери столкнулись в мощном прыжке, падая на кровавую поляну. Челюсти Дара сжались на шее Лео.

Фло бросилась к Ану, но на полпути словно споткнулась, оглядывая поляну. Со всех сторон на них наступали оборотни, показывая длинные клыки и тихо рыча. Ан пошатнулся, он понимал, что это конец. Однако собирался дорого продать их жизни. «Прости!» — одними губами шепнул он Фло, прижимая ее к себе здоровой рукой.

Раздался приказ Альфы, и стая ринулась в атаку. Перед глазами Фло и Ана померк свет…


Глава 36

Вик мысленно пытался дотянуться до Фло, но улавливал только чувства страха и безысходности. Подруга не хотела откликаться или не могла. Он открыл глаза и отрицательно покачал головой, ловя вопросительные взгляды друзей.

— Нет, я не могу с ней связаться. Одно знаю, она точно не в академии. Может вместе попробуем, мне нужна вся ваша сила?

И ребята взялись за руки, закрывая глаза, сосредотачиваясь на энергии, вливая ее в Вика. Тело Вика выгнулось и засветилось холодным белым светом. Ящур дернулся, стремясь разорвать контакт, но Вик и Яр удержали его, не позволяя сделать это, заставляя делиться энергией.

Вик настраивал портал, в последнюю минуту, он понял, что не сможет связаться с Флер, поэтому просто положил в круг клинок, обагренный его кровью и теперь отдавал всю энергию, заставлял клинок работать как портал.

Тянутся пришлось недалеко, Фло обнаружилась здесь же в Черном Лесу, но одна она уходить явно не хотела. Она так вцепилась в тело Ана, что отодрать ее от него не получалось. Вик выдохнул, чувствуя, как по спине бежит струйка пота. Он подвел портал под лежащего Ана и открыл его, разрешая провалиться обоим. «Удержим», — шептали его губы, заставляя друзей опустошать свой магический резерв.

Портал открылся прямо в воздухе, оттуда вывалилось окровавленное тело Ана, сверху на Ана свалилась Фло. Ан застонал, здоровой рукой крепко прижимая к себе девушку. Его тело все еще светилось темной энергией, которая стремилась обхватить Фло, защищая ее.


Фло открыла глаза и взглянула на Ана. Он смотрел на нее полными боли черными глазами, не отпуская темную энергию, удерживая ее, стремясь в последнем рывке защитить любимую. Силы его таяли вместе с кровью, которая толчками вытекали из жутких ран. «Прости!» — прошептали его губы и хватка ослабла. Фло увидела, как чернота покидает глаза, оставляя серый цвет, подернувшийся пеленой. Темное сияние исчезло, оставляя тело мага лежать на холодных камнях.

— Нет! — закричала Фло, — Пожалуйста, только не умирай! Ты — мой, ты только мой! — шептали ее губы. А руки уже призывали Светлую энергию, неумело останавливая кровь.

Чью-то руки присоединились к ней, помогая. Она так и не поняла, как здесь оказался Яр. Откуда взялся Вик, поддерживающий ее за плечи. Но все был бесполезно. Жизнь покидала Ана стремительно, словно ей не за что было зацепиться. Фло встала, отходя от мужа. Ее глаза были сухими, она мрачно смотрела в темноту до боли сжимая руки.

Ящер наблюдал за всем со стороны. Когда и Яр отошел от тела, сдаваясь, он подошел к Ану, взвалил на плечо тело и медленно опустил в воду. Вода принимала тело мага, лаская прохладными струями, смывая запекшуюся кровь. Ан медленно опускался на дно, невидящими глазами вглядываясь в темный свод пещеры.

— Что ты делаешь? Зачем?

Фло не могла кричать, когда кричала ее душа, взывая к богам, но сейчас гнев затопил ее, и она набросилась на Ящера, будто он был виновником всех ее бед. Ящер позволили ей выплеснуть горе на себя, не сдерживая, стоически принимая удары маленьких крепких кулаков. Флер уткнулась в мощную грудь, уже не сдерживая громких рыданий, большая шершавая ладонь нежно поглаживала ее по волосам.

Яр и Виком отошли. Сейчас они были лишними в этом всеобъемлющем горе. Яр прислонился к одной из влажных стен пещеры и задумался. Радости от смерти Темного он не испытывал, он отдал бы все, даже свою жизнь, чтобы тот был жив, чтобы не слышать этих рыданий. Любил ли он Фло? Он еще раз пробежался глазами по тоненькой фигурке. Да любил, но не той любовью, которая делала Ана неуправляемым, заставляя сгорать от желания обладать, и успокаиваясь, когда любимая принадлежала только ему. Его любовь была спокойной, тихой. И… он не желал ее, единственным его желанием было защитить ее. Эта любовь скорее была похожа на любовь отца к дочери или на любовь брата к сестре. И сейчас он ясно осознал это, чувствуя горе Фло и не имея возможности помочь.

Вику тоже было жаль Темного, но его мучала мысль, как теперь они добудут артефакт смерти и не ошиблись ли они, предположив, что взять артефакты должны пять человек одновременно. Если это так, то где теперь искать Темного мага?

Все вздрогнули одновременно, услышав холодный злой голос, усиленный сводом пещеры.

— Отойди от моей жены, образина!

Фло почувствовала, как рука Ящера зависла в воздухе, так и не прикоснувшись к ее волосам. Рыдания стихли. И Флер медленно обернулась.

Перед ней стоял злой Ан. Глаза быстро заполнялись чернотой. Темные тени заструились, окружая Ящера.

— Ан! Нет, Ан! — закричала Фло, бросаясь ему на шею, крепко обнимая, будто боясь отпустить.

Ан вдохнул ее запах, успокаиваясь, начиная понимать, что угрозы нет. Он обнял ее, зарываясь в волосы, целуя плачущие глаза и шепча слова успокоения. А Флер, закрыв глаза, наслаждалась родным прикосновениям, подставляя плачущее лицо.

Первым не выдержал Вик. Громко кашлянув, он сказал:

— Господа, вы здесь не одни. Может семейные сцены оставим на потом?

И отлетел в сторону, откинутый волной темной энергии. Помолчали.

Настала очередь Яра. Приготовившись к отражению атаки, он тоже кашлянул, привлекая внимание. Ничего не произошло.

— Ан, Флер, пора заняться делом. У нас не так много времени.

Ан недовольно обернулся, впервые внимательно осматриваясь. Крепко прижав к себе Фло, он отмечал темный своды, покрытые влагой, голубое озеро, на дне которого светилась пирамида, четыре башни по краям. Особенно его звала Темная башня справа, на которой призывно мигнул и погас артефакт.

— Зачем мы здесь? И что за браслет вы на меня нацепили?

Все перевели взгляд на черный браслет, обвивавший его руку чуть выше локтя. Браслет был явно очень старый, он тускло чернел на предплечье, впиваясь гранями. Сколько Ан не старался, ему не удалось его снять.

Ящер осторожно приблизился, порылся в сумке и достал точно такой же браслет, только светлый. Он осторожно поднес его к черному и оба браслета засветились разными цветами: черный браслет мерцал черным светом, светлый — золотым. Энергии потянулись друг к другу переплетаясь, танцуя только один им известный танец.

Ящер вдруг дёрнулся и заорал, опуская дымящуюся руку в озеро. Браслет со звоном упал на камни. Никто не торопился его поднимать.

— Что это было? — почти в унисон воскликнули Вик и Фло.

Ящер, мотая покрасневшей рукой, пожал плечами.

— Браслет мне дала Белая женщина, для нашей дочери.

И он кивнул быстрый взгляд на Яра, словно спрашивая разрешения говорить об этом вслух.

— А у меня появился браслет после того как я побывал в озере, — задумчиво сказал Ан, поглядывая на таинственно светящееся озеро, — после этого я очнулся. Ощутил дикую боль в руке и очнулся.

— Браслеты явно пара, — начал размышлять Вик, — они тянутся друг к другу, и видимо паре, что будет носить их, они явно будут помогать. Логично, что если светлый браслет будет принадлежать дочери Яра, то темный браслет, вы отдадите своему сыну.

— Бред, — нахмурился Ан, внимательно поглядывая на Яра, — никогда я не разрешу своему сыну жениться с его дочерью. — О черт, — заорал он, тут же опуская руку в озеро. Рука на глазах стала опухать под стягивающим ее браслетом.

— Ладно, ладно, дорогая, ты ведь не против уже сейчас обручить нашего сына с его дочерью.

И Ан зло кивнул на Яра, прошептав: «Вот прилип. Никак от тебя не избавится». Браслет еще сильнее впился в кожу и Ан застонал, стиснув зубы:

— Дорогая, решай быстрее, а то я останусь без руки.

Фло, с ужасом разглядывая браслет, быстро кивнула.

— Хорошо, хорошо, я согласна, пусть женятся, только уже отпусти его, — умоляла она браслет.

Браслет разжался, снова принимая форму мужской руки.

— Ну вот и сговорились, — рассмеялся Вик, — жениха с невестой еще и в природе нет, а мы их уже обручили. Класс!

— Есть, — прошептала смутившаяся Флер.

Повисла такая тишина, что было слышно, как на том конце пещеры, тихо падали на каменный пол капли.

— Что? — сглотнул Ан, внимательно разглядывая Фло.

— Жених есть, — виновато посмотрела на него Фло, втягивая голову в плечи.

Ан медленно подошёл, не сводя с нее глаз. Потом так же медленно и аккуратно, будто хрустальную вазу, привлек ее к себе и нежно поцеловал.

— Спасибо, — прошептал он, глядя ей в глаза, — я постараюсь быть хорошим отцом.


Глава 37

— Кхм, кхм. — снова прервал их Ящер, — жених есть и это радует, невесты нет и это тоже радует. Рано нам еще отцами становиться, правда, Яр?

Яр кивнул, соглашаясь с Ящером и продолжил:

— Ладно, видите вот эти башни, нам надо разделиться, каждый выбирает себе башню, и достает артефакт, я ныряю в озеро и тоже стараюсь взять артефакт. Кто куда?

Темный стали выяснять, где чья башня.

Ящер показал на самую высокую башню, где алел красный артефакт, призывно моргая.

— Это моя, я обернусь птицей и заберу артефакт.

— Хорошо, — сказал Вик, меня тянет вон к той, — и он показа на вид неприступную башню, в которой не было ни выемки, ни окна, артефакт синел где-то посередине все время перемещаясь.

— ну тот артефакт явно мой, — усмехнулся Ан, показывая на черный камень, будто впаянный в странного вида башню. Башня больше напоминала неприступную скалу, чем сооружение, да и артефакт был явно больше, чем все остальные.

— Фло, родная, — обратился он к ней, — тебе надо будет взять вон тот артефакт.

Золотой артефакт лежал у подножия белой башни. Казалось, что взять его легко, просто подойти и поднять, но каждый знал, что камень будто прилип к полу, не поддаваясь на попытки его отковырять от пола. Фло кивнула.

— Итак, на счет три. Все идут за своими артефактами.


Яр всматривался в глубину озера. После того как оттуда живой и здоровый вышел Ан, стало понятно, что вода обладает энергией жизни. Озеро притягивало Яра, прозрачная вода казалась живой и теплой, а свет, исходящий из глубин — родным и знакомым. Он подошел, вглядываясь в прозрачную глубину. Озеро заволновалось, вода пошла рябью, волны забились о берег, словно приглашая в гости. Больше не раздумывая, Яр нырнул.

Как только Яр подал пример, остальные направились к своим артефактам. Ящер превратился в огромную птицу. Птица оказалась почему-то оранжевая, с ярко-красными крыльями, казалось, что алый свет исходил из самих крыльев. Размах каждого крыла составлял почти метр. Гордо пролетев над озером, будто красуясь, метаморф подлетел к своей башне, и спокойно уселся возле артефакта, склонив умную голову и внимательно разглядывая мерцающий камень.

Неприступность своей башни Вик уже оценил. Он выдохнул, вспоминая ощущение воздушных крыльев и сразу же почувствовал ожидаемый ветерок за спиной. Чувство восторга наполнило его, и он резко взлетел, обдав остальных потоком теплого ласкового ветра.

Сложнее всего оказалась Ану. Летать он не умел, превращаться тоже. Он внимательно осмотрел свою башню, силясь найти дверь, но башня была выточена словно из монолита. Темный камень, который был покрыт трещинами, проложенными веками струящейся воды. Его башня казалась просто отвесной скалой. Ан поплевал на руки и начал восхождение, цепляясь за расщелины руками и помогая себе ногами. Наконец, встав на выступ Ан увидел как и его камень засветился темным светом. Он взглянул вниз, отыскивая глазами Флер.

А Фло присела возле своего камня, чувствуя, как от него исходить теплая энергия жизни.

Яр вынырнул, проверяя готовность и снова нырнул, стремясь вглубь, к пирамиде.

Ребята одновременно взялись за артефакты, но… ничего не произошло. Камни в руки даваться не хотели.

Яр снова вынырнул и побрел на берег. Вода расступалась перед ним, словно отпуская. Неудача, снова неудача! Он уселся прямо на мокрый камень, даже не взглянув в сторону Флер, которая направилась к нему. Почему-то сейчас ей захотелось обнять и утешить Светлого и, она не удержалась. Подойдя ближе, Фло крепко обняла сидевшего Яра и прижала его голову к своему животу. Раздался грозный рык, подхваченный эхом пещеры. Фло подняла голову и встретилась с яростным взглядом мужа. Она улыбнулась ему, но Яра не отпустила. Яр было дёрнулся, стремясь высвободиться из объятий, но маленькие сильные руки, только крепче прижали его голову к теплому телу. Яр задумался, уходя в ощущения света и тепла.

Ан видел, как светлых охватил сияние. Он понимал, что Фло должна помочь разобраться, но ничего поделать с собой не мог. Первым его желанием было спрыгнуть со скалы в воду и оторвать свою жену от этого Светлого, оторвать раз и навсегда. Но огромным усилием воли он постарался сдержать себя, впервые доверяя своей любимой.

Осознание как надо действовать пришлое обоим одновременно. Они оторвались друг друга, разрывая сияние. Яр крикнул, застывшим друзьям, которым уже надоело стоять на маленьких выступах, ожидая решение.

— Парни, — заорал Яр, берем артефакты по очереди, первым берет свой артефакт самы сильный темный маг — это Ан. Давай, — кивнул Ану Яр.

Ан ухватился за камень и легко поднял его над головой, демонстрируя красоту артефакта, от которого исходило черное свечение.

— Теперь, ты, Вик! — раздался приказ Яра.

Вик прежде чем взять артефакт, нежно погладил его, обдавая энергией ветра и аккуратно поднял камень над головой, темный синий свет сразу же помчался навстречу черному сиянию. Главный артефакт будто притягивал к себе энергию Вика.

Ящер уже не задавая вопросов, аккуратно когтистой лапой подцепил свой артефакт, сидящий кроваво-красным. Три темных энергии переплелись между собой над центром озера и замерли, лаская друг друга, наслаждаясь темной силой.

Настала очередь Фло. Она медленно подошла к золотистому камню и взяла его сразу в обе руки, щедро делясь энергией света. Светлая энергия сформировалась в виде меча, который понесся к центру озера, разбивая темный шар. Шар вспыхнул, принимая энергию жизни и разноцветный луч упал в озеро, активирую последний артефакт. Пирамида задрожала и стала медленно подниматься из озера.

Из воды показалась огромная пятиступенчатая пирамида. Никаких входов, проемов, потайных дверей видно не было. Кроме тогда пирамида была сложна из белоснежных камней разной величины, в основании пирамиды были уложены огромные валуны, а самые маленькие составляли вершину. Камни были тщательно подогнаны друг к другу и только на вершине пирамиды, светился белым светом, освещая все вокруг артефакт. Вода медленно уходила, освобождая пятой башне место. Яр поднялся на вершину и остановился ровно напротив Ана. Они стояли друг перед другом и не враги, и не друзья.

Яр взял артефакт, позволяя своей энергии слиться с камнем. Артефакт Ана загорелся черным. Два света, две энергии: темная и светлая слились друг с другом в странном танце. Со стороны было не понятно то ли это танец борьбы, то ли это танец примирения. Лучи то пересекались друг с другом, тут же отскакивая, то сплетаясь воедино. Темный и Светлый пытались найти что-то хорошее в противоположных мирах. Яр с болью принимал темную энергию, открываясь навстречу Ану, Ан молча открывался светлой энергией, впитывая ее как губка, стараясь расслабиться, чтобы меньше испытывать жжение. Одинаковые знаки стали появляться на руках Принцев, светясь изнутри.

Долго длилась эта борьба, пока на пол со звоном не упали кольцо с камнем, в котором переливалась всеми цветами энергия жизни и короткий меч, на рукоятки которого чернел темный артефакт.

Ан нагнулся было за мечом, но был отброшен в сторону темной силой, однако Яр меч взял в руки спокойно. Кольцо досталось Ану.

Они оба непонимающе вертели артефакты перед собой, удивляясь, что стали обладателями противоположной по духу стихии. Белая женщина материализовалась из воздуха.

— Браслеты и артефакты принадлежат не вам, — огорчила она их, — вы являетесь только их хранителями. Как только истинные хозяева найдут друг друга, произойдет обмен, и мир воссияет с новой силой!

Она махнула рукой, отправляя всех в открывшийся портал.


Глава 38

Портал не успел закрыться, как следом за друзьями из него выскочили два настоящих живых щенка. Один вернее одна белоснежного окраса с ярко-синими веселыми глазами и дружелюбно виляющая обрубком хвоста, другой темный, почти черный щенок, который обещал вырасти в мощного пса. Он с огромным неудовольствием смотрел на дружелюбную сестру, которая ткнулась носом в ноги Яра, потом попыталась подпрыгнуть и лизнуть его руку. Стены портала начали искриться и исчезать, когда все услышали тихий голос: «Щенки подарки вашим детям от меня, прощайте».

Яр узнал место куда их забросила белая женщина. Они стояли перед огромным замком, выложенным из темного камня. Замок был окружен высокими стенами и усилен массивными башнями. Он величаво возвышался над рекой, на берегу которой стояла их компания.

В этом замке Яр провел не один год своей жизни и воображение уже услужливо подкидывало ему, как обрадуется мать, как обнимет его дед, как засуетятся слуги. Он уверенно направился к опущенному через реку мосту, жестом приглашая следовать за ним.

Ан обнял Флер за плечи, тревожно вглядываясь в ее осунувшееся лицо.

— Устала? Что-то болит? — вдруг заволновался он.

Фло только благодарно улыбнулась, доверчиво опираясь на сильные руки мужа. Забота мужчины все еще была для нее в новинку, и она всякий раз смущалась и не знала, что отвечать, а жаловаться она не привыкла, поэтому просто доверчиво вложила свою руку в широкую ладонь Ана и покачал головой.

— Все хорошо, правда. Ты со мной и это главное!

Ан не выдержал: он вдруг понял, что ему наплевать на приличия, наплевать на этот величественный замок, ему стало абсолютно все равно, что о них подумают, поэтому он просто поднял Флер на руки и крепко прижал к себе свою драгоценную ношу.

А из замка им навстречу уже бежала маленькая хрупкая женщина, которая со смехом повисла на шее сына, обнимая его и ероша густые волосы:

— Яр, наконец-то ты дома! — отдышавшись проговорила она, потом взгляд ее упал на гостей и леди смутилась.

— Разрешите представит вам мою маму, Леди Ярославу, — рассмеялся Яр, выдвигая мать на первый план.

— А это мои лучшие друзья. Ан и Фло — семейная пара, — знакомил Яр, с нежностью обнимая мать.

Как давно он не был дома! Он совсем позабыл этот до боли знакомый запах лета, душа его рвалась навстречу дому, вспомнить так давно забытые мелочи, порадоваться любимым вещам, познакомить друзей со своими любимыми местами.

Флер было чуть неудобно знакомиться с красивой матерью Яра, сидя на руках Ана, но Ан и не думал ее опускать, лишь кивнул головой внимательно сканируя Ярославу. Ярослава же в ответ улыбнулась Темному словно старому знакомому, а потом перевела взгляд на Фло.

— Приветствую Светлую Принцессу и Темного Принца в нашем доме. Проходите, пожалуйста!

И перед ними распахнулись огромный ворота южного входа, открывая вид на зеленый парк и дорожки, обсаженные цветущими розами. Фло восхищенно ахнула, увидев такую красоту. Яр нагнулся, сорвал цветок и протянул смутившейся Флер.

Ан дернулся, бросив предостерегающий взгляд на соперника. Яр же только весело ухмыльнулся. Уже поворачиваясь к Ану спиной, он рассмеялся.

— Ан, нельзя ревновать к своему брату. Флер мне как сестра и в ее положение прекрасное ей просто необходимо как лекарство.

— К брату? — оживилась леди Ярослава, — я чего-то не знаю.

— Эх, мама, мама, какая же ты невнимательная у меня, — покровительственно пробасил Яр, закатывая рукава своей рубашки и кивая на руки Ана.

Как только они вошли замок, письмена, покрывающие их руки засветились одинаковыми знаками.

Ярослава ахнула:

— Хранители? Вы оба Хранители? Но как? Почему?

И она стала забрасывать вопросами сына. Вик и Ящер только дивились терпению Яра, который подробно давал матери отчет о произошедшем.


Фло и Ану выделили просторные покои для гостей, хотя Ан предпочел бы все-таки уже оказаться в их комнате в академии, и тихо разобраться со всем происшедшем. Фло же наслаждалась ощущением безопасности, теплой водой и чистыми простынями. Ее волновало совсем другое. У нее будет малыш! Это волшебное чувство не давало ей покоя, оно порхало внутри нее, наполняя ощущением безграничного счастья. Она вглядывалась в себя, пытаясь ощутить те изменения, которые прямо сейчас проходили в ее организме. Фло так ушла в себя, что не заметила, как подошёл Ан, тихо уселся на кровать и ласково положил руку на ее живот.

— Ну, как ты там, мой сын? — обратился он к животу, но потом все же перевел гордый взгляд на Флер.

— Сын! У меня будет сын! Девочка моя, ты представляешь? У меня будет сын!

Он сейчас выглядел сам как мальчишка, волосы растрепаны, в глазах блестел горделивый огонь, губы так и норовили растянуться в довольную улыбку.

— Фло, я научу его всему. Я научу его драться, я научу его быть первым, быть сильным, и он не будет у нас нуждаться никогда! Мой сын получит все самое лучшее, что есть в этом мире. Флер я буду самым лучшим отцом, ты ведь веришь мне?

Флер звонко рассмеялась, притягивая к себе мужа, который вдруг резко замолчал и вдруг впился в ее губы страстным поцелуем. На время все мысли о ребенке, о хранителе, об артефактах были забыли. Остались только он и она, ее желания были ему дороже всего в эти моменты, впрочем, как и его.


Вик, Ящер, Яр и Кир сидели за столом в гостиной внимательно рассматривая белый браслет и темный меч. Арси нарезала круги вокруг кресла, стремясь привлечь к себе внимание Яра. Собака оказалась одной из самых древних пород, в которой смешались черты боевых собак, древних псов демонов и собак, сопровождающих дракона. Родиной этих собак являлись темные миры и откуда бесценные щенки у белой Дамы, было неизвестно.

— Дааааа, — нарушил затянувшееся молчание Кирдан, — значит дочь.

Он снова замолчал, друзья уже перебрали тысячу ситуаций откуда у них появится дочь на троих, но так и не выбрали не одно. Решили, что как будет, так и будет. Никто из них так сильно не любил женщину, чтобы сделать ей ребенка. Тем более никто не был способен отправить мать ребенка в изгнание. По всему получалось, что, либо женщина умрет от родов, либо откажется от ребенка сама, либо ребенок будет подкинут. Но если он будет подкинут, значит не будет настоящим ребенком Яра, а в предсказании говорится именно о его дочери. Короче, решили пустить все на самотек. Вдруг Яр не сегодня, завтра встретит свою судьбу и дочери быть!

Артефакты пока решили положить в сокровищницу, но как только они спустились в хранилище, как браслет засиял теплым светом и быстро пополз по руке Яра, обхватывая предплечье, будто не желая с ним расставаться. Пришлось оставить и меч, теперь сама мысль разделить браслет и меч была почему-то противна Яру, он сердцем понимал, что несмотря на то, что вещи две, артефакт един. Идею о хранилище пришлось оставить.

Кир поглядывал на друзей, не решаясь сказать им то, что уже продумывал несколько дней.

— Ребята, — наконец обратился он к ним, — как вы смотрите на то, чтобы оставить обучение в академии и на время переехать на Терру?

Друзья во все глаза уставились на Стража миров.

— Дело в том, что сейчас там необходимы Воины Света и Тьмы. Назревает конфликт между демонами и вампирами, разрешить этот конфликт сможет только Светлый, познавший Тьму. Только Воин Света сможет понять, кто взял артефакт примирения и вернуть его на место, тем самым помирив две расы. Равновесие не должно быть нарушено. На отдых вам один день и собирайтесь….

Так разошлись пути двух названных братьев Ана и Яра. Ан с Фло остались в академии, ему суждено было учиться, а Яра и его друзей ждали приключения в разных мирах.


Прошел год… Яр с командой вернулся из Нижних миров, загорелый, возмужавший, он больше не напоминал красивого юношу. Воин был перед нами с тяжелым взглядом темных глаз и шрамами на мускулистом теле. Рядом с ним всегда была неразлучно белая собака, которая за год вымахала до размеров теленка, но свой веселый нрав сохранила при себе.

— Поехали навестим Ана с Фло и посмотрим на Тима. Мальчишке уже три месяца, а мы так и не поздравили счастливое семейство, — обратился Яр к Вику и Ящеру. Те только радостно закивали, соглашаясь с дельным предложением. Вик скучал по Фло, хотя очень часто общался с ней по ментальной связи. Впрочем, Яр всегда был в курсе дел семьи Темного Принца, так и не решившись разорвать странную связь, которая возникла между ними в той пещере и крепла с каждым днем. Например, ан всегда ощущал, когда Яр находился в трудной ситуации, а однажды даже появился в самый неожиданный момент, вытаскивая их из полной задницы, когда отступать было прост некуда и оставалось только дорого продать свою жизнь.

Появились они в академии тихо, с разрешения ректора и быстро направились к комнатам Ана и Фло. Вдруг на Яра злой фурией налетела Кэт.

— Ты? — выдохнула она. — Куда ты делся? Это все из-за тебя!

И она крепко схватила Яра за руку.

— Ты должен пойти за мной.

Яр давно уже разучился задавать вопросы, а о том, что было у него с Кэт, он давно и благополучно забыл, поэтому просто пошел за разъяренной девушкой. Вик и Ящер побрели за ними, с недоумением переглядываясь.

Дойдя до своей комнаты, Кэт бросила всего два слова:

— Стой здесь!

И скрылась в комнате. Не прошло и мгновения, как она вышла и впихнула в руки Яра ворочающийся пищащий комочек.

— Это твое, забирай! А мне такого не надо! Я еще нормально пожить хочу!

Кэт стремительно развернулась, зашла в комнату и захлопнула дверь.

Яр неловко держал в руках плохо завернутого младенца и растерянно смотрел на друзей. Вид его был прямо скажем не то что смешон, нет, но необычен точно. Высокий мускулистый воин и маленький голенький младенец, умещающийся на одной руке мужчины. Яр попытался половчее перехватить младенца, но ребенка у него тут же отобрал Ящер.

— Не умеешь — не берись, — прошептал он, ловко заворачивая ребенка в одеяльце и укачивая на руках.

— А вот и наша дочка, ты такая красивая, милая, — любовался девочкой Ящер, умильно корча рожи.

— Ты напугаешь ее своей рожей, дай мне подержать, — подпрыгивал Вик, — это и моя дочка тоже.

Ящер только укорачивался, не желая отдавать теплый комочек. А у Яра в груди просыпалось знакомое чувство, он еще не видел, как выглядит этот ребёнок, но уже любил ее всем своим сердцем, уже стремился защищать ее все своим существом. А еще он четко понял, что никому ее не отдаст. Если раньше думал, что как только у него родится дочь, он отвезет ее в замок к своей семье, то теперь он понимал, что хочет видеть сам, как растет его дочь, как делает первый шаг, как начинает говорить.

Поэтому, он так и не дойдя до своего друга, активировал портал, перенося себя, друзей и дочь в свой замок, чтобы решить, как быть дальше.


Эпилог

Трёхгодовалый мальчишка крепко сжимал в руках деревянный меч, стараясь победить страшное чучело, набитое соломой. Он был горд собой! Только что его похвалил самый важный человек в доме — его отец. Отец всегда гордился им и Тим, не зная ни в чем отказа, шел напролом, добиваясь своего. Игра с темной энергией привлекала его. Как только он родился, темная магия признала его, награждая силой темных, питая темной энергией. В первые часы Флер так и не смогла взять на руки своего сына, боясь, что свет обожжет его. Но энергия мальчишки была настолько сильна, что просто отторгала свет, не позволяя светлой энергии коснуться кожи.

Как только родился Тим, браслет спал с руки Ана и занял место на предплечье истинного хозяина. Мальчишка так привык к нему, что не обращал внимание. Он не боялся потерять браслет, потому что тот словно сросся с его кожей, являясь продолжением руки, браслет рос вместе с ним, охватывая руку выше локтя, выделяясь черной змеей на смуглой коже. Впрочем, не только браслет рос вместе с ним, у Тима был верный друг — Кербер, который не позволял к себе подходить никому, кроме Тима, даже Ан не смел погладить сурового пса. А еще пес избранно подпускал чужих к своему хозяину. Если ему не нравился человек, то к Тиму ближе чем на три метра этот человек подойти просто не мог, предпочитая общаться с малышом на расстоянии. Лучшего охранника для ребенка нельзя было и придумать.

Выделяло Тима от обычных сверстников и кольцо, которое ловка сидела на пальчике малыша. Да, это было необычно. Мальчишка был на сто процентов Темный маг, чья энергия родилась вместе с ним и Тим управлял ей так же легко, как ходил, а кольцо, сияющее на пальчике ребенка было светлым, но почему-то это не вносило дискомфорт в жизнь мальчишки. Как и браслет — кольцо подстраивалось под рост ребенка, защищая его от Темной силы. Мальчишка был неуязвим теперь как для Темных, так и для Светлых. В будущем — этого бойца будут стараться переманить на свою сторону как светлые силы, так и тёмные, и Ан делала все возможное, чтобы сын стал истинным Темным, а Фло мечтала о свете, обучая ребенка любви к животным и умению подчинять их своей воле.


Ди ехала на спине Ящера весело помахивая пухленькими ножками. За свои три года, она успела повидать четыре планеты и поучаствовать в двух битвах за Равновесие. Ее не пугал ни темный лес, ни синее море, ни грозовое небо. Была она и в больших городах, жила и в маленьких деревушках, а иногда, когда они не успевали дойти до какого-нибудь жилища, сидела с папами, развлекаясь тем, что подкидывала сухие палочки в весело горящий костер.

Жизнь была прекрасна! Ящер учил ее заботиться о себе. Показывал, как развести костер, как можно приготовить еду, учил разбираться в травах, грибах и ягодах. Но больше всего Ди нравилось засыпать в мощных руках зеленого метморфа, слушая плавные напевы на незнакомом ей языке.

Вик был ее лучшим другом в играх и Ди искренне считала, что гибкость, которую развивал в ней Вик с первых месяцев, досталась ей по наследству. С Виком они разучивали танец ветра, лазили по деревьям, учились прятаться и превращаться в невидимки. Вик однажды показал ей меч, к которому малышка потянулась всей душой.

Но самой большой ее любовью, был почему-то Яр. Суровый, немногословный мужчина притягивал ее к себе как магнит. С ним она могла часами сидеть обнявшись, и Яр рассказывал ей много разных интересных историй про миры, про дворцы, про балы. Он учил ее мечтать. А еще он заставлял ее чувствовать себя самой красивой в этом мире девочкой.

Впрочем, все трое мужчин восхищались Ди, отмечая ее необычный разрез синих глаз, которые в периоды недовольства темнели, наливаясь глубоким бархатным цветом, таким, каким бывает море перед штормом. Вик всегда ей говорил, что такой прямой изящный носик достался ей от него, потому что его род хоть и обедневший, но самый древний, и такой аристократический нос могли ей дать только его предки. А Ящер басил, что пухлые губки — это его заслуга. И чтобы доказать, что Ди похожа на него, он складывал свой огромные губы в дудочку, требуя от Ди поцелуя. Ди визжала, убегала и пряталась за Яра. А Яр просто любовался своей маленькой изящной дочкой, которая всегда ходила растрепанная, цепляясь кудряшками за броню мужчин. Справиться с ее густыми волосами пока не удавалось ни одному их них. Яр каждое утро неумело пытался сделать хвостик, или два, или три, который к обеду снова превращался в каскад волос. Ящер однажды предложил подстричь малышку, за что был поколочен обоими друзьями и больше об этом не заикался. А Ди нравилось ходить растрепанной, других причесок она не знала.

Ее подружкой в эти годы стала Арси. По характеру они были похожи: обе веселые, неунывающие, шкодные, они бегали по полям наперегонки, кувыркаясь в мягкой траве. И только однажды, Ди поняла, что Арси не только ее подруга, но и защитница. В тот день было жарко, и они разбили лагерь в тени густых берез, через дорогу лежало огромное поле, куда Ди с Арси и отправились. Валяясь в траве, малышка заметила внимательный взгляд черных глаз. Они не мигали, гипнотизируя девочку. Ди замерла, не зная, как поступить: змея была красивая, ее тело переливалось на солнце разными цветами, и девочка очень хотела бы с не подружиться. Она уже сделала шаг навстречу как услышала негромкое рычание Арси. Арси вообще рычала редко и это заставило ребенка насторожиться. Маленькими шагами она стала отступать от огромной змеи, которая приподнялась над землей, готовясь к прыжку. Одновременно змея и Арси взвились в воздух, сталкиваясь гибкими телами. Арси рвала змею огромными клыками, стремясь задавить ее мощным телом. А змея кольцами сворачивалась вокруг Арси, выдавливая из нее жизнь. Ди металась из стороны в стороны. Она не знала, что делать: то ли позвать на помощь, то стоять и ждать, наблюдая кто победит. Арси она бросить так и не смогла, а змея побеждала, подбираясь к открытому горлу собаки. Ди запаниковала, впервые так близко она видела схватку ни на жизнь, а на смерть. И Ди не устраивал ее исход, она понимала, что Арси слабеет, поэтому, она собрала весь свой страх в один большой огненный шар и кинула им в змею, которая вспыхнула как щепка в огне и рассыпалась в прах за какую-то секунду, опалив белую шерсть собаки. Когда прибежал Вик, все было кончено. Он подхватил испуганную малышку на руки и помчался на поляну. Но Ди успокоилась только тога, когда увидела Яра. Она протянула к нему свои руки и разрыдалась, требуя защиты. Яр прижал к себе дочку дрожащими руками, и ощутил, какое горячее стало ее тело. Маг светлого огня! Его дочь — повелительница огненной стихии! Они переглянулись друг с другом, понимая, что управлять огнем не сможет научить ее ни один из них. Когда Ди заснула, так и не разрешив, спустить себя на землю, Яр нежно укачивая малышу, прошептал:

— Придется теперь заглядывать во все храмы огня и просить настоятельниц обучать ее, потом отдадим ее в академию света.

— Она очень сильна, — шептал в ответ Вик, — ты не видел, как огнем горел браслет, не обжигая ее, а помчался я за ней, потому что меч обжег меня так, что я понял, случилась беда.

И Вик показал на то место, где обычно висел меч Ди. Там сияла дыра и виднелся участок обожжённой кожи.

Ящер только покачал головой.

— Надо искать учителя. Давайте на зиму остановимся в каком-нибудь городе, маг огня научит ее хотя бы управлять энергией, потом двинемся дальше.

На этом и порешили…

Две жизни пришли в этот мир, две жизни, связанные еще до рождения. Что ждет их? Встретятся ли они? Смогут узнать друг друга? Кто они — друзья или враги? Об этом мы узнаем позднее.


Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24
  • Глава 25
  • Глава 26
  • Глава 27
  • Глава 28
  • Глава 29
  • Глава 30
  • Глава 31
  • Глава 32
  • Глава 33
  • Глава 34
  • Глава 35
  • Глава 36
  • Глава 37
  • Глава 38
  • Эпилог
  • X