Настя Любимка - Дорога вечности [СИ]

Дорога вечности [СИ] 997K, 238 с. (Академия Сиятельных-4)   (скачать) - Настя Любимка

Настя Любимка
Дорога вечности


Глава 1

— Я не хотела! — мой крик потонул в волне второго взрыва. — Ой!

Земля содрогнулась, наше временное пристанище — маленький, уютный домик осыпался пеплом. В буквальном смысле.

— Ой, — передразнила Элайза, — сейчас нам всем будет «ой».

Она была права. Все, что касалось моей новой силы имело последствия в виде ректора Академии Сиятельных. Он никогда не повышал голос, не применял грубой силы, но от его взгляда хотелось забиться в самую дальнюю щель и не вылазить из нее пока лорд Альгар не уйдет.

Мастер появился внезапно. Рывком поднял на ноги Пенелопу, которую метров на пять отшвырнуло от нас. Внимательно осмотрел ее и только после этого повернулся ко мне.

Ледяной взгляд, поджатые губы, сдвинутые брови. Сомневаться в том, что мужчина зол не приходилось. Инстинктивно спряталась за спину Ривэна.

— Асакуро, Элайза, помогите Пенелопе. — Отдал он приказ и медленно пошел ко мне. — Ривэн, в сторону.

Если бы успела, вцепилась бы в брата, так сильно боялась смотреть в глаза учителю.

— Итак, вы остались без дома и продовольствия, — констатировал ректор и тише добавил: — пятый дом за месяц.

«Я не хотела» — в который раз, мысленно повторила себе, словно это могло что-то исправить.

Я опять подвожу свою команду. Не знаю, сжалиться ли мастер над нами сейчас или нам придется самим сооружать себе укрытие.

Из-за меня наша практика началась раньше и проходила в лесу. Второе Королевство любезно предоставило свои территории для моих бесчинств. Я не могу совладать с блуждающими стихиями, ставшими частью моей магии. Да как их контролировать, когда каждая стихия имеет свой «нрав»? А огонь вообще словно с цепи сорвался! Такой мощи у меня никогда не было, даже в тот день, когда я поступала в академию. Самые простые заклинания оборачивались катастрофой. И первая случилась после возвращения из столицы в альма-матер.

Я тонула в море своих эмоций: горечь и боль от предательства Райана и Коши, помножились на радость от осознания того, что Алекс Сталлаг жив. Вихрь из противоречивых чувств захватил меня, лишая разума, высвобождая магическую энергию.

Мой дар взбунтовался, а итогом стало разрушение общежития «Факультета Стражей». Не видь я это собственными глазами, никогда не поверила, что подобное возможно. Один миг и верхняя часть башни осыпалась пеплом.

Ликующие студенты, встречающие своих победителей с криками кинулись прочь. Воцарился хаос. Студенты дружно тушили мантии, на которые попала искра, преподаватели боролись с выпущенной мной магией. Если бы не они, все могло быть еще хуже. Я утешала себя лишь одним: никто не пострадал. На мое счастье, короля и королеву Академии Сиятельных, вышли поприветствовать абсолютно все учащиеся.

Конечно, оправданием это служить не могло.

Отец взялся компенсировать студентам их потери, естественно и я отдала свои сбережения, в том числе денежный приз за первое место в конкурсе.

Однако я лишила студентов не только их личных вещей, но и крова. И если преподаватели сумели сохранить часть башни для половины проживающих, то вторая половина, по сути, оставалась на улице.

На помощь духов-хранителей рассчитывать не приходилось. Райан призвал всех, тем самым оставив академию без львиной доли защиты.

Сложно описать мое состояние, когда я поняла, что не только чуть не убила людей, но и выжгла свою связь с Кошей. Я больше не чувствовала своего стража, а он меня. В тот момент адекватными мои действия не были, иначе бы я никогда не прогнала дракона.

Сделанного не воротишь.

По словам мастера, башню отстраивают, остались последние приготовления, и студенты, которых разместили в общежитиях других факультетов, смогут вернуться к себе. Мне же запрещено появляться в академии пока я не научусь обращаться с новой силой.

Я не обижалась на это решение. Оно было правильным, потому что я представляла собой угрозу для окружающих. И как бы странно не звучало, но мое место в лесу. А еще лучше в пустыне, чтобы не пострадала природа от моих «художеств». Правда, никто из преподавательского состава с этим не согласился.

Только зачем со мной сослали ребят? Им требовались другие предметы для успешной сдачи экзаменов. А ведь им предстоит сдавать их экстерном. Да и мастеру приходилось усиленно заниматься с нами не только как с боевой пятёркой, но и с каждым из членов команды по их профилю. Иногда его подменял декан Ронг или леди Вероника Элвер, которые не боялись нестабильности моей магии.

Сегодня занятия были только с ректором, и прибыл он раньше по моей вине.

— Что на этот раз, Хейли?

Я опустила глаза. Не могу ему признаться, что у нас проблемы в команде. Пенелопе очень тяжело давались походные условия. За этот месяц мы неоднократно ложились спать грязными и голодными. Мне хватало малейшей эмоции, чтобы все испортить, будь то дом или приготовленный ужин. Огонь жадно бросался из меня, сметая на своем пути любую преграду.

Сегодня тренировка далась Пени тяжелее обычного. Ей отказала выдержка, волна негодования и обиды выплеснулась на мою голову. Я только и успела, что сменить траекторию выброса магии, иначе вместо дома сгорела бы Пенелопа.

— Я жду ответа, Хейли, — напомнил о себе мастер.

— Я не хотела, — снова прошептала, словно это могло что-то изменить.

— Лорд Альгар, Хейли не виновата! — Пенелопа хромая шла к нам. — Это моя вина, я не сдержалась. Я…мне очень тяжело привыкнуть к такой жизни и…

— Достаточно. — Остановил ее учитель.

Я же спряталась за спины Элайзы и Асакуро, которые подошли к нам вместе с Пени.

— Кто еще хочет отказаться от места в команде Хейли?

Если бы сейчас пошел дождь из булавок, я удивилась бы меньше! Во мне возрастала волна возмущения и протеста, но я подавила ее.

Мастер прав, находиться со мной опасно. Я представляю для всех угрозу. И без того паршивое настроение ухудшилось.

— Хейли! — крикнул лорд Альгар, и я вскинула голову.

Демон все побери!

— Я случайно!

Моя команда и мой учитель находились в воздухе. Их качало из стороны в сторону, вызванным мной ветром.

Спокойно Хейли, тебе нужно подумать о чем-то хорошем.

На ум пришла матушка Софи. Ее доброе лицо, всех карающая метелка и обещание скорой встречи!

— Довольно!

Я вновь распахнула глаза. Поляна преобразилась вокруг благоухали цветы, проросла молодая трава и порхали бабочки. И все это сделала я.

— Простите, — выдохнула, заглядывая в глаза ребятам.

— Итак, желающих вернуться со мной нет, — произнес ректор, и я не сумела подавить счастливого и облегченного вздоха. — Я вернусь вечером, тогда и решим, что делать с этим. — Мужчина указал рукой на место, где был домик. — А пока…не разнесите лес и поговорите друг с другом.

Его уход мы проводили дружным молчанием. Минут пять мы старались не смотреть друг на друга. Поговорить нам стоило давно, но я постоянно откладывала этот момент. Внутренне мы все чувствовали перемены. Они буквально витали в воздухе.

Я опустилась на траву, следом за мной потянулись остальные.

— Прости, Хейли, — Пенелопа первой не выдержала тягостного молчания, — но я…

— Ты должна была уйти, — жестко сказал Ривэн, чем сильно удивил меня. — Это раньше, ты была никем, а сейчас знаешь, что твой род не менее знатен, чем род Сизери. И как бы ты сейчас не оправдывалась, но скрыть ни свою брезгливость, ни вечный вопрос в глазах: почему я должна так страдать, не можешь.

Названный брат говорил жестко, не стесняясь ранить девушку.

— Ты мечтала о положении в обществе, ты его получила. Король больше не давит на тебя, у него совершенно иные проблемы. А к Хейли ты не испытываешь никаких чувств, даже отдаленно похожих на дружеские, иначе никогда бы не позволила себе усомниться в методах наставника и доверилась Хейли, безоговорочно, как мы. Ты же, делаешь все, чтобы тебя вытурили из команды, ведь так намного проще, верно? Снять ответственность за свои поступки, заставляя терзаться совестью других.

— Поддерживаем, — хором отозвались Асакуро и Элайза.

— Ривэн я…

— Достаточно!

Мне приходилось прилагать огромные усилия, чтобы наружу не вырвалась одна из стихий. Я выполняла дыхательную гимнастику, заставляя свои мысли крутиться вокруг матушки Софи, а не концентрироваться на перебранке, что устроила моя команда.

— Хейли, ты можешь выпустить пар, садись к нам спиной, но поговорить мы обязаны. — Асакуро поправил очки. — Дальше так продолжаться не может.

— Ты не навредишь нам, — Элайза поддержала оборотня, — мы, в отличие, от некоторых, не настолько глупы.

— Хватит! — Пенелопа разрыдалась. — Да, я хотела уйти, рады?

— Мы и не сомневались, — фыркнула Элайза и подтолкнула меня, заставляя сесть к ним спиной.

— Только ты не могла не понимать, что Хейли сама ни за что не отправила бы тебя в академию, исключив из команды! Ты хоть осознаешь, насколько ей сейчас тяжело? Хотела добавить ещё больше переживаний?

Залп огня ушел в небо. Как бы мне не хотелось, и как бы я не старалась, а сдержать стихию не смогла.

Ребята правы, но и по-своему права Пенелопа. Ее, как и меня, вынудили к этому союзу. Мы пытались стать друзьями, видимо, не вышло.

— Я не буду оспаривать ваши слова, — произнесла я, — однако вы забываете, что Пенелопа не по своей воле вошла в нашу команду. Забываете, что несмотря ни на что, она ни разу не предала нас.

Я давно рассказала членам своей команды, каким образом Пенелопа оказалась с нами. Очень многое для них перестало быть тайной. Я доверяла им, как самой себе. По-другому у нас бы просто не получилось. Когда спишь вместе, голодаешь вместе, получаешь нагоняй от наставника и делишь единственное одеяло на пятерых — не сблизиться просто не реально.

— А разве ее поведение — это не предательство?

— Хейли, ты слишком мягка, а это недопустимо.

— Что вы мне предлагаете? — взвилась Пенелопа, — я больше не хочу уходить.

— Выслушайте меня, — их начинающуюся склоку удалось прервать, — несмотря на то, что я ваш лидер, мне важно мнение каждого из вас, однако… Вы судите Пени по себе и поступаете абсолютно неправильно.

Ветер усиливался, мне пришлось остановиться, чтобы сделать упражнение, выровняв дыхание.

— Асакуро, Элайза, вы всю жизнь провели в лесах. Вы — оборотни, лес для вас — родной дом. Вам нестрашны лишения, потому что вы подстроитесь под любую ситуацию. Сможете защитить, прокормить себя. И для этого вам не требуется костер, всего лишь обернуться в зверя.

Я слышала, как учащенно дышат ребята, Ривэн так вообще прислонился к моей спине.

— Брат, а ты…ты рос в таких условиях, что практика в лесу для тебя всего лишь увеселительная прогулка. И ты сам знаешь, что я права.

— Ты пытаешься нас подвести к тому, что Пенелопа леди? — фыркнула Элайза, — ты, между прочим, тоже леди, но так себя не ведешь.

— Не перебивайте, пожалуйста, — попросила я. — Я думаю, Асакуро известно, какой из меня покоритель лесов. — Я позволила смешку сорваться с моих губ.

— Бабочки, — выдохнула Пени, — ой, прости.

— Я говорю о том, что из всех вас лишь я понимаю состояние Пенелопы. Ни для кого не секрет, что в прошлом году, я проходила практику в этих же лесах. Домой я просилась уже через час своего пребывания.

— Через час?

— Верно. Я никогда самостоятельно не разжигала костер, не готовила свой обед, и уж тем более не ловила его. А проблема с крышей над головой, сводила меня с ума. Я думала, что не доживу до конца практики. — Сердце гулко забилось в груди, вспоминать о том, кого сейчас я считала предателем, было больно. — Но со мной был страж, который направлял меня, заботился обо мне. Не давал впасть в отчаяние, а позже…я встретила свою названную матушку.

Я прогнала образ Коши, маячивший перед глазами, заменив его ласковым лицом Софии.

По щеке невольно скатилась слеза. Воспоминания о драконе причиняли мне боль.

— Если бы не их помощь, практику бы я не прошла. А теперь представьте каково Пени, кроме меня, ее никто не поддерживает и не воспринимает всерьез. Вместо содействия и крепкой руки помощи, она получает презрение и враждебность. От тех, которые являются ее соратниками, командой!

— Хейли… — выдохнула Пенелопа.

— Не перебивай, — я взмахнула рукой и над нами пронёсся маленький смерч.

«Да чтоб тебя, магия своевольная!» — мысленно выругалась я и закрыла глаза.

Я перебирала в памяти самые счастливые моменты, заставляя сердце замедлять стук, а крови не приливать к вискам. Дышать ровно, а не рвано.

— Я не вправе удерживать рядом с собой никого из вас. И пока не поздно, я предлагаю каждому хорошо подумать над тем, стоит ли оставаться подле меня и моей сумасшедшей магии. Я никого не обвиню в трусости или предательстве. Ситуация поменялась. А мир…мир на грани войны.

— Что?

— Хейли?

— Принц Валруа, да? — тихо спросил Ривэн. — Он не просто так забрал духов-хранителей?

Я упрямо поджала губы и предпочла промолчать. Есть вещи, о которых пока, не стоит распространяться. К примеру, о том, что Райан обладает силой Утратившего Имя. И это не совсем моя тайна, ректор потребовал молчания. Но я имела право рассказать обо всем, когда почувствую, что моя команда к этому готова.

Увы, мы не только не готовы принять страшную правду, мы друг друга принять не готовы и это неимоверно удручает!

— Хейли, остановись!

В первое мгновение, я не поверила своим ушам, а затем открыла глаза и подумала, что спятила.

Я так часто вспоминала этого человека, так часто рисовала каждую черточку лица в своем воображении, что сейчас, реальным больше казалось то, что моя магия создала иллюзию, чем матушка София действительно идет к нам!

— Не может быть, — вторя моим мыслям, воскликнула Элайза. — Софи Ратовская!

— Ну же, девочка моя, — названная матушка остановилась и раскрыла объятья.

Больше я не сомневалась и подскочив с травы, кинулась к ней.

Как давно я ее не видела. Как давно хотела прижаться к ее груди! А еще поплакаться!

— Ласточка моя, сизокрылая. — Матушка гладила меня по голове и лопотала нежности, а я…я просто млела в ее объятиях.

— Эээ, кажется, мы тут лишние, — голос Ривэна доносился словно из-за стены.

— Еще немного и весь лес зацветёт, — со смешком сказал Элайза и я, наконец, пришла в себя.

— Опять? — простонала, глядя на летающих бабочек и благоухающую цветами поляну.

— Ты не хотела, — хором сказали ребята и рассмеялись. Даже Пени смеялась вместе с ними. Недолго. Ребята оборвали свой смех и хмуро посмотрели на девушку.

— Я смотрю у вас нет лада между собой, — матушка прислонилась к своей метелке, — что ж, будем учиться доверять друг другу. Меня присалили вам в помощь.

* * *

Райан Валруа


Я сидел на полу среди разбросанных бумаг. Мне не нужно глядеться в зеркало, я и так знал, что выгляжу хуже любого покойника. Немытый, небритый, в каких-то лохмотьях. В довершении мрачной картины моей внешности — обезумевший взгляд с лихорадочным блеском больных глаз.

Кто сказал, что сила Бога — это великий дар или благо?

Бремя. Последствия и боль. Ничего более не несет эта магия.

Я провел рукой по взмокшим сальным волосам. Странное чувство. Вернув свой привычный облик, я лишь на краткий миг испытал удовлетворение и облегчение. А затем вспомнил, какую цену заплатил за возвращение.

От досады пнул ближайшую кипу бумаг.

— Чтоб вас всех!

Затворничество. Добровольное. Попытки воспроизвести прошлое по крупицам информации и исследование новой силы. Вот для чего я запер себя в четырех стенах ветхого домика, далекой от шума города и магов, деревеньки.

Я скрупулезно записывал все. Неудивительно, что вся комната завалена листами, исписанными моей рукой. Сколько я нахожусь в этом доме?

Месяц? Два? Или все-таки три?

Я запутался. Время для меня перестало существовать. Лишь привычка брала свое. Потребность знать временной отрезок.

Знать, чтобы просто представить, что может делать она….

Я схватил первый попавшийся листок и вчитался, желая заглушить горькие мысли.

Мне попался особо слезливый момент из жизни Эльхора.

Свадьба Хеллы. Занимательно, но в воспоминаниях самой Богини об этом не было ничего. Хейли бы показала мне.

Это поражало, раздражало и вместе с тем заставляло задуматься над всей ситуацией в целом. Конечно, я знал возможности человеческого организма и мозга. Знал, что мы способны блокировать в памяти те моменты, что неизбежно приведут к гибели тела или лишат рассудка. Однако….

Я не мог отделаться от чувства, что Хеллой и Эльхором умело манипулировали. Только кто и зачем? Слишком много белых пятен.

Да и сама история получения волшебной силы сшита белыми нитками.

Именно потому я не поддался на уговоры Велиара. Не знаю, было ли это интуицией или врожденной осторожностью, но я поступил верно, скрывшись от всего остального мира.

Пусть это кажется трусостью, однако рубить сгоряча, как желал демон, я не стал.

И первым, что вывела моя рука на листе, были слова об эмоциях.

Подвержен сильнейшим чувствам горечи и боли, Эльхор уничтожил свой город. А ведь мог бы поступить иначе. Мог….

В отличие от Хейли я видел всю картину и знал больше. Хотел ли того «дядюшка» или нет, но он просчитался, открывая мне все.

В памяти любимой хранилось воспоминание о Хелле, пробудившей стихию воды после того, как ее заперли в доме. Она ведь куда-то сбежала?

Тогда почему Эльхор попал на ее свадьбу?

Первое несоответствие. Подобных несостыковок множество.

А проблема в том, что и те воспоминания, что показывал Дрейк Рассветный Хейли, и те, что видел я от Велиара — настоящие. Это действительно случилось в прошлом.

Отсюда первый вопрос, сколько реального времени заняло преображение Эльхора в мертвом огне? По словам «дядюшки» — не больше суток.

И парень верил этому. Я — нет.

К тому же, меня остро волновал момент с жертвами. Неспроста меня окропляли кровью, неспроста лилась кровь на Эльхора. И, как я уже знал, на моего предка — Элнора.

Вот только Велиар не смог подтолкнуть того, к чему стремился этот старый демон. Уничтожать мир тот не спешил, как не спешу и я. Мало того, в отличие от Элнора, я держусь вдалеке от любимой и могу трезво мыслить.

С последним, я бы, конечно, поспорил. Рассудок — то сохранился, однако, иногда, я просто выпадаю из реальности. Сложно отличить, что явь, а что нет.

Хорошо другое, с пробудившейся силой Велиар больше не может действовать за моей спиной.

И самый главный момент — обязан подчиняться моей воле.

Мне пришлось лишить академию защиты, собрав всех демонов вместе, потому как сила этого существа, вполне способна их подчинить. Я не хотел катастрофы для своей альма-матер. Пока, так точно.

— Райан, я нагрел воды, сходи помойся!

— Мне не до этого! — отмахнулся от навязчивого дракона и придвинул к себе новую стопку листков.

— Я сейчас все сожгу! — пригрозил Дрейк! — Немедленно иди в лохань! Как ты еще не задохнулся от своего запаха!

— Забываешься!

— Ну и что? Что ты мне сделаешь? Воспользуешься силой — сожжешь свои драгоценные бумажки. Мне же твой огонь вреда не причинит. А ну, в лохань, живо, вонючка!

— Дрейк! — я натурально шипел и медленно поднимался с пола. — Мне хватит сил скрутить тебя в трубочку, засунув твой грязный язык в то самое место!

Наглый дракон и не думал пугаться. Издеваясь, высунул раздвоенный язык и облизнулся.

— Отлично, первый шаг сделан, ты — встал! — удовлетворенно заявил он. — А теперь топай к лохани. Я тебе и трав собрал.

Меня несказанно изумляла манера этого существа, он одновременно язвил и проявлял заботу. Но в одном он прав, первозданный огонь не причинит ему ни малейшего вреда. И я остро сожалел, что эта чешуйчатая тварь ушла от Хейли. Он один мог заслонить ее от моей силы. Спасти, если это будет необходимо. Идеальный щит, который бросил свою подопечную!

— Ты пыхтеть-то переставай. — Дрейк подталкивал меня к маленькой комнатке, заменяющую мне ванную комнату. — Иди, и попарься! Только попробуй выскочить сразу, толком не помывшись!

— Да, мамочка! — огрызнулся и вздохнул, сложно признать, но я бесконечно рад, что дракон рядом.

Его заслуга в том, что я не сошел с ума. Мой страж едва не погиб от разрыва связи, но кто бы мог подумать, что его спасет Молли. Впрочем, нашел чему удивляться, они пара.

Я тосковал за своим василиском. Понимал, что моей вины нет, но все равно проклинал свою самоуверенность. Все могло быть иначе, не будь я столь доверчив…

— Прекрати, — рыкнул Дрейк, — это все равно случилось бы, не сейчас, так позже, зато, ты сохранил жизнь мальчишке!

— А тебе не говорили, что подслушивать нехорошо?

— Ты слишком громко думал!

— Брысь отсюда, — я захлопнул дверь перед носом дракона и скинул одежду.

От деревянной лохани шел горячий пар, а вот я…действительно был вонючкой. Тушка с душком!

«Вот ведь! Теперь сам себя так обзывать начал!» — мысленно отругал то ли дракона, то ли себя и погрузился в воду.


Глава 2

Несколько дней среди нас царит идиллия и гармония. Во всяком случае в том, что касается ночлега и приема пищи. Этим заведовала матушка София. Меня к готовке она и год назад не подпускала, а теперь и подавно, но я не в обиде. Нам же лучше!

Правда, моя борьба со стихиями продолжалась. Причем не в мою пользу. Присутствие матушки действовало на меня успокаивающе и вместо разрушительных последствий, поляна, которую мы облюбовали для тренировок и жилья, цвела и пахла.

Ректор приходил всего раз, предупредить, что на неделю мы остаемся на попечении госпожи Ратовской. Моя команда расслабилась, решив, что могут отдохнуть от тренировок, но не тут-то было.

Матушка знала толк в дрессировке! Особенно зарвавшихся оборотней, которые пытались словесно ужалить Софию.

Я и раньше ведала, что между смесками и кланами существует неприязнь, но только сейчас ощутила насколько она сильна. И пусть сама София была чистокровным оборотнем, но она защищала тех, кого презирали два могущественных клана.

Все чаще я приходила к мысли, что позвать к нам матушку Софию было плохой идеей. Элайза и Асакуро, которые вечно друг с другом соперничали, объединились против нее, но при этом, в других вопросах, держались особняком — если я отправляла их за дровами, они шли не вместе, а порознь. Это касалось практически всего. И несказанно раздражало меня. Даже проблема с Пенелопой для них ушла на второй план. А вот Ривэн все еще не желал мириться с Пени.

В итоге я оказалась в эпицентре конфликтов. С одной стороны, оборотни, с другой названный брат и подруга. Вечно так продолжаться не могло и однажды, обязательно произойдет взрыв, а пока…пока нам удавалось сохранить хрупкое равновесие. И отчасти это получалось, потому что помощь Софии оказалась необходимой мне и моему бунтующему дару. Ее советы и твердая рука делали то, чего не удавалось мне самостоятельно.

— Ласточка моя, ты опять задумалась, — пожурила меня матушка. — Пойдем, попьем чаю, пока твоя ватага разбежалась по лесу.

Она ловко разожгла костер, сама же поставила котелок и кинула в воду травы.

— Садись, — приказала она, указывая на бревно. — Садись и слушай.

Я вздохнула. Матушка София никогда не вмешивалась в мою медитацию, если на то не было причин. Конечно, я должна была очистить свое сознание, а не перебирать в уме поступки своих друзей, но не это стало причиной вмешательства.

— Ты вот воюешь с собой, с пробудившимися силами. Блуждающие не в первый раз выбирают носителя, Хейли. И каждый, кого они привечали мог справиться с могуществом, знаешь почему?

— Потому что они выбирали опытного мага, и он…

— Нет, золотце мое, у них все получалось, потому что они радовались этой силе, благодарили Сияющую за этот мимолетный дар. Блуждающие стихии выбирают того, кто может изменить ситуацию, того, кто первым должен попасть под удар, но обязан выстоять и выжить.

Я слушала внимательно и жадно. Потому как даже ректор не удосужился мне толком все объяснить. Я только и слышала о концентрации энергии, контроле эмоций, но не могла взять в толк, каким образом оно все взаимосвязано!

— Ты боишься, Хейли. И этот страх сковывает твой разум. Вместо того, чтобы плыть по течению вместе с новой силой, ты гребешь против, упорствуешь, сопротивляешься и неизменно проигрываешь.

— Матушка, но что я должна сделать? Сомневаюсь, что мое мысленное обращение к стихиям, подействует.

— Ты о ментальном приказе? Конечно, нет. Все намного проще и сложнее одновременно.

София замолчала, отвлекаясь на чай. Она ловко налила горячий напиток в деревянные чарки. Одну оставила себе и присела рядом со мной, вторую мне протянула.

— Пей, медленно и осторожно, не обожгись.

Откровенно говоря, мне бы хотелось не чай пить, а только слушать, но матушка просит, значит нужно исполнить. Я подула на воду и вдохнула травяной аромат.

— Ты отвлекаешься на вещи, которые в твоем нынешнем состоянии, не должны быть значимыми. Иными словами, настроение в твоей группе, конфликты ребят, их чувства — шелуха, не стоящая внимания.

Как хорошо, что я уже успела проглотить чай! Иначе бы подавилась!

— Матушка…

— Я не закончила, ласточка моя. Пей чай и слушай, а не перебивай.

Я лишь вздохнула и перестала пытаться возразить.

— Ты должна стать безразличной ко всему и всем. Не реагировать на чужие эмоции, боль, радость, но при этом, в нужный момент, суметь выпустить все чувства. Блуждающие стихии реагируют на твой эмоциональный фон. Если ты расстроена — вокруг чахнет природа, тленом тянет земля, умирают животные. Ты обрадовалась, и природа возродилась из пепла.

Я знаю это, сложно не заметить, когда уже месяц я вижу результат своих чувств и выпущенной стихии.

— Проблема не столько в тебе, Хейли, сколько в твоем окружении.

— Окружении? — эхом переспросила, забыв о наказе молчать.

Матушка сурово посмотрела на меня, погрозила пальчиком, но продолжила.

— Твоя команда должна создать идеальные условия для твоих тренировок, а вместо этого, они сводят твои усилия на нет.

Между нами просвистел ветер. Сильный, быстрый. Костер моментально потух, а вот искорки разлетелись по сторонам.

А я что? Я молчу, заливаюсь краской стыда и молчу. Да, я разгневалась на такие слова названной матери.

— Очередное доказательство того, что ты думаешь о ком угодно, только не о себе, — София вздохнула. — Хейли, тебе необходимо стать деревянной куклой. Без сердца и чувств. Хладнокровной стервой, расчётливой дрянью, в противном случае, ты убьешь не только себя, но и всех, кого любишь.

— Матушка, при всем уважении, но как можно быть дрянью, чёрствым человеком и при этом помогать людям? Если я стану такой, как вы говорите, это буду не я, да и…

— Ты и сейчас не Хейли, а дерганная маленькая истеричка.

— Матушка?!

— Ну-ка, иди сюда, — София наклонилась к моему лицу с белоснежными платком. Мгновение и она больно сжала мой нос. — Вот и сопли подтерла. Надеюсь, на горшок ходить не разучилась.

Я пораженно смотрела на родного человечка и ровным счетом ничего не понимала. Она вызывает меня на негативные эмоции? Желает, чтобы я возненавидела ее или просто насмехается?

Но в любом случае, от меня она ненависти не дождётся! Как и не дождется грубости в сторону моих друзей. Я понимаю, что должна абстрагироваться от всех эмоций, но это не значит, что я обязана закрывать глаза на боль и горе друзей!

— Хейли, пойми одну простую вещь. Ты — лидер команды, но не мать этих ребят, а ведешь себя именно так! Они должны слушать твои команды, выполнять твои требования. А они все скинули на тебя, так не должно быть. Если они ссорятся между собой, должны самостоятельно прийти к решению, а не вываливать свои обиды на твоё рассмотрение! — София тяжело вздохнула. — Ишь ты, удумали, дёргать мою ласточку по пустякам! Я их быстро от подобного отважу, да только, если ты сама трезво мыслить не начнешь, ничего хорошего не будет. Я уйду, а они вернутся к прежнему поведению.

— Матушка, а вот так нельзя было сразу сказать? Зачем было пугать разговорами о черствости? — я осторожно погладила морщинистую ладонь. — Я поняла, что вы пытаетесь сказать и сама вряд ли справлюсь. Поначалу…но с вашей помощью у меня все получится.

— Вот и славно, золотко мое, допивай чай, небось и остыл уже…ох-хо-хоюшки.

Я широко улыбнулась и отпила теплый напиток.

И чуть не подавилась, услышав крик Элайзы, а затем и ругань Асакуро.

— А ну пошли к Хейли! — настаивала подруга.

— Вот именно, пошли! Она докажет, что ты не права!

— Началось… — прокомментировала матушка и поднялась с бревна. Ее грозному виду мог позавидовать и сам Утративший Имя!

— Хейли, — первой ко мне кинулась Элайза.

— Хейли, — вторил ей Асакуро, — она.

— Он!

— Молчать!

От ее окрика опешили не только оборотни, но и я подобралась. Я столько раз видела, как матушка отчитывала зарвавшихся жителей приграничной деревеньки, воспитывала Кошу, но еще ни разу не слышала подобного тона. Казалось, что она не просто в гневе, а едва сдерживает себя.

— Посмотрите на кого вы похожи, щенки! — София ухватилась за свою метелку. — Перекладываете свои проблемы на чужие плечи. Кто, по-вашему, Хейли, выгребная яма?

— Госпож-жа Ратовская, — рыкнул Асакуро, — что вы себе позволяете?

— Я себе все позволить могу, в отличие от вас! Молчать и слушать! И вы тоже, — потребовала матушка от моей команды. Как раз и Пенелопа с Ривэном подошли. На них, как перстом, она и указала метёлкой.

Мне, откровенно говоря, было не по себе и очень хотелось сбежать, да хотя бы в лес. Однако я решила, что тренировать волю и контролировать эмоции я должна учиться прямо сейчас. И смиренно смотреть на то, как матушка отчитывает провинившихся, тем самым не только их ставя на место, но и дрессируя мою выдержку.

— Одни не могут смириться с существованием друг друга, второй хлебнув горя, решил стать тем, кого сам ненавидел, а третья — просто ленивая девчонка, не желающая бороться. И все вы, вместо того чтобы самим сделать хоть что-то, перекладываете ответственность на своего лидера.

— Госпожа Ратовская, вы все не так… — начал Ривэн, но был тут же остановлен вездесущей метлой, она попала аккурат в грудь.

— Ты столько лет жил, как червь в земле! Не смел и слова против сказать, облизывал господские сапоги, а теперь видишь в Пенелопе свою преемницу? Давно ли ты голос подавать научился и думать самостоятельно? Чем провинились та, которая, как и ты, была в ужасных обстоятельствах? Если у тебя вышло приспособиться к новой жизни быстро, не значит, что так же могут остальные! — Матушка прошлась вдоль застывших на месте ребят. — А ты, Пенелопа, так привыкла, что тебе отдают команды, что разучилась бороться за свою независимость и счастье? Какой ты хочешь для себя жизни? Выйти замуж за кого укажут, потому как родовита? Или все-таки заставить главу рода считаться с твоим мнением?

В ее словах было не просто зерно истины, а голая, ничем не прикрытая правда. Наш месяц в лесу постоянно был сопровожден придирками Ривэна к Пени, и лишь потом, следствием становилась выпущенная мной сила. Тоже, касалось и оборотней. Пусть я плохо справлялась со своими стихиями, но катализатором всегда становился негатив со стороны моих ребят.

— А вы… — матушка не забыла об оборотнях. — Думаете, я не знаю, что с вами происходит? Я была в такой же ситуации и выбрала месть. У вас есть шанс на другой исходит, потому как вы вольны от предрассудков своих кланов, иначе бы ни за что не согласились на сотрудничество в одной команде.

Я меньше всего ожидала, что оборотни, до этого сжимающие кулаки и явно сдерживающие свои ипостаси, понуро опустят головы. Но страшнее всего было ее признание. Потому как, если Элайза и Асакуро признали друг в друге пару — это страшно!

— Хейли, ласточка моя, сходи погуляй, будь умницей, — вдруг произнесла матушка, — и сделай милость, не накручивай себя.

В полном молчании я покинула место «боевых действий». С одной стороны, меня разрывало на части сомнениями, правильно ли поступаю, оставив ребят на растерзание матушке Софии. Уж за нее я могла не переживать, ей никто не сможет причинить вред. А с другой стороны, у меня не получалось выполнить просьбу матушки. Как не думать о том, что оборотни из враждующих кланов признали друг друга истинной парой? Слишком хорошо я помнила рассказ матушки Софии. Слишком хорошо представляла, на какую участь друзья желают себя обречь!

Я брела по кромке опушке, вдоль густых зарослей и деревьев, а потом встала как вкопанная.

Разве не об этом говорила Богиня Сияющая? Не о любви? Если правильно понимаю, то любовь между враждующими, может привести к снятию ее проклятья и Ночь Скорби превратиться в День Радости! Правда, опытным путем это словно проверить, да и ребятам я о таком сказать не могу. Дать ложную надежду без уверенности успеха. Да эти заучки специально в объятья друг друга упадут, чтобы увековечить свои имена, как спасители всех оборотней.

Стоп, я совсем не о том думаю.

Прежде, чем строить грандиозные планы, нужно обрести гармонию в своей команде! И какой я лидер, если не смогла приструнить ребят?

Я облюбовала пенек и плюхнулась на него. Нет, саморефлексией я заниматься не собиралась. На самом деле, я была благодарна матушке, потому что от меня слышать все то, что говорит она, ребятам было бы больнее, что не есть хорошо. К тому же, могла затаиться обида. Я верила в Софию, кто как не она, может подобрать ключик к любой душе и любому, даже самому чёрствому сердцу?

Матушка во всем права. Нужно идти дальше и стремиться обуздать свой норов и желание угождать близким, пусть не по крови, но по духу, людям. Если все так и продолжится, мы ничего не достигнем. Я погрязну в разборках оборотней, да перебранках названного брата с Пени.

Вздохнув, закрыла глаза и прислушалась к магии внутри меня. Я больше не ощущала бурлящего потока, хотя и спокойной магия тоже не была. Значит, я на верном пути, хотя до полного покоя, еще очень далеко.

Улыбнувшись почерневшему небу, невольно вспомнила о драконе. Наша связь выжжена, а это значит, что у меня больше нет стража. Сосущая пустота где-то в районе лопатке, все реже одолевает меня. Я скучала, невероятно скучала по своему когтистому другу. Жалела о своем поступке. Пусть бы он еще трижды предал меня, но был бы рядом. Такой родной и уютный. Свой. Замечательный дракон. Я не находила оправданий его поступку, но уже давно во мне поселилась уверенность, что это было необходимо.

— Как странно, — я выдохнула облачко пара, усмехнувшись своему голосу.

Иногда, я могла вслух произнести свои мысли, видимо, забыв, что рядом нет Коши, который мог бы мне ответить.

Я вновь вспомнила Райана и зажмурилась. Что он пережил? Что случилось с сильным мужчиной, который зачем-то изображал другого студента? И та кровь на нем в день чествования короля и королевы Академии.

С того момента прошло больше двух месяцев, и я запрещала себе думать о принце, боясь навредить окружающим, своим нестабильным даром. Потому как спокойно думать об этом мужчине у меня не получалось.

И вот парадокс, я сижу в лесу, на пеньке, вспоминаю Райана, а стихии внутри меня не делают даже попытки, чтобы вырваться наружу!

Райан…

Мне столько времени твердили, чтобы я не смела думать о нем или бередить сердечные раны. Нельзя вспоминать события в столице, нельзя акцентироваться ни на чем, кроме обуздания дара. И лишь София показала несколько иной путь. Да, эмоции нужно контролировать, а вот стихии не подавлять, а взаимодействовать, дружить.

Словно почувствовав мои мысли, откликнулись стихии. И не сильным, страшным и смешанным потоком, в моих ладонях появился чарующий шарик из сплетенных вместе стихий. Зеленый, голубой, коричневый и красный. Красиво, завораживающе и не опасно!

— Вы милые, — выдохнула в ладонь, будто меня могла понять магия.

Впрочем, чем демоны не шутят!

Позор на мою голову за то, что я пыталась враждовать с тем, что стало частью меня. Потому как меня действительно понимали! Это сумасшедше, непередаваемо и кажется совсем нереальным, но именно так и есть. Вместо одного шарика в руке появились четыре, они разделились по своему цвету и взлетели на уровень моего лица.

— Что же мне с вами делать?

Эта привычка говорить вслух, однажды, точно сослужит мне плохую службу!

Стихии замерцали, выпуская множество искорок в пространство, а потом вновь слились в едино и молнией устремились к моей груди. Я не успела ни вздохнуть, ни зажмуриться, когда теплая волна разлилась по телу, перерастая в жар, затем сменяясь морозной свежестью, а после легким дуновением ветерка.

Я жадно вдыхала воздух, ставшим морозным, и щурилась от исходившего от меня света. Возможно ли, что я нашла дорогу к своей магии? Пусть и не совладала, но смогу взаимодействовать? Впервые за долгое время мне отчаянно захотелось увидеть Асгара и Кошу. И все равно, что мы поругались. Я громко позвала их, непонятно на что надеясь. Конечно, дракон не объявился, да и демон тоже. Но мне стало легче, намного.

Однажды, мы обязательно увидимся. Это непременно случится, а пока…я буду жить с новой магией, учиться ею управлять и помогать своим друзьям прийти к гармонии. Мои ребята обязательно станут друг другу друзьями и семьей.

Я сдержанно улыбнулась, чувствуя, как от груди, по горлу вверх стремится магия. Если я переборщу, быть в лесу новым бабочкам и зеленой травке. А еще слишком рано.

Все непременно будет хорошо!


Глава 3

Ежедневные тренировки, под неукоснительным надзором матушки, приносили свои плоды. Во-первых, ее разговор с ребятами остался в их памяти, накрепко вбившись в голову. Во-вторых, они стали уделять много времени раздумью, удерживая свои эмоции и импульсивность. За неделю, постепенно, меня перестали дергать по пустякам. А если Асакуро с Элайзой и начинали ссорится, то самостоятельно сводили свою перебранку на «нет». И это было невероятно. Честное слово, если бы я могла залезть в их память и услышать, что еще София им говорила, то непременно это сделала бы!

В-третьих, Ривэн перестал придираться к Пени. Да, девушке все еще было очень тяжело. Но названный брат сменил тактику, и теперь, вместо того чтобы подначивать Пенелопу, стал подсказывать ее ошибки, а позже начал помогать отрабатывать некоторые заклинания и приемы.

В-четвертых, несмотря на разбивку на несколько дуэтов, мы, тем не менее не были автономны. Да, ребята со многим справлялись самостоятельно, давая мне больше времени на отработку заклинаний и регулировку выброса магии, медитаций или физических упражнений, которые не подходили им, однако мы вместе готовились ко сну и приему пищи. Обсуждали слабые и сильные стороны каждого в том или ином упражнении и заклинании, разбирали буквально по полочкам, кто и что делает неправильно, а самое главное, вместе решали, как помочь друг другу. Не было криков и обид, как явных, так и неявных. Я точно знала, что никто не затаил зла.

И тем радостнее была новость, что матушка остается с нами на время всей практики.

Лорд Альгар начал наше занятия с физической подготовки, больше трех часов мы занимались тем, что испытывали себя на выносливость. Оборотням все нравилось, да и Пени с Ривэном вполне держались, а я вот уже отвыкла от физических нагрузок, за что и поплатилась, причем неоднократно. К концу упражнений у меня ныло все тело, неистово тряслись руки и ноги, но я мужественно терпела и умудрилась ни разу не воззвать к магии.

Если честно, то я мысленно уговаривала стихии сидеть внутри смирно, и что удивительно, меня послушались!

Сегодня мы впервые за долгое время отрабатывали заклинание «Световой сети», которое требовало повышенной концентрации от всех участников команды. Потому как она плелась не одним человеком, а всеми, и допущенная ошибка могла стоить обожжённых рук всем. Плюс впустую затраченной энергии.

Раньше, я не могла принимать участие в подобных тренировках, потому как контроль над стихиями был буквально на грани, что могло привести к плачевному результату.

Конечно, я волновалась, но приступая к сплетению наших магий, заставила себя отрешиться от происходящего. Иными словами, я сконцентрировалась на технике плетения и произношения каждой части заклинания. Вообще, «Световая сеть» очень энергоемкое заклинание, а потому трудновыполнимое. Ведь затрачивается магия не одного, а не менее трех магов, причем один из них обязан обладать огненной стихией, зато очень действенная. Если сплести ее правильно, не обязательно большой площади, она может накрыть собой не менее двадцати порождений Безымянного и уничтожить их! Ректор рассказывал, что заклинание действует не только на тех, на кого набрасывается сеть, но и на тех, кто связан ментально с тем, кто в нее попал. А жрецы и жрицы связаны между собой, в прочем, не только они. Таким образом выходило, что попавший в сеть маг культа Безымянного, накрывал этой сетью и тех, кто с ним был связан ментально. Эффект зеркала.

К слову, своим создателям сеть не причинит вреда, наоборот, может послужить мощным щитом. Собственно, для этой цели мы ее сейчас и выплетаем.

Лорд Альгар будет поочередно пускать в нас стихийные залпы, проверяя на прочность наше заклинание, а за одно и нас на выдержку. Ибо мы не должны разорвать нашу связь, а также не должны отвлекаться на шум и соблюдать правильное положение рук и ног.

Учитывая то, что мое тело вело себя как сладкий пудинг, мне было тяжелее всех.

К тому моменту, когда мы закончили плетение я взмокла настолько, что едва видела перед собой, потому как пот тек с меня ручьём.

Ничего, я обязательно со всем справлюсь!

— Недурно, — то ли похвалил, то ли нет лорд Альгар. — Готовы?

Ответить мы не успели, ректор бросил в нас пульсар, видимо, всего лишь на пробу. Конечно же он был поглощен.

— Не расслабляться, — рявкнула я, понимая, что это отвлекающий маневр. — Держитесь!

Воздушная стихия плоха тем, что не всегда ее можно увидеть. Если это смерч или мини-воронка, тогда магу, противостоящему стихии, легче. Но когда это невероятный порыв ветра, к тому же острый, потому как ректор преобразовал воздух в лезвия…

— Ривэн, ногу поверни!

Я поражалась себе, потому что умудрялась следить не только за своим положением, но зорко следила за каждым движением членов моей команды.

Атаки следовала одна за другой, выматывая ребят, заставляя отвлекаться и допускать ошибку. И боюсь, если бы я вовремя не кричала команды, которые они тут же исполняли, мы бы не продержались час, а распластались по земле намного раньше.

— На сегодня достаточно. — заявил учитель. — Снимайте плетение.

Дружный стон был ему ответом. У нас еще теплилась надежда, что ректор приложит руку к отмене заклинания.

Еще через полчаса мы все — таки справились с заданием и рухнули на траву, не желая шевелиться, жадно дыша. Устали мы все невероятно.

— Подъем! Три круга по третьему маршруту!

Ослушаться нельзя, но и встать сил нет, а уж пробежать три круга по третьему маршруту, тому самому, где больше всего подъёмов и горок, ловушек, как магических, так и обычных….

На одном упрямстве я поднялась на ноги лишь потому, что я лидер, я должна показать пример и найти в себе силы на упражнение.

Я первой покинула импровизированную тренировочную площадку и начала забег. Чуть позже присоединились оборотни, за ними Ривэн, Пени была последней, но она держалась и даже не хныкала, как это бывало раньше. Меня такая гордость взяла за свою команду!

«Мы обязательно со всем справимся!»

* * *

Райан Валруа


Противный дракон, как и всегда, оказался прав. Так больше не могло продолжаться. Своим бездействием и копанием в прошлом, я не делаю лучше никому. Все так же продолжаются жертвоприношения, все так же набирает силу культ Утратившего Имя. Наивные, они полагают, что воскрес их предводитель, ан нет, моя душа крепко держится за это тело и не уступит его ни больному существу Велиару, ни тому, кого он может заменить мной. Видел я его мысли, видел и знал, чего он хочет.

Да только мое желание сильнее. Я найду истину, даже если для этого придётся перевернуть весь мир.

— Отлично! Теперь ты почти похож на человека!

— Коша… — обманчиво ласково протянул я. — Брысь с моих глаз!

— Уверен? — хмыкнуло наглое создание. — Если я уйду, со мной уйдет и эта тушка оленя…

И когда он успел поохотиться?!

Запах местами прожаренного, местами обугленного мяса, защекотал нос, живот заходил ходуном, я и не вспомню, когда в последний раз ел мясо…

— Судя по всему, ссылка мне больше не грозит, — и лапой пододвинул тушу ко мне.

— Мне вот что интересно, ты остаешься в уменьшенном виде, но при этом, почти также силен, как в своем истинном обличии, почему?

— Потому что это одна из форм меня, а я сам не изменился.

— Нелогично. Младенчество — одна из форм меня прошлого. Теперь я взрослый, но, если превратить меня в младенца, я не останусь сильным и мудрым. Мне придется заново учиться тому, что я умею сейчас, а тебе не приходится.

— Рай, скажи, а ты магическое существо?

— Нет. Я человек, который обладает магией.

— Именно. А я существо, сотканное из магии. Не станет ее — не станет меня.

— Значит, не станет и других существ, верно?

— Магия никогда не исчезнет, Райан. Хорошенько это запомни. Она всегда будет укрывать своим полотном мир и всегда найдутся те, кто сумеют ею воспользоваться.

— Серьезно? Может, ты тогда расскажешь свою версию откуда появилась магия? Мы несколько столетий бьемся, выстраиваем теории, а ты, оказывается знаешь истину. Вот и ответь мне, Дрейк, какова правда?

— Если ты сейчас не начнёшь есть, то тебе ничего не достанется. — Дракон оторвал кусок мяса и заглотил.

— Мне показалось, или ты пытаешься закрыть тему? — и все же, мяса хотелось и даже очень. Потому я не стал пренебрегать советом.

— Пока ты не готов к правде. И на этом — все, Райан, я не скажу ни слова.

Интуиция подсказала не лезть к нему с расспросами. Но однажды он ответит на все мои вопросы, раз уж увязался за мной и взял на себя заботу обо мне.

Я рвал куски жесткого мяса, и, если оно было сыроватым, прибегал к своей стихии. Так странно, но именно сейчас я почувствовал себя живым. Ни наваждением, ни чьим-то больным порождением, а обыкновенным мужчиной, у которого есть свои потребности.

— Ты знаешь, что король не отказался от мысли получить Четвертое Королевство? — когда мы закончили поздний ужин, спросил Дрейк.

— Это невозможно. Элдрон все еще находится в стазисе, а принцесса должна выйти замуж прежде, чем короноваться.

— Ты же сам неоднократно заменял отца и мать, используя водных клонов, думаешь, они не смогут заменить наследного принца?

— Он не настолько глуп, чтобы устроить свадьбу с клоном, потому что, очнувшись, Элдрон не сможет предъявить права на ее высочество, она будет замужем за другим. Сделать подобное — убить собственного сына и стопроцентно не получить соседнее королевство.

— Да? Вот сам ему объяснишь насколько мерзко он желает поступить. Вот уже неделю ее высочество проводит время с принцем Элдроном.

— Ты шутишь, как минимум страж должен почувствовать обман и не подпустить к себе подставного принца. К тому же у Риэлы есть Молли, а у Молли в хвостиках мой василиск. Они просто не дадут лже-принцу прикоснуться к ее высочеству.

— Василиски заняты выведением потомства, Рай. Им не до хозяйки. Король выбрал удачное время.

— Дрейк! — я вскочил и сжал кулаки, желая усмирить гнев. — Тебе-то откуда это знать!

— Я же не ты, — ящерица закатила глаза. — Не сидел в четырех стенах, роясь в бесполезных воспоминаниях и не жалел себя.

Как сдержался — не знаю. Мне и так тяжело давалась новая сила, а уж гнев и злость прямой катализатор к выплеску стихии.

— Что смотришь? Думаешь, сильно всем помог, зажавшись в угол ветхой лачуги? А может, ты думаешь, что, отозвав демонов, сделал одолжение академии? Ты в курсе, что Велиар может ими управлять, знаешь, но не запретил ему этого делать, а мог бы…

— Дрейк…

— Я уже тысячу лет, как Дрейк, Райан, и ты для меня — сопливый мальчишка. Забился он тут, бумажками обложился. Чуть ли не слезы пускал от осознания, что Хейли-то привлекала из-за крови…

— А разве нет? Я бы никогда не обратил на нее внимание, если бы не наследие предков!

— И был бы трижды идиотом. Впрочем, ты и сейчас идиот.

— Ты забываешься!

— Нисколько, а вот ты, похоже, не понимаешь, какая ответственность свалилась на твои плечи. Неужели так легко сдашься? Будешь продолжать бездействовать? А разве не ты кричал о том, что защищать свой народ — первоочередная задача принцев и Стражей? — Дракон раздраженно взмахнул хвостом. — Или думаешь, мне нравится тут с тобой нянчится? Сопли подтирать, приводить тебя в чувство, когда Велиар берет верх? Ах точно, ты же думаешь, что сам сопротивляешься!

— О чем ты?

— Подумай вот над чем, ты не первый, кто пробудил силу Эльхора. И каждый раз сценарий был один — смерть обоих, носителя дара Сияющей и носителя дара Утратившего Имя. Тебя не интересует цикличность происходящего? Не интересно, чего так хочет получить Велиар и зачем ему нужно твое безумие?

— По твоим словам выходит, что он так и не получил того, чего желал….

— Возьми себя в руки, Райан. Возьми управление над жрицами и жрецами. Заставь их поверить в возвращение Безымянного Бога. Обмани их всех, а я помогу тебе узнать и принять истину. — Дрейк выдул кольцо дыма и облизнулся. — И отправь ты уже наконец, Асгара к Хейли!

Несколько минут я, застыв на месте, обдумывал его слова. Мой мозг лихорадочно повторял сказанное драконом, снова и снова.

— Асгар! — мой крик вышел рванным, каким-то отчаянным. Словно то, что я принял для себя, станет не только решающим в моей судьбе, но и роковым. Демон появился моментально, и кто бы сомневался, что рядом с ним проявится и призрачная фигура «дядюшки». Он уж точно не упустил момента, когда спал щит. — Велиар, тебя я не звал. Ты отправляешься в Первое Королевство, я должен знать, что задумал король.

Всего на мгновение, но я заметил победный огонек в глазах этого древнейшего существа. Рано радуется.

— Будет исполнено, мой повелитель.

Он, видимо, думал, что я не замечу заминки. Словно тот невзначай ждет, пока я отдам распоряжение второму демону. Но я лишь заломил брови, показывая, что не вижу рвения, достойного своего повелителя. И Велиар сдался, слишком окрыленный моим отступлением. Секунда и мы остаемся втроём: дракон, я и Асгар.

— Ты пойдешь к Хейли, — отчеканил я, глядя на потускневшего, явно уменьшенного в размерах демона. Казалось, что он изможден, чего просто не могло быть, я не разрушил метки, не оторвал его от источника. К тому же, с ним поделилась дыханием Хейли.

— Нет, — прохрипел демон, чем несказанно удивил меня. — Я не стану шпионить за ней. Можете убить меня, повелитель. — Последнее слово он выплюнул так, будто оно было самым страшным ругательством на всем свете.

— Ты пойдешь к Хейли, Асгар. И сделаешь все, чтобы ей ничто не угрожало. Раз в месяц я буду ждать тебя с докладом.

— Я думал…

— Думал что? — я не смог сдержать кривой ухмылке. С эмоциями сейчас туго, они практически не поддаются контролю. — Я не собираюсь неволить ее и пользоваться ее телом.

Дракон завозился на месте, а затем, в один прыжок, оказался у демона. Он хотел, чтобы тот наклонился. Видимо, ему требовалось пошептаться. Забавно, но меня это не расстроило. Наоборот, напомнило академию и их поведение. Два старых интригана!

Асгар наклонился, но дракон, вдруг обернувшись ко мне, удивил. Он не стал шептаться, а громко и уверенно попросил:

— Передай ей, что наша связь не выжжена.

Асгар исчез, оставляя меня наедине с другом. Иначе я не мог его назвать. Он доверил мне свою тайну. И не доверять ему, я не имел права. Он мог солгать, мог ничего не говорить, но он рассчитывает на меня. И пусть, я до сих пор не понимаю причин, по которой мне пришлось врать Хейли, прикрываясь личиной Айна, что-то подсказывает мне, что просто не пришло время.

— Я рад, что ты не делаешь поспешных выводов, — прошипел Коша.

— А уж я-то как рад. — горечь напополам с желчью.

— Вот этим мы с тобой теперь и займемся.

— Чем «этим»?

— Контролем эмоций.

* * *

Хейли Сизери


Я проснулась от ощущения чьего-то присутствия. Но открыв глаза не увидела ничего, кроме неясных силуэтов своих друзей, которые спали рядом со мной.

Грудная клетка Ривэна ходила ходуном, ему явно снилось что-то плохое. Я даже поддалась порыву и сползла со своего одеяла, чтобы сбить мокрую прядку с его лба, да прошептать несколько добрых слов, успокаивая его.

Элайза бормотала во сне. Прислушавшись, я едва подавила смех. Она диктовала формулу кристаллизации твёрдых форм.

Даже во сне — она все та же зубрилка и всезнайка. Зануда, одним словом.

Костер давно остыл. Матушка София, которая лежала ближе всего к огню, беспокойно заворочалась, и я замерла на месте, чтобы не разбудить ее, пусть поспит, я сама подкину дров. Холодная сегодня ночь.

Асакуро причмокивал и что-то шептал. Но я так и не поняла, что он там говорил. Все же, как же они похожи с Элайзой!

Пенелопа была тиха, казалась безмятежной и умиротворенной.

Я плотнее запахнула плащ и прошла к костру. Ощущение того, что за мной подглядывают так и не исчезло.

— Кто здесь? — выдохнула я, устраиваясь на бревне и помешивая палочкой в углях. — Покажись.

— А ты не закричишь?

— Тельман?! — я не кричала, сипела. От неожиданности, от удивления и…радости! — Ты здесь! Ты…

— Тише, тише, ты сейчас всех разбудишь.

— Я, я так рада… — Я нахмурилась, оборвав себя на полуслове, и вскочила с насиженного места. — Если ты здесь, значит и он…

— Нет. — Быстро ответил Тельман, так и не проявившись передо мной. — Успокойся, пожалуйста. Я не хочу, чтобы ты устроила пожар или землетрясение.

— Успокоюсь, как только увижу тебя. Почему ты прячешься?

— Потому что тебе не понравится то, что ты увидишь.

— Так говоришь, словно я и до этого не пугалась твоей грозной натуры. — Я улыбнулась, вдруг вспомнив, как друг сидел за столиком в общежитии. Такой большой, мохнатый, едва помещавшийся на стуле.

— Смотри уж, — ворчливо выдохнул демон и проявился.

— Богиня…

Я села на бревно со всего маху… Тельман не имел плотной оболочки, сизая дымка, едва различимые очертания. Вот он есть, и вот через него отлично видно пламя и лес…

— Райан уничтожил привязку?

— Нет, он ее изменил. Я так выгляжу по другой причине. Не волнуйся, рядом с тобой я стану почти прежним, даже еще лучше!

Он еще и шутил! Вот ведь!

— И все же…я очень рада тебя видеть, но, сам понимаешь, ты здесь нежелательное лицо, если учитель увидит тебя, нас ждут неприятности.

— Если ты захочешь, чтобы я остался — лорд Альгар не сделает ничего. Потому что не пойдет против силы Богини, Хейли.

— Но все равно будет считать, что ты — шпион.

— А так и есть. Райан направил меня за тем, чтобы я следил за тобой.

— Следил именно за мной или за тем, чтобы со мной ничего не случилось?

Морда демона расплылась широкой улыбкой.

— А ты растешь, девочка, — одобрительно заявил он. — Раньше, ты бы акцент сделала на то, что за тобой кто-то следит.

— Следить — не значит контролировать, — пожала плечами, — да и мы с тобой не просто высший демон и маг-недоучка, нас связывает нечто большее. Кровные узы.

— Хейли…

— Ну и ладно, что ты мой прапра… демон его знает, в каком поколении.

— В пятнадцатом.

— Всего лишь?

— Ты забываешь о продолжительности жизни магов, Хейли. Кто-то прожил двести, кто-то сто пятьдесят, а кто-то и все триста, а кто-то погиб молодым….

— Вот ты и попался! — хмыкнула я. — Значит, берем среднее значение в двести лет и умножаем на пятнадцать. Тельман, тебе три тысячи лет?!

Асгар запрокинул голову и прикрывая рот рукой, рассмеялся. Его призрачное тельце тряслось, но звуков практически не было. Все-таки остальные спят…я опять забыла об этом!

— Тысяча, Хейли, мне немного большим тысячи. — Отсмеявшись, признался друг. — И перестань звать меня Тельманом. Асгар, я для всех стал Асгаром.

— Значит, тысячу лет назад Хелла родила свою Сизери… — у меня в голове цифры не укладывались. Это сколько уже лет тянется война, мало того, она так и не подошла к концу!

— Хейли, у меня для тебя важное сообщение.

— Какое?

— Твоя связь с Дрейком не разорвана. Он продолжает тебя слышать, но…

— Заблокировал доступ к своим мыслям, верно? — я горько усмехнулась.

— Хейли…

— Знаешь, я часто разговариваю сама с собой и меня не покидает ощущение, что кто-то подслушивает. Выходит, я была не так уж неправа.

— Всему своё время, Хейли, он обязательно все тебе объяснит.

— Правда? Когда перестанет заботиться о Райане? — я сама не поняла, почему так сказала. — Асгар, он действительно с ним?

Я повернулась к демону, чтобы видеть его морду. Так и есть, мое предположение оказалось правильным! Слишком уж несчастный вид состроил Асгар.

— Хейли, просто поверь, принцу нужна его помощь и…

— Я не в обиде, Асгар. — я покачала головой. Если Коша предпочел компанию Райана, все еще будучи моим стражем, значит, это было необходимо. — Но я очень по ним скучаю.

— Я знаю, милая. — Призрачная рука погладила мою голову. Только я не ощутила прикосновения. — Чтобы ни случилось, твой страж не забыл о тебе, да и я, никогда не брошу тебя.

— А с этого места, пожалуйста, подробнее. — Голос за спиной заставил меня вздрогнуть. — Асгар, да? Тот самый демон, который утащил мою девочку в Четвёртое Королевство?

— Госпожа Ратовская…

— Матушка, — наши возгласы слились в унисон.

— Если вы и дальше так будете кричать, то разбудите не только меня. Хейли, милая, ты, видимо, забыла, что с утра тебя ждет тренировка? Уверена, что можешь пожертвовать сном?

— Я…

— Немедленно ложишься спать, — безапелляционно заявила она. — Давай, моя ласточка, никуда твой друг не денется.

— Но… — я беспомощно глянула на демона. Мне предстоял тяжелый день, но я так не хотела оставлять Софию наедине с Асгаром. Мало ли чего они друг другу наговорят! Нет, они точно много скажут, а мне послушать хочется! Я так устала от всех тайн, что обсуждаются за моей спиной!

— Хейли, у нас еще будет время. — Мягко произнес Асгар и улыбнувшись, добавил: — Добрых снов.

Мне не оставалось ничего, как возвратиться на свое одеяло, да под чутким взором матушки, укутаться плотнее.

— Что ж, демон… — едва различимый шепот Софии, — я жду весточки от Коши, и ни за что не поверю, что он ничего мне не передал.

Коротенький смешок Асгара и такой же тихий ответ:

— Передал.

А дальше, как я не силилась, не смогла расслышать о чем они говорили. Ворочалась, крутилась, немножко злилась и наконец, уснула.


Глава 4

Несколько дней прошли для меня, как в тумане. Огромная физическая нагрузка, напрочь отбивала желание копаться в себе или искать какие-то скрытые смыслы в поступках Коши и Райана. Асгар же был не в состоянии навредить мне, я это чувствовала, знала. Все, чего мне хотелось — упасть и больше не вставать.

Складывалось впечатление, что ректор готовил нас к немедленным боевым действиям. Он не ругал меня за мое принятие в наш «лагерь» лазутчика в облике демона. Эти три дня мужчина был собран, скуп на слова и эмоции. Впрочем, когда он думал, что мы не обращаем внимания на его лицо, оно становилось хмурым. И я даже не могла предположить, что такого произошло в Первом Королевстве или в Академии, раз ее ректор, хмур и печален.

Матушка никак не комментировала его состояние. Наоборот, при нас она вела себя так, словно сама находилась в подчинении у лорда Альгара: степенное уважительное обращение, никаких отвлеченных тем, все только по делу.

Сердце ныло от дурного предчувствия. И несмотря на то, что я невыносимо устала от занятий, засыпать становилось все тяжелее.

А ведь завтра у ребят экзамены…

— Не можешь уснуть? — вздохнул Асгар.

Он взял себе в привычку караулить мой сон. Всегда находился рядом, неустанно следил за тем, чтобы я, не дай Сияющая, не пропустила прием пищи. Это было так мило и так утомительно одновременно. Особенно, когда приходилось ставить его перед фактом, что мне требуется уйти по естественным нуждам.

— Мне нравится поведение ректора, да и матушка выглядит озабоченной. — Честно призналась другу. Уж он-то не откажется в беседе со мной.

— И на то есть причины, Хейли. Но, если вам о них не говорят, значит, не желают, чтобы вы отвлекались от подготовки к экзаменам. Тем более, тебе тоже придется их сдавать.

— Ты шутишь? Учитель сказал, что я не готова к этому и позже, должна буду заниматься отдельно, чтобы нагнать программу.

— Ты лидер команды, Хейли, и завтра, наравне с ребятами будешь отвечать на вопросы и выполнять задания.

— Почему они не сказали? — я вскочила с импровизированного ложа. — Я ведь не готова! А как же билеты, теория… И какие предметы? Они у нас разные!

— Успокойся, Хейли. Если ректор считает, что ты можешь сдавать экзамены, значит, ты готова. Я не могу сказать, что у вас будет, но эти испытания будут сильно отличаться от тех, к которым ты привыкла. Смирись и попробуй поспать. Завтра — тяжелый день.

— Ты всерьез полагаешь, что после таких известий я смогу спокойно заснуть? — язвительно отозвалась я. Нет, Асгар-то не виноват, но мне от этого не легче.

— Хейли? — матушка София медленно шла к моему спальному месту. — Ты почему не спишь?

— Матушка, почему ты не сказала о том, что меня ждет завтра? — я села и внимательно посмотрела на нахмурившуюся женщину.

— Даром, что старый, — в сердцах воскликнула она, — а все туда же. Тебя же просили молчать, Асгар.

София буравила взглядом демона, и тот явно отвечал ей тем же, да только мне видно не было. Я вдруг поняла, что больше, Асгар не скажет ни слова, а София не станет ничего объяснять. Судя по всему, причиной стал приказ ректора.

Но…кто предупреждён — тот вооружен. Так что, спасибо и за это предупреждение!

— Не нужно ругаться, я не стану расспрашивать. — попросила я. — Спокойной ночи, матушка, Асгар.

Пожелания Софии и Асгара слились в унисон. Я вздохнула и закрыла глаза.

Выспаться и ничего не бояться. Мы справимся со всем, что нам подготовили преподаватели! И я не подведу свою команду!


— Хейли! — меня отчаянно трясли. — Проснись, Хейли!

Я резко вскочила и неудивительно, что врезалась лбом в голову Пени, которая склонилась надо мной.

— Ох… — выдохнули мы одновременно.

— Сейчас сниму боль, — девушка протянула руку к моему лбу и осторожно коснулась того места, которое пульсировало. — Прости.

— Ничего, — слабо улыбнулась ей, мне становилось лучше. Все-таки напугала она меня прилично, раз я так сильно ударила ее и себя. — Что случилось?

— У нас чрезвычайное положение, Асакуро с Элайзой уверены, что твой демон перенес нас во вражеский стан. Оглянись, мы больше не в лесу. Они плетут защитные заклинания, а Ривэна отправили на разведку.

Я сжала кулаки, желая таким образом подавить рвущуюся волну негодования. Посмотрите-ка, Асакуро с Элайзой уверены, а ничего, что я лидер команды и действовать за моей спиной, как минимум неправильно? Стоп, отправили Ривэна на разведку? Ривэна? Когда сами имеют лучшее обоняние и зрение, а также могут быть бесшумными?

— Прибью, — я поднялась с мокрой земли, лишь вскользь удивившись этому факту, оглядела местность, заметила двух зазнаек, которые творили пассы руками.

Я и опомниться не успела, как оказалась у своей самостоятельной парочки.

— Асакуро, быстро за Ривэном! И молись, чтобы с ним ничего не случилось. Вы ошиблись и подставили всех нас, быстро я сказала!

Я злилась, потому что прекрасно понимала, что это все экзамен, устроенный нам преподавателями. И моя волшебная парочка его уже завалила. Оказавшись в незнакомом месте, они решили принять на себя командование и не стали будить лидера. По сути, их решения были правильными. Они думали в нужном направлении, да только выводы седлали рано и слишком быстро определили виноватого! Обследование местности и плетение защитных заклинаний — верное решение! Да только кто ж отправляет на разведку человека, пусть и мага, когда в наличии есть оборотни?!

Мало того, из нас всех я — самый сильный маг, потому что мой резерв не иссякает, и я владею всеми стихиями. То есть, именно я должна была ставить защиту, а не два оболтуса, вдруг взявшие на себя роль лидера!

Хорошо хоть Пенелопа догадалась меня разбудить сейчас, а не после того, как не вернулся Ривэн!

Асакуро не стал спорить, обратился и скрылся с наших глаз. Я же, медленно вдохнула и медленно выдохнула, заставляя себя успокоиться.

Элайза смотрела на меня виновато и как-то недоверчиво, словно ожидала, что я подпала под влияние бесстыжего демона. И это разозлило меня еще сильнее.

— Хейли, ты начинаешь гореть, — тихо прошептала Пени. — Может…

— Сейчас успокоюсь, — выдохнула я и приступила к дыхательной гимнастике. Мне ещё не хватало сорваться. К тому же, проверяют не только их, но и меня.

Ни за что не поверю, что лорд Альгар не просчитал и такой вариант развития событий! Наши оборотни очень амбициозны и упрямы.

— Ждем парней, и я все объясню. А пока, Элайза, проверь нет ли магических ловушек в радиусе пяти метров.

Асакуро вернулся довольно быстро, да только…без Ривэна.

Он смотрел виновато и не спешил оборачиваться. Встретившись со мной взглядом, опустил голову, поджал уши. Что ж…

— Ловушек нет, но есть колебания, я пока не могу понять, что это, но кажется, эта магия похожа на ту, которую использовал ректор, ставя защиту на академию.

Пару секунд девушка осмысливала то, что сказала, а затем охнула:

— Это экзамен, верно? Мы…

— Асакуро, оборачивайся, нужно обсудить план действий и спасение Ривэна. Мы отвернемся, потом обратно перекинешься.

Учитывая то, как нас перебросили с места ночлега, у меня не было уверенности в том, что нам дали сменную одежду. Возможно, будут небольшие припасы в виде воды и хлеба, но на этом, полагаю — всё. А перекидывание из человека в оборотня, лишает ребят одежды, она рвется на лоскутки, а они, понятное дело, бесполезны.

Так что пока мы будем обсуждать сложившуюся ситуацию — Асакуро посидит нагишом. Плохо, конечно, что Ривэн является пленником. Уж слишком быстро след от него исчез, иначе, не был бы таким понурым наш волчок.

— Хейли, прости, — голос оборотня раздался из-за спины.

Пенелопа ахнула и поспешно повернулась ко мне спиной.

— Следа нет, словно Ривэна вообще не было с нами…я …

— Вы ошиблись, — я прервала сбивчивую речь друга. — Но сейчас не время читать вам нотации. Учитель начал экзамен и нам нужно доказать, что мы достойны быть студентами академии, а также называться командой. Первую ошибку мы уже допустили, пора ее исправлять.

— Прости, Хейли, — это уже Элайза.

— Итак, для начала я напомню вам о своей связи с Асгаром. Вы или не поверили, или я не пожелали меня услышать. — Я внимательно посмотрела на Элайзу, которая, как и Пенелопа, облегченно выдохнули. Асакуро повернулся к нам спиной и сел, перестал смущать своим телом. — Он никогда не причинит мне вред. Никогда. Наоборот, в случае реальной опасности, вытащит меня в безопасное место из любой передряги. И тот факт, что сейчас его здесь нет, лишь подтверждает ваши мысли о том, что начался экзамен. Ректор договорился с ним, однако…

Я вздохнула, понимая, что не все так просто.

— Однако, что?

— Ректор не допустит вмешательства Асгара, если мы столкнемся лицом к лицу с опасностью. Поэтому, не расслабляемся!

— Мы были сбиты столку появлением демона, — Элайза сжимала кулаки. — Потому пришли к выводу, что ты не можешь логически мыслить, тем более, порождения Безымянного коварны. И сейчас, по нашей вине, Ривэн неизвестно где, а сдача экзамена оказалась под угрозой.

— Каяться будем позже. У кого какие идеи насчет местоположения? Судя по всему, здесь недавно был ливень, я бы сказала, поздняя весна, хотя она должна быть в самом начале.

— Северная часть Третьего Королевства, — мигом выдал Асакуро, — граница с владениями Второго клана.

Я тут же вспомнила Светлую Ночь, проведенную с Асгаром. Он перенес нас в столицу Третьего Королевства, в лавочку шаи Алькан.

— Да, — тут же подхватила Элайза. — Запах амаскуры я не перепутаю ни с чем.

— Амаскуры?

— Кустарник, — тут же отозвалась Пенелопа и с видом, какой бывал у моей парочки всезнаек, процитировала: — Листья непослушные, перистые, раздельные, цветки белые, лиловые или ярко-розовые, расположены в метёлках на концах ветвей.

Ее слова тут же подхватила Элайза, чем вызвала во мне мысленный протест. Ужас какой-то! Столько ненужной информации!

— Чашечка маленькая, короткая, колокольчатая о четырёх зубчиках. Венчик обыкновенно с длинной цилиндрической трубкой и плоским…

— Стоп! Хватит! — запротестовала я. — Что-нибудь еще, кроме амаскуры указывает на Третье Королевство? И почему именно Северная часть?

— Потому что в Южной совершенно иной климат, там сейчас намного жарче, чем здесь. К тому же, это действительно граница с моим княжеством, — Элайза обернулась, оглядывая окрестности, — хотя я не могу понять, как далеко наши деревеньки.

— Не ошибусь, если скажу, что нам нашли такое место, где не должен помешать случайный прохожий. Следовательно, это заброшенные пустыри Третьего. — Произнес Асакуро. — Разве не их Третье Королевство отдало вам для проведения учений молодняка?

— Не отдало, — поправила Элайза, — у нас долгосрочный договор. Если ты прав, значит, это одно из пяти Пустых Мест.

Я пока молчала, давая ребятам выговориться и немного успокоиться. Они все еще переживали из-за своей ошибки. Впрочем, как и я, ведь мой названный брат по глупости попал в передрягу.

— Отлично! — вдруг вскрикнула Элайза, — здесь должны быть тайники с провизией и сменной одеждой!

— Ты уверена?

— Абсолютно! Тут должны быть землянки, а в них все необходимое для юных оборотней.

— Хорошо, тогда Асакуро, пробегись по периметру, в лес не заступать. При опасности — возвращаться к нам или подать сигнал!

— Какой сигнал?

— Вой. Длинный, протяжный.

— Я тоже перекинусь. Вместе мы справимся быстрее.

— Самостоятельно в землянку не заходить, — тут же потребовала я. — Если найдете ее — возвращайтесь за нами.

— Асакуро, не поворачивайся! — потребовала Элайза и начала торопливо раздеваться. Мы с Пени отвели взгляды, чтобы не смущать подругу.

Через минуту перед нами вместо очаровательной хрупкой девчушки стояла ярко-рыжая лисица с тремя хвостами.

А еще через пару мгновений к ней подошел черный волк.

— Постойте, — попросила их и потянулась к своей магии. Все это прекрасно, но хоть минимальную защиту я им обязана обеспечить. Заодно и мне маячок будет, вдруг они не смогут провыть. — Пока вы ищите жилище, подумайте над тем, какое магическое животное умеет отлично маскироваться, не оставляя ни своих следов, ни запаха.

На меня устремились две пары больших глаз, а вопрос озвучила Пенелопа:

— Хейли, а зачем это нужно?

— Ребята, каждый из вас имеет свое образование и свой профиль работы. У магис — магические существа: поиск, отлов, классификация видов, защита и уход. Я предполагаю, что на месте Ривэна должна была быть я. Учитель точно знал, что Элайза с Асакуро возьмут командование на себя. — Эта мысль пришла мне в голову, пока я плела заклинание и теперь не давала мне покоя. — Если бы я не знала, что это экзамен, то действительно первой сунулась в лес и закрыла бы вас куполом, не дав выйти.

Возмущённое сопение Элайзы подсказало мне, что на меня бы очень и очень сильно за подобное обиделись.

— Я сражалась со жрецами, Элайза, и реши, что мы действительно оказались во вражеском стане, отрезала бы вас от них, дожидаясь подкрепления. Извините, но вы не готовы к битве. Вы все еще…

Я запнулась, понимая, что могу обидеть, но…

— Дети? — спросила Пени.

— Да. Простите, я вас ценю и очень люблю, и не готова потерять.

— Получается, что Ривэна спрятали, замаскировав под магическое существо?

— Я так думаю, но не уверена.

Мокрый нос ткнулся мне в ладошку. Я машинально потрепала лохматого волка по холке.

— Спасибо за понимание, Асакуро. Элайза, будь умницей и не сердись на меня долго. Это разобьет мне сердце.

Лисица чихнула и тоже подошла поближе, оттеснив бочком волка. Ее я тоже погладила.

— А теперь, бегите и помните, без нас никуда не лезть.

* * *

Землянка нашлась довольно быстро. Оборотни не стали лезть на рожон и чинно позвали меня и Пенелопу к обнаруженному месту.

Прежде, чем мы вошли внутрь, я проверила земляное помещение на скрытые ловушки и обнаружила воздушный капкан. Провозившись с нейтрализацией, проверила вновь, мало ли, обрадовавшись первой находке, я проворонила еще одну.

Но нет, ничего больше не было, во всяком случае не у входа.

Оставив Асакуро снаружи, сторожить нас и наблюдать за ситуацией в Пустоши, мы спустились вниз.

В центре жилища находился очаг, а вокруг него расположились три лежанки. Элайза быстро нашла схрон с провизией и одеждой. Однако я не позволила ей сунуть в него нос, сначала проверив его на ловушки. Осторожность, прежде всего осторожность!

— Пенелопа, теперь твоя очередь, — облегченно вздохнув, произнесла я.

Ничего опасного в схроне не было. Во всяком случае никаких вылетающих игл, ямы или какой похуже мелочи.

— Ты хочешь, чтобы я проверила не отравлена ли пища?

— Не только это, просмотри одежду на наличие ядовитых веществ, может чесоточного порошка или…

— Я поняла.

— Не такого экзамена я ждала, — вздохнула Элайза.

Я и заметить не успела, как она обратилась в человека и теперь лихорадочно натягивала на себя свою одежду.

— Отвечать на вопросы в билетах намного легче, — согласилась с ней Пенелопа и высунула от усердия язык. От девушки шел зеленоватый свет, который она направила на лежащие в схроне вещи.

Мы даже дыхание затаили, следя за ее манипуляциями.

— Заметила, что предметы словно разделены на две половины? — Я шепотом спросила у Элайзы.

— Такое ощущение словно это сделали специально, хотя на первый взгляд, и не подумаешь, что они разделены.

— То, что по правую руку, трогать не стоит, — выдохнула Пени, а вот все, что находится здесь, — девушка указала на кучку явно меньшую по размерам, — можно смело использовать. Тут, кстати, для Асакуро есть во что переодеться. И немного еды.

— И всего — немного, — хмыкнула я.

— Я поменяюсь с ним, — предложила Элайза.

— Мы все поменяемся, — поправила я и потянула Пени к выходу.

Пусть Асакуро переодевается без свидетелей.

Пока мы ждали, когда друг закончит, я начертила защитный и оповещающие знаки, которые не только предупредят о вторжении, но и сдержат возможный натиск.

А сейчас нам требовалось обсудить происходящее, а заодно, хоть немного подкрепиться.

Живот согласно заурчал моим мыслям.

— Пени, там есть чай? — целительница разбирала безопасную провизию.

— И не только чай, — кивнула она, — немного вяленого мяса, крупа и даже картофель.

— Неплохо.

— Жаль мешка нет, — вздохнула Элайза.

— Не проблема, — хмыкнул Асакуро и подошел к одной из лежанок, ловко выдернул длинное сукно и расстелил на полу. — Складывай то, что нам сейчас не понадобится. — скомандовал он и Пени поспешила выполнить его просьбу. После того, как она закончила, парень завязал концы материи друг с другом. Получился замечательный узелок.

Ребята споро готовили завтрак, я же была в роли наблюдателя. Что сделаешь, если приготовление еды — не мой конек?

Конечно, рисовая каша с кусочками вяленого мяса не самое прекрасное блюдо в мире, но сейчас, оно казалось невероятно вкусным.

— Есть идеи по поводу магического существа?

Я отхлебнула чаю и передала чарку Пени. Увы, она была единственной, так что чай мы пили вместе и с одного сосуда.

— У меня есть два варианта, — вздохнула Элайза. — Но прежде, Асакуро, когда ты шел по следу Ривэна и тот оборвался, ты заметил что-нибудь странное?

— Смотря что считать странным, — тут же отозвался паренек, а затем нахмурился. — Тряпки. Под одним из кустов были тряпки, причем совершенно без запаха.

— Значит, один вариант. Мастер выбрал для экзамена пикси.

— Демон! — выругался Асакуро, а я лишь недоуменно обвела взглядом ребят. Я не помнила ровным счетом ничего о пикси, а если быть до конца откровенной, то никогда о них и не слышала.

— Кто такие пикси? — осторожно спросила у ребят.

Элайза посмотрела на меня так, словно я сумасшедшая и недалёкая. Весь ее взгляд красноречиво говорил о том, что только дура не может знать о пикси.

— Хейли, это же из сказок, — пришла на помощь Пенелопа. — Сказка о маленьких вредных существах, которые заставляют путников сбиться с дороги. Путают им лесные тропки, морочат голову…

— Это не сказки, — насупилась Элайза. — Они действительно существуют, точнее существовали.

— Так, Элайза, если человек чего-то не знает, не значит, что он ущербный. Это, во-первых, — Да, я немного обиделась на свою зазнайку, — во-вторых, если ты знаешь о них больше остальных, тогда мы тебя слушаем. Желательно кратко и, по существу.

— Они жили рядом с нами, — насупилась подруга, а потом вдруг ахнула. — Вот почему мы в Пустошах! Это тоже подсказка!

Я перевела взгляд на Асакуро, но тот лишь пожал плечами: мол, и сам пока не понимаю.

— Пикси — магические существа, небольшого роста. Могут быть как размером с башмачок, так и с пятилетнего ребенка. Характером — чистые дети. Любят играться, баловаться, иногда пакостить, обожают сладости.

Пенелопа фыркнула и Элайза строго на нее посмотрела:

— В сказках очень много выдумок, Пени, и преувеличений.

— Разве пикси — это не маленький народец? Они не могут быть магическими животными.

— Не животные, а существа, — наставительно протянула рыжеволосая всезнайка. — Русалки же не люди, верно?

— Они наполовину похожи на людей, а вот пикси….

— Тоже не похожи на человека, — отрезала Элайза.

— Помолчите обе! — не выдержала я. — Пенелопа, это замечательно, что ты хоть немного слышала о пикси, но Элайза жила рядом с ними, как думаешь, чья информация более полезна? Очевидца или человека, который знает о них по сказкам?

— Не совсем очевидец, — призналась Элайза, — моя бабушка видела их, пока они не ушли. Большинство обитало в Пустых Местах, когда те еще были населены людьми, правда, население было небольшим.

— Иными словами, пикси не любят большое скопление народа и ищут тихие места?

— Да, — Асакуро поправил очки на переносице, и за напускной важный вид, мне невероятно захотелось его треснуть. Когда они уже нормально начнут общаться? — Если пикси не захотят, никогда не покажутся человеку. А еще, некоторые из них, обыкновенно особи мужского пола, любят специфическую одежду.

— Специфическую? — удивились мы с Пенелопой.

— Лохмотья, старые тряпки.

— То есть, когда ты пошел за Ривэном, а вместо него обнаружил тряпки… — протянула Пени, а меня осенило!

— Они превратили его в пикси, ну или заставили его думать, что он — пикси! Ты мог забрать эти тряпки и….

У меня сердце заходилось от стука. Мы упустили время! Совершенно точно тряпок на том месте больше нет, собственно, как и Ривэна. И куда он направился, полагая, что относится к этим существам — одной богине известно!

— Хейли, пожалуйста, успокойся. — Мягко попросила Элайза. — Ты сейчас…

Но договорить не успела, я и так поняла, что я сейчас если не ураган, то пожар точно устрою. А потому сорвалась с пола и поспешила на выход.

Я успела. Огненный столп устремился в небо. Я переживала за брата, хотя понимала, что смерть ему не грозит. Учитель этого не допустит, но все равно, неприятно осознавать, что ты упустил время и все могло быть иначе.

— Хейли, прости, что я не понял сразу, — Асакуро тихо подошел со спины. — Прости, что я отправил его на разведку.

— Перестань. Мы обязательно его найдем. Пойдем, нужно обсудить наш маршрут.

Оборотень первой пропустил меня внутрь к притихшим подругам.

— Элайза, подумай, куда он мог пойти. Пени доложи в узелок все, что нам может понадобиться в лесу. — Я улыбнулась. — Надеюсь, оборотни не обидятся, что мы заберем с собой их котелок.

— А мы им его и вручим, — хмыкнула Элайза, — потому что путь Ривэна лежит в наши деревеньки.

— Я тоже так думаю. — Вклинился Асакуро. — Пустые Места больше не населены, а Мастер, скорее всего, вложил в него память о жизни во Втором Княжестве.

Я заставила себя не думать о том, что Ривэн без провизии и поддержки сам бредет по лесу в направлении жилищ Второго Клана. Мы быстро его нагоним, чего бы мне это не стоило.

— Элайза, Асакуро, вы во второй ипостаси можете понести меня и Пени на спине? Так будет значительно быстрее.

Рыжеволосая девчушка побледнела и сжала кулаки.

— Это позор, Хейли! Таскать на спине…

— Помолчи, Элайза! — Я меньше всего ожидала, что Асакуро рявкнет. — Позор — это оставить друга в беде. Я был лучшего мнения о княжне!

И отвернулся от растерянной девушки. Пени возилась с узелком, у нее не получалось его развязать и Асакуро кинулся ей на помощь.

Все то время, пока они возились с провизией, в землянке стояла тишина.

Уговаривать огненную лисицу не имело смысла. Во-первых, я могу не сдержать эмоций и надавать ей пощечин. Позор, видите ли. Во-вторых, может выплеснуться моя магия. В — третьих, это займет время, которого у нас и так нет!

Пени подошла ко мне и настойчиво повернула лицом к выходу.

— Асакуро раздевается, — шепнула она.

— Ты что делаешь?

— Тоже превращаюсь! — огрызнулась Элайза. — И только не говори, что голых девиц не видел!

Пенелопа вцепилась в меня, вынуждая стоять ровно. Мне очень хотелось обернуться.

— И учти, я понесу Пенелопу! — через пару секунд фыркнула девушка. — На тебе провизия и Хейли!

Ответа Асакуро мы не услышали. Я облегченно выдохнула. Ревность Элайзы к Асакуро была на лицо. С Пени она так и не смогла до конца сблизиться и точно бы предпочла нести меня, а не ее, к тому же, если что можно было бы сказать, что она несла мага с силой Богини. А выходит, слова Асакуро не только ее ранили, но и его помощь пени сыграла свою роль.

Ох, и тяжко нам придется!

Как мы карабкались на спины своим друзьям — отдельная, малоприятная история. И если мне было полегче, потому что Асакуро лишь несколько раз фыркнул на мои потуги сесть поудобнее, то Элайза рычала на испуганную Пени.

Но, в конце концов, у нас все получилось и волк, мягко ступая потрусил к тому месту, где обнаружил тряпки. Элайза не отставала ни на шаг.


Глава 5

Вечерело. У меня спина нещадно ныла, но я терпела, лишь крепче цепляясь за шерсть друга. О том, как бедная Пени справлялась, старалась не думать. Ей было в разы хуже, чем мне, но не единого звука протеста с ее уст мы не услышали.

После того, как Асакуро привел нас туда, где последним видел Риэвна, прошло больше пяти часов. Он и Элайза обнюхали все вокруг, а потом оба устремились в густую чашу. Нам много раз приходилось скользить сквозь ветки и кусты, которые больно хлестали по спине и рукам. А если не успевала пригнуться, то и по лицу.

Мне была не ведома логика наших оборотней. Увы, ментальную связь мы еще не сумели наладить, как бы мастер не пытался нас обучить. А разговаривать оборотни не пожелали, и я мысленно сделала себе пометку, уточнить почему.

Дважды мы чуть не попали в магическую воронку, но сначала Пени успела отдать команду остановиться, а потом и я, разглядела ловушку.

Это натолкнуло нас на то, что мы идем верным маршрутом.

А самое главное, что Ривэн все-таки движется не сам, а его ведут и он не один.

Еще спустя час я потребовала привала. Мы еще немного пробежали вперед, выискивая подходящее место. А потом я проверила его магически. Здесь было безопасно. Асакуро осторожно ссадил меня на землю, а вот Пенелопу Элайза буквально скинула. Недолго думая, я подползла к ней поближе и крепко обняла.

— Все будет хорошо, ты невероятная умница, — прошептала ей и погладила по волосам. — И ты справляешься намного лучше меня.

— Правда? — в голосе девушки стояли слезы.

— Правда, я на первой практике была маленькой недовольной истеричкой. А ты мужественно терпишь, я очень тобой горжусь.

— Асакуро говорит рядом есть ключ, он принесет воды, — Элайза совершенно не стесняясь наготы опустилась рядом.

Ох ведь лисица! Я силилась не смеяться, потому что прекрасно поняла степень ревности девушки. Матушка Софи, к сожалению, была права. Эти двое влюблены в друг друга. Вопрос лишь в том, луна ли для Асакуро Элайза?

— Ты не хочешь одеться? — осторожно спросила Пенелопа.

Вот лучше бы молчала! Элайза таким взглядом на нее посмотрела! Хорошо хоть он на меня был направлен, потому что я все еще обнимала Пени.

— Холодно здесь.

Оборотень фыркнула и успокоилась. Потому что предложение подруги были вызвано заботой, а не желанием скрыть от Асакуро голую девицу.

— Сейчас оденусь, — наконец, буркнула она.

Я не знала, что мне с ними делать. У меня нет опыта общения с мужчинами, да и отношений никогда не было. А просто наблюдать за тем, как Элайза мучается от ревности, я точно не смогу.

Длинный протяжный вой напугал меня до дрожи. Я осознать не успела, как оказалась на ногах и тут же рухнула обратно на землю.

Пени, умничка, успела сдержать Элайзу, которая брыкалась, но стремилась к воющему Асакуро.

Вой повторился, но был с тремя короткими промежутками. Элайза перестала вырываться и облегченно выдохнула:

— Он что-то нашел, нужно поспешить.

Девушка помогла мне подняться, а затем и Пенелопе. Я понимала ее беспокойство и желание лететь к любимому, вот только мы, с Пенелопой от той скачки на спинах друзей, еще не совсем пришли в форму.

Мы шли так быстро, как могли. Я не знала, что послужило воем, но сердце не билось тревожно, а я доверяла своей интуиции.

Когда мы нашли Асакуро, он уже обернулся в человека и даже прикрывал причинное место узелком.

— Я нашел Ривэна, — выдохнул он и указал рукой на едва бьющийся ключ.

Я сначала не поняла на что он показывает, а потом присмотрелась, куча тряпья пряталась за небольшой земляной горкой.

— Что-то я не уверена, — выдохнула Пени. — Он же маленький.

— И я не учуял никакого запаха.

— Тогда почему ты решил, что это Ривэн?

— Посмотри сама, — вздохнул Асакуро. — Там нет ловушек, а он не может выбраться, застрял.

Осторожно, с долей опаски, я приблизилась к вороху тряпья и отпрянула, когда куча зашевелилась. Да, я испугалась, но быстро взяла себя в руки.

Асакуро был прав, нога пикси застряла в земле, что его неимоверно злило. И не ошибся друг в том, что это был Ривэн, ну или очень похожий на него маленький человечек.

— Взгляд точно его, и контур губ, а в остальном…

— Как вернуть ему прежний облик? — озвучила общую мысль Пенелопа.

— Заклинание отката, — одновременно выпалили оборотни, — но мы никогда не применяли его на практике.

Просто прекрасно! Меня начинал злить этот экзамен. Нам дали исчезнувшее существо, заставляют пользоваться заклинаниями, которые мы знали лишь в теории, и идем мы не пойми куда, а что будет дальше? Страшно представить!

— Элайза, объясни вкратце суть заклинания, и что вам двоим потребуется? Асакуро, сплети клетку, у меня боюсь, пока с эмоциями туго, я могу напортачить, а его нужно вытащить и подлечить, если требуется. — Я посмотрела на Пени, которая вся как-то подобралась и о чем-то усиленно размышляла.

— Суть заклинания в следующем: оно возвращает предмету или существу его облик, до предыдущего использования магии на этот предмет или существо.

— Ты сама поняла, что сказала?

Элайза вздохнула.

— Мы можем вернуть ему тот облик, который у него был до того, как к нему применили заклинание, превращающее его в пикси. Но нет гарантии, что до пикси, его, скажем не превратили в волка….

— Или волка не превратили в Ривэна, а потом в пикси, — мрачно подытожила Пенелопа.

— То есть, нам придется несколько раз применять это заклинание к нему? Чтобы выяснить, Ривэн ли это на самом деле?

— Не получится, — вздохнул Асакуро, запихивающий недовольного пикси в сотканную из магии клетку, лечение ему не потребовалось. — Оно очень энергоемкое, и требует концентрации не одного, а трех магов. К тому же, у него имеются ограничения. К одному и тому же объекту, заклинание «отката» можно использовать с перерывом в два дня.

— То есть, если мы захотим провести заклинание повторно, нужно будет подождать два дня? И так как неизвестно в кого превратится пикси, мы застрянем на месте на это время?

— Да.

— И другого варианта у нас нет?

— К сожалению, тащить пикси с собой мы не сможем, Хейли, клетка не предназначена для носки. Поэтому, после ритуала придется заночевать здесь и остаться, если нужный результат мы не получим.

Замечательно…

— Хорошо. — Согласилась я. — Тогда лагерь разобьем в пяти метрах от ключа. Нужно натащить можжевеловых и еловых лап для спального места и дров для костра.

Сказано-сделано.

Все то время, пока мы занимались приготовлениями «вероятный Ривэн» попискивал в клетке и смотрел на нас недобро. Мне иногда казалось, что вот-вот и он закричит дурниной, обвинив нас в слепоте невозможности сходу определить наш ли это брат, друг и соратник или чужак.

Готовить кашу вызвалась Пенелопа, Элайза разжигала костер, а Асакуро потрошил тушку, пойманного им зайца, я же наполняла котелок ключевой водой.

Естественно, мы и пикси покормили, точнее попытались, потому что плошка с кашей была брезгливо отправлена в полет. Ну что ж, хочет голодать, пусть голодает. А пока, мы жадно глотали горячую кашу, думали над тем, стоит ли на ночь глядя проводить ритуал или стоит дождаться утра? Выбрали первый вариант. Отчасти, потому не терпелось мне, отчасти, потому что я переживала за это существо в клетке. А вдруг, это и правда волк? А если волчонок? Или волчица? В этих лесах каких только зверей не водится. Но рядом с оборотнями нечего опасаться. Звери к нам не приблизиться.

К тому моменту, когда оборотни были готовы к заклинанию, спустились сумерки и похолодало. Я в и ворожбе стану связующим звеном, который, однако, не произнесет ни звука. Иными словами, мне отводилась роль маяка и подпитки.

Пенелопе же, предстояло вовремя увеличить магическую клетку Асакуро. Потому что, если пикси превратится в человека, она ему будет невероятно мала, и он может получить ожоги. Меньше всего нам хотелось бы навредить, даже если это и не Ривэн.

— Готова? — одними губами спросил Асакуро.

— Да, — вместо меня ответила Элайза, а я тихо хмыкнула.

— Приступим, — отдал он парень команду, и мы рассредоточились вокруг клетки, образуя равно сторонний треугольник. Мне, как самой везучей, предстояло стоять в ручейке.

— Прости, — виновато выдохнули оборотни.

— Ничего, Пени подлечит, а мы, в следующий раз будем выбирать иное место для магических клеток! — успокоила их, а сама едва сдержалась от того, чтобы не вылезти из холодной воды. И пусть воды всего по щиколотку, теплее все равно не становится. — Начинаем!

Монотонный бубнёж друзей наводил на меня скуку, потому что я в отличие от них, занятых делом, была молчаливым наблюдателем, который только и успевает в нужное время послать магический импульс то одному, то другому оборотню.

Сначала забор энергии был минимальный, я даже удивилась тому, как сильно преувеличивали Элайза и Асакуро траты на это заклинание. А потом едва не рухнула, когда выкачка резко увеличилась и потянулась не с одной стороны, а сразу с двух.

Солоноватый привкус на губах дал понять, что организму не понравилось вмешательство в мой магический резерв и он протестует носовым кровотечением. Да только, кто ж его спрашивать будет? Согласен, не согласен…я здесь единственный маг, у которого безграничный запас энергии. Главное, не сорваться и не выпустить стихии на волю. Иначе быть беде.

Я едва не пропустила тот самый важный момент, когда пикси начал превращение! Зато Пенелопа умничка, успела увеличить клетку!

— Это все-таки Ривэн, — выдохнул Асакуро и плашмя упал на землю. Следом за ним, со стоном опустилась Элайза. Я же покачнулась и выбралась из воды. Но в отличие от друзей, была пусть и измотана, да в обморок не собиралась.

— Пени, отойди от клетки, помоги перетащить Элайзу и Асакуро.

— Но…

— Никаких «но»! Где доказательства, что это действительно Ривэн, а не кто-то под его личиной?

Пока мы перетаскивали ребят на лежанку и укрывали их своими куртками, человек в клетке не подавал ни звука, и я решила, что он тоже без сознания, после подобной-то экзекуции!

Пенелопа подлечила сначала Элайзу, затем осмотрела Асакуро, и только потом перешла ко мне.

— Они проспят не меньше часа, — сообщила она, — а вот тебе не мешает подкрепиться. У нас еще осталась еда.

— Спасибо, — благодарно пожала ее руку.

— А теперь я осмотрю его?

— Я пока не советую приближаться. — Качнула головой. — Мне что-то не нравится, но пока, я не могу сформулировать, что именно.

Минут двадцать мы настороженно глядели на клетку, в которой человек, так похожий на Ривэна не шевелился. Я успела поесть каши, и даже оставила немного про запас и для вредного существа, бывшего недавно пикси.

Оборотни спали, их мирное дыхание вызвало зависть, мне тоже хотелось спать, и Пени, несомненно, хотелось не меньше.

Но мы единогласно решили дождаться пробуждения нашего пленника, а заодно разжечь для него у клетки костер. Все-таки на дворе не лето, ночью в лесу прохладно, а запасного одеяла у нас нет.

— Иди ложись, — предложила я Пени, не выдержав очередного горестного стона. — Я сама присмотрю за ним, да заодно поставлю защиту.

— А это не навредит тебе? — с сомнением протянула она.

— Не думаю, — улыбнулась ей и зевнула.

«Как же хочется спать!»

Пока я примирялась в радиусе действия защитного купола, Пенелопа легла со стороны Элайзы, чем вызвала у меня улыбку.

Зря Элайза переживает, не претендует Пенелопа на ее драгоценного оборотня.

Я опустилась на землю рядом с костром, разожженным для «Ривэна». Интуиция, или просто мнительность, но я пока не находила причин верить своим глазам. Да, внешне похож на моего названного брата, наверно и говорит его голосом, но…я в любом случае устрою ему проверку при пробуждении!

Еще через полчаса Пенелопа уснула.

Я слушала как сопит Асакуро, возится Элайза и мерзнет Пени. В поисках тепла девушка жалась к Элайзе. На самом деле именно возня и привлекла мое внимание. Они все спали, но Пенелопа упорно прижималась к Элайзе, а та, все отпихивала неожиданный источник холода. Я размышляла над тем, чем могу им помочь, но так и не могла придумать. Мои варианты выглядели жалкими, к тому же, где гарантия, что вызвав теплый ветерок, я во-первых, удержу нужную концентрацию, во-вторых, не разбужу ребят?

— Да что ж ты пихаешься! — сонный писклявый голосок заставил меня вздрогнуть и обернуться. — Вот ведь настырная!

Элайза все-таки проснулась и резко села. Сонным взглядом обвела Асакуро и Пени, нежно обнимающую ее ногу.

— Вот же напасть! — фыркнула оборотень и попыталась отцепить от себя неожиданный груз.

Я молча наблюдала за сопящей подругой и Пени, которая упорно не желала отдавать чужую конечность. В итоге победила Элайза.

Всколоченная и немного злая, она перешагнула через Пени и пошла ко мне.

— Ты представляешь, она решила, что я — грелка!

Я подавила смешок и серьезно сказала:

— А до этого, она лечила тебя и Асакуро, отдав приличный запас своего резерва.

— Ясно, — выдохнула Элайза и присела около меня, — для меня чаю найдется?

— Найдется.

Я пошла к котелку, и поставила его на огонь.

— У нас все получилось, впрочем, я и не сомневалась. Жаль только, что и он, попал под зону отката.

— Поэтому не просыпается?

— Да, но не переживай с ним все в порядке.

— Как думаешь, это Ривэн?

— Не знаю, — девушка потянула носом. — Пахнет похоже, но, когда обернусь, смогу точнее понять.

— Кстати, об этом, — я кинула в воду травы, — скажи, а почему вы перестали разговорить во второй ипостаси? Помнишь, когда на меня напал старшекурсник в ангаре, ты тогда отвечала Асакуро, а сейчас вы ни слова из человеческой речи не проронили.

— Тогда я очень сильно разгневалась, да и испугалась. — Тихо призналась она. — Мы можем использовать человеческую речь в своих ипостасях, но для этого мы прилагаем усилия и жертвуем большим количеством магической энергии. Если помнишь, тебе пришлось отводить меня к общежитию. И просто поверь, меня не смущала нагота и пересуды. Мне было тяжело идти. Только глава клана может вести переговоры в звериной ипостаси, потому что он сможет затребовать резерв всех оборотней, а я и Асакуро, пользуемся лишь своим.

— Я поняла, Элайза, вы не хотели ослабнуть и в исключительном случае, при острой нужде, воспользуетесь речью.

— Да. Спасибо, — поблагодарила она, я как раз протянула подруге чарку с чаем.

— Интересно, он скоро проснется? Я боюсь, что он тоже замерзнет.

— Не должен, — Элайза подула на чарку. — Пенелопа перенапряглась и явно израсходовала намного больше силы, чем сказала тебе. Поэтому ее и знобит. Но ничего, сейчас согреем.

— Согреем?

— Конечно, смотри, она уже к Асакуро прижалась, а я лягу с другой стороны и обращусь лисицей. Мой мех отлично согревает.

— И ты совсем не ревнуешь? — этот вопрос сам сорвался с моих губ, и я запоздало прикусила язык.

Элайза промолчала, а ее рука дрогнула.

— Прости, покаялась я, — я не имею права спрашивать о подобном.

— Ты знаешь историю госпожи Ратовской?

— Да, но…

— Откуда об этом известно мне? Она сама рассказала, и я понимаю почему, однако…

— Элайза, вы пара?!

— Знаешь, когда я впервые увидела Асакуро? Мне было десять. А ему двенадцать.

— Я не знала, что он мой ровесник… — я изумилась.

— Ему двадцать три, Хейли, скоро будет двадцать четыре, это я твоя ровесница. Он старше нас, но речь сейчас не об этом.

Я заставила себя молчать. Я — то полагала, что старше своей обворожительной парочки, а выходит, что нет и я не единственная, кто поступил на первый курс не в восемнадцать.

— Так вот, я никогда не была послушной, Хейли. Мой отец намучился со своей наследницей. Ты не ослышалась, у меня нет братьев и сестёр. И судьба клана Южных Лисиц в моих руках. Тот, кого я выберу станет Главой Второго Княжества.

Элайза вздохнула и отхлебнула чаю.

— Я слишком рано прошла оборот, наши дети обычно оборачиваются в одиннадцать лет. Иногда позже. Я же с восьми лет. Два невероятно кошмарных для моего отца года! — девушка рассмеялась. — Ты представляешь, что я устраивала Великому Князю? Хейли, да он рыскал по лесам в поисках ненормальной дочки, которая вдруг решила, раз она лисица — то может все-все и теперь взрослая. Откровенно говоря, мои обороты были кратковременными, тяжёлыми, как для меня, так и для второй моей сущности. И вызваны были трагедией — мама потеряла ребенка в утробе и после этого она так больше не смогла родить.

Я осторожно приобняла девчушку, желая поддержать ее хотя бы так.

— Это был очередной побег. И моей целью стала Деревня Полукровок. Я столько слышала о том, как кошмарно родиться лишь наполовину оборотнем, что непременно решила увидеть все своими глазами. Я не понимала, что внешне никто от нас не отличается. Я думала, у них, наверно, больше глаз или рук, а может, наоборот, нет ног или еще чего-нибудь. Я потерялась, Хейли. Заблудилась, уйдя так далеко от дома. Я блуждала по лесу, пока окончательно не выбилась из сил и не обратилась в маленькую девочку. Увы, только в более позднем возрасте мы можем контролировать вторую ипостась долго, в девстве мы слишком слабы и обязаны дозировать оборот не более двух часов в день.

— Асакуро нашел тебя?

— Меня нашел волк. Теплый мохнатый волк, к которому я доверчиво прижалась и даже дала облизать мокрое от слез лицо.

— Большим шершавым языком? — подтрунила я.

— У кошек языки шершавые, — улыбнулась подруга, — а у волков, да и собак, они мягкие, длинные и…мокрые!

Мы негромко посмеялись над сравнениями и Элайза продолжила.

— Я была маленькой, Хейли, и не могла понять, почему мои родители, которых я сильно люблю, вдруг отошли на второй план. Я безропотно дала себя увести в Первое Княжество. Каталась на спине волка и ни капли не испугалась, когда этот волк обратился в мальчика, а затем ввел меня в свой дом.

Я вздохнула, неужели у истинных пар отношения начинаются вот так и сразу? Не принято ж у них выдавать девочек настолько рано замуж?

— Нет, — рассмеялась Элайза, и я покраснела. Кажется, свои опасения высказала вслух.

— Ничего подобного не было. Нас тянуло друг к другу, и мы понимали друг друга с одного взгляда. Знаешь, рядом с ним мне совсем не хотелось капризничать. А младший брат и родители Асакуро отнеслись ко мне тепло, с любовью и радушием. И я совсем не понимала, почему его мама частенько украдкой вытирает слезу. Все закончилось стремительно, через два дня, что я пробыла в доме Асакуро. Хейли, из-за меня чуть не разразилась война между кланами. Отец не верил, что я сама могла пойти за мальчишкой, признав в нем своего мужчину. Да и для меня эта трактовка была чем-то странным и непонятным. Но именно так и было, и Глава Северного Клана отправил весточку папе, о том, что я у них.

— Отец приехал за тобой?

— Да, это чуть ли не впервые, когда Первое Княжество позволило главе Второго вступить на их территорию, прихватив с собой не только советника, но и воинов. Хейли, знаешь, как плакала моя мама? Они тогда так сильно разругались с отцом, что их крики и плачь еще долго стоял в моих ушах.

Я обняла Элайзу, совершенно не зная, что на это сказать.

— Это я отказалась от Асакуро и где-то вычитала, что если стать другим человеком, то можно изменить свою судьбу. Поспорить с ней и выйти победителем. Я отреклась от полного имени с Элоизы Алой в итоге став Элайзой. Отказалась от своей живости и непоседливости, предпочтя роль заучки и зубрилки, и настолько вжилась в нее, что уже сама не могу отрешиться. Ложь, Хейли, ничего не изменилось. Я только потянула Асакуро на этот путь… Он не хочет меня терять, не хочет, но и ничего не требует, понимая, что я никогда не пойду наперекор своему клану. Он просто всегда рядом, встряхивает меня, если я совсем закрываюсь от эмоций, он словно тень за спиной, которая в случае необходимости превратится в полноценного защитника. У меня нет такого мужества, как у него.

— Зря ты так, — прошептала я, — ты очень сильная Элайза, сильная и умная девочка. Но чувства не то, что нам подвластно. Они или есть, или их нет. И если твое тело, разум и сердце выбрало Асакуро, прислушайся к себе, будешь ли ты счастлива выбрав дорогу матушки Софии. Я не заставлю тебя менять свое решение, но я очень хочу тебе и Асакуро счастья. Я хочу видеть вас счастливыми, радостными и хочу, чтобы вы были любимы.

Подруга предпочла промолчать и прижаться к моей груди. Я не знаю, сколько я гладила ее по спине, но в какой-то момент она отстранилась.

— Спасибо за чай, Хейли, я, пожалуй, пойду к одной замершей леди.

— Иди, — улыбнулась ей, стараясь не смотреть на то, как подруга раздевается.

Миг и возле меня лисица, которая лукаво мне подмигнула, а затем напрыгнула, сбив на землю и облизала лицо!

Свой смех, как и крик «фу» я сдержать не смогла. На что меня еще раз облизали и юркнули к трясущейся Пенелопе.

«Спите ребята, завтра день не менее тяжелый» — мысленно пожелала своей команде мирного сна и вернулась к костру и клетке.

* * *

Следующие два дня прошли для нас в тяжелейшем стрессе. Начать с того, что я так и не смогла выспаться и закончить тем, что сидящий в клетке человек правильно отвечал на все вопросы, а оборотни подтвердили, что запах принадлежит Ривэну.

Но мы все равно были осторожны и освобождать свою находку не спешили, желая провести еще один ритуал.

И вот с этим у нас были связаны некоторые проблемы. Первая — это радиус действия клетки. Да, парень помещался в ней в полный рост, однако забывать о том, что это живое существо со своими надобностями не стоило. А мы забыли. В итоге Асакуро пришлось снимать магическую клетку и накладывать магические кандалы, которые мог снять только он, да еще и выводить Ривэна в кусты.

Это, в свою очередь, привело к истощению резерва Асакуро, и вторично клетку ставить пришлось мне.

Утром второго дня, Ривэн предпринял очередную попытку доказать, что он именно мой названный брат, заставив меня при всех задать вопрос, ответ на который могли знать только мы.

Отчаянно краснея и переживая, я все-таки спросила: «Что хотел сделать он, взамен моей помощи с Зеей Прис?»

И его незамедлительный ответ, словно он не раздумывал ни секунды поверг меня в шок: «Стать личным рабом и согревать твою постель».

Я даже попыталась снять магическую клетку, но неожиданно была остановлена Пенелопой.

Девушка удержала мои руки, а позже, прижала меня к себе, яростно шепча о том, что это не Ривэн, чтобы он не говорил, как бы правильно не отвечал. Это не он, и не может быть им. Я не знаю, почему я послушала ее, вскользь лишь заметила, что кажется, в моей команде не одна пара влюблённых, а две. При условии, что Ривэн ответит на чувства Пени.

И если, я была не права, я обязательно извинюсь перед Ривэном, но сейчас, когда и оборотни поддержали Пенелопу, не смогла пойти наперекор всеобщему желанию и прислушалась к голосу рассудка.

Последняя ночь перед ритуалом ознаменовалась попыткой побега. Ребята пожалели меня и отправили спать, а сами, караулили слишком уж бодрого пленника. И хорошо, что караулили, потому что я напортачила с клеткой, выложив меньше энергии, иначе как он смог выбраться?

Впрочем, если перед нами один из преподавателей, то неудивительно как, но подтверждения тому, пока не было.

Асакуро с Элайзой успели не только поймать его и притащить обратно к клетке, но и спеленали его заклинанием, не позволяющим шевелиться. Да, неудобно, однако действенно.

Все прошло практически также, как в прошлый раз, за исключением того, что я не стояла в небольшой речушке, а ребята не хлопнулись от истощения в обморок.

Мы с затаенным дыханием смотрели на то, как меняются черты на лице нашего пленника и не сдержали удивления, одновременно выпалив:

— Леди Милена Ронг?!

Я утратила дар речи, Пенелопа победно хмыкнула, Элайза нахмурилась, а Асакуро заалел. Его лицо пылало краской смущения, ведь по нужде именно он отводил пленницу, да еще следил.

— Хоть на этот раз обошлось без отката. Все правильно сделали. Зачет, магис. И не красней так, Асакуро, тебе ли не знать, что на тот момент, я была мальчиком.

Она легко, словно от надоевшей мухи отмахнулась от магической клетки и медленно вышла к нам и ослепительно, по-доброму, улыбнулась.

Учитывая то, что ее рост был намного меньше Ривэна, одежда на ней висела паклей.

— Итак, у вас есть право на одну подсказку, я должна ответить честно, а потому хорошо подумайте!

— Молчать! — тут же воскликнула я, прекрасно зная своих ребят. — Я лидер, и вопрос задавать буду я.

Успела я практически вовремя, ибо Элайза недоверчиво протянула: а вы точно…

Правда, договорить не смогла, Пени зажала ее рот своей рукой.

— Будем считать, что этого не слышала, — любезно согласилась леди Милена. — Студенка Сизери, ваш вопрос.

— Назовите конечный пункт нашего маршрута, где нас будет ждать Ривэн.

Декан факультета магис нахмурилась, видимо, решив, что вопрос будет проще. Да и подсказка, это же не прямой ответ, она может не назвать место, но должна намекнуть на него.

— Что ж… — протянула она, а затем лукаво усмехнулась. — Жители данного места знают не понаслышке каким грозным оружием может быть простая метелка.

— Метелка и оружие? — выдохнула Пенелопа.

— Деревня Полукровок! — хором воскликнули мы с оборотнями и переглянулись, совершенно правильно растолковав в чьих руках метёлка становится грозным оружием.

Декан лишь пожала плечами, а затем воскликнула:

— Совсем забыла, — ее ладони засияли мягким светом, а затем два шарика устремились к Элайзе и Асакуро. — Зачетки вам подпишут после практики. Всего доброго, студенты.

Несколько мгновений и леди Милена Ронг исчезла.

— Она специально не отметила нас сразу, — выпалила Элайза, — если бы она так сделала, я бы не спрашивала, точно ли она наш преподаватель.

— Так вот, что ты хотела спросить.

— Ага, и Пени, как ты не смогла догадаться, что речь идет о госпоже Ратовской и ее доме?

— Хватит ругаться. — Попросила я. — Теперь мы знаем, куда нам нужно. Осталось выбрать правильный маршрут и добраться туда без приключений. Заметьте, сдали экзамен только магис, Пени и я под вопросом, а значит…

— Задания по вашему профилю будут впереди.

— Да.


Глава 6

Знала бы я чем обернется для нас это путешествие, стребовала бы с леди Милены Ронг назвать яд, которым отравят моих оборотней!

Богиня, три дня, что моих ребят лихорадило, я думала, сама сгорю заживо.

У нас не было под рукой лекарств, не было ни нужных трав, ни книг, где описывалась бы болезнь и способ как ее лечить!

Зато у нас была Пенелопа, которая первой заметила признаки «болотной лихорадки». Да, нам не повезло дважды, мало того, что ребят отравили, так те еще подцепили эту, несомненно, страшную дрянь.

Как позже говорила Пени, это было неизбежно, иммунитет оборотней ослаб из-за яда, а мы, как раз находились на болотах. Она лишь огорчалась, что сразу не поняла, что в организме Элайзы и Асакуро яд.

Да кто бы понял?! Я так вообще чувствовала себя бесполезной, со всей своей мощью и магической силой я не могла сделать ничего!

Я поражаюсь, как у парочки зазнаек хватило сил вытащить себя, а заодно и нас с Пенелопой с болот! Ведь там оставаться было опасно. Им хватило сил, да только после…

Я молилась Богине о их здоровье, я как проклятая выла над их, почти бездыханными телами, и только мешалась Пенелопе, которая упрямо оттаскивала меня от них, и как заведенная повторяла, что все будет хорошо.

Не было! Не было хорошо! Было страшно, отвратительно и больно!

А если вспомнить, что из провизии мы имели самый мизер, то положение казалось совершенно безвыходным.

И я трижды благодарна Пенелопе за ее уверенность и способность привести меня в чувство. Она нашла не только правильные слова, но и напомнила мне о том, что мы команда — а значит, наша ответственность делится поровну.

Я как заведенная бегала по лесу, разыскивая нужные травы, пока не плюнула и не привлекла к делу свою силу.

Расцветали же цветы от моего смеха, появлялись бабочки от моей радости? Значит, и нужные лекарственные растения прорастут!

И пусть Пени на пальцах объясняла, как они выглядят, у меня, хоть и не сразу, получилось. Я отходила на приличное расстояние от нашей вынужденной стоянки и прибегала к магии. Бывало, что с корнем вырывались деревья, бывало, что вспыхивали очаги пожара или с неба обрушивался поток ледяной воды. Я была намерена выиграть и получить нужный результат, и все равно упрямо взывала к магии, требуя нужные растения.

Да, мне приходилось локализовать все последствия буйства силы, не давая огню расползтись по всему лесу, возвращать деревья на прежнее место, магически заставляя землю вновь принять пострадавшие деревца.

Я держалась на одном упрямстве и желании вылечить своих друзей. На мне была защита нашей стоянки, на мне была помощь в лекарственных травах, и я же, поддерживала костер, а заодно варила жидкую кашу и чай.

Матушка София могла мной гордиться, потому что ни разу я не спалила кашу и на вкус она оказалась нормальной, а не горькой или безвкусной.

Пенелопа постоянно поддерживала оборотней в нужном ей состоянии, не давая тем полностью уйти в забытье или температурам их тел повышаться.

Она, как и я, все три дня не спала. Мало того, опустошала свой резерв без его наполнения и подпитки. В какой-то момент я решилась стать аккумулятором ее силы. И неважно, что я могла пострадать или отрубиться в не самое подходящее время. А ведь именно я Страж Огня, боевой маг, который в случае нападения, должен отразить все атаки.

Впрочем, именно так и произошло.

Я и сама не поняла, как это случилось. Вот я сидела у костра, кусала губы, чтобы не уснуть, и тянулась к источнику магии Пени, устанавливая связь невидимой ниточкой. Я чувствовала, как моя сила неохотно, но откликается и тихо радовалась тому, как медленно розовеют щеки на лице подруги.

Она только-только прикорнула рядом с ребятами, раз тридцать заверив меня, что антидот подействует и сейчас им требуется сон. Через несколько часов она проверит их, подпитает своей силой, а пока, мол, и я могу поспать.

Я закрыла глаза лишь на секунду клянусь, всего секунда! А открыла, когда меня тормошила истошно кричащая Пенелопа.

— Хейли! Ради Богини, Хейли!

— Пени?!

Я вскочила на ноги и резко упала обратно на землю.

— Хейли, твой щит мерцает, они сейчас пробьют его. Хейли!

Я не понимала ровным счетом ничего, пока не увидела все своими глазами. На нас напала низшая нечисть и было ее так много, что в первое мгновение, у меня сердце ушло в пятки.

Я испугалась. Мой лоб покрылся испариной, а руки мелко дрожали. Я, как маленькая девочка, разинув рот смотрела на мелких бесов и нечисть третьего порядка, скалившие пасти и методично совершающих прорыв. Они нападали одновременно по разным местам щита, заставляя его трещать, сыпать искрами.

Вскользь мой мозг отметил, что бей они по одному месту, то сейчас меня некому было бы разбудить!

Пошатываясь, я поднялась.

— Пени, иди к оборотням. — Хрипло потребовала я. — Иди к ним, я наложу на вас защиту, если я не справлюсь, у вас будет время продержаться до прихода мастера.

— Хейли!

— Не обсуждается! Твоя задача вылечить ребят, моя — не пустить к вам нежить! Давай, подружка, будь умницей!

Пенелопа начала лихорадочно собирать травы, которые лежали у костра. Она перетаскивала все, что ей могло понадобиться при лечении. Я же быстро разожгла костёр возле лежанки Асакуро и Элайзы.

Хорошо, что я выбрала больший периметр для защитного купола, сейчас мне предстояло сузить диаметр его действия с тридцати до семи метров. Ровно столько им хватит на маневры с костром и небольшими перемещениями.

О том, что сама я окажусь без защиты, Пенелопе я говорить не стала. Сейчас мне будет легче перенастроить уже имеющийся щит, чем накладывать новый.

— Все взяла? — я почти пришла в себя и мое тело не дрожало от предстоящего ужаса.

— Да, но…

— Я справлюсь, Пени. Верь в меня.

А сама не очень-то в это верила. Страшно. Тьма, как же страшно! Нет рядом ни Коши, ни Асгара. Но есть те, кто мне дорог, и за кого я буду бороться. И неважно, что это очередной экзамен, последние события показали, что нам не дают поблажек и все идет максимально приближенно к реальному бою, а значит, легко мне сейчас не будет.

Я вздохнула и потянулась к защитному плетению, перебирая мысленно ниточки, настраивая их на новый спектр действия.

И чуть не пропустила удар, лишь в последний момент присев, с небольшой заминкой возвела щит. Зубастое чудовище с воем отлетело от меня.

А до меня только дошло, что сражаться мне голыми руками. Ни клинка, ни меча у меня нет.

— Агоран! — я выпустила струю пламени, заставляя свою магию действовать по минимуму. Потому что пожара и так не избежать, учитывая степень выброса, а если еще и на полную силу, то радиус поражения будет невероятно большим.

И насколько же я удивилась, поняв, что мой огонь никак не навредил чудовищам! Этого не могло быть! Бред какой-то!

Огонь жадно лизал землю и деревья, что я поспешно призвала магию воды, затушив свой выброс.

Давай же, Хейли, вспоминай, какая мелкая нечисть не боится огня?

Я носилась по поляне, ограждая своих друзей от монстров, сбивая тех воздушной волной, но, по сути, не причиняя им практически никакого вреда.

И абсолютно не понимала, почему я не могу уничтожить нежить.

Я лихорадочно вспоминала все лекции Карт Санда, занятия декана и лабораторные нашей любимой леди-ведьмы Вероники Элвер… И пусть леди Элвер преподавала сложнейшие и простейшие яды, но я-то отлично знаю, что вдохнув ядовитые пары, можно надолго выпасть из реальности и представлять перед собой все, что угодно! А учитывая, что сейчас экзамен сдает Пенелопа и оборотни отравлены… Додумать эту мысль не получилось, потому что меня вновь атаковали, причем явно намереваясь откусить голову, я едва успела проскользнуть под лапой чудовища и с изумлением обнаружила любопытную вещь!

— Пространственная материя и кукловод! — осенило меня!

Я должна найти точку, в которой материи соприкасаются, выводя монстров из субпространства в нашу вселенную, потому что именно там и сидит тот, кто дергает монстров за ниточки!

Думай, Хейли!

Я продолжала отбиваться от ударов и клыков, а сама соображала, где могла бы находиться точка соприкосновения. Так, защитный купол имел диаметр в тридцать метров, после прорыва материи чудища разошлись по всему периметру, однако, где-то изначально их было больше! Черт, ну почему я спала?!

— Пени! — кричу и пригибаюсь, — где больше всего монстров было?

Я надеялась, что она не только меня услышит, но и ответит. К тому же, мне очень повезет, если она проснулась почти сразу, как на нас напали.

— Направо! — крик Пени. — Шагов двадцать!

Какая ж я дура, могла бы и догадаться, что самые страшные и большие монстры будут караулить точку. Это стресс, это просто, видимо, стресс.

И как пронырнуть под них, при этом, не покалечив себя?

Им-то ничего не будет!

— Пени, не пугайся! — предупредила я и покатилась по земле, уходя от очередного удара лапой.

Я призвала стихию земли и задержала дыхание. Мне никогда не приходилось чувствовать себя в роли крота, но именно им, практически, сейчас я и была. Единственный выход, который я нашла — было проползти под землей. Правильно или нет, но это все, что мой мозг пожелал выдать.

Я не рассчитала глубину и ушла слишком низко, едва не задохнувшись, но тут мои стихии пришли на выручку. Воздушный пузырь окутал голову, а огонь и вода, помогли прочертить путь до монстров. Я жадно дышала, стараясь не думать о том, что глаза залепила земля, а в волосах и на одежде копошатся черви и, кажется, мелкие мыши.

Моей радости не было предела, когда я поняла, что точку нашла верно, и грубо ворвавшись в плетение, разрушила его. И только после этого пробилась на поверхность.

Как и следовало ожидать, монстры замерли, однако, кукловоду не потребуется много времени, чтобы вновь отдать приказ и привести их в действие. Я должна успеть проникнуть к нему и дать бой прежде, чем он отдаст свой приказ.

Слова заклинания сами вспыхивают в сознании, я отплевываю землю и мысленно повторяю формулу, а затем выстраиваю нужную руку и выплетаю формулу.

Получилось!

Меня окутывало серебристым мерцанием, я знаю, что мои очертания смазывались для Пени. Однако, я знаю и то, что я не исчезаю, я меняю одну реальность на другую.

Я знала, кого должна была увидеть в роли кукловода. Не могло быть иначе, учитывая то, что ребят экзаменовали деканы их факультетов. Я не хотела биться с отцом, но увидев его, удивления не испытала.

Только сожаление.

— Долго ты, — прокомментировал он и первым запустил в меня пульсар.

— Вы подгадали правильный момент, — уйдя с траектории удара, произнесла я. — Я рада тебя видеть, отец.

— А я даже не знаю, кого вижу, — хмыкнул он, — то ли моя маленькая Хейли, то ли земляное чудовище. Ты что, ела землю?

Я знала, что он специально отвлекает меня разговором, что бы я утратила концентрацию, чтобы дала ему возможность возобновить и зациклить плетение на монстров. Хороший ход, ведь пока, я билась бы с ним, чудища продолжали бы взламывать защитный купол.

Три пульсара были пущены мной в декана Сизери. Два из них — отвлекающий маневр, один — чтобы сжечь нити кукловода. Все получилось, да только, я тут же была отброшена волной огня и едва сумела быстро встать на ноги.

Победить отца в магическом поединке — практически нереально.

— Молодец. — прокомментировал он мою удачу. — Но, что дальше, Хейли? Я в отличие от тебя знаю, как управлять блуждающими, а вот ты, опять допускаешь ошибку. Эмоции, доченька!

Он прав! Трижды прав! Я почти не могла сдержать свою магию. Внутри меня клокотала смесь из четырёх стихий и желала выхода.

А в следующий миг холодное лезвие мелькнуло перед глазами, и я еле прикрылась щитом, да только все равно поранила руку. Тягучие капли крови упали в пространство и куда-то исчезли.

— Ты меня убить хочешь? — вскрикнула я, уходя от серии ударов и взмахов.

— Мы не играем, Хейли, и это не учебный бой. — Ответил отец и рявкнул. — Хватит расслабляться, я больше не стану тебя жалеть.

Я и вздохнуть не успела, как вновь была атакована, причем не только оружием, но и магией.

Несколько минут превратились для меня в настоящий кошмар. Отец напирал, атаки становились жестче, кровь уже не просто капала, я вся была в крови, потому что никак не могла ни укрыться от ударов, ни отбить их. Голова шла кругом, а папа все продолжал. В какой-то момент я почувствовала себя на месте деревянной куклы, что на полигоне. На мне точно также сейчас отрабатывали удары и останавливаться не планировали.

Огненные атаки отца ни водой, ни своим огнем я отбить не могла. В первом случае получался пар, из-за которого я перестала видеть, и декану хватило сего мгновения для очередной атаки клинком, во втором случае, огни сливались, усиливая поток и в итоге, я падала, не желая быть сожжённой заживо. Воздушной магией я не пользовалась, прекрасно понимая, что воздух против огня — мощный катализатор, но никак не препятствие.

— Ну же, девочка! — кричал отец. — Не заставляй меня разочаровываться! Ты же Страж, Хейли!

— И что?! — рявкнула в ответ, взбешенная подлой подножкой и ударом сапога прямо у моего лица.

— Докажи, что не просто так занимаешь место среди студентов, покажи, что тебя взяли не по ошибке!

«Это шутка такая? Или он специально заставляет меня вспоминать первый год обучения, когда все были против меня?»

Меня настолько обуяла злость, что я буквально заполыхала.

— Видимо, все-таки зря…

А в следующее мгновение, в моих руках проявился клинок рода!

Яркая, безбашенная улыбка появилась на лице отца и также стремительно пропала:

— Остановись! Ты сожжешь его!

Но я уже не владела собой, гнев на обидные речи родителя, сделали свое дело. Я больше не контролировала выбросы огня. Однако…

Вместо того, чтобы расплавится клинок раздвоился, приняв иную форму! Я стала владелицей парных клинков и, откровенно говоря, не знала, что мне с этим делать. Я с одним-то управится не могла, а тут два!

— Невероятно! — выдохнул папа и провел пробную атаку.

То, что выпады ложные, я поняла сразу, хотя мне и пришлось тяжело.

Дыхание сбилось, стихия тянула резерв, да еще клинки, чей вес с одного оружия распределился на два, тем самым, хоть немного, но давая мне силы удержать клинки.

А вот как ими биться огромный вопрос. Мы не тренировались парными клинками. Ни разу, и боюсь, сейчас, родовой клинок просто надо мной посмеялся. Мол, вроде и откликнулся на силу, но в тоже время — никакой помощи.

Машинально покрутила клинки в руках, запястья тут же отозвались болью. М-да…

«Хейли, оружие, это всегда продолжения тебя самой, твоих рук, если тебе так удобно» — в голове сами собой всплыли наставления карт Санда.

Он постоянно напоминал о том, что к оружию нужно относится с любовью, хотя я и не понимала, как это вообще возможно — любить железяку.

Однако сейчас, я иначе взглянула на его убеждения. Если относится к клинкам, как к обузе, они и будут таковыми!

Я скрестила клинки над головой, защищаясь от выпада отца и впервые устояла на ногах, не отклонившись назад и не покачнувшись. Да, во мне было меньше сил для удара, папа мужчина и он сильнее, но я быстрее, а значит — моим спасением станут множественные атаки и перемещения!

Юлой я завертелась в пространстве, где не было ни земли, ни неба, превратившись из защищающейся в атакующую.

Да удары сыпались часто мимо цели, но заставляли отца двигаться, отступать, давая мне шанс ударить и задеть. Ощутить уверенность, успокоиться и не бояться сделать больно. Папа же не боялся причинить мне боль, и он прав, на поле битвы, враг может обернуться кем угодно, но это не значит, что я должна буду сложить оружие и отступить.

Из магической дуэли я заставила отца перейти на ближний бой.

Заставила забыть о магии, почувствовать азарт от схватки. Я-то ни на секунду не отказалась от стихий. Мне очень помогала воздушная. Когда мне не хватало скорости, порыв ветра подхватывал меня и уносил на нужное расстояние так стремительно, как мне того требовалось. Я могла высоко прыгнуть или пронырнуть между ног декана так быстро, что тот не сразу замечал, куда я делась. Может, кто-то и скажет, что нечестно, но, во-первых, мой противник опытнее и сильнее, во-вторых, на войне все средства хороши.

Низко пригнув спину и заведя руки назад, я совершила прыжок вверх и обрушилась на декана Сизери залпом ударов, и наконец, его повалила.

Так странно смотрелось падение в никуда. Нечто похожее было, когда Коша рассказывал и показывал мне историю жизни Хеллы. Мы тоже находились непонятно где, зависшие в пространстве. Собственно, сейчас-то понятно, что это субпространство, а тогда мне было страшно и не по себе.

Два клинка скрестили у шеи декана Сизери, и я прохрипела:

— Сдаетесь?

— Зачтено! — улыбаясь, заявил он, а в следующее мгновение нас засосала воронка.

Я и пикнуть не успела, да и сориентироваться, как со всего размаху упала на траву.

— Экзамен сдан! — голос мастера слился с другим, но таким родным и обеспокоенным!

— Ласточка моя!

Я опомниться не успела и подняться на ноги, как на меня свалилась Пени, а за ней и оборотни.

— Богиня! — взвыла я, а в следующий момент, отец ловко вытащил меня из-под ребят.

— Девочка моя, — начал папа, но был грубо отпихнут матушкой.

— Золотко мое, что эти ироды с вами сделали!?

Отец не успел ни прикрыться, ни возмутиться, тяжелая метелка матушки прошлась по его спине и шее.

— Я тебе покажу, как калечить мою девочку! Горе-папаша!

— Госпожа Ратовская, — ректор оказался позади меня. — Я бы попросил…

— А ну замолчи, Альгар, а то и тебе достанется! Ты клялся мне, что бой будет у деревни и перед нашим походом! И что я вижу?!

— Ребята проходили экзамен и достойно его сдали, — леди Вероника Элвер тоже оказалась на заднем дворе матушки Софии.

— Ах ты ведьма! Ты чем оборотней отравила?!

Я могла лишь с удивлением наблюдать за тем, как София раздает тумаки своей метелкой. У меня банально язык онемел от шока. Вон, леди Элвер не успела пригнуться и прутья метлы прошлись по ее лицу, женщина аж зашипела от гнева.

Еще мгновение и она поперла на леди-ведьмочку, вынуждая ту пятиться назад.

— Вон! — кричала матушка. — Ироды! Чтоб ноги вашей на моей территории не было! Пошла вон!

— Госпожа Ратовская, возьмите себя в руки! — рявкнула леди Вероника и магией заставила метелку замереть. — Мы должны привести студентов в надлежащий вид и…

— Леди…лучше верните метелке подвижность, — одновременно сипло попросили ректор и декан Сизери, однако, опоздали.

Я впервые видела оборот матушки. И это было страшно.

Ярко-синяя волчица в рост человека с зубастой пастью надвигалась на леди Элвер. Хвост яростно бил по бокам, а из лап выступили когти. У меня дух захватило от этого зрелища.

— Софи обернулась! — Крик на всю улицу. — Прячетесь по домам!

Это что же, матушку настолько сильно все боялись? Впрочем, неудивительно.

— Госпожа Ратовская, не заставляйте меня применять к вам силу, — невозмутимо произнесла леди Вероника.

— Леди Элвер, немедленно в академию. — Приказал ректор. — И изучите особенности оборотней с синей шерстью!

Мастер создал портал за спиной преподавательницы по ядам, та только и успела, что обернуться, как мощный пинок лапой синей волчицы, отправил леди Веронику прямиком в портал.

— Знаете, и мы пойдем, — заявили деканы Магис и Целителей, а лорд Севастьян Арнелли добавил: — София прекрасный лекарь.

Они спасались бегством!

И не дожидаясь ответа, леди Милена и лорд Севастьян исчезли, оставив ректора и декана Стражей разбираться с разъярённой волчицей.

— Софи, ты бы сначала помогла детям, — мягко, точно зная, на что надо напирать, произнес лорд Альгар, — а потом бы чинила самосуд.

На морде синей волчицы появилась кривая ухмылка. И она не сулила ничего хорошего, ни моему отцу, ни ректору.

— Хейли! Пени…ребята!

Я резко обернулась на крик и увидела Ривэна, который бежал к нам из дома Софии. И все бы ничего, но выглядел он совершенно счастливым, обескураженным и удивленным, но счастливым и явно довольным!

А это несправедливо…мы там мучились, переживали, а он тут на харчах матушки отъедался!

Пени, до этого вставшая на ноги, медленно осела на землю и всхлипнула, а затем резво подскочила и крепко обняла артефактора.

— Что случилось? Почему ты плачешь? Хейли…что с оборотнями?

— А с тобой? — не осталась я в долгу. Мне было обидно. Судя по всему, его личный экзамен прошел не в пример легко! — Ты о нас хоть немного волновался?

Брат опешил и опустил взгляд. Пенелопа отстранилась и шокировано посмотрела на Ривэна.

— Я знал, что с вами ничего страшного произойти не может. Это ведь экзамен.

— Экзамен?! — просипела Пени, а затем влепила Ривэну пощечину. — Мы тоже знали об экзамене, Ривэн, но мчались к тебе на помощь, боясь, что и тебе устроили точно такие же отвратительные условия выживания. Оборотни отравлены, Хейли сражалась с полчищами монстров, а я…я почти выгорела! Зато ты знал, что с нами ничего не случится. Вот спасибо тебе, низкий поклон за твою веру!

— Что значит выгорела? — я подскочила к подруге. — Ответь, Пени.

— Я не чувствую отклика магии, — всхлипнула она и прижалась ко мне.

«Нет! Нет! Нет!»

— Софи! — грозный крик лорда Альгара заставил нас с Пени вздрогнуть и обернуться туда где стоял мастер.

— Хейли, я сплю? — прошептала подруга.

— Тогда я тоже сплю, — вторила ей.

Это было немыслимо и странно. Однако, происходило на самом деле! Волчица мощным пинком отправила ректора в полет! Причем не в сторону калитки, а в воздух, и когда тот приближался к земле, повторила свой маневр, вложив удар большую силу, только на этот раз отправив его за пределы своего дома.

— Ты! — обернулась Софи к отцу. — Перенеси детей в дом. Немедленно!

Честно говоря, на месте отца я бы тоже молнией метнулась исполнять приказ. Настолько страшно выглядела волчица и настолько устрашающей была демонстрация силы.

— Я, р-р-р, покажу вам, как над детьми издеваться. Р-р-р!

Мы с Пенелопой синхронно сглотнули и теснее прижались друг к другу. Такой матушку Софию мне не доводилось видеть и хочется верить, что больше подобного не случится.

— Хейли, Пени, Р-ривэн, в дом!

— Да, матушка, — поспешно выпалила я, и поддерживая подругу устремилась в дом.


Глава 7

Последующие два дня стали для нас глотком воды в пустыне. Мы отдыхали, наслаждались стряпней матушки Софии и были обласканы ею так, что впечатление от синей волчицы сгладилось. Даже чудилось, что нам все привиделось.

Первыми за кого принялась матушка были оборотни. Нас она не пустила в отведённую им комнату, выбрав для помощи моего отца. Но мы все равно подслушивали под дверью, переживая за своих друзей, которые ценой своего здоровья вытащили нас из болот. Да и вообще, таскали на своей спине забыв о том, что это считается позорным. Правда, тщетно. Ничего интересного не узнали. Матушка отдавала приказы, а отец выполнял.

Сколько бы мы не пытали госпожу Ратовскую и декана Сизери, ответов нам никто не давал. Софи повторяла, что все будет хорошо и скоро ребята очнутся, а Пенелопе пока стоит отказаться от использования магии. Да, она была на грани выгорания, но слава Сияющей, этого не случилось. А матушкины отвары потихонечку приводили резерв девушки в порядок.

Лишь на третьи сутки Софи решила уединиться с деканом для серьезного разговора. Конечно же мы спрятались, чтобы подслушать!

— Ты чем думал, Изир, — шипела Софи, — чем ты думал, когда давал согласие? Посмотри, что они натворили!

— Ты не справедлива, они же справились.

— Идиот! Это оборотни! Они не смогут превращаться еще месяц! Месяц, ты представляешь, что это значит для них? Потерять свою сущность? А Хейли? Ты знаешь сколько крови потеряла твоя дочь и сколько я потратила сил, залечивая ее ауру? Ей трижды повезло, что она владеет блуждающими! Не будь их, она свалилась бы первой!

Я зажала рот рукой, чтобы не вскрикнуть и не выдать своего присутствия. Пени поступила точно так же, а Ривэн, стоявший поодаль от нас, лихорадочно зашептал: я не знал, простите.

Слезы полились сами собой.

— Я сделаю все, что в моих силах, Изир, но я зла, чертовски зла на Альгара и переговоры с ним вести не стану, пока не успокоюсь.

— Я уже понял, что остаюсь с вами.

— Я тебя не держу.

— Софи, вы не так меня поняли.

Мысленно, я представила, как папа поднял ладони вверх, словно прося перемирия.

— Речь сейчас о приказах ректора. Я рад провести время со своей дочерью и сыном, тем более, у них наметились проблемы.

— Проблемы — это еще мягко сказано. — Согласилась с ним матушка, а мы с Пени синхронно покосились на Ривэна.

— Отчасти Хейли права, отчасти слишком сурова, — отец вздохнул. — Вы умеете найти правильные слова и успокоить любое сердце.

— Давай ты не будешь перекладывать с больной головы на здоровую. Я не могла позволить мальчишке отправиться в путь, и будь на его месте, кто другой из команды, не пустила бы также, однако… Ты прекрасно знаешь, что крайних мер не понадобилось. Ривэн сам не рвался к ребятам и меня это смущает.

— Смущает, потому что он не пожелал устраивать нам проблемы с побегом?

— Изир, не заставляй меня полагать, что ты глуп. Мальчишка не умеет думать своей головой и абсолютно не может действовать самостоятельно.

— Софи, его жизнь, какую он вел до этого, не прошла бесследно. Нет ничего странного в том, что он пока не чувствует себя свободным и не может самостоятельно принимать решения, даже если, его душа рвется на части от неизвестности. Вспомни, по сколько раз на дню он спрашивал о ребятах! Причем не только о сестре, обо всех. Он волновался и боялся…

— Что если ослушается, им будет хуже?

— Да. Я часто смотрю на него и понимаю, что его душа — лабиринт. Не каждый сумеет отыскать в нем самого Ривэна. Он запутался, заплутал и никак не может найти выход. Вроде и эмоции все на лице, да только истинному положению не соответствуют.

— Знаешь, что самое отвратительное? С этим, разбираться будет твоя дочь. Не ты, не я, не кто-либо еще, ему помочь не смогут.

— Откуда такой вывод?

— Потому что они оба — были не нужны своим родным. Потому что ни Ривэна, ни Хейли, никто не защищал.

— Софи…

— И не смотри на меня так. Сам виноват в том, что дочь себя чужой считала. Как был высокомерной занозой, так ею и остался.

— Все меняется, госпожа Ратовская и люди тоже меняются.

— Ой ли, голубчик? В любом случае, две души, блуждающие в темноте, друг друга поймут.

— Софи…я полог тишины ставил?

Мы не успели отпрянуть, как чужая сила нас отшвырнула от двери. Мы с Пени тихо сползли по стене.

— Беги, — только и успела шепнуть Пенелопе. — Беги, тебя здесь не было.

Подруга все еще осоловело смотрела на меня, когда ее подхватил Ривэн и потащил прочь.

Вот и славно, буду как лидер нагоняй получать, за всех и сразу.

— Хейли, — укоризненно протянул отец.

А матушка Софи подскочила ко мне и ловко подняла на ноги.

— Ласточка моя, а ты знаешь, что у любопытных, уши в трубочку сворачиваются?

— Уши сворачиваются?

— Да, вот так.

А в следующее мгновение матушка схватила меня за ухо и выкрутила его.

У меня от неожиданности слезы на глазах выступили.

— А ну-ка, золотце мое, повторяй за мной: я больше не буду подслушивать….

— Буду, — упрямо заявила я. На самом деле больно не было, обидно — да, но не больно. — Буду, я должна знать, что с моими ребятами, а вы молчите.

— Если я о чем-то молчу, девочка моя, значит, берегу твое здоровье. А теперь марш к себе в комнату, и скажи тем двум соглядатаям, что я и их уши в трубочку сверну, если вы еще раз ослушаетесь и нарушите постельный режим.

Мое ухо отпустили и легонько подтолкнули.

Я хмуро посмотрела на родителей. Папа прятал в кулак смех, и отводил глаза. Смешно ему!

— Бегом! — потребовала Софи и хлопнула меня по ягодицам.

— Да иду я, иду. — Буркнула и поспешила к друзьям.

— Смотри-ка, будет она подслушивать. Ох, молодежь….

Я думала, Ривэн составит нам компанию, но он проводил Пенелопу в нашу с ней общую комнату и ушел к себе. Точнее, как к себе, он делил комнату с папой. А оборотни, пока не придут в сознание обитали вместе. Не знаю, как Софи распорядится, то ли поселит Элайзу к себе, то ли к нам с Пени. Потому что домик матушки был небольшим и это чудо, что для всех нас нашлось место.

— Он пошел спать? — я забралась с ногами на кровать.

— У тебя ухо красное…

— Ерунда. Мне всего лишь продемонстрировали скрученные в трубочку уши.

Улыбаясь, рассказала о том, как меня за неуместное любопытство наказала Софи. Пени тихонечко рассмеялась.

— Хейли, ты веришь, что Ривэн переживал о нас?

— Он не черствый, Пени, если ты об этом — я вздохнула и перебралась на кровать подруги. — Он действительно заблудившийся ребёнок.

Пенелопа накрыла меня одеялом, и сама уселась мне под бок.

— Значит, госпожа Софи права и только ты можешь его понять?

— Нет. Я не всегда могу его понять, но по мнению матушки, именно мне он сможет раскрыться полностью, пусть и не сразу.

— Я так боюсь… — Пени всхлипнула, — боюсь, что он видит в тебе совсем не сестру.

Я вздрогнула. О подобном я даже не задумывалась и, откровенно говоря, такое развитие событий мне казалось бредом. О чем я и поспешила ее заверить.

— Ты не понимаешь, Хейли. Не только девочки влюбляются в своих героев! Он понравился мне еще во время сборов первокурсников. Я, дочь куртизанки, которая знает, что такое обольщение не понаслышке, потерпела сокрушительно поражение. Он меня в упор не замечал!

— Вы же на разных факультетах, вот он и…

— Нет! Я подходила несколько раз. Даже уговаривала преподавателей мне дать мне такую работу, при которой бы мне потребовалась помощь артефактора, однако Ривэн отказывался работать в паре, а после…сама видишь, он даже не помнит о той, кто навязывалась ему в друзья!

— Ты же знаешь, как ему нелегко пришлось. Личный раб… Пени, да у него не могло быть своих желаний!

— Я знаю. А потому…Хейли, я спускала все свои карманные деньги на одежду для него и другие мелочи…Он до сих пор носит рубашку, которую ему подарила я! Правда, он не знает, кто именно принимал участие в его судьбе. Знаешь, как сильно я злилась, когда он, словно забывшись, провожал тебя восхищенным взглядом? Ты была изгоем, но в итоге, твой факультет грудью за тебя встать готов. Мне кажется, он считает, что это ты помогала ему, а потом и вовсе забрала его судьбу в свои руки, вот только, он явно не сестрой тебя назвать хочет!

— Пени, ты преувеличиваешь! В том, что он смотрел на меня, нет ничего странного. Он думал, что я в точно таком же положении. А симпатии…, он мой названный брат, к тому же…мое сердце несвободно.

— Тоже мне секрет, — фыркнула она. — Прости, Хейли. Я очень боюсь, что его сердце занято, а ведь я ему пощечин надавала, да и выгляжу жалко на фоне остальных девчонок.

— Так, отставить панику. Сама говоришь, не только девчонки влюбляются в своих героев. Ты стала его героем, начав помогать ему, а значит, те вещи, которые ты дарила — памятны. К тому же, ты невероятно красива, просо объект твоего внимания немного потрепан жизнью.

Я пыталась улыбаться, а сама думала о том, что не мне давать ей советы. В моей личной жизни никаких сдвигов не намечается. Вроде и влюбилась в Райана, он ответил взаимностью, а по факту, мы далеки друг от друга словно небо и земля.

Я поморщилась, сердце на миг зашлось от стука, а затем притихло, заныло, закололо. Сложно запрещать себе думать о мужчине, который…черт, а Пени права, ведь Райан стал для меня героем!

— Тебе нужно набраться храбрости и поговорить с ним. Не обязательно о твоей роли дарителя. Попробуйте найти общие темы, попробуйте не ругаться хотя бы полчаса.

— Точно! — подруга вскочила на ноги. — Я прямо сейчас пойду и все ему расскажу. И я мучиться не буду и…

— И ты сейчас спать ляжешь, — я ухватила подругу за локоть и дернула ее на кровать. — Не впадай в крайности, отдохни. Мы что-нибудь придумаем, обещаю.

Пенелопа дрожала от невыплаканных слез, но не вырывалась, я осторожно уложила ее голову на подушки и накрыла одеялом. Сама же легла позади и обняла. Кто бы мог подумать, что история влюбленности Пени настолько сложная? Я-то думала, она обратила внимание на Ривэна, когда собралась команда. А выходит девушка лелеет свое чувство второй год. Наверное, только сейчас я в полной мере ощутила тоску подруги по дому. Там у нее были любящие ее люди, те, с кем она могла поделиться своими переживаниями и радостями. Она одинока и ищет во мне поддержки. И пусть я не знаю, как ей помочь, однако отталкивать не стану. Мы вместе пережили слишком многое, чтобы я могла легко отмахнуться и не пожелать выйти на совершенно новую ступень наших отношений.

Пенелопа осторожно повернулась ко мне лицом. На ее щеках были дорожки от слез. Я ждала чего угодно, новых всхлипов, жалоб, поиска тепла и ласки, а она возьми и спроси:

— Хейли, а ты и лорд Валруа, вы целовались?

— Что?!

— Хейли, ты так мило краснеешь. Расскажи…

— С чего ты взяла, что мы с деканом Валруа можем быть в таких… ммм… отношениях? — я лихорадочно соображала, как могу выкрутиться из положения. И в тоже время, глубоко внутри я знала, если солгу, то Пенелопа закроется от меня и больше не станет откровенничать.

— Потому что я знаю мужчин, точнее хочу думать, что знаю. Сложно их не понимать, когда все детство именно они — составляли предмет разговора взрослых и подруг. Его поведение…на первом курсе… Хейли, к человеку, который безразличен, так не относятся! Не все мужчины сразу понимают свои чувства, а уж если они к студентке… Декан Валруа прошел три фазы, Хейли: неприятие, сомнение и капитуляция.

Я молчала. По сути, Пени была права. Вряд ли Райан сразу принял симпатию ко мне за настоящее чувство. Он меня пожалел, после пытался спровадить с факультета и сам же помогал. И только недавно он раскрылся передо мной, но все же…все же, у меня ощущение, что он до конца так и не принял меня.

Однако об этом, я не хочу говорить ни с кем, и уж тем более гадать, как в итоге сложатся наши отношения. Это тайна двоих, что происходит между ними и третьему в них нет места. Не знаю, что отразилось на моем лице, но Пени посерьезнела и совсем другим тоном произнесла:

— Прости меня, Хейли. Я совсем забываю о том, что ты леди, а с некоторых пор, и я сама. Мне не ведомо, как общаются леди между собой, о чем можно говорить, а что не следует спрашивать. Ваш мир…он устроен иначе. — Пенелопа сжала мою ладонь и посмотрела прямо в мои глаза. — Я помню о том, что ты из опального рода и я не могу знать наверняка, правильно ли предположила о сердечной привязанности, но если все так, то не мне спрашивать о сокровенном, потому что реально помочь я не смогу ничем. Кто его знает, как королевская семья отнесется к подобному союзу.

Мне не чего ей было сказать, не сейчас, так точно.

— Хейли, я не толкаю тебя в объятья декана. Если он докучает тебе своими…ммм… В общем, Я на твоей стороне, и если потребуется, то…

— Стоп! — меня разобрал смех, Пени решила, что Райан меня домогается. — Во — первых, век магов намного длиннее, чем у обычных людей, а потому, такими предрассудками, как отсутствие отношений до брака, маги не страдают. Да, принадлежность к аристократическому роду накладывает некоторые обязательства, но между женихом и невестой допустима интимная связь. И, на мой взгляд, лицемерно делать вид, что в светском обществе между двумя леди нельзя затрагивать подобные темы. Согласись, Пени, что это настоящее ханжество: делать не стыдно, а говорить об этом зазорно?

— Это риторический вопрос? — Пени улыбнулась. — Мы росли в разной среде. Данная тема у нас не была табу несмотря на то, что нам прививали с детства светские манеры. Но, казаться леди и быть ею — две разные вещи.

— Пени, а мне и светских манер не прививали. Иногда, я могла заниматься вместе с Беллой, чаще, изучала самостоятельно по книгам, но…если быть до конца откровенной, с меня такая же леди, как с гуся корова.

Пенелопа задорно рассмеялась.

— Вот это сравнение! Значит, мы не сильно отличаемся?

— Отличаемся, — вздохнула, — я, например, об интимной жизни пары знаю лишь посредственно. За нашим столом такое не обсуждали.

— Только не говори, что ты не знаешь, откуда берутся дети! Не поверю. У тебя глаза хитрые, они выдают!

— Не трудно догадаться откуда, но сложно предположить, что такой процесс может доставить удовольствие. Б-рр.

— Дурочка! — вот теперь Пенелопа смеялась в голос, не боясь своим смехом потревожить тишину ночи и привлечь внимание Софи и отца.

— Не правда! Ничего плохого в моем страхе нет. Пени, я понимаю, что в этом лишь вопрос доверия к партнеру. Если я буду трусить, то для меня все будет страшным, постыдным и неприятным, верно?

— Хейли, ты целовалась когда-нибудь?

«Опять она про поцелуи!»

— Да.

— Я тоже, неоднократно. Но только от одной мысли, что губы Ривэна прикоснутся к моим, у меня живот узлом завязывается, а в голове появляется звон. И щеки пылают так, хоть спичку подноси! А случись это по-настоящему, не в моих мечтах, Хейли, да последнее, о чем я стану думать, так это о страхе! Скорее, я сама на него наброшусь, — Пени опять рассмеялась, — ммм, прикоснуться к рукам, шее, плечам, пройтись по мужественному торсу… Хейли, ты видела, какой он пресс накачал? И не скажешь, что год назад он был щуплым, невзрачным…

Я уже не слушала, о чем говорила подруга, мой взор рисовал другого мужчину. И хотела я того или нет, но мое сознание раздевало Райана, в мельчайших подробностях воспроизводило все, что я когда-то видела наяву и во сне. Словно вторя последним словам Пенелопы о торсе, я мысленно проводила руками по тугим мышцам Райана, касалась широких плеч, скользя пальцами по спине.

— Хейли! Хейли, ты меня слушаешь?

Пенелопа нависла надо мной, а ее сияющее лицо, ясно говорило о том, что надо мной сейчас будут смеяться или подтрунивать.

— Я ей тут про свои фантазии, а она проецирует их на своего любимого! Так нечестно!

— Жизнь вообще несправедлива, — я ловко оттолкнула Пени, и она перекатилась ко мне под бок.

— Да уж…

— Пени, ты так рассуждаешь, что мне невольно хочется спросить о твоем первом разе, — выпалила я и тут же добавила, — если не хочешь, можешь не говорить.

— А не было его, — хмыкнула она. — Мама и тетя в отношении нас придерживались строгого правила: никакой близости с мужчиной, потому что девственность — это все, что я смогу подарить мужу.

Вот и какой демон меня за язык тянул? Нашла что спрашивать!

— А ты со своим женихом?

— Нет!

— У меня еще не было настоящего поцелуя. — Вдруг призналась она. — Такого, чтоб с чувствами, чтоб голова кружилась и не хватало дыхания! Чтобы мир на кусочки распадался, и существовали только он и я.

— Какие твои годы, Пени! Все еще будет!

Мы вздрогнули и синхронно, не сговариваясь, натянули на головы одеяло. Кто бы мог подумать, что сюда зайдет матушка! Да еще без стука. Стыдно-то как!

— Трещотки вы мои, — Софи приблизилась к кровати и осторожно присела на край, убрала одеяло, с минуту полюбовалась нашими пунцовыми лицами и выдохнула. — Любовь прекрасна, девочки, не дарите себя без чувств.

Матушка ласково погладила меня и Пени по голове, а затем звонко поцеловала каждую в щеку.

— Спите, милые, спите!

* * *

Райан Валруа


— Хейли! Хейли!

— Мы будем сражаться!

— Ты это слышал?! — дракон высунул наглую морду из-под плаща и тут же был запихан мной обратно.

— Я пока еще не глухой. Впрочем, такими темпами скоро оглохну.

— Богиня Сияющая осенила своей милостью дочь рода Сизери! Ее устами глаголет истина! — глашатай его величества подбадривал толпу на площади. — Слушайте же все! Слушайте!

— Райан, ты прости меня, конечно, но твой отец сдурел, — дракон пробрался к моей шее и оставил языком мокрую дорожку на коже. Меня передёрнуло от отвращения. — Он пытается сделать из Хейли народное достояние.

— И у него отлично получается. — Мне приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы заглушить стихию, которая возмущалась вместе со мной. — Пошли отсюда. Очередной город, очередное послание, в котором не меняется ни строчки. Король призывает воевать и захватывать соседние государства под знаменем рода Сизери и якобы благословением Богини.

— Меня больше порадовала новость о том, что Хейли стала нареченной Мэтта, — фыркнул Коша. — Пойдем, нам еще нужно подготовить проникновение в академию. Сегодня будет удачный момент.

— Асгар?

— Верно. Ночью на Хейли нападут. Ректор лично будет курировать бой, в то время, пока остальные деканы перенесутся к Софи, правда, останется декан Ронг, но он не помеха.

— Помеха — это леди Меган, — хмыкнул я, ныряя в портал и перемещая нас в Четвертое Королевство.

Вот уже месяц мы находимся здесь, готовясь к свадебной церемонии Риэлы Лонтерли и лже-Элдрона.

За это время я выяснил слишком многое, чтобы даровать королю Первого Королевства прощение и жизнь. Человек, отчаянно желающий власти над всем миром, силы Утратившего и жертвующий счастьем своих детей — не может рассчитывать ни на что, кроме легкой смерти. Впрочем, пока он мне необходим.

— Фух, наконец-то дома, — наглый дракон спрыгнул с моих рук и поспешил к своей лежанке. Я был уже здесь, прятался, когда планировал спасение принцессы и возлюбленной брата. Неприметная комната в бедном квартале.

Забавно, во время штурма дворца, сильнее пострадали именно кварталы зажиточных горожан и аристократов.

— И как у тебя язык поворачивается назвать это место — домом?

— Не язви, мне нужно подумать, дай лучше мяса.

— Обжора!

— И сам поешь!

— Да, мамочка!

У нас был небольшой запас вяленого мяса и воды. И пусть я ворчал на Кошу, но в том, что он незаменимый помощник — убедился уже неоднократно. Пока дракон глотал куски мяса, я пил воду. Увы, что касается провизии, я был нехозяйственным. Всегда находились дела, которые мне требовалось выполнить. К тому же наши упражнения с Кошей принесли неожиданные плоды. Я мог направить рвущуюся наружу стихию на восполнение необходимым организму веществ и более трех суток не питаться ничем, кроме воды. И пусть Дрейк возмущался по этому поводу, но для него, у меня всегда была еда.

Дрейк Рассветный…Коша… Я привязался к этому чуду и сам боялся себе в этом признаться. Потому что он — не мой страж. Потому что я — не тот, с кем можно водить дружбу. Каждый день Велиар и жрецы совершают нападки на мое сознание, силясь то ли подчинить, то ли приручить. Пока подыгрываю им, отдавая те приказы, которые им необходимы, чтобы усыпить бдительность, чтобы заставить поверить, что я также слаб, как и предыдущие, однако…

Скоро, очень скоро в Четвертое стекутся все приспешники Безымянного. Прибудут и те, кого отец сделал жрецами и жрицами. Вот для чего вербуется народ. И помешать, увы, я пока не в силах.

— Прекрати!

— Что?

— Прекрати думать об этом. Ты изводишь себя. Если не ты, то это бремя возьмет Хейли.

Я вздрогнул и прикрыл веки.

Не такой участи я бы пожелал той, что единолично владеет моим сердцем и мыслями.

— Альгар поставил защиту «Пять Звезд», сделав привязкой свои жизненные силы.

— Чтоб его! — выругался я.

Любое вторжение в его альма-матер он заметит сразу, где бы не находился. А каждый удар, что я нанесу — отнимет у него часть жизни или убьет.

— Не паникуй. Мы найдем брешь, чтобы не навредить твоему наставнику. — Коша состроил умильную мордочку. — Выход есть, Рай, и мы его найдем.

— Предлагаешь воспользоваться личиной Айна?

— Нельзя, — покачал дракон головой. — Ни личина, ни прямое вторжение. Хитростью и уловкой, так, чтобы не сразу заметили пропажу.

— Нам нужна брешь. — Я опустился на кровать. — Это или преподаватель, который вдруг решит ночью прогуляться за пределы академии…

— Или древний артефакт. — Асгар проявился рядом с Кошей. — Клинок рода Сизери.

— Поясни, пожалуйста.

— Трое суток артефакт, оставленный в академии, мерцает. Ты должен понимать, что это означает.

— Он принял хозяйку, — выдохнул. — Сегодня, при условии боя и усталого состояния Хейли, а, следовательно, и ее нестабильности в эмоциональном фоне, он проявится в ее руках!

— Верно. Альгар снимет защиту. Артефакту потребуется две телепортации — за ворота академии и уже непосредственно к Хейли.

— Отлично! — я старался не думать о том, что происходит с девушкой. Знал, что ректор изматывает их, приближая условия экзамена к реальному положению вещей в рейдах, однако все равно не мог это принять. Я дважды порывался отправится к ней и дважды меня удерживал Коша и Асгар. Если бы не они — я наломал бы дров.

— Райан, ты решил куда после кражи ты денешь Элдрона?

— Сюда? — я не видел другого варианта, не сейчас, когда место нашего убежища изменилось и думать о новом было некогда.

— Плохая идея.

— Можно подумать у вас есть варианты лучше! — огрызнулся я и тут же устыдился. Ну чего я нападаю? Словно от того, что я поругаюсь с ними мне станет легче. Не станет.

— Есть, — важно заявил Коша. — И совершенно прекрасный вариант.

Я лишь заломил бровь, вынуждая старого интригана продолжать.

— К госпоже Ратовской.

Хорошо я сидел на кровати, а то точно бы упал!

— Коша, мне стоит тебе напомнить о том, что Хейли пробудет под ее присмотром не меньше месяца?

Стоп. Причем тут Хейли? Откуда вообще Ратовская знает о наших планах?!

— Дрейк! — я натурально зарычал. — Какого черта ты творишь?!

— Успокойся. Софи лучший лекарь на все королевства, к тому же, последний оборотень из рода синих…

Я поперхнулся воздухом.

— Что ты сказал?

— Что слышал, — на этот раз огрызнулся он.

— Рай, Софи не предаст и никому не расскажет о том, где находится настоящий Элдрон, к тому же, она поможет ему прийти в себя после того, как ты пробудишь его.

— Какие вы все умные! — я вконец разозлился. — Пробудишь его! Он очнется только в случае, если я верну утраченную стихию и сниму блок! Вы не думали о том, что я могу умереть?

— Не умрешь.

— Правда что ли? — гнев застилал мне глаза, — а ничего, что единственный вариант вернуть Эльхора — это жертва? Добровольно принесённая жертва! И никто кроме меня на ее роль не подходит!

— Ты еще скажи, что тебя убить должна Хейли!

— И скажу. Пораскинь мозгами, Дрейк! И ты, Асгар. Ко мне никто не сможет подойти, кроме нее, а сам я себе не смогу причинить вред.

— Выдохни! — скомандовал Коша и вскочил с лежанки. — Иначе я тебя всего оближу!

— Фу… — вырвалось у меня, и я скривился.

Знаю я его оближу! Прочувствовал во всей красе! И если раньше считал подобное пустой угрозой, то позже сильно пожалел. Эта чешуйчатая гадость умудрялась не только вылизать все лицо, но добраться до самых щекотных мест. Сложно отбиваться, когда тебя под ребра щекочут раздвоенным языком, а когтистыми лапками скребут по боку! И смеешься до слез, и злишься до чертиков перед глазами!

А если он переходит во взрослую форму… То тут хоть караул кричи! Ни магия, ни физические толчки с моей стороны — не могут заставить этого паразита отстать от меня! Он еще и хвостом по лбу бить умудряется!

— Успокоился? — демон побери дракона! Он уже сидел на краю кровати и внимательно заглядывал в мое лицо. — Или все-таки…?

Дрейк демонстративно облизал свою морду, меня опять передернуло. Я инстинктивно отсел от него и чуть ли не руками закрылся.

Громовой смех стал ответом на мои действия. Асгар и Коша обхохатывались. Чуть ли не за животы держались!

— Совести у вас нет!

— Ну прости старого, — горестно, напоказ выдохнул дракон. — Так сложно удержаться…

— Тебя не учили, что брать в рот всякую гадость — неполезно?

— Да? Не знал, что ты о себе такого мнения, к тому же, ты сейчас чистая сила, яркое пламя.

— Даже если я для тебя источник дармового корма, облизывать себя не дам! — строго одернул я. — Тьфу на вас, вы меня совсем сбили с мысли.

— Соглашайся, Райан, Софи поможет.

— Вы не оставляете мне выбора, — я вздохнул, смирившись с их предложением.

В конце концов, госпожа Ратовская не тот человек, который дав слово мог забрать его обратно. Если она пообещала, что поможет то, никто и ничто не переубедит ее предать.


Глава 8

Наши дни не были наполнены горечью или сожалением от того, что нам довелось пережить. Нас не сковывала невозможность прибегать к магии или отсутствие тренировок. Да, мы не сидели на месте, или не лежали постоянно в кроватях, могли делать физические упражнения, однако все, что было связано с магией — являлось табу. Но и тут, мы дружно «забыли» о ней, не желая развивать тему, прекрасно сознавая, что рано или поздно, вернемся к тому, с чего начинали.

Наоборот, под крылом Софи, мы все были счастливы. Даже давняя вражда оборотней и смесок ушла, словно ее никогда не было. Мы по очереди помогали Софи в лечении жителей, к которым она ходила на дом, за неимением возможности приглашать их к себе. Ее домик не мог вмещать всех желающих, да и с нашим появлением, матушка поменяла правила, не желая тревожить наш покой. Мы ассистировали ей, перевязывали раны, подавали нужные отвары, а чаще, отвлекали пациентов разговорами и шутками. Даже Элайза и Асакуро помогали Софи! Никто из них не воспринимал смесок в штыки, а жителе деревни, в свою очередь, уважительно отнеслись к своим гостям.

Я могла жалеть лишь об одном — кончался месяц, отведенный нам ректором на отдых.

Вчера Асакуро впервые перекинулся в оборотня. Элайза пока не могла, но была за него так рада, что сама кинулась в его объятья. Этот ее, по сути, простой жест, смутил всех, включая моего отца. Мы поспешили ретироваться с двора, чтобы не мешать их общению.

Я словно перенеслась во времени. Когда так же проводила время подле матушки, но с Кошей! Мы жгли костер, запекали картофель на углях, и что самое главное, слушали истории Софи или папы!

И какие это были истории! Дух захватывало, особенно от рассказа о синих волках!

Мы сидели у костра, отец подкидывал в огонь веточки, а Софи деловито помешивала в котле кашу с мясом. Почему-то в тот день, мы дружно решили, что наелись печеного картофеля и хотим каши.

— Я вот одного не могу понять. — Асакуро внимательно следил за действиями женщины. — Госпожа Софи, почему вы можете оборачиваться?

Этот, совершенно простой вопрос, вызвал у нас с Пени и Ривэном недоумение. В то время, как Элайза нахмурилась, а отец неловко кашлянул.

На самом деле, когда мы рассказывали оборотням о том, что сотворила Софи с ректором и леди Элвер, ребята не улыбались, они как-то странно переглянулись, а затем выпытывали подробности оборота Софи.

И только сейчас, когда Асакуро задал свой вопрос, я вдруг вспомнила о том, что вообще-то, оборачиваться могут лишь старшие ветви кланов.

— А почему можешь ты? — нисколько не смущенная его бесцеремонностью, ответила матушка.

— Потому что я из Северного Клана, Старшая ветвь.

— Потому что ты оборотень, — мрачно поправила его Софи.

— Но…

— Ты хочешь напомнить мне о Дне Скорби, не так ли? Так я никогда о нем не забывала, мальчик. Это вы, ничего не знаете о нем.

Все замерли, словно боясь пошевелиться, рассчитывая услышать другую версию, однако, в планы матушки это не входило.

Я и сама не заметила, как затаила дыхание. Я-то знала, что условием Богини была любовь. К тому же, смески, живущие в деревне, тоже могли оборачиваться. И если раньше, этот факт меня не интересовал, и не вызывал удивления, то сейчас я поняла, что для всех, кто находился под защитой синей волчицей День Скорби давно стал Днем Радости!

— Это…матушка!

— Что, так не терпится узнать, почему моя шерсть синего цвета? — лукаво усмехнулась матушка.

«Вообще-то нет!» — хотелось сказать мне, но отец сжал мою руку и невысказанные слова застряли в горле.

— Да, очень интересно, — произнесла Пени.

— И мне, — кивнул Ривэн.

— Тоже мне секрет, — фыркнула Элайза, за что тут же получила две пары укоризненных взглядов.

— Конечно, для оборотней не секрет, как и для третьего курса магис.

— Не только магис, — поправил декан, — Для всего третьего курса.

— Все это замечательно, — улыбнулась Пени, — но я не доживу до лекций, умру от любопытства.

Матушка ловко раздала каждому по тарелке с горячей кашей.

— Что ж, слушайте, — Софи устроилась подле меня и Пенелопы. — Мой клан берет свое начало от волчицы, рожденной с задатками альфы. Я не могу сказать почему у нее была синяя шерсть, от того, что она родилась лидером, или из-за особых магических свойств. Кстати, на лекциях, вам скажут, что цвет шерсти зависит именно от магических способностей.

— А это не так? — вкрадчиво уточнил отец.

— Экий ты невнимательный. — Пожурила его Софи. — Я же сказала, что точную причину назвать не могу. Однако…у меня есть предположение… Но, начнем по порядку. Если для оборотней понятна трагедия произошедшего с волчицей, то остальные вряд ли сознают, насколько ужасна ситуация, когда в стае объявляется второй полноценный альфа, причем, не самец.

— Власть, — вздохнула Пенелопа. — Альфа — может управлять теми, кто слабее него. И если, в случае мужчин, возможна битва за право лидера, то с женщиной, то есть волчицей, никто воевать не станет. Ее изгнали, верно? Стая не приняла девушку с задатками вожака?

— Не приняла, верно, — вздохнула Софи. — Это было время Сияющей и Утратившего Имя…Сын Драгила был вскормлен Первой синей волчицей, увы, ее имя мне неизвестно. Это не Богиня спасла ребенка, а одинокая волчица, потерявшая своего ребёнка.

— Как это потеряла? — удивилась Элайза. — Да ни одна мать не может потерять младенца! По запаху…

— Умер, Элайза, — рыкнула Софи. — Первенец синей погиб.

— Простите, я…

— Неважно, — отмахнулась матушка. — Но доподлинно известно, что у волчицы была синяя шерсть до того, как Богиня осенила ее своей милостью, даровав иммунитет к магии.

— Как это?! — удивился Ривэн.

— Софи, ты недоговариваешь.

— Как видишь, твои дети меня перебивают. Иммунитет и преобразование магии. Любой, кто попытается воздействовать на меня путем магии, не добьётся ничего, кроме того, что усилит меня. Я стану выше, мощнее, быстрее. Если нападет стихийник, я отвечу ему его же силой. На воду — водной, на огонь — огненной, но буду в несколько раз сильнее нападающего. Это понятно?

Я закивала, забыв, что меня не видно, потому что матушка смотрит вперед.

— Да, — в унисон воскликнули мы с Пени.

— Так вот, эта особая сила передается от матери дочери. Старшей, младшей…любой. Вожак «Черных Когтей» знал, когда нападать. У нас был траур, моя мать умерла, клан скорбел о потери…

Мы помолчали. Какие бы порядки не царили тогда, но клан «Черные Когти» явно поступил подло. Да и не понятна конечная цель…

— Синие волки обладали тем, чего не было у других стай. Но для нас всегда было сюрпризом, в ком проснется эта магия, а в ком нет. Мальчики тоже имели синий окрас, а вот иммунитета у них не было. Когда мать отказала отдавать своих дочерей, нас было трое, я и две младшие, вожак «Черных когтей» решил кардинально отомстить за отказ. Да только он не ожидал, что мой отец убьет двух младших, чтобы они не достались на потеху чужой стае, а вот меня не успел, я же сама предпочла жить, чтобы однажды отомстить.

— Получается, когда вы в человеческом обличье вы не можете пользоваться магией? — Асакуро явно не впечатлился произошедшим, чем вызвал во мне гнев. От же бесчувственный!

— Если бы я не могла пользоваться магией, балбес, то как бы лечила? До первого оборота вы тоже — обычные люди.

— Простите, госпожа Софи.

— Как жаль, что синих волков больше не будет, — прошептала Элайза.

И ей очень повезло, что она сидела далеко от меня. Потому что я бы точно отвесила ей подзатыльника! Спрашивается, зачем сыпать на раны соль? Словно матушке и так легко дался ее рассказ!

— Вот для того, чтобы потом не жалеть, Элайза, нужно не перечить инстинкту.

В костре потрескивали дрова, изредка нарушая образовавшуюся тишину.

Мне было над чем подумать. Я расстраивалась, что мое детство не было пропитано любовью и нежностью, а у Софи, на ее же глазах отняли всех, кого она любила. И ее бы убили, если бы вожак не почувствовал в ней пару. Убили бы, сначала заставив родить. Теперь я это отчетливо поняла. Матушка многое не стала рассказывать, видимо, пощадила наши чувства, не дав окунуться в тот ужас, который пережила. И, откровенно говоря, я не знаю, хорошо это или плохо. Может, узнай я больше, смогла бы стать для нее еще ближе? Но с одним я соглашусь полностью, подобные истории не для ушей всей команды. Это слишком личное, болезненное.

Пока я размышляла Элайза тихо переговаривалась с Асакуро, Пени что-то спрашивала у матушки. Но их слова не откладывались в моей голове. Они звучали словно издалека, не мешая мне тонуть в догадках и печали.

Я не сразу заметила движение впереди. А когда поняла, что наш покой нарушили, завизжала, громко, с короткими передышками.

— Хейли! Спокойно, это всего лишь лилар, он тоже хочет каши.

— Папа! — я все еще не могла успокоиться. Сердце набатом стучало в груди, эхом отдаваясь в виски.

Богиня, что за мерзкое создание!

— Попрошайка!

Страшная зубастая бабочка, впервые представшая передо мной в вольере номер пять, в виде огромного слизняка или гусеницы, сейчас зависла прямо перед моим лицом, и умильно строила глазки, выпрашивая порцию каши. И все бы ничего, но глаза у этой твари большие, стеклянные с тремя точками вместо зрачков. А рот! Зубастый округлый…и как папе могло понравится это чудовище?

— И-и-и а-аши, — пропищал лилар и сморгнул.

— И-и, — передразнила его и передала папе свою тарелку, пусть сам его кормит, только подальше от меня.

— Уии!

— Нахал, ты должен был просить у своего Стража! — фыркнула я, когда отец отозвал свою зубастую бабочку.

— Ты до сих пор его боишься? — спросил Асакуро. — Шаир рассказывал, как ты верещала, увидев его в вольере.

— А то вы забыли, какие у меня отношения с животными.

— Такое невозможно забыть! — рассмеялась Элайза, — особенно то, как над тобой издевалась мантикора.

— Мантикора? — обеспокоено просила матушка.

— О, госпожа Ратовская, она пыталась воспитывать Хейли… — подруга в красках начала описывать мои провалы в работе с мантикорой.

К ней подключился Асакуро, добавляя градус веселья у слушающих, и строя рожицы мне, в ответ на мой продемонстрированный кулак.

Нет, ну что за люди! Смешно им! Вот если бы их так мантикора таскала!

— Хейли, ты понравилась этой кошке, а взаимностью не ответила, — улыбаясь, заявила матушка, после того, как отсмеялась.

— Вот еще, эта зверюга издевалась! А сколько она моей одежды попортила, вспомнить страшно!

— Зато и ты ее знатно погоняла, — хмыкнул Асакуро. — На арене перед всеми собравшимся.

Рассказ о моих подвигах перешел на новый виток.

Я столько в жизни не краснела.

* * *

Так уж сложилось, что наши вечера, проведенные у костра, под боком матушки и отца, были наполнены весельем и добротой. Мы подтрунивали друг над другом, делились забавными эпизодами, максимально раскрывались, упрочняя и без того крепкую связь между нами.

И пусть Ривэн все еще не был до конца прощен оборотнями, я и Пени на него зла не держали.

Сегодняшняя ночь радовала взгляд сияющими звездами на небосклоне. Теплый ветерок ласково трепал распущенные волосы, а Асакуро, безмерно удивив всех, перебирал струны на лютне. Я не знаю, откуда он ее взял и уж тем более не могла предположить, что он умеет петь! И как! Низкий, бархатный голос очаровал, а слова песни, затронули душу:

На свете место есть,
Где яркий небосвод
Река хрустальная бежит,
И соловей поет.
О том, как ты нужна:
Тепло и ласка рук,
И что тебе одной дана
Власть излечить недуг.
Любовь, навеки в сердце расцвела!
Любовь, свои мне крылья отдала,
И пусть душа как в клетке птица бьется,
Ты для меня прекрасней ясна солнца![1]

Песня закончилась, но никто не спешил смотреть на Асакуро. Кому посвятил свои строки парень — не сложно догадаться. И я могу лишь предположить, какие эмоции обуревают Элайзу.

— Знаете, а я не прочь прогуляться, — не поднимая головы выдохнула Элайза, — Асакуро, составишь мне компанию?

Никто из ребят или родителей не попытались им помешать или напроситься следом. И пусть их прогулка будет лишь по улочкам деревни, за ее черту они выйдут, но им двоим жизненно необходимо побыть наедине.

Когда парочка ушла, в воздухе витал всеобщий вопрос, получится ли у них примириться с судьбой, поступится ли Элайза своим будущим, сможет ли огорчить родных своим выбором?

— Все будет хорошо.

Мне хотелось верить словам матушки. Пусть они будут пророческими!

— Не думал я, что все вот так произойдет…м-да…

— О чем ты, папа?

— У него есть поручение от ректора, которое он хотел сообщить всем. — Усмехнулась Софи. — Ты должен был им сказать несколько недель назад.

— О чем сказать? О месте нашей практики? — я знала, что нам придется скоро уходить. Отдых заканчивался, а значит, мы должны выполнить поручение академии.

— Да. Но я рассчитывал, что вся команда будет в сборе, а не ее часть. И тянул, конечно, такие потрясающие вечера так не хочется разбавлять сожалением.

— Лорд Сизери, мы же не последний раз собираемся вместе, — ободряюще улыбнулась Пени. — Практика закончится, мы вернемся в академию…

Отец чему-то нахмурился, будто его беспокоило что-то, о чем он не желал нам говорить. И мне это очень не понравилось.

— Папа?

— Завтра я должен вернуться в академию. — Выдохнул он. — Вашим куратором на время практики становится госпожа Ратовская. Задание — сопроводить Старейшину Нейтральных территорий на место проведения обряда почтения умерших предков.

— А как же ваши тренировки с Хейли? — робко спросил Ривэн, — у вас же только начало получаться!

Речь шла о клинке рода, точнее уже клинках. Всего неделю, как Софи разрешила нагрузку на мой организм, позволив отцу заниматься со мной холодным оружием. Он обучал меня как правильно держать и взаимодействовать с клинками, отрабатывал стойки и удары, а теперь…

Я не хотела плакать. Я ведь знала, что нам скоро придется расстаться, но я была уверена, что отец — станет куратором. Ошиблась.

Я закусила губу, приводя себя в чувства. И чего, спрашивается раскисла? Пройдет два месяца, и мы увидимся снова. Стоп. До дня Скорби всего месяц, значит ли это, что практика на этот раз будет не три месяца?

— Да, — ответил отец, на мой случайно высказанный вслух вопрос.

— Почему?

— Все, — строго сказала Софи. — Вопросы задавать будете ректору, а сейчас, насладитесь оставшимся временем, Хейли.

— Пени, а ты не хочешь прогуляться? — спустя пару минут спросил Ривэн.

У меня предательски задрожала губа. Брат хочет оставить меня с отцом, чтобы я смогла с ним нормально проститься.

— С удовольствием!

— Только идите по левую сторону, — вздохнула Софи и поднялась со скамейки, — так вы не встретите Асакуро с Элайзой.

Не прошло и пяти минут, как ребята покинули нас, а Софи тоже поднялась и со словами:

— Я, пожалуй, тоже пойду, — направилась к дому.

— Иди сюда.

А меня и звать не нужно было, я и так уже поднялось, чтобы сесть под бок папе.

— Пап, что случилось в академии? — я все-таки решилась спросить.

— Ректор считает, что вам пока знать не стоит. — вздохнул он, — но я с ним не согласен. Тебе я скажу, а ты сама решай, посвящать ли команду.

— Хорошо.

— На попечении ректора и леди Меган был его высочество Элдрон, после вмешательства брата он до сих пор не пришел в сознание, — отец вздохнул, — а в день, когда вы сдали экзамен, лорд Райан выкрал его высочество из академии.

— Кто пострадал? — хрипло спросила я и зажмурилась.

Неужели Райан кого-то убил?!

— Никто, Хейли, они только усыпили леди Меган.

Я выдохнула. Слава Богине Райан не перешёл черты. Однако, почему все уверены, что свадьба и коронация состоятся?

Этот вопрос я и задал отца.

— Состоится, — глухо выдохнул папа. — Его величество уже два месяца дурит принцессе Риэле Лонтерли голову.

— Поясни, пожалуйста.

— Хейли, ты понимаешь, что я не должен тебе ничего говорить? Но я не могу молчать, не могу соглашаться с ректором. Король созывает подданных воевать, прикрываясь твоим именем и благословением Богини. Коронация и свадьба, по планам его величества, все равно должна была состояться, да только, на месте Элдрона уже сейчас самозванец. Лорд Альгар пока подыгрывает его величеству, усыпляет бдительность, но наших ребят во Четвертом Королевстве не будет.

— То есть… — я сжимала кулаки, пытаясь успокоиться. Сейчас злиться и думать о короле чревато выбросом магии. Я подумаю об этом позже. Не сейчас, только не сейчас. — Для всех, студенты отзываются с практики пораньше, чтобы прибыть вовремя для охраны и патрулирования столицы Четвертого Королевства?

— Верно.

— А что после?

— Не знаю, Хейли. Есть вещи, которые пока недоступны деканам. Некоторые преподаватели до сих пор уверены, что их студентам предстоит телепортация в Четвертое Королевство.

Мне срочно нужен Асгар! Вот сиюминутно! Весь месяц я довольствовалась тем, что демон приходил несколько раз, и отсылался на то, что ректор пока просит сократить наши свидания, дабы я не имела желания использовать магию. С одной стороны, он был прав, мы связаны с Асгаром, и хочу я того или нет, но иногда мой магический резерв выступает подпиткой для демона.

— Когда ты должен уйти?

— Если честно, то сегодня ночью. Прости, Хейли. Сама понимаешь, у нас сейчас новая защита академии, ректор лично выстраивает порталы и проверяет прибывших в альма-матер.

— Хорошо хоть попрощался, а не устроил неприятный сюрприз.

— Дочка, не будь ко мне так строга.

— Знаешь, иди сейчас, ребята поймут. — Я крепко обняла отца, понимая, что он и так сильно отсрочил свой отъезд. — Я же вижу, как мерцает на твоей руке метка. Ректор зовет.

— Уже как час зовет, — виновато выдохнул отец.

— Все будет хорошо, папа. Месяц пролетит быстро — не заметишь!

— Ты в надежных руках, — улыбнулся отец, — Софи не даст вас в обиду.

— Матушка скорее руку себе отсечь даст, чем нам навредить.

— Я больше склоняюсь к тому, что руку она отсечет тому, кто посмеет вас тронуть. — Рассмеялся отец. — И опасайтесь метёлки, ушибы от не долго сходят, как и синяки.

— Почему?

— А она зачарована.

Отец взъерошил мои волосы и осторожно погладил щеку.

— Хейли, пообещай мне, что, если появится лорд Валруа, ты позовешь меня или ректора. Ты знаешь он…он, — отец запнулся. — Неважно, он опасен…

— Я знаю, что с ним, папа.

— Знаешь? — его брови взлетели вверх, а губы сжались в тонкую нить. Спустя минуту он выпалил. — Я никуда не пойду. Я останусь с тобой, Хейли. Я не хочу тебя потерять и…

— Это лишнее, через месяц мы увидимся. Не бойся за меня. Со мной милость Богини. Лучше, защити родных Ривэна, если король собирает всех на войну… — я и думать об этом не желала, но…кулаки непроизвольно сжались. Хотелось бы мне высказать все в лицо его величеству! — Организуй им безопасное место. Убедись, что им ничего не грозит.

— Хейли, они давно в академии. Там их никто не тронет. А после того, как вы вернетесь, станет понятно, чего ждать и как действовать.

— Война папа, начнется война.

— Хейли…

— Иди, пожалуйста. Я люблю тебя.

Неуклюжий поцелуй в щеку и отец сжимает в руках капсулу, напоследок заверив в своей любви. То, что он не стал прощаться с Софи указывало на то, что с ней-то они давно уже все решили и пришли к согласию.

Я вновь присела на скамью и утерла выступивший на лбу пот. Как сложно лгать родителям. Война уже началась. И Райан давно перешел к активным действиям. Вопрос лишь в том, на чьей он стороне и что задумал. Если он выкрал принца, значит, не согласен с решением своего отца. А может, сумеем привести брата в чувство, чтобы сорвать планы короля.

Вот только почему у меня чувство, что папа не все рассказал. Какую еще роль мне отвел его величество?

Я и сама не заметила, как покинула задний двор и побрела на поиски матушки. Мне нужно с ней поговорить, а после, я позову Асгара. Затянулся мой отдых, пора включаться в игру, которую затеял род Валруа.

Не знаю, что вело меня, интуиция или любовь к Софи. Но вместо ее комнаты, ноги привели меня в закрытую часть дома, комнатушку, где по словам матушки, хранилась всякая дребедень, дорогая сердцу, но абсолютно ненужная в быту.

Я толкнула дверь и вошла в довольно светлую, пусть и маленькую комнатку.

— Матушка?! Принц Элдрон?!


[1] Стихи мои, на месте музыки представляла мелодию «Сюита для лютни», более известную, как музыку из песни Гребенщикова «Под небом голубым».


Глава 9

Я не верила своим глазам. Как такое произошло? Почему наследный принц находится здесь? Значит ли это, что и Райан тоже в доме Софи?

Мой взгляд заметался по комнате, в поисках любимого или хоть какого-то знака, но ничего кроме Софи, его высочества, да маленького окошка, не находил. С меня семь потов сошло прежде, чем матушка заговорила.

— Его здесь нет, Хейли. Успокойся, пожалуйста.

— Нет? — я судорожно выдохнула. — Матушка…

— Закрой дверь, Хейли, и присядь. Я все объясню.

— Хотелось бы, — нервно дернулась я и выполнила ее просьбу.

Сев на стул подле лежащего на кровати принца, посмотрела на Софи. Она расхаживала по комнатке и, видимо, подбирала слова. Что, кстати, очень странно. Матушка всегда была прямолинейна и честна, а сейчас, словно желает что-то утаить и не сболтнуть лишнего.

— Хейли, не хмурься, не нужно придумывать того, чего нет. На самом деле, я не знаю с чего начать: с ситуации в королевствах или конкретно с того, каким образом его высочество оказался у меня.

У меня от сердца отлегло. Матушка права, я слишком часто думаю хуже, чем оно есть.

— Давай отложим ситуацию с королевствами на более поздний срок. Что касается того, как у тебя в доме оказался наследный принц, мне тоже понятно, весь вопрос в том, что вы собрались делать дальше, матушка.

— Я полагала, что это очевидно, Хейли.

— Я не спрашиваю, что собираешься делать ты, матушка. А спрашиваю, что собираетесь делать вы.

Матушка вздохнула и осторожно присела на край кровати.

Элдрон выглядел застывшей восковой фигурой. Бледное лицо, губы с синим оттенком, его расчесанные пряди отросших волос, аккуратно покоились на подушке, а руки были вытянуты и осторожно уложены поверх одеяла. Но сколько бы я на него не смотрела, я не видела в нем жизни, пусть его грудь мерно вздымалась.

— Спасать любовь, ласточка моя, наши цели с Райаном созвучны.

— Любовь?

— Да. Он и Риэла — созданы друг для друга. И то, что задумал старый король, убьет его старшего сына. Как только принцесса Второго Королевства заключит союз с лже-принцем, возвращать к жизни Элдрона бессмысленно, гуманнее будет дать ему уйти за грань во сне.

— То есть, лорд Валруа выкрал своего брата, чтобы вернуть его возлюбленной?

— Все несколько сложнее, Хейли. Райан и был тем, кто заключил Элдрона в подобие жизни, — матушка нежно погладила руку мужчины. — Но теперь, у Райана запечатана водная стихия, та самая, что заперла сознание наследного принца под замок и сейчас, Рай не может освободить Элдрона.

— Тогда и красть его было бессмысленно! Если не можешь помочь, даже сорванная свадебная церемония не даст результата!

— Есть выход, Хейли, но…

Матушка понуро опустила голову, я не знала, о чем она думает, мне нестерпимо захотелось обнять ее, словно она очень в этом нуждалась.

— Прежде, чем я окончательно приму решение, я должна знать, что выбрали твои оборотни.

— Элайза и Асакуро? Они здесь при чем? Моя команда знает многое, но далеко не все.

— Всему свое время, Хейли, мне, конечно, хотелось бы, чтобы…

Договорить матушка не успела, дверь буквально вышибли и в комнатушку ввалились Асакуро с Элайзой, а за ними стояли встревоженная Пени и Ривэн.

Вот ведь!

— Это же… — потрясенно выдохнула Элайза.

— Его высочество! — закончил Асакуро.

— Что происходит, Хейли, госпожа Софи?

— Почему вы вломились? — я едва сдерживала ярость.

Прежде, ребята так себя не вели.

— Так ты знала… — Ривэн потеснил Пенелопу и сделал шаг к нам.

— Так, все на кухню марш! — скомандовала Софи, — там и поговорим, вы здесь все не поместитесь.

Видя, что никто не шелохнулся, я ухватила Элайзу и Асакуро за руки, и волоком оттащила к двери. К этому моменту Пенелопа с братом отмерли и попятились.

— Вы оглохли? На кухню, быстро!

В меня устремились две пары недовольных и настороженных взглядов. Однако спорить никто не стал. Развернулись и побрели в указанном направлении.

— Матушка, почему у тебя не стоит защиты?

— Потому что ее бы почувствовал твой отец, а оборотни, раньше не интересовались тем, куда ведет мой запах и почему я часто хожу сюда.

Матушка смотрела тепло, а в ее глазах я угадывала решимость. Причем она будто мысленно спрашивала меня, готова ли я раскрыться полностью, довериться своей команде и попросить помощи.

— Сегодня ночь откровений, да, мама?

— Да, золотце мое, ночь откровений.

Когда мы зашли на кухню, все голоса разом смолкли. Ребята сидели за столом и явно только что обсуждали варианты произошедшего, да только правды не знал никто, даже я могла лишь догадываться.

Мне было трудно смотреть им в глаза и начать разговор. Во-первых, я не была до конца уверена, что они не предадут Софи и сообщат все ректору. Во-вторых, сказать о том, что я и лорд Райан Валруа — потомки Богов, чьи силы проснулись — то еще удовольствие. И если меня еще обезопасили блуждающие стихии, которые с давних времен воспринимались большинством как милость Сияющей, то новость о том, что Райан пробудил силу Утратившего Имя…

— Асакуро, можно все-таки я? — робко попросила Пенелопа. — Можно я скажу?

Невольно вопросительно посмотрела на матушку, но та молчала и загадочно улыбалась. Софи засеменила к столешнице, на котором стоял кувшин с компотом, да лежали пирожки, любовно накрытые полотенцем. Все это она перенесла за стол, и только после этого села.

— Хейли, присаживайся, видишь, ребятам есть, что тебе сказать. — Ласково произнесла она и похлопала по стулу, стоявшему рядом с ней.

— Да. Нам есть, что сказать, — важно подтвердил Асакуро. — Пени, пожалуйста.

Девушка просияла и благодарно кивнула.

— Мы хотим, чтобы ты верила нам, Хейли. Никто из нас не предаст тебя и каждый пойдет за тобой туда, куда бы ты не позвала. Да, мы студенты академии, и находимся на ее попечении, но если это потребуется, то выбора не стоит, мы скорее нарушим приказ мастера, чем откажемся от тебя. — Пенелопа выдохнула и прямо пострела в мои глаза. — Если тебе нужна помощь — говори, мы сделаем все, что в наших силах и даже больше.

— Если ты боишься наказания, мы спрячем наследного принца так, что его никто не сможет найти. Клан Южных Лисиц специализируется на норах. — Добавила Элайза.

— Клан Северных Волков — это воины, Хейли. Не смотри, что я похож на щуплого подростка. Мне уже нет равных в старшей ветви. Я буду охранять и защищать тебя или того, кого ты захочешь, ценой своей жизни.

— Я не так силен, как оборотни, — взял слово Ривэн, — но знай, что я всегда буду на твоей стороне, и, как сказала Пенелопа, сделаю все, и даже больше, чтобы помочь тебе.

По моим щекам бежали соленые дорожки, глаза нестерпимо щипало от слез. И это о них я думала, как о предателях? Богиня, как же стыдно за свои мысли!

— Будет тебе, ласточка моя, присаживайся и вытирай слезки. — Матушка бережно усадила меня на стул. — У тебя отличная команда, Хейли, я знала, что не ошиблась в них.

— Хейли, ну чего ты, — стушевался Асакуро, — мы же не…

— Вы лучшие, — всхлипнула я. — Лучшие!

— Давай вот, попей компотика, — матушка ловко подсунула мне кружку, — а я, пожалуй, сама введу ребят в курс дела.

Я тоже внимательно слушала все, что говорила Софи. И если в первое мгновение я удивлялась тому, откуда ей известно все, что знаю я, то потом, я поняла, что Коша только со мной связь не поддерживает, а с мамой он общается довольно часто. И мало того, рассказывает все, что происходило со мной, а также с Райаном.

Даже мне было известно намного меньше, чем знала она! О том, что его величество собирает армию для захвата соседних государств, я, например, не знала. Да, он прикрывался моим именем и милостью богини, распаляя народ, заставляя их сердца заходится в праведном гневе и желании восстановить справедливость. Да только, какая могла быть справедливость, если Четвертое Королевство планировалась захватить, а не освободить от гнета приспешников Безымянного Бога? Какие там могли быть армии, если страна потерпела значительный урон, сначала в ходе действий старшей принцессы, а по словам матушки королевы, пусть и уже почившей, а после в ходе зачистки Стражами.

Новость о том, что меня и Мэтта объявили помолвленными, вышибла из лёгких воздух. Я несколько минут не могла поверить в то, что услышала. Да, король настаивал на том, что сам будет одобрять кандидатуру на руку и сердце последней представительницы рода Сизери, но разговора о том, что он сам мне жениха выберет — не было!

Так вот почему отец замялся? Он не смог мне сказать о повелении его величества?

— Хейли! — матушка первой заметила мое состояние, а затем в мгновение ока, вылила на меня оставшийся компот. — Я тебя люблю, девочка, но я пока не согласна менять место жительства.

Пламя, охватившее мое тело, исчезло. Злость улеглась, на смену пришло сожаление и стыд.

— Держи, — Асакуро подал полотенце, и я тут же вытерлась.

— Представляю насколько счастлив Мэтт, — хмыкнул Асакуро. — Столько времени бегать от девушек, а в итоге, его просто поставили в известность.

В отличие от меня, данная новость повеселила ребят. Они не прятали усмешек.

— Ничего смешного не вижу, — отрезала я. — Мэтту сейчас хуже всех. Матушка, он ведь не в академии, верно?

Не знаю, откуда я это взяла, но была уверена, что прав.

— Да, его вызывали во дворец через три дня после того, как вас переправили во Второе Королевство.

Зародившееся веселье моментально исчезло. Все вновь стали серьезными и мрачными.

— Мастер не может вернуть его в академию? — тихо спросил Ривэн.

Матушка кивнула.

— Но как же его страж, он же там, наверное, с ума сходит, — выдохнула Элайза. — Так ведь нельзя!

— Элайза, есть вещи, на которые у меня нет ответа. — Вздохнула Софи. — Но да, его стражу также тяжело, как и самому Мэтту.

— Нужно срочно вернуть наследника! — заявила Пенелопа. — Он должен образумить его величество и дать Мэтту…

Я переглянулась с мамой. Вот сейчас мы подбираемся к Райану и тому, что с ним случилось. Кто из нас должен будет рассказать? Мне так не хотелось брать на себя эту роль. И матушка все поняла.

Она говорила тихо, не утаивала причину, по которой Элдрон не может прийти в себя. И конечно же, сообщила чья сила, теперь подвластна среднему принцу Первого Королевства.

— Не может быть!

— Демон всех побери!

Наши парни были самыми несдержанными. Элайза и Пенелопа лишь побелели и шокировано переводили взгляд с меня на матушку. Словно надеялись, что она сейчас возьмет свои слова обратно.

— Хейли… — хрипло позвал Ривэн. — Ты связана с лордом Валруа? Почему именно ты пошла спасать его в Четвертое Королевство? Хейли, что между вами происходит?

Пенелопа вздрогнула и закусила губу. Я готова поклясться, что сейчас она думает, что его беспокойство связано с романтическими чувствами ко мне, а не страхом за мою жизнь.

— Хейли, не молчи!

— Она его пара, точно такая же, как для наследного принца ее высочество Риэла Лонтерли.

— Это не все, — не успокаивался брат, — я же вижу, что ничего хорошего ей это знание не дает. Он отказался от тебя, да? Сила вскружила ему голову, и он решил, что ты недостойна?

— Ривэн…

— Хейли, — Пенелопа не сдерживала слез и тянула ко мне руку. Я ободряюще пожала ее, я знаю, ей стыдно за свои мысли. И словно в подтверждении, Пени одними губами прошептала: — Прости.

— Успокоились. Нет, он не считает меня недостойной. Однако и принять меня до конца он не может, пусть и не говорит об этом вслух, но я чувствую. И этому есть логичное объяснение. Матушка, вряд ли ты знаешь, хотя… — Я уже ни в чем не была уверена. Она знала многое. Возможно, и история трагичной любви Сизери и Валруа ей известна.

Я старалась ни на кого не смотреть и честно отвечала на все вопросы, которые поступали после моего рассказа. Так вышло, что мне пришлось обнажить душу перед ребятами, но, откровенно говоря, каждый из них, сделал тоже самое. Элайза, Асакуро, Пенелопа и Ривэн, мы больше, чем просто команда, мы — семья.

За окном светало. Мы проговорили всю ночь, впервые, я высказала все, что тревожило меня. Не боясь, что меня не поймут, не дрожа от страха за свою жизнь и жизнь своих родных. Я рассказала все, и кто моя мать, и каким испытанием стало спасение Райана из дворца Четвертого Королевства. Я опускала лишь самые интимные моменты, такие как прикосновения Райана, поцелуи, не скрыла лишь реакцию на его силу, тем самым вновь подтвердив свою догадку, что любимый, скорее будет держаться от меня как можно дальше, чем навредит. А если пожелает видеть рядом, несмотря на мою боль, то это уже будет не Райан.

— И что теперь делать? — Пени понуро смотрела на матушку, которая обнимала меня. — если лорд Валруа не вернёт утраченную стихию, наследный принц никогда не очнется.

— Вот почему… — вдруг выдохнула Элайза. — Госпожа Ратовская!

— Да.

Я недоуменно посмотрела на маму. О чем они вообще?

— У вас какие-то тайны? — озвучил общую мысль Ривэн.

— Можно и так сказать, — Асакуро внимательно смотрел на Элайзу.

Она выглядела странно, почему — то нервно покусывала губы.

— Я не могу принимать решение одна, — прошептала она. — И не могу заставить…

— Я твой. — Просто ответил Асакуро, а мы дружно скосили глаза в сторону. Черт, как неловко-то!

— Тогда…мы принимаем ваше предложение, госпожа Ратовская, но с одним условием.

— Ребята, вам не кажется, что и мы должны знать, какие решения вы вдруг принимаете? — вскинулась Пенелопа. — Госпожа Софи, на что вы толкаете оборотней?

— Условие? — не обращая внимания на жаркий спич Пенелопы, напомнила Элайзе мама.

Я же сжала сухонькую руку матушки. Кажется, я догадалась, чего хочет Софи и что она может сделать для Элдрона.

— Пока мы нужны Хейли — мы будем с ней.

— Предсказуемо, — пожала плечами Софи и тепло улыбнулась, — другого я не ждала.

— Да объясните, что происходит! — потребовал Ривэн.

— Асакуро и Элайза — следующие Старейшины нейтральных территорий, мои преемники.

— Насколько я понимаю, тут не с чем поздравлять? — осторожно уточнила Пенелопа.

— Отнюдь, — хмыкнула Элайза, — эта деревня прекрасное место.

— Спасибо, милая, но перейдем к делу. Раз вы согласились на мое предложение, я верну Элдрону его жизнь.

— Но как это возможно? — вскинулась Пенелопа, — вы же не лорд Райан и…

— Помолчи, Пени, — мягко осадил девушку брат. — Простите, госпожа Ратовская, мы вас внимательно слушаем.

— За спасение сына Драгила Богиня подарила синим волчицам водную стихию. — Призналась матушка. — Именно поэтому мы так сильны в целительстве. Вода — жизнь. Земля — жизнь, правда, Пени?

— Да. Самыми сильными целителями становятся маги, обладающие этими стихиями. Но…госпожа Ратовская, вы хотите отдать свою магию принцу Элдрону?

— Это не рационально. — Нахмурился Асакуро. — Если вы передадите ему свой иммунитет к магии, то в случае успеха, вы станете беззащитны и немощны. Его высочеству требуется реабилитация. А вы, мало того, что не сможете оказать ему помощь, так еще поставите под удар всю деревню.

— Знал бы ты, Асакуро, как мне приятно слышать в твоем голосе беспокойство о моих жителях.

— Наших, — поправила Элайза. — Мы тоже теперь отвечаем за их жизни.

— Чем-то всегда приходится жертвовать, дети. Я уже стара, передать свой дар, как это понимаете вы, я не могу, он умрет вместе со мной. Но если в моих силах, дать шанс на счастливую жизнь двум любящим сердцам — я это сделаю.

— А хватит ли вам сил? — Ривэн не поддался всеобщей панике и жалости. — Декан Валруа был одним из сильнейших Стражей на момент погружения своего брата в стазис, а сейчас и подавно мощь его дара не знает границ. Для того чтобы разрушить его заклинание нужна большая сила. И при всем уважении к Хейли, она неспособна вам помочь.

— Почему? Я же передавала магическую энергию Пенелопе, значит и сейчас, смогу подпитать матушку.

— Он прав, ласточка моя, — Софи обняла меня, — но у тебя есть те, кто сумеют нам помочь.

— Русалки?

— Да, Элайза. Русалки.

— Мы не успеем, — Асакуро плюнул на приличия и притянул к себе свою любимую, усадив ту на колени. — Золотое Море находится слишком далеко, а мы должны прийти на Совет Пяти.

— Хейли…

— Я призову их, но мне нужен водоем.

— Призовешь?

— Я наследница Богини Сияющей, Пени. А русалки — ее творения.

— Возле той поляны, что вы облюбовали с Кошей, есть лесное озерцо, оно не особо глубокое и большое, но, думаю, подойдет для твоих целей.

— Хорошо, — Ривэн не сдавался. — Но кто будет ухаживать за принцем? Да и после манипуляций госпожи Ратовской, полагаю, ей и самой потребуется помощь целителя.

— Ривэн, а я, по-твоему, на что? — вскинулась Пенелопа.

— Ты, точно также, как и Софи, отправишься в дорогу. Уж прости, но на всех тебя не хватит.

— Нам поможет принцесса Четвёртого Королевства. — Новый участник нашей беседы настолько напугал меня, что я не задумываясь создала пульсар и бросила туда, откуда доносился голос.

— Хейли! — возмутился Асгар в то время, как Элайза бросилась тушить огонь.

— Простите.

— Разве ее высочество Риэла не является выпускницей нашего факультета? — Асакуро смотрел поверх моего плеча. — Нам нужен целитель, а не магис.

— Да, профиль принцессы — магические существа, однако, она пусть и слабый, но целитель.

— Не забывайте, что помимо магии есть целебный травы, — матушка усмехнулась. — У нас есть три дня прежде, чем мы отправимся в дорогу. Мне хватит этого времени, чтобы помочь принцессе сориентироваться в моих запасах.

— Асгар, кто приведёт принцессу?

— Райан, но тебя в доме не должно быть. Прости, Хейли.

Я сжала кулаки и отвела взгляд в сторону. Вот значит как, меня видеть он не желает…

— Выходит, на озеро мы отправимся втроем: я, матушка и его наследное высочество.

— Не совсем, — поправил Асгар, — с вами будет Дрейк Рассветный.

— Что ты сказал?! — я крутанулась на стуле и чуть не полетела вниз, но матушка, на удивление, крепко ухватила меня, не дав упасть на пол.

— Он сказал, что с вами буду я, Хейли.


Глава 10

Сложно описать мое состояние, когда я увидела своего дракона. В первое мгновение я бросилась к нему. А потом остановилась. Мы так нехорошо расстались, что теперь, я даже не знала, как себя с ним вести.

Под изумленными взглядами я осела на пол и лишь успевала вытирать слезы, льющиеся рекой. Эмоции затопили меня, и не сразу я сообразила, что они не только принадлежат мне. Коша был счастлив видеть меня и точно так же, как и я, не знал, что ему делать.

Правда, боялись мы разного. Я думала, что он обидится на мои слова, сказанные в академии, а он полагал, что я не прощу ему предательства. Впрочем, какое же это предательство? Помощь человеку, которого я люблю?

Да, он сейчас с ним, и я понимаю, что Коша оставит меня вновь, однако…

— Иди ко мне, — прошептала, вытянув руки.

Несколько секунд и мой упитанный друг ластится всем, чем может: облизывает длинным языком шею, трется хвостом и крепко цепляется лапками за плечи.

— Как же я скучала, Кошенька.

— Я сильнее, Хейли.

И мне было все равно на то, что в комнате мы не одни. Я плакала, утирала сопли и слезы, прижимала дракона к животу, не боясь его коротеньких шипов, и, откровенно говоря, совсем не верила в то, что вот же он, рядом!

— Оближу, всю, — выдохнул он мне в ухо и приступил к своей то ли угрозе, то ли давнему желанию.

Я смеялась и отбрыкивалась, когда мокрый язык щекотал кожу на шее или проходился скользкой дорожкой по щекам и подбородку.

— Вот у кого нужно поучиться Райану, — заявил Коша после того, как успокоился и уселся мне на колени, подставив пузико для того, чтобы я его почесала. — А то все фу да фу!

— Ты облизываешь Райана?

— Хейли, он же чистое пламя! Ох, и вот ту тоже почеши. Не отлынивай!

Мой смех колокольчиком разлился по кухне. У меня богатое воображение, но все равно, представить Кошу облизывающего Райана, мне было трудно.

Скорее тот просто от него отмахнется, чем позволит прикоснуться к себе.

— Хейли, — грустно позвал дракон, — ты меня больше не любишь?

— Откуда такие мысли?

— Ты чесать перестала.

Громовой хохот заглушил мой ответ. Я всего лишь отвлеклась, а старый интриган уже комедию с трагедией устроил.

— Коша, как же мне тебя не хватало!

— Мы тоже соскучились! Хейли, не жадничай, дай погладить!

Я и опомниться не успела как Элайза опустилась на колени протянула руки к пузику Коши.

— Я знаю, что тебе нравится, — заявила она и приступила к почесыванию.

Коша откровенно млел и подрыгивал лапкой. Смотрелось так комично, что я опять прыснула. Слез уже не было, смех и радость теплом разливались в душе.

— А мне можно?

— Нужно! — тут же отозвался старый интриган, подняв голову.

Ривэн осторожно провел пальцами по шее дракона, а затем сцепился с Элайзой за право прикоснуться к животу.

— Я вам не мешаю?

— Хейли, не жадничай, меня на всех хватит.

На этот раз смеялся даже Асгар.

Спать мы разбрелись только к полудню. Матушка настояла на том, чтобы мы поспали, ведь у каждого завтра будет свое задание. Я не вмешивалась и молчала, понимая, что Софи специально спроваживает всех из дома, чтобы Райан привел ее высочество.

Элайза и Асакуро получили задание пройтись по жителям деревни с целью знакомства, а Пени и Ривэн должны будут отправится в лес за листьями какого-то кустарника, который необходим для восстанавливающего отвара. И что-то мне подсказывало, что они его найдут не сразу.

На самом деле все мы понимали замысел Софи, но никто не стал перечить. Потому что скажи матушка правду, легче бы никому не стало. А я…я поняла, что для Райана останется тайной наша помощь.

Дракон и демон играют в темную и пока, мне сложно понять почему.

— Ты забыла меня обнять! — возмутился дракон, нагло забираясь мне подмышку.

— Не забыла, — я зевнула. — Ты все никак не мог определиться с местом.

— Конечно, ждал, что ты позовешь, — фыркнул страж.

Я обняла свое зубастое чудовище и все-таки не удержалась, спросила:

— Как он, Коша?

— Лучше, чем думает. Хейли, не проси, я не стану о нем рассказывать.

— Ты жесток.

— Нет. Так нужно, иначе он сломается. — Дракон вздохнул. — Я скажу один раз и надеюсь на твое благоразумие. Вы связаны, Хейли, и, если ты позовешь, он придет. Позовешь так, словно находишься на краю гибели. Он услышит, а придя…Хейли, не отпустит, дай ему шанс выбраться из того кошмара, в котором он живет.

Я не хотела плакать, слезы сами навернулись.

— То есть, он прав и его чувства — они ложные, наведенные даром Утратившего Имя?

— Хейли, — укоризненно протянул Коша. — Ты поймешь все позже, еще не время.

— Почему каждый раз ты отвечаешь мне, что еще не пришло время? Коша, ты не боишься, что может стать поздно? — Меня трясло от обиды. — Я не настолько взбалмошная глупая девчонка, которая действует только эмоциями. Я пойму, не обижай меня своим недоверием.

— Я доверяю, Хейли, но правда причинит тебе боль.

— А разве осталось что-то еще, что не причинит мне боли? Меня считают невестой Мэтта, король прикрывается моим именем, собирая армию, я не знаю, что происходит с моими друзьями, а мой любимый мужчина, делает все, чтобы не быть со мной рядом. И если в случае с ним, голос рассудка говорит мне подождать и не делать поспешных выводов, то в остальном, Коша, вырисовывается страшная картина.

Дракон сопел, но молчал.

— С кем мы ведем войну? Я отказываюсь верить, что Райан идет по пути Безымянного Бога. Он скорее убьет себя, чем принесёт миру хаос и возжелает всех поработить.

— Я покажу тебе, — после долгого молчания, наконец, изрек дракон. — Я покажу тебе, как Райан пробудил свою силу, но у меня будет условие, Хейли.

— Какое?

— Ты не станешь спрашивать меня о чувствах Райана. Никогда.

— Хорошо.

Стоило ли соглашаться — не знаю. Но сейчас, мне хотелось получить хоть какое-то знание о том, как противостоять беде, обрушившейся на наши головы.

Понять, наконец, кто ведет свою игру, и кто является врагом.

Я не успела как-то подготовиться, когда поняла, что меня больше нет в комнате. Коша вернул меня в субпространство, как тогда, когда мы налаживали связь между нами, а он демонстрировал историю Хеллы и Эльхора.

— Коша, это Райан? Это он привязан?! — я судорожно вздохнула и зажала рот рукой, потому что Белла проткнула грудь кинжалом. — Богиня! Они…

Меня мутило от действий принцессы Четвертого Королевства, я зажмурилась, когда кубок поднесли к губам Райана и не смогла сдержать рвотных позывов. Этого не могло быть на самом деле. Не могла моя мать сотворить такое с дочерью и собой! Она слишком себя любит! Да и дочь Леона и Найдель…как она могла оказаться здесь, если Хелена и Макс…

— Хейли, это случилось на самом деле. Смотри, иначе я прекращу показ.

Богиня, мой любимый захлёбывался чужой кровью, кричал о спасении ребенка, молил о пощаде, взамен обещая быть послушным и сделать все, что от него потребуют. Да только тщетно! И пусть я видела Айна, но прекрасно сознавала кто под его личиной!

Мужественный, благородный принц предстал передо мной в ином свете. И не сказать, что сломленный, но уже и не сильный.

Сердце защемило от боли и жалости. Что они сотворили с ним!

— Смотри! — жёстко бросил Коша.

Райана погребло пламя. Не было видно ни лица, ни тела — только столп огня. Беспощадный, ревущий, да только не обжигающий. Я не уверена, что сунь в него руку — осталась бы невредимый. А вот Райану он не причинял вреда. Там, внутри, что-то происходило. Что-то недоступное нашему глазу.

— Он получает часть памяти Эльхора, видит первую встречу с Велиаром. Смотри на демона, что рядом и скалится.

Демон действительно скалился, жутко, довольно, словно осуществилось то, к чему он долго шел. На самом деле, так оно и было. Они ведь заставили Райана плясать под их дудку? Тот получил силу Бога, но для чего?

Сколько бы я не смотрела на страшную морду, в которую будто врезалось старческое лицо. Мне не хватало слов, чтобы описать эту жуткую сущность, но и что-то не давало отвести от него взгляда. Он привлекал своей уродливостью и, наверное, силой.

— Каждый день он атакует сознание Райана, показывает жертвоприношения и молитвы жрецов, каждый день Райан борется с Велиаром и просто поверь, твое нахождение рядом с ним — сломает его, он утратит бдительность и обязательно оступится.

— Почему демон обладает такой силой? Что в нем особенного? — я гнала от себя мысли о Райане. Мне больно только от одной мысли, что из-за игр проклятого существа, наши чувства к друг другу могут оказаться ненастоящими.

— Я не могу ответить на этот вопрос, — вздохнул Коша. — И на этом закончим. Тебе нужно поспать.

Легкое головокружение заставило меня зажмуриться. А открыв глаза я обнаружила себя на кровати. Спорить с драконом не представлялось возможным.

Вздохнув, придвинула старого интригана поближе и постаралась заснуть. Что, впрочем, мне даже легко удалось.

Матушка приходила утром и пыталась меня разбудить. Но мне снился Райан и там, во сне, мы были вместе, а потому я отчаянно сопротивлялась побудке. Могу я хоть во сне исполнить свое желание?

Удивительно то, что меня в итоге оставили в покое и я смогла полностью погрузиться в свои мечты.

* * *

Райан Валруа


— Ты же знаешь, что не должен здесь находиться.

— Дрейк, я и без тебя разберусь с тем, что мне можно и чего нельзя.

— Не боишься, что она проснется?

— После вмешательства Софи? — я фыркнул и присел на кровать, где спала Хейли. — Она не проснется.

Дракон закатил глаза, но я уже не обращал на него внимания. Хейли улыбалась во сне так сладко, что во мне взыграла ревность. Что или кто ей снится, раз она так улыбается?

— Ты.

— Что?

— Ей снишься ты, — фыркнул Коша. — А теперь, будь добр, возвращайся к Софи, я сейчас подойду.

Он был прав, пока Софи приводит в чувство Риэлу, которую мне пришлось украсть из дворца, я вместо того, чтобы обсудить дальнейшие планы пошел в спальню к леди.

Недостойное поведение лорда. Но почувствовав ее в доме, я не смог отказать себе в том, чтобы просто увидеть девушку.

Мне так хотелось прикоснуться к ней, ощутить тепло ее кожи на своих руках. Чертова сила!

— Райан! — рыкнул Коша и моментально оказался между мной и Хейли. — Не прикасайся!

Я отдернул свою руку и с трудом подавил эмоции и рвущуюся на волю магию.

Он прав! Демон все побери, он прав!

Последний раз взглянул на безмятежное лицо Хейли я вышел из комнаты.

Ноги привели меня к Софи, я даже не напрягался, чтобы выяснить, в какой из комнат небольшого дома она находится.

— Издеваешься над собой, — покачала головой старушка. — Метлы на тебя нет.

— Зато есть кое-что посущественнее.

— Ты даже не догадываешься, насколько сейчас не прав.

— Серьезно? Что ваша метелка по сравнению с той болью, которая терзает меня ежедневно?

— У твоей боли нет элемента неожиданности, — мрачно заключила Софи. — Ты поглощён страданиями, как своими, так и чужими. И все никак не можешь абстрагироваться.

На ум пришло воспоминание, которое мне показал Асгар, как леди Элвер неожиданно для себя получила метелкой по лицу. Да, подобного точно невозможно предугадать.

— Ты многое не видишь, потонув в том, что второстепенно. Отбрось эти чувства в сторону и смотри на то, что действительно важно.

— Отбросить чувства? — криво усмехнулся. — И даже чувства к Хейли?

— С этого и стоит начинать. — Госпожа Ратовская отошла от постели Риэлы. — Во что ты веришь, Райан. Если ты изначально согласен с тем, что твоя любовь — результат наведённой магии, то лучше не походи к моей девочке. Потому что то, что ты испытываешь сейчас — покажется тебе блаженством!

На доли секунды я растерялся. Первой мыслью была абсурдность угрозы. Что могла мне сделать синяя волчица, которая к тому же, скоро отдаст свою магию Элдрону? Ее бравада была сродни тявканью подзаборной шавки на вышедшего из леса матерого волка.

Вторым моментом я устыдился своих мыслей. Она приняла Хейли как родную дочь, в ней говорит мать, и я не имею права причинить боль.

А потом я вспомнил о днях, проведённых с Хейли во дворце. Помнится, я сам показывал ей разницу между наведенной любовью и истинными чувствами. А что в итоге? Я оказался в ситуации, когда сам не могу ответить на вопрос, люблю ли леди Сизери или испытаю страсть, насланную кровью и Велиаром.

— Достаточно. У нас не так много времени, — Дрейк появился вовремя. Не дал мне распалить госпожу Ратовскую еще больше, да и совершить ошибку.

— Если его высочество готов, то я к вашим услугам. — Заявила Софи и так и посмотрела на меня, что сомнений не оставалось — она не даст Хейли оступиться и поддаться моим чарам, если я вздумаю присвоить девушку себе.

И самое жуткое то, что мне совершенно не хотелось смеяться от подобной перспективы. Я не знал на что могу быть способен. Вдруг, как и Элнор Кровавый, захочу сделать Хейли пленницей собственной страсти?

— Я в вашем распоряжении.

Сложный ритуал, который когда-то Асгар и Дрейк провели для меня, чтобы я смог находиться в академии под личиной Айна повторился. Только на этот раз процесс контролировала госпожа Софи.

И болезненная перестройка, которой не было при первом разе, прошла не так мучительно, как я предполагал. Одно дело, когда тебя погружают в память студента, натягивая на твое тело, словно новую кожу, внешность паренька, и совершенно другое, когда из мужчины ты становишься девушкой.

Но госпожа Ратовская не просто перетягивала мою боль на себя, она шептала заговоры, не давая мне отторгнуть новую личину. Это происходило рефлекторно. Умом я понимал, что это необходимость, а тело сопротивлялось.

— Благодарю, — прошептал я, не узнав своего голоса.

Дурак, он больше и не принадлежал мне, нашел чему удивляться.

Меня мутило, а перед глазами плясали цветные круги. Но я знал, что скоро это пройдет. Не обращая внимания на притихших помощников, осел на пол, опустил голову и приступил к дыхательной гимнастике.

Медленный вдох и выдох. Отбросить все мысли и дышать. Еще один вдох, задержать дыхание и выдохнуть.

Все будет хорошо.

Забавно, но моя магия недоверчиво щупала мою новую личину. Будто задавалась вопросом, откуда женское тело, если внутри — есть второе, мужское? Правда, смеяться я перестал после того, как дар вырвался наружу, желая уничтожить работу Асгара и Дрейка.

— Что происходит? — выдохнула Софи.

— Сила отторгает женскую личину, — Дрейк всегда все понимал.

— Райан, вспомни о ритуале! — потребовал Асгар.

На что я лишь огрызнулся, о каком именно ритуале речь.

— Получения огня Эльхора.

Мне не нужно было вспоминать, я никогда не забывал.

Смерть младенца была самым болезненным событием в той череде сумасшествия.

— Уже лучше, подави огонь и запомни свои ощущения.

Дракон был прав, борьба внутри меня стихла. Но почему так противится сила? Может ли быть, что ей нужен именно мужчина?

— Райан, не думай об этом! — скомандовал Дрейк.

— Понял, — широко улыбнулся. Кажется, у меня появилась зацепка.

— Поняла, — поправила Софи, — и не Райан, а принцесса Риэла. Пора тебя, девочка, переодеть. Кошенька, сколько времени у нас на обучение?

— Его нет, — выдохнул я. — Я должен немедленно…

— В таком виде? — госпожа Ратовская заломила бровь. — Девочка моя, да с твоими мужицкими повадками, ни один придворный не признает в тебе уточненную принцессу. И если все изменить я не смогу, то над походкой и жестами мы поработаем.

— Боюсь, что часа будет мало, Софи, — протянул Коша, — но азы дать можно.

И начался мой персональный кошмар.

Я и до этого считал, что множество завязок на женском белье и платье — лишняя обуза, а сейчас в этом убедился на собственной шкуре.

Впрочем, это не самое страшное, тоненькая шпилька на туфлях — вот что истинный ужас!

В итоге Софи примирилась с тем, что я не могу их носить и Асгар был отправлен на поиски туфелек без каблуков.

Из меня не получилась девушка, лишь ее пародия, имитация, но я надеялся, что сумею продержаться до даты назначенной свадьбы. А там, с милостью Богини, меня заменит настоящая Риэла и настоящий Элдрон, вместо ряженого принца.

— Богиня с тобой, Райан, — Софи неожиданно крепко обняла меня. — Береги себя и не ищи подвоха там, где его нет.

— Спасибо, госпожа Ратовская.

— После всего, что между нами было, можно и не фамильярничать, девочка, — рассмеялась добрая женщина. — Все, тебе пора, Асгар.

Я понял, что Софи не любит, да и не умеет прощаться. Точно также, как и я.

Подарив улыбку, позволил демону перенести меня во дворец.

Я практически опоздал к завтраку. В запасе было не больше получаса. Морок, который я заранее оставил для служанок, истаял при моем появлении, хорошо хоть он находился в ванной.

Платье, в которое успели обрядить принцессу мягко осело на пол. Я едва успел его подхватить и мысленно застонал. Мне предстояло переодеться, чтобы не вызвать ненужного удивления и ажиотажа.

Кто бы мог подумать, что Асгар справится с ролью камеристки! И у него вполне неплохо получилось!

— Великолепная принцесса, — заржал Асгар, за что тут же получил от меня по рогам.

— Это мы только с виду, хрупкие принцессы, — высоким голосом возвестил я. — Смотри мне, договоришься!

— Ваше высочество! — в дверь осторожно постучали. — Вам не требуется помощь?

Вместо ответа я вышел из ванной комнаты.

— Ваша прическа, — всплеснула ручками одна из служанок и тут же осеклась.

— Приступайте, — я прошел к пуфику и зеркалу, позволяя женским рукам коснуться моих волос.

Как хорошо, что у Риэлы в камеристках маги. Не было пыток расчёсками и щипцами, бытовая магия решала многое.

— Принцесса Риэла, его высочество Элдрон ожидает вас.

А вот и сопровождающий. Сейчас-то и выясним, кто такой наглый скрывается под личиной моего брата!

— Ваше высочество, вы прекрасны, — выдохнул лже-принц и ухватился за мою руку.

Я едва удержал на лице улыбку, так хотелось скривиться и отдернуть свою конечность от слюнявого рта.

Какие ужасные манеры!

— Я так сильно соскучился по Вам, — выдохнул он и выпрямился.

— За одну ночь?

— Она показалась мне бесконечной.

— Что же с вами станет, когда начнется предсвадебная неделя?

— Только мысль о том, что она закончится нашей свадьбой не даст мне умереть. — Самозванец переменился в лице. — Моя дорогая, вы наконец-то согласились с тем, что бракосочетание не нужно откладывать?

Ничего сказать я не успел, мужчина, явно окрыленный легкой победой, затараторил.

— Я понимаю, как вам важно видеть моего брата, но дела государственной важности не позволяют ему присутствовать на нашей свадьбе. Простите ему это, ваше высочество. Он обязательно выразит свое восхищение после.

— Его высочество Райан спас меня в то время, как вы забыли о своей возлюбленной. — Ядовито парировал я. Молчание — золото, особенно учитывая ситуацию настоящего Элдрона, но я не смог промолчать. Всего десять минут в обществе лже-принца и мне уже хочется вырвать ему язык.

Отец, черт тебя побери, ты что не мог подобрать другого принца на роль Элдрона? Он же на него ни капли не похож! Моего ледяного братца любовь не изменит! На людях он никогда не станет вести себя подобно эмоциональной навозной куче!

Я отвернул голову, чтобы скрыть свое отвращение. Он ничего не заметил.

— Мне так жаль, моя дорогая, что вашим героем был мой брат. Но мы уже столько раз это обсуждали. — Мужчина даром времени не терял, подставил свой локоть и повел в столовую. И он ловко сменил тему, не заостряя внимание на том, что мы уже столько раз обсуждали. Жаль, я бы послушал версию отца.

Весь путь, что мы шли по коридорам я выслушал о себе много нового. К примеру, у меня лучезарные глаза, которые таят в себе загадку любви. А эта любовь открылась нам двоим, доверилась нашим рукам, и что самое главное, теперь моя очередь вверить себя в избранника моей любви! О как завернул! Бедная Риэла! Полагаю, она эту ересь вынуждена слушать постоянно.

Я отбивался как мог, желая заткнуть его рот кулаком, но держался! Богиня, если большинство мужчин именно так докучают леди, то смилуйся, подари им немоту!

Выводы я не торопился делать, однако, понял следующее — Риэла всеми силами старается отказаться от церемонии.

Осторожно, чтобы не дать предлога своему огню воспылать, я пытался пробиться в личину самозванца. Не сразу, но у меня получилось, да только мужчина был мне не знаком. Я видел его впервые и это мне очень не понравилось.

Что ж ты за пряник такой? Сладкий и липкий как патока, и приторный до невозможности!

За всеми размышлениями я машинально приветствовал короля и собравшихся в столовой аристократов.

Судя по всему, мы опоздали. Правда, сожалений, по этому поводу не было. Меня куда сильнее интересовало, где моя мать?

В столовой было немноголюдно, представители рода Арлгай: Себастьян с новообретенными сестрами. Леон, которому вернули статус советника короля, его молодая жена, а по совместительству племянница лорда Себастьяна. И, собственно, мы с Элдроном.

— Ваше высочество, надеюсь, сегодня вам спалось лучше? — минут через двадцать неспешного принятия еды, спорил король. — Больше кошмары не мучали?

И пусть у него был участливый вид, но обманываться не стоило. Да и выходить из образа нельзя, если Риэле снятся кошмары, то за одну ночь они пройти не могут. И неважно, если она это выдумала, или действительно видит ужасные сны.

Обычно, это реакция организма на проблемы, которые самостоятельно человек не может решить.

— К сожалению, все без изменений, — скромно ответил я, опустив глаза. — Но сегодня я спала дольше обычного.

— Рад это слышать. Постепенно, ваш сон нормализуется.

— На все милость Богини.

Примерно еще полчаса я наблюдал за собравшимися, которые вели непринужденную беседу, отвечал на ничего незначащие вопросы и сдерживал гримасу отвращения, когда лже-Элдрон смотрел на меня.

Я вновь и вновь возвращался к его личине. Образа мужчины. Пытался вспомнить, видел ли я его где-нибудь раньше, однако ответа не находил.

Только потому, что я отвлекся, Элдрон сумел увязаться в мои провожатые и открытые намёки леди Арлгай остались без ответа.

Интересно, зачем бывшая куртизанка решила уединиться с Риэлой?

— Риэла, только не говорите, что вы опять уйдёте в свою комнату, — протянул принц, — пожалуйста, давайте прогуляемся по саду, такое чудесное утро!

— Утро действительно прекрасно, — не стал спорить, — но вы же слышали, я плохо спала ночью. Мне бы не хотелось в обед выглядеть уставшей и сонной.

— Тогда, вы разрешите составить вам компанию?

В-принципе, ничего плохого в его обществе в моих покоях не видел. Во-первых, мы будем в гостиной, во-вторых, я смогу плотнее заняться его личиной и осторожно разузнать обстановку во дворце, в-третьих, выпровожу сразу, как только этот хлыщ мне надоест.

— Конечно.

В гостиной я потребовал принести чаю. Пусть мы и завтракали, но для моего же спокойствия и здоровья лже-принца, лучше, чтобы мои руки были заняты.

— Риэла, любимая, — когда служанки покинули нас, мужчина прытко уселся вплотную ко мне. — Поцелуй же меня, я так изнемог.

Все, что я успел сделать, так это подставить чашку и вместо моих губ, он встретился с полного горячего чаю чашкой.

— Скромница моя, — выдохнул он и ловко отобрал виновницу покраснения на его коже, у самой кромки рта. Повезло засранцу, лучше бы он ошпарился! — Тут никого нет, моя дорогая, тебе не нужно стесняться.

Так вот зачем он желал составить мне компанию! А я-то дурак решил, что он просто желает вылить тонну своих кошмарных эпитетов и комплиментов!

Где отец взял этого идиота?! Ни один лорд не позволит себе такого поведения! А уж принц тем более, пусть и леди — его невеста!

— Элдрон! Что вы себе позволяете?!

Руки нахала скользили по моей спине, норовя пробраться под шнуровку лифа.

Я его убью. Я его просто убью!

— Любимая, — хрипло выдохнул обманщик, и опять потянулся к моим губам.

Резко всплеснув руками, я все-таки ошпарил нахала чаем, из так не поставленной им на стол чашки. Правда, добавил градуса в напиток магией!

Надеюсь, этот прохвост не догадается, что чай не может быть настолько горячим!

— Я такая неловкая, — буквально прорычал и потянулся к салфетке, а попутно столкнул на скрючившегося неудачника еще и чайничек!

Пришла моя очередь наслаждаться! И пусть во мне все еще клокотал гнев, но его вопль стал воистину музыкой.

А как он улепетывал, прикрывая рукой причинное место!

Что же ты магией не воспользовался? Водной? Принц — убожество?!

У самозванца не хватило ни сил, ни такта извиниться, он молнией выскочил в коридор, забыв о том, как в каком свете может предстать перед слугами.

Нет. Отец совсем обезумел, если решил, что двор принял этого клоуна. И теперь вопрос, они знают и одобряют или вынуждены молчать?

— Риэла, детка, как ты?

Я не успел опомниться, как обманщика сменила мать Пенелопы, леди Илона.

— Он ничего не успел? Встревоженно спросила она. — Что же ты так неаккуратно! Еще и ушла с ним!

Женщина без лишних разговоров притянула меня к себе.

— Все будет хорошо, милая. Все готово, твой брат и сестра в безопасности. Сегодня мы отправим тебя к ним. Королева на нашей стороне.


Глава 11

Два дня мы находимся в пути. Софи совсем плоха, но не показывает вида. Ритуал дался ей очень тяжело, но итог стоил того.

Это если верить ее словам. Но по мне лучше бы она ничего не проводила! Я больше никогда не желаю видеть свою матушку обессиленной.

После встречи с русалками, Пенелопа и Софи объясняли принцессе Четвертого Королевства как правильно ухаживать за его высочеством. Тот так и не пришел в себя, однако, больше не находился в глубоком стазисе и по прогнозам мамы должен был очнуться через несколько дней.

Увы, оправдаются ли ее надежды или нет, мы узнаем из донесений Асгара, а не лично.

Жители Нейтральных территорий взялись обеспечивать безопасность дома Софи и их обитателей, кто бы не проник на территорию деревни, им придется заплатить высокую цену, если решаться напасть или начнут что-то вынюхивать.

Еще беседа с русалками навела меня на странные мысли, они утверждали, что остальные артефакты были забраны по приказу Райана Валруа, но дракон и демон в один голос клялись, что таких приказов тот не отдавал. А не верить им у меня не было причин, впрочем, как и русалкам. А значит, Велиар играет за спиной Райана.

Мои мысли все время скакали с одного события на другое, то я вспоминала свой сон, который дарил мне крылья, то принцессу, которая была невероятно милой, доброй и отзывчивой, то возвращалась к матушке, чья усталость не давала мне покоя.

— Привал! — объявила я.

— Еще рано, — возмутилась Софи.

— Привал, — строго повторила я, и судя по взглядам своей команды, они согласились со мной. Матушке нужен отдых.

Парни споро соорудили места для сидения из брёвен и своих плащей, а Элайза взялась за костер.

Пенелопа же, без лишних напоминай прошла к Софи и взялась ту осматривать.

— Ваш резерв, госпожа Ратовская, — удивлённо прошептала она, — магия не ушла…

— Что ты сказала? — одновременно выдохнули мы.

После ритуала, подруга качала головой и плакала, потому что после осмотра, вердикт был неутешительным — Софи утратила магию, выгорела, отдав свою силу без остатка.

— Это удивительно, но каналы срастаются, аура хоть и разорвана, но… — Пенелопа нахмурилась и выпрямилась. — Никаких возражений, вам нужен минимум трехдневный отдых, если хотите сохранить магию.

— Никаких возражений, — подхватила я реплику подруги. — Мы разбиваем лагерь.

— Хейли!

— Я сейчас возьмусь за вашу метёлку, матушка, — шутливо пригрозила я и умоляюще попросила: — пожалуйста. Обещаю, мы успеем вовремя.

— Хорошо, — сдалась она, а по ее щекам потекли слезы.

Чтобы не говорила волчица, но остаться без своего дара, ей было сложно. Пусть она все приняла безропотно, однако… Это тоже самое что лишиться части себя, руки или ноги — невозможно тяжело, особенно, когда ты всю жизнь прожил с магией.

Пенелопа поспешила к остальным объявить новость и начать приготовления к ночлегу, пока я вызывала Асгара и просила того, чтобы к нам вернулся дракон.

Несмотря на летнее время, ночи в лесу были холодными. А насколько я поняла из обрывков разговора демона и Коши, они пока не нужны Райану, тот все еще изображает принцессу Риэлу.

По большому секрету дракон не удержался и рассказал мне эту тайну, а заодно и том, как он отбивается от лже-принца. А еще любимый нашел Мэтта и на днях должен переправить его в академию.

Успехи Райана радовали и в тоже время печалили, потому что по его задумке, я не должна знать ни о чем, что с ним происходит. Он намеренно отгораживался от меня, полагая, что моя помощь ему не понадобится. Как будто блуждающие стихии даны мне просто так. Я ведь готова к борьбе! Готова помочь ему изгнать Велиара!

Я очень много думала. Вспоминала лекции по демонологии, сопоставляла факты и информацию, которую давали Асгар или Коша и пришла к однозначному выводу, что сущность Велиара — древняя. Он старше и Эльхора, и Хеллы. Это он управлял ими, ему было выгодно стравливать двух людей, когда-то любивших друг друга. Правда, пока я не находила ответа на вопрос «зачем»?

К сожалению, ни мой дракон, ни Асгар замысел Велиара не раскрыли. Впрочем, была еще вероятность, что они молчат, потому что не могут нарушить клятву, данную Эльхору и Хелле. Потому что каждый из них был привязан и служил Богу. И пусть прошло много времени, но Безымянный Бог и Богиня Сияющая могут воскреснуть. Две статуи, охраняемые мастером, появились не просто так.

Вейра Сумеречная, погибшая пара Дрейка Рассветного, отдала свою жизнь и доверила тайну Альгару, но интересно, все ли она рассказала ему или только часть правды?

Мы виделись с мастером несколько дней назад, у ворот в Деревню Полукровок. Софи специально не пустила его на свою территорию и все правильно сделала. Сомневаюсь, что без объяснения причин мастер бы оценил наши поступки в укрывательстве принца и принцессы. На данный момент, быть с ним откровенными до конца, не представлялось возможным.

Я держала Софи за руку, а сама наблюдала за Асакуро и Ривэном. Неудивительно, что я вспомнила о Дне Скорби, почти год назад Зорий со своей свитой сооружали точно такой же шалаш, разве, несколько меньшего размера.

Девочки споро распределяли можжевеловые лапы, часть которых после укрывали пуховыми одеялами, их у нас было целых два. Конечно, на всю площадь шалаша не хватило, но подруги устраивали мягкую лежанку для матушки, а мы обойдемся и плащами. Благодаря Софи мы путешествовали не налегке. У каждого из нас был скарб, который мы тащили. Парням досталось самое тяжелое, а между девочками разделили провизию и лекарственные снадобья да травы.

Пока мальчишки укрепляли «стены» нашего временного пристанища, проверяя те на прочность и ветростойкость, Элайза и Пени вернулись к вещь-мешкам.

— Зря ты Кошу позвала, — вдруг заявила Софи. У нее были закрыты глаза, и она едва шептала.

— Почему? — я осторожно провела рукой по взмокшему лбу мамы и нахмурилась.

У нее температура!

— Он сейчас нужнее там.

— Мама, Коша к нам ненадолго, — заверила ее, а сама призванным ветерком, вырвала из рук Пени небольшое полотенчико. Хорошо подруга не закричала от испуга, а оценив ситуацию кинула в мне флягу с водой.

Я быстро смочила полотенце и осторожно отерла лицо Софи.

Я знаю, что с ней сейчас происходит. Меня ведь тоже так лихорадило, когда я перерасходовала свой резерв. Битва с элементалями во дворце забрала почти все, оставив крошки, которые не желали гаснуть. Тогда Райан ухаживал за мной…

Я мотнула головой, прогоняя мысли о нем, сейчас мне важна только Софи, которая забылась тревожным сном.

* * *

Потрескивал костер, у котла суетилась Элайза. А Пенелопа что-то искала в одном из мешков. Издав победный клич, девушка вытащила на свет длинный уродливый корень и деловито закинула его в котел. Даже знать не хочу, что это такое.

Минут через пять, подруга бросала травы, которые ей любезно подавала Элайза.

В какой-то момент я почувствовала себя лишней.

Парни заняты делом, девушки перешептываются и варят отвар, одна лишь я пользы не приношу. Софи тихо дышала, ее не бросало в жар и манипуляций с полотенцем уже не требовалось. Чуть позже, мы осторожно перенесем ее в шалаш, а пока, я тоже должна сделать хоть что-то…

Но придумать ничего не успела. Налетел ветер, чуть не потушивший костер, я едва успела придержать на Софи плащ, как все стихло.

А минут через пять к нам выбежал Коша.

— Простите, — виновато выдохнул он, — нужно было не так близко подлетать.

— Все в порядке, — в один голос заверили ребята, а я, подскочив к дракону сжала того в объятьях.

Вот с ним-то, я себя лишней чувствовать точно не буду.

— За-ду-шишь!

— Прости.

— Хейли, у нас все готово, — Асакуро указал на шалаш, — нужно переносить Софи, а после я отправлюсь искать воду.

— Не нужно искать, — Асгар появился неожиданно, — ключ далеко от вашей стоянки, я покажу, но ты пойдешь в волчьем обличье.

— Хорошо.

Осторожно мы перенесли Софи в шалаш. Коша расположился у нее под боком, причем, не собирался перевоплощаться в большого дракона, хотя ребята специально для него сделали наше убежище большим.

— Правильно сделала, что позвала, — когда Ривэн отправился собирать тару для воды, а Асакуро ушел за кусты оборачиваться, сообщил мой страж. — Ты, кстати, рядом ложись, будем восстанавливать ауру.

— Я же не целитель, — испугалась, потому что боялась навредить матушке.

— У тебя для этого Пенелопа есть, — отмахнулся Коша. — Резерв Софи практически на нуле, там едва тлеют искорки, Хейли… И эти крохи пытаются залатать дыры в ауре. Мы лишь поддержим ауру, пока резерв наполнится хотя бы на четверть.

— Говори, что мне делать.

— Для начала дождаться тонизирующего от Пени, она как раз его варит. Пока ложись с другого бока, мне нужно настроиться и поймать поток.

«Ловил поток» Коша минут пятнадцать. Я в это время боролась с тяжёлыми веками. Не думала, что я так сильно устала за эти дни. Впрочем, нет, я устала, но мне казалось, что я еще долго выдержу в подобном темпе. Однако, организм имел свою точку зрения. Я вскользь удивлялась накатившей сонливости, пока не ощутила, что дракон использует меня в качестве подпитки.

— Коша, предупреждать же надо, — выдохнула я.

— Сейчас пройдет, — заверил меня старый интриган. — Вон и Пени несет отвар.

Осоловелым взглядом обвела наш шалаш и медленно села. Не знаю, когда «оно» там пройдет, но спать хотелось просто невероятно. Слабость накатывала волнами и сопротивляться ей совершенно не хотелось.

— Хейли, тебе три глотка, — вдруг произнесла Пенелопа, — остальное — для Софи.

— А мне зачем?

— Чтобы не спала, — фыркнул страж.

Мне не оставалось ничего, кроме как подчиниться.

Ну что сказать… пойло Пенелопы я не выплюнула только потому, что она внимательно на меня смотрела, следя за тем, как я проглатываю дурно пахнущую жидкость.

— Это ужасно, — скривилась я, отдавая ей чарку, — не представляю, как мы напоим Софи.

— Молча, Хейли, — буркнула подруга.

Обиделась на мою оценку ее трудов.

Но я не устыдилась, варево на вкус кошмарное!

Спустя десять минут задача была выполнена, и в отличие от меня, Софи не плевалась, наоборот, жадно глотала отвар.

Пени победно глядела на меня, мол, смотри, госпожа Ратовская не станет употреблять гадость.

— Постарайтесь нас не беспокоить два-три часа, — когда подруга поползла к выходу из шалаша, попросил дракон.

— Хорошо.

Я устраивалась под боком матушки, слушая ее сопение и чувствуя холод ее кожи. Она мерзла, а может, ее знобило. И если второе — то укрывать ее теплыми одеялами совершенно не стоит.

— Мерзнет, — развеял мои сомнения друг. — Двигайся ближе, ты станешь связующей, раз Софи назвала тебя дочерью.

— Это все, что ты мне скажешь?

— Ты поймешь, что нужно делать, — заверил дракон, — пока постарайся расслабиться.

Страж никогда меня не обманывал, и на этот раз, он был прав. Я действительно поняла, когда началась подпитка ауры Софи. Сложно не понять, когда чувствуешь себя солнышком, от которого к матушке тянутся множество лучиков и окутывают ее плотным коконом.

И не страшно, что этими лучиками была моя магия и моя аура. Слияния — вот чего хотел добиться Коша.

Все получилось. На недолгое время наши ауры стали единым целым, что позволило организму матушки и ее магическому резерву не распыляться, латая дыры, а концентрироваться в одном месте.

Я старалась лишний раз не шевелиться, чтобы не разорвать слияние и не помешать процессу восстановления магии.

Многое из того, что я видела — я не понимала. Будь на моем месте Пенелопа, думаю, она бы с живейшим интересом наблюдала, как срастаются разорванные потоки, как по капельке образуется магическая энергия внутри Софи, и какими яркими цветами переливается ее аура. Механизмы всего происходящего были мне чуждыми, я все воспринимала как чудо, в то время как целители точно знали, что происходит.

Наверное, я завидовала тем знаниям, которых у меня не было.

— Не засыпай, — шепотом потребовал Коша. — Еще рано отдыхать, это только начало.

— Разве? — так же тихо спросила, — на первый взгляд все приходит в норму.

— То, что ты сейчас видишь — лишь границы того, что предстоит обхватить. Впереди наполнение, а затем и закрепление.

Я мудро решила не вдаваться в подробности, все равно досконально ничего не пойму, а вот тратить время на разговоры — чревато. Можно забыться и повернуться, тем самым навредив хрупкой связи.

К концу второго часа у меня онемели руки и ноги, а голова шла кругом. Я и предположить не могла, что подобное слияние отнимет так много магической энергии! Впрочем, я как обычно, вообще не думала о том, как отразиться на мне помощь ближнему, все мои мысли были о дорогом и любимом человеке.

— Коша, Хейли стоит выпить отвар, — я пропустила появление Пенелопы. — Я напою ее.

— И Софи не помешает, — отозвался друг, а я слабо пошевелилась.

М-да, лучше бы и не пробовала. Кряхтя и проклиная на все лады неудобную позу с помощью Пени мне все-таки удалось сесть и даже выпить отвар. На этот раз его вкус и запах не показался мне противным. Волшебство, да и только!

Я механически отметила уход подруги и шепотки парней, переживающих за нас, когда меня накрыла первая волна боли.

— Коша! — мысленно позвала я, когда смогла выдохнуть. — Что это?!

— Потерпи, Хейли, мне тоже больно.

Пока я раздумывала над словами дракона, меня скрутило второй волной боли. Мысли и вопросы вылетели из головы, потому что тело буквально выкручивало спиралью, а я еще пыталась концентрироваться и не разорвать связь с Софи.

Кто бы мне сказал, что это так больно! Я всегда полагала, что магия может все! Вот ты сделала пару пассов, прочла заклинание, затратила резерв и больше никаких последствий!

Теперь — то понятно, почему леди Меган выглядела после наших процедур как выжатый лимон! Целители мало того, что оттягивают на себя боль пациента, так еще и отдают приличный магический запас! И все это молча, терпеливо, как должное!

Глупая. Многие ведь думают, что и Стражам все просто дается, так почему другие специальности казались мне легкими и не связанными с рисками? Наверняка и у магис, и у артефакторов есть проблемы и последствия! Ничего не дается просто так, каждый из нас платит за свою магию и конечный результат: резервом, болью, жизненной силой.

Я молча терпела агонию, разделенную на троих. Все, о чем я могла думать, так это о том, что одна бы матушка не справилась. Не справилась бы и лишилась магии. Потому что магия заставляла ее перерождаться, заново принимать себя и не постепенно, как при рождении и взрослении, а сразу, большим потоком!

Благодаря Райану я не познала всю прелесть снятия печати, только сейчас я поняла, что он забрал мою боль. Он не дал мне окунуться в водоворот болезненной энергии, оттянул все на себя… Вот почему я пробудилась бодрой, вот почему сразу рванула сдавать экзамены… Те дни, что я не приходила в себя после ритуала, второй принц ухаживал за мной, делал все, чтобы, очнувшись, я смогла и поступить в академию, и нормально мыслить, и двигаться, причем даже не подозревая, что он для меня сделал!

— Так и есть, — Коша, как и всегда бесцеремонно вломился в мои мысли. — Его потом два дня лихорадило.

— Откуда знаешь?

— Для меня не является тайной ни его прошлое, ни его мысли. — После недолгой паузы признался друг.

— Ты стал его стражем?

Я не знаю, чего испугалась больше, своего предположения или подобной возможности. Во мне взыграла жадность и собственничество. Коша мой! И даже с Райаном мне его делить не хотелось!

— Успокойся. Ты забыла кто меня создал?

— Эльхор…

— А чью силу пробудил Рай?

— Безымянного.

— И?

— Я поняла, у вас есть связь, потому что ты порождение Безымянного, а он — хранит его дар и даже пользуется им.

Но ревность неподконтрольное чувство. Я уже не удивилась, когда вдруг осознала, что ревную не только дракона к Райану, но и Райана к дракону. Ужас какой-то!

Наглый страж смеялся над моими мыслями. Ему-то смешно, а мне вот и стыдно, и не стыдно. Я запуталась в себе и в том, что ощущаю.

— Никуда я от тебя не денусь, Хейли. — Мирно заявил дракон. — И ты от меня тоже.

— Угрожаешь? — я улыбалась, совершенно забыв о боли.

— Обещаю.

Очередную волну судорог я встречала с улыбкой. Да, мне было больно, да поток отданной магии усиливался, создавалось впечатление, что из меня тянут все, что можно и нельзя, но я верила, что все закончится правильно. Не хорошо, а именно правильно — так, как и должно.

— Хейли, ты обязана оставаться в сознании, — напомнил дракон, выводя меня из полудремы. — Хочешь, я расскажу тебе о Райане.

— Это подлый прием, тем более, я дала обещание не просить…

— Увы, но твое любопытство поможет тебе не заснуть и не упасть в обморок. К тому же…ты не просишь, а я предлагаю.

— Коша, тебе ведь также плохо, как и мне, а ты еще пытаешься мне помочь…

— На то я твой страж, — гордо заявил он. — Ну так что, хочешь посмотреть, как Райан отбивается от лже-принца?

— Посмотреть?!

— Именно…

— Конечно хочу!

На этот раз дракон не перенес меня в субпространство, он просто выделил мне место в своей голове! Это сложно объяснить, но я находилась в своем теле, а вот мой разум — в теле дракона. Мы соседствовали вместе, и я даже видела, сущность своего стража.

— Коша, это ты? — зачарованно выдохнула я, глядя на большого, красивого дракона.

Его черная чешуя блестела, крылья были сложены, мощная шея лежала на лапах, но мне хватило одного взгляда, чтобы понять, что передо мной дракон в самом пике силы. Я не видела его таким в реальной жизни. Ни в маленькой версии себя, ни в большой…он не был так прекрасен и так полон энергии!

— Нравлюсь?

— Очень!

— Поверь, ты тоже прекрасна! А теперь, иди сюда.

Непередаваемое ощущение слияния двух сознаний! Чем я там к нему шла, каким образом умудрилась сохранить проекцию своего тела, и как вообще называлось то, что мы сделали, но итог…

— Это похоже на то, как я соединялась с Асгаром, только он поглощал меня, я будто внутри была, а сейчас мы…мы одно целое.

Я с удовольствием вертелась на месте, разглядывая крылья за спиной, при этом сохраняя тело человека, разве с небольшими отличиями.

— Ты делилась дыханием, а не сливалась сознанием, — мой, нет наш рот, произнес голосом Коши. — А теперь расслабься и позволь мне показать. Будем смотреть на мир глазами Райана. И еще, можешь думать, но говорить не смей, иначе, он поймет, что мы подглядываем. Моя с ним связь обоюдная, но я могу скрыться, когда хочу.

Удобно!

— Хорошо, — мысленно ответила ему.

Впрочем, я была здесь мысленно, не веря до конца, что это вообще возможно! Для меня все случившееся казалось невероятным происшествием. А уж то, что мы сейчас еще и на Райана посмотрим!..

И все бы хорошо, да только новый залп боли заставил зажмуриться.

— Хейли, абстрагируйся от боли, они никуда не денется.

— Попытаюсь, — пообещала, надеясь, что получится, потому что уверенности не было. Мое тело не давало забыть о том, что с ним происходит.


Глава 12

Райан Валруа


— Туже! — скомандовал я, и вдохнул. — Туже, Асгар!

— Да куда еще-то!

— Куда надо! — выдохнул, а демон отпрянул. Голова немного кружилась, следовательно, друг прав, необходимости туже затягивать корсет не было.

Я утер взмокший лоб, а второй рукой продолжал цепляться за прикроватный столбик.

Сущая пытка эти платья с корсетами! Пытка и в тоже время — защита!

Лишь раз надев легкое струящееся платье, я трижды пожалел и понял, почему вдруг принцесса вернулась к старому стилю и моде!

Противные касания лже-принца выводили из себя, а если учесть, что столичная мода практически не оставляла простора для воображения…

Я был ощупан со всех сторон и только моя выдержка, а также память о том, что в конспирации есть огромная необходимость, позволили мне до конца сыграть свою роль, не убив паразита, в обличье моего брата, раньше времени!

Ровно с того дня я перестал кривиться при виде корсета, с радостью безумца облачаясь в наряд, который существенно стеснял мои передвижения и практически всегда мешал нормально дышать.

Однако… оно того стоило! Даже мимолетные касания «жениха» проходили вскользь, оставаясь лишь призрачным следом на одежде, а не горящей памятью на коже!

Чтоб его черти побрали! И его, и моего отца!

— Ваше высочество, может, все-таки ослабить? — разглядывая мое покрасневшее от гнева лицо, спросил Асгар.

Он, кстати, больше не улыбался и не смеялся, в отличие от того же дракона, который не скрывал своего веселья, слушая мои злоключения во дворце. Я доверял Дрейку Рассветному и что скрывать, периодически ему жаловался, понимая, что тот забирает часть моего негодования и злости, тем самым помогая выдержать очередной день безумной пляски в сохранении девичьей чести!

Кто бы мне сказал, что однажды я стану этого опасться!

Но мое нахождение во дворце сводилось к одному — к огромному желанию помешать отцу и лже-принцу скомпрометировать принцессу Риэлу, а отсюда и к противостоянию предпринимаемым ими попыткам. Только благодаря королеве и леди Илоне, настоящей Риэле удавалось отбиться от грязных инсинуаций и домогательств.

Мерзко! Черт все побери, как же мерзко!

— Ослабь, — хрипло попросил, быстро сообразив, что перестарался с утяжкой. Перед глазами плыла комната, а пол вот-вот обещал приблизиться к лицу.

Пока Асгар ворчал за моей спиной и дергал шнуровку, я размышлял над тем, что сегодня для меня приготовил король и лже-Элдрон.

Меня крайне волновал вопрос, что из стоящего на столе во время ужина, я смогу съесть без опасений… вынужденная диета бесила! Нахождение во дворце — бесило! Постные рожи придворных — бесили!

Каждый раз при виде отца я мысленно убивал его тысячью способов. За все! За мать, за братьев, за желание угробить свой народ и поработить мир! За сговор с тварью, которая сильнее всех Стражей вместе взятых, но почему-то требующей моего одобрения и воскрешения силы Эльхора…

Ненавижу! Всех ненавижу!

— Принцесса, — Асгар проявился у моего лица.

— Что?! — рявкнул не сдерживаясь, выплескивая не нашедший выход гнев.

— Самозванец ожидает в коридоре.

— Опять?!

Я простонал. Сколько раз я уже пытался отделаться от его сопровождения? Множество! Бестолку. Этот придурок с настойчивостью носорога отмахивался от всех моих доводов, выгонял всех леди, которыми я пытался прикрываться…

— Хотелось бы мне, чтобы атака была за ужином, а не до его начала. — Скорбно вздохнул и направился к зеркалу.

Строго осмотрел себя, поправил выбившийся локон, а затем, остервенело потянул лиф вверх. Зачем юной девушке такие открытые декольте! Огромнейший минус нарядов и моды! Но…грудь — неприкосновенна, пожирать ее глазами ублюдок, выдающий себя за моего брата, может, а вот потрогать — нет.

— Рай…

— Риэла, — поправил Асгара.

— Может… — демон осекся, поймав мой взгляд.

— Не может, — отчеканил я. — Мы придерживаемся основного плана. Я не могу сейчас раскрыть себя и уничтожить их. Только всех, только одним махом.

— Не выйдет, в Четвертом соберётся максимум половина.

— Половина явно лучше сотой доли, даже с «верхушкой» в виде короля.

— Тогда… — Асгар сжал кулаки. — Удачи, мой принц.

Я кивнул и плавно направился прочь из покоев.

За эти дни я хоть и не в совершенстве, но овладел искусством медленного хождения в длинных платьях и на каблуках. И пусть моя походка была далека от изящества и грациозности, я больше не падал, а юбки не цепляли столы с вазами. Достижение, я считаю!

И все же…Хейли я надевать корсеты не позволю! Нечего портить фигуру этой гадостью, да и издеваться над организмом! Даже, если вдруг ее фигура раздаться, пусть только попробует втиснуть себя в корсет, спалю ее наряд на месте!

Мысль об обнаженной Хейли мне понравилась. И в коридор я вышел улыбаясь…

— Ваше высочество, вы простили меня, — счастливо заключил «принц» и облобызал поданную руку.

«К демонам приличия! Этот мерзавец решил, что я рад его видеть!» — отдернул свою длань и проигнорировав вопрос направился в столовую.

— Принцесса Риэла, — отчаянно воскликнул тот, в ком я видел падение своего королевства, — скажите, как я могу загладить свою вину? Ваша обида колет мое сердце, лишает разума… Я так виноват.

А виноватым он считал себя за то, что в порыве уклониться от его настойчивых поцелуев, я в итоге перевернул стол и на меня выплеснулось содержимое графина. Гранатовый сок эпично смотрелся на подоле моего платья. Такими кровавыми брызгами. Помнится, я, блаженно улыбаясь, представлял, что это и есть кровь. Кровь одного настырного, абсолютно лишенного воспитания мужчины с козлиной бородкой! О да! Я пробил и вторую личину предателя, посмевшего изображать из себя Элдрона и теперь точно знал кто передо мной!

— Ваше высочество, мое сердце…

— Достаточно. — Прервал мужика на полуслове. — Я дала обет Богине, что с сегодняшнего дня и до брачной церемонии, не позволю никому из мужчин коснуться меня, в том числе и жениху. Обеты нельзя нарушать, в противном случае, свадьбы не будет!

Лже-Элдрона перекосило. Он даже не пытался скрыть эмоции и как-то взять себя в руки. Впрочем, а не удивительно, учитывая то, кто на самом деле стоит передо мной!

Он никогда и не отличался умением вести себя прилично!

Лорд Кравен Сойса, прозванный тараканом, за свою тощую фигуру, козлиную бородку и длинные усы, а также вечно «бегающий взгляд».

Он же был одним из тех, кого я посадил за решетку и отобрал земли. Он входил в свиту лорда Рейга, занимавшегося работорговлей и рабовладением!

Ну отец!

— Райан, — успокойся, попросил Асгар мысленно.

Я крутанулся на месте и устремился по коридору. Говорить что-либо еще не следовало. Этого и так достаточно. Пусть в себя приходит, подхалим отца, пока я не сорвался и не надавал по шее. Скорее не сжег заживо.

Выслужиться решил, стать королем в Четвертом Королевстве. Пусть фиктивным, но тем не менее! Получить юную принцессу в свои липкие руки!

— Спокойно! — опять потребовал Асгар, а я остановился, чтобы отдышаться.

Действительно, нужно брать эмоции под контроль, иначе испорчу все, ради чего терпел этот маскарад!

Хмурый «принц» нагнал меня у дверей столовой, где уже собрались подданные. Итак, король запаздывал. Я ответил на приветствия и прошел к леди Илоне. Единственная поддержка в этом дурдоме. Человек, которому известно если не все, то многое.

— Принцесса Риэла, вы прекрасно выглядите, — дежурно склонилась бывшая куртизанка и шепотом добавила. — Я не смогла его перехватить, простите.

— Все хорошо, — так же тихо ответил. — Он не прикоснется ко мне. Обет, данный Богине нельзя нарушать.

— Отличная идея, — улыбнулась леди Илона. — Как жаль, что она не пришла нам в голову раньше.

Я не успел ответить, склонился в реверансе, приветствуя короля и мысленно чертыхался на все лады. Как же все это муторно! Реверансы, поклоны…

Стоишь, согнутый, ожидаешь, а спина в это время немеет, ноги дрожат. Еще и улыбку легкую на лице удерживать должен…

В столовую я заходил, сдерживая стоны. Я никогда не привыкну к каблукам.

Моим спасением стал стул, на который я, совершенно не плавно, ни разу не изыскано, опустился.

Но никто ничего не заметил. Мой «жених» тоскливо переглядывался с его величеством, а остальные старались не смотреть в их сторону.

Да, при короле ни слова о его самодурстве и сомнительных приближенных, а вот за его спиной… Зреет восстание, которое возглавляет Арлгай.

Хорошая попытка. Да только он как-то совсем забыл о принцах, списав нас со счетов. Впрочем, будь я на его месте, поступил точно так же.

Первый принц помешался на ее высочестве Риэле, и совершенно не занимается делами. Второй принц объявлен безумным и заточен. А третий, еще мальчишка, опозорившийся на весь двор. Ее же величество слегла от тяжелейшего недуга.

Выбор невелик, конечно, только вторая древняя кровь может возглавить королевство.

Если бы не одно «но». И даже не одно.

Я не сумасшедший, Элдрон не инфантильный влюбленный, а Мэтт был одурманен настойкой.

Мама же…а вот мама, как раз-таки заточена!

Я был хмур и немногословен. Вообще, все совместные приемы пищи отличались мрачной атмосферой и лаконичностью. Если кто-то и пытался создать непринужденную обстановку, вести светский разговор, то быстро бросал попытки.

Все мы ощущали надвигающуюся беду. И если я знал, что должно произойти, то многие лишь гадали. А некоторые были втянуты в заговор и лишний раз не желали высовываться.

Благоразумно.

Ужин шел своим чередом, я же полностью погрузился в размышления. Агитация народа королем прошла превосходно. Армия, вдохновленная якобы милостью Богини и Хелли Сизери, которая несла в себе божественную силу, с каждым днем становилась больше. В нее шли все: от простого крестьянина и ремесленников до знати. Каждый хотел быть частью великого действа!

И лишь ограниченный круг знал, что на самом деле творится во дворце и какой беспредел учиняет тот, кто клялся беречь, защищать и помогать своим подданным.

Лорду Максу и леди Хелене пришлось бежать, бросив свое имущество, потому что они отказались принимать участие в порабощении всего мира и единоличного правления отца.

Глядя на того, кем когда-то восхищался, я задавался вопросом, а знал ли я настоящего короля? Как давно в нем живет эта страсть к власти? Давно ли он мечтает о мировом господстве и почему для осуществления своей цели выбрал полонение Безымянному Богу.

Я не мог предотвратить его жертвоприношения. Я видел все, что учинял он, желая пробудить свою кровь. Слепо следуя указам жрецов и теряя остатки человечности.

И во всем этом, он был уверен, что сможет взять надо мной контроль. Знал, что я обладаю даром Утратившего Имя, его магией и мощью и все равно полагался на то, что сумеет отобрать ее у меня.

Велиар непременно знал обо всем. Знал и толкал меня на тропу кровавой войны. Зачем же она ему? Что этим он добьется?

Мне было искренне жаль тех, кого король обманом втянул в свою игру, я заранее болел из-за того, что планировал сделать. И оплакивал их, потому что не выживет никто.

— Ваше высочество, — леди Илона обращалась ко мне и, судя по всему, не в первый раз.

— Да, леди Илона?

— Я хотела предложить вам пройтись по саду. Для спокойного сна полезна прогулка на свежем воздухе.

— Конечно, — я постарался доброжелательно улыбнуться.

В последнее время у меня не получались улыбки, даже если я был благосклонно настроен к собеседнику. А леди Илона достойна не только уважения, но и искреннего расположения!

— С удовольствием составлю вам компанию, — вклинился лже-Элдрон, а моя улыбка сошла на «нет».

Однако я успел уловить лукавый отблеск в глазах бывшей куртизанки и понял, что целью был не я, а мой «жених».

— Да, ваше высочество, — мягко произнесла леди, соглашаясь с его вторжением, — это честь для меня.

Интуиция подсказывала, что вечерний променад для Кравена Сойса станет незабываемым. Одно плохо, репутация принца и так уже подорвана и очередное унижение может привести к тому, что вернувшемуся Элдрону придется долго ее восстанавливать.

Я вздохнул, борясь с собой. Должен ли я вмешаться?

С одной стороны, не хочется, если уж я взвыл в образе принцессы Четвертого Королевства от постоянных домогательств лже-принца, то через что прошла сама Риэла даже представить трудно.

С другой стороны, подорванный авторитет Элдрона, да что там, всех принцев. На данный момент его нет. Я неоднократно слышал смешки и грязные сплетни о нас.

Я задумался, когда мы все вернемся, поддерживая друг друга, никто не посмеет и рта раскрыть в наш адрес. Настоящий Элдрон как был «ледяным» принцем, хватким, сильным, так им и остался, а значит, сумеет вернуть свои позиции и уважение.

Сейчас же мне важно, чтобы меня не домогались, а значит, все методы хороши, в том числе прилюдное унижение Кравена.

С этими размышлениями я встал из-за стола, вовремя отпрянув от настойчивой руки лже-Элдрона. Наглый самоуверенный тип, которому обеты данные Богине, кажутся незначительными. Хоть бы вид сделал при придворных, что склоняется перед волей Сияющей. Злость застила глаза. Как отец мог поступить так со своими сыновьями и своей королевой? Или рассчитывает на новых потомков?

Меня передернуло, и я клещом вцепился в руку леди Илоны. Она понятливо улыбнулась и прошептала.

— Одно ваше слово…

— Делайте то, что задумали, — так же тихо ответил ей.

* * *

Хейли Сизери


Не сразу смогла поверить, что действительно смотрю на мир глазами Райана. Это было так странно, удивительно и необыкновенно!

Мы находились во дворцовом саду, в самой его гуще. Рай с сопровождением медленно брел вдоль клумб с цветами, деревьев и широких скамеек. У меня сложилось впечатление, что их движение имеет конечную цель. Потому что идут они уже долго, а на все предложения его высочества Элдрона отдохнуть, отвечают категоричным отказом.

Внутри зрела убежденность, что сейчас что-то будет. И явно не в пользу самозванного принца.

Вскользь поразилась тому, как любимый относится к леди Илоне. Он был ей благодарен. Бывшая куртизанка и мать Пенелопы явно взяла опеку над принцессой. И у меня возник лишь один вопрос, знает ли она кто под личиной ее высочества?

В любом случае, я затаила дыхание, ожидая, чем закончится прогулка Райана.

— Принцесса, не желаете присесть, — леди Илона улыбалась и указывала на беседку.

— С удовольствием, — вторил ей Райан.

А я вдруг отчетливо ощутила дискомфорт из-за корсета и долгой ходьбы.

Ничего себе! Я не просто нахожусь в сознании Райана, я еще и чувствую все то, что испытывает он!

Мои мысли подтвердились волной неприязни, которая возникла у любимого при взгляде на лже-принца.

А что самое прекрасное в беседке обнаружилась пожилая леди! Я терялась в догадках, кто же это может быть. А вот Райан едва сдерживал смех, потому что лицо мужчины, играющего роль наследника натурально перекосило, и он весь поник, сжался словно был готов то ли к нотациям, то ли к порке!

— Ваше высочество, позвольте вам представить леди Вайлену Сойса, гордость нашего королевства и пример для подражания юным леди. — Торжественно возвестила мать Пенелопы.

Самое интересное, что представленная леди недобро посмотрела на бывшую куртизанку и поджала губы, но сделала идеальный реверанс и застыла в ожидании позволения подняться.

Глядя на нее Райан восхитился и даже позавидовал, ведь она в старомодном платье с кринолином и тяжелыми юбками, идеально ровно держала спину, к тому же дискомфорта не испытывала.

Но я-то знала, что ей совершенно неудобно! Нас детства учат контролировать эмоции и терпеть! Просто у нее уже вошло в привычку!

— Мне очень приятно познакомиться с леди, которая воспитала не одно поколение. Вы провели потрясающую работу, — тем временем выдал Райан, — а ваш метод обучения переняло и наше королевство.

И вот только тут до меня дошло, кем является эта леди!

Я слышала о ней во время первого визита во дворец. Откровенно говоря, нас постоянно запугивали ею и заявляли, что будь она в столице мы бы не посмели попрать этикет и традиции. А мы не понимали, потому что вели себя безукоризненно, во всяком случае, нам так казалось. Именно леди Вайлена занимается обучением фрейлин и прислуги, а также родовитых девушек, которые имеют слабый магический дар. За глаза леди не величают никак иначе как «трехглавый пес в юбке», она муштрует фрейлин так, словно те солдаты на военной службе!

Видя безупречные движения, плавные короткие взмахи руками, идеальный наклон головы, подходящую случаю улыбку, я понимаю, как далека от совершенства и что на фоне нее я буду выглядеть самой необразованной деревенщиной!

— Ваша похвала — бесценна, ваше высочество, — и женщина вновь опустилась в реверансе, принимая комплимент.

— Какой удивительный аромат, — улыбается Райан, глядя на столик в беседке. — Я восхищена вашим вкусом, все идеально! Скажите, а вы не хотели бы руководить подготовкой и сервировкой праздничного стола на нашей свадьбе?

По тому как заблестели глаза леди Вайлены, она не только хотела, но явно рассчитывала на такое предложение.

— Я почту за честь, ваши высочества.

Вскользь Райан заметил, как довольно хмыкнула леди Илона, и как задрожал лже-Элдрон.

За все время он не произнёс ни слова, и это не осталось незамеченным. Пожилая леди внимательно следила за ним и ее взгляд мрачнел. Мне оставалось только гадать, что это значит, потому что Райан внутренне ликовал! А следовательно он прекрасно осведомлен, что происходит и что последует дальше!

— Прошу к столу, — принцесса буквально лучилась радостью.

Словно по команде в беседке объявились слуги. Я даже пожалела их, они кидали затравленные взгляды на леди Вайлену и очень переживали.

Напрасно, так как они виртуозно справлялись со своей задачей. Так ровно и осторожно разливали чай, что даже лишней капли не попало в чашку — идеальный объем, ровно по каемке!

Помнится мне, что во время моего пребывания, слуги могли и несколько капель проронить на скатерть, а здесь…будто их жизнь зависит от того, как они выполнят свою работу!

— Сегодня чудесная погода, — издалека начал Райан, — мне говорили, что это редкость для столицы.

— Ваше высочество, в Первом Королевстве умеренный климат и даже летом не бывает знойно, что положительно сказывается на здоровье подданных.

— И, конечно, на плодородности земель.

— Несомненно.

Взгляд пожилой леди устремился на принца, который не мог справиться с дрожью, и его чашка была опрокинута.

— Замените, — приказала леди Вайлена, и прищурилась.

Лже-Элдрон резко выдохнул и опустил плечи.

Судя по его поведению, он отлично знаком с ней и переживает, что та его узнает. Мало того, он ее боится! И не может одолеть свои эмоции!

— Ваше высочество, прошу прощения, но вам нездоровится?

— Что вы, леди Вайлена, я чувствую себя превосходно, — улыбка принца была жалкой, вымученной и нервной. Мало того, он ответил ей слишком быстро, прожевав последнее слово.

— Его высочество впечатлен моим обетом, данным Богине Сияющей, — мило проворковал Райан. — Я желаю крепости союза наших королевств, а потому отказалась от всяческих прикосновений жениха. К тому же, мне не подходят вольные манеры, я сторонница традиционных отношений несмотря на то, что являюсь магом.

Все! Леди Вайлена буквально растаяла от этих слов! А уж каким суровым взглядом она наградила лже-принца!

— Благодарю за доверие, ваше высочество.

Пожилая леди явно решила, что ей доверили тайну.

Дальнейшая беседа текла непринужденно и не несла в себе смысловой нагрузки.

И вместе с тем, на самозванца было страшно смотреть. Он ловил каждое слово и движение леди Вайлены и вздрагивал. Я задавалась вопросом, кем же ей приходится самозванец, а Райан получал удовольствие от происходящего.

Наконец, Райан посчитал, что прогулку пора завершать и попрощался с леди Вайленой.

Принца, который попытался уйти вместе с принцессой, не пустила леди Сойса.

Я не понимала причин веселья любимого и его тихого злорадства, ровно до того момента, пока он с леди Илоной не скрылся с глаз оставшейся парочки.

А затем они вообще спрятались под пологом невидимости и стали наблюдать за происходящим в беседке!

— Как ты догадалась, Илона? — шепотом спросил Райан, а я напрягалась.

Он так неофициально общается с леди Арлгай? — Элдрон мальчишкой был абсолютно несносным, непослушным, что мама в итоге отдала его на воспитание леди Вайлене, даровав той полное право поучать и командовать им. И король данное право оспорить не может.

— Это идея ее величества, — улыбаясь произнесла мать Пени. — Ему не отвертеться от уроков.

— Ваше высочество, вы верно забыли, чему я учила вас в детстве. — Непреклонный старческий голос, казалось звучит отовсюду. — Я наблюдала за вами во время чаепития и задам лишь один вопрос: как вы посмели так опозорить свое королевство? Что думает о вас ваша невеста? Вы ведете себя как грубый, неотесанный мужлан. Но я не позволю случится подобному впредь! Мы сегодня же начнем наши уроки! И смею напомнить о том, что я имею право вам приказывать.

— Леди Вайлена, я не располагаю временем на ваше обучение, — промямлил лже-Элдрон, чем вызвал у Райана приступ смеха.

— Никаких возражений! Несите ленты, посуду и стойку, мы начнем с азов.

— Но…

— Отучайтесь от этого слова! Откровенно говоря, вы напоминаете мне моего внука, настоящий бездарь, пропащая душа! Однако, влюбленность не самое страшное, что случается в жизни мужчины, а потому на свадьбе вы вновь будет блистать безупречными манерами!

— На свадьбе, — упавшим голосом вопросил несчастный самозванец, а меня осенило! Выходит ее внук и есть подменный принц!

Вот чему так радовался Райан, он знал какая пытка предстоит лже-Элдрону!

— Конечно! До свадьбы я не позволю вам встретиться ее высочеством!

— Я готов танцевать от счастья, — выпалил Райан леди Илоне, — вы даже не представляете, что вы для меня сделали!

— Принцесса Риэла… — кашлянула собеседница, — не забывайте, пожалуйста о том, что вы леди.

Вся весёлость вмиг слетела с Райана, он с сожалением окинул взглядом прикованного к стулу самозванца и развернулся.

— Так бы и смотрел…ла, но вы правы. Пора заняться делами. Что с переселением?

— Большую часть уже перевезли, — тут же откликнулась леди Илона. — Есть небольшие трудности с…

Картинка пропала. Я еще несколько мгновений ждала, что услышу дальнейший разговор, но меня закружило и силой вытолкнуло из сознания Коши, а затем вернуло в мое тело.

— Так не честно, — прохрипела я, сделав судорожный вдох.

— Жизнь несправедлива, — заметил дракон. — Поспи Хейли, несколько часов у тебя есть.

— Не знаю, усну ли, — буркнула, оглядывая матушку. Грудь Софи ровно вздымалась, ее ничто не беспокоило и это радовало. Я проверила ее лоб, он не был горячим.

Облегченно выдохнула.

— Я принесла еще отвар, — негромко сообщила Пенелопа, стоя у входа. — И еды, если вам можно…

— Мне можно, даже нужно — тут же ответил Страж, — Хейли часа через три принеси отвара и каши, без мяса. А пока, ей нужен сон.

— Хорошо, — кивнула подруга и отправила Ривэна к ребятам.

Я с тоской проводила взглядом удаляющегося брата. Точнее тарелку с едой. Желудок вдруг забурчал и громко.

— Точно нельзя?

— Если хочешь хоть немного поспать, то нельзя.

— Поняла, — согласилась с ним. Как бы я не храбрилась, но усталость накатила волной, да и магия все также выкачивалась из меня в матушку, а потому, отдых был жизненно необходим. Поем позже.

Я осторожно легла, зорко следя за тем, чтобы энергетические нити не сорвались и буквально отключилась от реальности.


Глава 13

Последующие два дня прошли для меня как в тумане. Я много лежала, практически не спала и чувствовала себя так, словно меня долго и упорно гонял Карт Санд по полигону!

Не слукавлю, если скажу, что лучше уж действительно уворачиваться от снарядов, нежели быть недвижимым существом.

Матушке становилось лучше, поднявшаяся к утру горячка стихла, а объем поглощаемой ею магической энергии уменьшился в несколько раз.

Коша упорно твердил, что сегодняшний день станет решающим. Спорить с ним или сомневаться сил не было. Зато теплилась надежда, что резерв Софии наполнится и магия закрепится снова.

Пенелопа периодически поила нас отваром и скудным бульоном, в то время как Коше доставалась жирная каша и жареное на костре мясо.

Да, я люто завидовала ребятам и дракону, но старый интриган твердил, что из нас двоих полноценное питание требуется ему, а я могу и потерпеть.

Впрочем, и тут я не возмущалась, потому что видела силу плетения. Он говорил правду.

— Хейли, не засыпай.

— Не сплю, — зевая ответила я.

— Давай поиграем в загадки.

— А еще лучше в тишину.

Вот раздражал меня сейчас его голос. И все кругом раздражало. Хотелось закрыть глаза и…

— Не спать! — рыкнул дракон. — Хейли, я сейчас попрошу Пени тебя ущипнуть.

— И чем это поможет? — я опять сладко зевнула и наконец смежила веки.

А в следующую секунду вскрикнула и почти подскочила с лежанки. Почти — потому что ущипнувший меня Ривэн навалился всем телом, пригвоздив к земле.

— Пусти! — зашипела на него.

Волна недовольства и ярости оглушила меня, хотелось накричать и толкнуть брата!

Однако…я с удивлением поняла, что боль и злость помогли очнуться и почти избавиться от сонного состояния.

— Так-то лучше, — одобрительно заметил Коша. — Пени у тебя остался отвар?

— Немного, — вздохнула подруга. Им-то всем не возбранялось спать, но постоянные подначки Коши их будили. — Я для Софи настаивала.

— Плохо… Хейли, значит, поиграем в загадки.

— Мне не хочется.

— А придется. Это единственный вариант задействовать твой мозг и не дать тебе уснуть. Хейли, осталось продержаться шесть часов.

— Давай свою загадку, — смирилась с неизбежным.

Даже не до конца проснувшиеся друзья затаили дыхание, Ривэн так вообще расположился за моей спиной, не став отползать к Асакуро.

— В стародавние времена, два сильных колдуна полюбили одну девушку…

— Мне уже не нравится начало, — протянула Элайза.

— И мне, — поддакнула Пени. — Драка за девушку, а значит, обязательно проигравший…

— А та девушка, — с нажимом произнес дракон, — любила другого юношу.

— Еще лучше! — фыркнула Элайза. — Дрейк, при всем уважении, давай нам не мрачную загадку!

— Асакуро, и как часто среди оборотней встречаются настолько ранимые натуры? — ехидно спросил Коша, за что тут же мысленно получил от меня выговор. Зачем он мне ребят злит и подначивает?

— Элайза во всем единственная.

От его ответа опалило щеки. Я смутилась и закрыла глаза. И ведь ни капельки не постеснялся!

— Можно ведь попроще, — стушевалась огненная лисица.

— Например?

— Сейчас… — подруга задумалась и ее опередил Ривэн.

— Вот: летит стая, совсем небольшая. Сколько здесь птиц и какие они?

— Птиц? — удивилась Пенелопа. — Как из такой скудной информации понять какие птицы летят?

— Семь сов! — хором возвестили оборотни.

— Правильно, — хмыкнул брат и пустился объяснять Пенелопе соль загадки. — Игра слов и звучания.

Коша одобрительно хмыкал и молчал, но как только Ривэн закончил с Пени, выдал:

— Где бывает такое, что конь коня перепрыгивает?

— На ярмарке!

— На скачках!

— В шахматах! — опять в унисон заявили оборотни и укоризненно посмотрели на нас.

— С вами не интересно! — вспыхнула Пени. — Я себя круглой дурочкой чувствую.

— Да и я от тебя недалеко ушла, — улыбнулась подруге. — Моя очередь. Что никогда не лжет?

На этот раз ребята не спешили отвечать. Внутри шалаша стояла тишина, разбавляемая дыханием и сопением, да одобрительными ухмылками дракона.

— Часы? — осторожно протянула Пени.

— Нет, они могут спешить, и могут опаздывать. А значит, не называть точное время, следовательно — лгать.

— Магия? — брат сел и в упор посмотрел на меня.

— Нет.

— Почему?

— Потому что магией управляет человек, захочет, в голову влезет и задурит, захочет, навредит.

Опять воцарилось молчание. Я в нетерпении уставилась на оборотней.

— Мы считаем, что такого предмета нет, — выдали они.

— А может речь о глазах?

— Это зеркало.

— С какой радости? — взвилась Элайза. — А как же кривые зеркала? Они разве не врут?

— Ну так речь об обычном зеркале….

Что тут началось! Оборотни во один голос утверждали, что любое зеркало лжет, потому что существует погрешность поверхности, состава сплава и наконец освещения!

Гвалт, поднявшийся в шалаше, на мгновение оглушил меня. Невероятная реакция на обыкновенную загадку!

— Все зеркала лгут! Ни одно не отражает истинную картину! Небольшие искажения есть всегда! Твоя загадка, Хейли, неправильная! — Подытожила лисица.

— Успокойтесь, вы мне так Софи разбудите, — рыкнул Коша.

Я утерла взмокший лоб. Парочка всезнаек своими упрямством и упорством до седины доведут!

— Прости, — хором отозвалась команда.

— Моя очередь, — вздохнул страж, — говорят у северных женщин это бывает трех видов: горя, обмана и веселья. В Первом Королевстве бытует мнение, что аристократам это не чуждо. Скажите, о чем речь и что знакомо благородным?

Я говорила о тишине в шалаше? Так вот она только настала! Даже дышали все через раз, обдумывая слова дракона!

Странные какие-то условия, три вида этого только у северных женщин, да еще не чуждо богатым Первого Королевства. Почему не упоминаются мужчины и другие союзные страны? Там что, аристократы и женщины другие?

Я лихорадочно вспоминала все, что читала о северных народах, их климате, горных породах… Может, они что-то вдыхают специфическое или едят?

Но как бы не старалась ничего путного в голову не приходило.

И судя по ошарашенному молчанию, ребята также не справлялись с загадкой.

Даже вариантов никто не предложил.

В итоге я, как и Ривэн с Пени, с надеждой смотрела на оборотней. Эти заучки все знать обязаны!

— Сдаетесь? — ухмыльнулся дракон.

Мы молчим и ждем вердикта Асакуро и Элайзы.

А те вновь переглянулись и хором выдали:

— Недостаточно материалов для…

— Слезы! — хриплый голос матушки напугал всех. Я даже подскочила на месте. — Кошенька, ты бессовестный. Кто ж так загадывает загадки? Зачем ты детей запутал, дав им северный народ и только Первое Королевство? Да и женщины способны не только на слезы горя, радости и обмана!

— Аристократы тоже плачут… — глухо выдал Ривэн.

— Правильный ответ, — одобрительно кивнул дракон.

— Мама, вам бы лежать, — кинулась я к Софи, когда та села.

— Належалась, — отрезала она. — Коша прекращай связь, в ней нет необходимости.

— Я бы подстраховался…

— А потом мы будем неделю приводить Хейли в чувства. Присмотрись к ней, страж! — Недобро прищурилась Софи. — Пени, девочка, у тебя остался отвар?

— Конечно! — кивнула подруга и полезла из шалаша. Не прошло и минуты как она прибежала, держа в руках фляжку. — Специально для вас оставила.

— Не мне, Хейли дай. А ты пей и ложись спать.

— Но…

— Никаких «но»! Держишься на одном упрямстве и любопытстве! Коша!

— Ей нужно лечь, — вздохнул дракон. — Я пропустил…как же так…

— Что пропустил?

— Ничего! — хором заявили Софи и Коша.

Под пристальными взглядами я до дна осушила фляжку и с сожалением вернула ее Пенелопе. Мне хотелось еще, тем более отвар на вкус казался сладеньким, не приторным, живительным и прохладным.

Я и сама не поняла, как усталость обрушилась на меня, а веки закрылись.

Лишь механически отметила, как Софи укутывает меня в свою шаль, да тихонечко переговаривается с Пени.

— А как же вы…там не осталось, — сокрушалась целительница. — Хотя бы покушайте…

— А я на охоту иду, — в ответ парировала Софи. — Ты забыла, что я оборотень?

Что ответила ей подруга осталось для меня тайной, потому что голоса вдруг слились в один нарастающий гул, а в следующее мгновение, я просто отключилась от реальности.

И снился мне мой страж. Я летала на его широкой спине, крепко сжимая бедрами его тело и выставив руки в разные стороны. Это было потрясающе и совсем не так страшно, как на прошлой практике! Шипы не норовили пришпилить меня к телу дракона, а высота совершенно не пугала. Да и холода не чувствовалось.

А еще мне снилась драконица! Красивая! С изумрудными глазами и перламутровой чешуей. Я даже сказала бы радужной, потому что солнечные лучи переливались всеми цветами радуги на ее поверхности.

Она летела с нами рядом и смотрела грустным взглядом. Мне так и хотелось спросить, от чего ей плохо, да только говорить я почему-то не могла.

Я тянула к ней руки в надежде, что Коша спикирует поближе, но мы все также летели параллельно друг другу с расстоянием в полтора метра.

Наконец, то ли поняв, чего я хочу, то ли решив показать, что не все так просто, драконица развернулась и стрелой помчалась на нас. А в следующее мгновение была отброшена в облака неведомой силой.

Меня тряхнуло, потому что Коша на это просто так смотреть точно не мог, но и рисковать мной не стал, лишь подлетел к невидимой черте и завис в воздухе, жадно наблюдая затем как его пара, а теперь я была точно уверена, что это Вейра Сумеречная, набирает высоту.

Слезы сами полились по щекам. Я не понимала, где мы находимся, и не могла сказать, реальная ли это драконица или воспоминания. Но если реальная…, то это только душа, потому что оболочка была уничтожена…

К сожалению, наш полет был бесцеремонно прерван.

Меня активно трясли за плечи, а я отпихивалась и не желала просыпаться. Вдруг бы я что-то еще увидела во время полета?!

— Хейли, Коше пора уходить, ты расстроишься, если не попрощаешься.

— Уходить? — я подскочила и врезалась лбом в лоб матушки. — Ох!

Всю прелесть последствий от удара ощутить не успела, Софи нежно коснулась пульсирующей области и неприятные ощущения отступили.

— А где все? — я удивилась, что в шалаше кроме меня и дракона, клубочком свернувшегося у моего бока, никого не было.

— На тренировке. Все потом, Кошеньке и правда пора, деточка.

Я лишь кивнула и проследила за тем, как матушка уходит.

Дракон заполз на мой живот и умильно обнял лапками мою шею.

Я не увидела, почувствовала, что он плачет.

— Вейра жива? — хрипло спросила, обняв своего друга.

— Я не знаю, где она. Но ее сознание возрождено, а значит…

Дракон всхлипнул. Я прижала его к груди и начала гладить, успокаивая.

— Я не думал, что настолько тебя вымотал, что ты была близко к смерти. Хейли, Вейра находится на границе живых и мертвых. Мне сложно объяснить…

«И больно» — я закусила губу, не желая расспрашивать стража. Все обязательно выяснится. И если есть хоть малейший шанс вернуть дракону пару, я это сделаю, чего бы мне это не стоило.

— Ты поэтому с Райаном? Ты знаешь, что он ниточка к ней?

— Не буду спорить, — вздохнул друг и лизнул мою шею, собирая свои слезы, — это вторая причина. А первая, Хейли я нужнее там. Сейчас с тобой Софи, друзья, ты не одна, а он…одинок. По-настоящему одинок.

— Нет, с ним же ты. — Я улыбнулась и расцеловала макушку дракона. — Мы со всем справимся, Коша, и клянусь, я найду способ помочь Вейре!

— Мне жаль, что я не могу рассказать всего сейчас, — тихо признался он, — и прошу слепо доверять мне и Райану…

— Главное, чтобы с пути не сбился лорд Валруа. — прошептала я. — Чтобы не отказался от меня и своих планов. Чтобы также верил в свои силы и своих людей. Также защищал и любил свое королевство. У меня дурное предчувствие, Коша, однако, кроме смерти все можно исправить.

Страж не ответил, он перешел в наступление. Мокрый язык прошелся по шее, щекам и рукам. Было очень щекотно.

Я смеялась уворачиваясь, понимая, что друг сглаживает момент расставания и не дает думать о плохом. И я была ему за это благодарна. Пока мы вместе — со всем справимся!

— Береги себя, — чмокнув успокоившегося Кошу, попросила я. — И береги Райана.

— Обязательно.

Я сама вынесла его из шалаша, отвернулась на мгновение, давая дракону вернуть прежнюю форму. Я так сильно отвыкла от него большого, что даже присвистнула, мне почудилось, что он стал выше и шире в боках.

Но ведь он уже давно взрослая особь, а значит, не может расти.

— Лети, Кошенька, — Софи обняла меня. — Я присмотрю за доченькой.

— Не люблю прощаться, — вздохнула, глядя на переминающегося с лапы на лапу дракона.

— Лети! Мы обязательно скоро увидимся!

И зажмурилась, когда он взлетел. Чтобы слез не было и не видеть его удаляющуюся спину.

— Ничего-ничего, моя ласточка, — приговаривала Софи. — Все это временно. Умничка моя.

— Как вы, матушка? — я прижалась к ней, пряча соленые капли на щеках.

— Беспокойства не доставлю. Разве только гонять буду пуще прежнего, ишь чего удумали, без тренировок путешествовать.

Улыбнулась ее словам. Радует, что некоторые вещи никогда не меняются.

И Софи права, несмотря на весь стресс и пережитое, мы расслабились. А должны поддерживать форму, иначе Карт Санд первым нас отчислит за ненадлежащую физическую подготовку.

* * *

— Без рук! — командовала Софи. — Ривэн, не смей цепляться руками!

— А чем тогда? Я не трюкач!

— Пенелопа, Элайза не жульничайте! — два хоста лисицы, обвивающие талию подруги, тут же отпрянули от Пени, и та покачнулась.

Я во все глаза смотрела на удивительное зрелище.

Пени и Ривэн стоя на спинах оборотней, пытались не упасть и балансировать, причем в то время, пока Элайза и Асакуро продолжали бег.

Это была первая тренировка подобного рода. За прошедшую неделю, матушка чего только не заставляла нас вытворять: и по деревьям на скорость лазили, и с ветки одного дерева на ветку другого, прыгали, и все без магии.

Мы практически не передвигались шагом. Постоянный бег, быстрая ходьба, и не дай Сияющая отстать от синей волчицы, мчащейся впереди.

Мощная лапа придаст такого ускорения, что никаких крыльев не потребуется! Носом землю с корнями вспашешь!

— Без рук! — в который раз потребовала Софи.

— Элайза, потише, песок ж в глаза… — крикнула Пени.

Мы находились на побережье Золотого Моря. И ребята носились по песку, отрабатывая непонятное упражнение Софи. Я себе и представить-то не могла, где им может пригодиться умение стоять на спине оборотня, в то время как он бежит!

Я вздохнула, примерно в пяти днях от нас, находилось пристанище русалок, но увы, мы туда не пойдем. А они не придут, потому что их период, когда чары не действует, еще не начался.

Не хотелось бы мне, чтобы Элайза прибила Асакуро, а Пени Ривэна.

— А ты чего села? — вдруг обернулась ко мне Софи. — Марш на позицию.

«На какую позицию?» — хотела спросить, но осеклась. Матушка обратилась в волчицу.

— Нет, — в ужасе отступила я. — Я не буду кататься на вашей спине, мама!

— Бегом! — рыкнула она и я подчинилась.

Дрожащими руками зарылась в шерсть и кряхтя полезла на спину.

Да у меня от одной мысли, что мне сейчас выпрямиться и как-то удержаться, стоя на спине надо, голова кругом идет!

— А может…

— Не может, — отрезала Софи и тут же ребятам: — Я все вижу! Асакуро, увеличивай темп, Элайза короткими перебежками!

Дружный стон от Ривэна и Пенелопы, а я, наконец, забралась на спину. Теперь осталось встать.

— Ласточка моя, тебе помочь? — вкрадчиво так, спросила матушка, что я не на шутку испугалась.

— Нет. — И резво выпрямилась, чтобы тут же сесть на волчицу.

М-да, не рассчитала.

— А я полагаю, что да. — Фыркнула она и в следующее мгновение подбросила меня вверх.

Вот как, как она это сделала? Кувыркнувшись в воздухе, я приземлилась четко ей на спину, ногами! И лишь руки в стороны выставила, чтобы устоять, а не упасть!

Но стояла ведь!

Теперь понимаю, почему ребята почти два часа стоять учились!

— Не ставь мне стопы на лопатки, — предупредила Софи. — Я начну движение, и ты упадешь вниз.

А куда ж их тогда ставить?

Волчица медленно сделала первый шажок, а мне показалось, что она галопом поскакала!

Я же умею ездить на лошадях! И баланс держать умею, да только сидя попой на спине! А никак не стоя!

— Расслабься, Хейли, и держи баланс, все получится.

Софи продолжала осторожно шагать, а вот ребятам приходилось куда сложнее чем мне.

— Матушка, зачем нам это?

— Пригодится. Все, не отвлекайся.

И мы все также неторопливо шли вдоль берега.

Я не знаю, сколько времени прошло прежде, чем я научилась не падать на песок, а хотя бы на спину волчице! Мыслей в голове не было. Только желание удержаться, да не рассмеяться, глядя на рассерженную Пенелопу, которая круто слетела с Элайзы и улетела в море.

— Перерыв! — объявила госпожа Ратовская, и мы все дружно сползли со спин.

Ноги дрожали, и я повалилась на песок.

Даже вставать не хотелось! Вот так лежать и смотреть на проплывающие облака.

Красота — то какая!

— Подъем! — крикнула матушка, — вы чего разлеглись!

Мы с самого утра «упражняемся», а уже вечер в самом разгаре!

— Спать хочется…

— И есть, — мрачно подхватила слова Пени. — Мама, дай же нам отдохнуть.

— Ночью отдохнете! Асакуро и Ривэн, с вас дрова. Пени, Хейли, котелок и вода! Быстро!

Вздохнув, перевернулась на живот и попыталась подняться. Получилось раза с шестого.

Я была вся в песке. Тоскливо посмотрела на ласковое море и поплелась в сторону леса.

Нам с Пени предстояло найти ключ с питьевой водой.

Мокрая, мрачная целительница ухватилась за мою ладонь, и мы потащились в лес.

Первые минут пять шли тяжело и молча. Сил едва на шаги хватало, какие уж тут разговоры.

Еще минут через десять мы остановились.

— Призывай магию, Хейли, — вздохнула подруга и прислонилась к дереву.

Котелок она так и не выпустила из рук.

Я же закрыла глаза и потянулась к водной стихии. Мне предстояла трудная задачка, рядом море и меня неудержимо будет тянуть к нему, а не к маленькому ключу.

Сосредоточиться никак не получалось, но я старалась, тем более нас всех мучала жажда.

Призыв стихии выглядит как очень мощная приманка моего тела к источнику. Мне даже пришлось вцепиться в дерево, чтобы не унестись к соленым волнам!

А уж как я абстрагировалась от зова моря! Да все равно держалась за ствол!

Минут через десять, я смогла отделить зов моря от тихого перелива ручья.

— Идем, — тяжело вздохнула. Пока не найдем ключ, отказаться от призыва нельзя, а значит меня будет тащить в сторону моря. — А вообще, тебе было проще землю попросить.

— Не проще, — хватаясь за мой локоть, возразила она. — Мы бы с тобой тут долго плутали. Земля бы показала каждый источник влаги, а это корни…

— Поняла!

— Держись уж, халтурщица, — улыбнулась подруга, а я и рада предложению, потому что тело как маятник качает.

Шли мы минут пятнадцать, пока умывались да пили воду, прошло еще минут двадцать.

Набрав котелок, медленно побрели обратно. Во-первых, тара тяжелая, во-вторых, тренировка вымотала. Мы практически подошли к временному пристанищу, когда до нас долетел грозный рык Софи.

Не сговариваясь, мы бросили котелок и помчались к ребятам. И откуда только силы взялись?

У меня второе дыхание от страха открылось, не иначе!

— Хейли, щит! — выкрикнул Ривэн из-за спины синей огромной волчицы.

Я действовала на инстинктах, закрывая собой Пени и выставляя щит от противников.

Откуда здесь Жрецы?!

Да еще пять сразу!

У меня дыхание сперло, глядя на то, какими заклинаниями они атаковали матушку! А той хоть бы что! Как с гуся вода вся магия!

— Пенелопа, нам нужно к ребятам. Элайза ранена.

— Вижу, но…

Слов не потребовалось, я не знаю, что это было за заклинание, но вдруг жрецов стало в два раза больше! Они призвали своих для подкрепления, причем не пользуясь порталом!

И нам пока не прорваться к Софи.

Страх отступил, на его место пришла злость!

Ривэн пальцами зажимал рану на шее Элайзы. Судя по всему, она и приняла первый удар от подлого нападения!

И медлить нельзя! Потому что если матушка примется за лечение, то пострадают остальные! Пока она в облике волчицы, может закрыть собой ребят! Эти гады предусмотрительно не подходили близко, иначе бы мощная лапа волчицы пришибла, да острые зубы пополам раскусили!

Что же делать?! Я лихорадочно соображала, какую сеть плетут жрецы и отбивалась от пущенных в нас пульсаров, холодея от того, что в лесу занимался пожар!

Русалки! Мне нужны русалки! Они заберут ребят к себе, пока я тушу пожар и оглушаю часть жрецов.

Всего на миг я прикрыла глаза, призывая море в помощь, а потом позвала русалок.

Огромная волна обрушилась на берег, сметая на своем пути часть напавших, и поднимая меня с Пени над землей.

Жрецы недолго барахтались в воде. Но мне хватило этого времени, чтобы матушка с Ривэном оказались в плотном кольце русалок! Они пришли! Все-таки пришли! И не думать, не думать о том, что под их влияние могут попасть Ривэн и Асакуро! Я упустила момент, когда в Пени попало парализующее заклинание и едва успела подхватить тело подруги.

Не убили, парализовали? И явно не собираются бить на поражение, в отличие от того, что происходит на стороне Софи!

Им нужна Пенелопа?!

Три русалки ухватили одного жреца и потащили на глубину! Одна из них вскрикнула и вверх устремился столп огня. Но ее место быстро заняла другая русалка.

Мне тяжело давалось удержание волны и щита, к тому же в меня летели смертельные проклятия, что лишь подтверждало теорию о том, что им нужна Пенелопа!

Но пока я не могу помочь ей вернуть контроль над телом, только не отдать, удержать! 1714d2

Нас застигли врасплох, и я чувствовала себя беспомощно со всей своей магией. Как использовать страшные заклинания, если под удар попадут свои?!

И пусть их окружают русалки, а Асакуро успешно спеленал еще одного жреца, да с Элайзой явно беда, раз матушка, обратившись в человека, все еще хлопочет над ней!

Новая атака и в меня летит огненно-черный сгусток, щит трещит, вода выходит из-под контроля, все на что хватает моих сил, это сгруппироваться в воздухе и прикрыть собой Пени.

Хорошо хоть плавно приземлились, и защита не спала!

— Держись, Хейли, еще минутку, — раздался в голове голос Асгара. — Всего минутку.

Я осторожно опустила Пенелопу на песок и выстроила нужную руку, выпустив в ближайшего жреца «огненное дыхание». Я знала, что пламя сжигает моментально, но однажды я уже убивала и сейчас не тот момент, чтобы жалеть или пытаться взять кого-то в плен. Мы в невыигрышном положении!

Вот только то, что произошло дальше, заставило меня рухнуть. Семь жрецов обратились пеплом в мгновение ока. Только тот, кого оглушил Асакуро остался в живых.

А между мной и ребятами будто из ниоткуда появилась фигура Райана в платье.


Глава 14

Райан, с недельной, как минимум, щетиной на лице и в ярком лиловом платье смотрелся ужасно. Его вид настолько ошеломил меня, что я утратила дар речи!

И куда-то на второй план ушли жрецы и их цель!

Я просто смотрела на любимого мужчину и не знала, как реагировать. Ситуация не располагала к смеху, только смешок все равно сдержать не получилось. А уж когда с подола лилового платья слетел бантик, хихиканье переросло в громкий смех.

И стыдно так стало за свою реакцию, и горько от того, что обидеть могла.

— Личина слетела, плохо, — спикировав на песок заявил маленький Коша. — Хейли!

И с разбегу запрыгнул на руки.

— Я так испугался!

— Все хорошо, Коша, — я благодарно погладила дракона и спустила его вниз.

Нужно оказать помощь Пенелопе, узнать все ли хорошо с остальными и как-то заговорить с лордом Валруа. А мне, как назло, страшно к нему обращаться!

Но я не успела и шагу ступить, как оказалась в плотном кольце рук.

— Я напугал тебя, Хейли? — горячее дыхание опалило шею. — Прости.

— Нет.

— Хейли, что с Пенелопой? — матушка, как и всегда поспела вовремя.

Я попыталась отодвинуться от принца, но мне не дали, с яростью придвинув ближе.

— Парализовали.

— Ваше высочество, благодарим за помощь, — поравнявшись с нами церемонно произнесла она и села подле Пени.

Всего три пасса руками и с губ подруги срывается крик.

Видимо, когда в нее попало заклинание, она начинала кричать, так крик и застрял горле.

— Ты не пострадала?

— Со мной все в порядке. — И призналась, — только испугалась и растерялась. Я никудышный Страж.

— Куда его? — спросил брат, но я не могла видеть, что происходит.

Потому что меня круто развернули и уткнули лицом в грудь.

Так я и стояла пока Райан отдавал приказы, справлялся о ранах команды и уточнял сколько пострадало русалок.

Хвала Богине ни одной не умерло, только сильно обожгло! Однако нас поспешили заверить, что море залечит и обновит русалочку.

Я, с одной стороны, понимала, что все разговоры будут чуть после, когда обустроят место для Элайзы, которую матушка заставила спать.

А с другой, я не понимала почему лорд отстранил меня от суеты. Я бы хотела не стоять вот так, сгорая от стыда и счастья, а помогать ребятам.

К тому же, нужно было поблагодарить русалок, откликнувшихся на зов и так храбро бросившихся нас защищать!

Однако спорить с Райаном не стала. Вместо этого я размышляла о том, как мы выглядим со стороны и последуют ли упреки от команды и нотации от матушки. А еще я не могла понять почему наша магия молчит и не пытается противиться близости. Один поцелуй привел к истощению, а нахождение Райана рядом со мной — к головокружению и тошноте.

Сейчас ничего подобного я не чувствовала и это поражало.

Мы явно что-то все время упускаем! И если сейчас, потребовав поцелуя, ничего плохого со мной не произойдет, значит, проблема не в конкурирующей магии!

А в чем-то ином!

Но… не могу же я при всех целовать Райана?

— Коша, — позвала мысленно дракона, тем самым отвлекая его от общения с царицей водного народа. — Поблагодари от меня русалок и у меня к тебе есть вопрос.

— Ты права.

— Что?

— Ответ на твой вопрос, твою идею стоит проверить, но не при всех.

— И как это сделать?

— Райан сейчас пойдет переодеваться и вряд ли возьмет тебя с собой, — начал перечислять Коша, — матушке нужна ключевая вода…

— Намек поняла, — улыбнулась я и чуть не пропустила слова Райана.

— Посиди здесь, я быстро вернусь, — сказал он и усадил меня на бревно подле костра.

Софи прятала ухмылку, но глаза ее сияли. — Госпожа Ратовская под вашу ответственность.

Я молчала, наблюдая за тем, как Райан, подобрав юбки платья, шел к кайме берега. Он что-то говорил русалкам, но я не слышала.

— Мы остались без котелка и воды, — вздохнула матушка и с неприязнью посмотрела в сторону лежащего без движения и сознания жреца. Кого она винила в утрате сложно не догадаться.

— Я поищу, — тут же вызвался Ривэн.

— Нет, — шепотом поправила его. — Я сама все принесу.

— Сама она принесет, — как-то зло выдохнул брат, а Пенелопа вздрогнула.

Она сидела рядом с ним и грелась о его бок.

Откат после заклинания, ее нещадно морозило.

— Ну-ка цыц, — прикрикнула Софи и тут же перешла на шепот. — Ты помолчал бы, и преждевременные выводы не делал. Никто Хейли не обидит! А то, смотрю, соскучился по метёлке. Ты не смотри, что она дома осталась, у меня тут целый лес метелок!

Асакуро прыснул и подмигнул мне, а вот Ривэн опустил голову.

Я не знала, что творилось на его душе, то ли он переживал обо мне, то ли ревновал.

Но очень хотелось, чтобы правильный вариант был не вторым. Я не соперница Пени, а брату желаю счастья. Да и они знают какие чувства я испытываю к его высочеству.

— Пора! — заявил Коша в голове.

— Я пошла.

Лукавые искорки в глазах матушки, заставили меня смутиться. Я ведь ничего плохого делать не иду, мне только нужно проверить…а вдруг эта находка поможет Райану? И мне… я ведь хочу быть с ним рядом.

И пусть щеки опалило огнем, а глупая улыбка с лица не сходит, мы же так долго не виделись, и каждый столько пережил, что…

Пусть все получится! Пусть мы найдем ответ на бунт стихий в те разы!

Котелок нашелся быстро. А дорогу до ключа я и так помнила, к тому же мы с Пени оставили следы: примятая трава, ободранная кора на дереве и магический светлячок.

Собственно, помогал именно светляк, все остальное было следствием нашей усталости.

Только проделав половину пути, я вдруг поняла, что принц может отругать матушку, за то, что та отпустила меня одну. Он же сказал, что под ее ответственность оставляет меня.

Ох…не хотелось бы, чтобы они ругались!

Забавно, но я не чувствовала себя ребёнком, которому необходим присмотр. Наоборот, мне было приятно, что обо мне так пекутся. Несмотря на то, что сейчас это не так уж и необходимо.

— Ослушалась, — с грустной улыбкой встретил Райан меня у ручейка. — Хейли, ты должна понимать, что твоя безопасность под угрозой, а я не настолько контролирую силу, чтобы удержаться в рамках и случайно не отправить за грань тех, кто тебе необходим и дорог.

И тут его и без того уставшее лицо побелело.

— Забыл, Хейли… — выдохнул он, — я же прикасался…

— И ничего не случилось! — поспешила успокоить. — Поэтому я и…ослушалась.

— Поясни, пожалуйста.

Я покраснела и сбивчиво объяснила суть своей теории. Причем не напирала на близость и контакт, меня больше волновал аспект чужеродного вмешательства.

Потому что наша магия если и конфликтует, то при каком-то элементе, которого, сейчас в нас нет. Или только в Райане?

— Наши предки ведь были близки какое-то время и ничего не случалось. Безумие Элнора появилось много позже… — закончила и посмотрела на принца. — Нет ничего странного в том, что Сизери и Валруа тянет друг к другу, и твой, и мой род многие годы идут рука об руку. Нет плохого в том, что в разных поколениях возникают симпатии между представителями дружественных домов. Но абсолютно не ясно, почему только у некоторых представителей происходит отторжение. Я…пытаюсь понять в какой момент это происходит, и что или кто служит катализатором. Поэтому предлагаю проверить опытным путем и вместе подумать над тем, чего, кроме отсутствия водной стихии ты еще ощущаешь.

— Хейли…

Я вскинула голову и встретилась с сумасшедшим взглядом невероятно голодного человека! Каюсь, на краткий миг у меня возникла паническая мысль сбежать. Потому что Райан был грозен! Сложилось впечатление, что он накинется на меня, и сметет как ураган.

Но я осталась стоять на месте, ожидая какой выбор сделает мужчина.

И последуют ли какие-то шаги. Потому что он сомневался в своих чувствах ко мне, он все списывал на тлетворное влияние крови и магии. Однако я была уверена, что кровь играет далеко не первую роль. Мы подходим друг другу, но в тоже время, что-то в нас противится союзу, будто предупреждает, а не желает уничтожить.

Странно, от этой мысли внутри меня запели стихии, награждая теплом и энергией, и я уже открыла рот, чтобы поделиться своими соображениями, как оказалась в плену жарких объятий.

Я не боялась страсти его высочества, ожидала напора и наверно, какой-то первобытной дикости. Потому что вместе с влиянием крови и симпатией ко мне, Рай отказался от других женщин, и пусть я не имею практики интимных отношений, но что-то такое близость знаю не понаслышке.

Вопреки всему любимый мужчина повел себя совершенно иначе. Я знала, что ему невероятно хочется прикоснуться к моим губам, но вместо этого, он осторожно провел пальцами по краешку рта, прочертил путь носом на моей щеке и заглянул в глаза.

Он ластился как кошка и просил разрешения. Будто боялся моей боли. Впрочем, почему будто? Именно это знание его и останавливало.

— Поцелуй меня, — прошептала, не разрывая зрительный контакт. — Я очень соскучилась.

Жаркое дыхание опалило губы, и я растворилась в ощущениях.

Я чувствовала себя мелким камушком, который бурная река тащит по мелководью: то обрушивается на него со всей силой, то мягко ласкает, заманивает в свои сети, кружит и протягивает по земляному лабиринту дна, то ускоряет темп, выбрасывая на поверхность, запутывая в камышах, и наконец, отступает, давая плыть по течению.

Голова шла кругом, воздуха не хватало, но еще больше хотелось не прекращать поцелуй. Касаться колючего лица пальцами, прижиматься к горячему телу и умирать от нахлынувших эмоций, возрождаясь ярким, живительным пламенем подле своего мужчины.

Не было боли и тошноты. Не было желания оттолкнуть и отойти.

Хотелось приласкать, отозваться всем телом на прикосновения, вобрать в себя каждую капельку чудесных мгновений, что дарил Райан. Быть с ним одним целым.

— Хейли, — хрипло позвал любимый отстраняясь. — Прости, я увлекся.

Я распахнула глаза и зажмурилась. Мне хотелось смеяться и ликовать.

Богиня, не остановись он сейчас, я не была бы против!

Разве это так страшно, довериться тому, ради кого бьется сердце? И совсем неважно, что обстановка не располагает к романтике.

Так удивительно, я ведь и не заметила, как он уложил меня на траву… кто из нас еще увлекся!

И все же, я не сдержалась, рассмеялась счастливо и притянула Рая к себе.

Даже лежать просто рядышком — уже невероятное чувство!

— Я счастлива, Райан, — прошептала, уткнувшись в его грудь. — Слышишь? А то, что потеряли голову.… Для магов нет запретов.

— Для магов может и нет, да вот моя дочь без свадьбы никому не достанется!

Я подскочила и тут же плюхнулась на любимого, он, рассмеявшись, усадил меня к себе на колени и обернулся к Софи.

— Госпожа Ратовская, будьте спокойны, я самое заинтересованное лицо. До свадьбы ваша дочь не достанется никому. — И уже мне. — До нашей свадьбы.

Я боялась поверить в то, что он сказал. А что, если все под властью эмоций? Вдруг он передумает, когда вновь решит, что его чувства навеянные? Предложения, да и помолвки, наверно и ждать не стоит….

Я тряхнула головой, прогоняя мрачные мысли. Не думать об этом, не сейчас, просто наслаждаться моментом!

— Райан, там…

Я не успела вдохнуть, когда тошнотворная волна буквально затопила меня. Все на что хватило сил, это наклониться, чтобы не испачкать лорда Валруа.

— Хейли?! — голоса матушки, Райа и Асгара слились воедино.

Тугой спиралью скручивало внутренности, а затылок был одним огромным сгустком боли.

Что это? Все-таки не получилось, и я сейчас наслаждаюсь замедленной реакцией стихий и организма?

— Девочка моя… — матушка кинулась ко мне, опередив Асгара, а Райан поспешно снял меня с колен.

Вот только облегчения не наступило. А когда приблизился демон стало в разы хуже, до черных мушек в глазах.

— Асгар исчезни! — вдруг потребовал любимый.

С секундной заминкой друг растворился в воздухе, а я вдохнула свободнее.

Что же получается, рядом с порождениями Безымянного наша близость невозможна? Причем даже безобидная?

— Райан, ты понял? — тяжело дыша, спросила я. — Катализатор…

— Демоны.

— Так, потом поговорите. — Грозно перебила нас матушка. — Райан, вот котелок, наберите в него воды. Я приведу Хейли в порядок, и мы придем на берег.

Спорить он не стал, подхватил утварь, под строгим взглядом наполнил водой и исчез с наших глаз.

— Ласточка моя, — вздохнула Софи, — я тебе что-то скажу, а ты меня внимательно выслушаешь и перебивать не станешь, договорились?

Кивнула, расслабляясь от лечебных прикосновений женщины. Она невесомо провела пальцами по вискам и затылку, погладила живот, уничтожая все неприятные последствия от прихода Асгара.

Вот ведь, значит и Коша тоже катализатор?!

— Ты молоденькая, голову тебе вскружить легко, — издалека начала Софи. — Да и пара вы истинная, вот только мужчина должен добиваться женщины, а не наоборот. И не след на все соглашаться!

— Я и не… — замолчала, устыдившись порыва. Мама же просила помолчать.

— Вижу я, как ты «не», — передразнила она меня. — Магам много позволено, спорить не буду, век ваш долог… Но, золотце мое, пока мужчина не делает решительных шагов, объявляя всем, что эта женщина его, любые обещания лишь пустой звук.

Молчу. Понимаю, что права и молчу. Хотя в наше время помолвки расторгаются, а девичья честь не является чем-то особенным. Если невеста — маг.

— Вижу я ваши чувства, вижу и сомнения, Хейли. Не торопи события, не давай себе повода потом пожалеть. Целуйтесь, хоть зацелуйтесь, а все остальное — после свадьбы.

— Мама…

— Я твоя мама, — кивнула она, — и как твой родитель, я против такой близости и тебе запрещаю. Ты же учиться хочешь? А коли понесешь? То-то и оно! И война эта лихом навеянная!

До этого момента я вообще о детях не думала! А сейчас покраснела от пяток до макушки!

Все может статься, я не принимаю отваров специальных, а пользуется ли Райан артефактом — неизвестно.

А война…в нее до сих пор не верится. И нападение это…Ох, что же я…

— Я поняла, матушка, — робко улыбнулась и обняла Софи. — Не беспокойся на этот счет.

— Вот и славно, ласточка моя золотая, умывайся и пойдем.


На берегу все было тихо, русалки нас покинули, но я точно знала, позову — придут.

Ребята о чем-то перешептывались за костром, Райан в сторонке общался с Асгаром. Но как только он увидел меня, то отправил демона восвояси. Через несколько мгновений исчез и выживший жрец. Умом я понимала, что мне никто не позволит присутствовать на допросе, а вот сердце желало знать на кой черт культу Безымянного нужна Пенелопа, каким образом нас нашли и кто стоит во главе нападения.

И Райан не сумеет отвертеться от этих вопросов и уйти без объяснений!

Я закусила губу, соображая, будет ли мне плохо, потому что со мной Коша, а он тоже — порождение Утратившего Имя.

— Я просто не буду подходить к вам двоим близко, — фыркнули в моей голове. — В академии почти каждый клочок был заполнен порождениями, как практический материал, так и рабочей силой. К тому же Асгар является сильнейшим из демонов. Думаю, сила тоже играет важную роль в бунте стихий.

— Хотела бы я знать, почему так происходит. В конце концов, в самом Райе сила Безымянного!

— Выясним, обязательно выясним.

По большому счету я очень боялась того мгновения, когда мы рассядемся у костра. Я ведь не имела права рассказывать своей команде о тайне любимого, хоть и посчитала необходимым это сделать. Ни один мужчина не потерпит вмешательства в его дела, даже если ему требуется помощь и сам он не справляется. Только по личной просьбе.

Коша демонстративно отправился к Элайзе и Пени в шалаш, предварительно стребовав с матушки обещание, что первая тарелка похлебки достанется ему.

На что матушка рассмеялась и сказала, что так уж и быть, ему и занемогшим девочкам. Больным нужно уступать.

Дракон сбился с шага под наш дружный хохот.

Спасибо Софи за то, что разрядила обстановку.

— Как долго они будут спать? — спросила у нее, выбирая место на песке.

— Пени скоро проснется, а Элайза может к утру, может раньше. Ей сильно досталось.

— Мне жаль, — произнесла я, глядя на Асакуро. — Если бы…

— Нас застали врасплох, Хейли. И я был ближе, чем ты, но не успел отразить атаку. Поэтому, не тебе себя винить.

Я вздохнула и опустила голову. Конечно, я была далеко, но вся эта ситуация напрягала. Как лидер я несу ответственность за жизнь ребят. А сама не только не предусмотрела возможность нападения, но даже не задумывалась об этом. Что мне стоило, уходя поставить на них щит?

— Больше подобного не повторится. Я буду ставить защитный полог.

— Не потребуется. — Райан плавно опустился рядом со мной. — Я перенесу вас на место встречи Совета Пяти, а после вас заберет ректор в академию.

— Но до встречи еще рано, — потрясенно заметила я. — Как минимум еще неделя. Семь дней на кладбище в ожидании глав княжеств, это слишком.

Асакуро прыснул, а матушка нахмурилась.

— Там нет могил, Хейли. В том понимании, в каком ты привыкла считать. Только два памятных столба и ровная земля, пустырь, — она вздохнула, — на этом месте не растет трава и деревья. Мы же будем рядом в лесу.

— Семь дней… — Райан сжал мою ладонь. — Тогда следующий вариант, вы остаетесь здесь. Я ставлю защиту, а через семь дней возвращаюсь за вами и переношу на место встречи.

— А не проще нам самим дойти? — осторожно уточнила я.

— Не проще, — отрезал мужчина. — Я не желаю неприятных сюрпризов. А Софи не настолько пришла в себя, чтобы сберечь всех.

Матушка на это замечание лишь глаза опусти.

— Вам всем требуется отдых, особенно госпоже Ратовской. Морской воздух, целебные дары моря, русалки помогут вам восстановить утраченный баланс магии и резерв. Поэтому отказ неприемлем. Твоя команда вместе с куратором остается здесь, Хейли. И ты не смей никуда уходить до моего возвращения.

И прозвучало вес так, что захотелось вытянуться по струнке и зычно крикнуть, что все поняла и будет исполнено!

Ужас какой-то!

— Почему на нас напали? — Ривэн озвучил мысли всех присутствующих. — Мне показалось, что целью была совсем не Хейли. К тому же вы нас защитили…

Я кожей почувствовала, как напрягся Райан и зажмурилась. Вот сейчас-то мне и попадет.

— И каким образом это связано?

— Вы же получили силу Безымянного, — не понимая, какая туча зависла над нашими головами, ответил брат.

В образовавшейся тишине надрывно прозвучал крик чайки. Захотелось прикопать несчастную птичку, а заодно и себя.

— Мы знаем, через что вы прошли, лорд Валруа и готовы помочь вам и Хейли. Поэтому я и сказал, что нападение выглядит странно. Вы на нашей стороне, а значит тем, кто отдал приказ напасть, был кто-то другой. Вы должны знать, что происходит. А — мы самые заинтересованные лица.

Райан продолжал хранить молчание, словно взвешивал каждое услышанное слово и раздумывал над тем, стоит ли посвящать нас в свои планы.

— Я знаю, что ты задумал, — понимая, что часа весов склонилась не в нашу пользу, произнесла я. — И я согласна с тем, что нужно воскресить Богов.


Глава 15

Я давно пришла к этой мысли. Не зря архимаг охраняет статуи, не зря сила Сияющей продолжает блуждать по миру. Она ждет момента, когда появится изначальный носитель, лишь временно помогая тем, в ком поет кровь Хеллы.

Однажды, это должно было случиться. Но прежде, чем рубить сгоряча, мы должны все обговорить. Не допустить ошибки. Выяснить, наконец, кем является Велиар и для чего ему нужны потомки несчастных влюбленных!

Коша своим поведением только подтвердил мои сомнения и намерения Райана. Я знала, что мне придется выбирать между защитой статуй в академии или нападением и кражей мраморных изваяний. Это должно было произойти. Райан не хотел магии Бога, и явно мечтает ее вернуть источнику. А так как кроме него остается лишь сам Утративший Имя, все становится вполне очевидным.

И у меня только один вопрос, каким образом он собрался воскрешать бога? И думает ли он о том, что помимо Эльхора нам нужна и Хелла?

— Коша сказал? — холодно уточнил любимый.

— Сама догадалась. Нам нужна помощь Хеллы и Эльхора, их двоих, не по отдельности. — Я не могла видеть лица Райя, потому что он сел мне за спину, а сейчас заставил меня откинуться ему на грудь. — Но прежде, чем приступать к плану их воскрешения нужно вспомнить все, что нам известно об их жизни. Я уверена, что мы упускаем что-то очень важное.

— В их жизни сам демон не разберется, — выругался Райан. — Но мне помогли записи Безумного Артефактора. Часть событий я смог структурировать, к тому же твои воспоминания и то, что узнал я…

Он оборвал себя на полуслове, видимо, вспомнив о притихших слушателях.

Все, как один затаили дыхание и открыли рты. Я их хорошо понимала, сама бы также реагировала, если бы не являлась непосредственным участником ужасных событий. Это только когда слушаешь, все кажется не таким страшным, а когда видишь своими глазами, чувствуешь все то, через что прошла Богиня, желание остается лишь одно — покончить уже со всем и больше никогда не касаться этой грязи.

А судя по всему, любимый прошел путь Эльхора и только ему ведомо, какую боль и долю сумасшествия Безымянного Бога он впитал!

— Они дадут клятву, Райан, — прошептала я. — Нерушимую клятву, что ничто из того, что сейчас прозвучит, не уйдет дальше членов нашей команды и куратора в лице госпожи Ратовской. Доверься нам, пожалуйста, доверься мне…

Я просила его, потому что хорошо понимала, как ему нелегко. Знала, что он мужчина и считает, что должен самостоятельно решать проблемы. Но когда все в масштабе войны не может быть только мужчин и женщин, есть маги и солдаты. А у магов, как известно, пола нет!

— Вы должны понимать, что мой план идет вразрез с планами Союза и ректора Академии Сиятельных, — глухо произнес Рай и сжал мою талию. — Для всех вы станете врагами.

Я гулко сглотнула, но вспомнив, что творит король и кем является для своего народа криво усмехнулась и расслабилась. Все, кто будет против его величества Первого Королевства автоматически станет врагом.

— Я, Ривэн Сизери, урожденный Сойр, клянусь…

Пока он произносил слова клятвы и призывал в свидетели свою стихию, стояла гробовая тишина. Казалось, даже море замерло на мгновение, проникаясь торжественностью и важностью происходящего.

Следующим, кто произнес клятву, был Асакуро, за ним матушка София. А вот неожиданным поворотом стали клятвы Пени и Элайзы. Которые вообще-то спать должны были!

— Мы не слышали ничего кроме клятв, — произнесла Элайза и пошатнулась. Я и моргнуть не успела, как ее уже подхватил на руки Асакуро. — Но решили, что тоже должны это сделать.

— Мы бы рассказали вам позже, — вздохнула я, — и позже бы приняли клятвы. Как вы?

Я переводила взгляд с одной подруги на другую, а те робко улыбались и хором ответили:

— Жить будем.

— Безусловно, — хмыкнула я.

— Я бы советовала, тебе деточка, вернуться в шалаш и постараться уснуть. — Произнесла Софи, глядя на Элайзу.

— Спасибо за беспокойство, госпожа Ратовская, — вздохнула оборотень, — но я бы хотела послушать его высочество.

Райан все это время тихо дышал мне в затылок. Его лица я по-прежнему не видела, а выворачивать шею не хотелось.

— Что ж…раз все принесли клятву, не вижу причин оттягивать с объяснениями. — Райан крутанул меня так, что в итоге я оказалась между его колен, а моя голова на его правом локте.

Он меня уложил точно так же, как минутой раньше, Асакуро Элайзу!

Не спорю, что так удобнее и приятнее, но… Мне неловко!

Пени по-доброму усмехнулась и отвела взгляд, Элайза подмигнула, а Ривэн поспешил последовать примеру Пенелопы, матушка же сощурилась и проследила за тем, чтобы вторая рука Рая легла мне ровно на талию, а не выше. И только Асакуро оставался безучастным к переменам у лидера команды, он был поглощен своей парой.

Честно говоря, я радовалась, что я не одна такая ненормальная.

Правила? Этикет? Аристократы?

Сейчас я себя чувствовала простым человеком, которому позволено все. Даже громко высморкаться при всех!

— Я склоняюсь к тому, что теория Безумного Артефактора является верной. А значит, много веков назад, наш мир соприкоснулся с другим, скорее всего, погибающим миром, в котором и зародилась магия.

— Я тебе тысячу раз говорил: магия повсюду и никогда не исчезнет. — Коша обнаружился за Райаном, любимый вздрогнул, видимо, решив, что присутствие дракона причинит мне боль. Но…ее не было!

— Не дергайся, лежи спокойно. — Это уже мне. — Я давно тут, и ты замечательно себя чувствуешь.

— Вот как… — задумчиво протянул Райан и я знала, о чем он думает.

Каюсь, у меня у самой мысль промелькнула, а не предатель ли Асгар?

— Если магия повсюду и никуда не исчезнет, то тогда как она зародилась? — Элайза была бы не Элайзой, если бы не спросила хоть что-нибудь.

— А как зародилось яйцо? — тут же спросил Коша.

— Его снесла курица, — хмыкнул Ривэн.

— И кто появился раньше?

Вот тут-то усмехаться перестали все, разве матушка закашлялась, пряча смех.

— Дрейк вы пытаетесь уйти от ответа. — Наконец, заявила Элайза.

— Все проще, чем вам кажется. Магию создает сам мир, и всегда найдутся те, кто сумеет ею воспользоваться.

— Если сам мир создает магию, и она никогда не исчезнет то, как вышло, что у одних дар сильнее, чем у других? Почему кто-то рождается с сильным огнем, а кто-то со слабой водой?

— Потому что за столько лет, кто по наитию, кто изучив законы мира и природы, а кто в минуты отчаяния, научился черпать ее в той мере, какая ему необходима. У двух магов обязательно родится маг. У союза, где один будет магом, а второй простым человеком, могут быть как одаренные дети, так и лишенные магии. Мы сосуды, Элайза, подходящие сосуды и проводники магической энергии.

— То есть, мезальянсы тем плохи, что наше потомство потеряет уникальную кровь, а также свойства для проводимости магической энергии мира?

— Да.

— Но Коша, мы же знаем случаи, когда в семье не магов, рождаются одаренные дети, в академии много таких студентов. — Возмутилась я.

— Наш мир динамичен, Хейли. Он любит своих созданий и творения, а потому подстраивается. Он делает все, чтобы мы были счастливы. И в семьях обычных людей существует только два варианта, при котором ребенок получит магию: чудо и наличие магии у предков.

— Чудо значит… — рвано выдохнул Райан. — Очень жаль, что чудеса случаются спонтанным выбросом при сильной угрозе. Очень редко, когда с рождения у крестьян проявляется магия.

— Подождите. — Элайза медленно села. — А что будет, если в установленный порядок вмешается кто-то извне? Если в законы мира и природы грубо влезет кто-то чужой, инородный. Не даст ли это толчок к увеличению числа магов, потому что миру потребуется защита?

У меня мороз по коже прошел. Я думала ровно об этом же, только немного по-другому. Все теории о зарождении магии, так или иначе, связаны с огромным количеством магической энергии, которая была преобразована то в дождь, то в землю, то дарована богами, но ведь и они ее откуда-то взяли, прежде чем отдать людям. Обыкновенный мальчик Эльхор, сын кузнеца, и девочка Хелла, полюбившая совсем не того, кого желали видеть рядом с ней её родители.

Что, помимо пробуждения магии, вмешалось в размеренное течение их жизни, раз сама природа отдала им лавры управления своим детищем?

— Драгонария, — на едином выдохе прошептали мы с Райем, а он добавил. — Кроме родной магии, энергии своего мира, Хелла и Эльхор впитали чужеродную.

Мы явно мыслили в одном направлении и в тоже время что-то упускали.

— То есть, помимо нашего мира действительно существуют другие миры? — Пенелопа восторженно смотрела перед собой, а потом нахмурилась. — Только они враждебные, да?

Я глубоко задумалась. В какой момент один мир, может притянуться к другому. С намерениями о войне? Вряд ли, скорее в момент своей гибели, в стремлении сохранить хоть часть себя в своих порождениях и своей энергии. И если вспомнить первое общение Хеллы с «дядюшкой» и его слова, то я на верном пути.

О чем поспешила сообщить остальным. Но прежде, поведала о тех видениях, что были показаны мне, а Райан дополнял их тем, что было показано ему.

— Почему все настолько противоречиво? — оборотни не скрыли своего удивления. — Ты говоришь об одном, а лорд Валруа о другом. Как они могли жить в одном пространстве и времени и при этом видеть совершенно разные события, происходящие с ними одновременно?

— Внушение, подмена сознания, и разный отрезок времени, — скупо выдал Райан. — Я давно пришел к мысли, что телами наших богов пользовались различные существа. Отсюда огромный провал в памяти Хеллы и Эльхора.

— Быть не может!

— Почему же, — матушка Софи пристально всматривалась в огонь. — Это могло бы многое объяснить, да Кошенька? И мою природу, и твое существование.

— Простите, госпожа Ратовская, причем здесь вы и Дрейк?

— Элайза, откуда пошли оборотни?

— Неизвестно, — прошептала она, — но мы существуем столько же, сколько сотворен наш мир!

— Нет, — жестко оборвала матушка. — Мы появились в противовес другим оборотням.

— Да каким же другим? Не существует никого, кроме лисов и волков!

— Драконы? — спросил Райан, причем таким тоном, будто для него предположение давно являлось истиной.

— Верно.

— Да бросьте! — Элайза аж подскочила, чуть не дав Асакуро затылком по челюсти. — Наш мир дал жизнь оборотням в противовес драконам? Мы сильные, ловкие, быстрые, но что мы можем против драконов? Да и к тому же, при всем уважении к вам, Дрейк, вы не можете обернуться человеком.

— И это возвращает нас к тому, что мы не до конца постигли магию нашего мира, — холодно бросила Софи. — Да, сейчас существуют волки и лисы, но изначально, вы могли выбрать ипостась, прожить три жизни: людскую, волчью и лисью. А что, если, оборотень может выбрать в кого перекинуться в первый раз?

— Вы шутите?

Я молча сжала руку Райя, ища успокоения у него. Нет, я ничему уже не удивлялась, если в наших Богов могли вселиться иномирцы, то почему наш мир не мог дать выбора оборотням? Но в любом случае, наши предположения звучат странно, страшно, почти неправдоподобно.

— Когда-то я оборачивался в человека, — вдруг произнес Коша. — В своем мире. Ваш же дал мне новую жизнь, но уже без оборота.

— С ума сойти!

— В человека? — переспросила я, — но как же это…

Мне сложно представить Дрейка человеком. Тяжело, невыносимо, он же мой магический питомец, а выходит, что он равный и то, как я с ним обращаюсь неподобающе!

Голова шла кругом! Конечно, мой страж для меня всегда был другом, близким и родным, но уж никак не отождествлялся с человеком!

— Почему ты молчал? — глухо спросил Райан, — почему ничего не сказал о том, где родился?

— Я родился здесь, Райан, но память храню своих предков! Мы перерождаемся, если кто-то сумел сохранить нашу душу. Меня возродил Эльхор, даровав Хелле, но кто ему отдал мою душу я не знаю, точно так же, как и остальных драконов.

— Остальных?

— Десять видов, по числу кланов в нашем мире, — тут же ответил Коша. — В живых остался только я и возможно Вейра.

— К вопросу о драконах мы вернемся позже, — вдруг сказала матушка. — Сейчас важно другое, если брать за истину управление нашими богами иномирцами, то выбранный способ воскрешения богов лордом Райаном, проводить нельзя. Я уверена, что это будет только на руку тому существу, что уже столько лет искусно занимает место кукловода.

— Какой способ? — тихо просила я. — Какой способ выбрал наш принц?

Рука, сжимающая мою талию, вздрогнула.

Меня бросило в жар, почему я уверена, что знание не принесет мне ничего хорошего?

— Лорд Райан? — вопросительно позвала матушка.

— Ты должна убить меня, Хейли.

— Что?!

Я не различила, кто еще со мной не сдержался и удивленно вскрикнул.

Меня волновал мужчина, который вынес приговор себе и мне. Разве смогу я поступить с ним так? Разве смогу принести в жертву ради наших богов? Да ни за что, от них все беды!

Медленно я убрала руки со своей талии, осторожно выбралась из его объятий и повернулась к лицу принца.

Я должна видеть его глаза, я должна понять, насколько серьезен он в своем заявлении.

Потому что он знает больше меня! И есть вещи, с которыми нельзя поспорить.

— Никто, кроме тебя не сможет подойти ко мне, Хейли. А Эльхора воскресили жертвоприношения, ты же видела.

— Почему именно ты?

— А кого?

Так нет, я явно что-то не то спрашиваю! Нужно подумать, не торопиться.

— Я против убийства и никогда на это не пойду. К тому же…жертвоприношения — это путь того кукловода, и я полагаю, что есть как минимум, еще один выход из сложившегося положения!

— И какой же?

Не было насмешки в вопросе, но и надежды тоже. Он просто спросил, чтобы отвлечь, чтобы я задумалась над чем-то другим и перестала акцентироваться на той роли, которую он мне уготовил!

— Хейли, я правильно помню, что в воспоминаниях Хеллы, фигурировала сначала одна рыжеволосая красотка, а затем три рыженькие сестры? — вдруг спросил Асакуро.

— Да, — мне пришлось обернуться к нему, чтобы ответить. Потому что на Райана было больно смотреть. Он словно прямо сейчас шел на эшафот!

— А могло ли быть так, что эти четыре женщины — один и тот же человек, но проживающий в разное время? Если в их мире, — оборотень кивнул в сторону дракона, — возможно переродиться, сохранив память, то почему не сделать закономерный вывод, что и маги…ммм, Драгонарии сохраняют память предков или прошлой жизни?

— Если все так, то три обольщающие горгоны — и есть та первая жертва, воскресившая Эльхора? — Элайза подхватила мысль возлюбленного. — Тогда нам нужно выкрасть двух из академии и найти третью, а потом…

— Она убила себя сама, сомневаюсь, что три горгоны вдруг решат покончить жизнь самоубийством на алтаре перед статуей, — прервал ее Райан.

— А Эльхора ли она возрождала? — вдруг спросил Ривэн. — Если предположить, что перед тем, как они впервые стали статуями, в теле бога была не душа мальчика?

— Что ты хочешь сказать?

— Только то, что можно не отдавать и жизнь за воскрешение, и призвать конкретную душу! Как бы это сейчас не звучало, но в разные отрезки времени в подходящий сосуд, коими и являлись наши боги, призывали разные души. А вот уже битву между друг другом вели настоящие Хелла и Эльхор. И еще…люди умирают, маги умирают, а перерождаются ли или вынуждены блуждать в мире — ловушке?

— Подожди, — я практически ничего не понимала. — Ты полагаешь, чтобы призвать истинную душу, не требуется смерть призывающего или можно убить горгон и все равно получить желаемое? И что значит, мир-ловушка?

— Это звучит бредом, — выдохнул Райан, — но похоже на правду.

— Поясните, пожалуйста, — попросили мы с матушкой одновременно.

— Десятого и Девятого королевства не существует. Мы ошибались, считая, что они закрылись от других государств, не желая сотрудничать. На месте процветающих территорий — мертвая земля, а магический фон… Мне сложно описать, я впервые столкнулся с подобным. Но все чего я хотел, оказавшись там — это уйти, сбежать и больше не возвращаться.

Мы потрясено замолчали. От услышанного хотелось волком выть. Что могло так сильно напугать лучшего Стража Огня, декана факультета Стражей, что он не желает соваться на территории бывших союзных королевств?!

Неизвестность пугала, но еще больше пугали перспективы столкнуться с мертвыми в огромном количестве. Неупокоенными душами. Выходит тот самый огненный столп, куда так бездумно прыгнул Эльхор и есть та сдерживающая души наших людей сила? И я не знаю, возможно ли как-то это исправить. Догадка стрелой промчалась в голове.

— Это что же…вместо жителей нашего мира рождаются иномирцы? Тогда…не они ли становятся жрецами и жрицами? И…Боги всемогущие, не это ли поставил себе целью тот, кто называет себя Велиаром? Возродить свой мир за счет нашего?!

— Да, те, кто рождается с чужой душой, становятся жрецами, а остальные… — Райан замолчал, то ли подбирая слова, то ли структурируя мысли в голове. — Их или подчиняют, а потом заменяют, или находят возможность сделать это без подчинения и борьбы.

— Выходит, что его величество находится в подчинении чьей-то души? Или правильнее сказать демона? Иначе бы он не сотворил столько зла своему народу. — Спросила Пенелопа. — Это очень похоже на слияние демонов и людей, правда, почему-то без последствий.

Я вздрогнула. Какой надо быть идиоткой, чтобы довериться демону? Поделиться своим дыханием?!

— Лорд Валруа, когда вы подчинили Асгара и привели его в академию? — я сцепила руки в замок.

— Около десяти лет назад, — тут же ответил он. — Может, чуть меньше.

— А нашли вы его случайно не в том месте, где когда-то проводил рейд лорд Сизери?

— Хейли, к чему ты клонишь, — хрипло произнес он. — Вот демон! Ты считаешь, что Асгар завладел телом лорда Сизери?

— И даже поставленная печать его не изгнала, он ушел сам, хотя полагаю, этому поспособствовал дух рода. Десять лет назад я чуть не сгорела на конюшне, кинувшись за деревянной лошадкой — предметом, где ютится дух нашего рода. И если раньше я думала, что меня пытались убить и уничтожить родовой артефакт, то теперь понимаю, что огонь вызвал хранитель нашего рода. Ведь за мной кинулся отец.

— Хейли…

Я не ответила, молча обняла свои колени и закрыла глаза. Если все так, как я думаю, то по факту, жизнь мне дал совсем не Изир Сизери, лишь его тело, а вот процессом управлял Тельман, возлюбленный Богини или…?

Могло ли так быть, что и сам Асгар вспомнил свою прошлую жизнь не так давно? Он же был превращен в демона, а значит, подчинялся Безымянному и Велиару? Что если мой дух рода не только изгнал из отца демона, но и пробудил память Асгара от длительной спячки и слепого поклонения?

Ответ мне сможет дать только он сам. Но звать его сейчас, значит стопроцентно свалиться в обморок от истощения.

Наша магия взбунтуется на появление демона, а это…

— Я поняла! — ошеломленная догадкой, воскликнула я. — Райан, мне становится плохо рядом с тобой, когда с нами находятся порождения Драгонарии, полные своей магии, но…Только в том случае, если наш мир их не принял! Потому что сейчас и в тебе, и во мне есть чужая магия, а еще Коша рядом! И вон, русалки! А их Хелла сотворила и явно не сама придумала!

Я лихорадочно облизала губы и выдала самое нелепое предположение, которое, впрочем, может оказаться единственно правильным:

— Он столько лет возвращал своих подданных, но сам не мог вернуться. Кем бы ни был в прошлом Велиар, он явно из семьи королей и ему нужно подходящее тело! Но ни ты, ни я, ни наши Боги ему не подходят! Я уверена, что он пробовал, но потерпел неудачу и что самое главное, понял, кто даст ему новое тело! Райан, ребенок двух родов: Сизери и Валруа! Вот, что ему нужно и вот чему противится наш мир!


Глава 16

Я знала, какой может быть взгляд у человека, которому только что вынесли приговор. А потому даже не повернулась к Райану. Да и сама сидела с закрытыми глазами. Не хочу, чтобы они видели мою боль.

Нам нельзя быть вместе. Ни сейчас, ни потом, если нам, конечно, не удастся уничтожить Велиара и его «подданных».

Но если за столько лет это никому не удалось то, как бы ни было грустно признавать, у нас тоже может не выйти. Мы до конца не понимаем, с чем столкнулись, нам неизвестны все его возможности, и что уж говорить о методах борьбы?

— Хейли…

— И блуждающие стихии, — я не обернулась на зов, — это сила нашего мира, а не дар Богини Сияющей.

Это знание пришло само! Внутри поселилась уверенность. Именно поэтому у меня всегда возникало ощущение, что они живые! Именно поэтому они меня понимали и иногда вредничали!

— Блуждающие — отнятая ли магия у провинившихся, излишки, накопленные природой, но стихии, поющие сейчас во мне — это способ общения мира со мной, а также… — Я запнулась, сумасшедшая мысль заставила меня улыбнуться. — Они не дали Асгару полностью овладеть отцом! Они защита от вмешательства демонов в мое сознание и мое тело!

Не поэтому ли Асгар выглядел так жалко и больше не мог тянуть из меня силу без моего на то согласия? Мы же объединили наши сущности во время Светлой Ночи, а следовательно, я все равно шла подпиткой, до тех пор, пока мир не решил вмешаться, обезопасив меня!

— Райан, в день, когда прошел финал на звание короля и королевы Академии Сиятельных, ты пробудил силу Эльхора?

— Можно и так сказать, — едва слышно выдохнул он, — во время вашего финала, Велиар провел ритуал жертвоприношения. И когда я пришел к тебе, то уже владел этим даром.

Туман, которым заволокло площадь — предвестник беды и в тоже временная мера безопасности для остальных, чтобы укрыть всех от происходящего на сцене. Это была реакция мира на случившееся зло! А в следующее мгновение ко мне устремись стихии!

Вот, что произошло тогда!

И вот вопрос, правильно ли называть Хеллу и Эльхора Богами, если наш мир явно оберегает кто-то могущественный, кто-то, кто по-настоящему его и создал?

Мы поклоняемся совсем не тем и не тому! Не в этом ли великая ошибка? Наш истинный создатель и хранитель — забыт! Не это ли связывает ему руки?

Я не ждала ответа на свои мысли, да и вслух их не обозначала, но в полной мере ощутила отклик нашего мира!

Да и не только я!

— Вы это видите? — ахнули подруги. — Ночная радуга?

— И этот аромат… — протянула матушка, — словно мы на цветущем поле, а не на побережье моря.

— Это не Хейли! — разом заявили ребята, своим поведением заставившие меня улыбнуться.

Конечно, это не я.

Это мир, который нуждается в защите и понимании.

— Прости, Хейли, но ты явно огорчена, поэтому ждать бабочек и цветущих кустов не стоит, а значит… — Элайза нахмурилась, пытаясь найти рациональное объяснение происходящему, и не находила.

Мысленно я подбирала слова, чтобы пояснить свои догадки и реакцию окружающей природы, когда на помощь пришел Коша:

— Хейли, если ты позволишь, я покажу остальным, что произошло твоими глазами и ощущениями.

Пять пар глаз впились в меня, а я лишь кивнула. Конечно, я не буду отказываться, потому что все равно не знала, как начать, чтобы поняли и приняли как истину.

Дракончик ловко засеменил к костру, так, чтобы все его видели и, стребовав со всех разрешения на ментальную связь, начал свой показ, недоступный мне.

Несколько минут я бездумно смотрела на пламя, не мешая Коше, а потом решила, что мне стоит пройтись.

Пусть обсуждают без меня и строят догадки. Тихо порадовалась тому, что Райан отпустил, даже не сделав попытки задержать. Может, почувствовал, что мне нужно подумать и побыть одной?

Я медленно шла к морю, зачарованно глядя на его мирную гладь, не потревоженную ни ветром, ни малейшим колебанием от морских существ.

Казалось, что это не беспокойное, бескрайнее море, а мелкое озеро с чистейшей водой с зеркальной поверхностью.

Что же случилось, что хранитель мира не появляется перед своими созданиями? Или как-то иначе не передает свою волю? Наверняка его проводниками были не только Хелла и Эльхор. За столько-то лет! И пусть я носила в себе огромную часть силы, но все равно не понимала, чего от меня хотят! И, видимо, не понимали наши «боги». Но помимо них, разве не существовало еще кого-нибудь?

Мелкая волна лизнула стопы и стыдливо вернулась на место, заставляя море затихнуть вновь.

А в следующее мгновение я вскрикнула — в мой палец впилась небольшая рыбешка.

Я и оглянуться не успела, как Райан осторожно забрал у рыбки мою конечность и зашвырнул кусачую возмутительницу моего спокойствия в море.

— Больно?

— Нет, — любимый осторожно осматривал мою стопу, стоя на коленях, заставляя меня держаться за его плечо.

— О чем ты думала?

— О том, что помимо Богов должны были быть еще проводники воли хранителя этого мира. И я не понимаю, где они и почему молчат.

— Ты и я…

— Нет, я орудие этого мира, а ты, — я вздохнула и прикусила губу. Вот как ему объяснить, что все Валруа рождены по ошибке, и по желанию инородной твари?

Не хотел Эльхор детей ни от кого, кроме Хеллы. Но у них не получалось, потом что мир противился этой связи и не давал Хелле дышать свободно. А Эльхор…да не мог он причинить ей вред, не мог заставить силой, потому что по нему рикошетило так, что он сам жить не хотел! Потому и ждал, надеялся.… А потом растворился под гнетом чужой воли, затерялся в чертогах разума, утратив самого себя.

Его телом управляли, дав жизнь предку Райана, точно так же, как Тельман воспользовался моментом и закрутил роман с Хеллой.

— Возможно их никогда и не было, — вздохнул Рай.

— Не соглашусь, — покачала головой, — если уж блуждающие стихии выбирают носителя для борьбы, то должен существовать тот, кто донесет миру о творимом зле и способе уничтожения захватчиков. Ай!

Морская волна опять лизнула ноги, оставив подарок в виде кусачей рыбки.

— Айн? А он здесь при чем? — удивился принц. — Ох, какая настырная.

Любимый вновь отодрал рыбку и вернул в соленую воду, я же задумалась. Артефактор Айн, чья судьба была мне неведома. Кто и зачем преследовал его и почему лорд Тарис отдал приказ убить мальчишку?

Я и не заметила, как задала эти вопросы вслух.

Мало того, внутри меня собирались стихии, пугая своей мощью и тем, что вот-вот выплеснуться.

Не обращая внимания на начавшего говорить Райана, я по колено зашла в море, чтобы силу выброса смягчить водой.

— Айн, был талантливым артефактором, о котором можно сказать — не от мира сего. Вечно витал в облаках и при этом, был необычайно мягок и добр. Я знаю о чем говорю, ректор не просто помог создать его личину, я получил и слепок памяти.

Откровенно говоря, что это такое я не знала, мы еще не проходили этого в академии.

Но если судить логически, значит, любимый получил возможность окунуться в жизнь паренька, причем смотрел и мыслил разумом Айна.

— Он живо интересовался работами Безумного Артефактора, причем его волновала и повседневная жизнь утратившего разум мастера. Неудивительно, что он стал любимчиком декана своего факультета, тем более лорд Ронг состоит в родстве с выдающейся личностью. И он охотно делился записями своего предка с Айном. Мальчик доверился не тому, — хмуро закончил он. — Да и полюбил девушку, которая не только не ответила ему настоящей взаимностью, но и легко предала, подписав приговор.

— Не понимаю, — честно призналась. Я вспомнила Аннет, соперницу по конкурсу на звание королевы академии. — Что такого мог рассказать ей Айн, что ее отец посчитал информацию опасной?

Именно их Райан и обвинил в смерти паренька.

— Айн верил в то, что магия пришла из другого мира, мало того, считал, что миру не хватает устройства выкачки эманаций смерти. Не спрашивай, что это, я так до конца не разобрался в этом сумбуре. Но в одном уверен, если бы он держал свой рот на замке, никто не тронул бы его.

И вот после этих слов мир вокруг меня взорвался миллионами разноцветных частиц. Не знаю, как устояла на ногах и тем более не представляю, что ощутили остальные, но меня буквально распирало от стихий, которые обрушились на морской брег и всех, кто находился на его территории.

— Айн, — когда смогла нормально дышать и видеть, произнесла я. — Айн, как и Безумный Артефактор были посланниками воли хранителя этого мира.

И подтверждая сказанное, яркая, даже ядовитая радуга на мгновение устлала небо, чтобы в следующую секунду устремиться ко мне, растворяясь в уже имеющихся стихиях.

* * *

Райан Валруа


— Айн, — медленно вдохнув и выдохнув, произнесла Хейли. — Айн, как и Безумный Артефактор были посланниками воли хранителя этого мира.

Невозможно!

Меня передернуло от отвращения. Если то, что представлял себе мальчишка — правда, то мы неизменно погибнем!

Наш мир растворится в смертях и однажды исчезнет со всеми его обитателями!

Я не вижу выхода! Я не понимаю и половины терминологии родственничка лорда Ронга, а ведь мальчишка отлично ими оперировал!

Что я могу сейчас сделать? Сказать и изменить?

Пусть Хейли промолчала, но я понял, истинный наследник был рожден в угоду Велиару. Для того, чтобы тот сумел возродиться и прибрать наш мир к рукам.

И у него все получается. Пусть слишком долго, но он, верно идет к своей цели. Где нужно ждет, играет роль доброго дядюшки, где требуется сила и хитрость — прогибается и выпускает на волю своих послушников.

Наш мир окутан плотной паутиной, а мы — загнанные в угол звери, не знающие как выбраться из ловушки.

Мне явно нужна помощь лорда Ронга! Я сам не понял ничего из того, что давала мне личина Айна. А уж декан факультета артефакторов точно знает больше и понимает не только свой предмет, но и, признанную больной, логику предка.

— Райан, — тихо позвала Хейли. — Что ты собрался делать во время королевской свадьбы?

Ее вопрос застал меня врасплох. В эти минуты Хейли казалась мне печальной и решительной. Ход ее мыслей был непостижим, и, кажется, она сама не всегда понимала, почему в тот или иной момент задает правильные вопросы, интересуется нужными вещами, на которые, увы, так не хочется отвечать.

Должен ли я сказать честно или стоит скрыть от нее то, что задумал? Ведь знание принесет боль.

Я медленно подошел к ней и обнял ее, заглядывая в глаза, словно желая увидеть ответ.

— Доверься мне, — одними губами, попросила она. Какой раз уже просит, а я…

Мне стыдно за свои сомнения, горько за то, что свое увлечение ею и ощущения, которые медленно, но просыпались во мне, отталкивал, списывал на зов крови.

По сути, наведенными и чужими, были лишь чувства страсти и желание обладать девушкой, которые накрывали с головой и лишали разума. Они доводили до исступления, выворачивали наизнанку, побуждая совершать неправильные поступки. Сходить с ума.

Сейчас я хорошо это вижу. А вот защищать, оберегать и дарить радость, видеть улыбку на лице Хейли — это и есть просыпающаяся любовь.

Впрочем, давно проснувшаяся, это я слепец.

Я не смог сдержать улыбку, столько времени искать ответ и не находить его, а теперь четко сознавать, чего же мне хочется.

Хейли юна, еще не женщина, не до конца раскрывшийся бутон, который в будущем сулит стать невероятным цветком с неповторимым ароматом.

Какой она будет? Какой вылепят ее обстоятельства? Останется ли такой же мягкой и доброй? Будет ли отзывчивой и прощающей. Сломается ли под ударами судьбы или продолжит бороться, как сейчас?

Я хотел быть не просто наблюдателем, я хотел быть тем, кто познает ее во всех гранях, кто станет ее путеводной нитью и защитником.

И для этого я сам должен стать если не идеалом, то самым надежным мужчиной.

— Ты моя сила, — прошептал ей и осторожно поцеловал в мягкие и податливые губы.

Как упоительно и прекрасно это чувство. Знать, что существует та, ради которой хочется всегда быть на высоте. Ради нее жить и совершенствоваться, не сдаваться и идти вперед, даже тогда, когда, казалось бы, и нет выхода.

Мы справимся. Мы действительно со всем справимся, и я не должен отказываться от помощи.

Доверчивая, такая нежная…Хейли прижалась ко мне, ища успокоения, желая ласки и в то же время, ожидая, когда я начну говорить.

Маленькая, но все-таки женщина! А женщины никогда не забудут о том, что действительно их гложет.

— В Четвертом Королевстве во время свадьбы не будет тех, кто не под властью Велиара. Мой отец вербует людей, а из них делают жрецов и жриц. И я не мог помешать, — горько сознаваться в своей слабости и бессилии.

— Ты… — Хейли жадно всматривалась в мое лицо, — приговорил их всех?

— Не существует иного варианта. Король Первого королевства одержим и давно не владеет собой. Сегодня я понимаю это, так же как то, что не существует варианта вернуть утраченный разум и душу. Ни ему, ни остальным.

Девушка зажмурилась и сжала кулаки, но ни единого слова не вырвалось с ее уст. Ни протеста, ни всхлипа, ни обвинения в жестокости.

— Они… — выдохнула Хейли, — они согласны с этим. Стихии, а значит и хранитель, но…это ужасно!

— Ты слышишь его мысли?

— Нет, стихии внутри меня или бунтуют, или расцветают. Сложно объяснить, — она виновато улыбнулась. — Но я абсолютно уверена в том, что понимаю посыл хранителя и создателя нашего мира.

Все мужчины по своей натуре ревнивцы и собственники. Мне не нравился способ общения Хейли с тем, кто создал этот мир. Мое сознание воспринимало его как мужчину, а значит соперника. Но, конечно, это было великой глупостью.

Хейли о чем-то раздумывала, не пытаясь больше ни о чем спрашивать, я же смотрелся в водную гладь и в который раз признал, что похожу на идиота. Счастливого идиота, который к тому же, невероятно ревнив.

Гордость за успехи Хейли кружила голову, а восхищение ее настойчивостью и упорством, давало возможность чуть более понять саму девушку. То, что она прячет за семью замками в своем сердце. Нежна и хрупка, воинственна и бесстрашна. Пусть сама о себе она думает иначе.

— Райан, оттяни свадьбу. Сделай так, чтобы она состоялась позже и после того, как мы воскресим статуи. — Хейли медленно потянула меня к костру, видимо, чтобы обсудить то, что сейчас пришло ей в голову.

И ведь сложно с ней поспорить, потому что я планировал воскрешение после того, как уничтожу всех порождений, пришедших на свадьбу, а заодно и коронацию.

— Я вот о чем подумала, — усадив меня на песок, девушка обвела взглядом притихшую при нашем появлении компанию. — Велиару только на руку воскрешение бога, а значит, он понимает, что ты не настолько подвластен его воле, ровно также, как не желаешь иметь проклятый дар. Вопрос только в том, догадывается ли он о том, что мы захотим воскресить Хеллу?

— То есть, ты полагаешь, что он в курсе задуманного мной и место возмездия превратится в жертвенный алтарь?

— Он слишком хитер и живет так долго, что вполне мог просчитать многие варианты. Я не удивлюсь, если в Четвертом Королевстве соберутся мелкие сошки, а совсем не те, кого требуется уничтожить в первую очередь. Поэтому прошу оттянуть свадьбу. Мне известно, что она должна состояться через две недели. Нам нужен запас хотя бы в неделю.

— Я не смогу долго находиться под личиной принцессы Риэлы, — я не мог не признать правоту в словах Хейли.

— И не нужно. У нас есть принц Элдрон, я уверена, что за столько времени, он уже вполне комфортно себя чувствует. И в отличие от вас, способен взывать к обеим своим стихиям…

— А значит, и создавать водных клонов, но…

— Нам нужна его помощь в Первом Королевстве, потому что мы будем заняты грабежом и налетом на родную академию.

— Хейли! — сдвоенный возглас от Пени и Элайзы.

— Да, грабежом. — Настойчиво повторила она. — Вам, ребята, предстоит выкрасть горгон, а нам — статуи.

— Горгон, я так полагаю, на всякий случай? — я не скрывал восхищения во взгляде. Она так легко и ровно говорила о том, что причинит невероятную боль ее мастеру и моему другу, при этом полностью сознавая, что без боя, нам не обойтись. И она идет на это. Мало того, толкает на подобный шаг свою команду.

— Да, а последнюю горгону, найдут и пленят русалки. За эти дни мы должны детально проработать план, ребята. — Хейли вздохнула. — Вы же понимаете, что сопротивление будет.

— Это безумие…

— Если все сделать с умом, то не такое уж и безумие. Хейли, ваше высочество, я в вашем распоряжении, — Асакуро решительно посмотрел на меня, демонстрируя всем своим видом, что уж его-то мозгов хватит не только на один план.

— И я! — стройных хор голосов возвестил о готовности помогать, и Хейли расслабленно выдыхает.

— Подождите. — Я притянул девушку к себе, заставив сесть. — Я благодарен всем за желание помочь, но прежде, чем совершать безумные поступки, мы должны четко знать, что делать со статуями. Жертвоприношений быть не должно, но тогда что вдохнет жизнь в мраморные статуи? Помолчите…

Я пресек попытку Элайзы, которая явно хотела напомнить о горгонах, и обвел взглядом студентов, лишь на миг, задержавшись на хмурой Софи.

— У вас нет четкого ответа на этот вопрос. Но его могу дать я, после того, как детально изучу труды Безумного Артефактора. А для этого мне необходимо на длительное время покинуть Первое Королевство и связаться с лордом Ронг. И на все это у меня ровно неделя. Поэтому, я предлагаю следующее: общение с Элдроном не откладывать, а отправиться к нему сегодня же, причем госпожа Ратовская, вы должны пойти со мной.

Хейли вздрогнула, но промолчала. Софи даже удивления не выказала, мгновенно поняв, для чего она мне нужна.

— Вторым и главным моментом идет ваша безопасность. Я создам щит, который не пропустит к вам никого до моего появления, поэтому, кому необходимо, посетите кусты. — Ребята синхронно кивнули, в то время как девушки опустили головы. Разве Хейли продолжала смотреть прямо. — Я надеюсь, что мы с госпожой Ратовской управимся за пару часов, и вы не изведетесь ожиданием.

Знаю я, как сильно волнуется Хейли!

— Вам необходимо тренироваться, — вздохнул я, самая неприятная часть, — и когда я говорю тренироваться, то не имею ввиду упражнения на выносливость. Вам нужны бои, особенно тебе Хейли, родовой клинок признал тебя, но ты вряд ли умеешь пользоваться всем, что он дает.

— Я поняла.

— Дальнейшее обсудим позже. — Подытожил я. — Дрейк, ты остаешься здесь, присматривать за студентами, пока нас не будет.

Дракон промолчал, выпустив из ноздрей колечко дыма, а я выбрал необходимую территорию для комфортного нахождения, обозначив ее рунами, дождался возвращения студентов и приступил к наложению щита.

Все это заняло не больше пятнадцати минут.

— Будьте осторожны, — попросила Хейли, но подходить не стала.

Она не прощалась ни со мной, ни с Софи, которая заменила ей мать.

И мне нравился ее подход. Я не любил долгих расшаркиваний, однако, не сдержался сам и заключил девушку в объятья.

Мне было наплевать на все, о чем думает ее команда и госпожа Ратовская. Даже будь мы при дворе, я не стал бы сдерживаться. Какое имеют значение люди и их мнение, когда рядом та, кто скрашивает мою жизнь?

— Возьмите меня за руку, — оторвавшись от любимой, прошел к Софи.

Телепорт дался тяжело. После утраты водной стихии, любая телепортация забирала больше сил, но и быстро восполнялись за счет огня Утратившего Имя.

В деревне полукровок царила ночь. Мы переместились на задний двор, и я совершенно не удивился, обнаружив, что нам навстречу, оскалившись, бежит трехглавый пес — страж Элдрона.

Я был только рад, что брат сумел восстановить их связь, а Дайвс простил хозяина.

Но вот конкретно сейчас, я опасался, спало ли то пагубное влияние, которому братец был подвержен. Все также он желает могущества и неограниченной власти, как перед тем, когда я поставил блокировку. Поддерживает ли он отца или начал осознавать все, что они натворили?

— Свои! — хрипло выкрикнул брат из дома, а потом вышел к нам. — Простите, госпожа Ратовская, моя страж не причинит вам вреда.

— Можно подумать, он смог бы, — усмехнулась Софи и жадно вгляделась в лицо Элдрона.

Неведомым чувством я понял, что и она, выискивает в нем проблеск разума и понимания.

Опасается, что он подвержен все тем же настроением и жаждой наживы.

И в тоже время, она смотрела на него как лекарь на тяжелобольного пациента.

— Госпожа Ратовская! — со ступней сбежала ее высочество и кинулась на шею Софи. — Спасибо вам, матушка…

Риэла плакала и крепко прижимала к себе хрупкую старушку.

— Будет тебе, деточка, — поглаживая принцессу по спине, пожурила Софи, — нут-ка, пойдем в дом. Ароматного чаю попьем, да все расскажешь мне.

— А…

— А они и без нас разберутся, — махнула рукой госпожа Ратовская и увела ее высочество.

Я остался наедине с братом, и, откровенно говоря, пасовал.

Я был в своем праве, но он — мой родной и близкий человек, с которым я поступил скверно.

— Я ошибся, позвав Двайса, — нарушил молчание Элдрон.

Он давно спустился во двор и теперь смотрел на меня.

— То, что мне рассказала Риэла…

Нервным движением брат провел по волосам. Так удивительно видеть его эмоциональный порыв. Даже ледяные принцы подвластны любви.

— Не беспокойся об этом. Альгар не выдаст пропажу твоего стража.

— Я уже понял это, — Элдрон вглядывался в мое лицо, пытаясь там что-то отыскать. Хотел бы я знать что. — Он хотел связаться со мной, но я решил не отвечать. Я не понимаю, что творится…

— И не знаешь, кому доверять? Ведь собственный брат…

— Спас меня! — холодно бросил Эл. — Ты меня спас, дважды. Я же не думал ни о чем, кроме той силы, что завещана нашими предками.

— Завещана предками? — я скривился. — Смотри.

Хейли ни разу не ошиблась в выборе друзей и тех, кому стоило доверять. Она наивна, слишком добра, но все, кто встречается на ее пути, в основном, после стают добрыми друзьями. Даже Асгар, какие бы цели раньше не преследовал, в итоге он искренне волнуется за нее. И сейчас, я чувствую, как ему горько и больно от того, что он не мог до конца быть с ней откровенным. Она и с ним оказалась права.

Поэтому я послушаюсь ее совета насчет Элдрона. Он мой брат, наследник Первого Королевства. Его опора и защита. И пора выбирать сторону.

Мы стояли тесно друг к другу, практически касались лбами, не прерывая зрительный контакт ни на мгновение. Я показывал все, начиная с той самой минуты, как оказался в Четвертом Королевстве в поисках Риэлы Лонтерли.

Сколько занял процесс передачи информации? Десять минут, полчаса или час?

Я не знал, время растворилось и больше не существовало.

Наконец, я мог остановиться. Утер взмокший лоб и пристально вгляделся в побелевшее лицо Эла. А ведь он не до конца оправился от болезни. Эта мысль только сейчас посетила меня.

— Прости, — хрипло выдохнул он и на миг прикрыл веки. По его лбу тоже струился пот. — Рай, я сделаю все, о чем просила твоя леди.


Глава 17

Хейли Сизери


Прошло несколько часов прежде, чем мы все успокоились и вновь собрались у костра. Спать не хотелось никому. Все чинно ждали, пока нагреется вода в котелке, чтобы попить чаю.

— Хейли, ты ведь не все сказала лорду Райану? — спросила Пени.

Я вздрогнула от ее вопроса. Передо мной находились всезнайки, но они даже не почувствовали того, что меня гложет еще что-то, о чем я действительно не стала говорить.

А Пенелопа поняла и не постеснялась спросить. Удивительно насколько близкими мы стали за такое короткое время! А ведь совсем недавно мы ненавидел друг друга.

— Да, Пени. Я не обо всем сказала, потому что сама не уверена.

— Не уверена в чем? — Асакуро поправил свои очки, видимо, чтобы лучше меня видеть.

— В правильности своих выводов.

— А можно не говорить загадками?

Я вздохнула и подставила руки для Коши.

Дракона не пришлось уговаривать дважды, и он ловко запрыгнул ко мне на колени.

Я почесывала пузико стражу и размышляла над тем, что не давало мне покоя.

— Мне сложно сформулировать, — наконец, выдохнула я. — Понимаете, — я запнулась, — наш мир создает и восполняет, но при этом не уничтожает.

— Как это? — Элайза переглянулась с Асакуро. — Хейли, все умирает, а значит, и уничтожается.

— Скорее возрождается, но в чем-то ином, — покачала головой, — я же сказала, что не могу нормально сформулировать то, что меня волнует. Мысль ускользает.

— Давай попробуем все вместе, — Ривэн шикнул на оборотней, которые явно желали прочитать мне лекцию.

— Вот смотрите, к нам пришли чужаки, мир принял их и даже позволил воссоздать утраченное, тех же драконов, которых на наших землях отродясь не водилось. Да еще создал свой прототип.

— Тогда русалки чей прототип.

— Не знаю, — честно призналась.

— Сиренам.

— Что?

— Сладкоголосым бестиям моего мира, — Коша задрыгал лапкой, пытаясь перевернуться. — Внешне они похожи на русалок, только обладают чарующим, невероятно красивым голосом. Своими песнями они завлекали мужчин, женщин и детей. Никто не мог противиться звуку их голоса. Всех влекла их мелодия… Гибель была неизбежна. Топились корабли, исчезали целые семьи… Ваши русалки отличаются тем, что они возвращают мужчин, пусть и не в тоже место, откуда похитили. Но они не убивают. И не трогают женщин и детей.

— То есть, защититься русалки могут, но при этом вреда не приносят? — Ривэн задумчиво почесал подбородок. — И оборотни, при необходимости выпустят свою сущность… Я думаю, я думаю, мир чужаков был мрачным и агрессивным! А наш, он мирный и…

— И во всех творениях в первую очередь ценит жизнь. — Подхватила Пени. — Точнее призывает к жизни, — девушка смутилась. — Я тоже не всегда могу точно формулировать мысль!

Элайза хмыкнула и улыбнулась, Пенелопа успокоилась.

— Вот почему Девятое и Десятое Королевства имеют мрачную атмосферу, — высказался Асакуро, — по каким — то причинам, мир не в состоянии провести души погибших по пути перерождения.

— Да! — я вскочила на ноги, едва успев удержать дракона. — Да! Вот чему ему не хватало и вот почему он впустил их!

— Хейли, о чем ты?

— Я о создателе нашего мира, ему не хватало тех, кто… — а вот кого? Я запнулась, задумалась, сбилась с мысли и пыталась ее вернуть. — Что-то с магией связано. Коша, какая магия была в вашем мире?

— Разная Хейли, также, как и здесь мы могли управлять стихиями, лечить и убивать нечисть…

— Нечисть… наша нечисть — это порождения Безымянного, все виды демонов, Коша. А какая нечисть была у вас?

— Ну… Упыри, — и видя, что мы не понимаем, пояснил: — Мертвецы, питающиеся плотью живого человека.

— Мертвецы?! — синхронно воскликнули мы. — Питающиеся человеком?

У меня в голове подобное не укладывалось. Спасибо тебе, хранитель мира, что ты не создал подобную гадость!

— И как вы их уничтожали? — потребовал ответа Асакуро.

— Они сжигались или их упокаивал некромант. — Произнес Коша. — Ну вот как вы демонов, только у некромантов движущей силой являлась темная магия. Магия Тьмы. Как мы ее еще называли. А ей была противопоставлена Магия Жизни. В их совокупности рождались стихии и…

— Стой! — я глубоко дышала, потому что в висках бешено стучал пульс, а из меня рвались стихии. Чудовищное давление перерастало в мигрень.

Спасибо Пени, которая молниеносно опустила ладонь на мою голову и пустила по телу живительную энергию.

— Коша, ты видел в своем мире кого-то похожего на Велиара?

— Нет, — вздохнул страж. — Я жил, когда наш мир процветал, и я не понимаю, как он пришел к гибели.

— Некроманты.

— Что?

— Я говорю, этому миру требовались некроманты! Вот, кто должен уничтожить и восстановить территории двух королевств. Коша, они ведь занимались таким, упокаивали неприкаянные души?

— Да.

— В этом есть смысл. Но тогда почему сам хранитель мира не создал некромантов? — Асакуро задумался. — Насколько я понял, наша магия не сильно отличается.

— Потому что у него не было такой энергии. — Я была уверена в том, что говорю. — Это как ты родился оборотнем, а я магом огня, и стала обладателем всех стихий в исключительном случае, но оборотнем я быть не могу.

Я зашагала вокруг костра, мимоходом отмечая действия друзей.

Элайза разливала чай, Асакуро убирал котелок, Пенелопа задумчиво прикусывала губу, а Ривэн не сводил с девушки взгляда.

— То есть население было меньше, жило дольше, — я развивала свою мысль, — но как только народа стало больше, хранитель столкнулся с тем, что не может уничтожить свои творения. Не желает, хотя понимает необходимость. От долгой жизни можно устать, ребята. Путь перерождения должен пройти каждый, но что делать с теми, кто был подло убит и чьи души желают отмщения?

— Необходим проводник, — выдохнула Элайза. — Хейли, получается, хранитель знал, что к нам должны прийти те, кто управляет темной энергией, а значит, могут послужить на благо, но…что пошло не так?!

— Хотела бы я знать!

— Хейли, об этом, наверно, знают Боги, — предположил Ривэн, — и Айн с Безумным Артефактором. Лорд Валруа обещал найти информацию. Нам остается только ждать.

— И думать, — поправила брата Элайза. — Думать, тренироваться и ждать известий.

Все молчаливо поддержали слова рыжеволосой подруги.

А что нам еще оставалось? Ждать Райана и матушку.

— Выпьем чаю и ложимся спать. Нам всем необходим отдых.

— Особенно девочкам, — хмуро заметил Ривэн.

— Да, а мы останемся на страже, — заявил Асакуро.

— На страже останусь я, — отрубил Коша, — а вы все пойдете спать. Хейли пусти меня, я сменю облик.

Вдохнула, но выполнила требуемое.

Коша под пристальными взглядами ребят зашел за шалаш. А через пять минут нам показалась морда большого дракона.

Я уже отвыкла от него такого.

— Держи, — я приняла протянутую чарку от Пени и села на песок.

Что толку от моих волнений, если мы пока ничего не сможем ни узнать, ни понять до конца.

Кроме того, что нам необходимо воскресить Хеллу и Эльхора. Причем как-то их примирить и найти куда подевался наш хранитель!

В тишине, разбавляемой потрескиванием дров, мы допили чай и не сговариваясь отправились спать.

Минут десять мы устраивались на лежанках и укрывались одеялами. Сон, никак не желал приходить несмотря на то, что день был трудным, изматывающим и нервным.

Я ворочалась и совершенно не могла найти себе удобное положение.

Утихомирилась лишь тогда, когда в моей голове раздался вкрадчивый шепот Асгара. И то на секунду, потому что после его вопроса, я подскочила, случайно задев уже спящую Пени.

— Хейли, ты злишься на меня?

Как я могла забыть, что есть еще Асгар! У него тоже может быть информация. Нужно только понять на чьей он стороне!

Я размышляла недолго, Райан еще не вернулся, и возможно у меня есть полчаса времени на общение с Асгаром. Но пропустит ли его защита любимого?

Я поползла из шалаша, тихо попросив ребят:

— Лежите, я скоро вернусь.

Я зря переживала, что Райан будет против моего общения с Асгаром.

Он раньше меня понял то, что я захочу с ним поговорить и настроил свой щит так, чтобы тот смог пройти. Именно это Асгар и сказал недовольному дракону, который выдохнув кольцо дыма, заметил, что так и любой другой демон пройдет.

Не пройдет.

— Я не знаю с чего начать, Хейли, — Асгар имел вид существа, которому вынесли приговор.

Поникшие плечи, уменьшен размер тела, и взгляд побитой собаки.

— А я не знаю, что спросить, — я опустилась на песок и добавила, — вопросов много и наверно, самый главный: ты житель не этого мира?

— Я давно и прочно обосновался здесь, но раньше, очень давно я был магом Драгонарии. Не смотри так Хейли, моя память до конца не вернулась ко мне.

— Жаль, я надеялась, ты подскажешь мне, что произошло с тем миром.

— Я знаю, что я был рожден второй раз уже в этом мире. Меня звали Тельманом, но вот как я оказался в свите Эльхора, я не скажу. И да, Хейли. Твоим отцом, на протяжении нескольких лет управлял я. Ритуал для жриц состоит не только в том, чтобы полностью пробудить свою кровь и овладеть силой, но и вселить в свою жертву духа.

Меня замутило. Лишь на миг я представила, сколько пострадало народа! А что сейчас происходит с Леоном? Получилось ли у них подселить или все-таки нет? И если да, то кого?

— Почему ты говоришь об этом лишь сейчас? Ты ведь мог раньше! И тогда можно было избежать ненужных жертв!

— А ты бы поверила мне?

— Да!

— Нет, Хейли. Услышь раньше ты мою историю, особенно ту роль, которую я сыграл в жизни лорда Сизери, ты не смогла бы мне доверять и верить. Тебе и сейчас больно и мне жаль, что я тому причина. Но…я подчиняюсь Райану и подчиняюсь Велиару. Все мы, порождения чужеродной магии, откликаемся на первоисточник, и это совсем не Райан.

— Скажи, ты знаешь, где сейчас хранитель этого мира?

— Можно и так сказать, но я не уверен.

— Почему?

— Потому что тоже многого не знаю, Хейли. Мне кажется, что он частично поглощен Велиаром, а частично является столпом огненного света, что находится на территории Девятого Королевства. Если бы Райан так поспешно не сбежал, то он бы увидел.

— Ты говоришь о том свете, куда нырнул Эльхор, когда посчитал, что Хелла выходит замуж?

— Да.

— Мы словно слепые котята, Асгар, тычемся носом и не можем понять, на верном ли пути и будет ли впереди миска с молоком.

Асгар вздохнул и опустил голову.

— На чьей ты стороне, Асгар?

— Я буду помогать тебе, Хейли. Я знаю, что Велиар еще не получил того, чего хотел и могу сопротивляться его силе. Пока ты и Райан поддерживаете меня.

Важное уточнение.

— Но, когда я с Райаном и рядом ты, мне плохо.

— Я бы хотел изменить свою суть. Хотел бы, Хейли, но это не в моих силах. Я буду держаться позади, но не отказывайся от меня. Пока я могу, я хотел бы быть полезным.

— Сколько вас? — я вдруг вспомнила, что «дядюшка» говорил, что в наш мир пришли несколько человек, женщины и мужчины, но никто так и не вернулся к нему. Но не могла вспомнить об их количестве и что самое странное, сейчас мне это казалось важным. — Ты помнишь, сколько человек переместилось в наш мир?

— Нет, но могу точно сказать, что могуществом и силой наделены девять известных тебе родов. Твой род основали мы, Хейли. Я и Хелла. А значит, есть еще восемь таких же, как и я. Но вот стали ли они демонами…

— Отверженный. — Я помассировала виски. — У меня складывается впечатление, что этот Велиар был отверженным среди своих. Все ушли, оставив его, жили, создавали семьи, перерождались, пока…

— Пока что?

— Я не знаю. Может наш хранитель пожалел Велиара или того, кем он когда-то был. Потому что Хелла позже встретилась с тем существом, каким он стал. А может и не позже. Я не знаю.

— Извини, — покаялся Асгар. — Я ничего путного не сказал тебе.

— Ошибаешься. Я знаю, где находится источник силы Велиара и возможно часть хранителя нашего мира. Я понимаю, что вся борьба лишь предстоит, но иметь союзников в стане врага — уже значительный плюс. И теперь, если взять на веру твои слова, мне понятно, почему напали на Пенелопу.

— Да, он собирает всех, кто причастен к девяти великим. В его руках шестеро.

— Шестро?!

— Остались лишь Сизери, Лонтерли, Арлгай и Валруа, которые и не являются великими. И то, от Лонтерли — это Риэла и ее младшие брат с сестрой, которых спас Райан. Король Ладрон Валруа давно не принадлежит себе, а лорд Себастьян Арлгай замыслил переворот. И лишь вопрос времени, когда он пожелает обратиться не к той стороне.

— И во всем этом лишь одна истина — Велиару нужны вы, те, кто прибыл с ним сюда, точнее их потомки, но вот зачем?

— Может, в этом кроется его погибель? — вдруг произнес Коша. — Я долго молчал, анализировал, сопоставлял факты, и полагаю, что девять великих способны уничтожить Велиара. И если это так, то мы уже проиграли.

— Нет, пока есть Хейли и Райан, мы не проиграли.

— Считаешь, пока есть хоть один из девяти, Велиар не получит желаемое? Впрочем, мы пришли к выводу, что итог союза Хейли и Райана — очень необходим твоему хозяину.

— Мало ли что ему нужно, — разозлился Асгар, — хранитель не допустит рождения ребенка, пока в них будет петь чужеродная магия, а рядом найдутся те, кто сможет управлять этой магией внутри Хейли и Райана.

— То есть…Асгар, ты можешь управлять Райаном?

— Тобой, ты же поделилась дыханием. От того и плохо тебе.

— Я правильно понимаю, что ты постоянно находишься под искушением взять контроль себе и …

— Нет, пока нет, но думаю, так и будет.

— Замечательные новости, — прошипела я, — Асгар, я не позволю тебе и близко ко мне подходить.

— Не прогоняй меня, пока я не опасен. И…Райан будет знать, если вдруг что-то изменится в моем сознании.

Просто великолепная перспектива! Единственное существо, что радушно приняло меня в академии, оказалось врагом.

Мало того, стоит мне расслабиться, а Велиару отдать приказ, и Асгар завладеет моим телом, и кто знает, что с ним сотворит.

Толкнул же он отца в объятья жрицы… Кстати…

— Асгар, как получилось, что я была зачата?

— В смысле? — в унисон спросили Коша и демон.

И честное слово, мне показалось, что оба покраснели! А может это игра пламени от костра?

— Когда мужчина и женщина, — сглотнул демон, — эээ… любят друг друга, то…

— Меня не процесс интересует, — рассмеялась я.

Я просто не смогла удержаться! Друзья выглядели настолько смущенными, что это смотрелось невероятно смешно.

— Я знаю, что мать не желала моего рождения. Знаю, что пыталась избавиться от меня еще тогда, когда я была в ее чреве. И помню, что именно блуждающие стихии не позволили случиться страшному, но… Ты управлял телом моего отца, ты — демон, а значит, подходил для зачатия, так почему она не хотела ребенка, и почему в итоге это случилось?

— Понимаешь, Хейли… — Асгар замялся, явно подбирая слова. — Помнишь, что я тебе говорил о том, как демоны относятся к людям?

— Да ты много чего говорил, поконкретнее, пожалуйста.

— Чувствовать себя живым, вкушать все, что предлагает тело, ощущать весь спектр эмоций. Первые годы нахождения в теле лорда Сизери я был одержим лишь одним — обладанием женщиной. Эффект еще был усилен чарами жрицы. Само тело желало единения и э…

— Я поняла.

— Она не знала, кто перед ней. Считала, что перестаралась с чарами. Единственным сдерживающим фактором во время беременности Ванессы стали блуждающие стихии. Хейли, я не принадлежал себе, я был во власти инстинктов, парил в эйфории и постоянно боролся с лордом за право управлять телом.

— Он ведь ничего не помнит?

— Почти ничего, — кивнул Асгар. — И знаешь, ему очень повезло, что в свое время, дух рода сумел не только выжечь твою проклятую кровь, но и освободить меня.

— Освободить тебя? — сказать, что я удивилась, значит не сказать ничего.

— Да. Я был заложником твоей матери и печати. Я не мог ни вырваться, ни освободиться от чар Ванессы. Я действовал как марионетка, не видя и не слыша ничего. Это не я, это лорд Сизери бросился на конюшню, Хейли. Я долго не мог прийти в себя после случившегося и не понимал, как же духу все удалось, и почему Изир сумел захватить контроль. Печать ведь осталась, Хейли. Нетронутая. Магия все также не имела выхода.

— А сейчас? Сейчас ты знаешь ответ?

— Любовь. Осознание неминуемой потери. Хейли, Изир любит тебя и всегда любил. Пусть не мог открыто показать, но в его сердце место было лишь для тебя.

— А что было потом?

— Я скитался, собирал себя по осколкам и искал правду внутри своей памяти. Разрозненные образы, что мельтешили в голове, сводили с ума. Меня бы понял Райан. Он оказался в схожей ситуации. — Извиняющимся тоном, произнес Асгар. — Это сложно объяснить, но нечто подобное ты испытала, когда он, — демон кивнул на притихшего дракона, — делился с тобой памятью о Хелле.

Я молчала. Мне грело душу, что мой отец, пусть и не всегда мог это показать, но любил меня. Да, мне не хватало этих признаний в детстве, я страдала от отсутствия внимания, но сейчас… У нас есть шанс все исправить. И разве не станет глупостью не воспользоваться им, а раздувать старые обиды?

А мать… я никогда не чувствовала к ней ничего. Все моя любовь обрушилась на Софи.

— Асгар, тебе пора, — вдруг заявил Коша. — Райан.

— Понял, — моментально среагировал демон, — Хейли я…

— Не прогоняю, — вздохнула, — и зови меня иногда. Я с радостью с тобой пообщаюсь.

— Спасибо, — просиял он и исчез.

Я же осталась дожидаться матушку и любимого. Но прошла минута, вторая, а никто не спешил появляться.

— Ты солгал что ли?

— Нет, — выдохнул Коша и прикрыл глаза, — он прощается с братом и ее высочеством.

— Подсматриваешь?

— Приглядываю.

— Ты всегда это делаешь?

— Вас нельзя рассматривать по отдельности, Хейли. И когда я становился твоим стражем, знал, что в итоге, у меня будет два подопечных.

Каюсь, я взревновала и возмущенно уставилась на Кошу.

— Он разорвал связь с Шеллис. Считай, он остался без единственного, самого близкого друга, Хейли.

— И ты пытаешься его заменить?

— Нет, я не пытаюсь занять его место, я временная заплатка на сердце Райана. Потому что точно знаю, что он вернет Шеллис, когда это станет возможным.

— Но, когда ты выбрал меня, Шеллис еще был с Райем.

— Да был, но еще была твоя тяга к нему, пусть и неосознанная и явный интерес принца. И самое главное, ваша принадлежность к двум особо значимым родам. Мне продолжать или встанешь, чтобы встретить любимого?

Я моментально покраснела. Одно дело, когда я мысленно так Райя называю, и другое, когда кто-то другой обозначает мои чувства к принцу вслух.

— Хейли, ласточка моя, ты почему не спишь?

Вместо объятий Райана я угодила в теплые и заботливые руки матушки. Но не была против, Софи всегда действовала на меня успокаивающе.

— Хейли, ты зря волновалась, — пожурил мне Райан, — я бы не допустил, чтобы с твоей мамой, что-то случилось.

— Я не волновалась, я общалась с Асгаром. И узнала кое-что интересное.

Софи сама отпустила меня, мало того, почему-то оставила нас наедине. При этом, забрав с собой Кошу, велев тому сменить облик.

Но это я отметила позже, когда кратко поведала лорду Валруа суть беседы с Асгаром.

— Иди ко мне, — улыбнулся мужчина и я ни секунды не раздумывая, подалась ему навстречу.

Мне нравились наши прикосновения и объятия. Нравилось ощущения тепла и уюта, и что самое главное — правильности происходящего.

— Я принес тебе кое-что, — прошептал он и осторожно отстранился, — я бы хотел, чтобы все было несколько иначе, Хейли, но…

Я лишь недоуменно смотрела, не зная, как реагировать на его слова и действия.

— Хейли, прости, что я не сразу понял, насколько сильно ты дорога мне. Прости, что я совсем не романтик и возможно, тороплю события. Но я хотел бы, чтобы ты приняла меня и мою любовь. — Я забыла, как дышать, потому что любимый опустился на колени и достал брачный браслет. От волнения я не сразу поняла, что это не родовой, принятый среди королевской семьи браслет, а тот, о котором не только мечтать не смела, но и никогда не задумывалась. — Я, Райан Валруа, второй принц Первого Королевства, перед Небом и Землей, среди Огня и Воды, клянусь быть твоей опорой и защитой, быть тем, кто никогда не осудит и не станет сомневаться, будет верен и нежен, справедлив к тебе и твоим близким, клянусь дать достойное, счастливое будущее тебе и нашим детям…

С каждым сказанным словом браслет напитывался магией. Нет, я не видела, я смотрела лишь на Райана, но чувствовала, как откликается внутри меня магия на древний, нерушимый ритуал. Помолвка, которая всегда заканчивается одинаково — свадьбой. Ее нельзя отменить, потому что две души, решившиеся на нее, связаны навечно. Это своего рода легенда. Заключить брак по древнему ритуалу, о котором леди тайно мечтают, хотя понимают, что их браки будут по расчету и в лучшем случае, им светит симпатия, а не вечная нежность и верность мужа. Вот только в таком союзе есть один существенный минус. Умри я до свадьбы и Райан никогда не сможет иметь детей или жениться. Потому что я стану для него тем якорем, той единственной и необходимой женщиной, что в отсутствии истинной пары, даже необходимого наследника от другой — не зачать. Он делает из меня не просто истинную пару, он хочет, чтобы я знала, что он только мой. И это много, это так много, что я не могу сдержать слез. Эмоции бьют через край, сердце заполошно заходится в груди и замирает, потому что сейчас я причиню боль тому, кто решился на отчаянный поступок, на то, что уже более века не случалось под этим небом.

— Хейли Сизери, примешь ли ты мое сердце и душу?

— Нет.

Изумление, неверие и боль — вот, что я увидела во взгляде Райана. А потом все сменилось одним — принятием. Не осуждением, не обидой. Он молча принял мой ответ.

Я кусала губы, чтобы не завыть от боли.

Мужчины горды по своей натуре, и я представляла, какой урон нанесла его гордости. Но поступить иначе не имела права. Наш мир рушится как карточный домик, и кто знает, на что каждый из нас должен будет пойти, чтобы выиграть эту битву? Потому что погибни он, и с моей руки легко спадет брачный браслет, а вот ему, в случае моей гибели, только ждать своей смерти!

Как я могла поступить с ним так, когда не уверена, что хранитель взамен благополучия мира не потребует моей жизни?

Он правильно сказал, есть вещи, которые нужно делать в свое время. Когда не подвержен эмоциям и трезво оцениваешь ситуацию. Хотя к любви это совсем не применительно.

И пока я боюсь, что могу обречь любимого на жизнь в одиночестве, я не соглашусь на такую помолвку.

— Перенеси нас отсюда, — протягиваю руки к мужчине и смотрю с мольбой. — Перенеси.

Я даже зажмуриться не успела, когда поняла, что больше не стою у костра, а Райан крепко прижимает меня к себе. А сами мы находимся у лесного озера. Да, вода всегда успокаивает.

— Я хочу, чтобы ты сам прочел мои воспоминания и ощутил все, что я почувствовала во время твоего признания. Там не будет лжи и недомолвок. Мое сознание открыто для тебя. Пожалуйста.

И что-то мелькнуло в его глазах неодобрительное. Будто я заигравшийся ребенок, требующий очередную блажь.

Со вздохом, будто смирившись с моими капризами, он прикрыл веки и коснулся моих висков.

Я позволила Райану не просто окунуться в мою память, я дала услышать свои мысли, прокрутив в голове все, что беспокоило меня. О том, что он из королевской семьи, и в случае коронации Элдрона в Четвертом Королевстве, он второй на очереди и только после Мэтт. А вдруг, случится непоправимое и претендентов на престол кроме него не останется?

Он не имеет права не оставить себе лазейки для продолжения рода.

Медленно, неохотно, любимый отстранился. Почему-то именно сейчас я больше всего боялась его реакции.

Не тогда, когда сказала твердое «нет», а сейчас, когда как умела объяснила, что именно меня терзает и почему не придала своему отказу иную форму.

Сначала робкая, а затем и широкая улыбка озарила лицо мужчины, обескуражив меня.

Вот чего, а улыбки я точно не ожидала, как и смеха!

Он смеялся, запрокинув голову, смеялся!

Растерянная наблюдала за ним и не знала, что мне делать? Обидеться, расстроиться или тоже рассмеяться?

— Хейли, ты невероятна! — резко притянув меня к себе и целуя в лоб, произнес Райан. — Ты думаешь о моем благополучии намного больше, чем о своем. Так не пойдет, моя девочка.

Он опять коротко рассмеялся.

— Богиня, Хейли! Да все леди двора душу бы продали за такой брачный ритуал и совершенно не задумались о том, что могут оставить меня без наследников, если с ними что-то случится! Наоборот, посчитали бы своей победой, своей гордостью и отличием от прочих!

Я молчала, понимая, что я не одна из них, и поступить так с тем, кого люблю, не то, что права не имею, а не смогу.

Вот не смогу и все тут!

И пусть ругается, смеётся или обижается, но…

— Хейли, Хейли… глупышка, — Райан взял в ладони мое лицо, — родная моя, что же ты…

Я и не заметила, что по моим щекам бегут слезы. Действительно, что же я?

Меня обидело сравнение с другими леди? И вправду, глупышка.

— Хейли, солнышко мое, я не хотел тебя обидеть. Да, не такого ответа ждал, и, конечно, совсем не так хотел признаться в своих чувствах. И я вижу, ты понимаешь, каким важным моментом это стало в моей жизни, но… По сравнению с тем, что творится в твоей голове и как сильно ты переживаешь обо мне, думаешь, чувствуешь…Хейли, моя гордость меркнет. Нет ее. Посмотри на меня.

Не знаю почему зажмурилась. Боялась? Засмущалась? Сложно описать, внутри меня расцветало деревце с розовыми лепестками. Оно цвело, цвело так, словно желало отдать все, что в нем есть. Показать, каким красивым может быть, какие яркие и сладкие плоды может принести. Наверно, именно моя любовь и распускалась от каждого слова Райана. Она пока не дала плоды, однако… Так хочется верить, что все впереди, и наши дети станут союзом двух тел и душ.

Я сглотнула, потому что так, Райан не смотрел на меня никогда. Ни разу я не видела обжигающего, опаляющего, ничем не прикрытого желания, которое не пугало и не отталкивало. Оно манило и обещало! Счастье, радость и блаженство!

Богиня, как же дрожат ноги!

— Ты готова стать моей женой по законам королевств, дать клятвы в Храме Богини Сияющей, но оставить мне пути отхода. Хейли, мне они не нужны. Этот ритуал имеет древние корни и теперь, я понимаю, откуда он пошел. Ты чувствуешь хранителя этого мира. Это его дар своим детям, Хейли. Рассветный Союз Двоих, так назван он в древних манускриптах. Послушай, как красиво и правильно он звучит! Рассветный Союз, не брак, много больше… — Райан жарко шептал и не отводил взгляда, — прислушайся к себе, разве противятся твои стихии, разве не желает хранитель дать нам заслуженное счастье?

Короткий смешок сорвался с его губ, и он отвел глаза, отвёл, чтобы рассмотреть то, что творилось у озера и показать мне.

Мои стихии не были против, в этом Райан не ошибся. Я сотворила чудесную сказку, стоя с ним на берегу.

Мои стихии радовались, хранитель хотел нашего ритуала. Я точно это знала.

Но боялась. Слишком сильно боялась.

— Дай мне стимул выжить вопреки всему, что может произойти. Не просто знать, что ты где-то есть, а быть уверенным, что ты моя. Навсегда. Я выстою в любой непогоде, вытерплю самую страшную боль, потому что меня ждет самая лучшая в мире невеста, Хейли.

— Райан… — я была потрясена и, наверное, не готова к такому. Слова совсем не шли и мне хотелось согласится вот только… — Я не ты, я не могу пообещать, что выдержу все и не пожертвую собой, если вдруг это потребуется. Я слабее и не имею права…

А еще, мне только что в голову пришло, что этот ритуал оставит на нас зримый след, и Велиар его увидит, и неизвестно, что за этим последует, вдруг навредит?

— Я скажу «да», если ты, когда-нибудь вновь захочешь сделать мне предложение. — Смотрю прямо, не отводя взгляда, надеясь, что он услышит и поймёт. — Тебя всегда будет ждать самая лучшая невеста, а после и жена, потому я никогда не выйду замуж ни за кого, кроме тебя. С брачным браслетом или без, но моя душа и тело принадлежат тебе. Клянусь жизнью.


Глава 18

Райан Валруа


Мятые листки, поплывшие от времени чернила… Иногда мелкий, иногда крупный, но такой неразборчивый почерк!

Я словно вернулся на пять месяцев назад, когда сидел в окружении чернил и бумаг, только на этот раз перо не принадлежало мне, а строки расплывались при прочтении и разобрать хоть что-нибудь казалось нереальным.

А может, просто я не готов воспринимать информацию?

Потому что мысли путаются и возвращаются к одному — Хейли.

Кто бы мог подумать, что она откажет? И так преподнесет свой отказ, что итогом станет моя безоговорочная капитуляция и абсолютное счастье?

И все же, кто бы мог подумать, что мне откажут?

Я всегда пользовался успехом у леди. Мое положение являлось завидным, моя внешность считалась эталоном, даже Элдрон и юный Мэтт проигрывали мне…

Сказать твёрдое «нет» принцу не сможет никто. Отвергнуть декана Стражей также является немыслимым. И если отбросить титулы и должности, я не был уродом. Я силен, красив, учтив…даже здесь, я не могу найти причин по котором можно сказать «нет»!

И вот поди ж ты! Она смогла! Да еще разжевала, как маленькому, почему именно сейчас не время для помолвки, вопреки тому, что именно этого я хотел и хочу!

Богиня, да я никогда не подозревал, что настолько самовлюблен!

Я рассмеялся, хрипло, немного нервно, выплескивая эмоции, которые всегда держал под контролем.

Забавно, но после разговора с Элдроном, мне пришлось стоять намертво за свои чувства к Хейли перед госпожой Ратовской. И почему-то именно ей, не своей матери, я открылся полностью, поведав о том, что хотел бы дать Хейли и какой брак заключить.

Софи обладает уникальном даром располагать к себе людей. Ты и моргнуть не успеваешь, как выдаешь ей сокровенное, делишься своей болью и страхами, ищешь утешения и совета.

И получаешь его.

Она не отговаривала, не настаивала на том, что мой выбор ошибка и сейчас он не к месту. Хотя я прекрасно видел, как сильно потряс ее своими намерениями. И в то же время, я почувствовал, как меняется ее отношение ко мне, будто я сделал что-то такое, что позволило ей распахнуть мне свои объятья.

Я закрыл глаза, а перед взором вставала девушка, чья сила и мужество покорили меня. Ее хрупкие плечи, виноватый взгляд и робкая улыбка, от которой что-то дрожало внутри. Будто обрывалось и падало, а затем стремительно неслось ввысь, обволакивая меня покрывалом эйфории.

Её «нет» стоит тысячи «да» от других леди!

— Райан, прекрати!

— Дрейк…

— Райан! Да приди ты в себя!

Я обернулся на рык и с изумлением увидел морду дракона в истинной форме, по которой тек пот!

— Я не знал, что вы потеете.

— Я вот тоже! — огрызнулся Коша. — Пока не пришлось сдерживать твой мыслеобраз!

— О чем ты?

— Ты сейчас чуть не выдал всем жрецам и жрицам, где находится Хейли и как она выглядит! Мало того, свое отношение к ней! Это недопустимо! И я устал, имей совесть!

— О!

— Вот тебе и «о»!

Рывком поднялся с пола и заставил себя приступить к дыхательной гимнастике. Возвращая свое тело и разум к идеальному состоянию — спокойствия.

— Уже лучше, — выдохнул дракон и задрожал.

Всего минута и передо мной вновь маленькая копия большого Дрейка.

Мне стало стыдно. Я прекрасно понял, сколько сил он потратил.

— Извини.

— Они нашли Пенелопу, Рай, потому что имели ее кровь. И то, что она оказалась в окружении сильных магов стало для них сюрпризом несмотря на то, что они знали о боевой пятерке. Ты ведь понимаешь…

— Приспешники Безымянного не уделяют много внимания Сизери, а значит, Велиар пока не отдал отмашки и молчит, какая роль уготована Хейли.

— Именно. И пусть пока так и остается. Чем меньше проблем создадут Хейли, тем лучше.

— Нападение повторится, им нужна Пенелопа.

— Заметил странность?

— Охоту на подругу Хейли, в то время, когда есть еще другие представители? Это не странность, это закономерность. Ему нужны сильнейшие.

— Вряд ли Пенелопа знает, какая сила земли заключена в ней.

Мы помолчали. Я давно понял, что Хейли привлекает не только хороших, но и сильных людей. Причем не только в плане дара, но и по моральным качествам. Они все выносливее, трудолюбивее и отзывчивее, чем многие из моего окружения!

И тот факт, что в Пенелопе заключена мощная стихия земли для меня не является сюрпризом. Эта студентка поступила в академию из квартала куртизанок и отстояла свое право на учебу, возглавив список лучших студентов своего потока!

Отчасти она напомнила мне саму Хейли, точнее ее первый год в стенах альма-матер. Против Пенелопы были все, против Хейли были все, девочки выстояли и доказали, что они имеют право на лучшую долю и отношение!

Горько, черт все побери, горько, что я, как и большинство заблуждался, уделяя внимание обертке, а не внутреннему содержанию!

— Альгар не справляется.

— Его подкосил Айн, — да я встал на защиту учителя. Не мог по-другому, потому что бремя, которое он взвалил на свои плечи, должно было разделить на весь состав преподавателей, а не тащить на себе в одиночку. — Но ты прав, слишком многое требуется изменить в академии.

— Прежде, нужно победить и выжить. А не раздумывать над тем, как тебя отказала женщина!

В этом весь Дрейк! Ни минуты без иронии и сарказма!

— Ты хоть что-нибудь понял? — опять же, дракон ловко уводит от ссоры, делая вид, что до этого никакую пакость не сказал!

— Почерк неразборчивый и чернила в некоторых местах стерлись, — пришлось «проглотить» его подначку и вернуться к старым записям Безумного Артефактора.

— Тебе нужен декан Ронг.

— Не могу же я его выкрасть и заставить объяснить все, что тут написано? — огрызнулся я.

Пока я не мог раскрыться никому. Мне нужно действовать так, чтобы Велиар считал меня игроком в его команде.

Велиар…

Сколько времени он не выходит на связь и не докучает своим присутствием? И хотелось бы верить, что это просто злорадство и ожидание свершения его великой цели, но я прекрасно сознаю, что это лишь затишье перед бурей.

Подавив вздох, я вновь вчитался в расплывчатые строки и отмахнулся от ехидного комментария дракона. В чем-то он, конечно, прав, как ограбить пожилого мага так я вполне готов, а как довериться мудрому человеку, так нет.

— Райан, мы не договорили.

— Мы должны понять, как нам бороться и что хотел донести хранитель, Дрейк.

— Но это не значит, что ты должен зарыться в бумаги, которые для тебя равнозначны написанному вилами на воде!

— И что ты предлагаешь?

— Обратиться к лорду Ронгу.

— Риск…

— Оправдан!

— Нам нельзя появляться на территории академии, а декан Факультета Артефакторов сейчас находится там.

— И скорее всего, самые важные бумаги хранит в академии.

— То есть?

— Тебе ведь тоже показалось странным, что его особняк запущен, а архивы предка так небрежно разбросаны?

Показалось — мягко сказано. Запах тлена и плесени явно говорили о том, что в доме давно никто не появлялся. Я списал это на то, что со смертью жены лорд Ронг не пожелал оставаться в стенах, помнившие счастливую жизнь. К тому же он не имел детей, а его племянница и сама работала в академии. Дом им был просто не нужен. Сюда лорд Ронг возвращался лишь в период общения с Айном, а после его пропажи, а затем и смерти…

— Райан, он понял, что знания его предка ценны, и полагаю, многое бы мог рассказать.

— Если все так, почему он не обратился ни к кому? Почему не…

— Потому что его предка гнобили, он подвергался гонениям и как итог его сгноили в тюрьме!

— Подожди, что значит в тюрьме? Насколько мне известно…

Я посмотрел прямо на дракона, который явно что-то скрывал.

— Валруа.

— Что?

— Тем, кто подписал ему приговор был Элнор Валруа.

Я потрясенно замер.

— Райан, тебе придется вернуться в то время, когда личина Айна брала верх, раз сейчас ты не готов наладить контакт с лордом Ронгом. Ты должен вспомнить все, что хранил в памяти несчастный мальчишка.

Дракон был прав. Сейчас у меня действительно нет иного выхода, кроме как погрузиться во воспоминания, заставив свой разум балансировать на грани. Потому что время, когда я изображал Айна, без лукавства, было для меня самым тяжелым и сумасшедшим.

— Райан, записывай все, что покажется тебе странным, интересным или непонятным. Вместе мы обязательно найдем ответ. — Дракон заботливо подтолкнул писчие принадлежности. — Записывай или проговаривай вслух, я все запомню.

— Ты поможешь мне?

Я поморщился. Возвращаться к тому состоянию не хотелось, помимо памяти Айна, на меня обрушатся образы жертвоприношений и гнусные мысли жрецов и жриц, их зов и кровожадные планы, а самое страшное — вернется непреодолимое желание и страсть к Хейли.

— Мог бы и не спрашивать.

* * *

Хейли Сизери


Сегодня третий день, как я не видела Райана и Кошу.

После моей откровенности и данного обещания, они ушли, оставив меня на попечение матушки. И как бы мне ни хотелось провести с ними больше времени, у нас его не было.

Так странно, но я не сгорала от стыда за свои поцелуи до рассвета, а ухмылки друзей не доставляли мне дискомфорта. Я знала, что их шутки не несли в себе зла и язвительности. Они просто подтрунивали над влюбленной девушкой, с сильно опухшими от поцелуев губами. Откровенно говоря, я бы тоже посмеивалась будь на их месте.

Мы просто не могли оторваться друг от друга. И если бы не контроль и выдержка Райана, могли преступить черту.

Но какие могут быть границы для тех, кто буквально сгорает от желания прикоснуться к тому, кого считает смыслом своей жизни, если не жизнью?

— Хейли, вставай!

Я лишь вздохнула, подчиняясь зову Софи.

Перерыв закончился, и я должна вернуться к своим клинкам.

Мне тяжело давались упражнения с ними, родовой артефакт подчинялся неохотно, словно все еще сомневался в своем решении.

А может, это просто я желала легкого пути и наставника, который сумел бы мне пояснить, как правильно обращаться со своенравным оружием.

Но как бы там ни было, а требование Райана мы выполняли неукоснительно.

Вся команда была задействована в тренировках ближнего и дальнего боя.

В эти моменты я остро завидовала оборотням. Как красиво они сражались! И вместе с тем, каким мягким и чутким был Асакуро по отношению к Элайзе!

Дела у Пенелопы и Ривэна тоже были вполне сносными. Хотя девушка никогда ранее не занималась нападением, в учебный план их курса входила оборона и лечение, но никак не атака.

Однако после того, как нас застигли врасплох жрецы, подруга проявила интерес к атакующим заклинаниям и упражнениям. В конце концов, песчаный берег превратился не в место отдыха, а в полигон.

Впрочем, никто из нас не возражал. Мы должны уметь постоять за себя, и как команда, и по отдельности!

За всем этим круговоротом из потных, усталых тел, криков и атакующих заклинаний, рваного дыхания от изнеможения, я не забывала о главном — блуждающих стихиях.

В моей голове зрел план, который я была намерена осуществить именно сегодня. Когда уснут остальные, чтобы временно избежать ненужных вопросов. Я не уверена, что у меня все получится, хотя надежда теплится в душе.

Слушали же меня стихии, отвечали же по-своему. Вдруг и сейчас все выйдет?

Я едва дождалась, пока ребята заснут. Они, конечно, уставшие и заснули мгновенно, но возбуждение, охватившее меня, растягивало время, и казалось, что минуты текут вечность.

— Куда ты? — Софи не спала, сидела у костра. А при моем приближении поднялась. — Тебе нужен отдых.

— И вам, матушка, — я улыбнулась, зная, что она не станет препятствовать или мешать. — К морю, я должна кое-что проверить.

— Хейли…

— Пожалуйста, — я улыбнулась и обняла добрую женщину.

— Только недолго, ты должна поспать. — Вздохнула она и отстранилась, возвращаясь на свое место.

— Конечно.

Итак, лучшим вариантом был бы лес, где я не окажусь на виду, но, откровенно говоря, сейчас уже было все равно. Даже если матушка сочтет меня сумасшедшей, разговаривающей с воздухом.

Я должна найти способ общения с силой хранителя, а может и самим хранителем, наполняющим меня своей магией.

Он же нашел способ!

Я заставила себя успокоиться, вдохнуть аромат моря, ощутить на губах соленый привкус и наконец обратилась внутрь себя.

Каждый из нас хоть раз, но играл в игру «да или нет», «холодно или жарко». Мне предстояло нечто похожее. Только имелась одна существенная проблема — в эти дни стихии никак себя не проявляли. То ли это предвестник будущей беды, то ли я эмоционально выжата и больше бурно ни на что не реагирую.

— Поговорите со мной, подскажите, — прошептала, глядя на морскую гладь. — Пусть, если вы понимаете меня, я…

А что, собственно, я должна почувствовать или увидеть?

Я перебирала в уме все случаи, когда стихии выходили из-под контроля: если я злюсь или раздражена, вырывается огонь, если радуюсь — земля; если счастлива, поют все стихии. Как я должна ограничить каждую, если они гармонируют друг с другом?

— Пусть, если ты, хранитель мира, меня слышишь, стихии ответят мне. Хоть как-нибудь.

Сейчас мне нужен просто ответ, отклик, и тогда я смогу разграничить ответы на да и нет.

Но ничего не произошло. Вообще ничего. Тишина, спокойствие, волны… А внутри пусто.

Это что же, лимит подсказок ограничен? Но почему?

— Ну пожалуйста, — взмолилась, заставляя себя расслабиться и не прибегать к магии намеренно. — Мне нужна твоя помощь, чтобы понять, чтобы…

По щекам побежали слезы. Ничего не происходило. Совсем ничего. Я глотала соленые капли и смотрела вдаль, безуспешно пытаясь взять себя в руки.

Как можно бороться с тем, о ком знаешь ничтожно мало? С тем, кто прожил долгую, невероятно долгую жизнь и имеет за плечами такой опыт, который мне даже не снился?

Да он все наши задумки и планы, наверное, как орешки щелкает! Вероятно, смотрит и посмеивается над тем, как очередная кучка жалких людишек пытается ему сопротивляться.

Это же какой масштаб! Подмять под себя столько государств, диктовать свою волю стольким людям и быть при этом в тени!

Мы до последнего не знали о его роли в происходящем! Добрый дядюшка, давший магию Хелле и Эльхору, на поверку оказавшийся волком в овечьей шкуре.

Что еще он принесет нам?

Мне все еще сложно поверить в то, что будет война. Кажется, что можно найти иной, более гуманный способ, к примеру, вернуть хранителя мира и он тогда…

Густой туман обволок часть морского берега, скрыв от меня воду. Он сгущался, уплотнялся, укрывая собой и небо, но что самое странное, тянулся он из меня!

Теперь я точно знала, как выглядит отчаяние и как должно обращаться к хранителю нашего мира.

Мои эмоции — ключ к общению с хранителем и его магией!

* * *

Райан Валруа


— Дыши! Дыши, Велиар тебя побери!

— Не надо, — прохрипел на вопль дракона и жадно задышал, пытаясь справиться с головокружением и болью, занозой, засевшей в легких. — Велиара…

Я не мог ни о чем думать, только жадно глотать воздух и успокаивать бешено бьющееся сердце.

С некоторым удивлением заметил кровь, щедро льющуюся на пол. Мою кровь. Машинально коснулся носа.

Черт…

— Все хорошо, Райан, — Коша в миниатюре прыгал вокруг меня. Его голос был пронизан волнением на грани отчаяния. Кажется, я слишком сильно напугал дракона. — Теперь все хорошо, ты пришел в себя.

Я молчал, если уж мысли давались тяжело, награждая головной болью, то о том, чтобы пытаться вести диалог не может быть речи.

Я фокусировался на комнате, пытаясь сообразить откуда взялись черные от копоти стены и почему нещадно воняет гарью.

Неужели… нет! Только не вырвавшаяся стихия, потому что тогда…

— Спокойно! — скомандовал дракон. — Я поглотил выброс, это мой огонь! Он не придет, не сейчас.

— Поглотил? — Крайняя степень удивления в едва слышимом шепоте.

Боги, когда мы воскресим вас, вы ответите мне за каждую свою ошибку! Особенно Эльхор!

— Да, Райан, — Коша плюхнулся у моих ног и заглянул в глаза. — Я же обещал…

Договорить он не успел, как подкошенный рухнул на пол, вывесив свой язык на бок.

Три секунды. Долгие три секунды, обернувшиеся для меня вечностью, я пялился на него и не мог понять в чем дело. Клокочущий стон вырвался из груди даже раньше, чем я кинулся к другу, лишившегося сил.

Лишь бы был жив! Лишь бы…

Облегченно вздоха не сдержал, сердце Коши билось, но он явно истощен. Я должен перенести его к Хейли и Софи.

Раньше, чем сформировалась эта мысль, я выстроил телепорт к Золотому Морю.

Я не смогу помочь, моя магия вымотала его, и начни я вливать свою силу и творить целебные заклинания, вместо помощи, добью.

Как шагнул в портал не помню, все последующее слилось в одно сплошное пятно. Моим спутником был страх сначала за Кошу, а затем и за Хейли, которая предстала передо мной окутанная черным густым туманом.

Сначала решил, что ее пожирает неведомое заклинание, но после того, как она хрипло и нервно рассмеялась, а после обернулась — понял, что туман ее рук дело.

— Райан, что… Коша!

Тревога и боль, вдруг разделившаяся на двоих. Он ведь ее страж. Так почему же связь сразу не дала о себе знать. Почему дождалась моей вины и стыда, за то, что любимая на моих глазах скорчилась от боли?

Значит ли это, что старый мудрый интриган удерживал их связующую нить даже оставаясь без сознания, а сейчас ему стало настолько хуже, что контроль слетел?

— Райан?

Софи оказалась рядом в считанные мгновения.

— Сядь! — рявкнула она мне и бросилась к Хейли.

Меня сжигал жгучий стыд за то, что я не уберег друга Хейли. Меня выворачивало от того, что я стал тем, кто причинил ей вред. Хотелось кричать и рвать землю руками.

— Пенелопа! — окрик матушки на секунду вернул меня из пучины отчаяния и раскаяния.

А в следующее мгновение рядом с нами стояла заспанная и напуганная целительница.

— Окажи первую помощь его высочеству, советую использовать «отрезвляющие нити».

Пока я соображал для чего мне заклинание от похмелья, Пенелопа приступила к моему лечению. И странное дело, с первыми же словами и потоками магии, скручивающее нутро чувство испарилось. Мысли больше не вились вокруг степени моей вины по отношению к Хейли.

Выходит меня скрутил откат от ритуала, который мы провели с Кошей. Вот она яростная сила дара Эльхора. Я ведь на минуту усомнился в своём рассудке и странному желанию отобрать Хейли и баюкать ее в свои руках, шепча слова извинений.

Вот же демон!

— Вам легче? — участливо спросила студентка.

— Спасибо, леди Пенелопа, все хорошо. — Если не считать окровавленной одежды и грязного лица.

— Замечательно, — язвительно произнесла Софи. — А теперь подойдите сюда, пожалуйста. Пени, возвращайся к ребятам и передай им, что их помощь не потребуется.

— Но…

— Спать! Всем! — грозно потребовала госпожа Ратовская. — Иначе…

— Метёлка, — хором воскликнули ребята, давно вышедшие из шалаша.

— Именно! Кыш с моих глаз!

И будь я на месте студентов, тоже бы кинулся прочь без разговоров и возмущений. Старейшина нейтральных территорий не просто умела быть грозной, она знала толк в дрессировке, причем не только юных и неискушенных умов.

— Райан, ты же уже понял, что это не твои чувства. — Обратилась она ко мне. — Хватит изображать статую. Возьми Хейли на руки, а сам сядь на песок.

— А Дрейк?

— Все с ними хорошо будет.

Я быстро исполнил требуемое, бережно укладывая любимую на свои колени и обнимая ее за талию.

— Отлично, теперь Кошенька, — Софи осторожно уложила на живот Хейли дракона. — Они связаны, но Коша намеренно оборвал связь, пусть и не полностью, чтобы быть с тобой и в случае, если тебе потребуется помощь, вмешаться в твое сознание.

Вот как…

— Сейчас они будут ее восстанавливать, а твое присутствие поможет сущности Коши, в тебе все же сила Утратившего…

Свободной рукой утер взмокший лоб Хейли. Она хмурилась, но я больше не видел в ее лице отголоски боли. Она будто бы спала.

— Она и спит. — Подтвердила Софи. — И проспит несколько часов. Как и Коша. Но…

— Что?

— Он больше не сможет контролировать поток информации, извини, Райан, но все, что видел и узнал ты, пока вы были связаны с Кошей, узнает и она.

Я вздрогнул. Внутри меня все заледенело. Нет, у меня не было тайн от Хейли и я готов ответить на любой ее вопрос, но мне бы совершенно не хотелось, чтобы она видела все те ужасы, что видел я. Мне бы хотелось оградить ее от этого.

— Присмотрись, их связь становится крепче и третьему там нет места.

Глубоко вздохнул и медленно выдохнул, приводя свои мысли в порядок.

Софи была права. Я мог назвать ту нить, что тянулась от дракона к Хейли — прочной пуповиной, которая с каждым мгновением становилась крепче. Они выходят на новый уровень. Тот, что достигается на третьем году обучения. Все слишком быстро и не совсем правильно. Однако иного выбора нет. И в этом Софи права.

Больше разделять свое сознание дракон не сможет. Он всецело будет принадлежать лишь одному — своему Стражу.

Забавно, но я испытал некоторую грусть от того, что этот безобразник не сможет слышать мои мысли, копаться в моей памяти и отпускать свои язвительные шуточки касательно моих дум и выводов. Впрочем, Дрейк не откажется от подтрунивая, даже если это будет и не мысленно.

Я ласково погладил Кошу и закрыл глаза.

Сейчас мне главное не мешать им, и сдерживать поток магии дракона, чтобы он не навредил неготовой к связи Хейли. Именно для этого я и был нужен.

Контроль над новым уровнем привязки. Что ж, я справлюсь с этим, а пока…постараюсь структурировать воспоминания Айна.

— Райан, если что-то понадобится, я буду здесь, — обеспокоенно вглядываясь в мое лицо, произнесла госпожа Ратовская.

— Спасибо, Софи, все будет хорошо.

— Я знаю это, но хочу, чтобы ты понимал, что я приду на помощь по первому твоему зову. Этот мир ей не нужен без тебя. — Женщина ласково посмотрела на хмурящуюся во сне Хейли. — Не отказывайся и не отталкивай тех, кто готов отдать за тебя жизнь.


Глава 19

Морозный ветер ударил в лицо, заставляя задержать дыхание. Я почти упала, но в последний момент Райан удержал меня.

Да, место сбора «Совета Пяти» навевало не просто грусть. Хотелось плакать и обнимать плечи. Ёжится от гуляющего по пустому пространству ветра и печалиться тому, как зыбко все в этом мире.

Так странно видеть практически пустырь ровно по середине зеленого леса.

Я машинально отмечала, как Асакуро и Элайза низко поклонились столбам, а Пенелопа жмется к Ривэну. Собственно, и я, искала поддержки у Райана.

Даже не заметила, как вцепилась в него. Нам всем здесь было не по себе. И это мягко сказано.

И лишь Софи торжественно прошествовала к памятным столбам. Ее поклон был на порядок ниже поклонов оборотней. Она практически «поцеловала» лбом землю и замерла в таком положении минут на пять.

Говорить не хотелось, расставаться с Райаном тоже, но… он должен уйти, чтобы появиться завтра вечером. У ворот Академии…

Нет, не думать об этом. Не сейчас, когда скоро прибудут отец Элайзы и князь Асакуро. Ах да, еще их советники…

— Хейли, — обжигающий шепот Райана у самого уха. — Мне пора.

«Знаю» — хотелось сказать, но слов не потребовалось. Как и прощания.

Зябко передернула плечами и обернулась к ребятам.

Нам остается ждать и встречать результат от выбора Асакуро и Элайзы, а также, последствия их принятого решения.

Много лет два представителя враждующих кланов меняли, корежили или возрождали из пепла себя и свои новые личности. Пара, подстраивающаяся под реалии своих княжеств, наконец, вспомнившая о том, что никто другой не проживёт за них их жизни. И если судьбой предопределено этим двоим быть вместе, то противиться ей — самоубийство.

Я усмехнулась. Не этим ли они и занимались столько лет?

— Еще полчаса, — выдохнула Элайза, а затем потянула носом воздух с противоположной стороны от себя, — и двадцать минут от клана Асакуро.

— Через полчаса прибудет твой отец, а через двадцать минут прибудет князь Асакуро? — уточнила Пенелопа и отошла от Ривэна.

Видимо, решила, что мне нужна ее поддержка.

Потому что девушка ухватилась за мою ладонь и крепко ее сжала.

— Верно, а через три часа начнется дождь.

Да. Невероятный по своей мощи ливень, который должен продлиться всю ночь. Я помню, каким густым и холодным становится воздух, как грохочет небо, оплакивая погибших в бездарной войне Эльхора и Хеллы, и как невообразимо хочется спрятаться от всех.

— Приступаем. — Отдала команду ребятам и отошла к матушке.

Софи приобняла меня, желая то ли подбодрить, то ли успокоить.

Но кому сейчас бы не помешала огромная доза успокоительного — это оборотням.

Элайза все никак не могла справиться со своей дрожью и отчаянно ловила взгляд Асакуро, который лишь внешне казался невозмутимым. Видимо, чтобы не давать еще повода для беспокойства любимой. Но я чувствовала, что он сам, как натянутая струна — вот-вот лопнет.

Мы все понимали, как трудно им придется, и потому молчали, все слова — излишни.

Главное прикосновения, взгляды и улыбки.

Мы семья, и мы всегда друг друга поддержим.

Стоя рядом с Софи я настраивала энергетический поток магии, разделяя его на четыре нити, щедро делясь со своей командой магией. Такой способ подсказал Коша и сегодня это второй раз, когда я им пользуюсь, первый был на пробу несколько дней назад.

Подпитка моими стихиями была не просто необходима, а единственным вариантом на осуществление задуманного.

Мы возрождали старинный ритуал бракосочетания. Тот самый, по которому Райан предложил мне помолвку. Такой брак нерасторжим, на него не влияют законы ни одного из королевств, и традиции кланов, а также запреты — не действуют.

Три дня назад, когда я предложила подобный вариант, сила внутри меня ликовала, а оборотни единогласно его одобрили.

И пусть не о такой свадьбе мечтают девушки, но Элайза была решительно настроена, впрочем, как и Асакуро.

Мы стали свидетелями их клятв, и невероятного чуда — «живых браслетов» на руках помолвленных. Под браслетами я имею ввиду лозу из тоненьких зелено-желтых стебельков, оплетших запястья нашей парочки.

И появлением таких украшений, отчасти, Элайза и Асакуро обязаны мне. В тот момент я не понимала, что делаю и как оно вообще получилось, стихии вели меня, но те браслеты, которые принес Райан не понравились хранителю мира. В итоге вместо золотых браслетов магия сплела настоящее чудо, которое стало символом яркой и взаимной любви.

А теперь мы, совместными усилиями, создаем арку из цветов и растений, что неимоверно сложно, потому что находимся на пустыре, где не прорастает ничего живого.

Но Пенелопа старается и призывает землю откликнуться на зов страждущих. Я вливаю свою магию и между тем контролирую, чтобы никому не досталось больше необходимого. Потому что у каждого свой резерв силы. И перенасыщение может вылиться в большие проблемы, чего нам, безусловно, не нужно.

Плохо то, что мы неправильно рассчитали время прибытия глав кланов. Почему-то считалось, что в запасе есть как минимум пара часов, но увы, князья решили прибыть раньше обычного. Может, так спешили, потому что знали, кто сопровождал Старейшину нейтральных территорий и желали поскорее свидеться со своими подданными?

Но, что гадать, еще десять минут и появится князь Северного Клана, а с ним и отец Асакуро — советник, если у них ничего не изменилось.

— Хейли, твоя очередь, — прохрипела Пени и жадно вдохнула воздух.

По ее лицу струился пот, подруга вложила всю свою силу и весь резерв на то, чтобы тугие лианы, оплели два столба, а поверх них побежали венки с бутонами, пока не открытыми.

Я сконцентрировалась на ней, вливая чуть больше энергии, чем остальным.

Ривэн закончил с беловато-розовым туманом, который укрыл собой верхнюю часть столбов, и где-то на середине, смешался с сиреневыми, черными и фиолетовыми плотными облачками, сложенными в слова: Рассветный Союз.

Мы действовали по наитию, потому что не могли воспользоваться ни одним из Храмов. И мало представляли себе, как именно заключается подобный союз. Все, что у нас имелось — это слова Райана и текст необходимых клятв. А также напутствие, что должен произнести старший.

И вот тут-то мы задумались. Потому что в Храме Сияющей, людей венчает жрец или жрица. У них нет деления на старших и младших, есть ступени. Жрица первой ступени — главная, второй — считай заместитель, — третьей — послушники.

В отличие от нас с ребятами, оборотни ни на мгновение не усомнились, что их проводником в новую жизнь должна стать именно Софи.

Ей предстояло объединить две души нерушимым союзом, причем под взглядами представителей двух кланов.

Нам нужны были свидетели.

И они не заставили себя долго ждать.

— Что здесь происходит? — грозный рык, от которого в трубочку сворачиваются внутренности. — Как вы посмели…

— Чья это задумка, осквернить нашу святыню? — Элайза ошиблась, ее отец прибыл одновременно с князем Северного Клана.

Высокий, с пышной копной рыжих волос, он возвышался над всеми не хуже этих столбов. Даже князь Асакуро выглядел не так устрашающе.

На миг прикрыла глаза, усмиряя свое чувство паники и страха. Да, князь Южного Клана внушал ужас своим грозным видом. И я могла только догадываться, что сейчас испытывала Элайза.

«— Коша, твой выход!» — мысленно воскликнула я.

Гортанный крик обрушился на нас с неба, заглушая порыкивание оборотней и допрос, учиненный главами кланов. Мы так и не ответили им ни на один из вопросов.

Черная точка высоко в небе стремительно пикировала к нам, увеличиваясь, пока не превратилась в огромного дракона с сияющей эбонитовой чешуей. После нашего слияния Коша изменился настолько, что в первый раз я икала от удивления и да, страха. У него уплотнилась чешуя, он сильно увеличился в размерах, что сказалось на всем: мощи лап, остроте зубов и размерах пасти, степени ядовитости в шипах, и что самое обидное — он больше не мог уменьшиться.

Перед нами была взрослая, полная сил особь. И я буду безмерно скучать по тем временам, когда могла взять Кошу на ручки и погладить ему пузико, но…

Это закономерный итог слияния при условии обладания мной огромного количества магической энергии.

«— Не грусти» — ласковый шепот в голове.

В следующую секунду дракон заложил крутой вираж, уходя в мертвую петлю и камнем начал падать на землю.

Я знала, что никому из нас не стоит бояться. Но этого не знали князья.

Я не удивилась тому, что отец Асакуро, который ни разу не вмешался в брань своего предводителя кинулся к оборотням, как и отец Элайзы, но была шокирована тому, что закрывал он собой совсем не сына!

«А не все потеряно для Северного Клана» — скользнула ехидная мысль.

Если уж советник защищает избранницу сына….

Мы хотели их запугать. Да, именно такой была цель, потому что прекрасно понимали, что сбить с толку князей помогут две вещи: внезапность и страх.

И даже тот факт, что они в курсе, кто обладает таким мощным стражем, не поможет.

Потому что дракон вселял первобытный ужас. А к этому нужно привыкнуть. И на это времени ни у кого, кроме моей команды не было, матушка Кошу не боялась, она его так и воспринимала Кошенькой. Мне даже в какой- то момент было стыдно за свою реакцию.

— Ребята, — позвала я, когда Дрейк опустился по ту сторону импровизированной арки. — Пора.

Мягко обогнув своих отцов, Асакуро и Элайза прошествовали к началу арки, а Софи встала рядом с драконом.

Ошеломляющий контраст. Она — маленькая, хрупкая старушка, и он — огромный, опасный, но…

Вместе они составляли мою внутреннюю гармонию. Сюда бы еще поставить Райана, и я была бы счастлива и спокойна, а также готова на любой подвиг.

Лишь слегка кольнуло сердце, что отец занимает в моей душе намного меньше места, чем эти трое.

«— Твой черед, Хейли» — тревожное напоминание и тут же подбадривающее: «Ты справишься».

Конечно, слишком многое поставлено на кон. Мы должны отстоять право на любовь и дать шанс другим оборотням увидеть мир иными глазами.

Вражде и горю нет места в процветающем государстве. И мы обязаны это доказать.

Что ж …главные слова скажет Софи, а мне предстоит начать ритуал.

Хранитель, не подведи!

Я вскользь отметила то, как Ривэн и Пени встали по разные стороны от пары оборотней. Ривэн рядом с Асакуро, Пенелопа с Элайзой, но при этом между ними было расстояние в пять шагов.

Я оставалась единственной в окружении незнакомых мужчин, мало того, грозно настроенных воинов, а один из них, я чутко уловила, еще и агрессивно взирал на меня.

Именно во мне он увидел главную угрозу.

Ну что ж, не хотелось бы прибегать к силе, но придется.

И если трогать князей я не стану, то ни одному из советников не позволю причинить себе вред.

Всего один пасс рукой и воздушная стихия подхватывает мою волю, а заодно и мое тело, возвышая его над всеми.

И пусть не так я хотела начать свою речь, но меня вынудили горящие желтые глаза, практически обернувшегося советника Южного Клана. Я никогда не была дичью, и становится ею не собиралась.

— Мира вам! — мой голос усилила бурлящая во мне горной рекой магия. — Мира и терпения! Я прошу прощения за то, что сейчас произойдет, князь Южного Клана.

К моему позору я не могла вспомнить его имени, впрочем, как и имен остальных мужчин, хотя совершенно точно спрашивала!

Еще один пасс и на мой уровень поднимается советник отца Элайзы.

Это кажется, что все происходит медленно. Я давно заметила, чем важнее событие, тем сильнее растягиваются минуты, хотя на самом деле, текут также стремительно, как и всегда.

С момента появления Дрейка не прошло и трех минут!

— Я не потерплю нападения ни на себя, ни на своих друзей! — громко объявила. — И вам придется стать лишь молчаливым свидетелем, раз вы не можете держать себя в руках, лорд Салиар! — Имя несчастного само вспыхнуло в мозгу, спасибо Коше, конечно.

Яростное рычание почти обратившегося лиса и зычный приказ от отца Элайзы:

— Не смей нападать! Это приказ!

Увы, советник так и не смог взять себя в руки, застряв в приграничном состоянии оборота. Его лицо почти вытянулось в лисью морду, одежда давно клочьями валялась на земле, а тело покрылось бурой шерстью. Что ж…

Это и есть та проблема, о которой мы говорили в тесном, семейном кругу на побережье Золотого Моря — степень неприятия любых нарушений, связанных с традициями.

Памятные столбы — вековая традиция, пустырь — священная память, а мы — как ни крути, но осквернители.

Лорд Салиар не смог дождаться объяснений, он уже, заранее не принимал происходящего, а значит… Он будет ярым противником изменения, даже когда «День Скорби» станет «Днем Радости».

— Она глаголет устами Богини! — взъярился его княжеское величие. — Не смей!

«Ну да, Богини, — не смогла удержаться от ухмылки, — знали бы вы, какая на самом деле из Богини Богиня!»

Стихии обрушились на посмевшего проявить агрессию лорда Салиара, заставляя того замереть, застыть на месте не хуже каменного изваяния.

Я знала, что он не сможет пошевелиться, не сможет до конца обратиться, а потому медленно и осторожно опустила его обратно на черную, словно после пожара, землю.

— Мира вам! — вновь повторила я. — Мира и любви!

Вторая часть явно привнесла долю удивления в застывшие, будто маски, лица мужчин, но… У меня была четкая словесная формула и я должна придерживаться нее.

— Сегодня не будет горя и страдания, не будет слез печали и тяжести сожалений! Сегодня — день торжества любви, что идет дорогою вечности!

— Да восторжествует союз! — в унисон крикнули Ривэн и Пенелопа, причем последняя бросила первую пригоршню золотых зерен на землю. Это тоже часть ритуала.

Я усилила нашу связь с Пени, давая той не только необходимую передышку в использовании магии, но и наполняя ее резерв так, чтобы у нее еще остались силы для защиты, если все — таки, это потребуется. В это же время Ривэн подхватил легким ветерком брошенные зерна и пустил их вперед наших влюбленных, которые только после этого сделали свой первый шаг и остановились.

— Да здравствует единение душ и сердец! — мой ответ на реплику о союзе, и я продолжаю: — Мы те, кто осветили первый шаг к великой цели — Рассветному Союзу! Мы те, кто подарят защиту и спокойствие, мы — свидетели великой любви!

Стихии внутри меня ликуют, что в итоге выливается в мощную подпитку бутонов на цветочной арке и как следствие — раскрытию великолепного сплетения ярких цветов.

— Сегодня каждый из нас прикоснется к сокровищу, сотворенному душами Элайзы и Асакуро, — я называла только те имена, которые оборотни использовали последние три года. Никаких полных имен, перед нами совсем не те личности, которые носили гордые титулы или фамилию предков. Перед нами иные существа, давно разрушившие и сбросившие традиционное одеяние кланов, а вместе с ними предрассудки и запреты.

— Да восторжествует союз! — и вторая пригоршня зерен полетела на землю.

Ривэн перенаправил ее для второго шага оборотней.

— Да здравствует единение душ и сердец! — вообще, эти слова должны произносить все свидетели, но вряд ли князья да советники понимают их важность и искренне их воскликнут. — Ваш второй шаг означает, что вы понимаете — обратного пути не будет, а значит, соглашаетесь с тем, что будете оберегать друг друга, заботиться, и всегда слушать и слышать друг друга!

Смирение — вот, что должны демонстрировать влюбленные на первых пяти шагах, пока не пройдут к старшему. А потому, ответов от них в данный момент, церемония не предусматривает.

Пять шагов даются молодым для принятия и полного осознания происходящего, а шестой для того, чтобы окончательно решить могут ли они заключить нерушимый союз.

Но…до шестого шага мы еще дойдем, а пока:

— Поступать, как велит сердце, быть искренними и честными друг с другом. Создать крепкую, дружную семью — таков завет третьего шага. Если вы готовы… — одновременно с этими словами, Пенелопа выбросила очередную порцию зерен, а брат перенаправил их чуть вперед ног оборотней, — то не медлите.

— Да восторжествует союз! — воскликнули ребята, когда Элайза и Асакуро синхронно ступили еще на один шаг.

— Да здравствует единение душ и сердец! — и нет, это не я произнесла.

Тихие слова прозвучали набатом, и явно не только в моей голове. Асакуро вздрогнул и на мгновение обернулся, чтобы вновь услышать, но уже унисон:

— Да здравствует единение душ и сердец! — мой голос и уверенный, сильный баритон отца Асакуро слились.

Я испытывала такую безграничную благодарность этому мужчине, что не сумела сдержать стихии, они проявились мягким светом, длинными лучиками, тянувшимися к советнику Северного Клана.

— Гармония, вот чего требует счастливый союз. Отринуть прежние обиды и недомолвки, забыть о том, что разъединяет вас, что является лишь частью одного, а не двух. Быть гибким и терпимым к слабости партнера — четвертая ступень вашего выбора.

У меня текли по щекам слезы радости, и я не знала, как остановить их поток. Я была так счастлива и невероятно горда за поступок отца Асакуро, за его искреннюю любовь и заботу, что дальнейшее виделось через пелену слез.

И как дружно ступают по зернам оборотни, и как улыбаясь, кричат ритуальную фразу Ривэн с Пенелопой. И автоматически отвечаю я, опять слегка заглушенная голосом лорда Каору!

Спасибо Коше за очередное напоминание имен!

Я почти справилась с волнением, когда произносила полагающийся завет на пятый шаг, а вот перед шестым…

Волнение и беспокойство закружили мою голову, потому что я точно знала, что здесь будет заминка, будет разбирательство, но не произнести то, что должна, я не могла.

— Вы сделали пять шагов, признавая, что согласны следовать пяти заветам любви и вечной жизни, но есть шестой, что зависит не от вас… — Я затаила дыхание и на рваном выдохе, громко спросила, — есть ли среди свидетелей, те, кто против Рассветного Союза Асакуро и Элайзы.

— Есть! — Глава Южного Клана выступил вперед и гневно уставился на свою дочь. — Я против!

Невольно сглотнула и сжала кулаки. Вот не дам Элайзу в обиду! Они столько дел наворотили со своими традициями и войнами, что вон, матушка, осталась без мужа и детей, и вот такой судьбы желает князь Южных своей родной дочери?

— Элоиза Алая! Никто не посмеет снять с тебя покров, пока я жив!

— Элайза, — совершенно спокойно поправила подруга и медленно обернулась к разозленному мужчине, причем так, чтобы не сойти с зерен и не сделать шагов назад. Она топталась на месте, пока не встала лицом к отцу. — Отныне меня зовут Элайза! И мой покров снимет наречённый мне судьбой, подаренный самой вечностью и преподнёсший мне великий дар — любовь!

Я не знаю кто из всех испытал больший шок. Откровенно говоря, я бы так ответить не смогла, как и удержать на лице безмятежное выражение лица.

Впрочем, и Элайза не смогла. Черты ее лица разгладились, а по щеке побежала одинокая слеза, которую девушка быстро смахнула.

— Элоиза, Элиза, а теперь и Элайза, все мы склонили головы перед любовью. И нет большей силы! — Руки подруги дрожали, но она не позволила Асакуро взять ее ладонь. — Ты видел все, ты наблюдал за тем, как твоя дочь ломает себя, подстраивается под твою волю и приказ, как становится Элизой, а после и Элайзой. Ты был согласен убить свою дочь, уничтожить, лишь бы она отреклась от истинных чувств, дабы исполнить свое предназначение и ввести в нашу семью угодного тебе мужчину! Ты был согласен остаться без внуков, обречь меня на бездетное существование…

— Ты воспитаешь детей Салиара. — Жестко перебил ее князь.

А мне нещадно захотелось придушить того самого советника. Вот значит как… Элайза должна была выйти за агрессивного волосатого мужика, который не умеет держать себя в руках, и мало того, воспитать его детей? Да я скорее свои сапоги съем, чем позволю подобному случиться!

— Бастардов нелюбимого мужчины, и ради чего? — Между тем хмыкнула Элайза. — Ради того, чтобы ты сохранил свою власть и свое имя? Слишком огромная жертва для той, кто трижды заставил пройти через перерождение и ломку того, кто, не задумываясь за меня отдаст свою жизнь.

— Это твоя обязанность, Элоиза!

— Нет! — лорд Каору загородил собой молодых. — Нет! Одумайтесь! Вы толкаете единственную дочь на самоубийство и лишаете себя возможности продолжения рода.

— Не вмешивайтесь! Я достаточно насмотрелся, Элоиза, немедленно подойди ко мне, ты возвращаешься домой.

— Ты настолько ненавидишь волков, что готов пожертвовать своей кровью? — до этого молчащий князь Северного Клана в упор посмотрел на отца Элайзы.

— Вы предатели! Из-за вас…

— Довольно! — мой крик заглушил начинающийся спор. Мы все знали, что произошло во время жизни Хеллы и Эльхора и лишнее напоминание ни к чему. — Ни Элайза, ни Асакуро не виноваты в том, что случилось в прошлом, не им и расхлебывать чужие ошибки!

Я не дала никому больше проронить ни слова. Поймав одобрительный матушкин взгляд, я опять же громко, так, чтобы слышали все, произнесла:

— Элайза и Асакуро, есть люди, которые против вашего союза. Готовы ли вы переступить через их боль и чаяние? Готовы ли вы нести ответственность за принятое решение и встретить последствия без взаимных упреков к друг другу и обвинений?

— Я сказал…

— Помолчите! — я сделала пасс рукой, лишая отца Элайзы воздуха. Ровно на столько времени, чтобы он не мог говорить, а после лишь жадно дышал.

Подруга нежно посмотрела на Асакуро, улыбнулась и вновь обернулась к отцу.

— Я люблю тебя, папа, я люблю свою семью и свой клан. И хочу быть счастливой, точно также, как и ты с мамой. Почему бы не передать власть в руки подрастающим кузенам? Я уверена, ты воспитаешь из них великолепных мужчин. Позволь своей дочери познать радость материнства, не отнимай у меня будущее. И прости, папа, но я не откажусь от Асакуро кем бы он не являлся!

Она не ждала ответа от князя. Никто не ждал, а тот говорить пока не мог и все еще злился.

— Да! — хором произнесли оборотни и сделали большой шаг к Софи.

— Да восторжествует союз!

— Да здравствует единение душ и сердец! — перекрикивая и меня, и лорда Каору, воскликнул князь Северного Клана.

Ровно с этими словами стихии вырвались из меня, создавая между свидетелями и молодыми преграду в виде золотистого света, что заполнил собой все пространство арки.

Я вздохнула, вспоминая, как Райан недоуменно потрясал свитком и возмущался тому, где нам взять столько магии, чтобы сотворить энергетическую арку. Мы потому и делали такую с цветами, потому что описанный вариант нам был не доступен.

Выходит, вот как должно быть: влюбленные сначала должны пройти шесть шагов до старшего, прежде чем позади них появится солнечная арка. Но вот вопрос, что случится, когда они шагнут в такое скопление магии?

Я кусала губы, чувствуя, как магия буквально испаряется из моего тела. И несмотря на то, что у меня был практически безграничный резерв, сотворенное чудо требовало невероятно много магической энергии.

Напутствие Софи практически не слушала, как и даваемых ребятами клятв. С каждым мигом мне становилось все хуже и хуже. В ушах звенело от перенапряжения, но я не позволяла себе ни малейшего лишнего движения, улыбалась, чтобы никто не видел, как тяжело мне дается древняя ворожба.

Ради этих двоих я сделаю все и даже больше. Они заслужили свое счастье.

— …соедините ваши жизни, войдите же в истинный свет любви! — завершила свою речь матушка и лучезарно улыбнулась двоим, кто с этой минуты стал мужем и женой.

Крепко держась за руки и абсолютно не боясь, Элайза и Асакуро шагнули в арку.

На долгие пять минут я ослепла. Да и не только я, но…

Мне приходилось хуже всех. Из меня вдруг полились все силы, огромными потоками к арке, к ребятам. Я чувствовала, как моя магия окутывает их тела, создавая только для них одну на двоих колыбель.

Время для меня остановилось, казалось, меня распыляют на частички и их отдают молодым супругам. Я не сразу поняла, что давно стою на коленях, не в силах выдержать чудовищное давление, и это несмотря на то, что Коша помогал мне, перетягивая часть неприятных ощущений на себя!

К тому моменту, когда сияние начало меркнуть, я едва держалась, ощущение было словно я неделю без перерыва тренируюсь на полигоне под руководством Карт Санда, хотя не прошло и пяти минут.

Глотая текущую из носа кровь, я щурилась, пытаясь разглядеть что там с ребятами. Но раньше, чем я увидела их, пространство сотряс невообразимый по мощи крик боли.

Мой страж тонул своей горечи и не смог ее скрыть.

А вместе с Кошей кричала и я. Мы делили боль на двоих.

— Зачем? — прохрипела я, из последних сил удерживаясь на краю сознания. — Зачем вы выбрали этот облик?

Два новоиспечённых дракона понурили головы, а в следующий миг, их тела завибрировали и перед нами предстали голые юноша и девушка. Я же упала на землю, сильно стукнувшись головой, и даже не пыталась бороться с обмороком. Лучше беспамятство, чем весь тот спектр обиды и боли, что испытывал мой большой друг.


Глава 20

Мне, конечно, хотелось бы, проваляться в обмороке подольше, но, когда рядом два отличных целителя, это не так-то просто сделать.

Потеря сознания длилась десять минут, еще минут пятнадцать я приноравливалась к новым обстоятельствам и ощущениям.

Боли больше не было, а вот обида занозой сидела в сердце.

Причем моя, Коша больше ничего не транслировал своей подопечной, за что удостоился моего гневного мысленного вопля.

— Не закрывайся от меня!

— Я и не закрываюсь, — так же мысленно парировал он, — я смирился.

Он не лгал. Я не чувствовала в нем больше боли и разочарования, хотя на его месте метала бы гром и молнии от поступка людей, которым доверял. Они не могли не понимать, что одно дело смириться с тем, что ты возродился без человеческого облика и понять, что ты не один такой, и совершенно иное, когда на твоих глазах появляются два дракона, чьи человеческие жизни не оборвались. Хуже того, именно Дрейку, как единственному представителю вида, придется учить двух молодых драконов управлять новой ипостасью. А это дополнительное напоминание о том, чего у нет!

— Хейли, остановись, — попросил Коша, — тут не на что злиться. Они, конечно, хотели проверить свою догадку, но без одобрения хранителя у них бы ничего не получилось.

— Ты предлагаешь злиться на хранителя?

— Я предлагаю успокоиться и наконец, перестать мучить Софи. Открывай глаза и обними свою матушку.

— Хейли! — встревоженный голос мамы прервал мою речь с Кошей, — я вижу, что ты пришла в себя.

«Пришла» — мысленно вздохнула и распахнула веки.

— Ласточка моя, — теплые руки нежно коснулись лица, а затем помогли сесть.

Я оглянуться не успела, как оказалась в объятьях самой доброй женщины в мире.

Я щурилась, привыкая к необычно яркому солнцу, которому, по идее, не было места на небосводе. Сегодня все небо должно быть черным от туч…

— Хейли, — Пени была второй, кто потребовал объятий, а я и не противилась. — Я так за тебя испугалась.

— Ничего страшного не случилось, просто слишком большой расход магии.

— Не делай так больше.

— Постараюсь, — я улыбнулась и отстранилась, — поможешь встать?

В тот момент, когда я поднялась на ноги, произошло то, что ошеломило меня.

Обличенные властью оборотни, конечно, за исключением матушки да Элайзы с Асакуро, опустились передо мной на колени и в один голос воскликнули:

— Богиня, смилуйся.

«Они спятили?»

В голове поселилась мысль, а случайно не таким ли образом Хеллу и Эльхора причислили к богам?

Показали невероятную магию, сродни чуду и все — они боги?

— Я не Богиня! Встаньте! — но видя, что ничего не меняется, пришлось добавить, — во мне сейчас ее сила, ее божественный дар.

Стихиям внутри меня это сравнение тоже не понравилось. Как интересно…

Явное облегчение на лицах князей и их приближенных, и они поднимаются с земли, при этом все равно, опасливо на меня косятся. Несостоявшийся муж Элайзы агрессии не проявляет, да вот только ненависти во взгляде даже не пытается спрятать. Глупый лис.

Впрочем, будь я на их месте, наверное, отнеслась ровно бы так же к царившему бардаку на месте их святыни и к той, которая одним махом разрушила их представление о жизни.

Асакуро и Элайза стоят в сторонке и кутаются в плащи, отданные им родителями. Я, конечно, удивилась тому, чья одежда на подруге, но рассудила здраво, в том состоянии, в котором пребывал глава Южного Клана, он просто не мог думать о нанесенной обиде.

Взгляды друзей наполнены сожалением и виной. И меня это взбесило. Они знали, что поступили неправильно и все равно, при этом, держат гордую осанку.

— Хейли…

— Не надо!

Голоса Ривэна и Пени слились в едино, однако я все равно прошла к оборотням-драконам.

Пусть не прячут свои глаза и посмотрят прямо, объяснят, в конце концов, зачем устроили это представление.

— Хейли, — Асакуро загородил собой любимую.

— Боишься? — мои губы сами скривились. — А когда эксперименты ставили, страшно не было? Вы ударили в спину, ребята. Кто вы теперь? Какие личины вы взяли на этот раз?

Я не обольщалась. Больше не существует лисицы, как и не существует волка, поэтому ждала ответа. Если не новые имена, так родовое точно иное возьмут!

— Су… — сглотнул Асакуро и уже тверже закончил: — Сумеречные. Элайза и Асакуро Сумеречные.

Грянул гром!

Небо заволокло огромной черной тучей, что обрушилась на нас ледяным потоком воды.

— Сумеречные?! — сверкнула молния, а затем ударила рядом с нами, чудом никого не задев, и осветив две фигуры, тесно прижавшиеся друг к другу.

Гнев и боль выплескивались ливнем, щедро орошая землю и смывая с меня горечь и ярость.

Я не обращала внимания ни на кого, кроме двух оборотней, вдруг решивших, что они имеют право возродить родовое имя Вейры. Не имеют! Ни огненно-красная драконица, ни темно-бурый дракон. Они не сравнятся с красотой чешуи погибшей возлюбленной Дрейка!

Я не произнесла ни слова, за меня это сделали стихии. Все мои чувства накалились, обострились и были отданы пустоши.

Но ливень оказался недолгим. Туча расселялась, открывая взору ослепительное солнце.

И я совсем не удивилась, когда услышала:

— Смотрите! Это невероятно!

Не стала следовать примеру остальных, которые обернулись на изумленный голос князей, я и так знала, что происходит.

Из брошенных Пенелопой зерен восходят ростки. Чуть позже, эта земля зазеленеет. Потому что «Дня Скорби» больше не существует. И это — лишь начало.

Чета Сумеречных молчала, я же поняла, что если продолжу на них смотреть, то непременно ударю. Не Элайзу, Асакуро, потому что он мужчина и несет ответственность за семью и принятые решения.

Скривившись, отвернулась, совершенно не скрывая свое отношения к ним. Пусть они прочувствуют все то, что испытывала сейчас по их вине я.

— Что… — договорить глава Северного Клана не успел. Его тело завибрировало, поддаваясь настойчивому требованию перевоплощения.

Вот только вместо волка, на нас изумленно смотрел лис. Черный большой лис.

Следом за своим князем изменению подвергся и лорд Каору. С какой-то меланхолией наблюдала за ними, откуда-то точно зная, что Южный Клан сможет получить третью ипостась не скоро. А если кто и обернется волком, то это будет чуть ли не единичный случай.

Князь Северных Волков сумел принять любовь своего подданного и девушки из враждебного клана. Не просто принять, а встать на защиту, желая образумить того, кто был против Рассветного Союза такой пары. Он лидер, вожак, и его слово — закон. Принял он, по цепочке примут остальные не сумев перечить приказу главы, а значит, сейчас меняются все, кто вообще был способен к обороту.

Когда первая волна шока схлынула, и два лиса вдоль нарезвились в новообретённых ипостасях, князь обернулся в волка и завыл. Его песнь не длилась долго, он явно перешел на мыслеречь, передавая подданным свою волю и, видимо, успокаивая.

Я прониклась уважением к этому мужчине. За все время, что мы находимся здесь, он показал себя как самый уравновешенный, мудрый правитель, который к тому же, любит свой народ.

— Девочка моя, — я и не заметила, как Софи подошла ко мне, — ты устала.

— Не только я, — пожала плечами, а затем обняла матушку. — Мы все устали.

— Рад приветствовать «Совет Пяти», — голос мастера заставил меня подпрыгнуть на месте.

Я совсем забыла о том, что он прибудет за нами!

Ректор Академии Сиятельных недобро сощурился, безошибочно определив, кто именно внес хаос в веками сложившийся уклад. Его взгляд красноречиво остановился на мне, но мужчина ничего не спросил. Мало того, он вдруг вновь исчез, чтобы проявиться через пять минут, но уже с комплектами одежды для оборотней.

Причем для своих студентов он одеяний не взял. Чему я мысленно усмехнулась. Я-то знала, что ни Элайза, ни Асакуро, с нами не покинут пустошь. Они преемники Софи и обязаны остаться для обсуждения и решения многих важных вопросов, которые касаются королевства, двух кланов и нейтральных земель, на которых проживают полукровки.

— Ваша светлость, — ректор учтиво обратился к отцу Элайзы, — я надеюсь, мои студенты не доставили вам хлопот.

Он бы спросил у обоих князей, но представители северного клана ушли в лес, дабы переодеться.

— Век бы не видеть ваших студентов, — прорычал тот, — вы отняли у меня дочь, и я ненавижу тот день, когда согласился на ее обучение в вашей академии.

Замечательно. Теперь в собственных ошибках, отец Элайзы винит мастера. Прелестно. Мало того, его явно не заботит тот факт, что больше не существует «Дня скорби», что у каждого оборотня есть возможность обратиться два разных существа! И тем, кто ставит палки в колеса, является он сам, лидер, альфа, который должен вести свой народ и направлять!

— Ваши студенты принесли нам радость, — глава Северного Клана мягкой поступью приблизился к мужчинам. — Посмотрите на это солнце, вы знаете, что это означает.

Я вновь удостоилась тяжелого взгляда мастера, вмиг ощутив всем нутром, что меня ждет серьезный разговор, который мне вряд ли понравится.

— Мне жаль, — глядя на князя Южных Лисиц, произнес мастер и уже обратился к нам. — Ваша практика окончена, подойдите ко мне.

Пенелопа и Ривэн и так стояли рядом с лордом Альгаром, именно их он первыми отправил в академию.

Я же замешкалась, обнимая Софи и целуя морду любимого дракона, который, увы, но тоже пока остается здесь.

— Элайза, Асакуро…

— Мы остаемся.

Ректор не успел ничего ни спросить, ни возразить, вмешалась матушка.

— Элайза и Асакуро Сумеречные следующие старейшины нейтральных территорий. Они остаются на совет, лорд Альгар.

— Что?! — отец Элайзы сжал кулаки, на его лбу вздулись вены.

— Хейли, ты и твой страж, — не обращая внимания на начинающийся скандал, позвал архимаг. — Мы уходим.

— Да, мастер, но дракон остается с госпожой Ратовской.

Я с тоской посмотрела на матушку и мысленно пожелала удачи Коше, и только после этого протянула ладонь ректору, который ничего не возразил.

Водоворот чужой силы закружил и на краткий миг лишил воздуха.

«Вот я и в академии» — мелькнула мысль, когда я ступила во двор.

Пенелопа и Ривэн молча подошли ко мне и посмотрели на мастера.

— Я догадываюсь о том, что вы сделали, — произнес он, — но все разговоры будут завтра. Сегодня — отдыхайте.

И по его лицу сложно было понять, одобряет ли он, порицает, ждет ли нас завтра неминуемая взбучка, а потому я не спешила расслабляться.

— Еще не все студенты закончили практику, но есть те, кто по вам скучал, — губы мастера искривились в лукавой улыбке. — Ах да, Хейли, теперь твоя комната находится на третьем этаже, комната номер двести.

Мне в руки упал длинный тонкий ключ.

Я вздохнула и прикрыла глаза. Неудивительно, в академии больше нет демонов, и замыкать все на одной магии слишком энергозатратно, особенно учитывая ситуацию, происходящую в мире.

— Свободны, — отчеканил ректор и первым зашагал к главному зданию.

Меня удивляло его спокойствие и невозмутимое поведение. Почему он не поинтересовался, обуздала ли я свои стихии, умею ли их контролировать и управлять? А вдруг я такая же неуравновешенная и могу навредить окружающим? И он не мог не понять, что оборотни взяли имя его погибшего стража! Так почему же не задал ни единого вопроса?!

— Тебе тоже кажется, что с мастером что-то происходит? — спросил брат.

— Скорее, он что-то скрывает, — покачала я головой. — Ривэн, Пени, не расслабляемся, через час всех жду в своей комнате.

— Наконец-то! — зажмурилась Пенелопа, — нормальный душ!

«О!» — мои губы сами расплылись в улыбке. Душ, а не соленое море!

Ноги сами понесли меня к отстроенной баше Факультета Стражей.

— Хейли! — Ривэн рассмеялся. — Ты так бежишь, словно за тобой демон гонится!

— Можно подумать, ты не хочешь принять душ, — фыркнула я и подмигнула подруге, вот уж кто меня отлично понимал. — Встретимся через два часа, — скорректировала я время встречи.

— Отлично! — просияла Пени, а Ривэн загоготал.

Вот ведь некультурный человек.

Имеем мы право с Пенелопой на маленькие слабости?

Я уже не шла, бежала к башне, мысленно обдумывая, перенесли ли мои вещи из старой комнаты, и если да, то кто?

Надеюсь, это был отец.

— Хейли! — я опомниться не успела, как была крепко стиснута в теплых объятьях человека, о котором только что думала.

У меня засосало под лопаткой. Вот кого я не учла, когда мы составляли план грабежа, а ведь отец тоже будет здесь и точно вступит в схватку.

— Как я рад тебя видеть, доченька, — прошептал он и поцеловал в макушку. — Твои вещи на месте, я проследил, чтобы ничего не потерялось. А вот артефакты у меня, но я сейчас принесу их обратно.

Папа лучезарно улыбался, а я чувствовала себя странно. Словно и не было этой выматывающей практики, словно и не было всех тех чудес и ужасов. Как будто завтра меня ждет обычная жизнь студентки Академии Сиятельных. Каникулы, а потом и обучение.

Впрочем, мастер бы не отпустил нас по домам, мы бы занимались под его чутким руководством и тех преподавателей, которые находятся в академии.

Слегка подталкивая меня под спину, папа повел по коридору полупустого общежития.

Все верно, большинство находятся далеко, выполняя свои задания. А первокурсники учатся общаться с выбранными стражами.

Я задумалась, до официального окончания практики всех студентов еще полтора месяца, затем дается небольшой перерыв в две-три недели и начинается учеба.

Вот только… я точно знала, что на этот раз студенты не встретят первый осенний месяц в стенах альма-матер.

Король готовит для всех иную роль.

Тряхнула головой, возвращаясь в реальность, где мне приветливо улыбался отец и беспечно рассказывал о том, как проводит время леди Айлин и маленькая Абигель в нашем поместье. Отец даже пообещал устроить несколько выходных для ее сына.

Я прикусила губу, сожалея, что Ривэн еще не скоро сможет повидаться с сестрёнкой и матушкой.

— Вот, теперь это твоя комната, — отец протянул руку и я вложила в нее свой ключ. — До приезда всех студентов никаких магических заклинаний не будет. Поэтому не забывай запирать за собой дверь.

— Конечно.

— Осматривайся, — папа топтался на месте и вдруг нахмурился, застыл.

Я затаила дыхание, уже поняла, что он общается с кем-то мысленно.

— Извини, дорогая, я смогу зайти лишь перед сном, — покаялся он, когда закончил свой мысленный диалог. — Ректор вызывает.

— Я буду ждать тебя, — сама потянулась к щеке отца и поцеловала.

Совесть мучила меня, но я не могла ему открыться и должна быть осторожной.

Глядя на удаляющуюся спину родителя, я не могла не задаться вопросом: чего от него хочет ректор?

Но получить ответ сейчас не представлялось возможным, а потому я вошла в комнату.

Что ж, мои прежние апартаменты едва ли сравнятся с теми, которые выделили студентке, практически третьего курса.

Маленькая прихожая, плавно переходила в гостиную, за ней нашелся кабинет и небольшая спаленка, вмещавшая себя односпальную кровать, гардероб, прикроватную тумбочку и стул с мягкой обивкой. На каждой мебели красовался вензель академии, чего не было на той, что для меня добыл Асгар.

Я вздохнула, к хорошему быстро привыкаешь.

Мою одежду аккуратно повесили в гардеробе, и сложили на полочки, учебные и письменные принадлежности были оставлены на столе кабинета, а некоторые книги и тетради расставлены на верхних полках, прибитых к стене.

Здесь все было чуждым, и наверно, проживи я тут месяц, я бы ко всему привыкла, но два года в комнате по соседству с Мэттом сделали свое дело — я считала своим домом комнату триста двенадцать, но никак не под номером двести, где все буквально кричало о скромности и минимализме.

Мысленно дала себе подзатыльник. Рассуждаю, как избалованная аристократка. И куда только подевалась та девица, что спала под открытым небом и ела горелую кашу собственноручного приготовления?

Но я знала ответ. Дело совсем в другом. Тут не ощущалась уюта и тепла. Да и предназначалась комната для одного человека.

В очередной раз вздохнув, прихватила банные принадлежности и сменную одежду, юркнула в ванную комнату.

Раковина со стеклянной полочкой, на которых ютились мыло и зубной порошок, вешалка для полотенец, зеркало на стене и душевая — вот и все богатство.

Уже стоя под струями горячей воды, я получила зов от Коши.

— Хейли, — его голос был взволнованным, и я тут же напряглась и потянулась к кранам, чтобы выключить воду, несмотря на намыленное тело и волосы.

С другой стороны, льющаяся вода вряд ли бы помешала моему мысленному диалогу, но я посчитала правильным убрать любой отвлекающий фактор.

— Что случилось?

— Нет времени объяснять, объединяй наши ауры и сознания, ты лидер.

Я натурально поперхнулась, однако я слишком доверяла своему стражу, чтобы противиться и задавать вопросы. Если он требует слияния, значит на то есть веские причины, а позже… Коша мне все обязательно объяснит.

Что ж, ауры… Будет больно и неприятно.

Медленно сползла по стенке, устраиваясь поудобнее и глубоко задышала.

Это только на первый взгляд кажется, что магия такого уровня дается легко, особенно учитывая наличие стихий хранителя мира во мне, но дракон находится далеко, и я сейчас должна наощупь искать не только его ауру, но и настраивать нашу связь таким образом, чтобы больше не было двух существ, они должны стать одним целым.

— Умница, — шептал Коша в голове, — дыши ровно, у тебя все получается.

Получается, только кровь из носа хлещет и на виски давит так, словно я попала под обвал в горах.

Я намеренно вспоминала ночь, когда мы со стражем подглядывали за Райаном, мне нужно сотворить тоже самое, но самостоятельно. В этот раз ведущей была я, а дракон — доверившейся стороной. Не должно быть фигуры человека с крыльями, я должна сохранить свой образ, а внутренне изменится. Именно внутри будут двое слившихся. Это тот итог, который требовал Дрейк, говоря, что я лидер.

Спустя пятнадцать минут я поняла, что справилась с поставленной задачей и облегченно выдохнула.

— Хорошо Хейли, а теперь сконцентрируйся на блоке, которому учил тебя Рай.

— Блок?

— Да, начинай, я продолжу.

Сосредоточившись на мысленно воздвигаемой стене, я воспроизводила формулу защиты от ментального вмешательства. Этому меня учил Райан два дня назад, меня и ребят из моей команды. Он посчитал, что нам эти знания нужны уже сейчас и что лорд Альгар может воспользоваться своим опытом и уровнем владения магией, чтобы проникнуть в наши головы и вытащить все воспоминания за период, проведенный на практике.

Как жаль, что Райан оказался прав. Я была лучшего мнения о нашем мастере!

— Не отвлекайся, справедливости ради ты тоже не до конца с ним откровенна. Альгар не первый век живет на свете, чтобы не понимать, что его ученики не просто отдалились, а готовят диверсию.

Промолчала. Коша прав.

Я выводила формулу заклинания, страж ее подхватил, вливая свою магию, пока наконец мы оба не закрепили результат слиянием двух аур.

Я чувствовала себя опустошенной, продрогшей и немного оскорблённой. Потому что захоти лорд Альгар поговорить по душам, я бы попробовала наладить с ним мост, и кто знает, может быть он не стал бы препятствовать нашему плану.

— Твоего отца вызвали для кровного ритуала, Хейли, — после небольшой паузы, произнес Коша. — А это значит, что твои мысли пожелали не просто прочесть, у тебя бы забрали слепок личины.

Я похолодела, но уже не от того, что сидела голая на кафельной плитке в мыле. Нет, я ужаснулась тому, что желал сделать мастер. Слепок личины или слепок ауры, именно так Райан стал Айном и ее высочеством Риэлой Лонтерли. А это означает лишь одно — меня ни под каким предлогом не желали выпускать из академии, а вместо меня…

Кто был бы вместо меня? Сам ректор или отец?!

— Предатель, — горько выдохнула я и всхлипнула. — Отец, как он мог.

— Хейли…

— Что Хейли? Коша, он ведь добровольно сейчас отдает свою кровь, чтобы ректор смог беспрепятственно настроиться на мою ауру и обойти родовую защиту!

— Я тебя люблю, — проникновенный шепот в голове, и я подскакиваю, чтобы тут же шлепнуться, поскользнувшись на мыльной пене.

Спасибо хоть не сильно ушиблась.

— Хейли, успокойся, — в мысли вновь вернулся Дрейк, но ведь я только что отчетливо слышала шепот Райана! Как это возможно?

У Коши больше нет с ним связи, да и у меня тоже. А ментальному общению второкурсники еще не обучены. Я даже «сигнал» от Райана уловить не смогу, не то, что напрямую связаться как это делают преподаватели между собой! Это тема третьего курса! Я точно знаю, потому что интересовалась этим!

То, что происходит со мной и Кошей — отдельный разговор, мы с ним связаны навечно.

— Хейли, малышка, успокойся, Рай чувствует твое волнение. — А вот это плохо!

Он не должен выдавать себя, а я своей горечью и обидой чуть ли не сдала ректору его координаты!

Потому что мысленную речь можно отследить, особенно, когда на человека настроена вся защита академии. А я не сомневалась, что мастер наставил множество ловушек конкретно на бывшего декана Факультета Стражей.

Вдох-выдох, девочка. Все будет хорошо.

— Именно! — подтвердил мои мысли Коша. — А по поводу Изира, Хейли, он думает, что защищает тебя. Он знает, что род Сизери и род Валруа не должны сочетаться брачными узами и, боится, что твоя любовь ко второму принцу убьет тебя. Прости его, Хейли, он в неведении, и сама ты открыться пока не можешь.

— Прощу, наверно, — вздохнула, — потом, когда пойму.

Нет, как бы там ни было, но предавать членов своей семьи недопустимо! Чтобы я не натворила! Позволить кому-то чужому прикинуться мной… даже Леона чета Говеров оберегала и лелеяла как могла!

Перед глазами тут же встало видение жертвоприношения, что я увидела во время последней стадии слияния со своим стражем. Его маленькая дочь… Нет, нельзя, не думать об этом!

— Как там… — я сглотнула, мысли об оборотнях причиняли боль. — Матушка?

— Северные окажут поддержку, отец Элайзы будет держать нейтралитет.

— Плохо, — невольно сжала кулаки.

Вот ведь глупый, глупый мужчина!

— Я приглядываю за тобой, Хейли, будь осторожна.

— Тебе пора?

— Скорее тебе, иначе ты превратишься в сосульку, а через час начнешь радовать окружающих соплями, такими слизкими, желто-зелеными.

— Коша, фу! — я скривилась и осторожно поднялась на ноги.

Вот ведь невозможное, неугомонное создание!

— И я тебя люблю, — рассмеялся Коша и исчез из моих мыслей.

— Конечно, любишь, — буркнула уже вслух и включила краны на полную мощность.

Закончила я довольно быстро, хотя, казалось, простою под горячей водой долго. Но, во-первых, ко мне должны прийти ребята. Во-вторых, я потратила слишком много времени на слияние и блок.

Поэтому не удивлюсь, если они уже стоят на пороге!

Я выскочила из ванной комнаты практически нагишом, если не считать нижнее белье, а все потому, что схватила не тот комплект одежды, он просто на меня не налезал! То ли я сильно поправилась, то ли подросла и взяла то, что носила на первом курсе. В любом случае, из ванны я выходила в бюстье и трусах, при этом вытирая волосы полотенцем.

И абсолютно не была готова, что чьи-то руки сметут меня к стене, буквально вдавят в нее, а жадные горячие губы вопьются в шею в каком-то страстном, диком, я бы сказала первобытном поцелуе.


Глава 21

— Хейли, — протяжный стон и настойчивые губы ищут мой рот.

— Мэтт?!

— Хейли? — я не видела Пенелопу, потому что отбивалась от бывшего соседа, но прекрасно расслышала ее потрясенный вопль.

Мэтту просто очень повезло, что я хоть и испугалась, да не так сильно, чтобы ударить магией!

А в следующий миг Мэтта от меня отодрали. Кто бы мог подумать, что в Ривэне столько силы!

Завязалась потасовка, в которой победителем вышел мой брат. Меня такая гордость за него взяла, словами не передать! Он сидел на третьем принце, как на породистом скакуне и тревожно смотрел на меня.

— Накинь… — прохрипел Мэтт, — накинь на себя простынь!

К кому он обращался не сложно было догадаться, ойкнув, побежала в спальню, Пени увязалась за мной. В четыре руки мы быстро облачили меня в штаны и рубашку, подруга еще и косу мне заплела, при этом, шепотом уточняя все ли со мной хорошо и не успел ли Мэтт причинить мне боль.

Три синяка, что парень мне поставил она тут же свела, ее интересовал мой душевный комфорт. Заверив ее, что все будет в полном порядке, когда я поговорю с Мэттом, мы вышли в прихожую, где Ривэн все так же сидел верхом на принце, впечатывая того в пол.

— Прости, — прохрипел Мэтт, — Ривэн пусти, я все объясню. Она уже одета, ей ничего не грозит, клянусь!

Брат посмотрел на меня, и я кивнула, позволяя бывшему соседу подняться. Его поведение было странным, нетипичным, тем более он никогда не питал ко мне романтических чувств. А тут…накинулся, словно я единственная, кто сумеет когда-либо утолить его жажду!

— Идемте в кабинет, — вздохнула, — там места больше.

Ривэн вернулся к двери и дважды провернул ключ.

Черт, а ведь я не помню, закрывалась ли перед тем, как уйти в ванну. Выходит, что не закрывалась ли на замок! Совсем позабыла об этом нюансе. Слишком привыкла, что посетители согласуются с Хранителем Общежития, а Асгара здесь больше нет…

Вот дура!

Мы расположились на ковре, проигнорировав два кресла и стул. Сейчас остро не хватало Асгара с его извечным: «Сока или чаю?». Но я задавила в себе снобские замашки, я не у себя дома принимаю гостей, к тому же нам предстояла серьёзная беседа.

Мы молчали, давая Мэтту выговориться. Сначала он извинялся, и я видела по его лихорадочному взгляду, что ему все еще тяжело, но парень искренне раскаивался в том, что напал.

А потом мне стало не до обид. Во-первых, я ощутила вмешательство извне, сперва схожее с осторожным касанием чужой магии, а потом назойливыми ударами кувалдой. Давление возрастало, в висках стучал мой пульс, а из носа вновь потекла кровь. Во-вторых, к сопротивлению подключился Коша, который мысленно меня подбадривал.

— Хейли! — унисон из голосов ребят.

— Все в порядке, — просипела, — Не отвлекайтесь. Потом.

— Не в порядке, — вскинулся Мэтт, — это же…

— Продолжай рассказывать! — не дала ему озвучить то, что со мной происходило.

Неудивительно, что он знал. Ему по статусу положена максимальная защита от ментальных вмешательств. — Ты пробыл трое суток во дворце, когда начал чувствовать изменения, что было дальше?

Парень вздохнул, и попытался возразить, но поймав мой взгляд, поперхнулся.

Я видела тревогу в глазах друзей, однако поступок ректора мы обсудим позже, тем более, у него ничего не получается. Меня страховал не только Коша, со мной были блуждающие стихии!

— Ты же видела, как они одеваются… — сдался Мэтт, — они так одеты, что практически раздеты!

— Я правильно понимаю, что ты кидался на всех девушек и женщин дворца с целью… — потрясенно выдохнул Ривэн.

— Да! — нервно подтвердил Мэтт. — Просто поверь на одном поцелуе я не останавливался.

Друг испытывал к себе отвращение. Эта эмоция буквально прошила меня насквозь, заставив отвлечься от настойчивого «взлома» моего сознания.

— Реакция идет на обнаженную кожу? — в-принципе, это было и так понятно, но я все-таки уточнила.

— Да.

— А мужчины…?

Мэтт отвел взгляд и тяжело выдохнул.

— И на них… — и тут же поспешно заверил, — но с ними я не спал!

Богиня!

— Тварь! — вспылила я, — твой отец тварь, Мэтт!

— Леди Меган пытается мне помочь, но пока она смогла только заглушить интенсивность реакции, однако…

Этого мало. Я не знаю, чем опоили принца, даже не догадываюсь и это неимоверно злит. Мы должны ему помочь!

— Поцелуй его, — вдруг произнес в моей голове Асгар.

— Что? И…ты подсматриваешь? — я так сильно удивилась тому, что демон пожелал со мной связаться несмотря на то, что я находилась в академии, что вместо того, чтобы прогнать его из своей головы, прежде быстро выспросив о поцелуе, глупо растягивала нашу беседу.

— Я присматриваю за тобой. Хейли, на нем чары жрицы, он опоен их кровью. Поцелуй его, по-настоящему и позволь своей магии пробудить его воду.

— В смысле пробудить? Он что, тоже запечатан?

— Хейли, делай как говорю, тебе все Дрейк объяснит.

Асгар исчез, оставив после себя растерянность и множество вопросов.

Поцеловать Мэттью, чтобы потом Райан меня убил от ревности и обиды? А заодно и своего непутёвого братца?

И ведь понимаю, что ради шутки Асгар никогда бы такого не предложил, но… да я Мэтта как брата воспринимаю, причем младшего, и целоваться с ним по-настоящему…так как с Райаном?

Стихии внутри меня и так были потревожены вынужденной защитой от ректора, а теперь и вовсе взбунтовались. И нет, их не волновали мои переживания, они тянулись к Мэтту! Мало того, подгоняли меня! Это было схоже с «укусом» крапивы, место ожога печет и чешется. Вот так же пекло и чесалось, но только внутри меня. Отвратительно!

— Мэтт, ты доверяешь мне? — смирившись с тем, что это единственный способ помочь другу, спросила я.

— Да, — не задумываясь ответил он.

— Ребята, я прошу не вмешиваться, чего бы я не сделала, это продиктовано волей хранителя.

— Какого хранителя? — удивился Мэтт.

Ривэн и Пени нахмурились.

— Хейли, у тебя все еще кровь из носа течет, может сначала…

Тошнотворная вспышка и я глубоко дышу, чтобы не испортить ковер. Судя по всему, лечиться блуждающие стихии мне не дадут.

Кровь…так-так…

— После, — ничего более не уточняя, пересела поближе к принцу. — Мэтт, доверься мне.

М-да…

Я представляла себе, как мы выглядели со стороны. Я с заляпанным кровью лицом, Мэтт судорожно втягивающий воздух и явно борющийся с желанием притянуть меня к себе.

Не я, он первым прильнул к моим губам.

Мне не оставалось ничего, как позволить ему продолжить и углубить поцелуй. Я воспринимала его как механический процесс ровно до того момента, когда почувствовала, что мы обмениваемся не только слюнями!

Вернее, это я передаю Мэтту магическую энергию. И видимо, ему было больно, потому что он попытался разорвать контакт. Сама не поняла откуда у меня столько сил взялось. Я мертвой хваткой вцепилась в его плечи, вжалась, продолжая поцелуй, точно зная, что еще рано останавливаться.

Когда Мэтт обмяк и начал заваливаться на спину, я отодвинулась от него.

Мне катастрофически не хватало воздуха, и я жадно дышала. Кровь ведь так и не перестала течь, во время поцелуя лишая меня дыхания.

Пенелопа не стала спрашивать разрешения и начала лечение. Я благодарно ей улыбнулась, наконец позволив себе расслабиться. Коша давно перетянул на себя борьбу с попыткой ректора завладеть моей аурой.

— Что с ним?! — выкрикнул Ривэн и кинулся к Мэтту, который чем-то захлебывался.

Секунда и брат перевернул его на живот.

Мы шокировано взирали на совершенно черную кровь, которой рвало принца.

Пенелопа дернулась к нему, но я удержала ее.

— Пусть из него выйдет вся гадость, которой его напичкали, а потом ты его подлечишь, если это понадобиться.

— Ты шутишь?

— Нет, так передает Коша.

Я скривилась, поток информации напоминал жужжащий рой над ухом, но я внимательно слушала дракона, чтобы пересказать ребятам.

— Его напоили кровью жрицы, она распространилась по его организму ядом. Он не только вызывал в Мэтте потребность в постоянном сексуальном контакте, но и блокировал каналы для водной стихии.

— Вода — это жизнь, — пролепетала Пени.

— Да, сила хранителя, как видишь, избавила его от яда, а водная стихия завершит очистку и подлечит. Скоро наш принц полностью будет в порядке.

— А твоя кровь, получается, стала катализатором.

— Почему ты так решила?

— Ну, ты говорила, что в тебе выжжена кровь жрицы, но демоны чувствует тебя своей, вот я и подумала, что есть что-то такое в составе, что заставляет их путаться и…

— Похоже ты права, — вздохнула я и закрыла глаза.

Смотреть на то, как мучается Мэтт и пачкает чистый ковер, было выше моих сил.

И нет, я не ханжа, но ковер явно придется сжечь, а за это меня точно по головке не погладят!

* * *

Мы сидели в столовой и хмуро наблюдали за Мэттом, который водил вилкой по тарелке и буравил взглядом ужин.

Картофельное пюре и котлеты от гневного взора парня никуда не исчезли.

— Мэтт, ешь, тебе нужны силы, — в который раз повторила я.

— Это несправедливо, — опять же воскликнул он и поднял голову. — Мне так жаль…

Я лишь хмыкнула. Знал бы он, как нам повезло с наказанием, перестал бы винить себя!

— Ты ведь боишься животных, а назначена отработка в вольерах, еще и мытье аквариумов…

Я едва сдержала победную улыбку.

Да мы с ребятами столько времени ломали голову над тем, как нам попасть в ангары с горгонами, а тут такой подарок судьбы! Да я готова расцеловать ректора за это наказание!

К тому же я точно знала, что нам просто так не сойдет с рук использование магии в общежитии, а порча имущества академии лишь добавило вины в наш проступок.

Мастера не грызли муки совести, наоборот, он был зол, потому что у него не вышло завладеть моей памятью, а напрямую сообщить о том, что это именно он взламывал мой защитный блок, мужчина не мог.

Да и я тоже, делала вид, что вот ни капельки, ничегошеньки не произошло, ну кроме порчи ковра да излечения Мэттью.

Мне едва удалось отвертеться от расспросов леди Меган, сведя все к тому, что исцеление произошло благодаря блуждающим стихиям, и я совсем не запомнила, что именно делала.

А Пени и Ривэн пришли уже после того, как Мэтта вырвало черной кровью.

Мы лгали, и если мастер это видел, то целительница лишь сокрушалась, что ее не оказалось рядом, и она не сохранила образец яда, которым отравили принца. Конечно, нас отругали и наказали, весь следующий день мне предстояло трудиться на благо магических существ.

Пенелопу и Ривэна наказали за соучастие в сожжении несчастного ковра. Мол вместо того, чтобы остановить, они молча стояли и смотрели.

— А где твой страж? — перевела я тему.

— В океане… — вздохнул парень. — Знаешь, наша связь и без того была непростой, а с этим демонским зельем практически исчезла. Надеюсь, все вернется, и я смогу его позвать.

— Все будет хорошо, — поспешила его заверить Пени. — Ты обязательно наладишь с ним связь, и вы станете единым целым, как и Хейли с Дрейком.

— Единым? Вы что, прошли третью ступень привязки?

— Да. — Просто ответила я. — Так вышло…

— Хотел бы я знать, что у вас происходило на практике.

— Когда-нибудь обязательно расскажу.

— Вы что-то скрываете, да?

Молчание стало ему ответом. Лгать не хотелось, посвящать в свои планы — тоже.

— А почему ты не спрашиваешь где Элайза и Асакуро? — Пенелопа взяла огонь на себя и лукаво усмехнулась.

— Ну и почему они не вернулись с вами? — буркнул Мэтт и потянулся к чаю.

— Потому что у них… — заговорщицким шепотом начала подруга и нагнулась через стол к принцу. — Брачная ночь.

— Что?! — чай у Мэтта пошел носом, он закашлялся, а я мысленно поаплодировала Пенелопе.

Она очень ловко сменила тему и сместила его интерес.

Умничка!

В столовой, где и так было немноголюдно, вошли преподаватели.

К нам решительно направился мой отец. Вид у него был таким, словно его долго жевал Коша, а потом выплюнул.

Но привлекала мое внимание его мантия, наглухо застегнутая, что странно, учитывая, как тепло в помещении.

— Хейли, я зайду к вам после ужина, — поравнявшись с нашим столиком, произнес он и одарил меня улыбкой.

Мне улыбаться не хотелось, а потому я кивнула:

— Да, декан Сизери.

Отец вздрогнул, но ничего говорить не стал, круто повернулся и пошел к преподавательским столикам.

— Хейли, ты успела поругаться с лордом Изиром? — удивилась Пенелопа.

Я пока ничего им не успела рассказать.

— Позволите присоединиться к вам? — декан Ронг появился внезапно и напугал меня.

— Конечно, — с некоторой заминкой ответили мы хором.

— Если бы вы так и на лекциях отвечали, — ворчливо заметил артефактор, но с улыбкой.

— Боюсь в этом случае, в аудитории никогда не будет тишины и покоя.

— Несомненно, будет гвалт и споры. — Согласился лорд Ронг. — Ведь вы никогда не готовитесь досконально к предмету.

Я гадала чем вызвано желание преподавателя присоединиться за столик к студентам.

Вокруг перешептывались немногочисленные свидетели небывалого зрелища.

— Ваше высочество, если вы не желаете ужинать, не стоит переводить продукты, — укоризненно заметил старичок, а Мэтт, о чудо, так заработал вилкой, что буквально через пять минут она сияла чистотой.

— Спасибо, декан Ронг, — я широко улыбалась, — мы не могли уговорить его поесть и тут пришли вы…

— Не стоит благодарностей.

— Меня бесконечно удивила новость, что я никак не мог понять, шутите ли вы или нет, — выкрутился Мэтт. — Декан Ронг, а вы знаете, что Асакуро и Элайза сочетались браком?

Я пнула Мэтта под столом.

— Так и знал, что вы меня обманули! — тут же отреагировал он.

— Леди Хейли?

— Это правда, Асакуро и Элайза с этого дня муж и жена, но… Давайте оставим за ними право на оглашение важного события в их жизни?

— Безусловно, я буду нем, как рыба. — Пообещал декан факультета артефакторов.

— То есть…они? Выскочки? Они же друг друга терпеть не могут, — потрясенно выдохнул Мэтт.

— Что вы, лорд Мэттью, — снисходительно заметил лорд Ронг. — С первого дня в этой академии было ясно, что они идеально подходят друг другу и что важнее, любят друг друга.

— Но они же постоянно ругались.

— Скорее привлекали к себе внимание.

Мы с Пенелопой переглядывались и усмехались. Правда, я быстро стала серьёзной. Эти выскочки от души насыпали перца и соли в рану.

— Остались только мы, — вдруг заявил лорд Ронг. — Кто с полными тарелками.

Действительно. Я за уговорами принца не притронулась к своему блюду.

А кушать хотелось, желудок тут же напомнил, что его забыли покормить. Хорошо урчание не было громким.

— Сейчас мы это исправим. — Пожала плечами и отправила в рот кусочек котлеты.

Красота!

— Хейли, он хочет наедине остаться, — не поперхнулась только потому, что уже прожевала.

— С чего ты взял, Коша?

— Это очевидно, он хочет поговорить с тобой. Декан Ронг старой закалки, он джентльмен и не станет требовать всех уйти, но может намекнуть…

— Мы все равно не будем одни, рядом преподаватели и другие студенты.

— Хейли, он артефактор, просто поверь, никто не узнает, о чем декан говорил с тобой.

— Я должна выпроводить ребят?

— И что-то мне подсказывает, что ты не пожалеешь.

— Старый интриган, — проворчала мысленно, а вслух произнесла. — Ну что ж, встретимся завтра. Хорошего отдыха, ребята!

Пени и Ривэн внимательно вгляделись в мое лицо, пытаясь понять шучу я или это приказ. Я знала, что им о многом со мной нужно переговорить, да и мне нужно поделиться новостями, но конкретно сейчас мне надо чтобы они ушли и забрали с собой Мэтта.

— Хейли, неужели ты думаешь, что…

— Мэтт, леди Меган просила, чтобы ты подошел к ней после приема пищи, — хмуро напомнила Пени, — а чтобы ты точно к ней сходил, а не сбежал в общежитие, мы с Ривэном тебя проводим.

— Так вот почему, — выдохнул принц, — Хейли, ты как Райан, честное слово!

Его возмущение было таким забавным, что я не сдержалась, прыснула.

— Здоровье принца — приоритет всего государства, Мэттью. Увидимся завтра.

И пока Мэтт не начал возмущаться по второму кругу, ребята ловко увели его от нашего столика. Правда, убирать за всеми придется мне.

— Спасибо.

Я лишь кивнула, показывая, что поняла подоплеку его слов.

Декан Ронг достал небольшую стеклянную коробочку, в которой плавал какой-то камень и поставил ее на стол по левую руку от себя.

Как только коробочка оказалась на поверхности все звуки смолкли.

— Я бы не хотел, чтобы кто-то услышал то, о чем я хотел поведать вам, леди Хейли. Надеюсь, вы не против моей магии? Для всех, кто находится в столовой, мы обсуждаем историю становления стихий, а также случаи смещения магического резерва у мужчин и женщин. Вы же не забыли наши уроки?

— Невозможно забыть уроки, проведенные в вашем ожерелье. — Я невольно улыбнулась.

— Что ж, вы кушайте, а я буду рассказывать. Вижу, вам будет полезно и интересно. — Старичок вздохнул и посмотрел на меня, словно собирался с духом или не одобрял того, что я не приступила к трапезе. А потому я ухватила вилку. — Я единственный наследник Безумного Артефактора, единственный, кто жив. Моя племянница и сестра не в счет.

Вот уж точно чудеса случаются! Меньше всего я ожидала, что декан Ронг начнет разговор о своем предке.

— Айн погиб при странных обстоятельствах, вы ведь уже знаете, кем они были? — пытливый взгляд, а у меня нутро свело судорогой.

Он знает?! Знает?!

Кивнула. На большее я сейчас не была способна. Слишком удивлена.

— Я ждал преемника более века, Хейли. Я не получил дара своего предка, он проявился в юноше из бедной семьи. — Декан опустил голову. — Моя вина, что я не сумел сберечь его.

— Не ваша, — хрипло возразила. — Айн полюбил не ту девушку, доверился ей, а его предали.

— Вы знаете кто..? — вскинулся мужчина.

— Да, все, кто причастен к его смерти получат по заслугам. — Из моего рта выпорхнула бабочка. Ну стихии!

Старый артефактор проследил за ее полетом.

— Так стихии реагируют на Айна, — пояснила я. — Он любил его.

— Он?

— Хранитель этого мира.

— Почему вы решили, что создатель нашего мира — он? Айн говорил, что это женщина.

— А что еще он говорил? — жадно спросила я и осеклась. — Женщина?

Стихии на этот счет молчали и не реагировали.

— Да, он говорил, что наш мир создала Богиня, и в архивах моего предка тоже фигурирует женщина.

— Я бы хотела извиниться, — сглотнула, потому что стыдно признаваться в воровстве, хоть и не я своровала те записи.

— Не стоит. Если бы лорд Валруа не похитил часть архива, я бы никогда не подошел к вам с разговором. В прошлый раз, когда стихии выбрали носителя, ваш отец пообещал, если я еще раз подниму эту тему, меня ждет позорная смерть и слава Безумного Артефактора. — Мужчина покачал седой головой. — Я трус, Хейли? Вы разочарованы во мне?

— Но вы же готовы нам помочь, а что касается вашего пращура, мне невероятно жаль, что с ним так поступили. Мне жаль, что теми, кто приговорил его к смерти были люди, наделенные огромным даром. Сердца и слуха у них не оказалось.

Одинокая слезинка скатилась по щеке лорда Ронга.

Мне захотелось его обнять, но я осталась неподвижной, если не считать того, что все равно приходилось есть, хотя аппетита у меня уже не было.

Смысл сказанного деканом Факультета Артефакторов медленно, но верно, доходил до моего уставшего мозга. Он обращался к отцу, а тот грубо его послал, при этом пообещав кару за правду. Как такое могло произойти, почему он не выслушал до конца, почему не помог?

Стоп. Отец не мог знать, что Безумного Артефактора казнили по приказу короля Элнора, а значит, отвечал декану Ронгу Асгар.

Я облегчённо выдохнула. Мы сами только недавно узнали о том, что на самом деле случилось с проводником воли Хранителя.

— Декан Ронг, мне жаль, что обратившись к человеку, имеющего дар Хранителя, вы вместо помощи и поддержки получили отпор, но… Я хочу, чтобы вы знали, тогда от лорда Изира Сизери было лишь тело.

Я не боялась говорить ему правду и знала, что он обязательно поймет то, что я хотела сказать даже без подробностей.

— Вот как… — мужчина нахмурился, — значит ли это…

— Сейчас нет.

Наставник вытер взмокший лоб и облегченно выдохнул. Он сидел неподвижно с минуту, что-то обдумывая и решая для себя, наконец, он достал из-за пазухи шкатулку.

— Я должен отдать вам это, — протягивая мне ее под столом, произнес он, — откройте, пожалуйста, в своей комнате.

Машинально забрала подношение, безмерно удивленная подарку.

— Я множество лет пользовался записями, несомненно, самого гениального артефактора в истории магии. Кулон, что вы носили — крупица всех тех чудес, что были подвластны разуму моего предка. Я лишь воплощал их в реальность, несколько усовершенствовав. То, что в этой шкатулке, начал создавать он, а закончил Айн. Я знаю только одно, леди Хейли, этот ритуальный нож вам пригодится, но вот как вы должны его использовать…

Декан Ронг залпом осушил чашку с чаем.

— Вам дарована невероятная сила, да только дорога, которой суждено пройти, не принесет ничего кроме боли. Мне жаль, что я могу быть лишь наблюдателем и молчаливым свидетелем. Однажды Айн заявил, что мой удел вовремя распознать и направить избранного по правильному пути.

— И вы справились. — Я позволила себе улыбнуться. Тепло, открыто. — Огромная сила — это не лекарство от всех бед, декан Ронг. Особенно, если она в таких неумелых руках. Вы видели, что случается, когда я теряю контроль. Во мне бурлят блуждающие стихии, а опыта не хватает. Первый месяц своей практики, все, на что я была способна — это разрушение. И даже сейчас, поняв природу нового дара, найдя общий язык со стихиями, насколько это вообще возможно в моей ситуации, я не всегда могу сдержать разрушительный поток. Это сильнее меня. Однако…

Учитель вздрогнул и сокрушенно покачал головой. Он и без меня знал, что я совсем не готова ни к мощи стихий, ни тем более к борьбе с применением нежданной магии.

— Именно вы научили меня не сдаваться. Вы были одним из первых, кто положил начало моему становлению как личности. Я пришла в академию, чтобы стать другим человеком. Моей целью была свобода, и именно вы показали мне, что помимо свободы, есть кое-что посущественнее.

Взгляд, которым одарил меня старый наставник, не поддавался описанию. В нем сплелись воедино надежда и горечь, радость и стыд, гордость и сожаление.

— Любовь к науке, любовь к магии, любовь к ближнему…. На любви зиждется мир, строятся отношения, обретаются друзья и творятся чудеса. Я не избранная, декан Ронг, я лишь подходящий сосуд. Один из многих существовавших в прошлом. Очередной шанс нашего мира возродиться из пепла и избавиться от гнета захватчиков.

Я оглядела почти пустую столовую, вдруг впервые кристально ясно осознав то, что долгое время ускользало от моего внимания. Я никогда не овладею стихиями полностью. Они будут помогать, будут подталкивать к тому, что необходимо создателю нашего мира, но никогда не останутся со мной навсегда. Они покинут меня, если я не выполню свою миссию или сойду с намеченной тропы. Избранной была лишь Хелла. Она же ею и останется.

— Вы открыли мне это чувство, привив любовь к знаниям. И если мне суждено умереть, выполняя волю блуждающих стихий, я сделаю это с улыбкой. Потому что любовь верная спутница вечности. А значит, я буду идти ее дорогой.

— Хейли… — потрясенно выдохнул мужчина.

По его щекам бежали слезы, которые он совершенно не замечал.

— Я сделаю все, что должна, декан Ронг. И я благодарна вам за помощь. Мы благодарны.

— Хейли! — окрик отца заставил наставника вздрогнуть и неловко смахнуть артефакт.

Звуки обрушились внезапно, на миг дезориентируя.

— Декан Ронг, объяснитесь… — начал было папа, но я вмешалась.

— Декан Сизери, вы только что нарушили ход важного эксперимента. В котором декан Ронг предложил мне принять участие. Мы тестировали новый артефакт, — ни к чему ему знать, что наша изоляция была намеренной. — Скажите, как вы взломали защиту?

— Да, мне тоже хотелось бы знать слабое место в моем творении.

— Ваш артефакт не причем, — сухо парировал отец, — пока вы его не убрали, я не мог отвлечь вас от ссоры по поводу изменений и смещения центра резерва беременных женщин. Поэтому я прибег к родовой магии, чтобы окликнуть дочь. Поздравляю, ваш эксперимент удался.

— Спасибо, декан Ронг, было очень интересно и познавательно! — я с улыбкой собирала подносы и грязные тарелки ребят, мысленно радуясь, что успела спрятать подарок за пазуху.

— О! Это вам спасибо, леди Хейли.

Поймав ответную улыбку, подскочила с места и отнесла посуду.

Как бы мне ни хотелось продолжить наш разговор, отец этого сделать не позволит.

Вон в каком нетерпении постукивает ногой по полу.

Вздохнула и заставила себя выглядеть невозмутимо и спокойно. Разговор с ним будет не из приятных.

Всю дорогу до общежития я прокручивала в голове слова наставника и остро жалела, что мне не удалось попросить его помочь Райану и поделиться своими записями. Ведь, он, наверное, не только хотел отдать мне артефакт-нож, но и предложить свою помощь в разборе записей Безумного Артефактора. Ох, и не вовремя я со своей сентиментальностью влезла! Да ещё и отец, с которым мы условились встретиться через час, а он забрал меня раньше.

И я бы решила, что ему невтерпеж отдать родовые артефакты, да только руки его пусты.

— Пригласишь или будем стоять в коридоре? — я замешкалась, открывая дверь, за что удостоилась насмешки.

— Лорд Сизери, таким тоном в гости не напрашиваются.

— Хейли…

Я злилась и не попадала в замочную скважину. Пришлось остановиться, глубоко вздохнуть и попробовать еще раз. Дверь поддалась, и я первой вошла внутрь, включила свет и прошла к окну, ожидая пока отец заговорит, но он молчал.

— Ты пришёл сказать мне, что не вернешь артефакты, верно?

— Хейли, я не знаю, что ты задумала, но я склонен считать, что ты ошибаешься и…

— Ошиблись вы, лорд Сизери, предав собственную дочь. У вас, видимо, есть другие дети, раз вы так легко отреклись от имеющейся наследницы!

Даже ударив, я бы не достигла такого эффекта. Его плечи поникли, он опустил голову.

— Никогда род не предавал свою семью, вы совершили преступление, лорд Сизери и были за это наказаны.

Не зря отец прятал тело под мантией! Откуда-то я знала, что с ним случилось.

— Дух Рода не просто украшение, он, в отличие от вас, защищает своих детей!

Я не просила раздеваться, но папа сам медленно скинул с себя мантию, под которой оказались свободного кроя штаны и не застёгнутая рубашка.

Я не думала, что все будет настолько плохо, но глаза меня не обманывали, по всему телу отца шли выжженные линии. Присмотревшись, я поняла, что эти линии соответствуют венам на его теле.

— Я защищаю свою дочь, Хейли. Ты можешь не соглашаться и не верить, думать, что знаешь обо всем на свете, но я не желаю потерять тебя и не стану стоять в стороне, видя, как ты прыгаешь в пропасть! И если запереть тебя в академии — единственный способ сохранить твою жизнь, будь уверена, я пойду на это.

— Не так давно ты обещал доверять мне, отец. Помогать, быть тем, кто непременно поймет и поддержит. Ты не сдержал обещания и подло ударил в спину. Вы вдвоем с мастером. — Скривилась, видя судорогу, охватившую отца. — Думаешь, я не понимаю, что вы делаете? Разделяй и властвуй, не так ли? Наверное, сегодня ночью ректор вызовет Ривэна для приватного разговора, после Пенелопу. А когда вернутся оборотни, то и их, но также, по отдельности. А вот совместное обсуждение практики состоится после того, как я буду вымотана выполнением отработки наказания, а в идеале где-нибудь заперта, чтобы не мешать тому, кто примерит на себя мою ауру и личность. Вы не учли одного — у меня влиятельные, опытные друзья, и справиться с магией ректора помогут клятвы. Вы пытаетесь выиграть время, чтобы найти способ обойти мой блок и завладеть личиной, а стоило бы, как минимум, поговорить. Тебе, как отцу с дочерью, а не как декану с ученицей!

Я закусила губу. Не мне вести такие речи, потому что я собираюсь ограбить академию, но при этом… Я ведь не замышляла никому навредить. Если нам повезет, то все пройдет быстро и безболезненно для окружающих! Впрочем, я и сама в это не верила. Никто не останется в стороне и не будет смотреть на то, как святыню лорда Альгара пытаются унести из-под его носа.

— Ты соглашаешься с ректором, не желая вдаваться в подробности его решений. Просто исполняешь приказ, свято веря, что я в опасности и не понимаю того, что делаю. Мне не пять лет, отец. Ты пропустил момент, когда должен был заниматься моим воспитанием. Я давно совершеннолетняя! Но самое страшное, ты оставляешь меня без защиты рода. Единолично решив, что отдавать артефакты, принадлежащие мне по праву наследницы, нельзя.

— Хейли, оборотни в академии, — Коша выбрал не самый удачный момент пообщаться, но благодаря его вмешательству, я смогла передохнуть и остыть. Гнев не то средство, которым стоит оперировать.

Трезвость и холодный расчет, вот то, что необходимо сейчас.

— Я не хочу слышать оправдания. По праву старшего в роду, ты можешь распоряжаться артефактами и отдавать приказы мне и Ривэну, хоть он и названный сын и никогда не станет преемником. Однако в нашей власти отказаться исполнять твою волю. Ваши намерения, лорд Сизери мне ясны. — Сердце рвалось на части от боли, где же тот, кто утешал меня, тот, кто прижимал к груди и обещал стать опорой и защитой. Где мой отец?! — Вы трус. Трус, который закрывается титулом, связями, перекладывая ответственность на чужие плечи. Мастер заблуждается во многом и слишком многого не ведает. А вы никогда не верили в свою дочь и даже не попытались этого сделать. Слепая вера не то, что может вам подойти, верно? Проще выбрать то, что вроде имеет объяснение и логическую цепочку действий. Сожаление — вот, что отныне доступно вам, декан Сизери. Я никогда более не переступлю порог вашего дома. А теперь, уходите.

— Хейли?! — отчаянный вопль с такой мукой в голосе, словно с отца кожу живьем содрали.

Вот только его крик потонул в ослепительном огне, окутавшим на мгновение мое тело. Я не испугалась только потому, что почувствовала родственную связь, и пусть не сразу, но сообразила, что в этот самый миг произошла смена главы рода.

Иначе как объяснить появление всех артефактов? Абсолютно всех! И тот факт, что некоторые из них являлись пропавшими, не помешал им воссоединиться с той, кто с этой минуты стала главой рода Сизери.

— Коша, как же так? — меня била крупная дрожь. Я уже жалела о своих словах. Потому что вот такого итога не то, что не ожидала, я была не готова, да я не хотела этого! Однако перстень настойчиво бился в руки, требуя, чтобы я надела его на палец, окончательно принимая случившееся.

— Надевай, — потребовал дракон и я послушалась.

Глаза щипало от слез, тело продолжало дрожать от перенапряжения, а поступок отца окончательно довел меня до истерики.

— Приветствую главу рода, — встав на колени и опустив голову, произнес он.

— Успокойся! Не сейчас, Хейли! Слышишь? — Коша был той ниточкой, что заставляла меня держаться и не впадать в отчаяние. — Малышка, держись. Помни о стихиях, ты же не хочешь оставить без жилья своих друзей?

Смешок сорвался с губ и перерос в хохот. Со смехом уходила боль, смех и слезы очищали душу, позволяя хоть так выплеснуть накопившийся непосильный груз обиды.

И все же…сила обрушилась на академию. Затяжным проливным дождем. Небо плакало вместе со мной.

— Хейли! — в дверь барабанили, но я не делала попытки подняться. Зачем, если здесь декан? Он и впустит визитеров.

Ровно в тот момент, когда лорд Сизери отпер дверь передо мной появился портал, а из него вышел ректор.

— Замечательно, — обрывая смех и оглядывая собравшуюся компанию, произнесла я. В ставшей вдруг маленькой, неуютной прихожей, расположилась вся моя команда. — Результаты практики обсудим прямо сейчас.

* * *

Это началось неожиданно. Раньше оговоренного времени, намного раньше. Мы только закончили с ангарами и прогуливались у ворот, присматриваясь к статуям и разгадывая охранные плетения на них. Я успела дезактивировать лишь два, когда мое внимание привлек нестройный далекий гул.

Нашествие демонов и жрецов застало врасплох всех, включая меня и мою команду. Хотя уж нам-то было хорошо известно, что должно случиться этим вечером.

Я не понимала, откуда взялись эти твари, наш план по краже статуй их не подразумевал.

И если в первые мгновенья я надеялась, что это просто чудовищное совпадение, то увидев во главе Райана, поняла, что мне не чудится. Он управлял ими!

Маленькая армия надвигалась на академию и выглядела устрашающе. Меня пробрал страх. Не за себя, нет.

За всех, кто находился в академии. Так не должно быть. Это сон, кошмарный сон!

Зачем Райан пригнал сюда этих существ, особенно зная, что Стражей в академии практически нет! А если они прорвут защиту? А если погибнет кто-то из студентов?!

Я стояла у главных ворот и вглядывалась в черную наземную тучу из человеческой массы, неотвратимо надвигающуюся на нас.

Ривэн и Пени встали мне за спину, а спустя несколько минут рядом с нами оказался и ректор.

Я прикрыла глаза, успокаивая свое сердце. Нужно доверять Райану, нужно верить. Он не даст никому умереть. У всего есть объяснение, даже у того, что я сейчас вижу.

Вчерашний вечер казался смутной кляксой, по сравнению с тем, что сейчас начнется. Я вспоминала взгляд ректора, который буквально кричал о том, что я имею право на суд стихий, где ответчиком выступал бы он, а я в тот момент, думала о том, что он совершил преступление по отношению ко мне, а завтра, это сделаю я, но уже по отношению к нему. Один один.

Вот только не на такой масштаб я рассчитывала! Не такое горе желала причинить. Мне нужны статуи, а не боль и кровь преподавателей и студентов!

Лихорадочно кусала губы, ища способы минимизировать последствия от встречи сторонников культа Безымянного и академией, стараясь не обращать внимания на отрывистые команды, отдаваемые мастером.

Я должна установить защиту, однако…

— Дрейк! — мой крик потонул в гуле других голосов.

Срочно менять план и расстановку сил!

Шум крыльев и рев дракона на секунду оглушил, а огромная тень погрузила стоявших во дворе во тьму. Однако появление моего стража все приняли, как благодать. Когда на защите такое существо, никакие жрецы не кажутся страшными!

— Хейли, — тихо позвала Пенелопа. Она была ошеломлена, оглушена тем, что увидела. И я ощущала ровно тоже, а еще я боялась за Райана.

Это он будет сражаться в пол силы, а вот наша сторона…

Теперь все будут считать его предателем. Боги, и он же пошёл на это! Пошел, ради того, чтобы сбить с толку Велиара и спасти наш мир.

Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!

— Бери Ривэна и отправляйтесь к Сумеречным, — прошептала в самое ухо подруги. Оборотням достались горгоны. С теми метками и рунами, что я смогла сегодня установить на аквариумы, они должны беспрепятственно вытащить этих существ, а позже с ними улететь. Ребятам придется взять с собой и брата с Пени. — Вы уйдете с ними, поняла?!

— Но…

— Это приказ!

Я и сама не поняла, как прошла за ворота, при этом отмахнувшись и от чар ректора, и от защитного купола, не потревожив охранного плетения. Все вышло автоматически, блуждающие стихии давно сроднились с этим местом, а потому попросту игнорировали магическую силу лорда Альгара.

Огненная волна, слившихся в едино двух существ, встретила первый ряд нападавших. Я, не задумываясь выжигала проклятых марионеток, и в этом мне помогал Коша. А чуть позже присоединились преподаватели. Но было что-то странное, неправильное во всем этом. Складывалось впечатление, что армия Райана шита белыми нитками, а действительно настоящих жрецов здесь немного, остальные же одержимы чужеродными духами недавно и еще не умеют управлять полученной силой.

Я не смогла обдумать до конца эту мысль, потому что была вынуждена отбить огненный шар, пущенный в Веронику Элвер, а точнее в ее спину. Она бы не успела увернуться.

Я никогда не могла представить, что буду биться рука об руку с деканом Ронгом, защищая того от пущенных заклинаний, что собью с ног лорда Санда, который подставлялся под удар, чтобы дать ректору время для установления более мощной защиты.

Они все, все, кто вышел за мной были отвлекающим маневром для нечто более мощного, древнего и, несомненно, страшного.

План мастера был прост, не пустить тварей даже под стены академии. Принять бой за воротами.

Райан же пока не вступал в схватку, ограничившись наблюдением издалека. И это еще раз доказывало, что мне ничто не угрожало несмотря на то, что я находилась в самой гуще битвы. Любимый никогда бы не допустил моего ранения и не смог бы оставаться далеко, зная, что мне грозит опасность. Если, конечно, Велиар не захватил его тело…

Эта мысль прошила мое сознание стрелой. Меня кинуло в жар, а потом в холод, заставляя застыть на месте, что в итоге, я пропустила двойной удар от жреца и демона.

Я не успела ничего сделать, и вырвавшиеся стихии могли лишь смягчить последствия, но не отразить, однако на пути заклинаний встала фигура, закутанная в черный плащ.

— Райан, — выдохнула я.

— Не бойся.

Всего на миг расслабилась, вдыхая аромат любимого мужчины, а затем увидела то, чего просто не могло быть. Шок и неверие накрыли с головой, отнимая последние секунды, чтобы предотвратить то, что делал ректор. Он оставлял академию без защиты! Целенаправленно открывал проход для всех, отдавая альма-матер на откуп лишь бы сохранить изваяния Богов!

Нет, он и не собирался защищать академию! Он снял магический купол и направил весь магический резерв и новое, неизвестное мне заклинание, на охрану статуй, сделав подпиткой всех преподавателей и себя в том числе!

Ему оставалось лишь закрепить плетение и опутать им каменные скульптуры и тогда…

Все произошло слишком быстро, чтобы мой мозг успел обработать информацию. Наперерез древней магии кинулись двое. И вместо статуй золотистые сети получили декан Ронг и отец. Вот только вместо абсолютной брони заработали такой магический заряд, что оба кулем упали на землю без сознания.

— Нет! — Мой крик слился с басом ректора.

Страх за жизнь отца и наставника удушливой волной прокатился по телу. Внутренности скрутило ледяной рукой. Только бы выжили! Лишь бы…

Райан отстранился и сделал пасс руками, и декан Ронг и декан Сизери исчезли в порталах.

Куда он их перенес?! И почему вообще они закрыли собой статуи, не дав ректору поставить мощную защиту? Отец и декан Ронг помогли нам, но вот почему?!

В тот же миг нас всех объяло жарким пламенем драконова дыхания.

Огонь слепил глаза, жег порождений Безымянного, уничтожая тех, без права на воскрешение. Не сразу, но я поняла, что не только огонь Коши участвует в истреблении жрецов и мелких бесов, ему помогает Райан. В творившемся хаосе, огонь был нужен для укрытия отчаянного рывка дракона к статуе Хеллы.

Мощный удар сбил Кошу, заставляя того кувыркнуться в воздухе и практически упасть.

В последний момент он сумел вернуть высоту и грузно подняться ввысь, чтобы обрушиться на лорда Альгара огненной стеной.

Меня парализовало от ужаса. Я ведь знала, что ректор будет бороться не на жизнь, а на смерть. Он не позволит отобрать то, что завещала ему Вейра. Но все равно считала, что все будет иначе. Что мы справимся без жертв. Я ошибалась. И даже то, что вся армия Райана оказалась не более чем фарсом, не спасет от того, что нам придется действительно причинить вред архимагу и тем, кто наравне с ним пожелает умереть, чем отдать статуи, пусть и сами они будут думать о том, что защищают студентов.

Сердце колотилось как сумасшедшее, глядя на то, как Коша бьется с ректором и пытается прорваться к каменным Хелле и Эльхору.

— Драконы! Это Драконы! — крики студентов, горохом высыпавших на территорию академии, оглушили.

Я едва успела пригнуться, чудом не получив парализующее заклинание и тут же была крепко сжата руками Райана.

Что-то мне подсказывало, что больше он не выпустит меня.

— Предатель! — яростно крикнул Карт Санд и бросился к нам. — Отпусти девочку!

Зажмурилась, чтобы не видеть того, как любимый отбросит учителя. Стыд жег меня изнутри. Простят ли они когда-нибудь нас, поймут ли?

— Они что-то несут!

— Горгоны!

— Обольщающие горгоны!

— А это кто? Кто сидит на…

— Пенелопа и Ривэн!

— Сбивай их! Не дайте им уйти!

Открыла глаза, чтобы увидеть, как из пасти Асакуро вырывается густой черный дым, погружая студентов во мрак и заставляя тех надрывно кашлять.

Леди Меган нам никогда этого не простит.

Но тут особо удачливый студент попал в Элайзу, от чего она покачнулась, а вместе с ней и аквариум, на котором сидели Ривэн и Пени.

Я закричала, понимая, что ребятам не удержаться, а разбираться кто и в чем виноват студенты не станут. Их просто затопчут. Попыталась вырываться из объятий Райана, но безуспешно, он не отпустил, лишь крепче сжал.

А в следующий момент нас ослепило от множества вспышек телепорталов. В академию прибыли оборотни! Я не могла поверить тому, что вижу: оборачиваясь на лету, за Пени и Ривэна вступились волки. Они гнали студентов прочь, загоняя тех в общежития, воя, устрашая противников, а кто-то и скуля от боли, полученной от атак преподавателей и студентов.

Огромный мохнатый волк, скаля зубы стремительно надвигался к архимагу, пускающего магические заряды по драконам. Под обстрел попадали все, и Коша, и Асакуро с Элайзой. Последние не справлялись. Они совсем не имели опыта полетов, что уж говорить о ведении боя в воздухе!

— Нет! — мой вопль, усиленный вырвавшейся магией, заглушил все остальные звуки, а рванувшиеся стихии буквально смели ректора с ног.

Но было поздно. Элайза получила удар в грудь. Красная кровь, как позорное клеймо на моей спине, разливалась по ее телу и горячими каплями падала вниз. Дрейк у самой земли успел подхватить огненно-красную драконицу, не дав той грохнуться, а заодно уронить беснующихся внутри аквариума горгон.

Я не управляла собой, меня полностью затопили эмоции и блуждающие стихии взяли верх. Я практически не понимала того, что делаю. Все происходило слишком быстро, слишком мощно для моего измученного мозга. Я никогда бы не сумела повторить и пятой части сотворенного волшебства. Огненная стена отрезала жалкую оставшуюся кучку армии Райана от академии, водная стихия загнала студентов в здания, а воздушная, не ошибившись, подняла вверх всех преподавателей, а ректора еще и скрутила невидимыми жгутами.

Стихия земли же…

— Райан! — с ужасом крикнула я, вдруг поняв, что собираются сделать блуждающие стихии, а заодно и хранитель, — готовь телепорт! Огромный!

По земле шли глубокие трещины, сгоняя наших союзников в центр, и при этом охватывая часть стены и ворот вместе с трижды проклятыми статуями. Тряхнуло так, что практически все попадали. Оборони цеплялись за траву и землю, чтобы не укатиться в образовавшийся ров, который нас окружил.

У меня что-то лопнуло в ушах, а затем пропали все звуки. Я чувствовала, как шею заливает что-то теплое и липкое.

«Кровь» — запоздало поняла я.

Мое тело не справлялось с тем колоссальным потоком магии, который проходил сквозь меня. Казалось, что помимо того, что я уже имела, хранитель мира собирал все свои ресурсы, которые имелись и не находились на территории академии. Это был отчаянный рывок. Бешено стучало сердце, грозя остановиться. Я давно рухнула на колени, уже ничего не видя перед собой, но продолжала терпеть, понимая, что это единственный шанс сбежать отсюда всем вместе. Сбежать, забирая с собой статуи и горгон. И когда мы начали резкий полет вверх, я скомандовала:

— Сейчас! — вкладывая последние силы в свой голос, и тут же захлебнулась кровью, завалилась на землю, пережидая чудовищное давление и массовый телепорт.

Время остановилось, а может, это я перестала ощущать реальность.

Мы рухнули с такой силой, что если бы кто-то не подхватил меня, то я вряд ли бы уцелела и пережила подобный переход.

— Хейли, ласточка моя! — ужас в голосе матушки заставил меня распахнуть глаза, да только я все равно ничего не увидела.

— Софи, помоги ей, — отчаяние Райана плетью ударило по сознанию. И я бы хотела успокоить, сказать, что все хорошо, вот только…

Меня рвало кровью, внутренности скручивало спиралью, а кости так ломило, что я уже решила, что они вырываются наружу, не желая находиться в многострадальном теле.

Получив небольшую передышку, я жадно дышала, понимая, что это не конец и впереди еще мучительные минуты, а то и часы отката после использования магии.

— Коша, кокон! — приказала матушка стражу, а сама повернула меня к себе и прошептала, — спи, девочка.

Целительская сила мягко окутала большим пуховым одеялом, унося меня в мир грез и спокойствия.


Глава 22

Мое беспамятство и лечение вылилось в продолжительный бред. Мне чудились какие — то люди, монстры и мертвые люди. Они буквально затопили своим присутствием мое сознание. Я выныривала из сна за спасением, потому что долгожданного отдыха беспамятство не приносило. Только ужас, безнадежность и ощущение, что я увязла в липкую паутину, а спасения не будет.

Оглядываясь назад, я понимаю, как намучилась со мной матушка, и как сильно переживал Райан. Он винил себя, считал, что не уберег. Я, конечно же, не могла с этим согласиться.

Неделю Софи сращивала мои раздробленные кости, восстанавливала мягкую ткань, мышцы и хрящи, заставляла мое сердце биться и гонять по венам кровь. Еще неделю она и отец учили меня заново двигаться, жевать и разговаривать. Мне кажется, папа воспринял мое состояние как благословение небес, потому что сумел вернуться в мое девство, когда я не могла обходиться без помощи родителей и нянь. Райана, который тоже пытался взять заботу обо мне на себя, бесцеремонно отвадил папа, сказав, что он еще не мой муж, а потому нечего прикасаться к леди, к тому же, еще не являющейся его невестой. Он ему что-то еще говорил, но, увы, я не присутствовала при разговоре.

Дар хранителя практически убил меня, отобрав зрение, слух, да, собственно, все тело отобрал! И он же участвовал в его регенерации, ускорив ту до невероятного темпа. Если бы не блуждающие стихии, то восстанавливалась я, как минимум полгода, а если быть до конца честной, то несколько лет.

Способность видеть вернулась ко мне три дня назад, а до этого счастливого момента, я была вынуждена постоянно находиться в повязке, щедро смоченной каким-то отваром. Хорошо хоть он пах вкусно.

Без помощи друзей и родных я была бесполезной и к тому же обузой. Мне было грустно от того, что я доставила всем столько хлопот и переживаний. Но, откровенно говоря, вернись я назад во времени, то не изменила бы ничего.

Мы ушли из академии, частично ее разрушив, но никого не убив. Да, были раненые, как позже рассказывали мне друзья, но смертей нет. Все живы, целы…

И мы тоже живы и целы. А это самое главное.

Плохо то, что мы потеряли столько времени.

С другой же стороны у декана Ронга было время на общение с Райаном и изучение архивов его предка. Я участвовала в их беседах как безмолвный слушатель, не всегда понимая, о чем идет речь.

Папа и лорд Ронг дали клятвы, добровольно, причем тем, кто это предложил был мой отец. Я до сих пор с благодарностью вспоминаю ту минуту, когда он помешал заклинанию ректора. Кто его знает, сколько бы продлилось противостояние, если бы задуманное мастеру удалось.

Также я выяснила откуда взялись одержимые, составившие большую часть армии Райана. Он перехватил их и жрецов, которых Велиар отправил на захват какого-то лорда. Вот не запомнила я его имени, видимо, решив, что неважно, главное, что его спасли.

Я сокрушалась, что дух рода не желает появляться на мои глаза и все просьбы игнорирует.

С чем это связано, я гадаю до сих пор. В тот момент, когда ректор снял защиту с академии, Асгар, по поручению Райана выкрал мои артефакты и перенёс их к Софи.

Коша объяснил мне почему произошла смена главы роды Сизери, напомнив о том, что номинально меня давно признали истинной наследницей, а вот отца — нет. И когда я заявила, что больше не появлюсь в родовом поместье, это было расценено как уход из семьи, чего древняя магия не могла допустить, в итоге отдав мне бразды правления раньше срока. Именно поэтому браслет, входящий в гарнитур и не появился перед отцом, когда тот стал главой. Да, его воле артефакты были послушны, но по-настоящему приняли меня, как когда-то моего прадеда.

За эти дни я сумела простить Асакуро и Элайзу. Я постаралась понять их порыв и желание. Поставив себя на место всезнаек, я бы, скорее всего, тоже рискнула попробовать и обратиться в дракона. Это же невероятно! К тому же, ребята мудро расценили, что дружба — это не только прогулки в хорошую погоду и отмечание праздников. Дружба она многогранна и таит в себе все оттенки любви с нотками гордости, обид, недопонимания и, конечно же, надежды. Настоящий друг всегда постарается войти в положение и хотя бы попробует понять мотивы поступков.

Сложно не понять их, искушение было слишком велико. Единственным камнем преткновения стало выбранное родовое имя. Но тут явно имелась какая-то тайна, потому что оборотни уходили в глухую оборону или вообще отмалчивались, как только я заводила об этом речь.

Поэтому я решила пока отложить этот вопрос на потом, когда-нибудь, они признаются, почему поступили так.

В последние дни я часто вспоминала о том, что происходило в академии. И не могла сообразить куда дели Мэтта, когда началась потасовка. Заперли в целительском крыле? Усыпили? И не расценит ли он как предательство наш побег?

Я переживала и не находила себе места, Райан внятных ответов по этому поводу не давал. И неудивительно, он был поглощен новой информацией и поиском возможности без потери воскресить богов.

Чаще всего, в вечерних спорах у костра, мы склонялись к тому, что все-таки придется убить горгон.

Собственно, о них, русалки доставили нам третью обольщающую страшилку и пока мы ломали голову, как нам засунуть ее в аквариум, на котором были выведены магические руны, Райан не мудрствовал лукаво, а создал телепорт прямо внутрь аквариума, запулив третью горгону к уже двум имеющимся. Да, сила Безымянного несказанно поражала. Ибо его магия легко обошла нанесённые на стекло заклинания.

Но мысли о даре Райя быстро ушли на второй план, когда я заметила, что две горгоны поняли, что их товарке по несчастью, явно лучше жилось.

На самом деле так и было. Она выглядела куда упитанней, лучилась здоровьем и сытостью. И другим обольщающим это не понравилось. В аквариуме начались бои без правил. Мы только и успевали, что зажмуриваться, когда очередной столп искр скрывал от нас трех существ. Знатно они подрали «пришлую» горгону, впрочем, и та, в долгу не осталась.

Вот и сейчас три неугомонные фурии устроили потасовку не поделив корм. Обязанность по кормлению этих страшилок пала на Райана, мы не рискнули стирать руны, а потому он отправлял им кусочки мяса пользуясь порталом. Это было безопасно для нас всех.

— Море волнуется, — Элайза первой обратила внимание на вспенившиеся волны.

Ей, кстати, пока запрещали оборот, она в отличие от меня, той бешеной регенерации, какой была моя, не имела несмотря на то, что являлась оборотнем. А потому неукоснительно следовала инструкциям матушки и Пенелопы. Две целительницы курировали и следили за Элайзой, которая люто завидовала Асакуро.

Ему-то полеты разрешались, мало того, Коша выступал в качестве учителя, помогая тому привыкнуть к крыльям и обучая того обходить воздушные ямы, ибо Асакуро постоянно в них попадал. А вчера я упросила взять меня с собой. Конечно, не сразу, но мне позволили, правда всего десять минут, но я была рада и этому. Целых десять минут полета в ярко-синем небе!

— Странно это, — задумчиво протянула Пени.

Ровно с этими словами произошло две вещи: появился Райан, который покинул нас несколько часов назад и так рано вернуться не должен был, и море вдруг выбросило огромную волну, уходящую высоко вверх.

— Русалочья магия и… — выдохнул Рай, прижимая меня к себе, но договорить не успел.

— Я так и знал! — возвестил довольный мальчишеский голос.

Я широко распахнутыми глазами смотрела на морского змея, который вдруг заговорил человеческой речью!

Его золотистая чешуя блестела на солнце, ослепляя и заставляя жмуриться.

— Хейли! Ну у тебя и вид! — весело выкрикнул Мэтт, сползая с шеи своего змея на землю.

У меня сперло дыхание. В первое мгновение я испугалась за друга, но потом вспомнила, это же его страж! Но он явно увеличился в размерах, раз так в пять! Когда я видела этого чудика в ангарах, он был поменьше Дрейка, а сейчас явно не уступает ему в размерах.

— Мэтт, — рыкнул Райан и заключил мальчишку в объятья, при этом явно потрепав того по волосам. — Несносное создание!

И плотину прорвало. Мэтта обнял практически каждый. Разве матушка и деканы факультетов остались в стороне. А дольше всех не могла из рук выпустить его я.

Я просто не верила, что он теперь с нами, вполне живой и даже веселый.

— Ох, Хейли, ты мне сейчас ребра сломаешь. Я тоже рад тебя видеть.

Я не успела ответить, потому что страж Мэтта издал утробный звук, что-то между рыком и завыванием.

— Забыл совсем, надеюсь, вы не будете против… — враз растеряв всю свою уверенность, промямлил паренек.

— Хейли, — Райан мгновенно переместил меня назад метров так на пятнадцать и пока я приходила в себя и мысленно возмущалась его самоуправству, началось небывалое действо.

Змей Мэтта широко распахнул пасть, а его тело завибрировало.

— Его сейчас стошнит, — выкрикнула Пени и метнулась прочь от берега.

За ней, держа на руках Элайзу, пробежал и Асакуро.

Только Мэтт остался стоять и ухмыляться.

Змея действительно вырвало, да только…

— Алекс?!

— Тор?!

— Али?!

— А Виктора-то зачем? — возмутился Асакуро.

— Вы с ума сошли?! — это уже я кричу.

Потому что количество людей, изрыгаемых стражем Мэтта, росло с небывалой скоростью.

Меня уже трясло от гнева, и, если бы Райан не прижимал к себе, боюсь, всем бы досталось от одной неуравновешенной истерички, а также ее магии.

Я пересчитывала людей и не верила своим глазам. Третий принц собрал не только часть ребят с нашего курса, но и членов их команд!

И нет, я безусловно рада всех видеть, но им нельзя тут находиться! И пока все отходили от шока и справлялись со своим волнением, вперед выступил Алекс.

— Я, Алекс Сталлаг, клянусь…

Слова нерушимой клятвы срывались с уст парня легко и непринужденно. Он сам очертил границы, обещая хранить информацию, не передавая ее третьим лицам и клялся в том, что никогда не предаст Райана Валруа, а также Хейли Сизери.

— Я, Тор Сталлаг, клянусь…

— Я, Мэттью Валруа, клянусь…

Все вновь прибывшие повторяли за ними, безоговорочно вверяя нам свои жизни и беря на себя обязанность следовать за нами и помогать во всем.

— Хейли, все хорошо, — успокаивающе шептал Райан, — что же ты, глупышка моя.

— Оно само, — всхлипнула и утерла слезы.

Расчувствовалась. Слишком все неожиданно случилось.

— Тебе понравился наш сюрприз, наследница?

Вздрогнула и обернулась к морю, где, высунувшись по пояс меня звала царица русалок.

— Хороший мальчик, так устал, пока вез этих глупых людей, — она ворковала со змеем, не ожидая моего ответа. — Иди мой хороший, тебе понравится наше море.

Русалка гладила подставленную морду, явно довольного такой лаской стража. Даже Мэтт обомлел, но благоразумно не стал возмущаться.

— Иди, замечательный мальчик, девочки тебе покажут лучшие места для охоты.

Прежде, чем действительно уплыть в компании с русалками, змей спросил разрешения у своего подопечного. Нет, вслух ничего произнесено не было, но Мэтт застыл с непроницаемым лицом, будто общался с кем-то, а затем уверенно кивнул и страж уплыл.

— А теперь поговорим о том, как безответственный и глупый «взрослый» мальчик, чуть не убил себя и своих друзей. — Громко объявила царица. — Хейли, сходи с госпожой Ратовской за травами, я буду говорить с твоим