Екатерина Борисовна Елизарова - Ключ от Шестимирья [litres с оптимизированной обложкой]

Ключ от Шестимирья [litres с оптимизированной обложкой] 960K, 208 с. (Шестимирье-2)   (скачать) - Екатерина Борисовна Елизарова

Екатерина Елизарова
Ключ от Шестимирья

© Елизарова Е., 2018

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018

* * *


Глава 1

– Кристи, ты должна их уговорить! Ну подумай сама, когда еще в наше захолустье приедут непревзойденные «Кулданс»?! Никогда!

– Они и так не к нам приезжают.

– Я же прошу тебя отпроситься не в столицу – в соседний городишко! К тому же ты сама ездишь туда каждые полгода. Разве не там ваш семейный врач принимает? Как будто у нас мало хороших врачей или кто-то из вас смертельноболен…

– Ася!

– Прости, прости, но к этим странностям твоих предков трудно привыкнуть.

– Знаю, – пробормотала я, опустив глаза. Конечно, мысль о том, чтобы всерьез поговорить с родителями о моей дальнейшей (самостоятельной!) жизни приходила не раз. В конце концов, мне уже двадцать один, и совершеннолетней я считалась по всем существующим законам. Да и единственная близкая подруга Ася постоянно – вольно или невольно – напоминала об этом.

Но я не могла! Лицо мамы становилось таким испуганным, едва я заикалась о работе в городе или даже просто дальней поездке с друзьями, что через какое-то время я перестала и пытаться. Смирилась, отложив решение на потом. Возможно, у родителей и в самом деле имелись причины опасаться излишнего внимания к нашей семье.

– Кристи! – окликнула меня подруга, сворачивая за угол. – Поговори!

Я кивнула и приложила ладонь к сенсору на воротах. Жизнь в маленьком городке все-таки дает немало преимуществ. А о своем доме в мегаполисе глупо даже мечтать.

Родители сторонились крупных городов и избегали любых систем, собирающих личные данные. От вживления подкожных чипов, заменяющих все важнейшие бумажные документы и внедряющихся сейчас повсеместно, они наотрез отказались. Но при всем этом другие достижения технического прогресса использовали по максимуму.

Однако сегодня датчики показывали нечто странное. Судя по индикатору в холле, и мама и папа уже вернулись с работы. Вход был выполнен. Только вот самих родителей в доме не обнаружилось.

Я посмотрела во всех комнатах и закутках. Заглянула даже в гардеробные. Ничего. Кроме того, на кухне царил непонятный беспорядок. Стулья, посуда с полок и столов, еда – все раскидано по полу. Дверцы шкафов и тумб – распахнуты.

Обошла дом по второму кругу и разволновалась не на шутку. Куда они делись? Смарты обоих лежали на тумбочке в комнате. Значит, они точно здесь были! И не позвонить…

Сев на кровать, уставилась невидящим взглядом в стену. Как быть в такой ситуации, просто не представляла. А потом вдруг услышала неясный шум. Какая-то возня и как будто даже тяжелое дыхание.

– Мам?

Я подскочила и выбежала в коридор. Затем вернулась обратно, пытаясь понять, откуда исходит шум. Ведь обыскала же каждый уголок!

– Где же вы?! – воскликнула я, и в этот момент шкаф с грохотом отлетел в сторону, а из оказавшейся за ним двери вывалилось нечто, полностью выбивающееся из привычной реальности.

Огромное, лохматое и свирепое. Слипшаяся сосульками темная шерсть, совсем как у мифического йети, ярко-красные выпученные глаза и длинные клыки с капающей слюной.

Взвизгнув, я выбежала из комнаты. От одной мысли, что родители могли быть там, в той самой потайной комнате, мурашки побежали по спине, но ноги уже несли меня прочь. Как можно дальше от ужасного монстра.

Однако недостаточно быстро. Плечо обожгло болью, и меня отбросило назад. Падая, умудрилась присесть и вывернуться. И тут же снова рванулась вперед. Только куда бежать? Да и убежишь ли от такого?!

Лапа чудища коснулась шеи, оцарапала кожу. Я дернулась и услышала треск рвущегося шнурка от медальона. Гладкий камень скатился по атласной рубашке и с глухим стуком упал на пол. И в это мгновение внутри меня все словно заледенело, а снаружи, казалось, замерло само время.

Родители, а теперь еще и медальон?.. Потерять его было горько. Простой круглый камень, приятно греющий кожу, мне подарили еще на семилетие, и с тех пор по просьбе родителей я ни разу не снимала его. Даже в ванной!

Ванная… Она как раз передо мной. Нет ничего глупее, чем спасаться от монстра в ванной, но моя ладонь уже толкает дверь. Отчаянный рывок – и я внутри. Только вовсе не в ванной!

Непроглядно черное, вязкое окружило со всех сторон. Ноги лишились опоры, будто я угодила в воду, но дыханию ничего не мешало. Обморок? Кошмар с продолжением? Над самым ухом раздался гортанный рык, и я с ужасом поняла, что в «никуда» я попала не одна.

Громадной лапищей монстр ухватил меня за запястье и потянул вперед. Похоже, в отличие от меня он прекрасно знал, что делать. И на этот раз я не возражала. Со всех сторон слышались шорохи и леденящие кровь вздохи. Темнота клубилась и кишела неизвестными тварями, на фоне которых один-единственный волосатый монстр казался куда меньшим злом.

А потом впереди забрезжил свет. Прямоугольник голубоватого сияния до боли напоминал обычную дверь. Распахни – и войдешь. Только вот компания чудовища прельщала мало.

Мы почти достигли цели, когда справа вдруг возник другой источник света. Не дверь – подрагивающий зеленоватый овал с проблесками теплых, почти солнечных лучей. Он манил и буквально притягивал, а главное, судя по всему, совершенно не интересовал моего похитителя.

Поддавшись порыву, я чуть откинулась, толкнула монстра ногой и на удивление легко высвободилась из захвата. Не раздумывая, тут же нырнула в зеленое марево.

Вышла я или вошла? Я так растерялась от перемещений, что не могла понять. На меня обрушился настоящий шквал незнакомых звуков, запахов и ощущений. Голова кружилась, в нос ударил коктейль резких пряных, сладких и древесных ароматов. Руки уперлись в упругий, чуть влажный мох. Вокруг было сумрачно, жарко и настолько влажно, будто я очутилась в сауне или с мороза зашла прямиком в аквапарк.

Чуть отдышавшись, подняла голову и между густых крон увидела небо. Темное и в то же время яркое и прекрасное, полное звезд и целых скоплений, будто из пульверизатора разбрызганных по небосклону. А потом нечто большое молнией пролетело у меня над головой, а за деревьями послышался шорох. Испуг окатил от макушки до пяток. Неужели чудище все-таки догнало?

Я вскочила и побежала. Не представляя куда и не разбирая дороги, подгоняемая страхом и набирающей обороты истерикой. Что вообще происходит?!

Пожалуй, носиться сломя голову в темноте в совершенно незнакомом странном лесу занятие не менее опасное, чем путешествие в компании монстра. Нога зацепилась то ли за корягу, то ли за не вовремя вылезшего зверя. Я потеряла равновесие и стала падать назад. Вернее, упала и кубарем покатилась куда-то вниз, по пути сдирая нежную кожу с рук, царапая лицо об острые веточки и камни и ушибая, казалось, каждую клеточку тела. Вдобавок ко всему внизу меня ожидала широкая мелкая речка, в воде которой я еще и намокла.

– Ну прекрасно! – разозлилась я. На этот лес, на речку с неожиданно ледяной водой, на родителей, внезапно пропавших, и вообще на все, приключившееся со мной за какие-то полчаса!

Пнула каменистое дно, поднимая вихри брызг, и замерла. Капли воды и даже целые струйки, вместо того чтобы упасть обратно в реку, зависли в воздухе, словно на 3D-снимке.

– Что за…

Я поскорее выбралась на берег, а когда обернулась – никаких капель в воздухе уже не было.

Поднялся ветер, и кроны ближайших деревьев взволнованно зашелестели.

«Она! Та самая!» – как будто перешептывались они.

– Слуховые галлюцинации. И зрительные тоже. Спокойно, – уговаривала я себя, – от стресса и не такое бывает.

Но до спокойствия было далеко. Вокруг со все нарастающей силой трещало, выло и свистело. На берегу стало совсем неуютно, и я поспешила его покинуть.

Пробираясь через кусты и коряги, я наступала в лужи и проваливалась в ямы. То и дело мерещились чьи-то тени и отблескивающие в темноте глаза. Я успела сотню раз пожалеть, что не осталась у реки, но страх и непонятно откуда взявшийся в самой чаще ветер гнали меня вперед.

Не знаю, сколько я так бежала, но, когда выдохлась окончательно, поняла, что все вокруг давно стихло. Кажется, даже сделалось чуточку светлее. Прямо там, где стояла, плюхнулась на пружинящий мох и прикрыла глаза. Растрепанные волосы неприятно лезли в лицо, и я сделала то, чего не делала никогда, – заправила их за уши.

– Не могу больше.

Сил не осталось даже на то, чтобы добрести до ближайшего дерева и поудобнее прислониться спиной. Лес больше не пугал. Возможно, я просто слишком устала, чтобы бояться. Дыхание выровнялось, и я почти решила позволить себе прилечь прямо тут, на теплом покрывале из мха, когда услышала голоса. Едва различимые, но уже совсем не похожие на галлюцинации.

– Неужели люди? – не веря своей радости, прошептала я.

Наполненная неожиданным приливом сил, вскочила и собралась немедленно броситься в сторону доносящихся голосов. Но не успела.

– Стоять! – громко произнесли за спиной.

Хотела было развернуться, но мне не позволили, уперев что-то твердое под лопатки.

– Вперед, – противореча себе, скомандовал неизвестный. – Не пытайся магичить, я почую любой щелчок, – добавил он совсем уж странное.

И мы пошли ровно туда, куда мгновение назад я думала идти добровольно.

Через некоторое время лес сменился небольшой поляной, на которой, судя по всему, было оборудовано нечто вроде походного лагеря. Небольшой костерок в окружении низких лавок, чуть поодаль палатки, ну и главное – люди. Странные, явно не горожане, да и вообще…

Откровенно говоря, они больше напоминали древних варваров, чем кого-то из моих современников. Широкоплечие, высокие и накачанные мужчины. Из одежды – брюки и какие-то ремни, перетянутые через бугристые торсы. Судя по хмурой парочке, стоявшей ближе всех к лесу, предназначались ремни для закрепления оружия. Воины?

Поразмыслить над этим, как и толком рассмотреть, мне не удалось. Провожатый едва ли не вытолкнул меня на середину поляны и прокричал:

– Аран! Я поймал шпионку.

– Я не шпионка! – возмутилась я, но тут же замолкла, наткнувшись на суровый взгляд серебристо-серых глаз обернувшегося мужчины. В этих глазах плескалась не просто неприязнь – настоящая ненависть с примесью презрения и брезгливости.

– Привяжите у дерева. У нас нет времени разбираться.

Меня передернуло. Не столько от смысла сказанного, сколько от интонации и взгляда.

– Возьмем с собой?! – кажется, удивился мой пленитель, не спеша выполнять поручение.

По мне вновь мазнули пробирающим до мурашек взглядом и скупо кивнули.

– Сам знаешь, каждый воин на счету. Кого я отправлю в город? И не спускайте с нее глаз, мы не знаем, на что она способна.

– Класс! – буркнула я под нос, когда меня отволокли к громадному дереву, росшему с другой стороны поляны и, грубо усадив, натурально к нему привязали. Спасибо, руки ниже локтя оставили свободными.

Сидеть вот так, беспомощно связанной поблизости от десятка, а то и двух десятков мужчин, оказалось на удивление спокойно. Звуки незнакомого леса больше не тревожили, а негромкие голоса убаюкивали. Больше не надо никуда бежать, спасаться…

Мешало только одно. Полуголые воины, по всей видимости, собирались отужинать, и по округе разносились аппетитные запахи подкопченой рыбы, каких-то пряностей и овощей.

– Ар? – услышала я и заметила кивок в свою сторону.

– Обойдется. Если она в одиночку добралась едва ли не до самой тарэйи, день без ужина для нее пустяк.

– Благородство так и прет, – пробурчала я и, прежде чем отвернуться, поймала очередной полный злобы взгляд. Да что же это такое?!


Глава 2

Заснула на удивление быстро и крепко, однако выспаться мне не дали. Один белобрысый нахал – тот самый Аран, который был здесь, судя по всему, главным, – бесцеремонно тряс меня за плечи. Я нехотя приоткрыла глаза и огляделась. Рассеивающиеся сумерки, дымка, напоминающая туман, но окутывающая почему-то не траву, а кроны высоких деревьев. И тишина. Все в лагере, очевидно, спали. Все, кроме одного!

– Кто ты такая?! – спросил он сердито.

– Кристина, – представилась я миролюбиво. – Можно просто Кристи. Приятно познакомиться. Или не приятно. В общем, не суть.

– От ближайшего поселка три дня пути. Ни один иномирец без проводника не выдержит такой пеший поход в священном лесу. Даже фейн! – выкрикнул этот ненормальный и зачем-то дотронулся до моих волос. Надо думать, молочно-рыжий – мой новый эксперимент – этому варвару видеть не приходилось.

– Послушай, я вообще не понимаю, о чем ты.

– Как ты здесь оказалась? Кто твой проводник и где он?

– А адвокат у вас здесь не положен при бездоказательных обвинениях? – зевнула я. Спросонья этот тип почему-то перестал казаться таким уж грозным.

– Кто? – похоже, растерялся он. – Молчание только усугубляет твое положение. И поверь, способы, которыми тебя разговорят в замке, тебе не понравятся.

– У вас так принято, сразу угрожать, запугивать, да? Знаешь, я ведь так обрадовалась, когда услышала в лесу голоса. Думала, наконец-то увижу людей, узнаю, что происходит, попрошу помощи, в конце концов! А вы…

– Людей? – еще больше растерялся мужчина. – Ты ожидала увидеть здесь людей? Энлант – закрытый мир, а люди редко встречаются даже в Эн-дорфе.

– Не знаю, чего я ожидала! – рассердилась я. – Ну уж никак не этого! – И демонстративно поелозила под веревками. – Понятия не имею, как здесь оказалась! И откуда в спальне родителей взялась та потайная комната, а тем более – монстр в ней! И как вместо ванной я попала сюда, тоже не понимаю! Я просто хочу найти своих родителей, и все.

Аран нахмурился и какое-то время сосредоточенно молчал.

– Ты выбрала не лучшую стратегию, – наконец произнес он.

– Какую?

– Прикидываться дурочкой.

– Ну спасибо, – насупилась я.

– Как ты здесь оказалась? – повторил он.

– Аран, верно? Я же сказала! Спасалась от монстра. Черного, лохматого, с жуткими красными глазами и огромными клыками!

– От вампира?

– Что? Нет! Ну… то есть… не думаю, – опешила я.

Аран потер виски и исподлобья хмуро посмотрел на меня.

– Не знаю, кто ты и какие преследуешь цели, но разберусь.

– Не веришь? Ладно, не верь, но если разберешься – буду рада.

Варвар посмотрел заинтересованно, а я снова зевнула.

– Я оказалась здесь случайно и не меньше тебя хочу понять, что происходит и как это вышло. И поторопись, а то с вашим гостеприимством я умру с голоду раньше…

– Поразительно, – выдохнул он.

– И да, имей в виду – ты мне не нравишься! – заявила я и кое-как пристроила голову на жесткой коре.

– Взаимно, – отчего-то ухмыльнулся он и ушел.

* * *

Утром случилось невероятное. Мне позволили отлучиться в лесок и накормили! После завтрака лагерь собрали, и вся группа двинулась в лес. Связывать не стали, но окружили со всех сторон так, что было понятно – я все еще пленница. Аран подошел, только когда все остановились и, сложив в кучу большинство вещей, начали куда-то собираться.

– Настоятельно советую не делать того, что ты, вероятно, задумала, – сказал он, а я вскинула брови. Опять? – Тарэйя не подпускает к себе незваных гостей. Нарушишь запрет – дорого поплатишься. Кто бы тебя ни послал, подумай, что тебе дороже: его одобрение или собственная жизнь.

– Ты меня вообще не слышишь, да?

– Подумай хорошенько, – повторил он. – Дашь повод, и меня уже ничто не будет сдерживать.

Сжав губы, нахмурилась. Он непробиваем! За кого он меня принимает?!

Я еще продолжала недовольно сопеть, а Аран уже ушел, оставив со мной пятерых воинов. Как нарочно, самых насупленных и грозных. В их компании я чувствовала себя откровенно неуютно, но куда деваться? Пристроившись у гладкого ствола какого-то деревца, принялась изучать место, в которое угодила. При свете дня стало окончательно ясно – нахожусь я не на Земле!

Во-первых, небо. Не синее или голубое, а нежно-розовое, на высоте переходящее в почти малиновое. Потом – растительность. Темно-зеленая, с сочными, мясистыми листьями трава; поблескивающий зеленый, серебристый и розоватый мох; высокие разлапистые кусты, напоминающие папоротник. Деревья – высоченные, со свисающими лианами и ветвями, усыпанными крупными темно-зелеными листьями, а кое-где и огромными цветами. И, наконец, сам воздух. Влажный, жаркий, наполненный тысячами незнакомых ароматов и чем-то непередаваемым. Казалось, я не дышу, а пью некую субстанцию, густую, странную, но вместе с тем приятно свежую.

Голова кружилась, я жмурилась от лучей яркого солнца и наполнялась непонятным предвкушением и волнительной радостью. А когда открыла глаза, поняла, что все пятеро воинов, приставленных караулить меня, спят!

Зашелестели кроны, трава пригнулась к земле, и сразу следом за порывом ветра я услышала мелодию. Тихую, манящую и такую красивую, что в нее хотелось вслушиваться, хотелось следовать за ней, найти источник. Поддавшись этому зову, я встала и пошла к краю поляны.

Безрассудно одной уходить в незнакомый лес, но… мелодия пьянила, все сильнее наполняя торжественным ликованием, нетерпением и искристой радостью. А потом словно из ниоткуда появился целый вихрь серебристо-розовых лепестков. Он покружил сначала вокруг меня, а затем полетел вперед, указывая путь. И я вот так легко, не задумываясь, последовала за ним. Ненормальная! Лепестки уводили все дальше, а во мне не проскользнуло даже тени сомнения! Ни одной связной мысли!

Чаща внезапно сменилась открытой площадкой. В первый момент я решила, что передо мной безупречно круглое, поблескивающее в солнечных лучах озеро. Однако розовое нечто внизу оказалось не отражением неба, а чуть колышущимся покрывалом цветов. Словно колокольчики, они звенели на ветру.

– Пришла… Давно жду… Сюда… – слышалось отовсюду. Странный шепот больше не пугал. Откуда-то извне приходило понимание: все правильно, все так, как и должно быть.

Завороженная неутихающей мелодией, звоном и красотой поляны, я сделала шаг. И тут же в ноги ударил импульс, словно электрическим разрядом проходя через все тело. Согнувшись от боли и упав на колени, я уперлась ладонями в мягкую землю. Мгновение передышки, и нечто, бившее в ноги, потекло в меня уже через ладони. Неприятно до зубовного скрежета и очень страшно, но я не могла найти в себе сил даже на то, чтобы просто отнять руки от земли.

Все закончилось так же резко, как и началось. Перед глазами сначала плясали разноцветные искры, а потом взор заволокло туманом. Я попыталась встать, но вместо этого упала на спину, чувствуя, как бархатистые лепестки касаются кожи на лице и шее.

– Что это было, черт возьми?!

Во мне бурлило и словно приливными волнами ударялось то в стопы, то в голову нечто чужеродное. Стало холодно, тело забилось в судорогах, на фоне которых желание впредь слушаться Арана значительно повысилось.

Аран… Мысль об упрямом варваре не позволила провалиться в беспамятство. Мне нужна помощь!

– Ар! – хотела закричать я, но вместо этого лишь сипло выдохнула его имя.

* * *

Прошло не больше пары минут, когда я услышала чьи-то быстрые шаги, а затем почувствовала на лбу горячее прикосновение. С трудом подняв отяжелевшие веки, разглядела склонившегося надо мной хмурого Арана. Неожиданная радость от встречи разлилась в груди теплой волной.

– Прости, – пискнула я, чувствуя себя виноватой. Он ведь предупреждал, чтобы я никуда не ходила!

Не сказав ни слова, он как пушинку подхватил меня и понес прочь от этого странного, неизвестно что сотворившего со мной места.

Отойдя на некоторое расстояние от поляны, Аран положил меня на траву и достал что-то блестящее из-за спины.

– Не знаю, как ты выжила, но ты не оставила мне выбора, – произнес он и, болезненно сжав мои руки, туго обвязал запястья чем-то вроде стального гибкого жгута. Затем грубо дернул и велел подниматься.

Во все глаза глядя на мужчину, я с большим трудом встала и тут же пошатнулась, едва не упав. Аран и не думал мне помогать. Он потянул за оставшийся свободным конец «поводка» и повел дальше в лес.

На стоянке, где уже собралась вся группа, на меня смотрели удивленно и как будто даже жалостливо. До тех самых пор, пока Аран не отчитал пятерых воинов, что оставались караулить меня и упустили. По возвращении из похода им грозили серьезные неприятности, я же, судя по разгневанным взглядам, нажила в их лице врагов. Не говоря о том, что и сам Аран считал меня шпионкой, обманщицей и вообще воплощением зла.

– Обследуем последнюю воронку и будем решать, как разделиться, чтобы доставить шпионку к отцу, – сказал он, и никто не посмел ему возразить. Даже я. Какой смысл, если он не желает слышать, что ему говорят?

Остаток дня и ночь прошли как в тумане. Непонятное недомогание не покидало меня, идти было тяжело. Перед глазами то и дело мелькали искры, а связанные «стальной» веревкой руки холодели до такой степени, что порой казалось – кольца моих пут покрываются инеем.

Аран был хмур и со мной не говорил. Не знаю почему, но это задевало, и я все чаще ловила себя на мыслях о нем. И взглядах.

Высокий и мускулистый, невероятно красивый, с длинными (до самых лопаток) светлыми волосами, суровыми серыми глазами под чуть сдвинутыми, нахмуренными бровями. Движения точные и грациозные, как у настоящего хищника. И вообще в нем, в отличие от остальных «варваров» – таких же сильных и крепких, – чувствовалась какая-то особая стать. И превосходство. Кто он такой? Почему-то этот вопрос возник даже раньше других, куда более важных. Где я? Как узнать это? Как выбраться и вернуться домой?..

Я погружалась в себя в поисках ответов, не находя, тонула в отчаянии, а потом выныривала от резких рывков и рези в запястьях. Аран не церемонился, не проявлял снисхождения. По неведомой причине для него я превратилась в настоящего врага.

Когда мы наконец остановились на привал, обессиленная, я упала на траву. Наша группа, очевидно, встретилась здесь с другой, но даже на то, чтобы открыть глаза и изучить обстановку и новых людей, не осталось сил. Все так же не обращая на меня внимания, Аран тем не менее крепко держал «поводок». Даже лежа, свернувшись калачиком на траве, я ощущала, как он натянут.

– Что поведала тебе Гиртинья, брат? – спросил кто-то, подойдя.

– Ты знаешь, Арк, что мы не вправе больше звать ее по имени. Оракул, как всегда, была немногословна и косноязычна, – скрипнув зубами, сказал он.

Его собеседник усмехнулся и, как мне показалось, похлопал Арана по плечу.

– Выкладывай, что же твоя сестрица поведала на сей раз?

– Хочешь поупражняться в расшифровке? Изволь. – Аран замолк на мгновение, а затем полным торжественности тоном нараспев произнес: – Враг ненасытен, я жду подходящий сосуд. Лишь та же кровь примет ответ, лишь лед усмирит черный огонь.

– Хм. На этот раз она превзошла себя. Есть предположения, что это значит?

– Не единого, брат. Она только улыбалась и твердила про какой-то сосуд.

– По крайней мере она не сказала, что мы обречены.

– Аран, ну здравствуй, дружище! – раздался рядом еще один веселый голос.

– Рен, рад тебя видеть. Удалось что-нибудь выяснить?

– Нет, ничего нового. Кто это с тобой?

– Это? – Аран чуть дернул гибкую цепь. – Шпионка Ордена. Мы поймали ее у самой тарэйи.

– В самом деле? Любопытно.

– Разумеется, нет! – не выдержала я. И открыла глаза.

Рядом с несносным Араном стоял молодой мужчина. Почти такой же высокий, как и сам Аран, но куда изящнее и стройнее последнего. Со светлыми, коротко стриженными волосами, длинной шеей и внимательными льдисто-голубыми глазами.

– И кто же ты? – спросил он, изучающе глядя на меня.

– Кристина, – представилась я и, уловив усмешку в его глазах, тут же пояснила: – Самая обычная девушка с Земли. Попала неизвестно как неизвестно куда. В лапы к варварам, – мстительно добавила, зло взглянув на своего захватчика.

– Слышал? Они в самом деле полагали, что такая нелепая легенда сработает? Или милая мордашка «обычной девушки с Земли»? – передразнил Аран и, неожиданно наклонившись, пропустил пальцы сквозь мои волосы, приподнимая их.

«Уши», – догадалась я. А потом еще раз посмотрела на второго мужчину. И как я не заметила сразу?! Короткая стрижка совсем не скрывала его заостренных длинных ушей! Что же это…

– Ты не человек?.. – ошарашенная догадкой, выдохнула я.

– Нет. Как и ты.


Глава 3

– Нет, нет, не может быть…

Я обхватила колени руками и непроизвольно начала раскачиваться из стороны в сторону. Вся моя прежняя жизнь, все странные правила нашей семьи вдруг окрасились новым пугающим пониманием. Мы – не люди!

Не появляться в больших городах, не проходить медицинские обследования где бы то ни было, кроме клиники проверенного семейного врача – друга отца. И не показывать уши!

Мама говорила, это редкая мутация вроде шестого пальца или хвоста. И что нам еще повезло – смотрится симпатично. Но при этом показывать строго-настрого запрещала. Самое смешное, в последние годы многие подростки и мои сверстники намеренно шли на пластические операции, чтобы добиться похожего эффекта! Если бы захотела – могла легко соврать и в открытую демонстрировать свои заостренные ушки. Но родители относились к этой особенности крайне серьезно, и мы всегда носили прически, скрывающие эту «мутацию».

Теперь понятно почему… Или непонятно? Что не люди делали на Земле? Почему не сказали мне правды? Куда исчезли?

От вопросов становилось только хуже. Все внутри перемешалось, скрутилось, сжалось. Кто я такая? Что ж, теперь этого не знаю и я сама.

– Ты жила на Земле? – тихо спросил тот, второй.

– До недавнего времени я понятия не имела, что можно жить где-то еще! А потом пропали родители, и тот монстр…

– Сколько же тебе лет? Тебя воспитывали люди?

– Я теперь уже и не знаю, кто они, – сказала я, поднимая на него глаза. – Но у них такие же уши… У обоих! И я ни разу не задумалась, как такое может быть! – Сжав пальцами виски, я зажмурилась. – Постой. Если ты не человек, они – не люди, почему же я понимаю вас?! – внезапно осознала я.

– Это особенность межмировых перемещений. Магия помогает нам понимать друг друга, – улыбнулся Рен.

– Рен, она фейнка, и я вижу, что тебя это беспокоит, но она шпионка Конрада! Ключница без печати. Или ее привел ключник, понимаешь? Через переход она не проходила. Я знаю всех фейнов в Энсунтуре в лицо!

– Не торопись с выводами, Ар. Почему ты не допускаешь, что она всего лишь растерянная напуганная девушка, варг знает как оказавшаяся здесь?

– В это поверил ты, но не я, – процедил Аран. – Тебе давно пора обзавестись подружкой, чтобы не…

– И тебе тоже, мой друг, – перебил его Рен. – Воздержание плохо на тебе сказывается.

– Будь ты сунтуром, тебя не спасла бы сейчас даже наша дружба! За подобные речи ты очень быстро оказался бы в темнице.

– Знаю, знаю, – усмехнулся мужчина. – Позволь мне просто поговорить с ней.

Аран некоторое время хмуро смотрел на друга, а потом махнул рукой и, передав ему «поводок», отошел в сторону.

– Я Рентель. Можно просто Рен, – представился мужчина. Затем бросил быстрый взгляд на Арана и добавил: – Он не такой свирепый, каким кажется. Но он сунтур, представитель расы, не привыкшей взаимодействовать с иномирцами. Хуже того – наследный принц всей обитаемой суши этого мира.

– О-о-о, – только и выдохнула я. Такого я не ожидала. – Почему он решил, что я шпионка? Эти сунтуры с кем-то воюют? С такими, как… мы?

– Нет, – ответил Рентель. – Здесь войны нет. По крайней мере, открытой. Но хватает других неприятностей. Что касается фейнов, ситуация весьма напряженная. Нашу расу и раньше не особенно любили в Шестимирье, а сейчас, из-за действий Ордена и происходящего в Энфейне, откровенно опасаются.

– Что за Орден? И при чем тут я? Как мне вернуться обратно?

– Зависит от того, как ты попала сюда. И поверит ли тебе Аран.

– Супер. И что мне делать?

– Будем разбираться. Энлант, Земля – закрытый мир. Раз ты жила там, вероятно, мало знаешь о Шестимирье?

– Совсем ничего, – уныло кивнула я.

– Очень странно… Родители не рассказывали тебе?

– Я до сих пор не уверена, что все это мне не снится.

Рен какое-то время задумчиво молчал, а потом сказал:

– Чуть больше двадцати лет назад в Эндорфе, центральном мире Шестимирья, пропало много ключников. Большинство из которых – фейны. Насколько мне известно, никто до сих пор не знает, что с ними стало. И тут появляешься ты…

– Что ты хочешь сказать?

– Как знать, возможно, твои родители – одни из тех ключников. Ты сама открыла дверь в Эн-сунтур?

– Дверь? В Энсунтур? – Я схватилась за голову. – Я открыла дверь в свою ванную! Точнее… мы. Я и тот жуткий монстр, что хотел сожрать меня.

Невольно провела пальцами по глубокой шершавой царапине на шее, которая до сих пор временами саднила.

– Монстр в Энланте? У него были красные глаза?

– Да!

– Все любопытнее и любопытнее. Энсунтур – не самое подходящее место ни для фейна, ни для вампира. Конечно, если он – не шпион Ордена.

– Ну вот, опять, – застонала я. – Никакой я не шпион!

На мой выкрик обернулось сразу несколько человек. Нет, не человек – сунтуров, как назвал их Рен. В их числе и Аран.

– Не шуми, – предостерег Рен. – Я пытаюсь тебе помочь.

– Прости. Этот… вампир тащил меня к светящейся голубым двери, – припомнила я, – но я очень не хотела стать его обедом и нырнула в другую дыру.

– Я редко перемещаюсь с ключниками, поэтому твои слова мало о чем говорят, но… вампир-ключник? Впервые о таком слышу. Как бы там ни было, тебе повезло, что ты улизнула от него.

– Да уж, повезло, – буркнула я, покосившись на сунтуров. – Значит, этот мир их? А… наш? – с трудом выдавила я.

– Энфейн. Так уж пошло из Эндорфа, что миры носят названия по основной населяющей ихрасе.

– Значит, кроме людей – сунтуры, фейны… дорфы? С ума сойти.

– Да, только дорфов давно нет. Эндорф как бы ничейный мир, в нем живут только переселенцы из других миров. Не стоит забивать голову сразу всем. – Он сделал паузу и добавил: – Но есть еще Энсколд и Энсшей.

– Издеваешься?

– Нисколько, – ухмыльнулся он. – И тебе в самом деле повезло хотя бы потому, что ты не очутилась в ледяном Энсколде. Мало того что там чертовски холодно, сколды, пожалуй, напугали бы тебя не меньше вампира.

– Чудесно. Я практически уверилась, что везунчик, – невольно улыбнулась я.

Несмотря на все ошеломляющие, плохо укладывающиеся в голове открытия, рядом с доброжелательным Реном я вздохнула свободнее. Он такой же ушастик, как и я, и, похоже, не даст меня в обиду. Во всяком случае, попытается.

– Ты говорил о ключниках. Они перемещаются между мирами?

– Да. В прямом смысле открывают двери. Это довольно редкий дар, особенно теперь.

– Значит, чтобы вернуться домой, мне нужно отыскать такого ключника?

– А ты уверена, что хочешь возвращаться? Ты фейнка, Кристина, и твой дом в Энфейне. Тем более, насколько я понял, твои родители пропали, а тебя саму поджидал вампир.

– Меня?..

– Как знать. Но для начала в твоей непричастности к Ордену придется убедить Арана, а потом я лично провожу тебя к переходу в Эндорф. Оттуда можно попасть в любой из миров Шестимирья.

– Хорошо, – кивнула я, в действительности не представляя, как это сделать. – А что значит «закрытый мир»? Ты сказал, Земля – закрытыймир.

– Да, как, в общем-то, и Энсунтур. Перемещения в эти миры ограничены. Впрочем, Земля – самый закрытый из всех. Там совсем нет проявленной магии. Как давно ты здесь? – вдруг спросил он.

– Недавно, – растерялась я. – Прошло только два дня, хотя кажется, целая вечность.

– Ты никогда не покидала Энлант, а значит, и сила твоя не могла пробудиться.

– Какая еще сила?

– Обычно это одна из стихий. Хотя встречаются и более редкие дары, как дар ключника, например. У сунтуров и интов магия довольно специфическая, но вот у фейнов сила почти всегда выбирает путь огня, воды, земли или воздуха. У меня это огонь, – произнес он и, подняв руку ладонью вверх, создал между пальцев шарик самого настоящего пламени.

Я застыла, не зная, что сказать. Такого видеть не доводилось.

– И так умеют все? – наконец ошарашенно выдохнула я.

– Энлант – очень странный выбор для переезда, – неожиданно серьезно заметил Рен. – У твоих родителей должны были быть веские причины, чтобы принять такое решение. Среди фейнов магами являются практически все. Добровольно лишить себя возможностей силы – непростой шаг.

– Что, мои родители – маги?! Нет, это ерунда какая-то.

– Не только они. Почти наверняка и ты тоже. Просто в Энланте сила дремала. В любом другом пропитанном магией мире она должна пробудиться. Замечала ты что-нибудь необычное?

– Все происходящее в последнее время – необычное!

– Я о другом. Спонтанно создать ветер, призвать воду из ниоткуда, вырастить росток?

– Нет, нет, не было ничего такого. Да и быть не могло!

– Поверь, ты сомневаешься только потому, что росла в Энланте. Это единственный мир, из которого в Эндорф – обычно в Эндорф – попадают не имеющие представления о силе разумные. Я лично знаю одну такую, – ухмыльнулся он. – Но Аделина – самая что ни на есть настоящая человечка. В отличие от тебя.

– Я всю жизнь была уверена, что человек. Я не знаю и не видела ничего другого. И не могу вот так взять и разом переключиться! К тому же ты первый, кто вообще снизошел до того, чтобы что-то мне объяснить!

– Тише-тише. Не все так плохо, как тебе кажется. И да, я уже здесь. Если хочешь, нетипичные ситуации – моя специализация.

Я почти успела поверить в то, что все так или иначе наладится, но у Арана на сей счет имелись свои планы.

– Довольно! Мы не можем терять столько времени. Ты, – он выдернул «поводок» из рук Рена, – пойдешь с нами.

Не знаю, что так разозлило его, но вперед Аран меня буквально тащил. Пару раз я неловко оступалась – он даже не сбавил темпа. Запястья саднило, а пальцы отчего-то покалывало, и они мерзли.

Из-за широкой спины сунтура не было видно, куда мы идем, но уже издалека я почувствовала жар. Деревья, растущие здесь, зачахли и покосились, трава пожелтела, и чем дальше мы шли, тем хуже становилась растительность, пока не исчезла совсем.

Вместо привычного леса тут растеклось целое озеро лавы. Темно-коричневая масса с прожилками оранжевого и язычками черного пламени кое-где прорезалась струйками серого дыма и шипела.

Аран вытолкнул меня почти к самому краю и сказал:

– Не так давно здесь была такая же поляна, как та, на которую ты посмела ступить.

– Я сочувствую. Но, может, уже хватит?! Или ты всерьез полагаешь, что я каким-то боком причастна к вот этому?

– Мы называем это черным огнем, – холодно произнес Аран. – Он разъедает плоть нашего мира и лишает главного источника силы. Мы пока не знаем причин появления этих воронок, но мы узнаем. И ты должна понимать, что появление любого незваного фейна в Энсунтуре, а в особенности в окрестностях тарэйи или того, что от нее осталось, будет расцениваться как вторжение врага.

– Аран, тебе нужно это видеть, – сказал один из воинов, которых я различала с трудом. – Мы что-то нашли. Точнее, кого-то.

Нахмурившись, Аран тут же пошел в указанном направлении и меня опять потащил за собой! Собачка я ему, что ли?!

Длинными кольями и мечами воины вытаскивали что-то из лавы. Присмотревшись, я опознала скелет с непонятным устройством, отходящим в обе стороны от спины.

– Это сунтур, – глухо произнес Аран. – В боевых доспехах и полной ипостаси. Видимо, поэтому уцелели хотя бы кости. Необходимо немедленно рассказать отцу. Разделим группы прямо сейчас. Тебя, – он указал на меня, – спросят и об этом.

Он подтащил меня ближе к обуглившимся останкам и подтолкнул к ним.

– Значит, меня?! – взревела я. Иголочки морозного холода укололи пальцы и внутреннюю сторону ладоней.

Я сжала руки в кулаки и со всей силы развела их. Жгут лопнул и, раскрошившись ледяной крошкой, осыпался к моим ногам. Ни страха, ни удивления – ничего, только ярость.

А потом взгляд упал на иссохшую землю, и я заметила, как ветвистая трещина стремительно проламывает поверхность от края воронки до самых останков. Сунтур, оказавшийся на ее пути, пошатнулся. Словно в замедленной съемке я видела, как он падает, и понимала: еще мгновение, и он превратится в дымящуюся кучу, подобную той, что валяется неподалеку.

Гнев. Всеобъемлющий, жгучий и не мой! Заставляющий всей душой ненавидеть чуждую этим местам ядовитую и губительную стихию. Он захлестнул с головой, и, прежде чем осознать, что делаю, я взметнула вперед руки, и из них вырвалось нечто обжигающе холодное, через мгновение превратившееся в корку льда прямо под ногами несчастного. Сунтур упал, но уже не в черное пламя, погасшее не только вдоль трещины, но и по краю всей видимой части воронки.

Странно опустошенная, я покачнулась, взор заволокло дымкой. Последним, что увидела четко, были глаза Арана. Непонимающие, неверящие и испуганные.

«Неужели за меня?» – мелькнула мысль и утонула в темноте.

Пришла в себе я под ругань Рена.

– Шпионка, да?! – кричал он. – А если бы она не справилась с таким всплеском?!

– Мы немедленно отправляемся к Оракулу, – спокойно произнес Аран и подхватил меня наруки.

– Что ты делаешь? – забрыкалась я. – Отпусти!

Но этот непробиваемый громила только крепче сжал меня. Так, что стало тяжело дышать. Ненависть к нему обожгла, на глаза навернулись злые слезы, и я вспомнила о родителях. Кем бы они ни были на самом деле, они никогда не дали бы меня в обиду!

Эта мысль и горькое сожаление от утраты оказались настолько острыми, что, крепко зажмурившись, я вдруг перестала ощущать прикосновения Арана. Мгновение невесомости – и я грохнулась на холодный каменный пол.


Глава 4

Потирая ушибленную коленку, я встала и огляделась. Высокий потолок, темно-серые каменные стены и большие застекленные арочные окна. Не комната и даже не кабинет – просторный зал. Торжественность помещения, однако, сильно разбавляли плотно стоящие друг к другу столы, тумбы и стеллажи со всевозможными склянками, приборами и книгами.

Я с шумом выдохнула и поежилась. Здесь было мрачно, неуютно и, что самое странное, холодно!

– Адептка? – прозвучало удивленное.

Вздрогнув, едва не подскочила на месте. Незамеченный ранее, из-за стола поднялся пожилой мужчина. Длинные седые волосы ярко контрастировали с черной мантией. Ушей видно не было, но прическа, тонкие черты лица и заостренный подбородок указывали на то, что передо мной вряд ли человек. И это не говоря о глазах, покрытых пугающей молочно-голубой дымкой.

– Надо же. Как ты сюда попала? – пробормотал он.

– Простите. Это вышло случайно, – тихо ответила я и шагнула назад.

– Случайно? Хм. Адептов еще ни разу не заносило сюда. Третья полоса! К тому же меня уверяли, что лаборатории защищены от любых перемещений. Как любопытно… Да еще и в центр зала! Ты ведь ключница? – Мужчина встал из-за стола, но, повернув незрячее лицо ко мне, остался стоять там же. – Не могла же ты в самом деле переместиться из учебного класса? Этот дар теперь утрачен. Вместе с ней, вместе с ней… – едва слышно прошептал он и вернулся за стол. – Ну что же ты, не бойся. Выглядит не очень, да? Я не слеп, но вижу все несколько иначе. Потоки силы, мельчайшие волны и излучения… И лишь грубые очертания физических предметов, к несчастью, полностью лишенные цвета.

– Простите, – снова извинилась я, поняв, что неприлично пялюсь на него.

– Значит, ключница? – как ни в чем не бывало продолжил он. – Позволь старику полюбопытствовать: на что ты ориентировалась, на место или на объект?

– Объект? Ключник может переместиться к кому-то конкретному?

– Наставник еще не рассказал тебе? Неужели новенькая? С таким-то диапазоном! Что ж, тогда, полагаю, нам еще предстоит встретиться.

– Почему? – не поняла я.

– Артефакты. Любую особенность дара «они», – он выделил это слово интонацией, – найдут как использовать. А я исполню. Обязательно расскажи наставнику, куда тебя занесло и все подробности, давшие такой эффект. Заслужишь похвалу.

И он переключился на бумаги, лежащие на столе. В полном недоумении я пыталась подобрать слова, чтобы спросить, где я вообще и как мне это место покинуть, когда старик тихо, словно обращаясь к самому себе, произнес:

– И в таком случае защиту несомненно перепроверят и усовершенствуют.

В его голосе звучали сожаление и неожиданная горечь, и я зачем-то пообещала:

– Я ничего не скажу.

Старик чуть склонил голову набок и как-то странно, пристально посмотрел на меня. А я почувствовала легкое головокружение, невесомость и толчок, будто меня внезапно выдернули прямиком в космос. Картинка смазалась, перед глазами потемнело, и уже в следующее мгновение я лежала на мягкой траве.

С упоением вдохнув жаркий, наполненный сотнями ароматов воздух, я перевернулась на спину и уставилась в розовые небеса.

– Ар, она здесь! – прокричали надо мной. – С ума сойти! Как ты это сделала?

– В каком смысле? – Я приподнялась на локтях. – Рассчитывала, что это ты объяснишь мне. И мог бы не звать его так сразу, без поводка мне нравится больше.

– Да какой поводок теперь тебя удержит! – усмехнулся Рен. – Видела бы ты, какой переполох устроила среди сунтуров.

– Пленники еще не сбегали от них таким оригинальным способом?

– Кристина, ты не поняла! Еще никому не удавалось потушить воронку!

– Хочешь сказать… я потушила?

– Не всю, – раздалось рядом, – но часть – определенно.

Я подняла глаза и встретилась взглядом с Араном. Как всегда хмур, собран, но прежней враждебности я не заметила.

– И в этом надо разобраться, – добавил он, подавая мне руку.

– Опять будешь грозить темницей? – спросила с подозрением.

– Придется вновь наведаться к Оракулу, – ответил он, помогая мне подняться. – Корка льда, которую ты создала, местами уже растаяла, но пламя под ней погасло, и распространение, насколько мы можем судить, остановилось. Такого эффекта прежде достичь не получалось. Лед дается сунтурам с трудом. Если окажется, что он – решение, мы найдем иномирцев, способных создавать его. А пока… ты отправишься со мной к Оракулу.

– Нет, – сказала я и уперла руки в бока. – У меня другие планы.

– Ты…

– Я не буду помогать вам, пока вы держите меня в плену. И вообще не буду! Рада, что у вас появились новые идеи решения вашей проблемы, но у меня хватает своих!

– Я не намерен вымаливать твое дозволение! – рыкнул этот варвар и, схватив меня за руку, притянул к себе.

– Будешь гоняться за мной по всему Шестимирью? – прорычала в ответ, гневно сверля его взглядом. И изо всех сил представила себе тот мрачный зал со слепым стариком. Но ничего не получилось!

Не знаю, чем бы все закончилось, не вмешайся Рентель.

– Так, остыньте-ка. Оба. Ар, она определенно тебе нужна. Вам нужна. И куда разумнее договориться.

Удивительно, но Аран не стал орать на друга. Он шумно выдохнул и отпустил меня.

– А ты, – обратился Рен уже ко мне, – разве не хочешь найти своих родителей и разобраться, что за силой наделена?

– Разберусь, – буркнула я.

– Зачем ты вернулась?

На это ответить было нечего. Подумать о том, что произошло, я не успела. А вернулась… Я ведь вернулась не по собственной воле.

– Вышло само собой, – сникла я.

– Ничто не происходит случайно, Кристи. Раз ты попала именно сюда, тем более дважды, этому должно быть объяснение. И никто, кроме Арана, не знает Энсунтур лучше. Ни у одного из сунтуров, кроме разве что самого короля, нет большей власти и возможностей.

– Рен прав. Нам стоит заключить сделку, условия которой устроят обоих, – неожиданно согласился Аран. – Но для начала мы должны поговорить с Оракулом. Только он способен донести волю Тарэйи.

– Меньше всего я хочу вмешиваться в ваши дела.

– Тебе придется полететь со мной.

– Я не хочу ни к какому Оракулу! – Почему-то от одного этого слова мне становилось не по себе. – Если тебе так надо поговорить с ним – я тебя не держу. Рен, ты останешься? Расскажешь мне о ключниках?

– Это не обсуждается, – твердо сказал Аран и на этот раз не схватил – взял меня за руку. – Оракул ответит и на твои вопросы, неразумная.

Я замешкалась, не зная, что возразить на такое, и этот ненормальный тут же подхватил меня на руки.

Спросить зачем, я не успела. За спиной сунтура из ниоткуда вдруг появились огромные крылья. Золотисто-коричневые и гладкие. Словно принадлежащие мифическому дракону или какому-то ящеру.

– Ты ведь не имел в виду это, – пролепетала я, кивая ему за спину, – когда говорил «полетим»?

– Именно это я и имел в виду, – ухмыльнулся Аран и, взмахнув крыльями, резко поднялся в воздух. Вместе со мной!

Я взвизгнула и, кажется, подпрыгнула, поменяв положение и крепко вцепившись в Арана. Руки сами собой сомкнулись вокруг его шеи, а ноги совершенно бесстыдно обхватили спину.

Конечно, я для него пушинка, но вдруг уронит!

* * *

Громадные крылья мерно взмахивали, ветер обдувал, но дискомфорта это не причиняло. Осмелев, я подняла нос от жилетки, в которую был облачен сегодня Аран, и замерла. Мы летели под самыми облаками. Казалось, еще чуть-чуть – и можно коснуться рукой. Нежно-розовые, с проблесками бежевого и золотистого небеса завораживали.

– Никогда не видела ничего прекраснее, – выдохнула я. А потом заметила чуть поодаль еще двоих воинов. В солнечных лучах крылья их отливали медью. Широкие, перепончатые, с заостренными концами и костными отростками на сгибах, они выглядели невероятно. Нереально.

– И вы все так умеете? – спросила я, не особо рассчитывая на ответ. Гул ветра заглушал любые звуки.

– Это не тот вопрос, на который легко ответить, – повернул голову Аран. – Скажем так – большинство.

– И где они прятались? Крылья?

Аран рассмеялся:

– Простая трансформация до полной ипостаси. Сунтуры способны поменять внешность практически на любую.

– Как это? В самом деле? О-о-о. И… почему же тогда вы не летели все это время? Так же намного быстрее.

– Я расскажу тебе и это, и многое другое, когда буду уверен.

– В чем? – не поняла я.

– В тебе.

– Ах ну да. Как я могла забыть, – буркнула я и больше не проронила ни звука.

Страх полета притупился, и висеть обезьянкой на Аране стало неловко. Я заелозила и развернулась лицом вниз. Недоверие сунтура задевало. Казалось бы, какое мне дело? Но отчего-то обидно.

А потом на горизонте появился изумительно голубой океан, и все прочее отошло на второй план. Воздух наполнился свежестью. Я дышала полной грудью и не могла отвести взгляда от искрящихся на солнце кристально чистых бескрайних просторов. И досадливо вздохнула, когда мы миновали великолепные песчаные пляжи и двинулись к скалам. Светло-серые и блестящие, они в этом месте разграничивали океан и темно-зеленые джунгли.

Мы приземлились на ровной, скорее всего, искусственной площадке, и я, не обращая внимания на сунтуров, тут же повалилась на гладкий, нагретый солнцем камень. Ноги гудели, неприятная дрожь ощущалась во всем теле. Жутко хотелось пить, плитку шоколада, а еще – намазать обветренное лицо жирным кремом.

Разумеется, считаться с моими желаниями никто не собирался. Аран поднял меня и повел к узкому проходу в скале. Сопровождающие воины остались снаружи, мы же совсем скоро вышли прямиком к озеру. Идеально круглое, с непрозрачной молочно-голубой водой, оно занимало практически все открывшееся пространство между скалами.

– Это и есть Оракул? – все-таки нарушила я тишину.

– Это озеро истины. Оно возвращает вид истинной сущности. К Оракулу можно пройти только через него.

– Я туда не пойду! – запротестовала я, глядя в неподвижную, странного цвета жидкость. Мало ли кто живет там на глубине! Да и дна не видно даже приблизительно, чтобы оценить эту самую глубину. – Нет уж.

– Каждый сунтур, удостоенный чести обратиться к Оракулу, безо всяких колебаний принимает истинный облик.

– Но я не сунтур! У меня один облик!

– Да, не сунтур, и вообрази, иномирцев никогда прежде не пускали к Оракулу! Но обряд должен быть свершен.

И он легко приподнял меня за талию и потащил прямо в воду!

– Да сколько можно! Я же не кукла!

К моменту, когда Аран добрался до середины озера, я успела немного расслабиться. Вода доходила мне всего лишь до талии, сунтуру – до бедер. Однако радовалась я рано. В самом центре озера ноги внезапно потеряли опору, и я резко ушла с головой под воду. Нахлебавшись солоноватой жидкости, вынырнула и кое-как доплыла до противоположного берега. Аран что-то кричал и, кажется, даже пытался помочь. Я была так зла, что не слышала его. Рефлекторно стряхивая жидкость с рук и тряся головой, я вдруг осознала, что стряхивать нечего. Я совершенно сухая! Но это оказалось не самым странным.

Коса, в которую за неимением лучшего в походных условиях я заплетала волосы, расплелась. Длинные иссиня-черные пряди спадали на грудь и ярко блестели. Совсем как у мамы. А ведь я уже много лет не носила свой натуральный цвет! Так глупо… Мне было четырнадцать, когда кто-то из немногочисленных знакомых родителей в шутку обмолвился, что дочь – копия матери, но пока не дотягивающая до оригинала. Наверное, он хотел сделать маме комплимент, но сильно задел меня, на тот момент очень неуверенную в себе. С тех пор я поменяла едва ли не все существующие оттенки волос, включая ярко-красный и голубой. Чтобы только не быть бледной копией красавицы мамы. Какая же дура… Сейчас мне остро хотелось обратного. Я ведь и вправду очень на нее похожа, от папы мне достался разве что темный ободок вокруг ярко-голубых маминых глаз.

Погрузившись в воспоминания, я не сразу уловила недоуменный пристальный взгляд Арана. Похоже, он тоже заметил перемену.

– Как ты сделала это? – Он дотронулся до моих волос с таким выражением лица, будто по меньшей мере стал свидетелем чуда. – Фейны ведь неспособны к метаморфозам.

– Ничего такого. Это была обычная краска. На Земле меняют внешность, когда прежняя надоедает, но только в мелочах. Отращивать крылья мы не умеем, – улыбнулась я и тут же поправилась: – Они. Они не умеют.

Я сказала это и только тогда поняла, что показалось мне таким странным. Аран изменился тоже. Очень светлые длинные волосы, мощный накачанный торс, огромные, сложенные сейчас за спиной крылья – все осталось. Но вдобавок к этой и без того колоритной внешности появилась россыпь мелких золотисто-коричневых (в цвет крыльев) чешуек на висках и скулах. А главное – глаза. Из холодных и стальных они вдруг превратились в искристые и золотисто-рыжие!

– Зачем ты скрываешь их? – спросила, имея в виду и глаза и чешуйки. И только потом вспомнила, что отвечать мне вряд ли станут.

– Не хочу пробуждать зависть тех, кто частично утратил полную ипостась, – неожиданно ответил Аран. – Жди меня здесь.

Он прошел в арку, высеченную прямо в скале и расписанную по краям витиеватыми, незнакомыми мне символами.

Зашел – и почти сразу вышел обратно.

– Неслыханно! Она хочет видеть тебя. Нас двоих одновременно!

– Меня? Ну… ладно, – немного растерялась я.

Аран поджал губы и подал мне руку. На этот раз в арку мы прошли уже вдвоем.

Недлинный каменный коридор со светящимися розовыми кристаллами на стенах вывел нас к небольшому круглому залу. Здесь стены были светло-коричневыми, а потолок ярко светился сам собой, отчего не получалось понять, какой он высоты.

В центре зала на небольшом возвышении стояла женщина, облаченная в полупрозрачные серебристые ткани на манер индийского сари. Темные волосы были собраны по бокам и распущены сзади, губы приветливо улыбались, а взгляд карих глаз окутывал теплом и потаенным светом.

– Так и есть. Тот самый сосуд, – глядя на меня, произнесла она. – И она приняла силу тарэйи.

– Что?! – одновременно воскликнули мы с Араном.

– Теперь я и сама лучше понимаю последние видения, – сказала женщина. – Она, насколько я вижу, фейнка. «Та же кровь» – кровь врага, Аран.

– Не может быть, – пробормотала я пораженно. – И вы туда же? Да что я вам всем сделала?! Никакой я не враг, не шпион, не прислужник дьявола или кто-то еще. Я вообще оказалась здесь случайно и впервые!

– Аран, твоих рук дело?

– Это фейнка, которую поймали почти у самой тарэйи. Кто она, если не шпионка Ордена?

– Избранница Тарэйи, брат. Сама Душа Леса и Мать всех сунтуров избрала ее и даровала свою силу.

– Вы ничего не путаете? – вклинилась я. – Я не шпионка, но и не…

– Оракул не ошибается, – прервал меня Аран. – Благодарю тебя, сестра, – поклонился он и, похоже, собрался уходить.

– Постой. Но что все это значит? Почему я?!

Аран вопросительно взглянул на Оракула, и та чуть кивнула в ответ.

– Только одно – здесь пролегает дорога твоей судьбы, – посмотрев на меня, произнесла она.

– Да, так сразу стало намного понятнее, – съязвила я. Обижать непочтением обычаи другой расы не хотелось, но и слушать невразумительный бред – тоже!

– Путь указан. Следовать или нет – решать тебе. Но имей в виду, Тарэйя не отпускает так просто.

– И что, по вашему мнению, я должна сделать? Чего вы ждете от меня?

– Я лишь вещаю волю нашей богини, передаю образы и отголоски ее желаний. Я – ее жрица, но не она сама. Тарэйя наделила тебя силой, значит, ты должна применить ее по назначению. Избавь наши земли от язв, что принес носитель той же крови.

– Я же ничего не умею, – пробормотала я. – И мне нужно найти родителей.

– Все-таки фейны, как я и подозревал, – тихо сказал Аран. – Нужно сообщить отцу и ускорить процесс создания сети. Ни один фейн не должен больше проникнуть на наши земли!

Он поклонился Оракулу и взял меня за руку, но жрица жестом остановила его.

– Это не все. Будущее туманно и ветвисто. Исход не определен и будет зависеть от выбора не одного, а двоих. Гармония всегда достигается равновесием Двух Начал. Разных, но сливающихся в одно. Вспомни мои слова, когда отчаяние затопит твою душу. Ненависть убивает, и возродить способна только любовь. Лишь ее росток пробудит новую силу, которая завершит начатое. Иначе – смерть.


Глава 5

– У меня мурашки от ее последних слов, – призналась я, когда мы вышли на покрытую сочной зеленой травой площадку. Возвращаться к озеру, по счастью, не пришлось.

– Не понимаю, зачем она сделала это, – пробормотал Аран, обращаясь скорее к самому себе.

– Ты говорил, Оракул ответит на мои вопросы. И что? Я запуталась еще больше.

– Тут мне даже возразить нечего. Было бы куда проще, выражайся она прямо.

– Да уж… А вообще удобно: сомневаешься, не знаешь, что делать, – вперед, к Оракулу.

– Нет, – серьезно сказал Аран. – Никто не осквернит незначительной проблемой жрицу Тарэйи. Даже правящему роду не позволено обращаться к Оракулу чаще двух раз в тридцать восходов. И свой лимит я уже исчерпал. Ты ведь хорошо запомнила все, что она сказала?

– А заранее предупредить ты не мог?

– Главное мы узнали, – сказал он, подойдя вплотную и опустив руку мне на талию.

– И что же это? – выдохнула я, снизу вверх глядя на него.

– Ты та, кто потушит черный огонь, – ответил он и, подхватив меня на руки, взмыл в небо.

Сердце ухнуло вниз, но испугалась я на этот раз значительно меньше и менять положения не стала. Только крепче обхватила руками его мощную шею. Чешуйки на лице Арана блестели в свете заходящего солнца, и я беззастенчиво любовалась ими. Чего не отнять у принца сунтуров – так это непривычной, завораживающей красоты. Он будто сошел со страниц древних эпосов Земли. Мужественный, временами суровый и безупречно прекрасный.

Будто уловив мои мысли, Аран взглянул на меня и усмехнулся. Смутившись, я тут же отвернулась и отвесила себе мысленную затрещину. Глазеть буду в музее!

Облетев скалу, Аран чуть снизился у площадки, на которой остались ждать воины, но приземляться не стал. Наши сопровождающие сами поднялись в воздух и последовали за нами. Однако полет был недолгим. Миновав полосу притягательных пляжей, Аран опустился на небольшую поляну в густых джунглях.

– Дальше пешком.

– Да тут же не меньше дня пути! И солнце уже садится.

– Заночуем в лесу.

– Я, конечно, понимаю… Тут лес, там лес. Но почему сразу не долететь до места?

Не то чтобы я так уж сильно мечтала снова лететь, но пеший поход через лес прельщал ещеменьше.

– Это нецелесообразно, – снизошел до ответа принц. – Полная трансформация отнимает слишком много сил. Мы и так истощены перелетом. И поблизости нет действующей тарэйи. Земля напитает нас, но на это нужно время.

– Вот как… Я вошла в круг доверия? – усмехнулась невольно.

– Круг? – нахмурился Аран. – У нас есть понятие приближенного круга, но не думаю, что тебе известен его смысл.

– Да куда уж мне, – буркнула я и пошла вперед. – Если я повалюсь от усталости, тащить меня будешь сам!

Крылья сунтуров исчезли, как и чешуйки на лице Арана, а через некоторое время – и мои силы. Вокруг успело стемнеть, а мы все шли и шли.

– Как насчет обещанной ночевки? – не выдержала я.

– Для фейнки ты крайне невынослива, – ответил Аран. – Я ищу подходящее место для привала. Прислушайся, там впереди ручей. Остановимся неподалеку.

Шума воды я не услышала, но смолчала. И по поводу замечания о моей невыносливости – тоже. Сил не осталось даже на словесные перепалки.

Когда наш предводитель наконец определился с подходящим участком, я села у ближайшего дерева, вытянула ноги и закрыла глаза. Аран куда-то ушел, а воины, которые и без крыльев выглядели довольно грозно, начали разбивать лагерь. Не буду же я им мешать? Впрочем…

– Может, все-таки познакомимся? Я – Кристина, – сказала, открыв глаза. Однако никакой реакции не последовало. – Если вы еще не поняли, подозрения в шпионаже с меня давно сняты.

И о, чудо!

– Фарт, – представился один из воинов. С темными волосами до середины шеи и сверх всякой меры бугристыми мышцами обнаженного торса.

– Ринк, – хмуро посмотрев на первого, сказал второй. Рыжеволосый и голубоглазый, он выглядел на порядок моложе и недовольнее происходящим.

– Думаю, Аран не будет против такуров? – спросил Фарт, доставая из-за спины нечто вроде лука. – Уверен, их водится здесь в избытке.

Ринк молча кивнул и принялся разжигать костер. Выходило у него, прямо скажем, не очень. До такой степени, что захотелось помочь. Мы как-то ходили с родителями в поход, рядом с нашим городком еще сохранился настоящий лес. И пусть я разводила огонь от силы пару раз за всю жизнь, но, пожалуй, у меня получилось бы лучше!

Я с ухмылкой наблюдала за сопящим громилой, озарившимся по-детски счастливой улыбкой, когда ему все-таки удалось призвать первые язычки пламени. Он поклонился, дотронувшись до самой земли, и что-то тихо пробормотал. И в этот самый момент у меня над ухом громко зажужжало. Я повернулась на звук и в ужасе вскочила. Большое, с ярко светящимися в темноте полосами и полупрозрачными крыльями насекомое зависло в воздухе с явным намерением мне что-нибудь откусить!

Не знаю, как это вышло. Но от испуга ладони тут же закололо иголочками, а затем из них вырвался целый поток ледяной массы. Только попал «снаряд» не в жутковатое создание, а прямиком в едва разгоревшийся костерок.

– Ну спасибо! – зло сверкнув глазами, процедил сунтур.

– Прости, – пискнула я, вмиг забыв о так напугавшем меня насекомом. Кристалликами льда покрылось не только кострище, но и лежащий неподалеку хворост.

– Предлагаешь такуров сырыми есть? Душа Леса далеко не всегда позволяет разжечь на своей земле огонь, а теперь придется опять тащиться за дровами.

Он сказал это и ушел в том же направлении, в котором недавно скрылся Фарт. Наступила гнетущая тишина, нарушаемая лишь негромким шорохом листьев. Неуютно.

Когда с противоположной стороны полянки раздался треск, я едва не подпрыгнула от радости. Аран! Конечно, куда разумнее было дождаться его тут, рядом с тем, что осталось от костра, но эмоции захлестнули, и я подбежала прямиком к зарослям.

Первое, чему удивилась, – очертания крыльев. Зачем они, если он не летит? А потом Аран подошел ближе, и я запоздало осознала, что это не он! Неестественно яркие красные глаза полыхнули злобой, кривой рот с выпирающими клыками издал протяжный рык. Не сунтур – монстр. И пусть он выглядел совсем не так, как тот, что затащил меня в этот мир, каким-то шестым чувством я понимала – они одной сути. Скорее мертвые, чем живые. Жаждущие чужой крови.

Страх окатил с головы до пят и буквально парализовал. Меня обдало зловонным дыханием. Я крепко, постыдно зажмурилась, а в следующее мгновение почва вдруг ушла из-под ног.

* * *

И снова упала я не на мягкую землю, а на холодный каменный пол. Здесь было сумрачно и тихо. Тусклый свет, льющийся из больших окон, и редкие, пламенеющие оранжевым факелы с противоположной стороны едва разгоняли тьму. Значит, здесь тоже ночь. Понять бы, где это «здесь»? Широкий длинный коридор со множеством закрытых дверей – и ни души.

И что делать? Судя по всему, я опять каким-то мистическим образом переместилась. Может, получится вернуться домой?..

Я крепко зажмурилась и так ясно, как могла, представила себе дом, родительскую спальню, дверь в ванную…

– Дитя, – раздалось над ухом, – коридоры Обители – не лучшее место для упражнений. Тем более ночью. Из какой ты подгруппы?

Я открыла глаза и испуганно уставилась на оказавшегося совсем рядом высокого мужчину. В дымной, словно сама тьма, маске, за которой удалось разглядеть только темно-карие поблескивающие глаза.

– Я… переместилась. Случайно, – не найдя ничего лучшего, промямлила я и сглотнула.

– Переходящая? – во взгляде мужчины проскользнул интерес. – Или все же ключница? – Он склонил голову набок и, не дождавшись ответа, проникновенным, завораживающим голосом произнес: – В любом случае твой дар силен, раз ты сумела обойти защиту, стоящую на этаже магистров. Как твое имя?

– Кристина, – выдохнула я, не имея возможности противиться его чарам.

– Крис-ти-на, – словно пробуя мое имя на вкус, протянул он. – Я не знаю адепта с таким именем. Кто же ты, дитя?

Я вконец растерялась, не представляя, что ответить, и лишь качнула головой.

– Ну да. Это же вышло случайно, верно? – Мужчина придвинулся ближе и коснулся моих волос. – Удиви меня еще раз, и я зачислю тебя в учебный корпус Обители вне конкурса. Сильнейшие одаренные королевства мечтают об этом, но ведь случайности никогда не бывают случайными.

И он подмигнул мне, а затем, щелкнув пальцами, буквально растворился в воздухе.

Кажется, с минуту я не только не шевелилась, но и не дышала. Потом в голове завертелись вопросы. Обитель? Учебный корпус? Одаренная? Здесь меня научат перемещаться не спонтанно, а по собственному желанию? Я смогу вернуться домой?!

Эмоции захлестнули, и я не сразу поняла, что водоворот, окруживший меня, мне не мерещится.

– Опять… – простонала я и едва успела выставить вперед руки, чтобы не разбить при падении нос.

* * *

Раздался протяжный рык, и нос все-таки разбили, только не мне. Тот самый сунтур-монстр, испугавшись которого я внезапно переместилась, ударил Арана когтистой лапой, отшвырнув далеко в сторону. На лице принца остался кровавый след, а сам он не спешил подниматься. Я похолодела, понимая, что чудовище не намерено оставлять его живым. Тяжелым шагом оно уже приближалось к жертве.

– Ар… – сипло выдохнула я, не зная, что предпринять.

Потом взгляд зацепился за валяющегося без чувств Ринка, а неподалеку от него – и Фарта. Ужас прошел волной от груди вниз и колючими иголочками ударил в ладони. В жилах закипела ядовитая, разъедающая изнутри ненависть. Я не могла больше держать ее в себе.

Обжигая руки, ледяной поток стремительно вырвался из меня и ударил чудовищу в спину. Морозная корка мгновенно покрыла его целиком, превратив в застывшее ледяное изваяние. Я пошатнулась и осела на землю.

– Ар! – тихо, с трудом позвала. И облегченно выдохнула, когда тот поднялся.

Выхватив откуда-то меч, Аран вытянул вперед руку, и по лезвию побежала витиеватая золотистая змейка, словно оживляя оружие. Подойдя, Аран сначала отсек монстру крылья, а затем снес голову. Я зажмурилась и отвернулась, а через мгновение вздрогнула от раздавшегося грохота.

– Все закончилось, – прошептали совсем рядом.

Я шмыгнула носом и подняла глаза. Как оказалось, мокрые от слез.

– Ты не пострадала? – тихо спросил Аран и сел рядом.

– Нет, – покачала я головой. – А ты? Твое лицо…

Пальцы сами собой потянулись к его разодранной щеке, но Аран перехватил мою руку на полпути и слегка сжал.

– Это просто царапина, она быстро затянется.

– Ясно, – тихо сказала я, опуская руку. – А они?

– Живы.

– Ты уверен?

Рядом с Аром стало намного спокойнее, но и неловко от того, что он подошел ко мне, а не к своим воинам.

– Уверен, Кристи, – неожиданно назвав меня так, ответил он. – Я чувствую, можно сказать, вижу жизненные токи всех воинов в своей группе. Они без сознания и обессилены, но восстановятся.

– Кто это был? – спросила через пару мгновений.

– Вампир, – процедил Аран.

– Вампир? – удивилась я.

– Мертвые токи. И глаза – ярко-красные. Лапы с когтями вместо рук. Это первый вампир из сунтуров, которого я вижу. Вообще первый. Зараза достигла небывалого размаха.

– Откуда они берутся? Вампиры?

– Созданием таких кровожадных послушных их воле убийц занимался Орден. Неугодных лишали магической силы и превращали в вампиров. Лишенные собственной – они пили чужую силу, а вместе с ней и саму жизнь, становясь при этом почти неуязвимыми. Но это было давно и не в Энсунтуре! Для сунтуров магия почти то же самое, что жизненная сила, обратить можно любого. К тому же в полной ипостаси мы намного сильнее представителей любой другой расы Шестимирья. Разве что сколды не уступают нам в физической силе, но у них нет крыльев!

– Подожди. Кто же… кхм… создал этого?

Я нехотя кивнула на груду замороженных останков.

– Тот же, кто виновен в появлении черного огня в наших землях, Кристина. И теперь я не сомневаюсь, что Орден добрался и до нашего мира. Осталось понять, чего они хотят и как победить врага, которого не видишь.

После того как Фарт и Ринк очнулись, они какое-то время стояли на четвереньках, упершись ладонями в землю и что-то бормоча. Выглядело престранно, но пришли в себя они на удивление быстро. Тело вампира оттащили в чащу, а через час уже был не только разведен костер, но и жарились над ним маленькие зверьки, напоминающие кроликов.

Я не любила и очень редко ела мясо, но сейчас меня не остановило даже отсутствие соли. Есть хотелось зверски. А сразу после еды потянуло в сон.

Несмотря на жаркий воздух и сытный горячий ужин, я отчаянно мерзла, а потому приготовления мужчин меня заинтересовали. Фарт достал откуда-то тонкие гибкие колышки и установил нечто вроде палатки.

– Где вы все это прячете, у вас же даже сумок никаких с собой нет?

– Это ткань из паутины. Она не только очень прочная, но и не весит почти ничего. И хорошо складывается, – усмехнулся Фарт.

– Какого же размера эти пауки? – ужаснулась я.

– С твою голову. Пузико, – успокоил Аран.

– Класс! И где спать безопаснее? Под открытым небом, где меня легко съесть, или в палатке из ткани, которую такой паучок может принять за свой домик?

Аран засмеялся и полез в палатку.

– Хватит стучать зубами, иди сюда.

– Куда?

– Ко мне.

– Вот еще!

– Ну как хочешь, – сказал он и сдвинул ткань, закрываясь.

– Эй! Подожди. А палатка только одна?

– Да, – услышала я лаконичное в ответ.

Вот же… Пришлось брести к тому, что осталось от костра, и устраиваться там. Я долго ворочалась, пытаясь выбрать наиболее «теплую» позу, но все равно продолжала упорно дрожать. Потом задремала, пригрелась и видела невероятно приятные, уютные сны. А проснулась…

– Как я здесь оказалась?! – воскликнула я, выползая из объятий Арана.

– Ты мне нужна живой и здоровой, – буркнул он, поворачиваясь на другой бок. Полежал пару мгновений и поднялся. – Пора в путь.

Когда, позевывая, я выбралась из палатки вслед за ним, оказалось, что едва рассвело. Туман густой дымкой покрывал деревья и с трудом пропускал первые солнечные лучи.

Огонь в костре давно потух, и разжигать его никто не спешил. Напротив, присыпали кострище землей.

– А завтракать мы разве не будем?

– Нет, – сказал Аран. – Поедим в лагере.

Я поежилась и растерла плечи руками.

– Могу согреть тебя другим способом, – предложил он, блеснув огоньком в серых глазах.

– Нет уж, – буркнула я и пошла к краю поляны.

Аран бессовестно рассмеялся. Его ситуация, похоже, забавляла. Одной мне было не до смеха. Жаркий мир, горячие (в прямом смысле!) мужчины, одна я мерзну!


Глава 6

Когда добрались до лагеря, Аран первым делом собрал всех воинов в центре поляны и поднял ладонь, призывая к вниманию. Голоса тут же стихли, и все уставились почему-то не на Арана, а на меня, каким-то образом оказавшуюся в самом центре рядом с принцем. Я хотела отойти чуть в сторону, но Аран остановил меня, взяв за руку. А потом сделал и вовсе невероятное – опустился передо мной на одно колено.

– Аран, ты чего? – испуганно шепнула я, озираясь по сторонам.

– Помолчи, – шепнул он в ответ и громко произнес, обращаясь к собравшимся: – Тарэйя сделала свой выбор. Кристина, фейнка, прибывшая из Энланта, усмирит черный огонь и освободит наши земли от заразы. Сила ее столь велика, что она в мгновение убила вампира, покушавшегося на жизнь вашего тара.

– О-о-о, – раздалось протяжное отовсюду.

Аран вновь поднял левую руку, пресекая гомон. Затем встал и наклонился ко мне.

– Отныне ты – сокровище сунтуров, – сказал он тихо, обдавая своим горячим дыханием. Потом приподнял мои волосы и надел что-то мне на шею. – Прими это в знак моей защиты и покровительства, – произнес принц на порядок громче и отошел.

Посмотрев вниз, я взяла висевший теперь на груди увесистый кулон. Золотистые, сложенные вместе крылья. Хотела спросить, что все это значит, но, когда подняла глаза, увидела, как в знак почтения склонили головы воины. Стало совсем неловко. Я же ничего не сделала! И словно в подтверждение этой мысли Аран сказал:

– А теперь исполним главное. Полетим к воронке.

– А покормить меня ты не хочешь? – пискнула я.

– Разумеется. Кирг, займись.

– Да, мой тар, – поклонился названный воин и пошел к костру.

– Тар? – тихо спросила я Рена, стоящего неподалеку.

– Обращение к правящему роду.

– А это?

Я приподняла в руке кулон.

– Знак защиты, – повторил он слова Арана.

– И?

– Не все сунтуры владеют полной ипостасью, особенно женщины. Чем сильнее род – тем мощнее крылья. Это просто символ. Часть силы Арана теперь пойдет на твою защиту.

– Всяко лучше поводка, – хмыкнула я, на самом деле пребывая в полном смятении. Не слишком ли многое они дают мне и не слишком ли многое попросят взамен? И хочу ли я такого обмена?

В сознании всплыл образ загадочного мужчины в маске. И его слова о ключниках и учебном корпусе. Если я научусь перемещаться по собственному желанию, то смогу наконец отыскать родителей и узнать, почему они скрывали правду! И буду сама выбирать, что делать, а что нет! А пока…

После запоздалого завтрака идти к воронке все-таки пришлось. Я подошла к самому краю. Жгучие язычки почти касались ног, но мне не было страшно. Больше нет. Я чувствовала, как прохладный иней покрывает уязвимые участки тела. Защита. Выдохнув, сосредоточилась на огне и вытянула руки. Иней послушно покрыл и их. Я напряглась и, сжав пальцы, распрямила. Еще раз и еще, будто стряхивая брызги. Ничего!

– Ну же, – глухо произнес Аран, стоящий позади.

– Не выходит, – не оборачиваясь, тихо ответила я.

– Может, стоит… ступить в нее?

– Сдурел! – шикнул Рен, не пожелавший оставить без внимания такое событие, как обуздание воронки.

– Нет уж, – поддержала его я. – Сам «ступай», если тебе ноги не дороги.

– Ладно, но сделай уже что-нибудь!

– Думаешь, это так легко? – развернулась я к несносному принцу. – Я понятия не имею как! В прошлый раз все вышло случайно.

– Жрица Тарэйи не ошибается.

– Ну конечно, если сказала жрица – ты сразу поверил, даже вручил свои крылышки, а когда говорила я – посадил на цепь!

– Не стоит произносить то, о чем можешь пожалеть, – процедил Аран. – И да. Я принял слова Оракула и тебя, не задавая лишних вопросов. А по-твоему, правильнее поверить чужачке, неизвестно как оказавшейся в священном лесу, чем нашей богине?

– Разумеется. Слушать чужачку тогда вовсе не обязательно.

– Остыньте, – вклинился Рен. – Ар, Кристи только на днях столкнулась с силой. Вообще впервые! Ее никто никогда не учил управлять ею, понимаешь?

– И что ты предлагаешь? Отправить ее в Эндорф обучаться в Финфорте? Она избранная Тарэйи и останется тут!

– М-да… – выдохнул Рен.

– Класс, – буркнула я ему в такт, понимая, что убеждать принца бессмысленно.

– Еще какие-то гениальные предложения? – тем временем спросил тот.

– Да куда уж без них. Имеется одно крайне гениальное, – ухмыльнулся Рен.

Я отошла от воронки и села на пожелтевшую траву, приготовившись слушать.

– В прошлый раз – оба раза, насколько я понял, – рычагом послужил страх, – сказал Рентель, усевшись рядом.

– Как это? – удивленно посмотрела на него.

– То есть надо ее напугать? – отчего-то развеселился Аран.

– Ну… если ты не боишься превратиться в ледяную скульптуру… – протянул Рен.

– Нет, этот вариант не сработает, – серьезно ответил принц. – Оба раза она замораживала то, что представляло угрозу. Разъедающая нашу землю воронка сама по себе, судя по всему, таковой для нее не является.

– Не кипятись. Ни у кого еще не получалось овладеть силой сразу. Главное в магии – концентрация. Одно дело, когда применяешь дар спонтанно, на эмоциях, и совсем другое – осознанно. Я, конечно, не наставник, но за неимением лучшего могу попробовать объяснить основы сосредоточения и управления силой, как это объясняли когда-то мне самому.

– Отлично! Вот и займись этим прямо сейчас, – сказал Аран хмуро и ушел.

– Не понимаю его! То называет сокровищем и встает на колени, то опять недоволен. Чего он ожидал? Сиюминутного всепобеждающего чуда?! В самом деле? Я себя в избранные не назначала! Сам ведь рассердился, когда Оракул позвала меня вместе с ним. А потом вдруг поверил сразу и безоговорочно.

– Слова Оракула не подвергаются сомнению. Погоди… Она приняла вас вместе?

На лице Рена отразилось искреннее недоумение.

– Да в чем дело-то?

– Оракул видит судьбу. Если она пожелала говорить с вами вместе… Значит, ваши судьбы тесно переплетены. Очень тесно.

– Ерунда какая-то. Думаю, она хотела убедить непробиваемого Арана, что я «тот самый сосуд». По крайней мере, он больше не считает меня шпионкой. – Я взглянула на бродящего неподалеку задумчивого принца. – Вроде бы.

– Шпионкой нет, но теперь будет держаться за тебя еще сильнее.

– Это я уже поняла. Начнем?

– Конечно. Самое первое – расслабься. Сядь так, как тебе удобно, закрой глаза и постарайся отрешиться от всего окружающего. Посмотри внутрь себя. В тебе живет сила. Морозная, буйная, мощная. Найди ее, коснись взглядом, мыслью. Познакомься…

У Рена явно наблюдался талант. Если не к преподаванию, то как минимум к гипнозу. Он говорил плавно и тихо, и каждое последующее слово звучало все глуше и как будто издалека. Загадочной, живущей во мне силы я так и не увидела, зато вспомнила главное – я должна найти родителей. А значит, должна учиться.

Пространство вокруг меня едва ощутимо задрожало, а затем я ухнула куда-то глубоко вниз. Мгновение уже знакомой невесомости – и я очутилась посреди оживленного холла. Стоя на четвереньках! Однако проходящих мимо молодых людей мое появление, похоже, ничуть не смутило. Негромко переговариваясь, они обходили меня, даже не замедляя шага.

Я поднялась и, оглядевшись, пошла туда же, куда и большинство, к массивным входным дверям.

– Где я? – спросила первого же встреченного снаружи паренька. Фейна.

– Все еще в Энфейне. Похоже, твоя дверь нерабочая, – усмехнулся он и пошел дальше.

– В Энфейне, – прошептала я и запрокинула голову, вглядываясь в голубые небеса. Совсем как на Земле.

Здесь было светло и как-то по-особенному солнечно. В центре двора, где я оказалась, искрился брызгами небольшой фонтан с круглым бассейном и узкой каменной скамьей вдоль бортика. По сторонам от него аккуратными полукругами рос кустарник, а за ними – невысокие, усыпанные маленькими красными шариками деревья.

Я развернулась, чтобы посмотреть на здание, из которого вышла. Песочного цвета стены, несколько этажей и ярко-алое, зияющее словно глаз треугольное окно под самой крышей. Стараясь окинуть взглядом больше, невольно сделала несколько шагов назад и уперлась в кого-то спиной. Все бы ничего, если бы не внезапно повисшая вокруг тишина и растерянные, испуганные лица проходящих мимо фейнов.

Я медленно развернулась и, еще прежде чем увидела стоящего позади, услышала тихий, как выдох, шепот:

– Магистр Рейнод…

Черная мантия, удлиненные, в серьгах, уши, отчего-то темные по краям. Судя по всему, длинные сзади и почти полностью выбритые по бокам волосы. Все это отпечаталось в сознании как мгновенный снимок, взгляд же приковали глаза. Угольно-черные, с простреливающими в них огненными молниями и напрочь лишенные белка! Чудовищные, нечеловеческие… Так близко, что, казалось, еще мгновение, и они выпьют меня до дна.

Не просто страх, меня сковал ужас, и морозная волна ударила в землю даже прежде, чем я ощутила ее приближение. Льдистый поток стремительно побежал вперед и замер в фонтане, при этом полностью заморозив его!

– К декану, незамедлительно, – сказал монстр и схватил меня за руку. Я дернулась и едва не упала на темно-зеленый узорчатый ковер.

– Как это?.. – вырвалось пораженное, когда я поняла, что меня мало того, что уже никто не держит, так еще и нахожусь я не под ясным небом, а в затемненном мрачном кабинете.

– Нарушитель. Магия второго порядка, – раздалось у меня за спиной, но, когда я обернулась, там уже никого не было.

Из-за громоздкого стола поднялся темноволосый жилистый мужчина и впился в меня взглядом.

– Кто ты такая и как тебе удалось проникнуть в учебный корпус Обители? – грозно спросил он через пару мгновений пристального осматривания.

Я сглотнула, разом растеряв все слова и мысли, и заметила, как от окна отделилась высокая тень.

– Эта наша новая адептка, – сказал ее обладатель.

И готова поклясться, под непроницаемой маской он довольно улыбался.

– Новая адептка? Ну что ж, как пожелаешь, – согласился мужчина устало и сел обратно за стол. – Специализация? Магия второго порядка… к стихийникам?

Он вопросительно посмотрел на «тень».

– Нет, нет, Арманс, – буквально пропел тот в ответ. – Назначь пока только общие занятия основных курсов для новичков и выдели комнату. С остальным я определюсь сам.

– Сам? – приподнял брови декан. – Ну что ж… – Он перевел взгляд на меня: – Имя?

– Кристи, – пискнула я. – Кристина Иванова. То есть… – Глаза мужчины округлились. – Просто Кристина, – наконец выдохнула я.

Мужчина черкнул что-то в бумагах, лежащих на столе, и протянул мне лист.

– Ну же, ваши назначения, адептка.

Я подошла к столу и неуверенно взяла бумагу. Опустила глаза и замерла в полной растерянности. Медитации, спортивная подготовка, искусство диалога и маскировки… Меня в самом деле зачислили в элитный учебный корпус Энфейна? И ни слова о перемещениях…

– Комната тридцать четыре, – привлек мое внимание декан и хлопнул в ладоши. От его рук отлетели красноватые искры и просочились в стену. – Советую запомнить дорогу, магические указатели действуют однократно, – добавил он и кивнул на дверь.

– А-а-а…

– Правила пребывания в Обители и распорядок дня висят на двери вашей комнаты, – пресек он мою попытку заговорить и снова указал на дверь.

– Мы скоро увидимся, – чуть склонив голову набок, произнес мужчина в маске. И в его голосе мне послышались довольство и предвкушение.

Я вышла из кабинета, но задаться вопросом, как найти нужную комнату, не успела. На стене появилась ярко-красная светящаяся полоса и потянулась вперед. Пока стояла в нерешительности, точка ее появления побледнела, пришлось поспешить. Я так увлеклась, что не только не запомнила дороги, но и едва не влетела носом в нужную дверь, открывшуюся в самый неподходящий момент.

– Привет, – выдохнула я вышедшей девушке. Высокая, с забранными в хвост каштановыми волосами и почти такими же серебристо-серыми глазами, как у Арана, фейнка небрежно приподняла бровь и хотела пройти мимо. – Меня поселили в этой комнате.

– Поздравляю.

– Я Кристина. Можно просто Кристи.

– Маринель.

– Видимо, мы будем соседками. Но вряд ли я часто буду сюда заглядывать, – сказала я, имея в виду комнату. – У меня пока не получается задерживаться на одном месте надолго. И вообще полный раздрай в жизни… Эм… Я хотела сказать, что постараюсь не мешать тебе.

Маринель окинула меня внимательным взглядом, вздохнула и приглашающе распахнула дверь.

– Ладно. Пойдем, Кристи. И можешь звать меня Мари, раз тебе по душе сокращения.

– Спасибо, – улыбнулась я и вошла.

– Не за что благодарить, – серьезно ответила девушка. – Если хочешь совет, за который я сама отблагодарила бы полгода назад, – уходи, пока не стало слишком поздно. Если тобой заинтересуются всерьез – уже не отпустят. Какой у тебя дар? Впрочем, неважно. Ты ведь все равно не уйдешь, верно? Будем считать, я успокоила свою совесть. Эта половина комнаты твоя, располагайся.

И она указала на аккуратно застеленную кровать и стоящие неподалеку шкаф и небольшой письменный стол.

– Спасибо, – шепнула я, растерянная ее речью. – Это ванная? В самом деле?!

Я подошла к приоткрытой двери, из-за которой виднелась золотистая лохань, весьма напоминающая ванну.

– Полотенца и принадлежности на нижней полке. На верхней – мои. Приятного омовения, а я пойду все-таки обедать.

– Спасибо! – поблагодарила я уже в третий раз и, даже не взглянув на вновь испеченную соседку и, если повезет – подругу, скользнула в заветную дверь. Наконец-то помоюсь! И не в пруду, речке или озере с непонятной мутной водой, а в нормальной ванне!

Теплая, щекочущая пузырьками вода, ароматные, восхитительно пенящиеся шампунь и мыло… Наверное, я чересчур увлеклась, а потому неладное заметила слишком поздно.

– Нет, нет, нет, только не сейчас!

Мой возглас утонул в удушливой тьме, а уже через мгновение я оказалась на мягкой траве в окружении четырех остолбеневших воинов. Мокрая и абсолютно голая!

Шокированная ситуацией не меньше сунтуров, я даже не попыталась прикрыться. Первым отмер Аран. Гаркнув «Прочь!» так, что вздрогнула даже я, он стремительно подошел ко мне вплотную и укрыл огромными крыльями.

– И как это понимать?

– Как есть. Я не умею нормально перемещаться.

– Значит, все-таки ключница без печати?

– Не знаю, о чем ты.

– Для тебя все это игры?! – прорычал принц. – На что ты рассчитывала, появляясь в таком виде? Моего покровительства тебе недостаточно?

– Что? На что я рассчитывала? Ты серьезно?! Я не мылась уже несколько дней! Купание в озере у Оракула не в счет! – От обиды хотелось по-детски топнуть ножкой. – Про отсутствие смены одежды я вообще молчу.

– Рен! – выкрикнул принц. – У тебя есть запасная рубашка? Чистая!

– Только не говори, что наконец решил сменить образ на более цивилизованный, – послышалось издалека. – В мою рубашку ты все равно не влезешь!

– Очень смешно. Тут Кристи. Мокрая и голая. Совсем.

– Может, я решила последовать вашему примеру, – буркнула я и ткнула Арана пальчиком в обнаженный торс. Непроизвольно.

Тот усмехнулся и, наклонившись, шепнул:

– Наши женщины показываются в подобном виде только мужчине, которому готовы отдаться. И такому призыву мы редко отказываем.

Судя по жару, я мгновенно сделалась пунцовой и наконец осознала, в каком положении нахожусь. Плотно прижимаюсь к мужчине, укрытая лишь его крыльями!

– О-о-о… Ты переместилась в реку? – удивленно спросил Рен и тут же добавил, обращаясь к Арану: – Я мог бы высушить ее.

– Не вздумай! – рыкнул тот. – Просто дай рубашку.

– Ладно, ладно, – усмехнулся Рен. – Возьми.

И, отдав принцу сверток, ушел.

– Одевайся.

– Ты все время будешь решать за меня? – Обида накатила с новой силой. Сейчас я могла бы быть сухой! – Отойди!

Я пихнула Арана в грудь.

– Не раньше, чем ты оденешься. Ты натворила достаточно. Тех троих, что видели тебя такой, – его рука скользнула по моему обнаженному боку, помогая натянуть липнущую к телу ткань, – придется отослать. И значительно ослабить этим группу.

– У-у-у… Была бы моя воля, я бы вообще не возвращалась! – вскипела я.

– Где ты была, Кристи? – спросил он грозно.

– Я свободный человек! Была им до того, как ты решил иначе!

Злость бурлила внутри, прорываясь наружу инеем. Ладони кололо и обжигало холодом, и даже трава под голыми ступнями покрылась белесой пленкой.

– Ар, – позвала я тихо. – Сейчас!

Рубашка, доходящая до середины бедра, наконец была на мне, и Аран убрал крылья.

– Что? – спросил он растерянно.

– Аран, сейчас! Неси меня к воронке!


Глава 7

Аран не мешкал, подхватил меня на руки и взмыл в небо.

– Я так тебя злю? – спросил он недоуменно.

– Ар-р-р, – прорычала я. – Не зли меня еще сильнее, иначе я заморожу не воронку, а что-нибудь другое. Или кого-нибудь.

Сдерживать рвущуюся стихию становилось все сложнее. Какой прок от силы, если не можешь ее контролировать? Это злило тоже. Когда под нами показался край огненного озера, я уже не принадлежала себе. Единственное, что могла, – это направить ледяные струи не в Арана, а в огонь.

Вывернувшись, я едва не упала. Аран не позволил, крепко сомкнул руки у меня под грудью, став моими крыльями. Так, участок за участком, мы облетели всю воронку. Лед тек колючей рекой, замораживая ненавистную язву и опустошая меня. Сила иссякла в тот самый момент, когда погас последний язычок пламени.

– Все, – с трудом выдохнула я, безвольно повиснув в руках принца. К слабости и звону в ушах примешивалась еще и тошнота. Отвратительно.

Аран осторожно опустил меня на границе хрустящей под ногами ледяной корки и серой пыли, в которую превратилась прилегающая к ней почва. Здесь уже собралось большинство воинов, среди которых был и Рен. Фейн, в котором жил огонь. Другой, искристый и потаенный, но не менее опасный и ядовитый.

Ненависть помутила сознание. Присев на широко расставленных ногах, я громко зашипела и, пожалуй, бросилась бы на него, если бы меня не отвлек Аран.

– Кристи? – долетел до меня его обеспокоенный голос.

Я подняла глаза и встретилась с его, так похожими на огонь, но родными – теплыми, золотисто-оранжевыми. Один взгляд – и из груди поднялась волна дурманящих чувств. Безграничная нежность и… любовь. Обрушилась, затопила. Такой силы, что противиться бесполезно. Я должна была как-то выразить, поделиться. Показать ему.

Маленький шаг, еще один, и мои руки обвились вокруг его шеи. Потом коснулись шелковистых волос и провели по отблескивающим чешуйкам на скуле. Так приятно, что хотелось мурчать. Сладкая дрожь прошла по всему телу и задержалась внизу живота. Я приподнялась на цыпочках и приникла к его губам. Восхитительно.

Мой принц столбенел недолго. Опустил руки мне под лопатки, крепко прижал и ответил на поцелуй. Жарко, умопомрачительно. Голова закружилась, и я уже не стояла – парила в водовороте неизведанных прежде ощущений. А потом… вдруг испугалась. Оттолкнула, отпрыгнула, в смятении уставившись себе под ноги.

Что это такое было?! И это видели все!

Я хотела бежать, уже развернулась и дернулась в сторону ледяной корки, когда Аран взял меня за руку, притянул обратно, погладил по плечу.

– Ничего страшного не случилось. Тише.

– Это была не моя воля, – тихо и сипло проговорила я. – Кажется.

В глазах потемнело, ноги подогнулись, но Аран не дал упасть. Я вновь оказалась у него на руках.

– Тебе надо поесть и отдохнуть. Сегодня мы останемся на старой стоянке. Если, конечно, ты не захочешь раньше отправиться в город и купить необходимое из одежды и прочего. У тебя будет все, что пожелаешь. Я должен извиниться, что не подумал об этом прежде. Мужчины-воины всегда путешествуют налегке.

Он говорил тихо и нес меня в лагерь, ступая медленно и осторожно. Перед глазами все плыло, мысли путались, и я, пожалуй, заснула бы, если бы не удивление от его слов и осадок, оставшийся в душе после поцелуя. Чьи бы чувства я ни испытала в тот момент, они не могли не задеть мои собственные. Черт возьми, это был мой первый поцелуй!

* * *

В лагере Аран усадил меня под большим раскидистым деревом и, отдав распоряжения о еде, сразу вернулся. Надо сказать, его присутствие мало помогало унять взбудораженные чувства. Губы принца против воли притягивали взгляд, а воспоминания уносили ощущениями в пережитое.

– Мой тар, отбывающие готовы. Отправить ли с ними весть вашему отцу?

– Да, вестей немало, – пробормотал Аран и посмотрел на меня.

– Мне уже лучше, иди. Я никуда не денусь.

– С тобой в этом никогда нельзя быть уверенным, – усмехнулся он.

Я вяло улыбнулась, оценив шутку, и откинулась на широкий ствол.

– Будем надеяться, что Аран вспомнит о нашей дружбе, прежде чем загрызет меня за то, что я побеспокоил тебя, – тихо сказал Рен и сел рядом.

– Не знаю, что тебе ответить. Чем дальше, тем большая он для меня загадка. И вообще… Что это такое было? Это не мои чувства! Словно продолжение самой силы, помутнение какое-то.

– Я не сунтур, Кристи, но если силу даровала богиня…

– Тарэйя? Значит, дело в ней?

– Как ты?

– Честно? Это было жутко. Не поцелуй, – поправилась я, смутившись, – но та разъедающая, опустошающая ненависть к огню… Не хочу тебя огорчать, но если это воля Тарэйи двигала мною, то она не особо-то любит и тебя. Твой огонь.

– Ничего, это я как-нибудь переживу, – усмехнулся Рен и уже серьезно добавил: – Не позволяй кому-либо управлять тобой. Контролировать силу должна ты, а не наоборот.

– Знаю, – едва слышно ответила я.

Знать бы еще, как этого добиться.

* * *

На небе вспыхнули звезды, и, с любопытством разглядывая яркие незнакомые созвездия, я отошла немного в сторону от основного места стоянки. Деревья стояли здесь не плотной стеной, а на расстоянии двух, а то и трех метров друг от друга. А между ними рос невысокий кустарник, весь усыпанный нежно-голубыми цветами, искрящимися как перламутр. Сказочно красиво, как и все в этом мире.

Послышался тихий шорох, и на одну из ветвей села огромная бабочка. Ярко-алая, с серебристыми кругами и узорами. Словно и не живая, а руками искусного мастера усыпанная драгоценными камнями.

Я наклонилась, чтобы рассмотреть это чудо природы поближе, на что бабочка часто-часто забила крыльями и угрожающе зашипела.

– Отойди, – громко произнес Аран у меня за спиной. – Медленно, без резких движений.

– Что не так? – испуганно выдавила я.

– Ганта-урс. Это ядовитая бабочка. Если она ужалит тебя, будет очень нехорошо. С ее ядом не всегда справляется даже регенерация сунтуров. Кристи, давай же. Маленький шаг ко мне.

– Теперь я не могу. Я боюсь! Не мог рассказать позже?

Стало холодно. Меня забила дрожь, ладони покрылись инеем, но вот ноги будто приросли к месту.

– Кристи.

– Может, я ее заморожу? – успела простучать зубами я, когда меня обхватили за талию и дернули назад.

Я не пострадала, бабочка не стала меня преследовать и не представляла больше угрозы, однако теплее не становилось. Напротив, изо рта начал идти пар, а иней полз все выше по рукам.

– Что с ней? – спросил Аран подошедшего Рена.

– Я бы рад помочь, но это ведь ваша богиня одарила ее!

– Ты стихийник. Такие проявления силы нормальны?

– Нет, Аран, определенно ненормальны. Я видел нечто похожее у девушки, которая оказалась неготова к дару, и тот вредил ей. Посмотри на Кристи, она же замерзает!

– Есть немало способов согреться, – произнес Ар и, обняв меня за плечи, помог подняться.

– Что ты задумал?

– Лишь исполню то, что обещал.

Он пропустил меня в палатку и сам залез следом. Затем расправил громадные крылья, с трудом вместившиеся внутри, и придвинулся ближе.

– Ар, ты чего? – выдохнула я.

Аран ничего не сказал, притянул к себе, окружил крыльями и так, укутанную в них, уложил рядом с собой.

А я… больше всего удивилась тому, что глаза у него остались серыми.

– Ты можешь отрастить только крылья, не меняясь полностью?

– Могу и так, – улыбнулся он, и до меня запоздало дошло, насколько близко сейчас его лицо.

– Это неправильно, – чуть поелозив, сказала я. – Что ты тут, так…

– Мерзнуть правильнее?

– Ты же принц… И вообще…

– Позвать кого-то из воинов? – ухмыльнулся Аран.

– Не-е-ет. Рена?

Аран нечленораздельно рыкнул и сжал крепче.

– Спи уже, неразумная.

Засыпать в объятиях мужчины, да еще и того, с которым совсем недавно самозабвенно целовалась, было крайне неловко. Но Арана, похоже, смятение ничуть не терзало. Уже скоро его дыхание стало ровным и размеренным, а я, поняв, что он спит, сумела расслабиться и заснула тоже. И спать с горячим сунтуром в самом деле оказалось очень тепло и безмятежно.

К счастью, когда проснулась, в палатке его уже не было, что избавило меня от лишнего смущения. А после завтрака принц протянул мне руку и спросил:

– Готова?

– К чему? – испуганно спросила я.

– К покупкам, – улыбнулся Аран. – Отнесу тебя в город.

– А как же экономия сил и все такое?

– Город недалеко. Иди сюда.

– Может, пешком? – произнесла я и оказалась прижата к мощному торсу.

Ну да, именно этого я и надеялась избежать…

Впрочем, до города в самом деле добрались быстро. Аран приземлился прямо посреди широкой, выложенной камнем улицы, тут же притянув взгляды прохожих. Мы шли мимо высоких зданий в форме вытянутых куполов, мимо увитых темно-зелеными лианами арок и неизвестного назначения округлых сооружений, оставляя за собой шлейф удивленных перешептываний.

– Аран, – позвала я негромко, – а этот конвой сзади обязателен?

И кивнула на сопровождающих нас воинов.

– Ты уже забыла про того вампира в лесу? В Энсунтуре теперь небезопасно, а ты слишком ценна, чтобы рисковать.

– Мы не в лесу, – шепнула, провожая взглядом очередную восторженно глазеющую на Арана девушку. – Ладно конвой, но вы же умеете менять внешность! Почему нельзя было как-то получше замаскироваться?

– Зачем? – как будто даже удивился Аран и завернул к ярко-желтому конусообразному зданию, как и все прочие, напрочь лишенному углов. Затем распахнул передо мной дверь и зашел следом, спровоцировав шумные вздохи и ахи двух находящихся внутри девушек.

– Вот за этим, – буркнула я. – Или тебе нравится? Ну да, вероятно.

– Кристи, неужели ты ревнуешь? – наклонившись к самому моему уху, прошептал несносный принц.

– Что?! – закипела я. – Да ты!..

– Тише-тише, это небольшой городок, не стоит замораживать самый приличный здесь магазин готовой одежды. Лучше позволь этим милым девушкам сделать свою работу.

– Успокаивать у тебя получается плохо, – вырвалось у меня.

Аран рассмеялся и жестом подозвал продавщиц.

Привычных вещей, которые я согласилась бы надеть, нашлось не так много. Что бы там ни говорил Аран об их женщинах, полупрозрачные струящиеся платья не отличались целомудренным видом. В итоге, старательно игнорируя недоуменные переглядывания сунтурок, я выбрала легкие брюки, пару туник и самое теплое из имеющегося – коротенькую куртку, у которой не было даже застежек. Да, в Энсунтуре (по крайней мере, в этой его части) жарко, и весьма, но мне это почему-то не помогает.

Выпроводив Арана из магазина, попросила показать белье. Не знаю уж, специально они это сделали или тут в самом деле носят такой безразмерный ужас, но пришлось брать, что дают.

По дороге назад зашли в еще одну лавку и купили сумку с затягивающимся ремешком и двумя длинными лямками, которую носят за спиной. Пожилой сунтур долго хвалился, что эту редкую вещицу ему доставили прямо из Эндорфа.

– Непонятная и непрактичная, – прокомментировал Аран.

– Ничего ты не понимаешь, крылатый, – тихо усмехнулась я.

Аран как-то странно, заинтересованно посмотрел на меня, а потом спросил:

– Пообедаем?

– Чтобы подавиться от завистливых, полных недоумения взглядов и шепотков в духе: что наш принц делает рядом с этой неряшливой фейнкой?

– В твоем распоряжении был целый магазин.

– Да, надо было переодеться прямо там, – досадуя на свою глупость, сказала я.

– С другой стороны, – протянул принц, чуть наклонившись, – в этой рубашке ты смотришься весьма привлекательно. Как, впрочем, и без нее.

– Аран!

– Знаешь, я ведь уже проголодался. Так тебя устроит? – спросил он и изменился. Полностью, до неузнаваемости.

Теперь передо мной стоял не мускулистый длинноволосый сунтур, а высокий, но относительно худощавый фейн с короткими светлыми волосами, длинной шеей и теплыми карими глазами. Пожалуй, только благодаря этим глазам я и не вскрикнула. Больно похожим на Рена был этот мужчина.

– Кто это? – спросила сипло.

– Никто. Один из образов, который использовал мой младший брат, когда сбежал в Эндорф.

– Сбежал?

– Грезил учиться в Академии. Только сунтуров не принимают даже в относительно либеральный Финфорт. И вообще не пускают в другие миры без особого, крайне редко выдаваемого разрешения. Но он очень хотел.

– И что с ним теперь?

– Теперь он состоит в Совете сильнейших магов Эндорфа. Первый сунтур, не только окончивший обучение вне Энсунтура, но и принятый в Совет. Не сказал бы, что он настолько выдающийся маг, – не отказал себе в усмешке принц, – но он умен и дипломатичен. Насколько я знаю, к его мнению прислушиваются.

– Ты скучаешь, – не спросила – утвердила я, заглянув во вновь ставшие серебристыми глаза.

– Да. Все мы скучаем, но Борг отстаивает в том числе и то, что важно для всего Энсунтура, – наше право свободно перемещаться по Шестимирью и отмену статуса закрытого мира. Пойдем. Раз ты не голодна, нам в самом деле лучше поскорее вернуться в лагерь.

* * *

По дороге назад и позже, в лагере, Аран не проронил ни слова. Воспоминания о брате, судя по всему, сильно задели его, и я успела десять раз пожалеть, что невольно подняла эту тему.

После раннего ужина, послужившего нам и обедом, мне, пожалуй, впервые с момента пробуждения силы, стало жарко. Причем жар шел изнутри, заставлял дышать глубже и странно будоражил, обостряя все ощущения.

Я смотрела на Арана и ощущала вкус его губ на своих, томясь почти нестерпимым желанием поцеловать снова. Меня наполняли свобода, смелость и невероятная легкость.

– Я совсем запуталась, – пробормотала я и заметила Рена. – Получается, я и сама хотела того поцелуя?!

– Думаешь, я подходящая кандидатура, чтобы обсуждать это? – рассмеялся Рен.

– Нет. Пожалуй, нет…

Я подняла глаза и окинула взглядом его лицо, остановившись на ушах. Длинные, совсем как у меня.

«Интересно, а какие они на ощупь?» – пронеслось в голове.

Облизав губы, я приподнялась и потянулась к Рену.

– Красивые, – прошептала, аккуратно касаясь самыми кончиками пальцев его ушей. Затем ухватила увереннее и чуть потерла.

– Оу, девочка. Не стоит так делать, – отмер Рен.

– Почему?

– Кхм. Похоже, ты не знаешь, но у фейнов это очень чувствительное место. Очень, Кристи.

– Прости, – пискнула я, отдернув руку. – Не понимаю, что это со мной.

Я чувствовала себя странно. Стоило подойти Рену, как я напрочь забыла об Аране. Но едва мой взгляд вновь упал на принца, сердце забилось чаще.

– Ты не знаешь, да? Это был твой первый поцелуй? Первый понравившийся тебе мужчина? – допытывался Рен.

– Вот еще. Он варвар и поработитель. Он не хочет отпускать меня! А ты? – мурлыкнула я и потерлась щекой о его щеку. – А мне, между прочим, давно пора!

– Кристи, послушай. Не знаю, почему родители не рассказали тебе, но…

Окончания фразы я не услышала. Меня окружила серая дымка, затем последовали уже привычные рывок и ощущение невесомости, и я переместилась в Обитель.

Впервые это вышло почти осознанно.


Глава 8

На этот раз я даже не упала. Пошатнулась, но, благодаря вытянутым в стороны рукам, устояла. Потрясла головой, отгоняя странное наваждение, и плюхнулась на кровать.

– Здравствуй, – удивленно выдохнула Мари.

– Привет, – поздоровалась я, взглянув на соседку. – Рада тебя видеть.

– Как ты это сделала?!

– Что? – не поняла я.

– Появилась прямо посреди комнаты! Я точно видела – не через дверь!

– Ну… Я перемещаюсь между мирами, – призналась я.

– Я догадалась, – рассмеялась Мари. – Но ключники перемещаются через двери.

– О-о-о. Тогда я не знаю. Я плохо контролирую эти скачки. Точнее, пока совсем не контролирую. Скорее, они меня.

– Любопытно… Тебя долго не было, о тебе спрашивали. Ты в порядке? Щеки красные, глаза блестят.

– Не знаю. Наверное. Жарко.

– Хм, если бы тебе было пятнадцать, – подозрительно оглядывая меня, протянула она, – я бы решила, что у тебя… Ну да глупость.

– А кто спрашивал? Я пропустила все занятия, да?

– Боюсь, что так. Спрашивал магистр Тень.

– Кто?

– Он носит маску, и его принято называть просто магистром, без имени. Но за глаза все зовут его Тенью.

– А зачем он скрывает лицо?

– О, будь уверена, у каждого из магистров за плечами тайн больше, чем адептов в Обители. Насколько я поняла, Тень лично хотел протестировать твою силу или что-то такое.

– И что мне делать? Где его найти?

– Не знаю, Кристи. Но не думаю, что беспокоить магистров вне учебного времени – хорошая идея.

– Другого у меня может и не быть, – сказала я и вышла за дверь.

Я довольно долго бродила по коридорам, но так и не нашла крыла магистров, в которое случайно переместилась в первую встречу с Тенью. А потом каким-то образом очутилась в небольшом внутреннем дворике со скамьями, невысокими деревьями и беседкой.

– И вновь неожиданная встреча с маленькой путешественницей, – раздался вкрадчивый бархатистый голос.

Повернув голову в его направлении, я разглядела мужчину в маске, приветствующего меня бокалом вина.

– Здравствуйте, – сказала я и подошла ближе. Потом еще ближе. И еще.

Мысли выветрились из головы. Напрочь забыв о том, что собиралась сказать, я молча изучала его лицо. Вернее, то единственное, что было видно под маской, – глаза. Почти совсем черные, поблескивающие и притягательные.

– Ты пропустила занятия.

– Простите.

– Что-то случилось? Если у тебя неприятности, ты всегда можешь рассказать о них здесь.

– Нет, все хорошо. То есть…

– Ну же, – подбодрил он и указал на место рядом с собой, – расскажи, что беспокоит тебя.

– Я совсем ничего не понимаю в силе, – вздохнула я, садясь. – Мари сказала, ключники перемещаются только через двери, а я…

– А ты?

– Просто так. Дверь сработала только в самый первый раз.

– Крайне любопытно. И никто не сказал тебе о ключниках раньше?

– Нет. Мне некого было спросить.

– Ну а твои родители?

– Они пропали как раз в тот день и не догадываются о моей силе. Наверное…

– Кто же они? – заинтересовался магистр.

– А я не знаю. Думала, что знаю, а оказалось…

– Значит, они обманывали тебя?

– Нет! То есть, выходит, да. Но я люблю их! И… у них должна быть причина ничего не рассказывать.

– В самом деле, – произнес Тень и едва слышно добавил: – И это весьма занимательно.

Он посмотрел мне в глаза, и голова закружилась от одного этого взгляда. Проникновенного, заинтересованного, манящего…

– Ты попала в нужное место, Кристина. Тут ты многому научишься. А найти твоих родителей – вопрос времени.

– Правда? Вы поможете? – спросила я и непроизвольно подалась вперед, почти касаясь его плечом. Меня снова охватили волнение и странный, будоражащий жар.

– Обязательно, – ответил магистр, улыбаясь глазами.

– А ее можно убрать? – потянувшись к маске, прошептала я.

Магистр не ответил, но едва я дотронулась пальцами до его подбородка, дымка под ними рассеялась. Я скользнула чуть выше, добралась до губ, провела по ним и придвинулась к Тени ближе, почти прижалась. Опьяненная и раскованная, я хотела большего и уже обхватила его шею руками, выдохнула в самые губы…

И все исчезло.

А через мгновение я ощутила под ладонями чуть влажную густую траву, услышала стрекот прячущихся в ней насекомых и глубоко вдохнула жаркий и одновременно по-ночному свежий воздух. Дурман чуть спал, но тело гудело и желало чего-то совсем уж невозможного. А впрочем…

Аран стоял на берегу небольшого озера неподалеку от места стоянки. Судя по каплям воды на его спине, он не так давно окунался. Мне казалось, я ступаю совсем невесомо, но он все равно заметил мое приближение.

В небесах Энсунтура нет лун, но ночами тут никогда не бывает абсолютного мрака. Растения, светящиеся в темноте салатовым, голубым и розовым, дают достаточно света. А потому видела я его, не испытывая особых затруднений.

– Привет, – шепнула, подойдя вплотную.

Потом провела пальцами по его обнаженному торсу, стирая капли, заглянула в глаза и, приподнявшись на цыпочках, потянулась к губам. Аран улыбнулся понятливо и поцеловал меня сам. Горячо, напористо. Затем чуть отстранился, сорвав с моих губ досадливый стон, и подхватил на руки.

Несколько взмахов гигантскими крыльями, и он опустил меня на траву, навис сверху. Сильный, решительный, с горящими диким, необузданным огнем глазами. Я почти испугалась, почти осознала происходящее, но стоило ему поцеловать снова, и не осталось ничего, кроме его губ, прикосновений и растекающегося по телу жара.

Аран пропустил одну руку мне под спину и чуть приподнял, вынуждая выгнуться. Второй рукой он гладил мои руки, плечи, живот… Чуть сжимая и сминая гладкую ткань новой туники. Но она явно мешала. Пытаясь стянуть, Аран задрал ее так, что закрыл мне лицо. Я рассмеялась, а через пару мгновений раздался встревоженный голос Рена:

– Кристи? Аран, что ты творишь, варг тебя задери?!

– Я многое тебе позволяю, друг, но это уже чересчур! – зарычал Аран. – Просто уйди.

– Уйти?! Ты совсем обезумел? Отпусти ее! Разве ты не видишь…

– А ведь я попросил, – процедил Аран и бросился на Рена.

– Мальчики! – вырвалось у меня, когда они кубарем покатились по поляне.

– Ты не видишь? Она не в себе! – прокричал Рен.

Аран остановил занесенную для удара руку.

– С чего ты решил?

– Все признаки налицо. У нее бинариус – гормональная перестройка.

– Ты уверен?

– Нет, она внезапно воспылала к тебе страстью.

– Не заговаривайся, Рен.

– Еще какие-то предположения, с чего вдруг она сама набросилась на тебя? Сама ведь? Фейнок запирают дома в этот период и даже близко не подпускают мужчин, чтобы не нянчить потом внеплановое потомство.

– Дохлый трам, и что с этим делать? У нас в группе одни мужчины!

– Скоро пройдет, – пообещал Рен. – Должно.

– Если вы закончили, может, пойдем спать? – невинно уточнила я, внезапно начиная замерзать.

– Озеро, – сказал Рен. – Прохладное. То, что надо.

И эти безумцы, хитро переглянувшись, схватили меня и потащили к воде!

– Сдурели?! – пыталась я образумить их. Дурман выветрился окончательно, и купаться совсем не хотелось!

– Для твоего же блага, Кристи, – шепнул Рен и подтолкнул меня в воду.

Кто бы знал, что там так глубоко! Я ушла под воду с головой, от неожиданности нахлебавшись и едва не утонув! Аран благородно побарахтался рядом и помог мне выйти на берег, где я сразу же отпихнула его и обиженно поковыляла в лагерь.

А потом накатил стыд. Чего я только не вытворяла! Приставала к Рену, к магистру Обители, куда меня приняли учиться, и чуть было… Боже, чуть было не отдалась Арану! Если бы стыд мог пробиться через ту ледяную силу, что морозила меня сейчас, я бы, пожалуй, уже сгорела.

– Кристи, ты как? – спросил Рен. – Тебе надо обсохнуть. Давай я разведу огонь.

– Не лучше ли тебе отойти от нее? – уточнил Аран, не рискуя приближаться.

Я всхлипнула и обхватила себя руками.

– Ну ты просто… – процедил Рен, – герой.

– Рен, – рыкнул принц.

– Знаю, знаю, слышал неоднократно. Она не опасная и не заразная, и она замерзла, ясно? Иди спи, если тебя это уже не волнует.

– Ты сам только что уверял меня…

– Может, хватит?! – не выдержала я. – Идите оба. И без вас фигово.

– Как?

– Я просто хочу побыть одна!

– Кристи, – мягко произнес Рен, – это последствия перестройки. Все пройдет. У тебя есть смена одежды? – Я уныло кивнула. – Тогда переоденься и ложись спать. Я тебе все объясню утром, хорошо?

Я подняла на него глаза:

– Почему родители ничего мне не рассказали? Много еще таких сюрпризов меня ждет?

– Насколько я знаю, фейны не так сильно отличаются от людей. Так что думаю нет, не много.

– Иди в палатку, – сказал Аран, – твои вещи уже там. Я буду спать снаружи, – добавил он.

– Спасибо, – прошептала я, очень плохо представляя, как теперь общаться с этим мужчиной.

* * *

На следующее утро, сразу после завтрака, лагерь быстро собрали и двинулись в путь. Аран ничего не спрашивал, вообще не говорил со мной. Поначалу это даже радовало, но чем дольше продолжалось, тем больше угнетало.

– Ты устала, – неожиданно сказал он в середине пути. – Если хочешь, дальше я понесу тебя на руках.

– Что ты сделаешь? – опешила я.

– Трансформация нецелесообразна, она ослабит…

– Знаю, знаю. Как видишь, я прекрасно справляюсь и сама, – буркнула я и, обогнув его, пошла вперед.

– Кристи, до воронки еще далеко. Будет разумнее…

– Воронка? – вновь перебив его, развернулась я. – Ну да, спасибо, что сообщил. Что касается разумности – я на нее не претендую.

Аран не обиделся, усмехнулся беззлобно, вызвав невольную усмешку и у меня. Когда он отошел, я поравнялась с Реном и сама заговорила о том, что не давало покоя.

– Прости, я вела себя… бесстыдно.

– Это нормально.

– Ну, может, мужчинам и по душе такое поведение, а я готова провалиться сквозь землю.

– Кристи, все девушки-фейнки через это проходят, только несколько раньше. Сколько тебе лет?

– Двадцать один, – испуганно ответила я. – Они бросаются на мужчин?

– Нет, – усмехнулся Рентель. – Их запирают до того, как они успеют наделать глупостей. Только вот происходит это в пятнадцать или около того, а не в двадцать один. Но ты жила в Энланте и, возможно, дело в воздействии другой, лишенной магии среды. Кто знает?

– Это не повторится?

– Нет, Кристи, нет. Твой организм полностью сформировался и готов к материнству. И не делай такие глаза, – рассмеялся он. – Завершенный бинариус – всего лишь возможность, но никак не обязанность. Просто забудь и живи как раньше.

– Как раньше… Спасибо, Рен, за все спасибо.

А совсем скоро я вновь ощутила жар. Но на этот раз, к счастью, исходил он снаружи. Почти сразу за этим в небе появился темный силуэт, и уже через пару мгновений путь группе преградила крылатая сунтурка. Брюнетка с длинными темными волосами, большими черными глазами и отблескивающими словно оникс крыльями склонилась в поклоне и произнесла:

– Мой тар, дальнейшее приближение к очагу опасно.

И готова поклясться, не только я обратила внимание на до безобразия глубокое декольте того якобы жилета, в который она была одета! Похоже, пренебрегают одеждой в Энсунтуре не только воины-мужчины…

– Докладывай, Ильнира, – ответил Аран, приподнимая ее лицо за подбородок. Так интимно и непростительно нежно.

Пальцы мгновенно закололо, а изо рта пошел пар.

– Воронка ведет себя неспокойно, – ответила девушка. – Она плюется сгустками пламени, из-за чего поверхностный пожар распространяется намного быстрее ее самой. Мы теряем лес и не можем приблизиться к ее границе.

– Кристи? – Аран повернулся ко мне. – Ты сумеешь покрыть льдом дорожку до края?

– А как ты сам думаешь? – спросила я как можно более пренебрежительно и с вызовом посмотрела на Ильниру. – Это вы тут все маги и волшебники от рождения. Не я.

Аран взглянул на сунтурку, затем снова на меня и с хитрым блеском в глазах протянул:

– Маленькая моя, у тебя все отлично получается. – Я возмущенно открыла рот, но не успела ничего сказать. Аран приобнял Ильниру за плечи и, склонившись почти к самому ее уху, прошептал: – Зрелище незабываемое.

– А не пошли бы вы оба, – тихо процедила я.

Развернулась на сто восемьдесят градусов, мечтая навсегда избавить себя от общества сунтуров и в особенности – заносчивого принца, и наткнулась на нахмуренные льдисто-голубые глаза Рена. Сделала шаг и услышала, как хрустнуло под ногами. Лед. Площадка подо мной – примерно с метр в диаметре – покрылась самой настоящей коркой льда.

– Веди нас, – сказал Аран, вероятно, Ильнире.

– Как бы тебе не пожалеть, – бросил ему Рен и протянул мне руку. – Я буду рядом.

– Спасибо, – тихо ответила я. – Но не стоит.

Устало развернулась и, ни на кого больше не глядя, молча пошла в сторону жара. В проводнике никакой надобности не было, тем более в таком. Нарастающий жар и сопутствующие вибрации пространства я ощущала без труда.

Судя по всему, большинству воинов Аран приказал оставаться на безопасном расстоянии от воронки. Сам же последовал за мной. Куда же без него!

Ильнира вскрикнула, когда мы почти добрались до края воронки. Я повернулась на звук и почувствовала, как затапливает меня гнев. Жгучий, неудержимый, чуждый. Пламя, выплюнутое воронкой, упало прямо на Арана и обожгло ему плечо. Едкий огонь разъел ткани в секунду, еще прежде, чем я успела погасить его. Струя вязкого белого тумана вырвалась из ладони спонтанно и мгновенно окутала место ожога. Но я не видела изменений: перед глазами так и стояла ярко-красная, с желтыми пузырями язва на плече любимого. Мои ли это чувства? Это перестало иметь значение. Меня разрывало от ярости, которую необходимо было выплеснуть.

Льдистый поток ударил в землю и, направляемый мною, побежал к воронке. Все дальше и дальше, вымораживая и гася ненавистный огонь. Я ступала по неровной заледенелой поверхности, почти ничего не видя перед собой. Медленно, но все равно оступаясь и едва удерживая равновесие. Пока меня не подхватил Аран и не понес над огнем. Его крепкие руки и твердая грудь за спиной согревали и наполняли уверенностью – я смогу.

Смогла… Только ярость и ненависть дались на этот раз еще тяжелее. В какой-то момент я просто потеряла сознание, а пришла в себя на тихой зеленой поляне, лежа головой на коленях Арана.

– Получилось? – спросила, отчаянно надеясь, что мне не придется возвращаться туда снова.

– Да, – улыбнулся Аран. – Ты погасила ее всю, моя девочка.

– Не твоя, – сказала хмуро и поднялась. – Рен же сказал тебе, я была не в себе.

– Как скажешь.

– Где это мы?

– Это не поляна тарэйи, конечно, но земля поможет быстрее восстановить силы. Мы переночуем здесь.

– Какая разница, земля под стоянкой группы или эта… тарэйя? И что значит – мы переночуем?

– Кристи, не суетись. Тебе необходимо отдохнуть и набраться сил. Это хорошее место, и я установил сигнальный контур на случай нападения. Да и вообще – здесь никто не помешает.

– Почему ты постоянно все решаешь за меня, а? Может, мне здесь не нравится! Может, я хочу поболтать с Реном. Или с той девицей-сунтуркой!

– Позже у тебя появится такая возможность. Ильнира пополнит нашу группу.

– Твою группу! И пополняй ее, кем знаешь! Мне нет до этого дела.

– Кристи, остынь, – мягко произнес Аран и, поднявшись, провел рукой по пряди моих волос. От уха и до самой талии. Затем положил ладонь мне на спину и чуть притянул к себе. – Я разозлил тебя, знаю, но так твоя сила пробудилась намного быстрее.

– Быстрее? Это все, что тебя волновало? Это было ужасно!

– Ты – дар, надежда и избавление. Кристи, я сделаю все, чтобы тебе было хорошо. Эти воронки располагались очень близко друг к другу, это редкость. До следующей добираться куда дольше. Из столицы должны прислать флайты, но в любом случае у тебя будет достаточно времени для отдыха, а я буду всячески этому способствовать.

Его голос, глаза, горячее дыхание завораживали и туманили голову. Мне не нравилось то, что он говорит, я приходила в ужас от осознания того, что он говорит, но все равно не сразу нашла силы возразить.

– Но мне плохо, Аран. И я никогда больше не хочу делать этого.

– Дар богини – не то, от чего можно отказаться. Просто прими это. Любая сунтурка на твоем месте сияла бы от счастья, а ты, – шепнул он, наклонившись, – такая неразумная!

И поцеловал!

От этой запредельной наглости я не просто вскипела – готова была взорваться. В первый момент… А потом порыв оттолкнуть самонадеянного принца затмило настолько яркое удовольствие от поцелуя, что я попросту не смогла! Голова закружилась, и почва начала уходить из-под ног.

– А-а-а! – вскрикнула я, поняв, что и в самом деле уже не стою на твердой земле, а парю над ней.

– Расправил слишком резко, – рассмеялся Аран, поставив меня на место. – Прости.

– Мы все-таки полетим к остальным?

– Нет, просто не хочу, чтобы во сне ты мерзла. Полетим утром.

– И как много еще этих воронок? – спросила я то, что по-хорошему следовало узнать уже давно.

– Известных на материке еще четырнадцать, но появляются и новые.

– Сколько? Четырнадцать? Я умру прежде, чем заморожу их все! Это же бессмысленно! Аран, я должна найти родителей и научиться справляться с силой, управлять ею, а не подчиняться чужой воле. Слышишь, я не согласна! – воскликнула я и попятилась.

– Кристи, у тебя нет выбора. У нас нет выбора, – медленно приближаясь, спокойно произнес принц.

– Нет, нет, – затрясла я головой. – Мама учила, что выбор есть всегда. И я буду верить ей, а не тебе. Прости.

Убежденность в собственной правоте подняла из глубин моего существа силу. Впервые я ощущала ее отчетливо и знала, что делать.


Глава 9

У меня получилось. Я перенеслась в Энфейн, в свою комнату в учебном корпусе Обители – туда, где и должна была находиться. Каким бы нежным и заботливым ни казался временами Аран – он преследует вполне определенные и понятные цели. В интересах своего народа и мира. Но у меня есть свои!

«Только вот пытаться осуществить их ночью я больше не буду, – подумала я, с содроганием представляя встречу с магистром Тенью, которого едва не поцеловала. – Завтра, все завтра…»

Не раздеваясь, плюхнулась прямо на застеленную кровать и почти сразу заснула. А утром меня разбудила Мари.

– Я смотрю, ты передумала? – бодрым голосом поинтересовалась она.

– Ты о чем?

– Все-таки будешь жить в Обители?

– Как получится, – честно ответила я, поднимаясь.

– Мы, конечно, все тут со странностями, но с таким я еще не сталкивалась, – усмехнулась она и пошла в ванную. А когда вышла, посмотрела на меня с искренним недоумением. – Ты что? Не идешь?

– Куда? – растерялась я.

– На завтрак! Пропустишь, и вариант будет только один – перенестись в местечко, где кормят не только по расписанию. Впрочем, для тебя-то это не проблема, а вот мне пора.

– Подожди, я иду! Да и с перемещениями у меня не все гладко, говорила же, – добавила я, когда мы вышли за дверь. – Да что там – я вообще ничего не умею.

– Кристина, – остановившись, очень серьезно сказала Маринель. – Не стоит кому-либо здесь рассказывать об этом, ясно? Ты новенькая, но поблажек не будет, поверь. Демонстрировать свою силу в присутствии других адептов запрещено, да и говорить о даре не принято.

– Но как же тогда учиться?

– Большинство занятий индивидуальные. Групповые только общие и вводные дисциплины вроде медитаций и искусства диалога. Над развитием дара будет работать твой личный наставник. И учти, между учениками одного наставника также не может быть никакой дружбы.

– Отчего такие жесткие правила?

– Здесь не спрашивают, Кристи, а следовательно, и не отвечают на такие вопросы, – туманно ответила она. – Впрочем, в данном случае все понятно и так. Обстановка в Салудоне неспокойная, как и во всем Энфейне. Никто не знает наверняка, на чьей стороне окажется после завершения обучения. Не думаю, что многие выпускники покидают Обитель, но все же… А может, дело и в другом.

– Когда не знаешь, в чем сила противника, его сложнее победить, – неожиданно для самой себя сказала я.

– Именно, – кивнула Мари, чем совсем не обрадовала. Только войн и политических дрязг в этом мире мне и не хватало.

Мы спустились на первый этаж и зашли в просторный светлый зал, заставленный множеством небольших столиков. Адепты и правда в основном сидели по одному. Те же, что ютились парами, а то и тройками, едва только мы появились, начали оживленно перешептываться, недвусмысленно поглядывая на нас.

– Я выгляжу необычно или что?

– Да нет, – обронила Мари и окинула меня беглым взглядом. – Одета как попало, конечно, но всяко лучше традиционной формы. Вот это точно верный способ заслужить смешки. Ты еще не получала? Вот и не получай.

– А можно получить форму? – заинтересовалась я. – Понимаешь, у меня вещей почти нет.

– Это я заметила. Слушай, когда же ты успела привлечь столько внимания? – недоуменно спросила Мари и взяла поднос.

В столовой практиковался «шведский стол». Не разбираясь в местной кухне, я стала брать то же самое, что и Мари. И сама того не желая, вспомнила о маме. Что же вынудило ее так кардинально поменять свою жизнь и растить меня в непривычной среде?

– Даже как-то обидно, что все знают, что ты натворила, а я нет, – пробормотала Мари.

– Я?.. А-а-а, наверное, дело в фонтане.

– В каком фонтане? – не поняла Мари.

– Я испугалась и заморозила фонтан.

– И тебя не исключили?

– Приняли.

– И магистр Тень лично заинтересовался тобой… Понятно. – Я вопросительно на нее посмотрела. – Его не так просто удивить.

– Мари, а что значит «магия второго порядка»? – вспомнила я слова того жуткого магистра, что притащил меня к декану. – И вообще, какое тут устройство, направление, факультеты? Меня приняли, но даже толком не объяснили, чему я буду обучаться.

– Судя по тому, что ты успела разболтать, они еще не решили, что выгоднее в тебе развивать. – Ее слова насторожили, и тревога, похоже, отразилась на моем лице. – Ладно, слушай, – сдалась Мари. – Учебный корпус – это не академия, а подразделение Обители. Такого разнообразия факультетов, как в том же Финфорте, здесь нет. Основных направлений два: ключники и стихии. Туда же относятся и все остальные дары. Это и есть магия второго порядка. Правда, такую классификацию я встречала только в Обители. Ключники изначально представляли для них наибольший интерес, их принимают практически любого уровня, а вот стихийников – только самых сильных. Исключение может быть сделано лишь для уникального или очень редкого дара.

– Ясно… Финфорт, что-то такое я слышала.

– Еще бы! Крупнейшая Академия Шестимирья. Жаль, поступить туда стало в разы сложнее. Фейнов сторонятся после случившегося, да и мало кто пойдет на добровольное презрение.

– А что там случилось?

– Кристи, ты в самом деле росла под куполом на дне океана или прикидываешься? Еще спроси, почему всем ключникам ставят магические печати.

– Прости, – смутилась я. – Может быть, здесь есть какая-то база данных? – Мари посмотрела совсем уж подозрительно. – Библиотека?

– Библиотека есть. Второй этаж учебного корпуса, в самом конце коридора. Не самое популярное местечко, но тебе явно полезно кое-что освежить в памяти.

– Да, спасибо тебе, Мари, – сказала я и тихо пробормотала, обращаясь уже к самой себе: – Ключников и только самых одаренных… Зачем это им?

– Ты задаешь слишком много вопросов, – заметила Мари. – Таких, о которых большинство не задумывается. Ты знаешь, что от этого бывают проблемы?

– А мне казалось, ты как раз из тех, кто стремится докопаться до истины, – подмигнула я.

– Принес же Всесильный соседку, – усмехнулась Мари. – Мы обсудим с тобой мотивы магов Обители позже, если ты не передумаешь интересоваться этим вопросом, договорились? А пока можешь придерживаться общепринятой версии: они действуют во благо всего Энфейна, желая вернуть фейнам причитающееся им достойное положение в Шестимирье, а также исследуют границы силы с научной точки зрения. Как-то так.

– Звучит логично.

– Разумеется, – улыбнулась она. – Ну что, ты готова к своим первым занятиям? Тогда стоит поторопиться!

* * *

На этом нам с Маринель пришлось расстаться. Я не знала, на каком из направлений она учится, но очевидно было, что вводный курс для новичков ей ни к чему.

Нужную аудиторию я нашла не сразу, а потому немного опоздала. Когда заглянула внутрь, адепты уже сидели прямо на полу и слушали тихий вкрадчивый голос лектора – высокого худощавого фейна с собранными в аккуратный хвост темными волосами.

– Ну же, – повернувшись ко мне, махнул он рукой. – Утро, как и поздний вечер непосредственно перед сном, лучшее время для контакта с самим собой и своей силой. Именно поэтому у всех вас первыми в расписании значатся медитации. Приступим.

Как ни странно, наладить контакт с собой у меня получилось достаточно быстро. А еще я вспомнила то, о чем почему-то не помнила, упражняясь с Реном, – занятия йогой по утрам с мамой, которые в том числе включали некоторое время «погружений». Ее слова сами собой всплывали в сознании, и через некоторое время я перестала воспринимать голос преподавателя, слушая только мамин. Так, будто она в самом деле сидела рядом. Тембр, интонации, а главное – суть того, о чем она говорила, которую удалось до конца понять только сейчас.

– Она тоже была магом…

Понимание окатило ледяной волной. Сосредоточиться после этого уже не удалось, но в целом назвать занятие безрезультатным все-таки было нельзя.

Вторым уроком шла история становления и развития магии фейнов у пожилого степенного магистра Бейла. Расовые особенности проявления силы, сильнейшие маги, выдающиеся случаи. Несмотря на непонимание большинства из того, о чем шла речь, я узнала много интересного.

– Стихийные проявления силы, как известно, отражают лишь существующую предрасположенность к одной из стихий. Также понятно, что носителю огня вряд ли удастся в достаточной мере овладеть искусством врачевания или договориться с землей и вырастить достойный урожай. Или, скажем, построить дом. Тем не менее у каждой из стихий при должном упорстве можно развить нужную сторону. Вода может не только созидать. Колючий лед – отличное средство разрушения, – совершенно спокойно произнес магистр, и, мне показалось, все в аудитории посмотрели на меня.

Печально и неприятно не знать заранее правил игры и при всем желании не иметь возможности их соблюдать. Но… плевать. Я должна учиться – это я для себя решила твердо.

Следующим в моем расписании значился предмет с весьма странным названием – «Искусство диалога и маскировки». Однако сразу по окончании истории меня вызвали к магистру и проводили в его кабинет. Именно тогда я ощутила первые признаки спонтанного переноса – тягу и чувство легкой невесомости. Усилием воли и невероятной внутренней концентрации мне удалось сдержать его, но порог кабинета я переступала напряженно и взволнованно.

Внутри было сумрачно. Из-за плотно задернутых штор казалось, все вокруг окутано дымкой тьмы, подобной той, что скрывала лицо магистра. Сам он сидел за широким рабочим столом, но при моем появлении встал, а мне жестом велел садиться в кресло.

– А вот и ты, – произнес магистр и, обойдя стол, остановился у книжного шкафа. – Можно наконец поздравить тебя с началом обучения? – спросил он и, взяв какую-то книгу, направился ко мне.

Бархатистый завораживающий голос, плавные движения и обжигающий взгляд. Словно хищник. Расслабленный, смертельно опасный и оттого еще более притягательный.

– Я вела себя непозволительно в тот раз, прошу прощения, – с трудом выдавила я и опустила глаза.

– Не стоит. Почему бы не побеседовать с обворожительной адепткой за бокалом вина? Вне учебного класса, разумеется. Моя жизнь стала бы куда ярче, если бы все вечера проходили так. Но сейчас поговорим о твоем даре. Или все же дарах? Что ты умеешь, девочка? Покажи.

– Не могу, – совсем сникла я. – Но очень хочу научиться!

Магистр нахмурился и вытянул руку, направляя ладонью ко мне.

– Я чувствую большой потенциал силы. Инициированный дар не может не проявляться.

– Чаще всего это происходит неосознанно.

– Хорошо, – удовлетворенно кивнул Тень. – В таком случае начнем с того, что вызывает подобные спонтанные проявления. И изучим. Итак?

Он вернулся за стол и сложил перед собой руки.

– Страх, – чуть поежилась я. – Гнев. Возможно, желание увидеть родителей.

– Так ты впервые переместилась сюда из дома?

Я кивнула. Что-то удержало от полной откровенности, и об Энсунтуре, Аране и воронках я умолчала. Как, впрочем, и о том, где именно находится мой дом.

– Но ведь это не все. Магия второго порядка и выплеск немалой стихийной силы. Что-то еще?

– Нет, – покачала я головой. – Только лед. Я испугалась…

В дверь постучали, и на пороге появился тот самый молодой фейн, что проводил меня сюда.

– Магистр, – чуть поклонился он. – Магистр Рейнод вернулся и ждет вас.

– Хорошо, Гинель, я уже иду. – Тень поспешно встал, затем на мгновение замер и посмотрел на меня. – В скором времени мы увидимся вновь, Кристина, – сказал он. – А сейчас я вынужден оставить тебя. И да, не исчезай.

Я кивнула и, успев лишь облегченно выдохнуть, тут же перенеслась в Энсунтур.

Перенеслась – и в первый момент решила, что ошиблась миром. На фоне густых джунглей красовался фантастического вида летательный аппарат. Гладкий и серебристый, он напоминал сверхскоростной обтекаемый самолет и совершенно не вязался с полуголыми крылатыми «варварами», их магическими мечами и любовью к пешим путешествиям.

Как следует рассмотреть чудо иномирской техники мне, однако, не удалось.

– Где, милостивая Тарэйя, тебя носило?! – взревел Аран.

– И тебе здравствуй, – буркнула я, сделав несколько шажков назад.

Бессмысленно. Аран приблизился в считаные секунды, ухватил за плечи и встряхнул.

– Ты хоть знаешь, сколько времени мы уже прочесываем лес в поисках тебя? Не вздумай больше так делать!

– Отпусти. Отпусти, слышишь? Ты делаешь мне больно!

– Прости, – тут же убрал руки Аран. – Кристи, где ты была? Энсунтур – не самое безопасное место для девушки, неподготовленной к его условиям и плохо владеющей магией. Или ты была не в Энсунтуре?

– Это не твое дело.

– В тебе течет сила нашей богини, Кристи, и, хочешь ты того или нет, ты – мое дело.

– Не хочу! Ни тебя, ни вашей богини с ее силой, ни всех этих перемещений туда-сюда! Ничего не хочу! – выкрикнула я и отвернулась в поисках пятачка травы, на который можно присесть. – Ты обещал сделку! Так вот, я предлагаю сделку. Я замораживаю все ваши чертовы воронки, ты помогаешь выяснить, появлялась ли в Энсунтуре пара фейнов – мои родители. И не распоряжаешься мною в промежутках между заморозками! Я буду перемещаться, сколько пожелаю и куда пожелаю, понятно?

– И что ты собираешься делать «в промежутках»? – осведомился Аран.

– А это тебя не касается.

– Кристи, – сбрасывая безэмоциональное выражение лица, проговорил он. – Меня касается все…

– Аран! Ты либо соглашаешься на эти условия, либо нет. Я не бесправная вещь! И не твоя подданная. И мне нужна помощь, – уже тише добавила я.

– Хорошо, – хмуро произнес Аран. – Только ты должна понимать, что опасно не только в Энсунтуре. А ты всего лишь слабая неразумная девчонка, не разбирающаяся в магии и ситуации в Шестимирье.

– Вот эту проблему в числе прочих я и буду решать. По рукам?

Я протянула Арану руку, но вместо того чтобы пожать ее, он коснулся моих запястий и очень тихо произнес:

– Кристи, я дам тебе все, что пожелаешь. Я уже пообещал тебе защиту и покровительство и сейчас же отправлю запрос обо всех вновь прибывших в Энсунтур фейнах. Флайты оборудованы системой передачи сообщений на дальние расстояния. Разве этого мало? Зачем ты все время убегаешь? – Его пальцы скользнули вверх по моим рукам. – Почему не хочешь принять, что так или иначе стала частью этого мира? Дар Тарэйи – твоя судьба. Оракул не ошибается.

– К черту Оракула! Моя судьба только в моих руках, – не сдавалась я, хотя близость Арана и его едва ощутимые прикосновения сбивали с толку.

– Я не смогу уберечь тебя, не зная, где ты.

– Придется поверить, что я сумею позаботиться о себе сама, – пробурчала я. – И не расплескаю по дороге вашу драгоценную силу.

Ощущать себя сосудом, ценность которого лишь в его содержимом, было неприятно. Касания Арана, его шепот и серебристые глаза, на дне которых блестели рыжие огоньки, дурманили голову, призывая полностью отдаться во власть этого мужчины, но я слишком остро боялась потерять остатки свободы.

– Кристи…

– Не надо. Мы куда-то летим?

– Да. Флайты доставят нас к следующей воронке.

Первое, что услышала, ступив на борт иномирского самолета, – смех. Рен что-то говорил Ильнире, отчего та сотрясалась и звонко хихикала. Отвратительно!

– Они оба в твоем распоряжении, – шепнул мне на ухо Аран и пошел в глубь вытянутого пространства флайта.

– Вернулась? – спросил Рен. – Хвала Всесильному. Я уж думал, Ар нас всех загрызет.

Я оглядела светло-серые стены.

– Откуда это?

– Вещи не всегда такие, какими кажутся на первый взгляд, – подмигнул он. – Это ты еще не видела дворца в столице. В Эндорфе, кстати, в центральном мире, намешано очень много всего. Там ты встретила бы и привычные, хоть и устаревшие, аппараты с Энланта.

– Земные?

– Да. Земля хоть и закрытый мир, но многое из него попало в Эндорф, а оттуда понемногу рассредоточилось и по всему Шестимирью.

– Но там ведь нет магии?

– Эту проблему в Эндорфе решили. Преобразовали, адаптировали. Но сунтуры – другое дело. Для них смешение магии и технологии еще более естественно. Одна из особенностей их природного дара – придание магической силы любому оружию. Конечно, «любым» пользуются редко и уж никак не Великий тар.

– Меч Арана – фамильная реликвия, доставшаяся ему как наследнику от прадеда, – вставила Ильнира, все это время сидевшая рядом с Реном.

– Да неужели.

– Он как никто другой достоин носить этот меч. Не только по праву рождения, но как лучший воин и защитник всех сунтуров.

– Он вот там, – буркнула я и кивнула в сторону рубки, после чего внезапно осознала: мы летим! За центральным окном проносились подсвеченные солнцем облака, но движение флайта совершенно не ощущалось.

Аран, заметив мой взгляд, усмехнулся и продолжил беседу с кем-то из мужчин, а я никак не могла прийти в себя. Даже не предупредили, что уже взлетаем! Разве так делается?

– Но флайт – это же не оружие, – тихо произнесла я, чтобы как-то отвлечься. – А у сунтуров и без того есть крылья. Не понимаю.

– Не хочешь узнать у него? – спросил невозможный Рен. – Аран точно знает лучше и как устроен флайт, и как работает их магия. А еще нам всем жилось бы спокойнее, если бы принц перестал рычать, – подмигнул он.

– А я тут при чем? Пусть пьет успокоительные, если не может держать под контролем агрессию.

– Ша! – выкрикнула сунтурка и подскочила на месте. – Как смеешь ты, грязная фейнка, так пренебрежительно говорить о таре?!

– Грязная?! Посмотри на себя! И вешайся на своего тара, сколько тебе угодно!

– Если бы не лед, который видела собственными глазами, давно выцарапала бы тебе твои, – прошипела она.

– Какая прелесть, – истерически усмехнулась я. – Очаровательное и, стоит заметить, очень почтительное отношение к той, кто выкручивает себе внутренности, чтобы тушить ваши треклятые воронки. А давай я сделаю вот так, – я глубоко вдохнула и нырнула в себя, – и посмотрим, что скажет тебе на это твой драгоценный… Аран.

Последнее слово я выдохнула уже в другом мире. И облегченно рассмеялась. Невероятно! Я смогла!


Глава 10

Сзади что-то шаркнуло, и я повернулась на звук.

– Я никому не скажу, – прошептал неказистого вида паренек, поднимаясь из-за стола. – Обещаю.

– Чего не скажешь? – не поняла я.

– О твоем даре, конечно. Переходящие – большая редкость, за такое… Клянусь, никто не узнает. Не говори наставнику.

– Погоди. Переходящая? Что это значит?

– Возможно, этот термин уже устарел, – смутился парень и в поисках поддержки заглянул в раскрытую на столе книгу. – Ты по своему желанию перемещаешься в любой уголок Энфейна, в котором когда-либо бывала. – Я приподняла бровь. – Или даже ориентируешься на хорошо знакомые субъекты? – совсем уж благоговейно посмотрел он на меня.

– Нет, ты ошибаешься, этого я не умею. Я всего лишь ключница. Так мне сказали.

– О, но ты же…

Что он сказал дальше, я уже не услышала. Удивленная странной беседой, я вовремя не поняла, что меня утягивает обратно к сунтурам. Как и не поняла, куда вообще попала.

– Варг меня задери! – воскликнул Рен. – В движущийся объект! Да кто же ты такая, девочка?

– Рен, не пугай меня. Я-то надеялась, ты подскажешь.

– Такого я никогда не видел. Увы. Как тебе удалось? И где ты была? А главное – как вернулась? Прямо на борт!

– Нет уж. Возможно, я бы пооткровенничала с тобой, не будь у тебя одного существенного недостатка.

– Это какого же? Дорогуша, я состою сплошь из одних достоинств! – провозгласил Рен.

– О, не знаю, есть ли у тебя другие, но этот твой недостаток бросается в глаза сразу. Крупный, крылатый и весьма неуравновешенный. Нам еще долго лететь?

– Об этом лучше осведомлен мой единственный и буквально бросающийся в глаза «недостаток», – передразнил Рен.

– Ясно.

– Мы будем на месте только к рассвету, – подала голос Ильнира, до того незаметно сидевшая поблизости. – Не исчезай больше, пожалуйста. Если Аран узнает…

– И чего же не должен знать твой тар, Ильнира? – грозно спросил Аран, словно из ниоткуда появившись рядом.

Девушка сжалась и как-то разом сделалась еще незаметнее.

– Не трогай ее, – неожиданно для самой себя заступилась я.

– Твоя эйни-тар исчезла и появилась вновь. После того как я разозлила ее, – тихо и как-то обреченно ответила Ильнира.

– Его кто? – опешила я и испугалась вспыхнувшей на лице Арана ярости. – Только все было не так, – пихнув его плечом в грудь, сказала я. – Надо поговорить. Наедине.

Неподвижный словно каменная глыба Аран вдруг шевельнулся и удивленно посмотрел на меня.

– Поговорим? – как ни в чем не бывало похлопала я глазами.

– Хорошо, – послушно кивнул Аран и, еще раз зло взглянув на сунтурку, подал мне руку. Я вложила в нее свою ладонь и пошла за ним к длинному, но при этом достаточно широкому иллюминатору, тянущемуся почти вдоль всей стены.

– Я выкину ее из флайта, не снижая скорости, если она потревожила тебя. Зачем ты перемещалась?

– Не надо, – шепнула я, имея в виду и расправу над Ильнирой, и расспросы о моих перемещениях. – Рен сказал, сунтуры наделяют магией оружие, но я не поняла, при чем тут флайты.

– Ладно, Кристи, – не отпуская моей руки, тихо произнес Аран, – но пока вопрос не решен, он будет всплывать снова и снова.

– Я все решила, просто ты не хочешь признать мое право решать.

Аран ухмыльнулся и, приподняв мою ладонь, скрестил наши пальцы.

– Мы одна команда, Кристи.

– Что значит «эйни-тар»? – вспомнила я.

– Та, что под защитой тара. – Вторая его рука дотронулась до ложбинки у меня под грудью, где висел кулон. – Сила, питающая флайт или придающая магические особенности оружию, не истощается так быстро, как та, что уходит на полную трансформацию. Мы не часто используем технические приспособления. Тарэйя дает все необходимое, но кровь крылатых предков безвозвратно выветривается из наших жил, и со временем таких аппаратов станет куда больше. А в столице ты и сейчас увидишь немало интересного. Отец хочет познакомиться с тобой.

– Твой отец? – выдохнула я. Почему-то эти его слова взволновали особенно сильно.

– Да, и не только он, но остальным придется подождать. Энсунтур нуждается в тебе.

– Энсунтур… – прошептала я. – Разумеется.

– Кристи…

– Я устала. Хочу поесть и отдохнуть. И… не хочу зависать на этой посудине до самого утра!

И я широко улыбнулась, окрыленная шикарной идеей.

– Даже не думай, – процедил Аран, крепче ухватив меня за руку.

– Мы договорились. Это мое время, и я могу делать, что пожелаю. А я желаю не терять его понапрасну! Мои родители, возможно, в беде. Твой отец подождет, но мой – нет!

– Мы узнаем о твоих родителях все, что нужно.

– Мне еще столько всего нужно узнать, – пробормотала я, погружаясь в раздумья. – К утру я вернусь!

– Не смей! – донеслось рассерженное мне вслед. Но не остановило. Перенестись и на этот раз удалось на удивление легко.

* * *

И снова тот же мрачноватый зал. Неяркий свет настольных ламп и светильников на стенах и стеллажи с книгами, много стеллажей.

– Ничего себе! В ту же самую точку дважды! – воскликнули рядом.

– Где это я? – спросила у пораженно глядящего на меня паренька.

– В библиотеке, конечно! Разве ты не сюда хотела попасть? – спросил он и тут же смутился. – То есть… Разумеется, это не мое дело.

– Я Кристи, – по привычке протянула ему руку, чем, кажется, еще больше смутила. – И библиотека – то самое место, которое мне сейчас необходимо. Знать бы еще, как найти тут нужное, – сказала я, оглядываясь.

– А что ты ищешь? – вырвалось у него. – Прости, не буду тебе мешать.

– Погоди. Помощь как раз не помешает. Я новенькая и в библиотеке впервые.

– Сюда и «старенькие» нечасто заглядывают, – улыбнулся парень. – Я Клайс и буду рад помочь.

– Очень приятно, – улыбнулась в ответ. – И спасибо. Мне нужна книга или книги об Энфейне и, пожалуй, обо всем Шестимирье. Бывают такие? И еще что-нибудь об Обители. Устройство, цели, устав… Все, что есть, чтобы разобраться.

– Ты готовишься к докладу по истории? – поинтересовался он, направляясь к одному из стеллажей.

– Нет, Клайс, для себя.

– Для себя об Обители, – пробормотал он и остановился. – Тут такого не найдешь. Истинные мотивы и цели известны только первому кругу посвященных. Чем ниже ступень – тем меньше правды, как и в любом другом Ордене.

– В каком смысле – в Ордене? – насторожилась я и поняла, что сболтнула лишнего. Глаза паренька сделались совсем удивленными.

– Обитель Ордена сильнейших магов Энфейна – это полное название. Ты не знала?

– Нет, – покачала я головой. – Я росла в жуткой глуши и до недавнего времени не знала даже о своей силе. И о происходящем в мирах – тоже.

Клайс смотрел сначала недоверчиво, а потом едва заметно взмахнул рукой и облегченно выдохнул.

– Тогда возьми вот это, – сказал он и протянул книгу. – История Салудона, включая новейшую. А вот обо всем Энфейне только если тут… – И дал еще одну книгу. – Это общая история Шестимирья. Устройство, взаимоотношения. Об Энфейне тут сказано только вкратце. Государства, расы, преобладающая магия и прочая ерунда.

– Обо всем Шестимирье тоже годится. Может, есть какой-нибудь справочник для иномирцев? Туристов, например, – ляпнула я и, поняв, что сморозила, добавила: – Впрочем, этого, пожалуй, хватит.

– А ничего другого по политике и истории ты здесь не найдешь. В библиотеке магистров можно отыскать куда больше интересного, но адептов туда не пускают.

– Жаль. О силе и ключниках я бы тоже почитала. Очень не хочется, едва только поступив, вылететь из-за незнания элементарных основ, – пояснила я.

– Это маловероятно. Если тебя приняли, значит, ты ценный, а потенциально – один из сильнейших магов Салудона, – совершенно серьезно ответил Клайс.

– Ну да. Даже если они в самом деле так считают, то быстро поменяют свое мнение, поняв, что я… – Договорить фразу не успела. Стремительно втянув в себя, межмировой «водоворот» выплюнул меня уже в Энсунтуре. – …Не могу оставаться на месте, – закончила я и уставилась в рассерженные оранжевые глаза Арана.

Однако поразмыслить над тем, отчего они поменяли цвет, не удалось.

– Я пошел навстречу, – процедил Аран, почти нависнув надо мной, – позволил тебе отлучаться в перерывах между заморозками, но не устраивать представления перед всей группой!

– Позволил?! – взорвалась я. – Кто ты такой, чтобы что-то позволять мне?! Никто! Слышишь, ты мне никто! Я буду…

– Значит, пора это исправить, – сказал Аран и стремительно притянул к себе. – Каюта! – громко скомандовал он, и вокруг нас буквально из ниоткуда выросли перегородки.

– Ар… – испуганно выдохнула я и утонула в фейерверке ощущений, когда он властно накрыл мои губы умопомрачительным поцелуем.

– Ты сама виновата, Кристи, – хрипло сказал Аран спустя пару минут, и что-то прохладное обвило мое запястье. – Не уверен, что это остановит тебя, но если переместишься, то только вместе со мной.

– Что? Опять? – не поверила я. – Ты серьезно?! Аран, сними это немедленно! – воскликнула я и потрясла рукой с надетым на нее поводком.

– Нет, – отрезал он и сел на взявшуюся откуда-то кровать. – Я устал от твоих выходок. Спать теперь будем вместе.

– Не буду я с тобой спать!

– Еще недавно ты была другого мнения, – сказал он и потянул поводок так, что я оказалась между его коленей.

Надо было злиться, кричать и отстаивать свою свободу, но вместо этого хотелось пропустить сквозь пальцы его золотистые волосы, провести по контуру лица, опуститься на колени, прижаться и вдохнуть пряный аромат его кожи. Забывая обо всем, теряясь в неге и чувстве защищенности, которое, несмотря ни на что, возникало всякий раз, когда он был рядом.

– Мне не нравятся твои методы.

На это Аран лишь усмехнулся.

– Ты голодна? – спросил он. Все еще злясь на него, на себя, я все же кивнула. Аран взял меня за талию и, чуть отодвинув, подошел к стене. – Кирг, подай ужин в каюту, – сказал он, нажав неприметную панель.

– Невероятно. Почему же Великий тар сразу не путешествовал с комфортом?

– Потому что до недавних пор ему это было ни к чему.

После ужина и непродолжительного душа с торчащим из-под двери поводком Аран бесцеремонно сгреб меня в охапку и уложил на постель. Затем лег рядом, обхватил здоровенной ручищей мою талию, крепко прижав к себе, и укрыл сверху расправленным крылом. Я недовольно сопела и елозила, но скоро поняла тщетность попыток. Не говоря о том, что от моих телодвижений Аран начал подозрительно громко тяжело дышать и прижиматься еще сильнее.

– Разве полная ипостась не отнимает силы? – предприняла я попытку.

– Лежа – нет, – отрезал Аран.

– А может, тут есть обычные одеяла?

– Если ты не хочешь спать, есть занятия куда более интересные, чем беседа, – выдохнул он мне в шею.

– Ар, ты невыносимый, беспринципный, самонадеянный варвар. Спокойной ночи!

– И тебе, моя строптивая эйни-тар.

Как ни хотелось ответить очередной колкостью, я промолчала. Лежа в обнимку с горячим Араном, безопаснее все-таки спать.

А еще я начала подозревать, что у странного словосочетания есть и другое значение, помимо «опекаемой». Засыпая, твердо решила наладить отношения с Ильнирой и выведать у нее все необходимое.

* * *

Я проснулась от противного писка и легких толчков. Флайт, движение которого до того не ощущалось вовсе, покачивало из стороны в сторону.

– Мой тар, – послышалось из-за отъехавшей в сторону перегородки.

– Что случилось? – сипло спросила я.

– Рен! – позвал Аран и, когда тот, спросонья потирая глаза, показался в каюте, передал ему мой поводок. – Я доверяю тебе, – сказал он, пристально глядя другу в глаза, и ушел.

Снаружи слышались отрывистые команды и шум. Рен не закрыл «дверь», но и не позволил мне выйти.

– Похоже, буря. Не стоит им мешать.

– Это опасно? – Рентель молчал. – Рен!

– Не более чем все остальное, – ответил он непонятно, чем еще больше встревожил меня. – Лучше расскажи, что вы опять не поделили? – кивнул он на мои путы.

– Тебе ли не знать повадки этого варвара, – насупилась я. – Что ты вообще тут делаешь с ними? Почему не в Энфейне?

– В Энфейне меня уже давно ничего не держит. В Эндорфе сейчас спокойно и… скучно, а Аран уже более двадцати лет мой друг. Когда-то он спас мне жизнь, пусть я тогда и не хотел этого. Теперь я плачу ему тем, чем могу.

– Вот этим? – спросила я, потрясая рукой. – Класс, продолжай в том же духе.

Рядом с кроватью я обнаружила брошенные вчера прямо на пол книги и, еще раз зло взглянув на Рена, села читать.

Поначалу сосредоточиться было сложно, но вскоре шум немного стих, а чтение увлекло.

Как выяснилось, помимо Салудона, в который меня занесло, в Энфейне еще два государства – Эквален и Крейсенрен. Отношения между всеми тремя непростые, но войны, насколько я поняла, нет. Учебник истории Салудона, написанный сухим скучным языком, содержал массу названий, имен и дат, мало о чем говорящих мне, и потому я отложила его почти сразу. Куда больше заинтересовала вторая книга. Она подтверждала и существенно дополняла рассказанное Реном о Шестимирье. Шесть миров, и все почему-то начинаются с «Эн»: Энфейн, Эндорф, Энсунтур, Энсшей, Энсколд и Энлант. Два последних почти полностью закрыты для перемещений, а Эндорф – единственный, из которого можно попасть в любой другой мир. Если ты не ключник, разумеется. Ключникам стационарные переходы между мирами ни к чему. В цепи переходов Эндорф стоит в центре, но почему устроено именно так, никто не знает. Дорфов, коренной расы этого мира, ныне живущие уже не застали. Но и без них Шестимирье населяет множество разумных и полуразумных рас. В Энфейне это собственно фейны, драны (на картинке был изображен напоминающий ожившее дерево старичок) и маленькие крылатые эльфы, которые разумными считались лишь наполовину.

– Надо же, – прошептала я, вспоминая свои любимые детские сказки. А ведь это были земные книги! Да что там, не только детские или относительно современные истории, но и сохранившиеся в веках легенды, мифы и сказания. – Выходит, не такие уж и вымышленные?

В тот момент мне остро захотелось повстречать такое маленькое крылатое создание, чтобы убедиться, что все это правда. Все происходящее в моей жизни сейчас – правда.

Далее в книге шел Энсунтур. Помимо сунтуров, или, как еще их называли, хамелеонов, его населяли русалы!

На этом моменте я самым что ни на есть кощунственным образом отогнула уголок страницы, чтобы вернуться к расам позже, и во избежание передозировки сказочного и невероятного пролистнула дальше.

Следующий раздел посвящался разновидностям проявления силы. Шире всего в мирах была распространена стихийная магия, а потому в основном о ней и шла речь. Для фейнов, сшеев, сколдов и отчасти сунтуров предлагалась единая классификация, используемая в Академии Финфорт. Огонь, к которому относились защитники и воины, земля с растениеводами, садовниками, травниками и строителями, вода с врачевателями и лекарями и воздух, который заинтересовал более других своим разнообразием. Оказывается, ключники в основном относились к этой стихии, но не развивали ее, отдавая преимущество перемещениям.

Ключники… О них самих сказано было крайне мало, и все я знала уже и так.

Составитель учебника представлял Шестимирье одним организмом и давал исторические факты единой массой, не разделяя их на события того или иного отдельно взятого мира. Воспринимать преподносимую таким образом информацию было сложно, голова гудела от обилия непонятных терминов и названий. Я пролистывала страницу за страницей, пытаясь найти что-то относительно знакомое, то, что даст ответы на мои вопросы. И нашла.

Чуть больше двадцати лет назад в Эндорфе почти до самого основания была разрушена крупнейшая Академия Шестимирья – Финфорт. А почти следом за этим оказалась закрыта и вторая академия этого мира – Азадор. Финфорт со временем восстановили, но существенно ограничили набор студентов, поставив тем самым одаренных со всего Шестимирья в весьма затруднительное положение.

– Что же такого там произошло, что Академию разрушили почти до основания? – ошарашенно пробормотала я. Вслух. Потому что Рен тут же ответил:

– Орден постарался.

– Что? – подняла я глаза.

– Ты ведь спрашиваешь о Финфорте? Так вот, это длинная и неприятная история, Кристи. Тогда пострадало много разумных со всего Шестимирья, особенно ключников и студентов Финфорта. И если ты читаешь учебник, написанный в Энфейне, то правды в нем, скорее всего, не найдешь.

– Почему?

– А потому что далеко не все фейны до сих пор желают признавать участие и вину Ордена. А некоторые – и его существование, – горько усмехнулся он.

– Что за Орден? – спросила как можно более непринужденно.

– Их называют Орденом очищения. Они ратуют за чистоту крови и магии, превосходство фейнов над другими расами и прочую опасную чушь.

– Что же они сделали? Зачем?

– Власть, Кристи. Причина почти всегда одна. Под Академией находилось то, что позволило бы Конраду контролировать все перемещения в Шестимирье. Все, понимаешь?

– Не особо, – призналась я. В учебнике даже вскользь не упоминалось ничего подобного.

– Шестой переход, спрятанный в скале под Финфортом, был единственным работающим переходом на тот момент.

– Переход… А как же ключники? – спросила я и, кажется, начала догадываться. – Исчезали?

– Да. Орден позаботился и об этом.

Какое-то время я просто молчала, переваривая услышанное и собираясь с мыслями. Картинка, которая складывалась в голове, пугала и в то же время дарила надежду. Надежду понять, кто я.

– Если все так, почему же в Энфейне не признают произошедшее? Как такое возможно? А главное, почему ты так уверен, что все было именно так, а не иначе? – уточнила я.

– Потому что я был там, Кристи. В то время я учился в Финфорте и лично штурмовал развалины, чтобы освободить оставшихся внутри студентов и отстоять Академию и шестой переход.

Я кивнула, а затем, внутренне содрогаясь, тихо спросила о главном:

– И чем все закончилось? Их нашли?

– Нет, Кристи. Почти никого из ключников больше не видели. Что стало с ними, остается загадкой до сих пор. И именно об этом я подумал сразу, когда услышал твою историю.

– Ведь ты говорил мне, а я не поняла. Выходит, мои родители – те самые ключники… Перешедшие на сторону Ордена?.. Или… Что они делали на Земле? И где тогда остальные?

– Этого я не знаю, Кристи.

– Неужели их не искали?

– Искали. Но Энлант – закрытый мир и очень густо населенный, организовать там масштабные поиски практически нереально. И я все больше склоняюсь к мысли, что именно там они и укрылись. С помощью Ордена или же спасаясь от него.

– Рен, значит, их нашли?! То чудовище, чего оно хотело от меня и куда исчезли родители? На кухне стоял жуткий разгром, значит, они боролись! Мне нужно отыскать их!

Дыхание сбилось, я заметалась из стороны в сторону, а потом замерла и медленно перевела взгляд со своего запястья на Рена.

– Даже не думай!

– Не могу ждать, – сказала я и перенеслась.


Глава 11

Поводок дернул запястье, но не помог устоять, и я грохнулась на пол. А потом на меня свалился Рен.

– Драный варг!

– Слезь, – просипела я и что есть силы пихнула его в грудь.

Рен откатился в сторону и, судя по гневному возгласу, ударился о стоявший рядом стол.

– Куда ты меня притащи…

Он вдруг замолк на полуслове и жестом велел не высовываться. За дверью послышался шум, а потом она с грохотом распахнулась. Я высунулась из-за стола и увидела, как некто в светло-голубой хламиде вошел внутрь, втолкнув перед собой Клайса.

– Где твои хозяева, щенок? – вскричал неизвестный и тряхнул паренька.

– Ты их знаешь? – одними губами спросил Рен.

– Только Клайса, – шепнула в ответ. – Надо помочь ему!

Следом за первым в кабинет вошли еще двое в точно таких же странных одеждах.

– Бесполезен, – обронил один из них, и в руке другого возник серебристый клинок.

Рен резко поднялся над столом, служившим нам укрытием, и выпустил из ладоней струю пламени, отрезая Клайса от чужаков.

Я вздрогнула, представив кучку углей, в которую они, должно быть, превратились, однако типы в хламидах не пострадали. Вокруг каждого из них красовалась теперь полупрозрачная искристая пленка.

Стоящий впереди сделал пасс рукой, и… Клайс исчез, буквально растаял в воздухе.

Я вздрогнула и поскользнулась на невольно созданной мною же ледяной корке. Ухватилась за столешницу, приподнялась, но тут же пригнулась. В дверной проем ворвался уже не просто огонь – целый поток черного пламени! Он буквально слизал защитные коконы с чужаков и обнажил их перед зашедшими следом магистрами.

Плеча коснулась чья-то рука, и по телу прошел озноб. Но не от прикосновения. В развевающейся черной мантии в кабинет ступил магистр Рейнод. Его жуткие, лишенные белков глаза едва мазнули по мне, но изо рта все равно вырвался клуб пара, а с ладоней на пол осыпалась снежная пыль.

– Уходим, – шепнули над ухом, и мне почудился голос Клайса.

Тем временем в руках магистра заполыхал черный в оранжевых прожилках огненный шар, на что безумец в голубой хламиде лишь усмехнулся и ударил непонятной силовой волной. Разбитые вдребезги стекла разлетелись во все стороны, попадала мебель, я сама с трудом удержалась на четвереньках. У магистра же едва взметнулись полы мантии.

– Уходим! – куда громче позвали меня и, сжав плечо, потащили назад.

Я развернулась и встретилась с встревоженными, болотно-зелеными глазами Клайса. Открыла было рот, чтобы спросить, как он оказался тут, но Рен, сурово поджав губы, втолкнул нас обоих в противоположную от входной дверь.

– Вот мы и встретились, – зло шепнул он, глядя на запертую дверь. Затем развернулся и посмотрел на Клайса: – Ставить контуры умеешь? – И когда Клайс неуверенно кивнул, скомандовал: – Помогай!

Они какое-то время водили руками у двери, а я осматривалась. Окон нет, других дверей тоже. Только огромный камин, несколько столов, кресла и стеллажи с книгами высотою до самого потолка.

– Где это мы? Здесь нет другого выхода?

– Все-таки добрался, – истерически хихикнул Клайс и окинул помещение восторженным взглядом. – Библиотека магистров.

– Похоже, я плохо на тебя влияю, – пробормотала я.

– Неудивительно, – усмехнулся Рен и вплотную подошел к Клайсу. – М-да, – произнес он, рассматривая эмблему на пиджаке Клайса. – Трудно было ожидать чего-то другого. Но, Кристи, – повернулся он ко мне, – можешь объяснить, почему именно темные фейны?

– Какие? – растерялась я.

– Да, учебник истории был правильной мыслью, только не салудонского происхождения!

– Что за манера все критиковать?! Ты же знаешь, что я совершенно не в теме происходящего и не выбираю, куда перемещаться! Клайс! – повернулась я к парню в поисках поддержки.

– Прости. Это все знаки на форме. Кто это вообще такой и как ты сумела его перенести? Тут ведь везде защита, – уже тише добавил парень.

– Похоже, Мари не зря советовала не носить форму, – обиженно буркнула я. – И я его не перемещала, он сам!

Приподняв руку, я продемонстрировала запястье с болтающейся серебристой лентой поводка.

– Магическая цепь? – спросил Клайс и подозрительно взглянул на Рена. – Но защита все равно не пропустила бы…

– А служителей Сияющего? – спросил Рен хмуро.

– В самом деле. Видимо, это они пробили защиту.

– О чем вы вообще говорите? Какие еще темные, какие сияющие? Я ничего не понимаю!

– Успокойся, Кристи. Темные, потому что злоупотребляют запрещенными обрядами, изменяя природу магии и самих себя. Служители Сияющего – еще одни фанатики, только на этот раз из светлого Эквалена. Нас видели только последние, а они вряд ли выживут, так что переживать не о чем.

– Не о чем переживать? Ты вообще сам себя слышишь?! И что теперь делать?

– Вмешиваться мы точно не будем. Пока.

– Нас теперь исключат, да? – спросила у Клайса, чтобы как-то отвлечься от ужасающих мыслей.

– Мы, конечно, запечатали дверь, но магистры без труда пробьют ее, так что лучше тебе все же перенести нас, – с грустью в голосе произнес парень и бросил тоскливый взгляд на желанные стеллажи.

– Но они все равно нас видели! И как это – перенести вас? Поводок у меня только один, – зло усмехнулась я.

– Они не видели. Так ведь, Клайс? И для того чтобы кого-то переместить с собой, поводок тебе не нужен, – сказал Рен.

– Как это?

– Ты ведь никому не скажешь? – убитым голосом вопросил Клайс.

– Вы издеваетесь?! О чем не скажу?

– Это мой дар. Я становлюсь невидимым и могу сделать такими же любые предметы, которых касаюсь. И не только предметы.

– Он спрятал нас до того, как вошли темные. И ты, Кристи, тоже можешь так. Дар захватывает и тех, кого касаешься в момент его применения.

Я ошарашенно молчала пару мгновений, а потом все-таки возразила:

– Я перемещалась во время поцелуя, Рен. Одна.

– Видимо, тебе не понравилось, – усмехнулся этот нахал.

– Если ты хотела сбежать, вполне возможно, что магия послушалась, – поддержал его Клайс. – Да и вообще, кто знает, что еще ты умеешь, если для перемещений между мирами тебе не нужны даже двери! Это же невероятно!

– Кто бы говорил. Стал невидимым! Я думала, этот тип в хламиде что-то сделал с тобой. Не уверена, что у меня получится… А если получится, Клайс окажется в Эн…

Рен не дал договорить, приложил палец к моему рту и произнес:

– Не так быстро, Кристи. Мы задержимся.

– Что? Как это – задержимся?

– Ты разве не видела тот огонь, Кристи? Он ничего не напомнил тебе? А я видел и кое-что еще, и оно меня весьма заинтересовало. И если бы не долг перед Араном, я уже был бы там, – кивнул он на дверь.

– Совсем обезумел? – шепнула я. – Сам же сказал, что там всех поубивают!

– Я не мальчик, Кристи, и давно не адепт. Так здесь именуют студентов? Огонь, закаленный пламенем дракона, может потягаться и с черным пламенем, и с негодяем, причастным к разрушению Финфорта.

– Не надо.

– Не стоит, – произнесли мы с Клайсом одновременно. – То, что вы сказали о темных, сполна относится к магистру Рейноду, – совсем тихо добавил парень.

– Интересное местечко ты выбрала для обучения, Кристи. Даже в Азадоре не позволяли себе столь явной демонстрации запрещенных практик.

– Я не выбирала, я оказалась здесь случайно. И останусь!

– Аран будет в восторге.

– Не говори ему! Рен, я тебя прошу! Мне нужно учиться и искать родителей, а не быть послушной марионеткой в его руках.

– Он совсем не так к тебе относится, – укорил меня Рен.

– Если он узнает, придумает что-нибудь похлеще этого, – сказала я, дергая за поводок. – А я даже заморозить по собственному желанию его не могу! Ведь получилось в прошлый раз…

– Защиту скоро восстановят, тебе лучше увести своего… друга, – сказал Клайс, буквально выдавив последнее слово.

– Насколько серьезна защита? – спросил Рен.

– Как минимум многослойный полог и сигнальная сеть, – нехотя ответил Клайс. – А на этаже магистров наверняка и что-нибудь похлеще. Нам тоже надо выбираться, – с тревогой посмотрел он на меня.

Рен хмурился и явно что-то прикидывал.

– Кто еще из магистров владеет черным огнем? – наконец спросил он, грозно глядя на Клайса.

– Они не показывают свою силу, – заметно сжавшись, ответил Клайс. – Разве что своим ученикам.

– Прости его, Клайс, – вмешалась я. – Он не такой плохой и невоспитанный, каким кажется. Просто… Это действительно важно для него. Для нас, – выдохнула я.

– Решившись на открытое противостояние с ними, вы ничего не узнаете, – сказал Клайс. – И, скорее всего, проиграете.

– Боюсь, тут ты прав. И что же делать? – спросил Рен насмешливо.

Только вот усмешка вышла горькой.

– Я попробую узнать, – вырвалось у меня, прежде чем я обдумала, что предлагаю. – Если ты пообещаешь ничего не говорить Арану! Ничего из того, что узнал сегодня.

– Он сочтет это изменой.

– Ты скажешь, когда будет что говорить. Скажи сейчас – и он сам же наломает дров!

– Наломает дров? – приподнял брови Рен.

– Сделает хуже. А потом… он поймет. Когда остынет.

– Не слишком-то убедительно, – протянул Рен.

– А знаешь, так даже лучше, – рассердилась я. – Расскажи, и я все равно найду способ бывать здесь, а вот ты переместишься обратно со мной и сюда уже больше не попадешь! Забыл? Ты не можешь перемещаться, зато могу я!

Знаю, прозвучало по-детски, но до чего же надоело не принадлежать себе!

– Справедливости ради стоит отметить, что тебе тоже нельзя перемещаться.

– Почему это?

– Пока на тебе нет печати ключника, ты вне закона.

– Клайс? – жалобно вопросила я. Почему-то его мнению я доверяла.

– Они ушли, – сказал тот, отстраняясь от стены. – Никого нет, я посмотрел.

– Ты уверен? Совсем никого?

Наткнуться на окровавленные трупы служителей совсем не хотелось.

– Да, – ответил Клайс, – можно идти. – И, прихватив с собой какую-то весьма объемную книгу, открыл дверь. – Как же ты перемещаешься без печати? – спросил он шепотом, выходя. – В Эндорфе ты, должно быть, уже давно в розыске. Там же повсеместно раскинута сигнальная сеть.

– Никогда не была в Эндорфе, – призналась я, на что получила полный недоумения взгляд.

– Все меньше понимаю, кто ты, и все больше симпатизирую, – неожиданно улыбнулся Клайс.

– Схемы кабинетов и лабораторий тут, разумеется, нет? – спросил Рен, подходя ко второй двери – ведущей в коридор. – Или все-таки?..

Он посмотрел на Клайса.

– Ну… кое-что у меня есть, – пробормотал парень.

– Не хочу вас расстраивать, но уже, – шепнула я.

– Что – уже? – не понял Рен.

– Решай быстрее, что скажешь или не скажешь своему вспыльчивому другу, потому что скоро мы увидимся.

Я прикрыла глаза, глубоко вдохнула и, медленно выдыхая, стала вспоминать освоенное на медитации.

– Кристи, что с тобой? – обеспокоенно спросил Рен.

– Ничего нового. Я не ключник, а недоразумение. Я не могу это контролировать! Если сюда я перемещаюсь еще более-менее по собственному желанию, то обратно – всегда в самый неподходящий момент.

– Вот оно что…

– Да, как видишь, вам с принцем не о чем переживать, никуда я не денусь!

– Тебя перебрасывает из мира в мир против воли? – шепнул Клайс удивленно. Любопытство в нем явно перевешивало и стеснительность, и желание во всем следовать правилам.

– Именно! Это ведь ненормально?

– Ну… Я плохо знаком с теорией перемещений, но похоже на нечто вроде магической привязки.

– И что это значит? Как-то можно ее снять?

– Об этом тебе лучше поговорить с наставником.

– Ну да, с наставником, которого у меня нет! – выкрикнула я. – Прости… Вся эта ситуация жутко нервирует.

– Один из вариантов – невыполненное обязательство. Оно будет держать, пока ты не выполнишь то, что должна, – тихо сказал Клайс.

– Должна?

– Возможно, ты проходила какой-то обряд, – предположил он.

– Возможно, – согласилась я. – Но только против воли!

– В таком случае силы, привязавшие тебя, существенно превосходят твои. И тут вряд ли что-то поможет.

Слова Клайса звучали как приговор, но в его голосе слышалось искреннее сожаление, и я успела порадоваться, что, по крайней мере, нашла нового друга. А потом перед глазами зарябило, и я согнулась от высокочастотного невыносимого писка.

– Защита? – зажимая уши, прокричала я.

Клайс кивнул и посмотрел на Рена.

– Перемещайтесь!

– А ты?

– Я выберусь! – улыбнулся он и, выскочив в коридор, захлопнул дверь с той стороны.

Для надежности схватив Рена за руку, я позволила давно подбирающемуся потоку силы захлестнуть меня и нырнула в магический вихрь. И с размаху приземлилась прямо на кровать, больно ударившись лодыжкой о ее край. Рен появился лишь мгновением позже и, в отличие от меня, без труда устоял на ногах.

Не прошло и десяти секунд, и в каюте, занимая собою едва ли не все ее пространство, показался Аран.

– Ну и где вы были? – спросил он нарочито спокойно и оттого еще более грозно.

– Началось, – прошептала я и посмотрела на Рена. Из носа у того текла кровь.

– Рен? – нетерпеливо повторил Аран.

– Мы были в Энфейне. Кристи плохо контролирует силу и ее переносит туда, где, как она думает, могут быть ее родители, – сказал Рен, в сущности даже не соврав, но при этом и не выдав главного.

– Как видно, вам там не обрадовались.

– Я редко перемещаюсь с ключниками-недоучками, – усмехнулся Рен и вытер тыльной стороной ладони кровь с лица.

Аран прожигал Рена взглядом и, очевидно, ожидал продолжения. Рен молчал, но я не была уверена, что его хватит надолго, а потому решила отвлечь Арана на себя.

– Со мной происходит что-то непонятное, – сказала я и сама подошла к нему, доверчиво заглянула в глаза. – Сила не слушается и перебрасывает туда-сюда. И Рен уж точно тут ни при чем. Флайт в порядке? Мы уже близко к воронке?

– Пришлось обогнуть бурю, но скоро прибудем на место, – ответил Аран на удивление спокойно.

– Тогда я буду готовиться, – кивнула я и хотела уйти, но Аран удержал за руку.

– Не делай глупостей, Кристи, – сказал он и снял с меня поводок. – Я погорячился, надевая его, но по-прежнему буду оберегать тебя и против твоей воли, если понадобится.

– Я знаю, Ар.

Ничего значительного вроде бы не произошло, но я впервые смогла поставить себя на его место. Аран хочет все контролировать. И должен, как тар своего народа. Но когда дело касается меня, силы, живущей во мне, настолько важной для всего Энсунтура, – он не может. И в этом ему не позавидуешь. Сложно балансировать на грани долга и свободы другого существа, которое к тому же считаешь не особо разумным.

Я ухмыльнулась своим мыслям и со всем уважением приняла этот его шаг – освободить меня и довериться, пусть даже оба мы понимали, что никакие поводки меня не удержат.

Пока летели, я вспоминала освоенное на медитации и, погружаясь в себя, призывала силу льда, пытаясь сделать этот процесс осознанным. Выходило не очень, но я верила, что смогу найти способ замораживать воронки не так болезненно.

Флайт приземлился бесшумно. Поняла, что пора, только когда Аран вновь появился в каюте.

– Эта воронка почти вдвое крупнее предыдущей, – сказал он хмуро. – Если хочешь, начнем с другой.

– В этом нет смысла. У меня нет прогресса в освоении силы, и вряд ли появится. Только не зли меня специально, не надо.

– Хорошо, Кристи. Я буду рядом.

Мы вышли молча и сразу двинулись к цели. Не знаю, последовал ли за нами Рен и что делали остальные. Я не смотрела по сторонам, сосредоточившись только на своей задаче.

Земля вокруг лавового озера была потрескавшейся и горячей. Я опустилась на колени и даже сквозь плотную ткань брюк ощутила жар, но не вскочила, а уперлась в мертвую почву еще и ладонями. И сморщилась от пронзившей боли. Ненадолго, почти сразу поверхность подо мной покрылась морозной пленкой, отгородив от жара. Однако прикосновение и боль сыграли свою роль, и через них в меня влилась чужая ненависть. Не такая яростная, как прежде, но не менее жгучая.

Она распирала меня изнутри, но не находила выхода. Тогда я сняла обувь и босиком пошла вперед. И там, где я ступала, земля покрывалась льдом. Скоро и этого стало мало. Ладони кололо, с них осыпалась морозная пыль, постепенно превращаясь в настоящий поток.

Я вытянула руки вперед и побежала. Казалось, сам ветер помогает мне. Подхватывает и несет, раздувает морозную силу далеко вперед и в стороны по пламенеющей земле. Только вот ощущала я не свободу и радость, а глухую, холодную ненависть. Снова. Она как будто выжигала все живое во мне, оставляя лишь пепел и горечь. Я слышала, как стонет подо мной земля, чувствовала боль погибших на ней растений и животных, и мне хотелось выть от безысходности и злости.

Я потеряла счет времени и уже почти забыла, кто я, куда и зачем бегу. Тарэйя довлела над чувствами, мыслями и желаниями, она почти захватила власть не только над моим телом, но и над душой. И отпустила, только когда погас последний язычок ядовитого пламени.

Упав на ледяную корку, я в кровь изранила руки. Видела, как стекают алые капли, но не могла ни осмотреть рану, ни подняться. Вообще ничего. Даже нормально дышать. Остатки жизненной силы стремительно утекали вслед за выплеснувшейся магической силой. Я точно знала: еще немного, и меня не станет. Провалится план лесной богини…

«Интересно, – промелькнула в затухающем сознании мысль, – Аран будет грустить только о неудачной попытке спасти его мир или и обо мне тоже?..»

Почему-то это казалось настолько важным, что ни о чем другом я в тот момент просто не вспомнила.

– Кристи! – закричал Аран совсем рядом. Поднял меня со льда, уложил в своих мощных надежных руках. – Кристи.

– Так плохо, – обиженно прошептала я, наслаждаясь теплом его тела.

– Кристи… Глупая.

– Это верно, умная не угодила бы в такой переплет.

– Неразумная, сильная, – продолжал он.

– Разве? – удивилась я и даже чуть приподнялась, чтобы лучше видеть его лицо.

Его близость, крепкие и в то же время нежные объятия, сначала тревожные, а затем все более задорные искорки в рыжих глазах словно живительный ручеек проникали внутрь, странным образом восстанавливая мои силы.

– Ты создала такой вихрь, что я не мог лететь за тобой. А потом упала. Кристи, не делай так больше.

– Как? – не поняла я. – Разве не этого ты от меня хочешь?

– Я могу нести тебя над воронкой, – сказал он.

– Ну конечно, это ведь решит проблему? – горько усмехнулась я.

– Тебе нужно отдохнуть. Я позабочусь об этом.

– Знаешь, кажется, я начинаю понимать слова Оракула о ненависти. Она сжигает меня изнутри всякий раз, когда сила выплескивается из рук. Не моя ненависть, ее. Той, что даровала мне силу. Я думала, что умираю, – добавила совсем тихо.

Аран наклонился и заправил прядь волос мне за ухо, провел пальцами по контуру лица, задержавшись на подбородке. Чуть приподнял его и… поцеловал. Смятение, радость, наслаждение и приток щекочущей силы – все смешалось. Я буквально чувствовала, как возвращается ко мне жизненная энергия, наполняя почти до краев. Что он делает? Зачем целует? Для этого?!

Отстранившись, позволила себе мгновение отдышаться и прошептала:

– Жаль, для тебя я всего лишь средство.

Я боялась поднять глаза, но не дождалась ответа и все же посмотрела на него. Аран хмурился, сурово поджимал губы. И молчал.

Внутри что-то оборвалось. Я права.

– На сегодня я выполнила свою часть уговора, – сказала как можно более ровно, – и дальше позабочусь о себе сама.


Глава 12

Я переместилась в Обитель прямо из горячих объятий Ара. Одна. Села на кровати и обхватила себя руками. Только холод шел изнутри, его не растопить ни костром, ни меховым одеялом.

Как же плохо…

Дверь отворилась, и в комнату буквально ввалилась Мари. Бледная, взлохмаченная, с трясущимися руками, она кое-как добралась до кровати и упала на нее.

– Что с тобой?

– Скоро узнаешь, – буркнула девушка в ответ и отвернулась, явно не желая разговаривать.

Я пожала плечами и невольно вспомнила ее предостережение при нашем знакомстве. Судя по всему, занятия не всегда даются легко…

Кстати, о занятиях. Я опять пропустила их, зато нашла на столе новые назначения. Наставники! Сразу двое! И первые встречи с ними уже сегодня. В три – с магистром Иссаном, ключником, и в шесть – с магистром Тирелем, стихийником.

Оставалось чуть больше часа. Не сидеть же в комнате с неприветливой Мари? А часы есть только тут… Настенные, круглые и невыразительные, а не помешали бы и наручные. Такие, которые на Земле широко использовали до появления разнообразных электронных гаджетов. Да и одежда пострадала при тушении воронки, а сменная осталась где-то в Энсунтуре.

Я встала и решительно пошла к выходу. Плевать на мнение искушенных в вопросах моды адептов – мне нужна форма! А по возможности и многое другое.

– Мари, – все же повернулась к соседке, – а где выдают форму?

– Цокольный этаж, – нехотя отозвалась она. – Вход с улицы. Или налево от входной двери есть узкая неприметная лестница.

– Спасибо! – улыбнулась я.

– Ты очень странная, Кристи. Но удачи.

Слова Мари в очередной раз смутили, но я не позволила себе сомневаться.

В кладовой, как я про себя назвала это помещение, было пустынно и затхло. Судя по всему, адепты в самом деле захаживали сюда нечасто. Зато средних лет темноволосая фейнка встретила меня более чем радушно.

Мне удалось подыскать подходящего размера брюки, весьма симпатичную, в ретростиле жилетку и пару светлых атласных блуз под нее. От юбок и комбинаций с ними, несмотря на то что фейнки предпочитали брюкам платья и юбки, я отказалась. При спонтанных перемещениях, полетах и выплесках морозной силы куда разумнее использовать нечто более практичное.

Помимо стандартного набора одежды мне также пообещали доставить в скором времени то, чего не нашлось на складе. А именно: три комплекта нижнего белья нужного размера, сумку, наручные часы, расческу, зеркало и прочие мелочи, которые я успела купить в Энсунтуре, но там же и потеряла.

Обратно возвращалась довольная собой и в приподнятом настроении. Пока не вспомнила о Клайсе. Удалось ли ему выбраться с этажа магистров незамеченным? И что ему грозит, если все-таки нет?

Я развернулась и побежала к библиотеке, но Клайса там не обнаружилось, а где еще искать его, я не знала. Пока брела назад, заметила нетипичное оживление рядом с мужской частью жилых комнат и рискнула спросить:

– Вы не знаете, в какой комнате живет Клайс? Или, может быть, видели его сегодня?

– Не лезь! – отмахнулся высокий рыжеволосый парень и едва не сшиб меня с ног, резко от чего-то отпрыгнув. – Кончай его! До магистра не дотянем.

– Откуда эта тварь вообще тут взялась? – спросил другой.

– Это Трен перемещался в Энсколд, вот и приволок на хвосте, – усмехнулся третий.

– Я зачищаю проходы, в отличие от тебя! – злобно гаркнул, судя по всему, тот самый Трен.

– Давай же! – прокричал рыжеволосый. – Это сейчас он выглядит безобидным, а если решит напасть, мало не покажется! Вон пленка твоя уже по швам трещит.

– Погоди. Сам знаешь, агрессивная магия вне аудиторий запрещена, а он, похоже, и так сейчас сдохнет. Здесь слишком для него жарко.

– Предлагаешь подождать? – усмехнулся рыжий, а я содрогнулась от тонкого душераздирающего писка. Не звук, скорее дуновение морозного ветерка, проникающее в самое сердце.

Буквально локтями растолкав адептов, я увидела на полу крошечного, окруженного полупрозрачной пленкой зверька. Слипшаяся белая шерстка, пронзительный взгляд больших темно-синих глаз, огромный нос странного темно-фиолетового цвета, длинные лапы с длинными же, чуть загнутыми когтями, как у ленивца. И вообще – если бы не размер и цвет шерсти, он весьма напоминал бы это редкое земное млекопитающее.

– Кто это? Зачем вы его мучаете?

«Ленивец» не отрываясь смотрел мне в глаза и опасным совсем не казался. Наоборот, крайне несчастным.

– Уберите эту ненормальную, а то еще пострадает ненароком, а нам отвечать.

– Никуда я не пойду!

– Послушай, это опасное магическое животное. Одно из тех, чьи перемещения в Энфейн строго запрещены.

– Яги хороший, – раздалось совсем тихое прямо у меня в голове. – Яги просит помочь… – Там же, уже громче.

– Яги?

Зверек с трудом поднялся на задние лапки, а передними уперся в сферу.

– У него нет здесь магической силы, – отчего-то полностью уверенная в своих словах, сказала я и в три широких шага оказалась рядом с… Яги?

– Стой! – в один голос прокричали сзади, но я уже подхватила создание на руки. Пленка вокруг него лопнула, оросив брызгами пол.

Адепты тут же отпрянули от меня как от заразной, а вот зверек… Вместо того чтобы испепелить их невиданной силой или растерзать маленькими коготками, безжизненно рухнул на мои ладони.

– Яги?..

– Все-таки сдох? – спросил рыжеволосый и подошел ближе.

– Зачем вы так? Он ведь никому не сделал ничего плохого!

Обида, злость, сожаление бушевали внутри, а ладони похолодели и покрылись белесой пленкой инея. Я сжала Яги в руках, протиснулась мимо затихших адептов и быстро пошла по коридору прочь. Нужно решить, как поступить с тельцем, поспешить на первую встречу с наставником и хорошенько запомнить: Обитель – жестокое место, где каждый вправе рассчитывать только на себя. Но вместо этого ноги несли меня к единственному уголку, в котором, казалось, я могу укрыться. В комнату.

– Адептка Кристина? – остановил меня оклик почти у самой двери.

– Да? – растерянно повернулась я.

– Магистр Иссан велел проводить вас к нему, – сказал молодой презентабельный фейн. Секретарь? – И вы уже опаздываете, – добавил он, заметив брошенный на желанную дверь взгляд.

Я кивнула и, спрятав за спину тельце Яги, последовала за фейном.

Шаг, другой, и пространство коридора огласил звонкий чих, а в руках у меня отчетливо шевельнулся Яги.

«Живой!» – едва не прокричала я.

На повороте я незаметно положила его между топом и туникой и подвязала последнюю так, чтобы зверек не выпал.

– Только не чихай! – шепнула ему и зашла в распахнутую передо мной дверь.

– Прошу, проходи. – Мужчина средних лет встал из-за стола и указал на кресло напротив себя. – Кристина, верно? Мое имя Иссан, и до иного распоряжения я буду твоим наставником.

– Здравствуйте, – тихо ответила я и села.

Магистр Иссан больше походил на профессора университета, чем на магистра Обители магов. Коротко стриженные темные волосы, мощная шея, широкие плечи… Для фейна он выглядел довольно упитанным. И что интересно, одет магистр был не в мантию или камзол, а во вполне современный костюм.

– Я частенько бываю в Эндорфе, – заметив мое удивление, с улыбкой объяснил он. – Да и в других мирах. А потому одеваюсь наиболее нейтрально для любого из них. Что ж, расскажи мне о своем даре. Сколько миров ты уже охватываешь? Как давно проявился дар ключника? Это произошло в Эндорфе или здесь?

– Я… сама еще не разобралась, – замешкалась я, пытаясь решить, можно ли рассказывать наставнику всю правду. – Так вышло, что в Эндорфе я еще не была.

– Не стоит переживать, это поправимо, – улыбнулся Иссан. – К тому же если дар проявился сразу, это говорит о его силе. А то, что ты еще не посетила Эндорф, в сложившихся обстоятельствах даже к лучшему. Так куда же ты перемещаешься?

– Только в Энсунтур.

– Любопытный выбор. Тебя впервые перенес туда кто-то из родных?

– Из родных?.. Это вышло спонтанно. И до сих пор плохо поддается контролю.

– Вот как. Тебе ведь известно, что обычно ключники перемещаются только в миры, в которых уже побывали через переходы Эндорфа? В редких случаях достаточно другого ключника.

– Я… не знаю.

– Ничего, мы здесь как раз для того, чтобы во всем разобраться, верно? Если магистр Тень, – лукаво улыбнувшись, добавил Иссан, – ничего не напутал, твой дар отличается не только этим. Ты перемещаешься без дверей?

– Да, – совсем сникла я, ощущая себя не уникальной и необычной, а бракованной.

– Прекрасно. Покажи!

И он резко поднялся со своего места, жестом призывая меня поступить так же.

Я пыталась изо всех сил. Даже представляла Арана, а под конец почти жульничала, ища внутри тот самый поток, что обычно притягивает меня в Энсунтур. Но ничего не вышло! Если подумать, я еще ни разу не перемещалась туда по собственной воле. Что, если я просто не могу?

– Ну же, не стоит расстраиваться, – подбодрил наставник. Он как будто и не был разочарован. – Чтобы научиться управлять силой, нужно для начала как следует изучить ее, познакомиться. Не пропускай медитации и пробуй перемещаться. Когда почувствуешь, что получается, отследи свои ощущения, нырни в себя именно в момент переноса, зафиксируй поведение силы, а потом расскажи. От этого будем отталкиваться.

– То есть мне можно перемещаться?

– Ну разумеется! Нужно! От просиживания на лекциях по теории дара толку не будет. Мы попробуем перемещаться и вместе, и по отдельности, испытаем разные техники. Но не раньше, чем ты почувствуешь ток силы, которую следует подчинить.

– А печать ключника? У меня ее нет.

– Тебе она ни к чему, – ответил Иссан, но впервые нахмурился. – Вернемся к этому вопросу позже и поступим так, как Магистр посчитает правильным.

Встреча со вторым наставником прошла более продуктивно с точки зрения освоения новых знаний, однако сам магистр Тирель, в отличие от Иссана, не вызвал симпатии. Было в его облике нечто неприятное и даже хищное. Заостренный длинный нос, чуть раскосые холодные голубые глаза, даже на вид жесткие иссиня-черные волосы, стянутые в хвост настолько туго, что с двух сторон ото лба открывались залысины.

Он тоже попросил показать, что я умею, и хотя сила слушалась плохо, я все же смогла стряхнуть с ладоней немного инея.

– Негусто, – констатировал магистр. – Что-то еще?

– Обычно лед, довольно много льда.

– Разрушительная сторона водной стихии. Значит, начнем с нее.

А дальше… До окончания занятия мы отрабатывали создание ледяного щита, который под самый конец худо-бедно все-таки начал получаться.

Измотанная тренировками, я вернулась в Энсунтур только к ночи. Когда меня потянуло туда, я даже не стала сопротивляться. Расслабилась в накрывшей волне и плавно упала на мягкую траву. И первым увидела Арана.

Почему я всегда перемещаюсь к нему? Не на волшебную поляну тарэйи, не в пламенеющую воронку или просто в лес, а к нему. Отчего в груди засела тоска и не отпускает? А он… Лишь мазнул взглядом и ушел во флайт. Ждали меня?

Я ступила на борт и пошла к каюте. Рен, сидевший среди воинов в кают-компании, посмотрел осуждающе и ничего не сказал, когда я проходила мимо. И что, спрашивается, я такого сделала?

Яги мирно дремал у меня в кофте, и я последовала его примеру. Если понадоблюсь – меня разбудят, в этом я не сомневаюсь.

* * *

Потянулись дни, похожие один на другой. В светлое время суток я училась в Обители, осваивая все новые премудрости управления силой. Контроль и сознательное направление обоих видов магии, перераспределение и синхронизация потоков силы, создание и удержание желаемой формы и даже свойств стихийной субстанции, настройка на объект перемещения… Почти ничего не получалось сразу, но упорство и желание во что бы то ни стало научиться делали свое дело.

Вечерами я возвращалась в Энсунтур и почти всегда ночевала на флайте, ставшем нам временным домом. И не только когда звала Тарэйя. Возвращения вошли в привычку, да и в компании Мари я отчего-то чувствовала себя все более неуютно.

Заморозка воронок по-прежнему давалась нелегко, хотя я упорно применяла все приобретенные на занятиях знания. Конечно, с таким режимом на медитации, лекции и даже тренировки с наставниками я попадала не всегда, но успешно отговаривалась спонтанными перемещениями и прочими неудачными попытками обуздать дар ключника. А Аран… не спрашивал.

Он отстранился и вел себя формально, сдержанно и даже холодно. И да, больше не целовал. И эти перемены в его поведении выматывали даже больше учебы и ненавистных воронок.

Единственный, кто радовал, – Яги. Он спал со мной, ползал по спине и плечам, аккуратно зацепляясь за ткань тонкими коготками, обожал фрукты, в избытке растущие в Энсунтуре, и рыбу, которую мы ели почти каждый день. Маленький обжора окреп, шерстка стала гладкой и до такой степени шелковистой, что руки сами тянулись его погладить. Яги не возражал, прикрывал блаженно огромные глазищи и кряхтел почти как котенок.

Но в еще больший восторг он приходил, когда я творила для него горстку снежинок или держала в покрытых инеем ладонях. Я подозревала, что он и без того подпитывается моей магической силой, но мне не было жалко. В этот непростой период, когда меня сторонился даже Рен, «ленивец» стал единственным другом. Тайным, ибо я не рассказала о нем никому. Яги умел быть незаметным, и иногда мне казалось, он обладает даром невидимости, как и Клайс. Последний, к счастью, нашелся целым и невредимым уже на следующий день после «исчезновения». И где бы вы думали? В библиотеке!

В калейдоскопе дней и задач я почти забыла о своей главной цели. Поиски родителей никак не продвигались. Аран молчал, а магистр Тень, по слухам, вообще покинул Обитель по каким-то делам. Оставалось только учиться и искать способы найти их самостоятельно.

– Ты плохо выглядишь, – сказал наставник Иссан прямо. – Которое из направлений так выматывает тебя?

– Я справлюсь.

– Кристина, силы тебе еще понадобятся. Это только начало.

– Я знаю, давайте продолжим.

Магистр Иссан велел мне настроиться на Ларка – второго своего ученика. Для отработки некоторых приемов мы теперь иногда тренировались в паре. Я должна была уловить его след и перенестись в один из незаселенных уголков Энсшея, куда он переместился ранее.

Но, наверное, в тот день я слишком много думала о родителях, потому что перенеслась не в так похожие на Энсунтур джунгли Энсшея, а на Землю, прямиком домой. Здесь все осталось по-прежнему. Раскиданные по полу вещи, тишина – и ни души. Значит, родители не возвращались… Что же делать? Почему меня занесло именно сюда? Только ли потому, что мы тут жили?

На глаза попалась сумка, с которой я ходила в день их исчезновения, припомнился разговор с Асей. О городе и врачах. У родителей было не так много знакомых и еще меньше друзей. И доктор Виталий относился как раз к последним. Может, он тоже не человек и что-то о них знает?

Окрыленная надеждой, я набросила тонкий ярко-красный плащ, который скорее скрывал иномирскую одежду, чем грел, схватила сумку и, осмотрев округу через камеры, вышла из дома.

«Если о нашем исчезновении кто-нибудь заявил, мой проездной отследят, но к тому времени я, скорее всего, буду уже далеко», – подумала я и села в автобус, идущий в город.

Мы бывали здесь нечасто, но клинику доктора Виталия я нашла без труда. Только вот, несмотря на будний день, она оказалась закрытой. Странно. К счастью, домашний адрес врача я тоже знала. Он снимал квартиру прямо над клиникой, и иногда после приема мы пили у него чай.

Поднявшись на нужный этаж, я нажала кнопку звонка и улыбнулась в визор. Через некоторое время дверь отворилась, впуская меня в тускло освещенный холл. Из гостиной доносился шорох, и я громко спросила:

– Доктор Виталий, вы там? Это Кристи, – зачем-то добавила я, хотя и так было понятно: раз он открыл дверь, значит, видел меня.

Виталий не ответил, и я неуверенно пошла вперед. Лампы в коридоре были выключены, и свет проникал только через арку, ведущую в гостиную.

– Прошу прощения за беспокойство, но мне очень нужно с вами поговорить.

– Конечно, Кристи, – услышала я хриплый, едва узнаваемый голос доктора и с опозданием догадалась, что клиника может быть закрыта из-за болезни самого врача.

Нехорошо тревожить больного, но выбора не было, и я решительно переступила порог комнаты.

Виталий задумчиво стоял у окна спиной ко мне и, судя по растрепанным волосам и смятой одежде, болел уже не первый день.

– Похоже, я не вовремя, – улыбнулась я. – Но не отниму у вас много времени. Только хотела узнать, не видели ли вы моих родителей в ближайшие дни. Или, возможно, знаете, где их искать?

– К сожалению, нет, – все так же хрипло ответил он и повернулся.

Даже против света я отчетливо разглядела его нечеловеческие ярко-красные глаза.


Глава 13

– Нет, нет, не может быть, – бормотала я, сидя на полу в кабинете наставника. – Слава богу, я ключница. Как хорошо, что я ключница!

Ужас не отпускал, и перед внутренним взором стояли чудовищные глаза, кривая ухмылка и клыки.

– Кристина, – обеспокоенно спросил магистр, – что с тобой? Где ты была?

– На Земле, – не задумываясь, ответила я и, осознав, что сказала, подняла на него встревоженные глаза. – Я не вовремя вспомнила о родителях и переместилась туда.

– Энлант? Почему же туда? Твои родители допущены до посещения закрытых миров?

– Не знаю.

– Но тебе удалось верно настроиться? Ты ведь увиделась с ними?

– Нет, боюсь, что нет.

– Энлант. Крайне любопытно, – произнес магистр после непродолжительных раздумий, а затем совсем тихо добавил: – Я все больше склоняюсь к мысли, что твой дар – нечто среднее между даром ключника и способностями переходящей. Что весьма ценно. Весьма.

Иссан отпустил меня, и я потерянно бродила по коридорам, ожидая перемещения в Энсунтур. Но Тарэйя не звала, и в итоге пришлось идти к себе в комнату. Конечно, я могла попробовать перенестись к Арану сама, но… не хотела. Одно дело, когда мне не оставляют выбора, и совсем другое – спешить к нему сознательно.

Мари в комнате не обнаружилось и, по привычке сев на кровати, я начала анализировать произошедшее. Почему Земля? Раньше, всякий раз думая о родителях, я переносилась в Обитель, а теперь почему-то туда. Магистр сказал – переходящая… Но я не переходящая и не умею перемещаться в пределах одного мира. Что, если дело в этом? Неосознанно отправилась в место, больше всего напоминающее о них? Ведь родители не появлялись дома. Или я невнимательно смотрела?

Меня сковывал страх от одной мысли снова оказаться рядом с тем существом, в которого превратился доктор. Ведь превратился? Или его превратили? Как же так?.. Но страх не поможет найти родителей и, если понадобится, защитить их. Вампиры. Надо отыскать всю известную о них информацию! А пока… Попробовать снова.

Вооружившись новыми знаниями, я так живо, как могла, представила маму, потянулась к ней мыслью и… снова попала на Землю. К счастью, не в квартиру доктора Виталия, а домой.

– И какой в этом смысл?!

Я зажмурилась и снова подумала о родителях. И перенеслась обратно в Обитель.

Не понимая, что происходит, я перемещалась туда-сюда еще несколько раз. Итог был один. Выходит, они все-таки в Обители?! Или мой дар подводит меня…

Дождавшись ночи, я решила осмотреть Обитель внимательнее. Этаж магистров явно не единственное место, куда не разрешается соваться адептам. Но где скрывается остальное? Как минимум тот просторный зал с полуслепым стариком и упомянутые им лаборатории? Если на них стоит защита, переместиться туда я не смогу. Но, быть может, есть какой-то другой способ?

Не знаю, на что я рассчитывала, но сидеть и бездействовать было невыносимо, а потому, дождавшись, когда угрюмая Мари заснет, я вышла из комнаты.

– И где нам искать эти потайные залы и этажи? – спросила я вслух.

Яги, мирно спавший у меня за пазухой, шевельнулся, впервые за все время выскочил на пол и куда-то быстро побежал.

– Яги, стой! – громко шепнула я и рванула за ним. – Куда же ты, Яги!

Конец коридора, поворот, лестница, снова коридор… Зверек мчался стремительно, но всякий раз я в последний момент успевала заметить мелькнувшую в темноте белую шерстку.

Я так спешила, что не запомнила дорогу и с удивлением обнаружила себя где-то в подвале. Темно-серые каменные стены, освещенные лишь редкими магическими шарами, холод, сырость и Яги, карабкающийся по рельефной кладке к черной дыре под самым потолком.

– Стой! – выкрикнула я и подалась вперед, но неожиданно поскользнулась и со всего маху влетела в стену. Стену, которая при ближайшем рассмотрении оказалась и не стеной вовсе, а плотной, чуть переливающейся пленкой, сквозь которую я легко проскочила.

Кое-как поднялась на ноги и огляделась. В глаза бросились большие окна, из которых лился тусклый сумеречный свет. И откуда они в подвале? А вот светильников не было. Стены темно-синие, будто атласные, полированные двери темного дерева, неглубокие ниши в промежутках между ними. Где это я?!

– Яги! – негромко позвала я и, не получив ответа, неуверенно двинулась вперед.

У одной из дверей что-то блеснуло, и, подумав, что это спинка Яги, я подошла ближе. Закрыто. Не просочился же он сквозь дверь? Впрочем… Вспомнив, как становился невидимым Клайс, я готова была поверить и в такое. Взялась за ручку и осторожно открыла дверь, оказавшуюся незапертой.

Чей-то кабинет. Громоздкий письменный стол, книжные шкафы, кресла… и застекленная витрина с какими-то пузырьками и колбами, от вида которых сразу стало не по себе.

А потом взгляд упал на пустую стену рядом. В узорной красивой раме там висела не картина – какая-то табличка. Я сощурилась и разобрала написанное: «Чистой крови – сильнейшая магия. Избранным фейнам подчинятся миры». Холодок побежал по спине, не очень-то мне понравилась находка. Отойдя на шаг, разглядела ниже на стене нарисованные сцепленные круги. Пять образовывали большой круг. Еще один был в центре. Эндорф. От него тянулась жирная стрелка на место между Энфейном и Энлантом. А один из миров и вовсе был перечеркнут крест-накрест. Энсунтур.

– Что за…

Я попятилась и наткнулась на витрину так, что в ней задребезжали стекла. Метнулась к двери и впечаталась во что-то твердое, воняющее псиной. Нет, нет… Не может быть! Подняла глаза и едва не задохнулась от ужаса. Чудовище. Неужели опять?!

Несмотря на зубы и красные глаза, доктор Виталий был похож на себя. Этот же монстр до боли напоминал того, первого. Длинными клочьями свисала черная шерсть, целиком покрывая огромное тело. Подергивался большой черный нос, похожий на собачий или медвежий. И глаза… Они выглядели бы человеческими, если бы не противоестественный ярко-красный цвет. Трудно сказать, что пугало больше: жуткий оскал с выпирающими изо рта клыками или эти глаза.

Я рефлекторно сделала маленький шажок назад, на что чудище тут же зарычало и схватило меня за плечо. От шеи до самого копчика пробежал ледяной импульс, из ладоней осыпался иней… И все! Сила, которая была так нужна сейчас, никак себя не проявила!

Не успела собраться с мыслями, а чудище уже потащило меня за собой. Не набросилось сразу, что безусловно радовало, но и держало так крепко – не вырвешься.

Всего несколько метров, и то ли постучав, то ли поскоблив в дверь, монстр втолкнул меня в еще один кабинет. Почти такой же, как предыдущий. Мрачный, полупустынный и неуютный. Однако одно отличие все-таки имелось. Куда более пугающее, чем все остальное.

Низкий гортанный голос спокойно и холодно произнес:

– И кого же ты ко мне привел, Зандр?

Как всегда полностью в черном, из тени вышел магистр Рейнод.

– Магиня, – нечленораздельно прохрипело чудовище.

– Магиня? Ну что же ты, Зандр? Это пока всего лишь адептка, ведь так?

Черные глаза без белков уставились на меня, и я оцепенела от страха. Магистр Рейнод куда хуже любого вампира. Есть в нем что-то дьявольское, темное, мертвое…

– Вы разве не знали, адептка Кристина, – сделав упор на моем имени, произнес он, – что не следует ходить по Обители ночью? Ну что же вы? Не откусил же Зандр вам язык, отвечайте!

– Я не знала! – пискнула я. – Подобное не повторится.

– Очень на это надеюсь, – еще холоднее произнес магистр и после паузы глумливо добавил: – Ты ведь только начала обучение. Было бы обидно закончить его так рано.

А потом он подошел ближе, и я едва сдержала рвущийся из ладоней лед. Колючие кристаллики больно впивались в кожу, но я упорно сжимала кулаки. Не сейчас! Только не показать себя еще большей неумехой.

Магистр ухмыльнулся и провел рукой перед моим лицом, после чего я совсем перестала видеть. Как будто на глаза легла темная непроницаемая дымка. Я почувствовала себя совсем беззащитной, уязвимой и слабой, но постаралась глубоко вдохнуть и не дергаться.

– Будет куда лучше, Кристина, – прошептал Рейнод мне на ухо, – если в этой части Обители мы с тобой больше никогда не увидимся.

После этого меня опять грубо схватили и потащили назад. И в проводники (или все-таки конвоиры?) мне опять достался вампир Зандр.

Далеко идти не пришлось. Пройдя всего пару метров, чудище подтолкнуло меня в какую-то комнатку, настолько тесную, что опять пришлось вдыхать аромат его грязной шерсти. Затем мы резко ухнули куда-то вниз, в сторону, и, наконец, опять вверх. Комнатка, судя по ощущениям, оказалась кабиной лифта.

Не успела я прийти в себя от осознания этого факта, как меня поволокли дальше. С грохотом отворили какую-то тяжеленную дверь и втолкнули внутрь. Наступила тишина. Тяжелое дыхание и жуткие хрипы больше не раздавались рядом, а через минуту, которую я так и простояла в нерешительности, дымка перед глазами рассеялась, и я поняла, что оказалась на жилом этаже адептов неподалеку от своей комнаты.

Где же я была? Хотелось расспросить Мари, выведать все, что она знает о расположении корпусов и этажей Обители и тварях, встречающихся здесь. Я добежала почти до самой двери, когда совершенно неожиданно меня поглотил вихрь неумолимой тарэйи и перебросил в Энсунтур. Прямо в постель к Арану.

Принц спал, но стоило мне оказаться рядом, его ручища обхватила меня и притянула к горячему торсу. Аран глубоко вдохнул, чуть поелозил носом в моих волосах и затих. Я могла попытаться вырваться, отстраниться… Но в объятиях Ара было так тепло и уютно, что совсем никуда не хотелось.

Позволив себе отложить до утра все неразрешимые проблемы и трудности, я удивительно быстро успокоилась и заснула. Мне снились невероятно прекрасные сиреневые небеса, расчерченными розовыми полосами облаков, развевающий волосы морской бриз и мерные взмахи несущих меня крыльев. Я буквально упивалась окружающей красотой, стараясь вобрать как можно больше в себя, нежилась под лучами ласкового светила и млела от удовольствия.

А потом вдруг распахнула глаза и поняла, что целую Арана! Или все-таки он меня?.. Чуть отстранившись и тяжело дыша, мы смотрели друг на друга в упор, не произнося ни звука.

«Поцелует ли еще?» – пронеслось в голове.

Тут же стало жарко и неловко от его близости и собственных мыслей. И что же я сделала? Буркнув невнятное «вернусь к вечеру», постыдно сбежала, переместившись обратно в Обитель прямо из постели!

* * *

– Поразительно, – усмехнулась Мари, – ты даже не опоздала. Тень собирает всех в холле.

– Скоро? – спросила, забегая в ванную. – Пока не приму душ, никуда не пойду!

– Не торопись. Большинство адептов уже там, но все равно никто не ждет, что ты придешь вовремя.

– Мари!

– Я ни при чем, это ты у нас такая неуловимая. А Тень обычно немногословен, – добавила она и закрыла дверь с той стороны.

Ну что за жизнь такая, что даже помыться нормально нет времени?! А когда-то я так любила нежиться под струями прохладной воды, смывая усталость и напряжение. И останавливала себя, только вспоминая о водосбережении.

Со скоростью света намылив голову и ополоснувшись, я выскочила из ванной, толком не просушив полотенцем волосы. В холле в самом деле толпились адепты со всей Обители. Несмотря на довольно жесткую дисциплину, при таком скоплении народа стоял гвалт, разом стихший при моем появлении. Причиной послужила, конечно, не моя скромная персона, а Тень, поднявшийся на первые ступени широкой лестницы, ведущей на второй этаж.

– Всех приветствую! У меня две новости, – широко улыбаясь ярко-белыми на фоне черной маски зубами, без предисловий начал магистр. – Совет магов Крейсенрена признал учебной корпус нашей Обители полноценным учебным заведением для одаренных со всего Энфейна! Как вы знаете, признание любого объекта хотя бы двумя из трех государств дает ему общемировой статус. А значит, в скором времени наши ряды начнут пополняться крейсенренцами. Возможно, чуть позже мы дойдем до расширения учебных залов и этажей. Так что большая просьба ко всем адептам – проявите хотя бы минимальное дружелюбие и помогите новичкам на первых порах освоиться с нашими правилами. Это первое. Более конкретное, но не такое важное, как второе. Я наконец могу без сомнения утверждать, что мы стоим на пороге великого открытия, которое позволит поднять силу фейнов на поистине небывалую высоту! А также, – сделав паузу, добавил он, – что весьма приятно, значительно ослабить врагов. И в том, так или иначе, есть заслуга каждого из вас. Ваши усилия обретают реальное воплощение. Вы – лучшие представители своей расы и, как никто другой, достойны особого положения и особенной магии.

Оглядевшись, я поняла, что адепты воспринимают слова Тени со всей серьезностью и даже торжественностью. Надо же… Я начала постепенно смиряться с мыслью, что я – фейнка, но речи об избранности и исключительности расы фейнов не трогали меня. Даже напротив – настораживали. Особенно после увиденного в том кабинете… Но вот то, что именно здесь, в Обители, меня приняли, не спросив ничего, не потребовав документов, денег и доказательств того, что я достойна, – подкупало. Пожалуй, в этот момент, несмотря ни на что, мне впервые по-настоящему захотелось стать частью этой общины, этого народа. Найти свое место среди таких же одаренных фейнов, как и я. Вроде бы одаренная я…

Тень кивнул, и адепты тут же начали расходиться. Я замешкалась в толпе и поймала его взгляд, а затем и призыв подойти.

– Мне сказали, ты перемещалась на Землю, – огорошил меня магистр, едва я приблизилась.

– Да, – ответила растерянно.

– Замечательно, – улыбнулся он. – И весьма кстати. Не будем ждать, – загадочно добавил он и подозвал уже знакомого мне фейна – как я думала, секретаря. – Тебя проводят.

– Куда? – вмиг осипшим голосом спросила я.

– О, не стоит беспокоиться, – тепло (насколько это возможно в непроницаемой маске во все лицо) улыбнулся Тень. – Твою весьма необычную силу необходимо тщательно изучить, чтобы развивать ее правильно. Это не очень приятная процедура, но так нужно, ты ведь понимаешь?

Я кивнула, испуганно и неуверенно. Что он собирается делать? Какая еще процедура?!

– Все адепты время от времени измеряют уровень своей силы, – произнес магистр, ободряющее приобнимая меня за плечи. – Ничего страшного тут нет. Познакомишься со стариком Атарнателем. Да-да, не удивляйся, – рассмеялся он. – Раньше имена детям давали исключительно традиционные, правда, и куда более труднопроизносимые. Гинель, – кивнул он секретарю, и тот жестом пригласил меня следовать за ним.

Коридорами и лестницами мы дошли до этажа магистров и остановились у одной из дверей, на первый взгляд точно такой же, как и все прочие. Однако когда Гинель приложил к ней ладонь, по поверхности разошлось бледно-желтое сияние, а затем дверь и вовсе растаяла, явив черный провал.

– Прошу! – не без усмешки сказал фейн, указывая внутрь.

– Эм…

– Первый шаг в неизвестность всегда самый трудный, – подмигнул он.

– Ну ладно, – выдохнула я и ступила в темноту.

Мгновение – и вокруг проявились стены, почти такие же черные, какими казались из коридора, но с едва заметными отблесками. Гинель зашел следом и что-то нажал, после чего кабина пришла в движение.

Надо же… все-таки лифт. Я не успела открыть рот, чтобы спросить, много ли еще таких приспособлений в Обители, как, чуть подтолкнув в спину, меня уже вывели в коридор. Неприятно мрачный и пустынный. Потолки здесь казались выше, а вот щелочки окон ютились где-то высоко и освещали весьма скудно.

– Сюда, – велел проводник и распахнул широкую дверь. – Атарнатель, здесь ли ты, старик?

– Где же мне быть, молодой тан.

– Оставь эти эндорфские манеры. Мое имя Гинель, пора бы запомнить. Я привел тебе новую адептку. Первый отъем, проба и накопление. Сколько сможешь.

– Накопление? Ты уверен?

– Распоряжение магистра. Выполняй.

И, закрыв за собой дверь, Гинель ушел, оставив меня наедине с тем самым стариком, которого я встретила во время первого перемещения в Обитель. Жутковатые, покрытые светло-голубой дымкой глаза какое-то время пристально изучали меня, а затем их обладатель шумно выдохнул и жестом пригласил идти за ним.


Глава 14

– Кристина, верно я запомнил? – спросил старик, указывая на металлическое кресло, одиноко стоящее в пятачке неяркого света. А затем, отвернувшись, тихо пробормотал: – Следовало ожидать, что такой дар не останется без внимания верхушки. Быстро же, быстро.

Я с сомнением изучала неприглядный предмет, совершенно не горя желанием на него садиться.

– Придется, – будто угадав мои мысли, сказал Атарнатель. – Каждый из нас платит свою цену.

– О чем вы? – вконец растерялась я. Происходящее нравилось мне все меньше.

– О, не слушай засидевшегося в одиночестве старика, – наигранно рассмеялся седовласый фейн. – Ну же! Давай побыстрее разделаемся с этим.

Он снова отвернулся, что-то перебирая на столе, а я неуверенно села на громоздкое сиденье и поежилась. В зале было холодно, а из-за мокрой головы и поневоле засевшего внутри страха я совсем замерзла. Ладони, которые саднило еще со вчерашнего дня, от волнения покалывало и жгло прорывающимися морозными иголочками. А когда Атарнатель подошел и туго привязал мои запястья к подлокотникам кресла, они и вовсе заледенели.

– Не беспокойся, это просто меры предосторожности, – заботливо произнес он и потянул какой-то рычажок так, что ступни мои обхватил стальной жгут.

– Что вы собираетесь делать? – пролепетала я. – Зачем все это?

– Тебе разве не объяснили? Спросишь у наставника еще раз. А нам нужно начинать, – сказал он и как-то чересчур пристально посмотрел на меня.

Я успела заметить в его жилистых руках какой-то пузырек и попыталась перевести на него взгляд, чтобы рассмотреть получше, но не смогла! Жутковатые глаза буквально приковывали, голубая дымка из них тянулась ко мне, окутывая и гипнотизируя. Вслед за дымкой внутрь как будто пробирались холодные склизкие щупальца. Они сновали туда-сюда, вызывая чувство омерзения и крупную дрожь во всем теле, а потом внезапно остановились, отыскав нужное.

И потянули в себя мою силу!

Две местами сплетенные нити. Нежно-голубая, дар ключника, и совсем синяя – мой лед. Ведомые щупальцами, они послушно вытекали из меня. Мгновение, другое – и синяя нить закрутилась спиралью, превращаясь в настоящий вихрь. Сила Тарэйи негодовала, не желая покидать свой сосуд и едва не разрывая меня своим сопротивлением.

Я сжалась и глухо стонала, готовая молить богиню, чтобы та забрала меня.

– Пожалуйста…

Но Тарэйя оказалась бессильна. Сознание уплывало вслед за потоком силы, я засыпала, погружалась в вязкое забытье и утрачивала всякое желание сопротивляться.

– Ну же, держись! – неожиданно грозно воскликнул старик и сжал мое плечо, чуть встряхнув и вынуждая смотреть себе в глаза. – Ты можешь дать больше! Они будут недовольны и приведут снова!

«Не могу, – хотелось ответить ему. Хотелось спросить: – За что?! За что они так со мной…»

Но сил не осталось даже на это. Как же плохо…

– Не спи! – вдруг раздался звонкий голосок у меня в голове, и кто-то теплый нырнул мне под рубашку, оцарапал острыми коготками спину.

– Яги?

Я так удивилась и одновременно с тем испугалась за зверька, что на какую-то долю секунды сумела сбросить ненавистные щупальца.

Одного этого мгновения оказалось достаточно, чтобы вихрь Тарэйи вырвался на свободу и унес меня за собой.

* * *

Мягкая трава приняла в свои объятия, шлейф сладких цветочных ароматов окутал, а теплые солнечные лучи согрели. Я дома… Яги переполз ко мне на живот и ткнулся смешным прохладным носом мне в подбородок.

– Спасибо, дружок, без тебя я бы не справилась, – сказала я и почесала его за ушком. – Как же ты там оказался, а? И где был?

Яги впервые за все время нашего общения протяжно свистнул и стремительно шмыгнул мне за пазуху.

– Все любопытнее, – окинув меня беглым взглядом, сказал Аран и прошел мимо.

– Постой! – воскликнула я и резко поднялась, отчего голова тут же закружилась.

Ар не собирался останавливаться. Он быстро шел по направлению к флайту, около которого собралась группа воинов.

После произошедшего в Обители мне было плохо и… страшно. И совсем не хотелось оставаться один на один с малознакомыми несимпатизирующими мне сунтурами.

– Ар, давай поговорим, – попросила я и, заметив, что тот сбавил шаг, продолжила: – Что происходит? Ты постоянно отлучаешься и молчишь.

Аран остановился, постоял немного и, развернувшись, быстро оказался рядом.

– Я? А чем занимаешься ты, Кристина?! Эйни-тар, которая большую часть времени пропадает неизвестно где, рискуя собой и выставляя наследного принца на посмешище!

– А может, наследному принцу пора научиться уважать чужую свободу?! У-у-у… Я ведь хотела просто поговорить!

Я пошатнулась от пронзившей голову боли, но только плотнее сжала зубы.

– Получать ответы, не давая своих, не получится, Кристи.

– Хочешь знать, чем я занимаюсь?! – вскипела я. – Тем, что ты обещал, но не делаешь! Ищу своих родителей!

Со стороны флайта послышались голоса, и Аран, легко подхватив меня, взмыл в небо. Перед глазами потемнело. Боясь упасть, я что есть сил вцепилась в крепкую шею и прижалась к его груди.

Аран приземлился совсем скоро, но не торопил меня. И только когда я набралась смелости чуть отстраниться и поднять глаза, сказал:

– Ты не во что не ставишь мой титул.

– Я не сунтурка.

– Это я заметил, – усмехнулся он. – Ты несносная фейнка, с которой невероятно тяжело.

– А ты привык легко добиваться желаемого? – с вызовом спросила я и только потом поняла, как двусмысленно это прозвучало. Особенно когда стоишь настолько близко к полуобнаженному «богу» и дыхания ваши сливаются в одно.

– Только если меня желают в ответ, – сказал Аран тихо и наклонился так низко, что губы наши почти соприкоснулись.

Я сглотнула и замерла, совершенно по-глупому ожидая продолжения.

– Меня требует к себе отец. Уверен, на этот раз с воронкой ты справишься и сама. Ильнира отведет тебя.

Невесомо коснувшись моей щеки, он развернулся и исчез в густых зарослях.

– Вот, значит, как?! – Я злилась, кипела и почему-то чувствовала себя обманутой. – Значит, справлюсь сама?!

Выбравшись из кустов, увидела, как Аран заходит во флайт. Снаружи осталась небольшая группа воинов, среди которых была и Ильнира. Они чуть отошли в сторону, и флайт взлетел.

– Прекрасно! Восхитительно!

Пожалуй, я бы переместилась в Энфейн сразу же, если бы не произошедшее там. Я не успела обдумать, чем оно было и что делать дальше. Но и не собиралась замораживать чертову воронку! С каждым разом выплеск силы давался все мучительнее, Аран буквально выносил меня на руках, а теперь он ушел! На что он рассчитывает?!

– Кристина, – поспешила ко мне Ильнира, – вот и ты.

Поднялся ветер, и в считаные минуты нагнал серые тучи. Я хмуро посмотрела на девушку, а потом кивнула на пустое место, оставшееся после флайта.

– А где второй?

– Второй?

– В последний раз было два флайта.

– Не волнуйся, в случае необходимости я отнесу тебя на крыльях.

– Чудесно, – скривилась я. – А где Рен?

– Он улетел еще два дня назад, на том самом флайте. Разве ты не знала?

– А здесь не принято ставить меня в известность. Моя роль маленькая: заморозила – и свободна.

– Ты эйни-тар, – сказала она почтительно и склонила голову.

– Это пустой набор звуков, и не более, – устало выдохнула я и огляделась в поисках признаков лагеря. Поесть бы…

– Не гневи богиню, – испуганно прошептала Ильнира и заозиралась по сторонам.

– Это просто ветер. И тучи.

– Не тучи. Это пепел. Вблизи воронки сгорела деревня, мы не успели ее потушить. Кристина, нам нужно спешить, разве ты не чувствуешь, как гудит земля?

– Нет. Я чувствую, что не ела уже так давно, что не помню, когда это было. Они же не забрали все с собой? – спросила, имея в виду флайт.

– Не знаю, – растерялась Ильнира. – Вернее, это никогда не было проблемой, мы сходим на охоту. Как только ты закончишь.

– Ага, то есть кормить тоже не намерены? Что ж, прекрасно. – Злость бурлила внутри, и мне самой уже хотелось дать ей выход. – Что же ты стоишь? Смотри, я ведь могу и рассказать твоему тару, как халатно ты отнеслась к своим обязанностям. Должна была тащить силой к воронке, а сама даже не показала дороги.

Ильнира насупилась и шагнула вперед:

– Прошу!

Пока шли через лес, я накручивала себя все больше, а потому тот самый гул земли услышала не сразу. Почва под ногами вибрировала, и в пространстве явственно ощущалось напряжение.

– Подожди, – неожиданно остановилась Ильнира. – Что-то не так. – Она загородила меня рукой и тревожно вглядывалась в поредевший лес.

Я хотела было оттолкнуть ее и идти дальше, но услышала треск и громкий топот. К нам явно приближался кто-то большой! Ильнира же, вместо того чтобы защищать меня, вдруг отскочила назад. Не успела я удивиться, а ее сильные руки уже цепко обхватили меня за талию.

Едва различимый шорох, и за спиной сунтурки раскрылись огромные крылья.

– Не стоило идти одним, – выдохнула она мне на ухо и, кажется, перестала дышать.

Из-за деревьев показалось нечто громадное и, судя по пару, валящему из ноздрей, рассерженное. Гладкая, светло-коричневая, в редкие зеленые пятна шкура, большая приплюснутая морда с тремя глазами и шесть мощных лап.

– Что за чудище? – шепнула я, ибо Ильнира не торопилась взлетать, да и зверь замер в нескольких метрах от нас. – Знала бы, что у вас такие водятся, одна бы в лес не ходила!

– Кажется, это Альхзар, – едва слышно шепнула она в ответ и, отпустив меня, стремительно опустилась на одно колено. – Вестник и защитник Тарэйи, – добавила сунтурка и низко склонила голову.

– И чего он хочет?

– Помочь.

– Не очень-то похоже.

– Подойди, – услышала я.

– Нет уж.

– Подойди, – прогремело куда более требовательно, и я поняла, что говорила отнюдь не Ильнира.

– Он не откусит мне голо…

Не дав договорить, меня подхватил порыв ветра и буквально бросил в сторону чудища.

– Кристи? – встревоженно спросила Ильнира.

– Мне надоели ваши игры, я не кукла.

– Но я…

– Чего еще она хочет от меня? – спросила, глядя в темные, как бездонные пропасти, глаза чудовища. – Привязать… – поняла внезапно.

От зверя по округе разносился странный, чуть пряный аромат, а глаза гипнотизировали и затягивали. Я чувствовала, как притупляется воля и все острее проявляется желание немедленно забраться на мощную спину и нестись к воронке. Сначала к одной, затем к другой, и так, пока не погаснут все до единой червоточины на теле Тарэйи. Пока до капли не вытечет из меня дарованная мощь.

– И там и здесь! – процедила я и, собрав в кулак достаточно магической силы, выбросила между собой и зверем ледяной щит. Магистр Тирель гордился бы мною!

И сразу почувствовала облегчение.

– Это уже чересчур, ясно?! Я не твоя рабыня! – прокричала в небо.

– Ты слаба, – зашелестели кроны. – Не уберегла дарованное. Альхзар проследит, не противься.

– Нет уж, – повторила я и развернулась. – Не позволю!

– Крис-ти-на, – протяжно позвала Ильнира, поднимаясь. И посмотрела пустым отсутствующим взглядом. Словно зомби, безжизненная оболочка, управляемая кем-то другим. Жутко. Страшно.

– Что еще… – попятилась я.

– Альхзар пробужден для тебя, – произнесла она ровно. – Иди же…

И протянула ко мне руки. Определенно зомби!

Отскочив, я побежала прочь. Пусть лучше силу чокнутой Тарэйи до капли высосут из меня в Обители, чем подчиниться!

Я неслась, перепрыгивая через коряги и камни, и все равно то и дело спотыкалась. Ильнира почти сразу отстала, зверь тоже не преследовал, но я не могла остановиться. Все вокруг подчинялось ее законам и было враждебно мне. Притормозишь – и цепкие лианы обовьют, утянут под землю. Или задушат и оставят на растерзание зверью.

– Переместиться, переместиться, – повторяла я и изо всех сил представляла Землю, но ничего не получалось.

От одной только мысли, что старик мог забрать этот мой дар, бросало в холодный пот. А вокруг тем временем становилось все темнее и просторнее. Я бежала в противоположную от воронки сторону, но лес здесь рос еще более редкий и чахлый. Под ногами хлюпало, идти становилось все труднее. А потом я и вовсе начала проваливаться по самое колено. Было холодно, кожу ног неприятно жгло, и сама я совершенно выбилась из сил.

– Довольна?! – прокричала я и покрутилась на месте, понимая, что окончательно заблудилась и не найду уже обратной дороги.

Сгущались сумерки, и я совсем потеряла надежду. А потом в отдалении показались ярко-розовые огоньки. Сунтуры? Суша?

Цепляясь за полусгнившие стволы тонких деревьев и какие-то коряги, я поспешила к свету. Как мотылек. Шаг, словно последний отчаянный бросок… Еще один… Только бы добраться. Я почти дошла до заветных огоньков, когда почва подо мной внезапно превратилась в настоящую трясину, и я провалилась по самую грудь. Но и это оказалось не самым страшным.

Кожу зажгло так, словно в нее разом впилась тысяча раскаленных игл. Кислый запах, противное бульканье и никакой возможности выбраться.

Вытащив руку, попыталась стряхнуть с нее налипшую жижу. Бесполезно. От безысходности и чувства омерзения потерла ее о щеку и тут же пожалела – щеку обожгло болью, а вот слизь никуда не делась. Я пригляделась и какое-то время с ужасом рассматривала свою руку. Вернее, то страшное и склизкое, во что она превратилась. А потом от боли и шока, кажется, потеряла сознание. Ненадолго.

Из забытья выдернул громкий писк. Господи, Яги! Зверек вылез через воротник, перескакивал теперь с плеча на плечо и протяжно выл, временами переходя в оглушительный свист.

– Прости, дружок, – выдохнула я и закашлялась.

От резкого отвратительного запаха тошнило, тело ощущалось бесформенным кулем, ни рук ни ног – только жар.

Я чувствовала, как яд разъедает кожу и все глубже проникает в тело. Как меня словно переваривает огромный чужеродный организм. Это болото, похоже, решило меня съесть! Не так я думала умереть. О господи! Да я вообще не собиралась умирать!.. Но чем дальше, тем безразличнее это становилось. Только бы ушла боль…

Несмотря на истошный вой Яги, я то уплывала в спасительное небытие, то вновь выныривала и глухо стонала. Аран, где же ты… Подумала – и усмехнулась произошедшим во мне переменам. На пороге смерти кого я зову, о ком думаю? Не о родных и любимых родителях – о высокомерном варваре, бросившем меня!

В груди затеплилась злость, на мгновение озарив надеждой. Заморозить к чертям это болото!

Не вышло… От одной мысли о силе по телу прошла судорога, и я отключилась. Видит бог, в тот момент я была бы рада, если бы навсегда, но что-то заставило меня вернуться. Дуновение ветра окатило приятной прохладой, и надо мной вдруг раздалось громкое, отчаянное:

– Кристи!!!

– Не может быть… – прошептала я и снова потеряла сознание.


Глава 15

– Как же ты туда угодила, неразумная? – с тревогой в голосе спрашивал Аран, обдавая волнами силы. В местах, где он проводил руками, боль отступала, а на смену жару приходила блаженная прохлада.

– Повздорила с вашей богиней, – едва слышно просипела я и закашлялась, отчего боль мгновенно вернулась.

– Потерпи, флайт уже близко.

Я не помнила, как Аран вытащил меня, и не знала, где нахожусь сейчас. Тело казалось раздутым и ватным, и я даже не понимала, на чем лежу: на шелковистой зеленой траве или на потрескавшейся грубой земле. Впрочем, мне было все равно.

– Почему ты вернулся?

– Решил, что отец подождет, а ты – нет, – глядя мне прямо в глаза, сказал он.

– И как всегда оказался прав?

– Кристи, ты можешь доверять мне. Я принес тебе обязательство защиты, которое дает куда больше, чем ты думаешь.

– Ты же ничего не объясняешь!

– Тш-ш, – приложив палец к моим губам, шепнул он. – Давай мы поругаемся немного позже? Побереги силы.

Заботливый Аран – это нечто. Я улыбнулась и заметила ярко-белое пятно, вылезшее из-за его плеча. Яги! Зверек потянулся ко мне носом и смешно чихнул.

– Еле отлепил его от тебя, – сказал Аран. – Что это за животное? Не встречал подобных. Где ты его взяла?

– Мне сказали, он из Энсколда. Ему понравилось, что я умею создавать снег. Ар, если тебе скажут, что он опасен…

– С ним ничего не случится. Он помог мне найти тебя.

– Спасибо, – шепнула я и прикрыла глаза. Наконец-то можно расслабиться. Аран спас меня, и теперь все будет хорошо, ведь так?

Меня разбудили голоса, шаги и неясный шум. Похоже, прилетел флайт. Я пыталась разглядеть склонившихся надо мной сунтуров, но лишь щурилась от яркого света фонариков. Надо же, а раньше таких переносных ламп у них я не замечала…

Ощутила, как чужие руки касаются моей одежды, срезая влажные тряпки. Мне было все равно. Потом меня перевернули, заставив сжать зубы от боли, и уложили на что-то прохладное. Осторожно развели руки и ноги, обернув их такой же прохладной тканью.

– У нее рана на щеке.

– Позже. Ар, нужно перенести ее на корабль.

Меня подняли, осторожно и бережно, но от движения все равно затошнило, а спину и нижнюю часть бедер, за которые придерживал Ар, нещадно зажгло. И вообще, чувствовала я себя откровенно гадко: голова кружилась, в ушах звенело, меня мутило и скрючивало от боли. Милостивая богиня!

Едва мы переступили порог флайта, подскочила Ильнира.

– Кристи, Кристи, прости меня!

– Прочь! – рыкнул на нее Аран.

– Подожди, – попросила я, с трудом приподнимая голову. – Пусти ее. Ильнира, ты ни в чем не виновата, слышишь? Ар, не смей наказывать ее!

– Как пожелаешь, глупая эйни-тар, – скрипнул он зубами и понес меня дальше.

– Спасибо, – донеслось тихое вслед.

– Мой тар?

– Отбываем немедленно, – скомандовал Аран и спросил идущего рядом сунтура: – Куда ее лучше положить?

– Я смоделирую медицинский отсек. Там койки жестче и вообще удобнее. Минуту.

Совсем скоро меня занесли в комнату с голубоватыми стенами и уложили на кровать. Жесткая она была или мягкая, определить я не смогла: обжигающая боль продолжала вытеснять из сознания остальные ощущения.

Ко мне подошел второй мужчина и стал разматывать ткань. В этот момент я вдруг осознала, что под ней на мне совершенно ничего нет.

– Ар, – пискнула жалобно и посмотрела на принца.

– Потерпи, Кристи. Брит наш лекарь, он постарается помочь.

Я замерла и внутренне сжалась, представляя, на что похожа там, под тканью.

– Не смотри…

– Кристи…

– Аран!

– Хорошо, – буркнул он недовольно и отвернулся.

Брит развернул ткань и стал чем-то опрыскивать меня с головы до ног. Потом укрыл сверху новой тканью и аккуратно намазал щеку.

– Брит? – не выдержал тишины Аран.

Лекарь молчал.

– Брит, что с ней? – повторил Аран.

– Угодить в хищное болото – нелегкое испытание и для сунтура, – нехотя ответил лекарь, – а тут… Ее регенерация не справляется. Все, что могу сделать, – это облегчить боль.

– Заживляющая ткань? Мази?

– Почти не действуют. Она не сунтурка, Аран.

– Стабилизатор?

– Отец не позволит тебе его использовать, – ответил другой голос.

Повернув голову, я увидела такого же светловолосого сунтура, как и Аран. Именно он отделился от группы еще в начале нашего пути.

– Ему придется, – процедил Аран. – Не забывай, она моя эйни-тар.

– Это я понял, брат, – усмехнулся вошедший. – Но эйни-тар – еще не жена.

– Арк, ты ведь знаешь! – разозлился Аран, а я непонимающе уставилась на лекаря. О чем эти двое вообще говорят?!

– Аран, проблема не в этом, – сказал Брит. – Она – не сунтурка.

– Ты издеваешься?! – вскипел Аран. – Считаешь, я ослеп?!

– Оу, Ар, не кипятись. Что ты имеешь в виду, Брит?

– Стабилизатор устраняет любые повреждения, но только у сунтуров! Он не поможет фейнке, даже перенеси ты его для прямого подключения на поляну тарэйи. Как не помогут все прочие средства. Разве что чистая сила, стимулирующая собственные резервы организма и способности к регенерации. Но этого явно недостаточно, – совсем тихо добавил он. – Прости, Аран.

– Твои предложения?

– Найти другого лекаря, – развел руками Брит. – И молиться Тарэйе.

На этой фразе я усмехнулась и тут же скривилась от боли. Все услышанное не радовало. Но если я умру – надо полагать, немало насолю этим их сумасбродной богине.

* * *

Мужчины вскоре ушли. Аран остался. Он присел рядом и не отходил всю дорогу, щедро делясь своей силой. Не знаю, как у него это выходило, но от его невесомых прикосновений и тихого шепота мне становилось легче, и в какой-то момент я даже заснула.

Однако облегчение было временным. Яд продолжал действовать, разъедая уже не только кожу, но и внутренности, и к концу полета мне стало только хуже. Прибавились сухость во рту, постоянная жажда и непроходящий жар.

Осмотреть столицу не удалось даже из иллюминатора, а вот дворец я разглядела. Огромный и впечатляющий, весь из отдельных покатых куполов разной высоты. Нежно-голубые, желтые и зеленые, они блестели в свете восходящего солнца и завораживали своей необычной красотой.

Аран никому не позволил взять меня и нес на руках сам. Как принцессу. Наверное, мне было бы неловко, если бы боль не туманила разум. Однако кое-кому неправильным это все-таки показалось.

Путь нам преградил стражник.

– Аран-тар, вы знаете правила.

– Клод, она серьезно ранена.

– Я не могу вас пропустить. Вы же знаете.

– Брит! – выкрикнул Аран, но к нему уже подошел тот, которого он называл Арком. Его брат.

– Я буду аккуратен и нежен, – сказал Арк, протягивая руки.

Я удивленно смотрела на светловолосого сунтура. Какая разница, кто из двух принцев внесет меня во дворец?

– Ты можешь язвить в любой ситуации, да? – спросил Аран и передал меня брату. Я сжала зубы и, должно быть, покраснела от боли, но не проронила ни звука.

Аран отошел и почти сразу вернулся, но взять меня снова не успел.

– Аран-тар, девушка тоже.

Аран замер и тихо, зло процедил:

– Я готов поручиться за нее своим словом. Омовение не пойдет ей на пользу.

– Сожалею, – ответил стражник.

– Аран, бесполезно. Лучше просто сделай это, – сказал Арк и куда-то меня понес.

– Потерпи, ладно? – шепнул Аран и брызнул мне в лицо. Жидкость попала на щеку, и я не сдержала стон. Аран натурально рыкнул и, выхватив меня из рук Арка, быстро пошел к широкой арке входа.

– Чаша истины. Во дворец не войти без омовения в ней, – тихо объяснил он.

Мы стремительно пересекали широкий холл, и я любовалась невероятной красоты узорами на неровном потолке, состоящем из окружностей разных размеров.

– Принц, – преградив путь, поклонился ему сунтур в ярких нарядных одеждах.

– Прочь! – гаркнул Аран, не сбавляя шага. – Лекаря в мои покои. Немедленно!

– Великий тар требовал вас к себе, как только вы вернетесь.

– Значит, я не вернулся, – ответил Аран, не оборачиваясь.

– Кажется, у тебя будут из-за меня проблемы, – вымученно улыбнулась я.

– У нас у всех будут проблемы, если ты не поправишься, – сказал Аран. – Но я этого не допущу.

– Ах да… – шепнула я и отвернулась, насколько это было возможно. То есть чуть повернула голову, чтобы не смотреть на Арана.

– Кристи, – позвал он, притормозив. – Почему всякий раз, когда я говорю тебе о твоей значимости для сунтуров, тебя это… обижает? Я не могу понять.

– Да, да, знаю, это большая честь, а я неблагодарная иномирянка. А должна бы радоваться! – воскликнула я и все-таки не удержала скатившуюся слезу.

Как сказать, что меня задевает не сам факт моей исключительности, а то, что я нужна ему лишь как избранница Тарэйи?

Да… Вот так признание самой себе. И что теперь с этим делать?

* * *

– Надо спросить Рена, все ли фейнки такие неразумные, – сказал Аран и уложил меня на огромную кровать.

– Спроси, мне тоже интересно, – выдохнула я, привыкая к новым ощущениям. Когда боль притупилась, осмелилась спросить: – Это твоя комната?

Выглядело помещение величественно. Не комната – целый зал, в котором можно было бы, пожалуй, летать. Кровать на небольшом возвышении, огромный письменный стол, еще один, поменьше и с двумя креслами по сторонам, диван, стеллаж с книгами… Солидно, но не особенно уютно.

– Моя, – кивнул Аран, – но я нечасто здесь бываю. Главное – есть кровать. Надеюсь, тебе будет удобно.

– Ар, – тихо возразила я, – конечно, я важная и незаменимая, но, может быть, это все-таки слишком?

– Хочешь другие покои? Крис, я все равно не оставлю тебя, пока ты не поправишься.

– Звали, мой принц? – спросил пожилого вида сунтур, появляясь в дверях.

– Да, Вилод, заходите. Моя эйни-тар провалилась в одно из хищных болот Алтейра.

– Эйни-тар? В самом деле? Ваш отец знает?

Аран терпеливо молчал, но по его лицу было видно, что вопросы ему не нравятся. Мужчина подошел к кровати и тут же удивленно воскликнул:

– Фейнка?!

– Вилод, я теряю терпение, – холодно произнес Аран. – Ей нужна помощь.

– Да-да, разумеется. Позвольте, – сказал лекарь и отогнул край окутывающей меня ткани.

Я вскрикнула от обжигающей боли. Казалось, часть моей кожи осталась там, на влажном покрывале.

– Кристи! – подлетел Аран.

– Не надо, Ар, – выдохнула я. – Не подходи. Что там? – спросила лекаря.

– Хорошего мало, – покачал тот головой. – Судя по всему, яд до сих пор внутри.

– Вы можете что-то сделать? – жестким голосом спросил Аран.

– Я попытаюсь, попытаюсь…

А дальше потянулись монотонные мучительные часы, в течение которых я выла от боли, а Аран скрипел зубами и становился все мрачнее. После лекаря Вилода приходили другие, но никто не смог переломить ситуацию. Я все меньше чувствовала свое тело и все сильнее горела в адском пламени боли.

Несколько раз в комнате появлялись гонцы от отца, но принц не подчинялся воле короля и оставался подле меня. К счастью для меня, ибо лишь его присутствие и потоки непонятной живительной силы удерживали от перехода за грань бытия.

– Она чем-то сильно ослаблена помимо яда, – услышала я голос очередного врачевателя, на присутствие которых уже не обращала внимания. – Регенерация фейнов, конечно, слабее, чем у нас, но… что-то мешает ей бороться.

– Кристи, ты была у воронки?

Я хотела ответить, но именно в этот момент меня настиг очередной приступ кровавого кашля.

– Нужно допросить Ильниру, – сказал Аран и вскочил с места.

– Ар… – просипела я, – не уходи.

Не отпускать от себя наследного принца всех сунтуров и держать его в качестве круглосуточной няньки – весьма самонадеянно и нагло, знаю, но остаться сейчас одной, без него? Это приводило меня в ужас.

– Куда я денусь, глупая. Приведите Ильниру, немедленно!

Девушка пришла почти сразу, как ее позвали. Неужели дежурила под дверью?

Аран с пристрастием допросил ее, заставив поминутно пересказать все произошедшее в его отсутствие. Явление мифического зверя впечатлило его особенно, но… Главного он, разумеется, не узнал. А я не понимала, как объяснить возможную причину нехватки сил на борьбу с ядом. Может, тот старик в Обители высосал из меня всю магическую силу без остатка! А вместе с ней и жизненную?

– Найди мне лекаря-фейна. Достань хоть из самого Энфейна, но срочно! – распорядился Аран. – А лучше отыщи Рена, пусть он приведет надежного и проверенного.

– Я все сделаю, мой тар, – поклонилась Ильнира и исчезла.

– Как же так вышло, Кристи? – устало улыбнулся он и сел на кровать.

– Просто я слишком строптива для вашей богини, – улыбнулась в ответ.

Говорить было трудно, но с каждой минутой это беспокоило все меньше. Если ничего нельзя сделать, не хочу последние мгновения своей непутевой жизни биться в истерике.

– Богини… – повторил Аран и вдруг вскочил. – Этому должно быть объяснение.

– Чему?

– Кристи, послушай. Мне все-таки придется покинуть тебя ненадолго, но я позову Брита. Или даже Арка, если хочешь. Он не просто друг, он заслужил свое право называть меня братом. Ничто не происходит на землях Тарэйи без ее ведома. А если она послала Альхзара, который не пробуждался со времен нашествия зиртов… Это было очень давно! Мало кто из живущих застал его, понимаешь?

– Не очень.

– Нам нужен Оракул.

– Ар! – в ужасе выдохнула я и задергалась на кровати, причиняя себе боль. – Это же несколько дней пути!

– Кристи, Кристи, – наклонился надо мной Аран и осторожно провел по здоровой щеке. – На флайте лететь куда быстрее, но и это не понадобится. Есть другой способ вызвать Оракула. И гнев отца заодно, – подмигнул он. – Я скоро вернусь, – добавил принц уже от двери и ушел.


Глава 16

Они вошли совершенно беззвучно, но я все равно почувствовала их приближение и повернула голову к двери.

– Оракул, – тут же встав, поклонился Арк. – Даже я не ожидал от тебя такого, – сказал он Арану.

– Не говори ему хотя бы с полчаса, – попросил Аран и подвел жрицу Тарэйи к кровати.

– Аран… Ты использовал право водного перехода, чтобы привести меня к ней?! – Жрица выглядела потрясенной. – Отец…

– …поймет и простит своего наследника, позаботившегося об избраннице Души Леса. Я хочу понять, что происходит. – Женщина хмурилась и молчала. – Гиртинья, я должен знать, что делать. Лечение не помогает. Озвучь волю богини.

– Аран, с последнего раза не было ни единого видения о фейнке. Я ничем не смогу помочь.

– Этого не может быть, Тарэйя пробудила Альхзара и направила его к Кристине. Испугавшись, Кристина воспротивилась ее воле, убежала и провалилась в хищное болото. Посмотри на нее!

– Мне очень жаль, Аран. Когда Тарэйя хочет передать весть, она…

Оракул неожиданно замолкла и замерла на месте. Остекленевшие глаза выглядели жутко и одновременно с тем необычно, но я не стала наблюдать. Прикрыла веки и попыталась сдержать рвущиеся наружу слезы. Я больше никогда не увижу родителей, а в последние свои часы вынуждена «принимать» толпы «гостей», хотя предпочла бы компанию одного только Ара.

– Кристи, – позвал он, – Кристи, я не сдамся, слышишь?

– Дерзкой и глупой считает Тарэйя избранную, – вдруг произнесла Гиртинья. – Она пробудила для нее своего верного зверя, но та отказалась от дара.

– Дара? – не сдержалась я. – Он пытался подчинить мою волю!

– Она в гневе? – спросил Аран.

– Забрала свою силу? – добавила я.

– Тарэйя… довольна, – выдохнула Гиртинья и недоуменно уставилась на Арана.

– Довольна?! Она отреклась?

– Я не знаю, брат, – прошептала жрица. – Богиня позволила увидеть ровно столько, сколько сочла нужным.

– Вот как, – процедил Аран и посмотрел на меня.

– Лекарь из фейнов? – прошептала я. – Или… я все равно больше тебе не нужна? – выдохнула совсем неслышно.

– Нет времени ждать, – произнес Аран куда-то в пространство. – Арк проводит тебя, сестра, – повернулся он к Гиртинье. – Благодарю за помощь. – Принц склонил голову, а потом и вовсе обнял сестру. – Не думаю, что мы увидимся скоро.

– На все воля богини, – ответила жрица.

– Это мы еще посмотрим, – сказал Аран и выкрикнул: – Брит!

Но вместо лекаря, широко распахнув дверь, в комнату вошел статный высокий мужчина, подавляющий одним только видом. Волосы цвета темного золота, прижатые витым королевским венцом, суровые морщины и нахмуренный обжигающий взгляд огненных глаз.

– Отец, – поклонился Аран.

– Ты ослушался меня. Не единожды! – сказал король и, подойдя ближе, взглянул на меня.

Я сглотнула и тут же закашлялась. Горло разрывалось от боли, но я никак не могла остановиться.

– Нужно искать другого мага, владеющего льдом, – холодно произнес король и отвернулся.

– Мой тар, именно Кристина – избранница Тарэйи и носительница ее силы.

– Посмотри на нее, Аран. Ее сил не хватает даже на то, чтобы подняться с постели.

Я наконец поборола кашель и всхлипнула. Предстать в таком виде перед отцом Арана – то еще удовольствие, но его слова задели куда сильнее.

– Это ненадолго, – сказал Аран и метнулся ко мне.

– Сын, не забывай, кто ты! Не пристало наследному принцу всего Энсунтура возиться с немощной фейнкой! Пусть ею займется Брит или даже Вилод, но не ты!

– С этим я разберусь сам, – процедил Аран и поднял меня на руки.

Боль врезалась тысячами лезвий, и я потеряла сознание.

* * *

– Мой тар, королевская кровь! – услышала я, но сквозь красную дымку, стоящую перед глазами, не смогла ничего разглядеть.

– У меня нет выбора, Брит.

– Она фейнка! Неизвестно, как отразится на ней ритуал. Это очень рискованно и для нее и для вас.

– Она моя эйни-тар, и она умирает. Подготовь шлюпку, вряд ли я смогу лететь.

– И не только лететь, – донеслось нам вслед.

Аран не ответил. Он быстро шел вперед, туда, где, судя по плеску и горькому привкусу соли в воздухе, находилась вода.

Я по-прежнему ничего толком не видела, зато сразу поняла, что меня положили на широкий гладкий камень. Поверхность была прохладной и чуть влажной. Приятно… Странно, что я вообще почувствовала это, ибо даже боль уже притупилась, и своего тела я почти не ощущала.

Аран провел рукой от моего лба к подбородку, по шее вниз, к животу, и уже двумя руками – по ногам до самых пяток. Это я тоже почему-то почувствовала. А потом он вдруг запел. Даже не песнь – лишь отдельные звуки. Сначала протяжные, а затем все более ритмичные и прерывистые. Странно и в то же время завораживающе.

– Что ты делаешь? – с трудом прохрипела я. Во рту пересохло, язык слушался плохо.

– Кристи, – откликнулся Аран подозрительно радостно и возбужденно. – Тарэйя не единственная богиня. Есть еще и тот, кто наделил нас крыльями. Потерпи.

Сказав это, Аран, стоящий у меня в изголовье, вдруг наклонился и стремительно поцеловал в губы. Затем распахнул огромные крылья и, укрыв меня ими, снова запел. Звуки усложнялись, обретая более четкие очертания и формы. Я не разбирала слов, но чем больше вслушивалась, тем понятнее становился смысл. Не песнь – мольба о прощении и силе, о здоровье и крепости тела, о стойкости духа и вечном братстве.

Что же это? Он просит за меня?

Ощутив вибрации, я каким-то невероятным чувством поняла, что мы внутри тесного грота, который одной из сторон выходит прямо к океану. И незримый хозяин этого грота сейчас громко смеется.

– Избранница лесной девы, – шипели набегающие волны.

– Принес ко мне, – отвечали стены и снова дрожали, сотрясаясь в приступе смеха.

– Помоги! – молил Аран своей песней.

– Дева хитра, – отвечали ему хмуро, – но и сердце твое полно. Не оставлю.

Начало казаться, что я давно провалилась в липкий бессознательный бред, и все это мне просто снится. Но странная песнь Арана неожиданно стихла, и он спросил:

– Дир-а-таль, позволяешь ли?

Стены в последний раз одобрительно загудели, и в гроте повисла тишина, нарушаемая лишь тихим плеском волн в отдалении.

– Силу делю, от меня уйдет, к собрату перейдет, – произнес Аран будто заклинание, и я услышала треск рвущейся ткани, а затем мне в рот полилась теплая, солоноватая на вкус жидкость. Кровь?!

Я стану вампиром?! Я завертелась на месте, но Аран крепко держал, прижимая к камню. Попыталась закричать, но не получалось даже сипение. Вязкие струйки затекали в горло, я отчаянно откашливалась, но все-таки проглотила соленую жидкость и почти сразу потеряла сознание.

* * *

Вокруг меня в густом тумане кружили какие-то тени. Они перешептывались, обсуждая меня. Чужачку, непонятную, неправильную. Даже здесь, в неприветливом небытии, я оказалась чужой, лишней. Стало обидно и горько.

– Я хочу быть своей, – безмолвно выдохнула моя душа, и тени замерли. Подлетели ближе, осматривая пристальнее, прикоснулись, огладили, а потом одна за другой просочились прямо в меня!

Они сновали внутри моего странно невесомого тела, постепенно, частичка за частичкой перестраивая его под себя, изменяя одним им ведомым способом. А потом покинули меня так же стремительно, как влетели.

Я не стала такой, как они, но и не осталась прежней.

– Не чужая… – прошелестели они и исчезли.

* * *

Я очнулась в странной капсуле с полупрозрачными энергетическими стенами. Приподнялась на локтях и поняла, что чувствую себя вполне сносно. Как же это? Живая? Кажется, последнее я произнесла вслух, потому что получила ответ.

– Живая, живая, как видишь, – буркнул Брит, даже не повернувшись.

Он стоял в паре метров от меня у экрана с непонятными схемами и какими-то движущимися графиками.

– Где я? Где Ар?

– Спит, – устало ответил Брит, наконец посмотрев на меня. – Не буди его, прошу. Ему нужно восстановиться, а к Тарэйе он сейчас точно не пойдет.

– Не будить? – повторила я шепотом, не понимая, о чем он, и коснулась окружающей меня пленки. Та жужжала и слегка покалывала пальцы.

– Постой, – сказал Брит. – Сейчас я отключу стабилизатор, раз тебе не лежится на месте. Не надо трогать стены.

– Прости, – извинилась я непонятно за что.

Взгляд остановился на руке. Белой, гладкой и нежной. Надо же… Я провела по ней пальцами, затем с интересом изучила и все остальное. Удалось это без труда: одежды на мне не обнаружилось.

– Подожди! – выкрикнула Бриту, за что получила полный осуждения взгляд.

– Я же просил.

– Дай мне одежду, пожалуйста, – попросила тихо, – а потом отключай.

Брит тяжело вздохнул и отошел, а вернувшись, положил нечто белоснежное на стул и придвинул его к капсуле.

– Я не буду смотреть, если ты уверена, что тебе не нужна помощь, чтобы спуститься.

– Справлюсь, спасибо, – кивнула я, и в тот же миг стенки капсулы растворились.

А я тут же забыла и о стеснительности, и об одежде. Неподалеку на узкой кушетке лежал Аран. Взлохмаченные волосы закрывали половину лица, мощная рука свисала до самого пола, да и сам он помещался на ложе с трудом. Но, судя по ровному дыханию, это не мешало ему крепко спать.

– Пришлось подлить аники в вино, иначе следующим в стабилизаторе оказался бы он. Только не говори тару! – спохватился лекарь.

– Не скажу, – улыбнулась я, не сводя глаз с принца. Как же хотелось подойти и убрать с его лица налипшие пряди, провести пальцами по бугристым мышцам на руке, а потом лечь рядом, и…

Я смутилась собственных мыслей и, быстро опустив ноги на холодный пол, надела то безразмерное нечто, что принес Брит.

– Что же произошло? Тот грот, и я… целая.

– Об этом тебе лучше спросить Арана. Но не сейчас! Ты, должно быть, хочешь есть. Пойдем.

– А как же…

– Принцу не мешает хорошенько поспать.

– Хорошо, – сказала я растерянно и побрела за Бритом к выходу.

Широкий коридор, начавшийся сразу за дверью, выглядел парадно и совсем не вязался с округлым, в строгих белых тонах помещением, из которого мы вышли. Высокий нежно-голубой потолок, искрящиеся золотом цветочные узоры на бежевых, с розовым отливом стенах и ярко-зеленый ворсистый ковер. Голые ступни утопали в нем, как в траве. Мягкой, заботливой… Я так увлеклась, что едва не споткнулась, когда ковер вдруг сменился паркетом.

Цок, цок, цок… Тишину нарушили чьи-то быстрые суетливые шажки. Подняв глаза, я увидела утонченную сунтурку в светлых развевающихся одеждах. Преградив нам дорогу, она недовольно, по-детски, нахмурилась и требовательно посмотрела на лекаря. Тот остановился, но ничего не сказал, сохраняя невозмутимое спокойствие.

– Брит! – воскликнула она. – Где же он? Что с ним?

– Не лучшее время, Иветта.

– Как прикажешь это понимать? Где Аран? Я видела флайт. И вся его группа здесь!

– Принц отдыхает, – сдался Брит.

Сунтурка на секунду задумалась, потом посмотрела сквозь меня куда-то назад и с ужасом воскликнула:

– Стабилизатор? Что с ним?!

Она рванулась вперед, но Брит ловко ухватил ее за руку.

– Все в порядке, не вздумай мешать его отдыху, – куда более грозно произнес он. – Если тебе нечем заняться, лучше помоги его эйни-тар освоиться. И с одеждой тоже, – взглянув на меня, добавил он.

– Что? Эйни-тар?! – едва ли не вскричала та, и наконец соблаговолила обратить на меня свой взор. – Ты, должно быть, шутишь? Аран никогда бы…

– Это не то, о чем ты подумала, – почти простонал Брит, явно мечтая сейчас оказаться где-нибудь подальше и от назойливой сунтурки, и от меня. – Кристина – избранная Тарэйи, та, кто замораживает воронки черного огня.

– Она? – с недоверием переспросила сунтурка и окинула меня пренебрежительным взглядом. – Впрочем, ты, пожалуй, прав. Что мог бы найти Аран в такой оборванке? Но эйни-тар! Это можно как-нибудь отменить?

Собрав все достоинство и выдержку, я как ни в чем не бывало обратилась к Бриту:

– У меня ноги мерзнут. Да и поесть не мешает.

– Да, конечно, – спохватился Брит и на мгновение задумался. – В таком виде и до официального представления по дворцу лучше все-таки не ходить. Личных покоев тебе пока не выделили, значит… вернемся в покои принца, – заключил он.

– Как это – в покои принца?! – взревела сунтурка. – Ее?! Грязную фейнку в его постель? Ты не посмеешь!

И она встала ко мне вплотную, загородив проход.

– Начинается… – простонал Брит, а я почувствовала знакомые колебания рвущейся наружу силы, сжала кулаки и зло процедила:

– Отойди.

– Думаешь, если тебя выбрала Тарэйя, постель принца твоя по праву? Посмотри на себя! Бедный Аран, ему приходилось любезничать с тобой все это время!

– Иветта, думай, что говоришь, – прошептал Брит.

– Вижу, постель принца крайне заботит тебя, – ответила я холодно. – Только я не намерена все это выслушивать. А Аран… Полагаешь, твой тар не в состоянии сам разобраться, с кем любезничать, а с кем спать?

Я подмигнула и, задев ее плечом, ступила вперед.

– Ах ты, мерзавка! – воскликнула эта ненормальная и схватила меня за волосы.

Зря, как же зря…

Сила волной поднялась к груди и выплеснулась из ладоней, оставив полукруглую дорожку льда на полу. Я облегченно расхохоталась, впервые по-настоящему обрадовавшись магии. Не исчезла, со мной! И почти сразу вздрогнула от громкого рыка и грохота. Боковая дверь разлетелась в щепы, явив нам оскалившегося лохматого монстра. Белый, с темно-синими умными глазами и большим темно-фиолетовым носом… Яги? Огромный… Яги?!

Я успокоилась так же быстро, как испугалась. Большой или маленький, он послушает меня.

– Стой! – скомандовала, выставляя вперед руку.

Зверь зарычал. Не на меня, на замершую в оцепенении сунтурку.

Впрочем, испуганной она была недолго. Поняв, что команда остановила Яги, Инетта визгливо поинтересовалась:

– Кто пустил это во дворец? Оно же опасно! Как и эта грязная фейнка.

– Ты повторяешься, – прорычала я, осыпав на пол вихрь снежинок. Яги зарычал мне в такт, и на глазах стал еще больше. Мой гнев и выплескивающаяся сила как будто помогали ему расти.

– А вы не скучаете, как я погляжу, – раздалось сзади.

– Прекрасно! – зло произнес Брит и, не обращая внимания на монстра, прошел мимо него, оставив нас одних.

– Мой тар, – склонившись в реверансе, проблеяла Иветта, после чего я наконец обернулась.

Сложив руки на груди, у стены стоял взлохмаченный и слегка помятый Ар, с ухмылкой наблюдая за нами.

– Теперь, по крайней мере, становится понятно, почему таких, как он, считают опасными животными, – сказал принц и подошел к нам. – Как ты себя чувствуешь, Кристи? – проигнорировав сунтурку, спросил он и тыльной стороной ладони провел по моей правой щеке, еще недавно разъеденной ядом.

– А ты? – спросила в ответ.

Аран улыбнулся, продолжая неотрывно смотреть мне в глаза.

– Теперь уже хорошо.

– Аран, как же это? – едва не плача, спросила Иветта. – Она же… Ты не мог!

Ар скривился и нехотя посмотрел на сунтурку.

– Считаешь себя вправе указывать мне? – холодно произнес он, и несчастная совсем сникла.

– Я так ждала тебя…

– Я когда-нибудь что-то обещал тебе, Иви? Или дал повод думать, что ты чем-то отличаешься от остальных?

– Ар…

По ее щеке скатилась слеза. Девушка попятилась, словно от удара, забыв даже о монстре.

– Сегодня ты перешла границы дозволенного. Я очень советую не попадаться на глаза мне или моей эйни-тар. Иначе даже заступничество моей матери тебе не поможет. Ты поняла?

– Да, мой тар, – выдохнула она.

Снова попятившись, неуклюже поскользнулась на созданной мною корке льда, но быстро поднялась и убежала прочь.

Я смотрела ей вслед и пыталась прийти в себя. Казалось бы, Аран защитил меня. Но отчего же так гадко на душе?

– Кристи, ты замерзла, – сказал Аран и дотронулся до моих плеч.

Я отстранилась:

– Не надо. Я могу получить свои вещи из флайта?

– Тебе принесут все, что необходимо. Наряды, украшения…

– Не надо. Мои вещи, пожалуйста.

– Хорошо, – усмехнулся Аран. – Пойдем скорее в комнату, пока ты совсем не окоченела.

– Нет, – не сдвинувшись с места, упрямо сказала я. – Мне нужна отдельная комната.

– Кристи… – устало выдохнул Ар, – я дам тебе все, что пожелаешь. Хочешь не просто комнату, а целое крыло замка? Только, пожалуйста, давай сначала куда-нибудь сядем, а лучше – приляжем. Мне необходимо до конца восстановить силы.

– Прости, – сказала я и сама взяла его под руку, предлагая идти.

Аран спас мне жизнь, и не время разбираться в правильности его взаимоотношений с женщинами.

«Он прогнал ее, – против воли лезли в голову мысли. – Он защитил меня, позаботился… Но, вероятно, еще недавно так же заботился и о ней. Целовал ее, и…»

Я споткнулась на ровном месте, едва не повалив в самом деле ослабевшего Арана, а потом вдруг вспомнила, что кое о чем забыла. Кое о ком. Яги! Погруженная в себя, я даже не посмотрела на него. И как только можно вот так, не глядя, пройти мимо громадного чудища?! Хотелось постучать себя чем-нибудь по голове.

Я обернулась, высвободила руки и вернулась назад. Заглянула за угол. Никого!

– Где же Яги? – недоуменно спросила Арана и услышала знакомый свист.

Скользя по паркету, зверек – маленький и забавный – подлетел ко мне и стремительно вскарабкался на плечи.

– Как такое возможно?

– Крис, я не всезнающий мудрец, – усмехнулся Аран, – но лучше бы ему оставаться во дворце маленьким. Что скажешь, проказник?

Аран спросил это и пораженно замер.

– Он с тобой тоже так разговаривает?

– Как? – не поняла я.

– Мысленно!

– Было пару раз, – ответила я растерянно. – Это ненормально?

Аран рассмеялся и бесцеремонно обнял меня одной рукой, прижимая к себе.

– Пойдем, неразумная, а то тебе придется тащить меня волоком.

Я заглянула ему в глаза:

– То есть ты не знаешь?

– Именно! Ты разочарована? – ухмыльнулся он.

– Нет. Просто ты же сунтур, принц, везде бывал… А я о существовании Шестимирья и магии узнала совсем недавно. Ты, наверное, учился в академии?

– Нет, Кристи. Энсунтур, к несчастью, не может похвастаться достойным будущего короля учебным заведением, а сбежать в Финфорт первому пришло в голову Боргу, – улыбнулся он. – У меня были учителя и наставники, но очень давно.

– Очень? Сколько же тебе лет? – как ни в чем не бывало поинтересовалась я.

– Шестьдесят три, – ответил Аран, и я, остановившись, во все глаза уставилась на него.

– Шестьдесят три?! Ты шутишь?

– Отчего же?

– Это же втрое больше, чем мне! Выходит, ты старше моих родителей?! – Я была в ужасе. – А выглядишь…

– Все время забываю, что ты росла в Энланте. Трудно в это поверить. Кристи, Рену сорок с небольшим. Хотя я, конечно, готов согласиться, что выгляжу куда лучше.

– И Рену? Но…

– Регенерация и возможности магии позволяют нам долго оставаться молодыми и полными сил. Сунтуры – одна из самых малочисленных рас Шестимирья, но при этом долго живущая. У фейнов тоже неплохая регенерация, на порядок лучше, чем у людей, но все-таки не такая, как у нас. Так что физически мы с тобой почти ровесники, – подмигнул он и, чуть развернув меня за талию, пошел дальше.

Я послушно шла рядом, пытаясь переварить услышанное. Шестьдесят три! И мы целовались! От одного воспоминания об этом бросило в жар… А родители? Сколько же им может быть на самом деле?

У дверей в покои принца дежурили два стражника. Ар распорядился об обеде на две персоны прямо в комнату и даже не забыл о моих вещах, велев принести их из флайта.

Когда мы вошли, он сразу облегченно растянулся на широкой кровати, а я, присев на самый краешек, решилась спросить:

– Что произошло там, в гроте? Это ведь была… твоя кровь? И я… Что со мною теперь будет?

– Кристи, так ли важно? Главное, все получилось!

– Да, но…

Аран сел и серьезно посмотрел на меня.

– Я надеялся, ты и не вспомнишь, – сказал он и, немного помолчав, продолжил: – Я принц, Кристи, наследник правящего рода, и у меня по праву есть своя, пока относительно малочисленная группа воинов. Внутри нее все мы связаны не только обязательствами и присягой, но и незримыми нитями энергий. Сильнейший в группе, проведя специальный ритуал, может разделить свою жизненную силу и способности с умирающим воином и спасти тем его жизнь.

– Что значит «эйни-тар»? – спросила я, понимая, что к воинам из группы Арана точно не отношусь.

– Я же говорил.

– Нет, – упрямо покачала головой. – Каждый, кто слышит об этом, долго возмущается и удивляется. В чем подвох? Ар, я хочу знать!

Принц ухмыльнулся и поднялся.

– Упрямая. Я просил Брита, – сказал он, наливая воды из стоящего на небольшом столике графина, – и прошу тебя. Не стоит рассказывать о том, что я поделился с тобой своей кровью. Если всем не дает покоя статус эйни-тар, то это… Им не стоит знать.

– Хорошо, им не стоит. Но мне, Ар? Скажи правду мне! – воскликнула я, тоже встав.

– Спокойно, Крис.

– Чего мне ждать? Я исцелилась в той штуке со светящимися стенами, стабилизаторе? И Брит сказал, я живая. Значит, не вампир?.. – выдохнула я.

– Вампир? – Аран расхохотался и чуть не подавился водой. – Так ты этого боялась, глупая?

– Ар! – обиженно воскликнула я.

– Прости, маленькая. Я поделился с тобой своей способностью к регенерации. Дал, а не отнял, – добавил он куда серьезнее.

– Кровь?

– Да. И ты смогла исцелиться.

– Спасибо, Ар… Это ведь не значит, что во мне теперь твоя кровь, и я стала тебе… сестрой?

– Нет, Кристи, – подойдя, тихо произнес Аран. – Я не знаю, что именно произошло, все-таки ритуал с представителем другой расы – большая редкость, если таковой вообще когда-либо проводили, но сестрой мне ты точно не стала.

Он дотронулся до моих волос, заправил прядь за ухо, коснувшись и его самого. По шее побежали ледяные мурашки и дорожкой спустились по спине. Дыхание сбилось, а я замерла, завороженная этими ощущениями и его близостью.

– Ты так и не сказал про эйни-тар…

– Настырная… Я не лгал, дословно переводя термин, как «та, что под защитой тара». Не упомянул лишь, что статус этот чаще используют не для избранницы богини, а для избранницы самого тара, – сказал он, пристально глядя мне в глаза. Так, словно ждал моей реакции.

– Как это? – выдохнула, чувствуя начинающееся головокружение. Никак, впрочем, не связанное со словами Ара.

– Не каждый род в Энсунтуре достаточно силен и обладает полной ипостасью. Тар, выбирая себе невесту, обычно делит с ней также и свои крылья.

– Невесту? – прошептала я пораженно и, пошатнувшись, невольно ухватила Арана за руку.

– Кристи, что с тобой?

– Зачем же ты назвал так меня?! – спросила я и начала заваливаться.

В ушах звенело, и я погружалась в вязкий мрак, зная главное: Аран уже подхватил меня на руки. Он не даст мне упасть. Никогда.


Глава 17

Очнулась опять в стабилизаторе. Испуганно приподнялась и сразу успокоилась, заметив Ара. Рядом с ним стоял Брит и что-то объяснял. Я вслушалась.

– Обряд усилил регенерацию, взяв силу от тебя. Стабилизатор принял Кристину, в чем я не был уверен! Значит, изменения носили более глобальный характер. Но они, судя по всему, еще не завершены.

– О чем вы? – подала я голос.

– Твой организм перестраивается, – повернулся Брит. – Как далеко это зайдет, сказать сложно.

– Что это значит? У меня вырастут крылья?

Наверное, такая перспектива могла обрадовать, если бы не пугала так сильно. Я только-только привыкла, что не человек!

– Это маловероятно. Нет. Я с таким не сталкивался и точнее сказать не могу.

– Зашибись, – выдала я любимое Асино словечко.

– Что?

– Ничего. Здорово, говорю! Буду не человеком, не фейном, а неведомой зверушкой.

– Посчитаю, что не слышал этого, – сказал Брит. – Или тебя вернуть в болото?

– Прости. И что теперь?

– Будем наблюдать.

– Э-э-э… нет. – Я села и дотронулась до энергетической стенки. – Выпусти меня!

– Кристи, успокойся. Брит просто проводит диагностику. Для твоего же блага.

– У вас тут все для моего же блага. А знаешь, как в фильмах на Земле говорят? Услышишь эту фразу – беги!

– Все-таки стоило оставить ее в болоте, – протянул Брит, совсем осмелев. Раньше он вел себя куда сдержаннее!

А я… почувствовала, как прилила к щекам кровь, и как будто со стороны услышала протяжный рык. Мой собственный!

Мужчины замерли, во все глаза уставившись на меня. Я смутилась и, подняв руки, упирающиеся в койку стабилизатора, неуверенно села обратно. Выгибалась, как кошка! Что еще за фигня?!

Брит отмер и метнулся к своим графикам, что-то читая и бормоча себе под нос. Я просяще посмотрела на Арана. Становиться подопытным образцом совсем не хотелось.

Аран подошел вплотную к пленке и приложил к ней свою ладонь.

– Ты настоящее стихийное бедствие, Кристи. Я уже начинаю думать, что воронки не так страшны.

– Сам виноват, – усмехнулась я. – Надо было выпроводить меня сразу, как увидел там, в лесу.

– Я был зол и слеп, но, к счастью, не совершил такой непростительной ошибки.

Поддавшись порыву, я приблизилась к краю стабилизатора и приложила ладонь как раз напротив его. Пленка колебалась и чуть покалывала, а потом внезапно исчезла, и руки наши соприкоснулись. Не отрываясь, мы смотрели друг на друга, пока издалека не раздалось деликатное покашливание Брита.

Я отвела глаза от Ара, посмотрела на лекаря и тут же смутилась.

– Уже можно? – спросила неуверенно.

– Да, – кивнул Брит. – Можешь идти. И, Аран, постарайся не злить ее. Эмоции Кристи еще какое-то время будут нестабильны.

– Насколько нестабильны? – насторожилась я.

– Вот и узнаем, – усмехнулся лекарь.

Мы с Аром переглянулись и хмуро посмотрели на Брита.

– Дворец устоит, – сказал он. – Наверное.

– Целый дворец был бы весьма кстати, – подмигнул мне Аран. – Делегация из Эквалена уже в пути. В честь их прибытия отец устраивает прием, и это отличный повод официально представить тебя ко двору.

– Из Энфейна? – удивилась я. – Представить?

Даже не знаю, что страшило больше: предстать перед фанатичными фейнами из светлого Эквалена или перед королем всех сунтуров, который изначально был настроен против меня.

– Может, не надо? – пискнула я.

– У нас весь день впереди, чтобы подготовить тебя, – по-своему понял мое замешательство Аран. – Ты их всех затмишь, даже не сомневайся.

– Хочешь напялить на меня такое же полупрозрачное безобразие, как на той сунтурке? Ну уж нет! Хотя… Ничего, если я закрою прической уши и… не буду показываться этой делегации?

– Я думал, ты обрадуешься фейнам. И сбежишь. Что ж, я только «за», – сказал Ар. – Во дворце найдутся умелицы, которые сделают тебе такую прическу, как ты пожелаешь.

– Не раньше, чем вы поедите. Оба! – грозно сказал Брит и даже чуть нахмурил брови.

Все-таки он забавный, когда забывает, что говорит со своим Великим таром.

* * *

Обед накрыли в покоях принца. Небольшой овальный стол был изысканно сервирован на двоих. Аран помог мне сесть. Отослав слуг, сам снял крышку с блюда и налил в бокал вина. Затем сел напротив. От тарелки поднимался умопомрачительный аромат, но под взглядами Ара кусок не лез в горло.

– Ты не голодна? – спросил он с хитрой усмешкой.

– Очень голодна! – возмутилась я. – Но не смотри на меня так пристально.

– Просто любуюсь. Ты очень красива.

– В этом?! – не поверила я. Я ведь даже не переоделась.

– В чем угодно. И без – тоже, – подмигнул он, и жар мгновенно опалил щеки.

– Брит опять что-то подлил тебе, да?

– Что сделал Брит?!

Отпив вина, я потупилась, поняв, что сболтнула лишнего.

– Лекарства? Укрепляющий тоник? Мало ли у вас найдется сильнодействующих средств, – понесла я какую-то чушь.

– Так и знал, что он опоил меня. С твоим появлением я совсем распустил группу.

– Опять я виновата? И не трогай Брита, он хороший.

– Вот видишь? – рассмеялся Аран. – Никакой дисциплины!

Пока мы ели, я пыталась привыкнуть к этому странному новому Ару. Улыбчивому, смешливому, заботливому и галантному. Неужели всего этого я не замечала раньше? Или он успел так сильно измениться?

В итоге обед превратился в игру в гляделки, из которой неоспоримым победителем вышел Ар. Доев быстрее меня, он подошел и опустился на колено. Затем взял из моей руки вилку, наколол последний кусочек и поднес к моему рту. А когда от изумления происходящим я безропотно съела его, подал мне руку и повел прочь из комнаты.

А дальше… Мне все же пришлось смириться с полупрозрачными струящимися тканями сунтурских женских нарядов. Всяко лучше, чем привлекать внимание собравшихся своими любимыми джинсами. Впрочем, джинсов больше не было, как и особого выбора.

– Красный? – спросил Аран, указывая на платье.

– Точно не красное! Если только у вас на приемах не принято одеваться исключительно в него.

Аран молчал, с ухмылкой наблюдая, как я перебираю предложенные наряды. Готовые, ибо на индивидуальный пошив не оставалось времени, но самые дорогие и изысканные. Поистине королевские.

Нежно-голубой с серебром, золотисто-бежевый и фиолетовый с широкой золотой тесьмой под грудью мне понравились больше всего. Я покрутила каждое, примерила, поочередно показываясь Арану, но тот продолжал упрямо молчать.

– Какое? – не выдержала я.

– Выбери сама, Кристи. Ты прекрасна в каждом, – сказал он и, готова поклясться, в его глазах плясали хитрые искорки.

На приготовления ушло так много времени, что, когда мы закончили, пора было спускаться в зал для приемов.

Аран облачился в белую атласную рубашку, перетянутую двумя идущими рядом лентами, ярко-красной и фиолетовой с золотом – совсем как выбранное мною платье. А еще заколол волосы сзади, став наконец больше похожим на принца, чем на варвара.

Как же красив…

Он подошел ко мне вплотную, коснулся подбородка, провел по шее вниз и вытащил за цепочку свой кулон с крылышками.

– Так будет лучше, – шепнул Ар, обдавая горячим дыханием, и подал мне руку.

Внизу оказалось оживленно и шумно. Женщины пестрели разноцветными нарядами, мужчины, одетые куда более скромно, выделялись среди них своими внушительными размерами. При нашем появлении гул голосов стих. Толпа расступалась, пока Аран уверенно вел меня в конец зала, где восседали король с королевой – его родители.

Я крепко держалась за Ара и не отпустила, даже когда мы остановились возле уже виденного мною сурового мужчины и утонченной обворожительной сунтурки.

– Великий тар, – чуть склонил голову Аран. – Мама. Позвольте представить вам мою эйни-тар Кристину.

Король пару мгновений буравил меня взглядом, затем все же кивнул. И словно в ответ на этот незначительный жест в зале вмиг опять сделалось шумно.

– Ты не говорил, Истантер, что она такая красавица, – сказала сунтурка королю и тепло улыбнулась мне.

– Я не знал, – ответил тот хмуро.

– И тебе очень идут цвета нашего рода, – как ни в чем не бывало добавила она.

– Галерия – моя мама, – представил ее тем временем Аран.

Королева еще раз улыбнулась и, махнув рукой, произнесла:

– Ну что же вы, идите танцевать.

Аран поклонился ей и повел меня прочь.

– Ты почему не сказал?! – прошипела я, имея в виду платье. Цвета рода!

Аран усмехнулся, не спеша объясняться, а я вырвала свою ладонь из его и неожиданно наткнулась на пристальный холодный взгляд мага из делегации Эквалена. Светло-голубая хламида не оставляла никаких сомнений.

– Они поняли, что я фейнка? – шепнула я, тут же позабыв обо всем остальном.

– Не думаю, – улыбнулся Аран. – Просто не ожидали от грозного принца сунтуров… тебя.

Я украдкой огляделась и с ужасом поняла, что смотрят на нас не только экваленцы, смотрят вообще все!

– Они что же, все думают, что я твоя невеста?!

– Пусть думают, что хотят, – подмигнул Аран и, остановившись, снова подал мне руку. – Позволишь?

– Я не умею танцевать. Совсем.

– Умеешь, – произнес Аран и притянул к себе. – Не смотри на них, смотри на меня. Слушай, как откликается твое тело на музыку, а я поведу. Больше ничего не надо.

И он закружил так, что я перестала ощущать свое тело чем-то самостоятельным – только половинка от целого. Видела лишь его глаза, золотисто-рыжие, огненные. Хитрые и теплые одновременно, завораживающие. Я не могла оторвать от них взгляда. Не хотела.

Мелодия стихла, и мы плавно остановились, продолжая прижиматься друг другу.

– Твой отец недоволен, что я здесь, – сказала я, чтобы как-то отвлечься от дурманящей близости. – Он нашел другой способ справляться с воронками?

– Он ищет. Твой лед указал направление поисков.

– Значит, если бы Тарэйя в самом деле лишила меня силы, ничего страшного не случилось бы? Я больше вам не нужна?

– Он просто не видел заморозок своими глазами и не говорил с Оракулом. Все мы иногда заблуждаемся.

– Но ведь выходит, он прав… А ты еще и рисковал немилостью того божества в гроте, прося о чужачке.

– Ты моя эйни-тар.

Я вспомнила слова Иветты.

– Но… ты ведь мог забрать этот статус, узнав, что я больше не избранная?

– Нет, Кристи. Решение принимается окончательно и, как правило, единожды.

– Зачем же ты пошел на это?! – прошептала я недоуменно.

– Не знаю, Кристи. Но меня все устраивает, – выдохнул он мне в самое ухо.

И эти слова теплой волной разлились по сердцу. Ему не все равно! Он хотел спасти не избранную Тарэйи и бесценный сосуд, а меня!

– Мой тар, – вдруг раздалось рядом. Я повернула голову и узрела темноволосую сунтурку в алом платье с до безобразия глубоким декольте. – Мы уже заждались вас, – произнесла она с придыханием и окинула Арана томным взглядом, напрочь проигнорировав меня. А затем и вовсе проявила верх бестактности – дотронулась до его плеча!

Внутри меня буквально загрохотало «Мой!». Не успев осознать, что творю, я громко зашипела и кинулась на нахалку. Ладони покрылись инеем, и там, где я прикасалась к коже сунтурки, расцветали алые ожоги. Она громко визжала и подпрыгивала, а когда я метнула в ее сторону струю мелких ледяных осколков, взвизгнула и бросилась прочь.

Я расхохоталась, наблюдая за ее неуклюжим побегом, а потом разом остыла, осознав, что сделала. Полностью потеряла контроль, поддалась охватившим эмоциям, выпустила лед. И все это на глазах у целого зала сунтуров!

К моему удивлению, никто, казалось, не обратил на этот инцидент никакого внимания. Словно подобное регулярно случается на приемах или… я в своем праве. Вот и Аран… Нежно погладил по плечу, приподнял мое лицо за подбородок, вынуждая заглянуть в его невероятные глаза и вновь испытать совершенно непреодолимое притяжение.

– А ведь Рен обещал, что сюрпризов больше не будет, – пожаловалась я. – И вот опять, – шепнула, вставая на цыпочки и обхватывая его шею.

– Ты так уверена, что дело лишь в магии и перестройках? – спросил Аран с ухмылкой.

– Это невыносимо, – выдохнула я, перебирая пальцами его волосы. – И опасно. Надо бы извиниться перед этой несчастной. Кажется, я ее покалечила.

– Не бери в голову. Ее никто не звал.

– Это же не повод… Ар, зачем ты так поступил с той, другой? С Иветтой?

– Не лучшая тема для беседы, как считаешь? – нахмурился Аран.

– Она… любила тебя?

– Кристи, любовь не всегда нужна мужчине и женщине, чтобы приятно проводить вместе время, понимаешь? – как у ребенка, спросил он в ответ.

– Ты сделал ей больно.

– Вот же несносная фейнка! Иветта перешла границы дозволенного. Я принц, Кристи, а она всего лишь рядовая сунтурка, одна из многих. Не жена и не невеста.

– Я тоже, Аран! И не смей больше меня целовать, слышишь?! И попробуй только прогнать так, как ее, я тебя заморожу!

– Ты себе противоречишь, Кристи, – усмехнулся Аран и, совершенно не вняв моим словам, погладил по щеке. Наклонился ниже, заставив дыхание сбиться, а сердце затрепетать чаще.

– Да что же это… Не смей, – выдохнула я и сама поцеловала его.

– А вы времени даром не теряли, – хмыкнули рядом.

– А вот и Рен, – усмехнулся Аран, отстраняясь. – Вернулся?

– Ненадолго. Я уже переговорил с твоим отцом, теперь он зовет тебя для беседы с экваленцами.

– Хорошо, – кивнул Аран. – Присмотри за моей эйни-тар.

Я проводила Арана взглядом и нехотя повернулась к Рену. Сейчас меньше всего хотелось выслушивать упреки, а ожидать иного, увы, не приходилось. Однако начал Рен неожиданно:

– Хорошо выглядишь. Если бы не знал, кто ты, решил бы, что сунтурка.

– В самом деле? Не хотела привлекать внимание экваленцев после того происшествия в Обители. Они мне не нравятся.

– По крайней мере, они не на стороне Ордена. Что же касается непривлечения внимания… Как думаешь, скольким из них, – Рен слегка повернул голову, указывая на зал, – не посчастливилось лицезреть ваш с Араном поцелуй?

– Рен! Я… Тебя не было здесь, и ты вообще не знаешь, что происходит! – насупилась я.

– Кристи, ты ведь понимаешь, что он тебе не пара?

– Ты издеваешься?

– И не только потому, что Аран сунтур, что само по себе должно быть достаточной причиной. Он наследный принц, Кристи! У вас не может быть ничего общего.

– Как и у вас, да? – усмехнулась я.

– Он мой друг, Кристи, но я не хочу, чтобы он разбил тебе сердце.

– Как было уже не раз, ты это хочешь сказать?

– Нет. Любая сунтурка, пожелавшая занять место в постели принца, знает, на что идет.

– Ну разумеется… В таком случае будем считать, что я тоже знаю, – зло сказала я.

До чего же не хотелось обсуждать это с Реном! Как, впрочем, и с кем-либо другим.

– Прекрасно, – не менее рассерженно подтвердил Рен.

– Значит, ты был в Энфейне? Зачем? – спросила я пару мгновений спустя.

– Ну уж не для того, чтобы любезничать с прихвостнями Конрада!

– Прихвостнями кого? И если ты намекаешь на меня – я ни с кем не любезничаю! Я стараюсь во всем разобраться. Совершенно одна!

– Кристи, пока ты пытаешься решить, на чьей ты стороне, я не бездействую, а ищу путь в стан врага.

– А я учусь!

– Азадор закрыли не просто так. Рассадник последователей Ордена очищения. Но даже они не пропагандировали свои идеи и не демонстрировали запрещенную магию столь явно, как в твоей Обители. Ты слепа, если этого не видишь!

– Я пытаюсь разобраться! Ты верно это подметил. Вместо того чтобы осуждать, лучше бы помог! А ты исчез!

– У меня нет времени играть роль няньки, Кристи. Уже нет.

– А мне нужно где-то учиться свалившейся на голову силе и искать родителей! – выкрикнула я и… поняла: так и есть! А я прохлаждаюсь на великосветских приемах!

– Что вы творите?! – прошипел, быстро подходя к нам, Аран. – Экваленцы уже расспрашивают о тебе. И у тебя растрепались волосы, – заметил он.

– Рен напомнил мне, что я задержалась, – сказала я и мстительно посмотрела на фейна.

– Кристи, только не сейчас, – простонал Аран.

– Прости, – пискнула я и перенеслась.


Глава 18

Очутившись в темном коридоре, я наконец сообразила, что в Обители мне могут не обрадоваться. Или, что еще хуже, чересчур обрадоваться… Но деваться было некуда, и я побрела в свою комнату. Мари крепко спала и не заметила моего появления, а утром, увидев меня, долго заикалась и бормотала нечто нечленораздельное.

– Мари, что случилось? – спросила я прямо.

Девушка глубоко вдохнула и как ни в чем не бывало произнесла:

– Все хорошо. Рада, что ты вернулась.

– Ладно… Меня не спрашивали?

– Ничего такого. Мне пора, Кристи. Увидимся после занятий, ведь так?

– Да, – кивнула я и посмотрела в свое расписание.

Первой, как и раньше, стояла медитация. Что ж, погружения мне сейчас не помешают.

Показываться кому-либо из магистров было страшно, но я уговаривала себя, что смогу переместиться в случае неприятностей. К счастью, опасения не оправдались: магистр даже не поинтересовался, где я пропадала все это время. Преимущества особенностей местного обучения налицо! Если, конечно, не считать острого чувства одиночества, обрушившегося на меня уже в середине урока.

Здесь каждый за себя, и никому нет до тебя дела. Нет друзей, тех, кто выручит в трудную минуту или просто подбодрит искренней улыбкой. Когда ты силен и самодостаточен, это, возможно, не так важно, но всем иногда нужна дружеская поддержка. А я осталась совсем одна. Даже Яги прячется где-то в покоях Ара в Энсунтуре. Да и сам Ар… Без него было особенно плохо. Пожалуй, я слишком привыкла, что он всегда рядом. И да, к концу медитации я видела не потоки внутренней силы, а золотистые глаза и легкую усмешку на притягательных губах. Р-р-р…

Приказав себе не думать о невозможном принце, я отправилась на следующее занятие – искусство диалога и маскировки, – на этот раз посвященное как раз последнему. Маскировке.

И самое любопытное – первую часть урока нас учили оставаться незаметными в толпе безо всякой магии. Внешний вид, не привлекающий внимания: неброская одежда, простая прическа, никаких атрибутов определенного дара. Далее – отсутствие яркой мимики, размашистых жестов и выразительной речи. Говорить следует не слишком громко, но и не слишком тихо, на уровне общего шумового потока. Также не стоит выказывать заинтересованность происходящим, эмоции всегда находят отклик. Если обстоятельства вынуждают вступать в беседу – не проявлять инициативу, но и не уходить от разговора слишком откровенно, односложно соглашаться и пожимать плечами. Желание продолжать общение у собеседника, скорее всего, пропадет.

И еще много всего в том же духе.

– Но разве этого достаточно? – спросил кто-то.

– Особенно если прячешься в замке врага, – с усмешкой поддержали его.

– В замке врага стоит не прятаться, а искать нужную информацию или выполнять иное задание, – сухо ответил магистр. – Но вы совершенно правы, обойтись без магии удается редко.

В аудитории повисла тишина. О магии маскировки, похоже, ничего не слышала не только я.

– Многие из вас носители редких, подчас уникальных способностей. Магическая маскировка различного рода относится как раз к таким. Ну а на вопрос, что это дает нам всем, вы, пожалуй, ответите и сами.

Адепты неуверенно переглянулись, а затем миниатюрная рыжеволосая фейнка с заднего ряда тихо произнесла:

– Артефакты, разумеется.

– Именно, – довольно улыбнулся магистр. – Как вы знаете, специально подготовленный предмет можно напитать силой практически любой направленности. Будь то мгновенные перемещения в пространстве, крайне редкие, но исключительно удобные, или же различные способы остаться незамеченным.

Собственно, о разновидностях магии маскировки дальше и пошла речь. Среди прочих магистр назвал также невидимость, носителем которой являлся Клайс, и способность менять внешность, свойственную сунтурам. Да, темную дымку, по желанию мгновенно покрывающую тело, он тоже упомянул. Лишь вскользь, но достаточно для того, чтобы породить громкие перешептывания во время занятия и оживленные беседы – после.

Мне же стало понятно одно: судя по всему, магистр Тень постоянно использует какой-то из таких артефактов. Хотя ни один, даже самый мощный артефакт, насколько я знала, не способен работать бесконечно, ему необходима подзарядка. А значит… у Обители достаточно ресурсов (в том числе в виде одаренных), чтобы ее осуществлять. Следовало ожидать, но… почему-то это лишнее подтверждение мне совсем не понравилось.

По дороге на обед я обратила внимание на новеньких, которых выдавали ошарашенные выражения лиц и крутящиеся во все стороны головы. Казалось, в Обители им не особо-то уютно. Неудивительно.

В столовой ко мне подсела Мари. Она приветливо поздоровалась и защебетала что-то о погоде и близящемся празднике, но при этом выглядела не радостной, а странно возбужденной и даже нервной.

– Что за праздник? – спросила я.

– Как же! День независимости Салудона! В Обители этот день всегда отмечают широко и устраивают общий выходной.

– Ясно. Будет что-то интересное?

– Конечно! Бал-маскарад, на котором одновременно развлекаются и адепты и магистры, – хихикнула она. – Говорят, это очень весело и необычно.

– Говорят? Ты разве не…

– Нет, еще не успела, – смутилась она. – Но слышала, это самое яркое событие года.

Мари на какое-то время замолчала, но видно было – хочет что-то спросить. Сомневается, как будто даже борется с собой.

– Что-то случилось?

– Нет! – тут же воскликнула она. – А у тебя? Все хорошо? Где ты была?

– Ну… – растерялась я. – С переменным успехом. Почему ты спрашиваешь?

– Ты моя соседка. Подруга! – добавила она. – Я переживала. Ты все время так внезапно исчезаешь, а в этот раз вообще пропала очень надолго. Не знала, что и думать.

– Да… В этот раз я угодила в передрягу похлеще прежних. Думала, спаслась из ловушки, а сама мигом угодила в другую. А недовольные богини, как оказалось, пострашнее недовольных магистров, – призналась я, усмехнувшись.

Но, заметив, каким цепким после моих слов стал взгляд Мари, сразу же пожалела об этом.

– Богиня, в самом деле?! Ты ведь была не в Энфейне?

– Нам уже пора, – натянуто улыбнулась я. – Я и так много пропустила. Пойдем?

– Конечно, Кристи! – с готовностью согласилась Мари и поднялась. – Формат обучения в Обители, конечно, не настолько жесткий, как в других академиях, но не стоит пропускать слишком много занятий, от этого могут быть проблемы.

Поведение Мари казалось странным, и я с радостью рассталась с ней, направившись на тренировку с магистром Иссаном. Уже перед самой дверью в его кабинет чуть было не передумала и не повернула назад. Что, если меня уже ждут там? Вновь очутиться в подвале жуткого старика совсем не хотелось. Однако, судя по всему, Атарнатель не выдал меня. Как странно…

Иссан подосадовал на мое длительное отсутствие, но остался вполне удовлетворен нелепым оправданием о непослушной силе, мотавшей меня между мирами и не позволявшей толком остановиться в Обители. Более того, даже подтвердил, что с начинающими ключниками такие сбои случаются, особенно под воздействием бурных эмоций. Выходит, легенду я выдумала удачную. Что ж, все к лучшему.

А потом… наставник смог меня удивить.

– Раз так, кое-что поменяем в наших тренировках, – сказал он. – Теперь ты будешь учиться перемещаться через двери и полосу безмирья, как и все прочие ключники.

– Но…

– Мне пока не сообщили о результатах тестирования твоей силы, но высока вероятность, что уникальность ее заключается в наложении двух даров друг на друга. И раз у нас не получается обуздать сразу оба, попробуем разделить их. Не в прямом смысле, разумеется, – усмехнулся магистр, вероятно, заметив, как вздрогнула я после его слов. – Мы пойдем самым простым, проторенным путем. Порой простота куда действеннее. Ты ведь хочешь подчинить свой дар?

– Конечно! Давайте начнем, – с готовностью согласилась я.

В конце концов, в том самом безмирье я уже, кажется, бывала. На пару с монстром.

Первые несколько раз перемещаться приходилось вместе с наставником, ибо расположения дверей в Энсшее я не знала, а переноситься в его присутствии на Землю не рискнула. Безмирье, которое я проскакивала незаметно, перемещаясь своим обычным способом, нервировало тьмой и шорохами. Правда, вскоре я поняла, что знаю, как быстро миновать его, и перестала бояться. И, надо сказать, к концу занятия я довольно сносно освоила «межмировые двери». Когда видишь перед собой реальный осязаемый объект и представляешь точно такой же на выходе, это дарит ощущение некой стабильности и уверенности, что окажешься именно там, где нужно. А не там, куда выдернет очередная сумасбродная богиня.

– Вот и прекрасно, – удовлетворенно произнес магистр, прощаясь со мной. – Постарайся избежать спонтанных перемещений. Необходимо провести еще несколько тренировок для закрепления навыка использования дверей, а затем мы подумаем и над второй составляющей твоего дара. Отдыхай и набирайся сил, Кристина.

– Спасибо, – кивнула я и поспешила покинуть Иссана, пока тот не догадался по выражению моего лица, что избежать перемещений я вряд ли сумею. Да и не захочу… Просто потому, что уже скучаю по Ару.

Идти в комнату и встречаться с Мари не хотелось, а вот поговорить с кем-нибудь – еще как. А потому я пошла в то единственное место Обители, где за все время видела лишь одного человека. То есть фейна. В библиотеку.

Клайс сидел за столом, глубоко погрузившись в какую-то книгу, и не сразу заметил мое появление. А когда заметил, подскочил и громко воскликнул:

– Кристи! Как хорошо, что ты пришла!

– Здравствуй, – растерялась я от столь бурной реакции.

– Да, да… Послушай, помнишь, тогда, в библиотеке магистров? – понизив голос, шепнул он. – Я позаимствовал у них одну весьма занимательную книгу. Вернее, как выяснилось, даже не совсем книгу. Классификатор способностей с конкретными примерами. В общем, ты должна это видеть! – И, пролистнув несколько страниц, он указал на одну из них. – Ну же!

Я неуверенно подошла и посмотрела вниз. Иллюстрация. Скорее даже черно-белое фото темноволосой красивой женщины, фейнки. Легко узнаваемый овал лица, длинная шея, миндалевидный разрез светлых глаз. Мама?

– Мама? – повторил Клайс. Похоже, удивилась я вслух. – У вас одно лицо! Она тоже училась в Обители?

– Понятия не имею, – пробормотала я. – А что там написано?

– Хм. Тут ничего не сказано насчет места обучения… Мне кажется, здесь вообще собраны самые выдающиеся случаи, самые яркие проявления дара. Вот, посмотри. – Он перевернул страницу и указал на другое фото. Потом еще и еще. – Напротив некоторых стоят плюсы. Какие-то обведены в круг, а напротив фотографии твоей мамы, – Клайс откинул страницы обратно, – этот символ. Жажда обладания, – совсем тихо добавил он.

– То есть… в Обители хотели заполучить ее дар? – ошарашенно выдохнула я. Одно дело подозревать магистров в темных делишках, и совсем другое… – Клайс, с тобой они тоже делали это? Старик с голубоватой дымкой в глазах, кресло с ремнями?

– О нет, Кристи. Это не то… Не совсем то. Давай прогуляемся, – сказал он, и огромная книга мгновенно сделалась невидимой. – Пойдем.

– Погоди, – притормозила я Клайса. – Какой там указан дар?

– Переходящая, – ответил он.

Мы вышли во двор и направились в сторону парка. Я молчала, пытаясь переварить то, что мама в самом деле маг, да еще и носитель одной из редчайших способностей!

Когда нам перестали попадаться идущие навстречу адепты, Клайс заговорил:

– Отъем силы в артефакты – это то, через что приходится проходить каждому адепту в Обители. Да, понимаю, прямо об этом никто не говорит, тем более новичкам, но такова наша плата за обучение. По мне – вполне справедливая.

– Они сказали, что хотят изучить мой дар, чтобы знать, как лучше развивать его. Изучить, а не забрать!

– И это тоже. Просто пойми: они делают то, что выгодно и им и тебе. Сильнее дар – больше отдача.

– А если я не хочу? Это же обман! И зачем им столько силы?

– Любой артефакт со временем теряет силу. Его нужно наполнять снова и снова. Если, конечно, не забрать все разом или не блокировать магию. Но так они, разумеется, не делают.

– Как вижу, тебя все устраивает.

Клайс нахмурился.

– У меня нет выбора, Кристи, как и у большинства здесь. Дар бывает разрушительным для его носителя, если не уметь с ним обращаться. Он может уничтожить не только тебя, но и твои отношения с семьей и друзьями, сделать совершенно одиноким и отверженным всеми.

– Клайс…

– Обитель – единственный шанс, двери других школ Энфейна закрыты для салудонцев. Каждый из нас мечтал попасть сюда, понимаешь?

– Я могу понять, что вы хотели учиться, но что ты знаешь про сам Орден сильнейших магов? Это не кажется тебе подозрительным и… неправильным? Лучшие одаренные, носители уникальных способностей… Каковы цели верхушки Обители на самом деле? Кому доступна информация об их истинной деятельности?

– Полноценными членами Обители становятся только выпускники, прошедшие первое посвящение с кучей разных испытаний в придачу. Каких именно, никто из адептов, конечно, не знает. Но слухи ходят самые невероятные… – Клайс на пару минут ушел в себя, а потом вдруг воскликнул: – Ты поэтому не появлялась так долго? Испугалась первого отъема?

– Откуда ты знаешь? – удивилась я. С Клайсом мы общались не настолько часто, чтобы он успел заметить мое отсутствие.

– Видел, как Гинель расспрашивал твою подругу. Случайно.

– Вот как… Я не знала. Спасибо, Клайс, – тихо поблагодарила я и предложила вернуться в Обитель.

Я перестала понимать этого парня. То он проникает на этаж магистров в поиске ответов и запрещенных книг, то пытается убедить меня, что они святые. Но странности эти меркли в сравнении с найденной фотографией мамы в одной из книг Обители! Один из сильнейших даров! Тот, которым они хотят обладать…

Ночью я долго не могла заснуть, пытаясь сложить из множества маленьких, плохо подходящих друг к другу кусочков пазла цельную картинку. Пока не получалось, но происходящее тревожило все сильнее. Только как быть?

Когда дрема все же сморила меня, на смену изнурительным размышлениям пришли удушливые, вязкие кошмары. В итоге я совсем не выспалась, сильно вспотела и чувствовала себя с утра поистине отвратительно. Прохладный душ не смог исправить ситуацию, и на занятия я пошла не в лучшем расположении духа.

После традиционных медитаций сразу отправилась к магистру Тирелю на тренировку. Его ассистент подловил меня у выхода из аудитории и велел идти за ним вместо истории становления магии, значащейся в расписании следующей.

– Ключники редко обладают достаточным потенциалом стихийной магии, – сказал наставник, недовольно глядя на меня, – и еще реже берутся развивать ее. Но раз уж вы ступили на этот путь, адептка Кристина, соблаговолите являться на занятия регулярно!

– Прошу прощения, – тихо извинилась я.

– Полагаю, вы усердно упражнялись все это время? – с холодной усмешкой произнес Тирель. – Порадуйте же меня своими успехами.

Вряд ли я сумела удивить и уж тем более порадовать его, но в целом занималась неплохо. Сила послушно отзывалась, принимая нужную форму. Спокойно и ровно, без неожиданных всплесков и колебаний.

– Вижу, медитации идут вам на пользу, – заключил магистр. – Если так пойдет и дальше, мы наконец сможем перейти от обуздания дара к его развитию.

Вот так. Вроде и похвалил, а вроде и наоборот.

После тренировки мое самочувствие резко ухудшилось. Голова кружилась от слабости, меня качало из стороны в сторону и бросало попеременно то в жар, то в холод. Идти в столовую в таком состоянии я не рискнула и сразу отправилась к себе в комнату, где и провалялась в постели до самого вечера.

Тарэйя не тянула привычно в Энсунтур, но это больше не радовало. С каждым часом мне становилось все хуже. Хуже без него. Не только эмоционально, но и физически я ощущала, как остро мне не хватает Ара. Осознавала, что это не вполне нормально, но понимание отходило на второй план перед необходимостью просто быть рядом с ним. Касаться, вдыхать пряный аромат его кожи, купаться в теплых огненных лучиках его глаз…

В состоянии, близком к бреду, я металась по кровати и тихо просила неизвестно кого о помощи. А потом с неприятным хлопком наконец перенеслась в Энсунтур.


Глава 19

Из одной кровати я переместилась прямиком в другую. Аран уже спал, и я беззастенчиво придвинулась к нему, коснувшись головой сильного плеча. И блаженно улыбнулась. Как же хорошо, когда он рядом! Ар хотел посадить на поводок, а в итоге нашлось нечто куда более эффективное, чтобы привязать меня. Или же все дело в той самой гормональной перестройке? Как же во всем разобраться?..

Я полежала еще немного и решительно встала. Надо найти Брита!

Шататься ночью по дворцу, не имея ни малейшего представления, где найти лекаря, и даже не зная, где находится помещение с волшебным стабилизатором, – занятие увлекательное, но малоэффективное. Однако мне повезло: довольно скоро в одном из коридоров я встретила уныло бредущую куда-то Ильниру.

– Кристи? – удивилась она. – Ты вернулась?!

– Разве я когда-нибудь не возвращалась? Ты знаешь, где Брит?

– Думаю, уже спит, – растерянно ответила девушка. – Что-то случилось? Ты больна?

– Пока не знаю. Да нет же! – воскликнула, заметив священный ужас в ее глазах. – Все хорошо, но мне нужно поговорить с ним. Проводишь?

– Конечно, Кристи, – согласилась она. – Я боялась, ты не вернешься. Аран двое суток не находил себе места и отправил делегацию фейнов вперед.

– Вперед? – спросила я и замерла от приступа головокружения. – Послушай, давай сначала найдем Брита, а потом ты мне все расскажешь, хорошо?

– Мы уже пришли. Это его комната, но он…

Не дослушав, я громко постучала. Потом еще раз и еще.

– Что такое?! – недовольно спросил лекарь, высунувшись из-за двери. – Кристи? Что случилось? – с тревогой спросил Брит, уставившись на меня. – Где Аран?

– Спит. Мне нужно поговорить с тобой. И не знаю… Возможно, осмотр в этом вашем стабилизаторе.

– Так, подожди, – сказал он и захлопнул дверь с той стороны. Но уже через минуту вернулся и позвал следовать за собой.

– Спасибо, Ильнира! – махнула я сунтурке и поспешила за лекарем.

– Рассказывай, что стряслось. Полагаю, ты вернулась совсем недавно, раз Аран не успел приковать тебя к кровати кандалами.

– Что?! – возмутилась я.

– Прости, вырвалось.

– Ты ведь не думаешь, что мы…

– Это не имеет значения. А впрочем… – Брит на мгновение задумался и произнес: – Я должен знать все!

– Затем и позвала, – уныло ответила я после паузы. – Со мной что-то происходит, и я хочу понять, что именно. Сразу после перемещения все было нормально, но чем дальше, тем хуже мне становилось. Без него, понимаешь? Я не просто скучала, мне как будто физически его не хватало!

– Заходи, – велел лекарь, открывая дверь в зал со стабилизатором. – Лучше было бы позвать Арана, но да ладно, нити я увижу и так. Ложись сюда.

Он указал на то самое ложе, на котором я уже побывала как минимум дважды.

– И, Кристи, – нависнув надо мной, сказал Брит, – я все же должен спросить: ты влюблена?

Я недовольно поджала губы, собралась с мыслями и призналась:

– Не знаю, Брит. Тогда, в самый первый раз, у воронки, это точно были не мои чувства. Затем та гормональная перестройка, когда меня чудовищно влекло к Ару. Вернее, не к нему одному, а вообще ко всем окружающим мужчинам… – Вспоминать такое было неловко, но пришлось. – Но сейчас… Я просто хочу знать, как-то отделить одно от другого. Понять, где настоящие чувства, а где влияние его крови. Ты поможешь?

Брит чуть надавил мне на плечи, заставив лечь, и отошел к своим экранам. Вокруг выросли уже знакомые полупрозрачные стены. Смирившись с происходящим, я устало выдохнула и прикрыла глаза.

– Похоже, канал связи еще не закрыт, – сказал Брит спустя пару мгновений.

– Что? – встрепенулась я.

– Аран провел обряд, во время которого передал тебе часть своей силы. Вас теперь соединяет нить наподобие тех, что тянутся от тара к каждому члену подвластной ему группы. И сейчас по этой нити все еще передается энергия. Понятно, почему тебе стало плохо вдали от него.

– Я что же… вампир?!

– Ну… в некотором роде.

– В некотором роде?! – ужаснулась я.

– Кристи, ну разумеется, ты не вампир! – воскликнул Брит недовольно. – Просто Аран подпитывает тебя силой, как подпитывал бы любого под своей опекой. К тому же делает он это сугубо добровольно.

– И это надолго?

– Нет, не думаю. Перестройка завершится, и нить ослабнет. До тех пор, пока ты опять куда-нибудь не влипнешь.

– Получается, он теперь всегда будет вынужден делиться со мной силой? – поразилась я. Надо сказать, неприятно поразилась.

– Ты его эйни-тар, – пожал плечами Брит и помог мне подняться. Пленка вокруг меня уже погасла.

– Я только и слышу об этом все последнее время. Но до сих пор толком не понимаю, чем мне это грозит.

– Боюсь, мне тоже не так много известно обо всех тонкостях привязки в паре с таром. Тем более после того ритуала, на который принц пошел, трудно сказать что-то определенное. Будь ты рядовым воином из его группы, исключение повлекло бы за собой и обрыв связи.

– Выходит, я так хотела видеть его только поэтому?.. – прошептала я.

– Боюсь, разобраться сможешь только ты сама, Кристина, – сказал Брит и вдруг переменился в лице.

– Да, ничего не скажешь, сюрприз удался, – холодно произнесли от двери, а затем от грозного силуэта в ее проеме отделился маленький белый комочек и метнулся ко мне.

Яги! Радость от встречи с пушистым другом перевесила даже невольную тревогу от предстоящего объяснения с Араном. Как же я скучала!

– Вы закончили? – поинтересовался тем временем Аран.

– Да, – тихо ответил Брит и мгновенно куда-то испарился, оставив меня наедине с нахмуренным принцем.

– Ты ведь хорошо осознаешь, что переместилась на глазах у полного зала подданных короля, включая его самого и делегацию фейнов? – спросил он, медленно приближаясь.

– Ар, так вышло, – пискнула я, сжавшись.

– Исчезла на целых два дня, не предупредив никого, как долго тебя не будет, – продолжил он. – А затем как ни в чем не бывало вернулась. И что? Тут же побежала к Бриту?!

– Не злись. Мне нужно было поговорить с ним. И нужно было уйти тогда. Я и так слишком задержалась из-за…

Я запнулась, не зная, чем заменить «из-за того, что чуть не умерла».

– Это был очень неподходящий момент, Кристи, – сказал Аран и, уперев руки в поверхность стабилизатора, навис надо мной.

– Момент всегда неподходящий, – состроив раскаивающуюся рожицу, сказала я.

– Это верно. Но я рад, что ты успела, пока я еще здесь, – неожиданно улыбнулся он и притянул меня к себе. Потерся носом о мои волосы и, шепнув в самое ухо «Я скучал», поцеловал. Так, что голова закружилась уже не от слабости, а от фейерверка нахлынувших ощущений.

Из груди поднялась не волна – целая лавина искристой радости, а непослушное сердце громко зазвенело: «Люблю! Люблю!»

– Я тоже, – прошептала я и, крепко обхватив его шею руками, позволила себе насладиться этими мгновениями близости, ни о чем не думая и ничего не решая. Однако безмятежное счастье продлилось недолго.

– Подожди, – выдохнула я, отстранившись. – Что значит – пока ты еще здесь?

– Фейны посещали Энсунтур не просто так, Кристи. Они просили нас о помощи.

– О помощи?

– Да. В Эквалене готовится переворот, и их старейшины опасаются, что у верхушки окажется посадник Ордена. Салудон давно пытается влиять на весь Энфейн. Конраду не терпится подмять под себя не только темных, но и Крейсенрен с Экваленом.

– А при чем тут сунтуры?

– Мы хорошие воины, Кристи. Тот перевес в силе, который может оказаться решающим в нужный момент.

– Но зачем это вам? Тебе? – удивилась я.

Взаимопомощь и выручка – это, конечно, отлично, но ведь у Энсунтура хватает своих проблем!

– Встретив тебя, я немного увлекся, – сказал Аран серьезно. – Избавить родной мир от разъедающих его язв представлялось очень заманчивым, а главное – реалистичным. Но заморозки даются тебе нелегко, а воронок становится все больше. Патрули, выставленные у каждой, даже самой незначительной поляны тарэйи, не дают результата. Таких площадок разбросано по Энсунтуру слишком много, чтобы обеспечить полноценной группой каждую, а одного-двух воинов явно недостаточно. Мы уже терпим потери.

– Это продолжается?

– И будет продолжаться, пока мы боремся с последствиями, а не с причинами, – сказал он.

– Подожди, но при чем тут экваленцы?

– Следы черного огня ведут в Энфейн, Кристи. Целью нашего визита в Эквален будет не только военная поддержка, но и расследование и разоблачение действий Ордена.

– Ар, кто такой этот Конрад и почему ты так уверен, что Салудон – рассадник зла? Что, если эти экваленцы просто… фанатики?

Аран как-то странно посмотрел на меня, а потом ответил:

– Конрад – глава Ордена очищения. Некоторые думают, что он погиб при разрушении Академии Финфорт, но мерзавцы вроде него не умирают так просто, и ситуация, сложившаяся в Энфейне за последние двадцать лет, это наглядно подтверждает. Есть еще много всего, Кристи, но сомнений в том, кто стоит за переполохом в Эквалене и воронками в Энсунтуре, у нас больше нет.

– Нет, не понимаю, почему вы так уверены… Зачем фейнам делать это с тарэйей?!

Я отчаянно хваталась за последние соломинки, не желая признавать простого и очевидного факта. Того, что должна была понять уже давно: Салудон не без оснований зовут пристанищем темных фейнов, а Обитель ордена сильнейших магов – не что иное, как тот самый Орден очищения. Всесильный, как говорила мама, во что же я вляпалась?..

– Во всем этом я и буду разбираться, Кристи, – сказал Аран.

– Ты… Но как же воронки и… я? – спросила, подняв на него глаза.

– У тебя нет печати ключника, а без регистрации фейна не пропустят в Эндорф даже через переход.

– Слышала об этом, – пробормотала я, безуспешно пытаясь собраться с мыслями. Он уезжает! Не куда-нибудь – в Энфейн. Без меня… – Я везде лишняя.

– Неправда. Когда все закончится, ты получишь свою печать и сможешь вполне законно перемещаться по всему Шестимирью. Не грусти, Кристи, – сказал он и приподнял мое лицо.

– Зачем вообще эти печати? Неужели они там следят за каждым переместившимся?

– Это вынужденная мера. Слишком многие ключники перешли в свое время на сторону Ордена. Вольно или невольно, но они стали врагами. Отслеживают не тех, у кого есть печать, а как раз наоборот. Сеть срабатывает на чужаков. Хотя, подозреваю, все это весьма энергозатратно.

– Ясно… – сказала я растерянно, еще больше теряясь под его взглядом. Чересчур нежным, неправильным…

– Так что с воронками? Ты хочешь, чтобы я замораживала их без тебя. Как тогда…

– Нет, Кристи, – проведя по контуру моего лица, тихо ответил он. – Это подождет. Отец начал искать решение, как только узнал о действии льда. Проведено немало экспериментов, найдены маги воды, способные создавать лед.

– Значит, я здесь больше не нужна?

– Хочешь уйти? – вдруг спросил он. Впервые за все время он спросил меня об этом. А я не знала, что сказать.

Лицо его было так близко, что горячее дыхание касалось щеки. Но хотелось не отстраниться, а придвинуться еще ближе…

– Не хочу, – выдохнула я, и губы Ара накрыли мои.


– Мне нужно идти, – сказал Аран через некоторое время. – Мы продолжим, когда я вернусь.

– Ты невыносим и жутко самонадеян, – улыбнулась я. – Ты же понимаешь, что я не буду сидеть с Ильнирой в обнимку и ждать тебя? И если твой отец нашел решение…

– Маленькая язва, – прокомментировал с усмешкой Аран, а потом серьезно добавил: – Способ отца не избавляет от черного огня, а лишь замедляет распространение воронок. Это решение – временное. И не забывай слова Оракула. Именно ты сможешь потушить их, никто другой. Но только когда я вернусь. Вместе. Отдохни пока, Кристи, и постарайся никуда не вляпаться.

Он сказал это и в самом деле собрался уходить! В голове все перемешалось. Воронки, его отъезд, Орден и родители… Родители!

– Аран! А как же мои родители? Ты обещал узнать, встречались ли похожие на них фейны в Энсунтуре накануне моего появления!

Аран скривился, словно от кислого, и спросил:

– Кристи, может быть, поговорим об этом позже?

– В каком смысле – позже? Прошло уже так много времени! Неужели ты не мог…

– Я узнал, – сдался Ар. – Узнал, Кристи, уже давно.

– Узнал?! – не поверила я. – И ничего не сказал мне?!

– Нечего было говорить. Неучтенные ключники не появлялись нигде в Энсунтуре ни до, ни после твоего перемещения в священный лес. Через переход из Эндорфа фейны также не проходили.

– Почему же не сказал об этом сразу?! Аран, мы ведь заключили сделку!

– Знаю, Кристи, я виноват. Это не оправдание, но… Поначалу я просто боялся, что, узнав, ты больше не вернешься в Энсунтур. А потом стало не до того.

– Не до того? Ты меня обманул, – процедила я. – Собственно, чего я ждала? Отношения как к равной? Ха!

Меня захлестнула обида. Пожалуй, слишком острая для такого случая, но я уже не могла мыслить рационально.

– Кристи, послушай, – сказал Аран, снова приблизившись. – Ведь это не так.

Я не желала слушать и отвернулась. И почти сразу раздался громкий шелест.

– Посмотри на меня, – попросил Аран. – Кристи.

По-прежнему насупленная, я все же повернула голову. Отблескивающие золотом крылья Арана были широко расправлены.

Он подошел вплотную и спросил:

– Ты знаешь, что это?

– Крылья, – хмыкнула я.

Аран усмехнулся и произнес:

– Это твоя защита и опора. Всегда. Просто позволь мне быть таром для своей эйни-тар. – Он сомкнул крылья у меня за спиной, и некоторое время мы просто молча, не отрываясь, смотрели друг на друга. – Мое влияние не распространяется дальше Энсунтура, – наконец сказал он, – но в сложившихся обстоятельствах, думаю, у меня будет возможность организовать поиски и в Энфейне. Не перемещайся туда одна. Ты можешь доверять мне, Кристи.

Он невесомо поцеловал меня и, убрав крылья, ушел. А я… почти сразу вернулась в Обитель. И даже исполнила указание магистра Иссана – переместилась через дверь!

В мыслях творился настоящий хаос. Все перемешалось и перепуталось, но думать, анализировать и раскладывать по полочкам не было сил.

– Я все узнаю, все пойму, но завтра, – прошептала я и вернулась в постель.

Яги выскользнул из моей рубашки и нырнул под одеяло. Потом высунул мордочку и с грустью посмотрел на меня.

– Прости, малыш, – сказала тихо и осторожно погладила его между ушек. – Слишком часто я оставляю тебя одного. – Зверек потерся о мою ладонь и жалобно пискнул. Так, будто знал о скручивающей сердце тоске и разделял со мной это чувство. – Мы со всем справимся, даже не сомневайся.

– Яги будет рядом, пока нужен, – послышалось мне уже на самой границе сна и яви.

* * *

День прошел тускло. Чувствовала я себя вполне сносно, но была вялой и безразличной к происходящему. Вместо того чтобы отрабатывать перемещения в разные уголки Энсшея через двери, я гуляла по их тропическому лесу и наслаждалась жарким влажным воздухом – совсем как в Энсунтуре. Магистр Иссан качал головой, но никак не комментировал мою рассеянность. А вот Тирель не отказал себе в удовольствии отпустить пару нелестных замечаний в мой адрес. Меня они не задели. Мысли блуждали далеко.

Мама, Орден, загадочный Конрад…

– Вы практикуетесь в телепатии, адептка Кристина? – неожиданно спросил наставник, и я с запозданием поняла, что неприлично пялюсь на него уже какое-то время.

– Простите.

– Отчего же, это был бы весьма необычный опыт. Возможно, тогда вы начали бы слушать то, что я говорю.

– Прошу прощения, – повторила я и поджала губы. До чего неприятный тип!

– Сосредоточение – основа успешного овладения любым даром. У вас же он не один, и только от вас зависит, насколько достойным и сильным магом вы станете.

Я кивнула и пошла прочь из кабинета, по дороге думая о том, насколько достойным магом является он сам. Знает ли, в каком месте преподает? Разделяет ли взгляды тех, кто творил страшные вещи, убивал… От одной мысли об этом по спине побежали мурашки, и когда кто-то дотронулся до плеча, я вздрогнула, едва не подпрыгнув на месте.

– Это я, – шепнул Клайс. – В библиотеку или в беседку?

– Что случилось?

– Значит, в библиотеку, – заключил он и взял меня под локоть. А казался таким застенчивым!

– Я долго думал, – начал он еще по дороге, – и решил, что ты права. Понимал это и сам, но открещивался, как мог, – добавил он уныло.

– Клайс, ты о чем?

– Ты должна понять… – Затормозив, он заглянул мне в глаза и произнес: – Обитель стала мне домом. Пусть не самым уютным и гостеприимным, но другого у меня нет.

– Что с твоей семьей? – спросила неуверенно. После разговора с Араном всюду мерещились шпионы и предатели.

– Не всем по душе, когда живешь с тем, от кого не скрыться. Особенно когда есть что скрывать. Но не будем об этом. Заходи, – сказал он и распахнул дверь, ведущую в библиотеку. – Я кое-что сделал, – понизив голос, добавил Клайс и позвал меня к облюбованному им столу, где в полнейшем беспорядке лежали бумаги и раскрытые книги, которые, судя по всему, никогда его не покидали.

«Да, библиотека Обители – царство одного-единственного адепта», – усмехнулась я про себя.

– Кабинеты и комнаты магистров в скрытых корпусах – это мелочи, Кристи, а вот подземелья! – доставая из ниоткуда какой-то свиток, восхищенно произнес он. – Вот где находится все самое интересное!

Клайс развернул свиток и провел по нему пальцем.

– Смотри! До сих пор до конца не уверен, что такое бывает, но этот символ означает полное отсутствие магии.

– Это внизу?

– Даже не один уровень, их несколько, – кивнул Клайс. – Знак стоит только на одном. Полагаю, нам туда.

Я совсем растерялась.

– Туда? Где ты взял этот чертеж? И как туда проникнуть? А главное – зачем?

– Ищущему открываются двери! – провозгласил он. – Особенно если он обладает даром невидимости.

– Ты опять ходил на этаж магистров? – не поверила я. – А как же защита?

– Если адепт проходит вместе с магистром, она не срабатывает, – подмигнул Клайс. – А теперь послушай. У меня был друг. До того, как он пропал. Я знал о его уникальной способности – на расстоянии определять, носителем какого дара является маг. Так вот, среди адептов и даже магистров нет никого, склонного к маскировке. Кроме меня. Владеющих тьмой нет вовсе, понимаешь?

– Не совсем.

– Тень, Кристи. Для поддержания его маски нужен очень мощный артефакт, требующий регулярной подпитки. Как представлю, что приходится терпеть бедняге…

– Подожди… Ты думаешь, что твоего друга используют для поддержания артефакта магистра Тени?

– Именно, Кристи, – кивнул Клайс. – И не только его.

– Там, внизу? – уточнила я.

– Больше негде. И завтрашнее празднование – отличный повод наведаться туда.

– Нет, – помотала я головой. – Клайс, это ерунда какая-то. Просто безумное предположение, и все. Может быть тысяча объяснений, как создается та маска. Да и как ты себе это представляешь? Мы на этаж магистров-то неспособны попасть, не то что в потайные подземелья!

Перед глазами стояла фотография мамы. Вдруг она тоже там? Все это время заточена в подземельях жуткого Ордена! Нет-нет-нет, в это отчаянно не хотелось верить. Но та книга, этот чертеж, разговоры об избранности… все сходилось к одному. Не знаю, как долго я отговаривала бы себя, прежде чем решиться на эту авантюру, но решающим стал голосок Яги.

– Нужных, но неугодных держат внизу, – пискнул он у меня в голове. – Яги видел.

– Праздник завтра? – спросила, решительно посмотрев на Клайса. Тот с готовностью кивнул. – Значит, идем завтра. Нам нужен план.


Глава 20

Несмотря на то что основное празднование ожидалось только вечером, занятия отменили все, включая утренние медитации. Адепты, взбудораженные и веселые, шатались по Обители безо всякого дела. Впервые за время, проведенное здесь, я видела широкие улыбки и открытые лица. Все-таки праздник – это хорошо. А если магистры будут столь же беззаботны, возможно, мы даже сумеем добраться до цели…

Клайс еще ночью приготовил все необходимое: скромный запас еды и воды на случай, если мы заплутаем в подземельях, несколько маленьких переносных световых сфер и сигнальных маячков, схему верхних этажей Обители, тот самый чертеж и… небольшую кувалду.

– Оставлю здесь, – сказал он, положив невидимую сумку под один из столиков с букетом цветов, которые стояли почти в каждой нише. – Встретимся внизу в начале бала, будто случайно.

Я указала на спрятанное:

– А это?

– Нам все равно придется подняться. Проход скрыт за одной из панелей в стене. Иначе в нужный сектор не спуститься.

– Как это – в стене? И как мы будем его искать?!

– Не время паниковать! Я проверю столько, сколько успею, а дальше положимся на удачу.

Заявление Клайса меня совсем не вдохновило, но отступать было глупо. Так я тогда думала…

Вернувшись в комнату, я уставилась в полупустой шкаф. Интересно, что тут полагается надевать на бал? Я ведь отказалась даже от юбки в качестве местной разновидности формы.

– Видела у тебя шикарное платье, – сказала Мари, оторвавшись от разглядывания своего наряда, – ты оставила его в ванной.

– Платье?

Действительно. То самое, в котором я танцевала с Аром.

– Оно ведь не из Энфейна, верно? – спросила Мари, когда я вернулась в комнату. – У нас не используют такой орнамент.

Я с сомнением посмотрела на платье. Затем на Мари.

– Это так заметно?

– Нет, не особенно. Вряд ли кто-то обратит внимание на детали.

– Ладно, – пробормотала я, мало что понимая.

Позже Мари принесла подходящую по цветовой гамме маску. Их свободно раздавали сегодня для всех. Фиолетовый, золотой и черный. Вышло весьма недурно. Я даже покрутилась перед зеркалом, любуясь прекрасной незнакомкой.

Однако Клайс не разделил моих восторгов. Более того – попросту не узнал.

– О-о-о… Э-э-э, – выдавил он, когда я шепнула ему свое имя. – А ты не могла надеть что-то более практичное?

– Это же маскарад, забыл? – ответила я слегка обиженно и прошла мимо него в центр холла.

Достаточно большого зала для проведения приемов в Обители не имелось, а потому основным местом для танцев стал просторный холл. Кроме того, двери во все помещения и аудитории первого этажа были открыты, и из каждой также доносилась приятная музыка, а внутри стояли накрытые угощениями столы. Однако я, как и многие другие, не стала задерживаться в стенах замка.

Разгоняя вечерний сумрак, висели в воздухе парка желтые магические сферы, а между ними искрились маленькие шарики – словно гирлянды из фейерверка. Кустарник и низкие деревца также украшали разноцветные огоньки, придавая всему окружающему поистине праздничное настроение. Будто это и не непонятный, чуждый мне праздник в другом мире, а привычный и такой любимый Новый год на Земле.

– Почему же вы скучаете в такой вечер одна, милая птичка? – раздалось сзади.

Я повернулась на звук и встретилась взглядом с чуть насмешливыми темно-карими глазами, обрамленными узорчатой маской. Бархатно-черная, вышитая серебряными нитями, она все же не скрывала выбивающейся из-под нее дымной тьмы. Но и не закрывала сегодня нижней половины лица.

– Магистр, – чуть склонила я голову в знак приветствия.

– Ну уж нет, дорогая, – проворковал он, беря меня под локоть. – Сегодня – просто незнакомец.

Магистр медленно уводил меня от светящихся сфер в сумрачную часть парка, к той самой беседке, где я когда-то повстречала его. Я ощущала все нарастающее беспокойство. Но не свое.

Яги сначала зацепился за подол моего платья с внутренней стороны, а потом и вовсе убежал куда-то. Недалеко, потому что я все это время чувствовала его едва заметное присутствие в своих мыслях. И сейчас он был встревожен.

– Может, вернемся к остальным? – предприняла я попытку сбежать.

– Уже хочешь покинуть меня, неуловимая птичка? – спросил Тень, останавливаясь.

– Говорят, праздник – лучшее время в году, – с трудом выдавила я, испуганная его намеком.

– Независимость для Салудона – важное достижение, но скоро мы будем праздновать нечто куда более грандиозное. Ты – одна из нас, Кристина, – прошептал он и провел по краешку моего уха, вызвав толпу мурашек и невольное волнение. – Ты весьма одаренная фейнка и, как все мы, достойна лучшего. Миры упадут к твоим ногам, если только пожелаешь.

– Я боюсь, – отчего-то призналась я, и Тень, улыбнувшись, коснулся моей щеки.

– Тебе нечего бояться. Здесь твоя семья. Просто прими нас так же, как мы приняли тебя. Ты ведь понимаешь, что попала сюда не случайно?

– Да.

– Зачем же ты убежала, Кристи? – приподняв мое лицо за подбородок, выдохнул он мне в самые губы.

– Я…

– …испугалась, – ответил он за меня.

– Очень.

– Твои наставники ответят за это. Они должны были объяснить необходимость заборов силы и не допустить страха.

– Но…

– Фейнов притесняют по всему Шестимирью, враги добрались и до Энфейна. Вплоть до того, что некоторым семьям пришлось покинуть родной мир, – сказал он. – Оставить привычный уклад, дом и друзей. Как, думаешь, им жилось среди лишенных даже самого представления о природе магии?

Я сглотнула, начиная догадываться, к чему он клонит. Но как? Я ведь никому не говорила об этом прямо.

– Только новые сильные маги смогут восстановить справедливость и вернуть фейнам достойное положение среди миров. Ты нужна нам, Кристина. – Он говорил медленно и проникновенно, его дыхание обдавало мою шею, так близко он стоял, а пальцы невесомо перебирали мои волосы. – Мы научим тебя быть сильной. Ты такая же, как и мы. – С каждым произнесенным им словом сознание все больше туманилось. Мне отчаянно хотелось верить ему, стать такой, как он. Настоящей фейнкой, достойной жить в родном мире и путешествовать по другим. Вернуть это право своим родителям.

Я подалась вперед и почти прошептала «да», когда тоненький голосок Яги неожиданно прорвался в мое сознание: «Не верь!»

Отстранившись от магистра, я с трудом прошептала:

– Проводите меня обратно, пожалуйста. Мари, должно быть, уже обыскалась.

И натянуто улыбнулась.

– Ах, Мари, – улыбнулся в ответ магистр. – Разумеется, моя птичка.

– Спасибо, – выдохнула я и шагнула назад.

– Я еще пройдусь, если позволишь. – Я кивнула и сделала еще один шаг. – Повеселись на славу, Кристина. Только не забывай, что благополучие твоих родных зависит и от тебя, – сказал он и, задержав ненадолго на мне взгляд, развернулся и пошел прочь.

Адептов на улице стало куда больше, и я, едва не расталкивая их локтями, пробиралась к входу в Обитель.

– Где тебя носит? – недовольно проворчал Клайс, преградив мне путь.

– Прогуливалась с Тенью по парку.

– Очень смешно! – буркнул он, а я вздрогнула от раздавшегося грохота.

Адепты одобрительно засвистели и как один подняли головы к темному небу. Неудивительно. Прямо над нами пролетал огромный, сотканный из огненных нитей дракон.

– Самое время, – шепнул мне на ухо Клайс и потянул за собой.

– Это невероятно, – выдохнула я, с восторгом глядя на волшебное создание. Дракон двигался, как живой! Проносился над самыми головами, а затем взмывал высоко в небо, взмахивая огненными крыльями и оставляя шлейф искр.

– То ли еще будет! Это единственный день, когда разрешено открыто демонстрировать свою силу. Будучи в маске, разумеется. Но нам пора! Или ты передумала?

– Нет. Конечно нет. Пойдем.

Когда заходили внутрь, мне на ногу запрыгнул Яги, а затем повис на подоле платья с внутренней стороны.

– Ты нашел проход? – спросила Клайса.

– Почти.

– Как это?

– Оказалось, я ошибся этажом, – ступая на лестницу, признался он. – Но на третьем осталось проверить всего ничего!

– Кристи, куда это ты? – раздалось сзади.

«Только не это», – про себя простонала я и повернулась к вездесущей Мари.

– Праздник, – улыбнулась, на ходу придумывая оправдание. – Маски. Ну, ты понимаешь? – спросила я и прижалась к замершему Клайсу.

– Не очень, – сказала Мари, с подозрением глядя на меня. – Самое интересное только начинается.

– Дракон великолепен, но… – Я преодолела разделяющее нас расстояние и шепнула ей на ухо: – Понимаешь, тут все так отстраненно друг от друга держатся, а я не могу больше одна. И вообще… Заводят меня эти маски!

Я подмигнула оторопевшей соседке и поспешила к Клайсу.

– Свидетелей нам только не хватало! – подосадовал Клайс.

– Все нормально. Куда теперь?

– Немного осталось, – ответил парень и уткнулся носом в стену. Быстро отступил и сдвинулся чуть дальше.

Так мы добрели почти до самого конца коридора, когда Клайс наконец нашел искомое. Он надавил на скрытую в стене панель, и та бесшумно отъехала в сторону. Внутри оказался тот самый (или очень на него похожий) лифт. Чтобы привести его в действие, пришлось понажимать на все стены разом, но через некоторое время это все-таки удалось. Когда кабинка остановилась, мы вышли в мрачный, тускло освещенный коридор. Клайс достал из своей сумки… факел. Самый обыкновенный, из тех, которые использовали на Земле древние люди.

– Это что такое? – изумилась я.

– Сообразил в последний момент, что магию здесь лучше не использовать.

– Не сработает?

– Наоборот. Мало ли? Вдруг сигнальная сеть.

Дальше шли, сверяясь со схемой и петляя по коридорам.

– Непохоже, что этим ходом часто пользуются, – сказала я.

– А им и не пользуются. Думаю, это нечто вроде запасного пути. Теперь главное – найти вот эту перемычку.

Клайс поднес факел ближе к схеме, чтобы показать мне нужное место, и с него стекла капля пламени, подпалив именно этот кусок чертежа.

– А вот это уже нехорошо, – произнес он, с сожалением глядя на наполовину сгоревший лист.

– И что теперь?

– Положимся на удачу. И лень тех неведомых строителей, что копали эти подземелья.

Удача, однако, не понадобилась. Вернее, ее нам заменил один маленький пушистый помощник. В нужный момент Яги громко пискнул и указал на участок стены, где при ближайшем рассмотрении обнаружился большой навесной замок.

Повторять один и тот же вопрос дважды показалось глупым, и я просто уставилась на Клайса, ожидая предложений. На что Клайс лишь ухмыльнулся и достал из сумки знакомую кувалду.

– О-о-о, – только и сказала я, уступая место рядом со стеной.

Грохот поднялся жуткий, только вот результата не было.

– Давай я.

– Ты?!

Я вытянула руки, и с ладоней послушно осыпалась морозная пыль.

– Заморожу, раз не выходит иначе.

– Ладно, – кивнул Клайс. – Не поворачивать же теперь назад.

За взломанной дверью оказался старый механический лифт. Клайсу пришлось изрядно попотеть, прокручивая специальную ручку, но все-таки удалось привести его в движение. Потом нам вновь пригодилась кувалда. Дверь на нижний этаж тоже пришлось взламывать, только уже с внутренней стороны.

Я вылезла из тесной кабинки и зажмурилась от яркого света.

– Этаж без магии? – спросила Клайса, вглядываясь вперед. – Что это такое?

– Это явно не тот этаж, – тихо произнес он, не сводя глаз с огромной, заключенной в стеклянный купол переливающейся сферы, расположенной в центре просторного зала, где мы оказались. – Очень странно, – добавил он и, повертев в руках свой чертеж, раздосадованно бросил его на пол.

– Клайс, что это за штуковина?

Поверхность сферы колебалась и выстреливала змейками молний прямо в окружающий купол, к которому из потолка тянулось несколько полупрозрачных труб.

– Похоже на накопитель магической силы. Или генератор.

– Как это – генератор? Разве такое возможно?

– А может, и нечто среднее, – как будто не слыша меня, пробормотал Клайс. – Если аккумулировать все крупинки силы, что рассеяны в пространстве…

Я отошла от Клайса всего на пару шагов, но, когда повернулась узнать, почему он замолк, уже не увидела его. Зато очень хорошо разглядела троих стремительно приближающихся существ: крупное, покрытое темной шерстью чудище – вампир вроде того, что уже встречались мне; темноволосый нахмуренный мужчина в черной мантии и нечто, напоминающее плохо оформленное зеленоватое желе, скользящее по полу, словно слизень.

Мужчина взмахнул рукой, и вперед взметнулась серебристая плеть, едва не коснувшись меня. Я вздрогнула и поняла, что это конец. Спрятаться, убежать уже не успею. Или все-таки? Я же ключник! Только почему не получается переместиться?!

Как будто в ответ на мое отчаяние, из-под платья выскочил Яги и метнулся в сторону троицы, вырастая буквально на глазах. Но превратиться в свирепого монстра не сумел. Слизень выпустил перед собой лужицу, наступив в которую, Яги снова сделался крохотным.

Мужчина подхватил его за лапку и жестом велел вампиру заняться мною. Чудище грубо схватило меня и потащило назад, туда, откуда все трое только что пришли.

Дверь в белоснежной стене, безликий коридор и еще одна дверь.

– Проникновение, пятый уровень. Похоже, адептка, – произнес мужчина, заходя внутрь.

– Веди сразу на шестой, – послышалось в ответ.

– А это?

– Туда же. Пусть ОН, – выделив это слово интонацией, сказал невидимый собеседник, – сам разбирается.

И меня повели дальше, затолкнули в лифт. Пара мгновений, и мы вышли в совершенно другом месте. Широкий мрачный коридор, тишина и холод. Слизень не последовал за нами, а вампир как будто и сам чувствовал себя здесь некомфортно. Однако увидеть что-либо мне не позволили, почти сразу заперев в небольшой пустой комнате с неприветливыми темно-серыми стенами. Совершенно одну.

– Отдайте Яги! – стучала я в дверь. – Зачем он вам?! Пожалуйста…

Бесполезно. Они либо ушли, либо не желали реагировать.

Я сползла по стене на пол и уселась ждать. Внутри было холодно и сумрачно. Из-за двери не доносилось ни шороха, и я быстро потеряла счет времени, а затем и задремала. Разбудил меня знакомый вкрадчивый голос с легкой хрипотцой. Магистр Тень.

– И кто же у нас тут? – произнес он, появляясь в прямоугольнике тусклого света, льющегося из коридора. – Птичка. Вот так сюрприз. Боюсь, ты разочаровала меня, малышка. Вставай, – сказал он, подавая мне руку. – Предпочитаю говорить в более уютных условиях.

Сбитая с толку, я даже подала ему руку. Магистр сжал ее и потащил меня к выходу, затем дальше по коридору и наконец завел в какой-то кабинет. В центре стояла большая клетка.

– С этого уровня не удавалось перемещаться даже самым искусным ключникам, но… мы, пожалуй, перестрахуемся, – сказал Тень и подтолкнул меня в нее. – Мы держим ее тут как раз для таких особых случаев, как ты. А ведь я всерьез надеялся, что ты сделаешь правильный выбор. Я искренне опечален, – скривился он. – Впрочем… Есть и другой способ.

Тень усмехнулся и сел в кресло, поставив его напротив клетки.

– Чего вы хотите? – спросила я сипло и только тогда заметила еще одну клетку. Маленькую, стоящую прямо на столе. Яги…

Магистр проследил за моим взглядом и встал.

– До чего все-таки жаль, что ты не пожелала сотрудничать добровольно, – протянул он и открыл клетку с «ленивцем». – Придется действовать иначе. Ничего личного, Кристина. Почти ничего, – усмехнулся он и сжал шейку Яги.

Тот испуганно, жалобно заверещал.

– Пожалуйста… – выдохнула я. – Не надо!

– Пожалуйста? – рассмеялся магистр. – Я расскажу тебе историю, Крис-ти-на, – растягивая по слогам мое имя, произнес он. – Когда-то у меня была дочь твоего возраста. Она тоже училась магии, строила планы и помогала мне. Одна из таких тварей, – он сильнее сдавил горло несчастного крохи, заставив того хрипеть, – загрызла ее.

– Не надо, – всхлипнула я. – Он же ни при чем. Он маленький и беззащитный.

– Беззащитный? – еще громче рассмеялся Тень. – Я отлично вижу его истинное обличье. Впрочем, – неожиданно ослабив хватку, сказал магистр, – возможно, ты права, и он нам еще пригодится. – И запихнул еле живого Яги обратно в клетку. – А нет – будет моему огненному тиреду новая забава. И ужин. А теперь займемся лучше тобой, – усмехнулся он и подошел ко мне.

– Что это за штука на пятом уровне? – спросила я с вызовом. Терять, судя по всему, уже нечего.

Магистр хмыкнул и посмотрел, как мне показалось, с интересом.

– За годы исследований и испытаний мы многому научились и многого достигли. Очень многого. И твой дар весьма пригодится, чтобы завершить начатое.

– Мой дар? Я же ничего толком не умею!

– Крис-тина. Тин. И этот дар… Как звали твоих родителей? – вдруг спросил он.

– Татьяна и Денис, – зачем-то ответила я и тут же смутилась. – То есть…

Жутко было осознавать, что я не знаю их настоящих имен!

– Энлант – отличное место. Безопасное, да? А этот цвет волос… – проведя ладонью по самой решетке, задумчиво сказал он. – Ты очень похожа на мать.

– Что? Вы знаете мою мать?! Где она?!

– Жаждешь увидеться с родственничками? – усмехнулся этот безумец. – Что ж, совсем скоро у тебя появится такая возможность. Гинель! Сопроводи наше сокровище к старику. Полный отъем и запечатка. И проследи на этот раз за процессом до самого конца. Выполняй!

– Магистр, ключница…

– Да, да, возьми Зента с собой. Впрочем, нет, – тут же передумал Тень, – не будем сбивать Атарнателю настройку. Используй артефакт. Переместиться не получится, Кристи. До чего жаль… – скривился он и вышел из комнаты.

– Постойте!..

– Поздно ты спохватилась. Умолять надо было раньше. Как знать, может, магистр и купился бы на симпатичную мордашку, – противно ухмыльнулся Гинель и открыл клетку. – А теперь…

– Что теперь?! Что значит «полный отъем»? Я ничего не сделала!

– Тише, малышка, побереги силы, – рассмеялся он.

– Пошел ты, – процедила я сквозь зубы, за что получила полный злобы взгляд.

– Пойду. И буду смотреть, как ты корчишься, лишаясь последних крупиц дара. Знаешь, каково это? Когда не можешь дышать, когда пустота разрывает тебя изнутри на части? Скоро узнаешь.

Гинель схватил меня за локоть и выкинул из комнаты, а затем почти сразу втолкнул в другую. Покопался в шкафу и закрепил у меня на шее металлический ошейник, иначе не назовешь.

Я коснулась его, попробовала пошевелить.

– Даже не надейся, снять не получится. Как и воспользоваться даром ключника. А теперь вперед!

– Эй, полегче! – возмутилась я, закипая от его манеры толкать меня, словно нашкодившую псину. Магистр вселял если не ужас, то, по крайней мере, страх, а вот Гинель… Я никогда не боялась мелких, истошно лающих собачек.

* * *

Во владениях старика Атарнателя ничего не изменилось. Тот же мрачный зал, покрытые голубой дымкой жутковатые глаза и громоздкое кресло с ремнями-фиксаторами. Только вот сам Атарнатель казался на этот раз куда более взволнованным и неуверенным.

– Девочка только поступила. Ты уверен, что магистр приказал именно это? – спрашивал он Гинеля, посматривая на меня.

– Заберешь все, – холодно ответил секретарь, – и запечатаешь дар ключника, как велено. А я прослежу. Приступай!

– Чем же ты так не угодила магистру? – шепнул старик, наклоняясь, чтобы проверить прочность ремней на ногах. – Сейчас я дам тебе кусочек жгута, закуси его, чтобы…

– Атарнатель, зачем вы делаете это? Вы же не плохой, я вижу. Отпустите меня.

– Прекращай любезничать с нарушительницей, у меня есть и другие дела, – сказал Гинель, усаживаясь на стул неподалеку.

– Боюсь, у меня давно нет выбора, – тихо ответил старик и отошел к своему столу.

– Вас заставляют, да? Кого они держат там, внизу? Вы наверняка знаете! Откуда Тень знаком с моей мамой?! Зачем вы делаете все это?!

Я хотела бы выглядеть хладнокровной и сдержанной, но все больше впадала в панику. Какая теперь разница, что подумает обо мне этот гадкий Гинель?

Старик молчал, поджав губы, Гинель скрипел зубами.

– И что потом? – все же спросила я. – Я умру?

– Ну что ты, дитя…

– Не умру? – удивилась я. – Что же тогда? Буду вечно сидеть в клетке на потеху магистру и его прихвостням?

– Закрой уже ей рот, Атарнатель! – рявкнул секретарь. – Иначе это сделаю я.

– Прости, девочка, – произнес старик и начал медленно приближаться.

Его глаза буквально приковывали взгляд, не позволяя отвернуться или даже просто зажмуриться. Страх обдал морозным холодом, и я задергалась в кресле. Обида, отчаяние, злость – все смешалось.

– Зачем они так со мной?! – снова закричала я. – Почему не рассказали всего? Не подготовили к опасности? Разве так поступают родители? Даже Тень знал мою мать! Я нашла ее снимок в их книге… – Мне по-прежнему хотелось кричать, но из горла вырывались лишь сдавленные сипы. Холодные отвратительные щупальца уже пробрались внутрь и сновали в поисках очагов силы. Нашли, еще быстрее, чем в прошлый раз. – У нее тоже отняли дар? – с трудом выдохнула я. – Или она спаслась? Дар уникальный… Знали все, кромеменя!

Я скривилась от особенно резкой, пронзившей самое сердце боли и завалилась вперед, все еще не в силах оторвать взгляд от жутких очей мучителя Атарнателя. Шею свело, в ушах звенело, а перед глазами наконец начала появляться спасительная дымка. Я мечтала потерять сознание, но старик не позволил. Подошел и приподнял мое лицо, выпивая силу без остатка. Пустота, глухая и серая, заполняла все внутри. Будто из меня вынули не магический дар, а саму душу.

– Он сказал, я очень на нее похожа, – зачем-то пожаловалась я. – Неужели они сделали это и с ней?.. Вы сделали. Как вам живется после такого?

– Ты точно забрал все? – подал голос Гинель. – Больно она болтлива.

– Все до крупинки, – ответил старик и протянул секретарю пузырек, наполненный перламутровой жидкостью.

– Что ж, заканчивай. Я скоро вернусь за ней или пришлю Зандра, – проговорил Гинель, не сводя глаз с искристой субстанции. И ушел.

– Осталось немного, – тихо произнес Атарнатель и снова подошел ко мне.

Вот и все. Я больше никогда не увижу ни маму, ни Арана с Реном, ни кого бы то ни было во всем Шестимирье. Только клетку на шестом уровне. До тех пор, пока буду нужна им…

Слеза против воли скатилась по щеке, и старик замер. Неужели видит? Неужели ему не все равно?

– Он пообещал, что отпустит мою Тин, – вдруг сказал Атарнатель. – Позднее и единственное мое дитя. Если я останусь. Более двадцати лет я делаю артефакты для Ордена и проклинаю себя всякий раз, когда он приказывает опустошить очередного молодого адепта. Но не могу иначе. Ради нее.

– Тин? – тихо повторила я. – Я уже слышала это имя. Магистр произносил его, спрашивая о… родителях?

Атарнатель переменился в лице и в мгновение оказался рядом, потянул ко мне жилистые руки, коснулся лица…

Я даже не попыталась отстраниться. Тело не слушалось, держась только благодаря спинке кресла и сковывающим запястья и лодыжки ремням.

– Не может быть, – потрясенно пробормотал старик, продолжая ощупывать мои щеки, глаза, уши… – Тебе надо бежать, – наконец произнес он и отступил. – Немедленно.


Глава 21

Атарнатель снял все ремни, удерживающие меня на кресле, затем расстегнул ошейник.

– Я не запечатал дар, как они хотели, но перемещаться в ближайшие дни ты не сможешь, – сказал он, протягивая мне руку.

Я взглянула на него исподлобья, не спеша подниматься.

– Когда-нибудь ты, возможно, поймешь и простишь меня, дитя, – прошептал он. – Если бы я не был так чудовищно слеп… Конрад давно мечтал заполучить дар моей Тин. Знаешь, я даже не был уверен, что он в самом деле отпустил ее. Но ведь ты выросла не в Обители? Где же она, моя Тин?

– Тин?

– Твоя мать. Моя дочь Тиния.

– Что?! Вы хотите сказать, что вы… мой дед? Вы… – Слезы скатывались по щекам. – Лучше бы мы всегда оставались в Энланте.

– В Энланте? Ей все-таки удалось? Какое счастье! Кристина, тебе нужно торопиться, – взяв меня за руку, сказал он и помог подняться. – Возвращайся домой. Ты в опасности. Он никогда не оставит ту, чей дар пожелал заполучить.

– Тень? Но он ведь его заполучил!

– Тень. Конрад. Магистр. Сейчас его называют по-разному, но за маской не спрятаться от того, кто знал его прежним. К несчастью, теперь он и без моей помощи сможет воспользоваться твоей силой. Но ты восстановишься, обязательно! Главное, возвращайся скорее домой!

– Мне некуда возвращаться, Атарнатель. Родители пропали в тот самый день, когда я впервые переместилась. Вернее, сначала они пропали, а потом… Я ничего не знала ни о магии, ни о других мирах. Даже того, что я фейнка!

Я шагнула вперед и тут же пошатнулась от приступа головокружения.

– Ты не знаешь, где она? – воскликнул Атарнатель. Потом задумчиво нахмурился и тихо добавил: – Насколько мне известно, в это время у Конрада появился только один новый пленник. Его даром Тень всерьез не интересовался, иначе непременно вызвал бы меня. Не думаю, что моя Тин здесь. Нет, нет, нет…

– Вы можете провести меня вниз?

– Что ты! Ну же, уходи отсюда немедленно! – отмер старик и потащил меня в противоположную от выхода сторону. – Я дам немного денег, тебе нужно покинуть Салудон. Как можно скорее!

– Мой друг остался где-то внизу. На шестом уровне. Клайс. Вы, должно быть, знаете его? Он может становиться невидимым. Не уверена, что он сумел выбраться. А еще они забрали ни в чем не повинного Яги! – всхлипнула я.

– Шестой уровень? Что же вы там делали, о, Всесильный?!

– Они ведь поймают и его…

– Думай о себе, дитя. Гинель вот-вот вернется. Сюда.

Старик открыл небольшую неприметную дверку в стене и жестом велел проходить внутрь.

– Как долго я не смогу перемещаться? – выдохнула я, борясь с одолевающей дремой. Похоже, организм решил ускорить восстановление утраченных сил единственным доступным ему способом – уснуть.

– Ох, если бы я знал… Я не стал делить потоки силы в процессе, это заняло бы куда больше времени, ты могла не выдержать, – с сожалением взглянув на меня, сказал Атарнатель. – Им придется попотеть, чтобы справиться с такой мешаниной. Но они справятся, – уныло добавил он.

– И? – ничего не понимая, поторопила я.

– Месяц, Кристина. На стихийную силу – месяц. Дар ключника должен восстановиться быстрее, он не требует столько энергии. Вот еще что. Я забрал все, лежавшее на поверхности, но было и что-то еще. Не сила даже, – он задумался, – доступ к ней. Тебе это о чем-нибудь говорит? Впервые вижу такое. Я не стал тянуться туда, но если сумеешь ты – дар вернется скорее.

– Вот уж не думаю, что Тарэйя обрадуется мне, – усмехнулась я и едва не потеряла сознание. В глазах потемнело, и пришлось неловко ухватиться за Атарнателя.

– Да, добраться до станции в таком состоянии ты вряд ли сможешь, – протянул он.

– Добраться куда? Атарнатель, я ни разу не была за пределами Обители! Даже примерно не представляю, что ждет меня там. Летающие машины, старинные кареты, запряженные лошадьми? Драконы?

– Поезд, – ответил старик, заставив меня удивленно приподнять бровь. – Это самый быстрый способ оказаться в Эквалене.

– Нет, нет, они же ненавидят темных, то есть всех салудонцев. Как же я…

– Сообщение между государствами открыто, тебе не о чем переживать. Кроме того, даже слепок дара, который тебя могут вынудить сделать на границе, не покажет ровным счетом ничего. Но отправлять тебя одну слишком рискованно, ты права, – пробормотал он. – Хорошо, что у умелого артефактора вроде меня всегда найдется пара секретов в запасе. Знаешь, почему привлекать силу, с которой уже имел дело, всегда проще? Потому что незначительная ее часть остается с тобой, – подмигнул он и… исчез!

Однако я по-прежнему держалась за его костлявое, на удивление крепкое плечо.

– Присядь, – сказал Атарнатель из пустоты, и я пошатнулась, внезапно потеряв опору. – Я приведу твоего Клайса.

– А как же Гинель? – крикнула я вслед, но не получила ответа. Устало прислонилась к холодной шершавой стене и осмотрелась. – Присядь, – хмыкнула, наблюдая девственно-чистый, напрочь лишенный мебели пол.

Слабость накатывала волнами, вызывая противную внутреннюю дрожь и усиливая головокружение, а потому «присесть» все же пришлось, прямо на пол. Так, ежась и прислушиваясь к шорохам, я и ждала, пока стены вновь не разъехались, явив старика Атарнателя, Клайса и… Мари!

– А она что тут делает?! – вырвалось у меня.

– Умыкнул ее у Гинеля, – усмехнулся Атарнатель. – Клайс сказал, это твоя подруга. Конрад будет в ярости!

– Кристина, Кристи! – подскочил ко мне Клайс. – Прости, я не успел дотянуться до тебя. Там, внизу. Прости.

– Клайс, не говори ерунды. Я так рада, что ты успел спрятаться! – ответила я, не спуская глаз с Мари.

– Кристи… – прошептала она.

– Ты сдала нас? – спросила прямо. – Видела, что мы уходим? Ты ведь не так просто спрашивала о моей жизни все последнее время, да? А я надеялась, что мне показалось!

– Не показалось, – ответила она и опустила голову. – Крис, я не могла иначе. Тень угрожал мне полным лишением дара и участью бессознательного вампира! Если я не буду шпионить за тобой и докладывать обо всем… Прости. Но я ничего не говорила ему сегодня! Не успела…

– Класс!

– Кристи, поверь, я больше не хочу так! Пожалуйста, мне нужно исчезнуть. Я готова жить в любом уголке Шестимирья, лишь бы не иметь ничего общего с Орденом.

– Они не отпускают так просто, – сказал Клайс. – Никогда. Но и пути назад уже нет. Придется рискнуть.

– И каков план? – спросила, оглядев всех троих.

– Я нас выведу, – ответил Клайс. – Поезда отбывают полупустыми, отыскать свободное купе будет несложно.

– А потом?

– А потом и подумаем, Кристи. Поверь, меня тоже не радует перспектива встречи с теми безумцами, что едва меня не убили, но особого выбора у нас нет. До Крейсенрена слишком далеко. К тому же, судя по новым адептам Обители, ситуация там изменилась.

– Я не понимаю! В целом мире негде спрятаться?!

– Мы найдем, Кристи, – подала голос Мари. – Найдем. Давайте поторопимся.

– Вот, моя девочка, – сказал Атарнатель, подавая мне сумку. – Я собрал тебе кое-что в дорогу. Немного еды, денег…

– Спасибо, – прошептала я.

– Есть еще одна проблема, – смущенно взглянув, сказала Мари. – Если никто не купит билет, поезд не остановится. А нам этого делать нельзя.

– Запрыгнем на ходу, – сказал Клайс и протянул мне руку. – Только держитесь крепче.

– Как это – запрыгнем? – поперхнулась я.

– Мне тоже интересно, – поддержала меня Мари, – но… попробуем!

– Девочки, разберемся! Ну же!

И он сам взял нас обеих за руки.

– Погоди. Атарнатель, а как же вы?

– А мне теперь и умереть не страшно, – широко улыбнулся он. – Отговорюсь, – добавил, вероятно, заметив ужас в моих глазах. – Стар я уже бежать. Да и как знать – может, пригожусь еще здесь. Энфейн давно пора вычистить от заразы.

Лицо старика озарилось неожиданной решимостью, словно сама жизнь вернулась в него и вновь зажгла изнутри.

Я не успела сказать «спасибо», не успела толком осознать, что Атарнатель – мой родной дед! Клайс потащил нас к двери.

Мы быстро шли какими-то ходами и коридорами. Клайс с Мари время от времени тихо переговаривались, обсуждая, куда лучше завернуть. Я не вмешивалась. Во-первых, плохо ориентировалась в Обители, а во-вторых, с каждым сделанным шагом чувствовала себя все хуже.

Выскочив из-за очередного поворота, мы резко затормозили. Впереди шла группа магистров. Полы длинных мантий развевались, словно живые.

– Не дышите, – шепнул Клайс и замер. Его ладонь так крепко сжимала мою, что казалось: еще немного, и он сломает мне кости.

Магистры прошли мимо, и мы осторожно пробрались к выходу, а оттуда – за пределы территории Обители. И что бы вы думали? За высоким сплошным забором оказалась вполне обычная городская улица! В неярком свете шарообразных фонарей скрадывались детали, и тем не менее… Орден обустроил себе логово не где-нибудь на отшибе, а посреди города.

– Как же это? – выдохнула я недоуменно.

– Поспешим, – сказал Клайс. – Они еще не знают, что я пропал, иначе так легко мы бы не скрылись. Орден очень силен. У них есть артефакты и установки практически на любой случай. Разглядеть невидимое – не проблема. Они неуязвимы!

– И все же мы сбежали! – отчего-то развеселилась я. Меня охватила не радость – настоящая эйфория. Я свободна!

Однако счастья хватило ненадолго. Мы неслись куда-то в предрассветном сумраке, опасливо озираясь по сторонам, и на смену ликованию пришла тоска. Мы сбежали, но Яги остался у них. И дед тоже. Только подумать, мой дед! Я искала родителей, а нашла того, о существовании кого даже не подозревала. Нашла и тут же потеряла…

Как оказались на пустынной станции, даже не заметила. Очнулась от размышлений, когда Клайс и Мари вдруг снова стали видимыми.

– Никого, – сказал Клайс. – А значит, поезд не станет останавливаться.

– И как же быть?

– Почти уверена, что у станции он замедляется, – сказала Мари. – Будем прыгать.

– Как можно запрыгнуть на движущийся поезд?! – спросила я и заметила, что гладкое полотно, служащее, судя по всему, чем-то вроде рельс, засветилось.

– Вот сейчас и узнаешь, – произнесла Мари и ухватила меня за руку.

Поезд оказался возле нас невероятно быстро. Если так он замедляется, то какова же его обычная скорость?!

Поинтересоваться этим вопросом я, разумеется, не успела. Мари буквально подпрыгнула, воспарив довольно высоко над землей и потянув нас с Клайсом за собой. Без особого сопротивления! Будто мы вдруг стали невесомыми пушинками. Мгновение – и мы приземлились на гладкой, покатой крыше поезда.

– Ненормальные! – воскликнула я, стараясь перекричать гул ветра.

А они… Они рассмеялись! Счастливо и беззаботно.

Каким-то чудом нам удалось не только слезть с крыши, не угодив под колеса, но и пролезть в вагон через приоткрытую форточку.

– Как ты это сделала?! – не унималась я. – Ничего не понимаю!

– Это просто магия, Кристи. Ничего особенного. Воздух помог нам.

– Ну да, ничего особенного, – передразнила я и удивленно осмотрелась.

Купе, выбранное Клайсом, скорее напоминало небольшую комнату. Две кровати, столик, вешалки и даже небольшой шкафчик. Клайс сразу же запер дверь и задернул на окне шторы.

– Вот теперь порядок, – сказал он и облегченно повалился на кровать. – Это двухместное купе, но мы не будем рисковать и разделяться. Что скажете?

– Конечно, – кивнули мы с Мари одновременно.

– Я израсходовал весь резерв на наш побег. Если вы не возражаете, посплю, – прошептал он и, кажется, в тот же миг заснул.

– И часто мимо этой станции проходят поезда? – спросила я, просто чтобы нарушить тишину.

– Довольно часто, но вот останавливаются редко. Из Обители не уезжают, а горожане предпочитают более спокойный транспорт.

– Почему ты все-таки решилась? Я бы исчезла, и тебе не пришлось бы шпионить.

– Стало невыносимо… – сказала она и замолкла.

Я не стала настаивать и сосредоточилась на себе. Опять кружилась голова, но на этот раз вместо пустоты, которую я ощущала в первые моменты после отъема, внутри кружили какие-то вихри. А еще меня пошатывало и жутко мутило. Я присела на край кровати, а затем и прилегла, чтобы избежать лишних движений. Не знаю, как долго я пыталась прийти в себя, но Клайс успел проснуться и поднялся, сонно потирая глаза.

– Не нравится мне твой видок, – сказал он, взглянув на меня. – Ты как?

Ответить просто не смогла. Внутри бушевал уже не вихрь – настоящий ураган. Не моей – чужой силы. Я заметалась по кровати, потом прижала колени к животу, пытаясь унять разворачивающуюся во мне бурю, но она оказалась сильнее.

– Кристи, что с тобой? – испуганно спросила Мари, и это было последним, что я услышала.


Глава 22

Магический вихрь прорвался наружу и, закружив, выплюнул уже в другом мире. Тарэйя все же сумела перенести меня, несмотря на утерянный дар.

Мягкая трава приняла в свои объятия, кроны шелестели, не ругая, а успокаивая.

– Не понимаю… – прошептала я и посмотрела в нежно-розовые небеса. – Не гневишься? Я все-таки потеряла твою силу. У меня не осталось ничего, даже этого непрошеного дара. Ничего… не вышло. – Горло сдавило, но плакать я себе не позволила. – Зачем я тебе? Какой прок от меня теперь?

Богиня не ответила, но через некоторое время я услышала треск, и из чащи появился уже знакомый громадный Альхзар. Он медленно подошел и склонился на передние лапы. Не отрываясь, я смотрела ему в глаза, но не чувствовала прежнего напряжения, желания подчинить, загипнотизировать. Нет, он просто смотрел. Печально и участливо.

– И чего же ты хочешь? – спросила тихо.

Альхзар лег и стряхнул со спины несколько длинных тонких отростков, словно приглашая забраться на него.

Я подползла ближе, коснулась прохладного бока и решила встать. Бесполезно, ноги не держали, а нарастающий звон в ушах предостерегал от новых попыток.

– Кажется, ничего не выйдет, – шепнула я и, привалившись к магическому созданию, закрыла глаза.

* * *

Громкий голос ворвался в мой сон.

– Кристи, Кристи!!! О, душа леса, я думала, что схожу с ума, когда меня окружили лепестки. Что с тобой?!

Я с трудом приподняла голову и уставилась на встревоженную Ильниру. Растрепанная, с розовыми лепестками, запутавшимися в волосах, и румянцем на щеках она выглядела весьма забавно.

– Рада… тебя видеть, – улыбнулась я и попыталась сесть.

– Что произошло? – спросила Ильнира, подбегая и помогая мне.

– Надо же, он ушел, – произнесла я, осмотревшись в поисках зверя. – А ты, значит, снова пошла одна в лес? – шутливо укорила ее.

– Лепестки! Они влетели прямо в окно и окружили меня! А потом… – Ильнира не договорила. Из зарослей донесся протяжный рык, и воительница, подхватив меня на руки, мгновенно взмыла вверх. – Ты права, я совсем лишилась рассудка. У меня не хватит сил долететь назад.

Она зависла в воздухе, не понимая, что делать дальше. А на поляну тем временем вывалилось чудище вроде тех, которых я уже встречала раньше. Покрытый шерстью здоровенный вампир. Сразу следом выпрыгнул Альхзар и сомкнул челюсть на его голове. Душераздирающий вой быстро смолк. Я отвернулась, не желая видеть подробности, испытывая отвращение и вместе с тем жгучую ярость. Будто я сама только что прикончила ненавистное создание. Избавила родные земли от очередной заразы.

– Ты про него говорила? – выдохнула Ильнира. – Мне улетать? – добавила она неуверенно.

– Нет. Все в порядке. До дворца далеко?

– Три часа лету.

– А Аран?.. – спросила совсем неслышно.

– Он отбыл, – ответила Ильнира и опустила голову. – Но ты его эйни-тар…

– Ильнира, не надо!

– Тебе нужно к Бриту.

– Знаешь, мне уже все равно…

Мы приземлились, и я, пошатываясь, подошла к зверю. Погладила его, заглянула в глаза.

– И что она велит тебе?

Альхзар снова опустился на передние лапы, а затем и лег, вновь предлагая забраться на него.

– Поможешь? – повернулась я к Ильнире.

– Конечно, – сказала та и подтолкнула меня наверх.

– Ну что же ты, залезай! – велела ей.

Ильнира колебалась лишь мгновение. И как только она запрыгнула Альхзару на спину, тот поднялся и выпустил от шеи назад два длинных щупальца.

– Кхм, и что теперь?

– Думаю, надо за них взяться, – ответила Ильнира, неуверенно указывая на отростки.

– Ладно, – кивнула я еще более неуверенно и осторожно коснулась щупалец. И тут же будто глубоко нырнула в чужие, совершенно невероятные ощущения. Звуки, запахи, нереально яркие краски и четкие на километры вперед очертания. Большое сильное тело с шестью мощными лапами, жаждущее во весь опор нестись вперед.

Я открыла глаза, и «не мое» восприятие чуть притупилось, а в голове раздался не голос – едва различимый шепот. Зверь выражал непоколебимую готовность служить мне и ценою своей жизни защищать мою. Тарэйя проявила милость и ничего не требовала взамен.

– Тогда во дворец, – сказала я, оглянувшись на Ильниру, и Альхзар двинулся в путь.

Путешествие не было долгим, но, казалось, отняло у меня последние силы. Не магические – самые обыкновенные, жизненные. Ильнира буквально стащила меня со зверя и на руках отнесла во дворец. Омовение в чаше истины освежило, но ненадолго. В стабилизатор Брита я легла с облегчением и потаенной надеждой наконец отключиться, чтобы очнуться уже бодрой и полной сил. Увы, надежды не оправдались. Сознание не спешило покидать меня, а Брит мрачнел на глазах.

– Как?! – наконец не выдержал он. – Где?! Как тебя угораздило так опустошиться?! Ни единого повреждения. Ни на теле, ни в токах. Но ты абсолютно пуста!

– Я тоже рада тебя видеть, – прошептала я, морщась и надавливая пальцами на виски. – Только не кричи так, пожалуйста.

– Кристи, Ильнира сказала, тебя принес сам Альхзар. Зачем сюда? Я ничем не могу помочь! Если Тарэйя примет те…

Брит замолк на половине слова и сел, во все глаза уставившись на дверь. Я тоже повернулась туда и затрепетала от радости. Аран!

– Я же просил тебя оставаться во дворце, – сказал он грозно и в одно мгновение оказался рядом. Склонился надо мной, провел рукой по щеке. – Кажется, мне придется снова привязать тебя.

– Не буду возражать, – ответила тихо, наслаждаясь его прикосновениями. Как же я скучала!

– Во что ты опять вляпалась, неразумная? Нить дернула так, что я сорвался с заседания Совета магов Эквалена и потребовал лучшего ключника. Только не сразу понял, где ты.

– Они забрали, – всхлипнула я, – силу. Я чудом сбежала. И нашла деда! А потом снова потеряла.

Слезы потоком скатывались по щекам. Растерянный Аран подхватил меня на руки и крепко прижал к себе.

– Ты закончил? – спросил у Брита.

– Я ничего не могу, – развел тот руками. – Она не при смерти, но опустошена и обессилена до предела.

– Кристи…

– Ар, прости, – продолжала рыдать я. – Моя жизнь катится в тартарары. У меня ничего не получается! Я делаю только хуже и хуже.

– Глупая…

Он гладил меня по голове, терся носом за ухом и тихо шептал что-то почти неслышное. И это в самом деле помогало! Как же приятно, спокойно, умопомрачительно…

Я обхватила его шею руками, вдохнула знакомый, любимый запах и потянулась к губам. Ар откликнулся без заминок, сам припал к моему рту, целуя нежно и в то же время страстно.

– Начинается, – пробурчал Брит и пошел к выходу. – Кушетка в вашем распоряжении, – съязвил этот нахал и скрылся за дверью.

– Давно пора, – хмыкнул Аран, вероятно, имея в виду уход Брита. Так я думаю, да…

И вернулся к моим губам. Поймал верхнюю, чуть потянув и вызвав невольный стон. Зарылся пальцами в волосы и обхватил здоровенной ручищей мой затылок. Я терялась в ярких дурманящих ощущениях и с каждым мгновением все неистовее тянулась к нему. Желая стать еще ближе, впитать больше пьянящей силы…

– Отнеси меня к Тарэйе, – попросила, отстраняясь. Понимая, что опустошу его самого, если продолжу.

– Ты уверена?

– Да. Кажется, мы помирились, – улыбнулась я.

– Хорошо, – кивнул Аран и собрался взять меня на руки.

– Не в буквальном смысле «отнеси», – усмехнулась я. – Меня и так тут, мягко говоря, недолюбливают.

– Не говори глупости, Кристи. Пусть только посмеют оскорбить мою эйни-тар непочтением.

– Дойду сама, – сказала твердо и протянула ему руку. Аран нахмурился, но спорить не стал.

Меня все еще покачивало, но шла я с самым невозмутимым видом. Разве что ладонь Ара держала крепче обычного.

Проходя мимо того места, где Яги превращался в громадного монстра, я не сдержалась и горько всхлипнула. Аран остановился и очень серьезно посмотрел на меня.

– После Тарэйи ты все мне расскажешь. Все, Кристи. Достаточно тайн и недомолвок, это не приводит ни к чему хорошему. Ты слышишь?

– Да, – выдохнула я.

Аран удовлетворенно кивнул и повел меня дальше.

На выходе из дворца нас поджидал Альхзар. Несколько воинов в растерянности стояли неподалеку, явно не представляя, как быть. Я вопросительно взглянула на Ара.

– Мои крылья в твоем распоряжении, – сказал он. – Им я доверяю больше, чем твоей зверюге.

Я усмехнулась и подошла к Альхзару, приложила ладонь к склоненной морде.

– Ты свободен, иди. Я позову, если понадобишься.

Зверь постоял пару мгновений и двинулся прочь. И я не сомневалась, что он понял.

Аран обнял меня, расправил крылья и взмыл в небо. Затаив дыхание, я зажмурилась. От резкого взлета закружилась голова, но страшно не было. Ар не даст упасть.

– Далеко до поляны? – спросила немного погодя. Не для того даже, чтобы узнать. Как повод поднять глаза и заглянуть в его, утонуть хоть на мгновение в теплом искристом золоте. – Ты скучал? – вырвалось совершенно непрошеное.

– Кристи, – шепнул он, а я вдруг заметила ярко-голубое бескрайнее…

– Море?!

– Океан. Но мы не полетим над ним, не бойся.

– Он теплый?

– Разумеется, – усмехнулся Аран. – Русалы – те еще неженки.

– Ар! Аран, давай спустимся, пожалуйста!

Мне так захотелось искупаться в шипящей белой пеной воде, что в голосе прозвучали молящие нотки.

Аран растерянно посмотрел на меня, а затем резко ухнул вниз. Голова опять закружилась, но уже от восторга. Крепкие объятия Ара, свежий морской бриз и безупречный песчаный берег.

«Пусть эти мгновения длятся бесконечно», – попросила я. У неба, у набегающих на желтый песок волн и всех богов разом.

– Отвернись! – сказала, едва мы приземлились. Аран приподнял брови и не сдвинулся с места. – Оно длинное, – указала я на платье. – А под ним ничего… нет. То есть… Отвернись!

Насупилась, заметив хитрую усмешку в его глазах.

– Хм, – произнес принц, будто решая, в чем я буду смотреться выгоднее: в платье или без оного.

– Ар, мне безумно, просто до одури хочется искупаться! Пожалуйста! – воскликнула я и, когда он наконец выполнил просьбу, быстро стянула порядком истрепавшийся наряд.

– Но ты же не хочешь утонуть? – спросил он.

– А ты умеешь плавать? – сморозила я.

Аран расхохотался, а потом вдруг оказался совсем рядом, у меня за спиной.

Я замерла, прислушиваясь к мурашкам, бегущим вниз по рукам вслед за его прикосновениями. На мне не осталось ничего, кроме не самого целомудренного вида трусиков, и эта вынужденная нагота добавляла остроты ощущениям.

Аран слегка подтолкнул меня под лопатки, и так, не поворачиваясь к нему, я и вошла в воду.

– Это владения Дир-а-таля, – сказал Аран и, когда воды стало уже по грудь, развернул меня к себе. – Он покровительствует русалам.

– А как же… крылья? – спросила, борясь с желанием опустить руки ему на плечи.

– Все новое всегда создается единением двух начал, Кристи. Когда-то Дир-а-таль и Тарэйя создали нас, а потом… часть народа осталась с Лесной Девой на суше, а другая ушла за отцом в воду. Никто до сих пор не знает почему.

Аран наклонился совсем близко, обхватил мое лицо мокрыми от морской воды ладонями и поцеловал. И все другое вмиг перестало существовать. Ни богов с их причудами, ни грудой навалившихся проблем, ни тайн и горестей, ни даже щекочущих кожу пузырьков – только он и я. Сводящие с ума будоражащие прикосновения и счастье, наполняющее до краев.

Я прижалась крепче, уперлась ладонями ему в плечи и чуть приподнялась. Аран опустил руки мне на спину, сжал талию и хрипло выдохнул:

– Кристи…

– Да, – ответила я, понимая, что согласна сейчас на все, чего он захочет. Потому что хочу и сама.

Я улыбнулась и потянулась к его губам, но тут же испуганно отстранилась. Вода вокруг нас забурлила и вспенилась. Аран быстро, встревоженно огляделся и распростер над поверхностью свои огромные крылья. Но взлететь не успел. Поток с неистовой силой закружил нас, унося в толщу воды. Так глубоко, как здесь и не было вовсе!

Мгновение полной дезориентации – и мы вдруг оказались посреди цветочной поляны. Растерянные, мокрые и почти полностью голые.

– Что это было? – спросила я, прячась за золотистым крылом.

– Похоже, Дир-а-таль решил подшутить над нами. Надо же… Сам отворил водный переход. И ни куда-нибудь, а…

– Тарэйя? – догадалась я. Цветы под ногами, нежные и бархатистые, приятно холодили кожу, и кроме них в округе совсем ничего не росло.

– Да, – ответил Аран, и его крылья стали таять буквально на глазах.

– Подожди! – воскликнула я. Аран повернул голову, но я не позволила ему смотреть на себя. – Не убирай, – попросила тихо.

– Здесь безопасно, – сказал он, но крылья все же оставил.

– Можно я их потрогаю?

– Тебе правда этого хочется? – спросил он глухо.

– Очень! – ответила я и коснулась золотисто-коричневых чешуек. Потом провела по контуру крыла, там, где оно было толще. Спустилась дальше, слегка надавила.

– Ты чувствуешь?

– Больше, чем ты думаешь.

– Тебе неприятно? – испугалась я и сразу же убрала руки.

– Нет, Кристи. Очень приятно. Ты знаешь, что ведешь себя как сунтурка? – повернувшись ко мне, спросил он.

– Это хорошо или плохо?

– Неожиданно, – улыбнулся он. – Притягательно.

Его крылья сомкнулись у меня за спиной, а сам он встал так близко, что моя грудь уперлась в его.

Сердце бешено стучало, дыхание сбилось, а по телу расходились волны странной, никак не связанной с испугом или холодом дрожи. Аран смотрел неотрывно, пристально, и в глазах его кипела раскаленная лава. Но не обжигала – грела, будоражила, проникая, казалось, в саму кровь, заставляя ее бежать быстрее.

Дуновение теплого ветерка принесло розовый лепесток, затем еще один и еще. Мы с Аром одновременно подняли головы и увидели не просто змейку, а настоящий вихрь из искрящихся серебром пылинок и перламутровых цветов. Мгновение они кружили над нами, а потом разошлись в стороны и вдруг плотно облепили нас. Повисев так, искры словно впитались в крылья Ара, в его и мою кожу. Лепестки же вскоре опали.

– Что это? – пораженно выдохнула я.

Аран не ответил. Замер, уставившись в небо, усмехнулся чему-то и посмотрел на меня восхищенным, полным скрытого понимания взглядом. Бережно, едва касаясь, провел от скулы до подбородка, чуть приподнял его и прошептал:

– Эйни-тар.

Магическое сочетание, ибо больше я не принадлежала себе. Ему. Ему без остатка.

Обхватила мощную шею, приподнялась на носочках и выдохнула ему в самые губы:

– Мой тар.

– Несносная, неразумная, единственная, – ответил он тихо, и сердце пропустило удар.

Его губы накрыли мои, и голова закружилась от нахлынувших чувств. Но Аран не дал упасть. Подхватил на руки, а затем бережно уложил на ковер из цветов.

– Ар… – выдохнула я и непроизвольно подалась вперед, стремясь каждой клеточкой ощутить его. – Кажется, я больше не знаю, как жить без тебя.

Он чуть отстранился и задержался взглядом на моем лице, потом провел пальцами от шеи вниз, по ложбинке между грудями и до пупка.

– Ты уверена, Кристи? – спросил он хрипло.

– Это пугает, – шепнула я. – Это неправильно… Но да, Ар, я хочу именно этого.

Аран улыбнулся и поцеловал. Сначала в губы – страстно и требовательно, так, что стало тяжело дышать. Затем опустился к шее и ниже, к груди. Обхватил губами сосок и втянул его в рот, заставив выгнуться от неожиданно острых ощущений и томления внизу живота.

Я инстинктивно чуть развела бедра и схватилась за его плечи, кажется, впившись в них ногтями. Аран хмыкнул и скользнул рукой по моему животу в самый низ, под трусики. Где-то на самом краешке сознания мелькнула мысль, что это неловко и стыдно, позволять мужчине делать со мной такое, но желание огнем растекалось по телу, и, вместо того чтобы отстранить его руку, я сама приподнялась ей навстречу.

– Пожалуйста, Ар, – выдохнула, не в силах больше терпеть это мучительное блаженство.

Аран снова припал к моим губам и, не прерывая поцелуя, стянул с меня трусики. Потом отстранился, быстро снял брюки и, широко расправив за спиной крылья, навис надо мной. Коснулся руки, самым кончиком пальца провел от ключицы по груди вниз, оставляя след из морозных мурашек. Наклонился, жарко целуя в губы, шею, плечи, сжал талию и, согнув мои ноги в коленях, развел их в стороны. Погладил по внутренней стороне бедра, скользнул руками под спину, чуть приподняв, и вошел в меня.

Я дернулась и всхлипнула от резкой боли и… обиды.

– Потерпи, – прошептал он нежно и успокаивающе. И так же нежно поцеловал, отвлекая и давая время привыкнуть. Потом осторожно и не спеша начал двигаться, отчего боль удивительно быстро стихла, уступив место наслаждению.

Крылья Ара странно светились, и я чувствовала, как с каждым новым толчком от него в меня вливается сила. Теплая и лучистая, она наполняла и окрыляла меня саму. По телу растекались волны удовольствия, и, вторя им, в опустошенную душу текли струи живительной энергии.

Я уперлась ладонями в землю, и в спину вдруг ударил слабый импульс. Потом второй, третий, пока они не слились в целую реку силы, идущей уже от Тарэйи.

Бьющая в спину мощь богини, исходящие от Ара потоки силы – этот непередаваемый коктейль из ощущений пьянил и уносил далеко к звездам. Но только забирать казалось неправильным. Когда силы внутри стало так много, что от нее зазвенело в ушах, я поддалась внезапному порыву и ухватилась за основание распахнутых крыльев Ара.

– Люблю, – шумно выдохнула ему в губы, направив часть полученного в него.

Крылья Ара засияли ярче, а оранжевые глаза вспыхнули огненным светом.

– Моя, – хрипло прошептал Ар и сильнее сжал меня в объятиях.

Его движения все набирали темп, заставляя забыть и о даре Тарэйи, и о любой другой магии разом. Я терялась в никогда прежде не испытанных чувствах, парила и падала среди сверкающих искр, томясь и желая чего-то большего. Пока от последнего, самого сильного толчка сжатая до предела пружина внизу моего живота наконец не выпрямилась, взрываясь фейерверком головокружительных ощущений и разливаясь по телу ни с чем не сравнимыми легкостью и негой.

Ар удовлетворенно рыкнул и склонился к моему лицу. Потерся носом о волосы и, взяв мои ладони в свои, начал целовать пальцы, один за другим.

– Эйни-тар. Моя, – сказал он и, спрятав крылья, откинулся на спину.

Я положила голову ему на плечо и через некоторое время спросила:

– Ты… Сунтуры всегда делают это с крыльями?

– Нет, маленькая. Но на то была причина, – ответил он и снова меня поцеловал.


Глава 23

– Кристи, – позвал Аран, и я поняла, что заснула. – Нам пора возвращаться во дворец.

– Во дворец? Ладно, – ответила я и хотела подняться, но Ар не дал. Притянул к себе и стал жарко целовать в шею, блуждая руками по обнаженной коже и явно никуда не спеша.

– Ар! – возмутилась я наигранно и рассмеялась. – Кажется, с возвращением во дворец возникнут сложности.

– Это верно, – хмыкнул он, лаская мои губы своими. Так что уже через мгновение я напрочь забыла, о чем вообще мы говорили.

А потом налетел ветер, склонив головки цветов к земле и заставив меня поежиться.

– Похоже, нам все-таки пора, – сказал Аран, оглядевшись. – Ты как?

– Я голая!

– Это я вижу, – ухмыльнулся он, рассматривая меня. Так пристально, что умудрился смутить.

– А платье осталось где-то на берегу океана, – пожаловалась я.

– А вот это в самом деле проблема. Боюсь, отец не обрадуется, потеряв изрядное число своих стражников из-за того, что те лицезрели мою эйни-тар в подобном виде. А именно так и будет!

– Ты очень грозный и суровый, да? – шепнула я и взялась ладонями за его лицо. – А еще крылатый.

– Верно. Придется использовать крылья, – поразмыслив, ответил Аран и прижал меня к себе. – Только не вертись! – добавил он строго и взлетел.

Я вскрикнула от испуга, но Аран держал крепко, и очень быстро со страха упасть я переключилась на самого Ара. Сильного, невероятного и любимого. Моего!

Теплый ветер, ярко-розовые предзакатные небеса, ощущение свободы, ликования и лучистого счастья. Я наслаждалась происходящим и меньше всего думала о том, что ждет меня во дворце и вообще потом. Здесь и сейчас, в объятиях Ара, это не имело никакого значения.

Однако действительность навалилась немилосердно быстро. Закутанная в крылья Ара я кое-как умыла лицо в чаше истины, помогла с тем же Ару и поскорее увела его со двора, всерьез опасаясь за ни в чем не повинных стражников. Если бы Ар умел, пожалуй, испепелил бы их взглядом.

Мы едва успели войти, как навстречу вышел Рен.

– Даже не буду спрашивать, – произнес он, окинув нас взглядом.

– Не начинай, – рыкнул Ар.

– И не собирался. Но вот отвлечь все же придется. Это ментальное сообщение особой важности, – сказал он, протягивая руку.

Ар нехотя чуть сдвинул одно крыло и взял небольшой серый камень. Сжал его в ладони и на пару мгновений замер.

– Как давно? – спросил он, отдавая камень обратно.

– Тело еще не остыло, но короля так и не нашли. Есть и еще кое-что весьма неприятное. Впрочем… нам это как раз на руку.

Ар явно ожидал продолжения, но я перебила Рена:

– Что случилось? Чье тело?!

– Наследник экваленского трона мертв, его отец пропал, – ответил Ар, повернув голову в мою сторону, а затем снова посмотрел на Рена.

– Я почти уверен, что в столице видели Рейнода. Не лично я, – тут же добавил Рен, – но сам понимаешь, спутать его с кем-то весьма трудно. Особенно теперь, когда мрак в своей крови он даже не скрывает.

– Мы успели бы повлиять?

– Не знаю, Аран, но сейчас у нас появилась реальная возможность прижать Орден, и ее нельзя упускать.

– Они готовы нас принять?

– Да, – кивнул Рен. – И счет идет на минуты. Они так напуганы и растеряны, что примут и помощь Салудона.

– А как же эти, служители Сияющего? – подала голос я.

Зря. Аран снова повернулся ко мне и очень странно, подозрительно посмотрел.

– Среди них есть сильные маги, но они слишком фанатичны и эмоциональны, чтобы использовать это преимущество с толком, – как ни в чем не бывало ответил Рен. – Особенно теперь, когда одна часть местных старейшин разбежалась по углам, а другая пребывает в полном смятении.

– Не понимаю… Все из-за смерти наследника? Они что, без посторонней помощи не знают, как выбрать другого правителя?

– Можно и так сказать, – усмехнулся Рен. – Но Орден позаботился о том, чтобы смена руководства страны не сильно беспокоила их.

– Как это? – не поняла я.

– По землям Эквалена кружит тварь, прозванная черным драконом. Мы даже не знаем, живая она или скорее мертвая. Но она сжигает дотла деревни экваленцев и их поля, а ни один из известных видов магии не помогает не только убить самого дракона, но и до конца потушить огонь.

– Мы отправляемся немедленно, – сказал Аран. – И тебе, – он посмотрел на меня, – придется идти с нами. Какой бы привлекательной ни казалась мысль заставить тебя подождать в моей спальне, одну тебя я больше не оставлю.

Я сглотнула и потупилась, не решаясь спорить. Да и зачем? Меньше всего на свете я хотела расставаться с Аром.

– Кхм, – кашлянул Рен и прикрыл рот кулаком, скрывая усмешку. – Думаю, на то, чтобы одеться, время у вас все-таки найдется?

– Да, – серьезно ответил Аран. – Одеться, поесть и заглянуть к Бриту, – вопросительно взглянув на меня, добавил он.

– Нет уж! К Бриту мне не надо, а вот ноги уже мерзнут. Пойдем?

– Да, эйни, – кивнул Ар задумчиво. – Пойдем. Рен, ты ужинал? – спросил он уже на ходу.

– Да, Аран. Но я распоряжусь об ужине для вас и зайду чуть позже.

– Хорошо, спасибо, – ответил Ар, даже не поворачиваясь.

– Все так серьезно? – спросила я тихо.

– Ты уверена, что тебе не нужна диагностика в стабилизаторе? Как ты себя чувствуешь?

– Ар, я чувствую себя отлично!

– Тогда душ и ужин. Полагаю, твои вещи до сих пор в моих покоях.

– Хорошо, – шепнула я.

– Кристи, – вдруг остановился Аран и развернулся ко мне. – Пообещай, что не отойдешь ни на шаг и будешь слушаться во всем. Беспрекословно!

– Ар…

– Пообещай!

– Обещаю, – выдохнула я и обняла его.

Через некоторое время к нам заглянул Рен.

– Если ты уверен, что не хочешь подождать до утра, я пойду разбужу Минеля?

– Да, – кивнул Ар, а когда тот ушел, обратился ко мне: – Собери с собой немного вещей. Вероятнее всего, нам придется задержаться в Эн-фейне.

– Ар, там что, в самом деле дракон?

– Нечто вроде. По крайней мере, оно похоже внешне и изрыгает пламя.

– Ты хочешь, чтобы я помогла тушить?

– Нет. Даже не вздумай! И вообще… Тебе лучше было бы остаться здесь, но… такой ошибки я больше не совершу.

* * *

Ключник из светлого Эквалена переместил сначала Рена, а потом и меня с Араном. Дверь вывела нас на пустынную городскую улицу.

Наверное, оглядывалась я чересчур подозрительно, потому что фейн пояснил:

– И дворец, и здание Совета закрыты от перемещений. Отсюда вам придется идти пешком.

– Спасибо, Минель, – отозвался Рен, и ключник, поклонившись, ушел. – Может, стоило его задержать?

– В ближайшее время он нам не понадобится. Рейнода видели в городе?

– Да. Так что готовь меч, и…

Он не успел договорить. Аран чуть тряхнул головой и спросил:

– Так?

Длинные золотистые волосы исчезли, их заменили коротко стриженные темно-русые. Овал лица смягчился и стал уже, как и весь Ар. А еще появились слегка оттопыренные и заостренные уши. Я замерла от удивления и поймала себя на почти нестерпимом желании их потрогать.

– Ну что ж, идем портить гениальный план Ордена? – усмехнулся Рен.

Мы прошли всего каких-то пару домов, когда я совершенно неожиданно увидела Клайса и Мари. Опасливо озираясь, они выскочили из двери одного из зданий и тут же завернули за угол.

– Клайс! – выкрикнула я и кинулась вперед, оставив позади замешкавшихся мужчин.

В тот самый момент, когда я пробегала мимо нужной двери, из нее вышел кто-то еще. Я не посмотрела кто. Взгляд приковал отвратительный ящер размером с крупную собаку. Весь покрытый огненными язычками, он шипел и напирал на замерших у стены Клайса и Мари.

– Бегите! – хотела прокричать я, но лишь сипло выдохнула, заметив смыкающуюся вокруг них огненную нить.

Ладони завибрировали и покрылись инеем, а за спиной прозвучал громкий, до боли знакомый голос:

– Ну надо же, какая встреча! Удача явно мне сегодня благоволит.

Я повернулась и в темноте отчетливо увидела, как с пальцев Тени срывается огненная змейка, бегущая за дом, к друзьям. Как быстро подходят к нам серьезные, нахмуренные Аран с Реном.

И остановила их вытянутой рукой.

– Я отбыл из нашей вновь испеченной академии с официальным приглашением экваленцам обучаться в Обители, а любимая адептка уже здесь, – сказал Тень и шагнул ко мне, отчего с моих ладоней сорвался поток снежных искр. – Да еще и сумела так быстро восстановить столь ценную для нашего Ордена силу. Браво, Кристина! – воскликнул он и в мгновение ока прижал меня к себе.

– Магистр… – выдохнула я с ужасом.

И, только услышав отчетливый скрип зубов Ара, поняла, что одним этим словом невольно подтвердила все сказанное Тенью. Едва не плача, я посмотрела на любимого, и в жестких ледяных глазах увидела, как разбивается на осколки его доверие.

– Что же ты наделала, Кристи, – прошептал Рен. – Ты знаешь, кто это?

– Как же ей не знать, – с хрипотцой произнес магистр, склонившись к самому моему уху, заставив задрожать от отвращения. – Кристина – одно из самых ценных сокровищ Обители. С такой вкусной силой, – добавил он, едва не мурлыча.

Рен скривился и твердо сказал:

– Кристи, отойди от него. Этого мерзавца не скроет никакая маска. Ведь так, Конрад?

– О! Да мы никак знакомы, – произнес Тень насмешливо, крепко держа меня. – Люблю неожиданные встречи со старыми знакомыми!

– Не смей! – прорычал Рен. – Отпусти девушку.

– Да разве же я ее держу? – рассмеялся он и взглядом указал мне за дом. Туда, где все еще жались к стене мои друзья. – Эта малышка умеет принимать правильные решения. Верно, Кристина?

Я содрогнулась, не представляя, что делать, но, заметив, как подскочила на месте Мари, обожженная пламенем ящера, тут же кивнула. И посмотрела на замершего в оцепенении Ара. Его лицо – и без того чужое, незнакомое – превратилось в пустую безжизненную маску. Холодный презрительный взгляд острее лезвия полоснул меня по сердцу. Не верит. Думает, что предала.

– Аран…

– Иногда ошибаются даже богини, – произнес он. – Такой как ты не место в лесах Энсунтура. И рядом со мной.

И, развернувшись, он ушел. Рен бросил на меня последний взгляд и, скрываясь во тьме, поспешил за Аром. Боль и отчаяние ураганом закружились внутри, вылившись потоком морозной силы. Отрезая меня от ненавистного магистра, а моих друзей – от его пламенеющего ящера. Я смогла, я освободилась из цепких объятий и спасла вмиг сделавшихся невидимыми друзей. Но какой ценой?

Меня схватили за руку и громко зашептали:

– Кристи! Кристи, ты смогла! Бежим!

А вслед донеслось насмешливое:

– Скоро увидимся, моя птичка.

Тень не пытался преследовать нас, но это не обрадовало. Сердце сжимала тоска, а перед внутренним взором стояли разочарованные, холодные глаза Ара.

– Аран. Он считает, что я предала его.

– Кто это? Один из тех двоих? Почему же они не помогли? – спросила Мари.

– Куда мы теперь? – ответила вопросом на вопрос. Не потому, что хотела знать. Просто чтобы не говорить о нем. – Это был отель?

– Да. Но уже неважно! – воскликнул Клайс подозрительно радостно. – Даже не представляешь, какой мы припасли для тебя сюрприз!

– Да уж, не представляю, – согласилась я безразлично.

Мы куда-то шли, и друзья больше не пытались заговорить. Только переглядывались, думая, что я не вижу. Мне было все равно. Я не понимала, что делать дальше, не могла поверить, что он… ушел. Просто ушел, не позволив ничего объяснить. Так легко поверил паре брошенных магистром фраз. Конрад! Тот самый, зловещий… Но ведь я не помогала ему! Я сбежала!

– У-у-у, – завыла я, мечтая снова стать маленькой и крепко обнять маму. Которая обязательно поможет и все объяснит.

– Кристи, что случилось? – забеспокоилась Мари. – Тень что-то сделал тебе? Где болит?

– Сделал. Болит. Ненавижу! – выкрикнула я и вдруг заметила, что на улице давно рассвело. – Мне нужно найти его, попытаться объяснить! Он должен понять! Рен ведь знал, что я учусь!

Я метнулась было назад, но Клайс остановил меня:

– Кристи, мы пришли.

Небольшой светло-коричневый домик, увитый плющом, зеленая обшарпанная дверь, которая отворилась почти сразу после того, как Клайс постучал. И навстречу нам вышла…

– Мама?..

Горло сдавил ком, и я кинулась к ней. Обняла и вдохнула родной цветочный аромат ее удивительно белой гладкой кожи.

– Мама…

Слезы сами собой скатывались по щекам, и я никак не могла остановить их.

– Мама. Наконец-то.

– Девочка моя. Кристи.

Она гладила меня по волосам и ласково шептала. Потом, продолжая крепко прижимать к себе, провела в дом и усадила в кресло.

– Как же так? Я искала тебя все это время, а ты… была здесь?

– Не все время, Кристи. Я перемещалась, чтобы не дать поймать себя, и искала помощи. Зато теперь у нас есть шанс освободить твоего отца.

– Что?! Папа не здесь?

– Нет, дорогая, – покачала она головой. – Он в плену Ордена.

– В Обители?! – не поверила я. – Как же так?

– Они вышли на нас случайно. Мы хорошо затерли следы и ни разу даже не попытались применить магию или переместиться. Особенно когда появилась ты. Мы изменили свою жизнь и не собирались возвращаться в Энфейн. Но, судя по всему, так поступили не только мы. В Финфорте пропало много ключников. Уверена, Орден прятал их именно на Земле. А сейчас решил, что пора использовать этот козырь.

– То есть они искали не вас? Я ничего не понимаю. Почему же ты здесь, а папа…

– Кристи, он очень просил меня. Ради тебя. И я не смогла отказать, понимаешь? Так вышло, что я успела перенестись, а он – нет. Он перемещается только между мирами и только через двери, а я…

– Переходящая?

– Да, дорогая. И Конрад уже воспользовался однажды моим даром. Шантажом и угрозами вынудил предать дорогих мне людей. Тех, кто считал меня другом.

– Мама… у меня голова кругом.

Она присела на подлокотник, заправила прядь волос мне за ухо, как никогда прежде не делала, и спросила:

– Где же ты была все это время? Как справилась одна? Как вообще умудрилась попасть в Энфейн? Мы были уверены, что амулет надежно держит твою силу. Тем более на Земле, где магии совсем нет.

– Пришла домой, а вас нет, – всхлипнула я. – А потом на меня набросилось чудище, вампир. И порвал ремешок от кулона. Значит, это он сдерживал мою силу? Когда вы собирались все рассказать?! Или… вы не собирались, да? Я думала, что человек! А потом мой мир просто рухнул, оказавшись пустышкой, вымыслом…

– Вампир? Мы надеялись, что увели всех за собой. Какое счастье, что ты не пострадала! Ты смогла убежать? Ты ключница, Кристи?

– Вроде того. Я так боялась за вас! Хотела найти и не знала как. И эта сила, Аран, учеба в Обители… Я не понимала, что происходит и кому можно верить!

– Мы пытались тебя уберечь, – с горечью в голосе произнесла мама. – Если бы не эта досадная случайность… Как же я рада, что с тобой все в порядке! Ты очень сильная и отважная, моя родная.

– Нет… Нет, я слабая и глупая. Что мы будем делать теперь?

– Проникнем в Орден и освободим твоего отца. Служители Сияющего помогут.

Я подняла глаза на молчаливо стоящих в углу Клайса и Мари.

– Служители – фанатики. Они пытались убить Клайса и, не задумываясь, убили бы меня. А маги Ордена слишком сильны, идти туда – форменное безумие.

– Мы не оставим это так, – мягко улыбнулась мама. – Тебе нужно отдохнуть и поесть, дорогая. Здесь ты в безопасности.

– Я видела деда. Он помог мне бежать, – сказала я тихо.

Радость встречи схлынула, и теперь в душе творился хаос. Я не понимала, что думать и чувствовать. А еще – не верила. Не верила, что Орден можно победить.

– Кристи, молодые люди, пойдемте в столовую, – предложила мама и подала мне руку.

– Я даже толком не знаю, как тебя зовут, – сказала я.

– Тиния. Мое имя Тиния. А твоего отца зовут Дарлион. Нам удалось бежать в Энлант из Ордена и не позволить ему использовать нашу силу. Я все расскажу тебе, дорогая, а ты расскажешь мне, но сначала вам нужно отдохнуть.

Уныло поковыряв вилкой предложенную еду, я вкратце пересказала, как меня угораздило оказаться в Обители Ордена очищения. Об Энсунтуре, Аране и силе Тарэйи я умолчала. Не потому что не хотела делиться своими печалями и неприятностями с мамой… Просто не до конца доверяла Мари и… не знала, как рассказать о том, что и сама еще не до конца осознала и пережила. Внутри было пусто, а сердце сжималось и ныло всякий раз, когда в воспоминаниях всплывало лицо Ара.

Время шло, а мы продолжали сидеть в гостиной в ожидании неизвестно чего. Беспокойство мамы росло на глазах. Она ходила из стороны в сторону и теребила завязки блузы.

– Он давно должен был прийти. Вероятно, что-то произошло.

– Экваленец? – спросила я.

– Да, – кивнула она. – Маг из Ордена Сияющего.

– Тогда вряд ли он придет. Наследника убили, – вспомнила я.

– Что?! Откуда ты знаешь, Кристи? Ты уверена?

– Не спрашивай. Уверена, – ответила я и притянула колени к груди.

«Я не смогу без тебя. Не смогу…»

– Дорогая, они… Что они сделали с тобой? Я прошу тебя…

– Нет, ничего. Не успели. Дед вовремя остановился и не запечатал мой дар, да и сила уже, должно быть, восстановилась.

– Значит, ты сможешь переместиться?

– Наверное, – пожала я плечами. – Но я перемещаюсь только между мирами, не умею, как ты…

– Нет, нет. Как я и не нужно, дорогая. Если служители поменяли планы, мы тоже поменяем свои. С даром ключника мы можем вернуться на Землю и попросить помощи у Витареля. Дяди Виталика, помнишь?

– Доктора? Не сможем, мам. Он… – я сглотнула, – вампир.

– Вот как… – выдохнула она и села. – Добрались и до него… Боюсь, они готовят нечто масштабное. И на этот раз не где-нибудь, а в самом Энфейне. И если уж Конрад заявился даже в светлый Эквален… Мешкать они не будут.

– Думаешь, дело все-таки не в новой академии? Крейсенренцев в самом деле приняли учиться.

– Разумеется, разумеется, моя дорогая. И это говорит лишь о том, что Крейсенрен уже пал. А теперь и Эквален. Против нас ополчится все Шестимирье, – сказала она и в отчаянии наклонила голову так, что ее прекрасные иссиня-черные волосы заслонили лицо. – Столько лет… Они стали практически неуязвимы. Ну ничего, мы еще повоюем. Ведь так? – Она подняла глаза на растерянных ребят. – Какие у кого планы на дальнейшуюжизнь?

– Прятаться? – робко предположила Мари.

– Никаких планов, – развел руками Клайс. – И если речь идет уже не просто о горстке зарвавшихся негодяев, а о судьбе всего Энфейна – мой дар невидимости в вашем расположении.

Мама улыбнулась и поднялась.

– Это прекрасно! – сказала она вполне искренне. – Нет у меня уверенности, что Эндорф пожелает во все это ввязываться, но по крайней мере мы должны попытаться. Клайс, Мари, побудете пока здесь. В большой спальне есть зеркало мгновенного переноса. Им можно воспользоваться в случае опасности, повернув два одинаковых рычага сверху и снизу на раме. Нет, нет, вам нечего здесь бояться. Это просто для того, чтобы вы чувствовали себя увереннее. Об этом месте мало кто знает, а у Конрада хватает сейчас других забот, кроме как носиться за парой сбежавших адептов. Согласны?

Мари неуверенно кивнула, Клайс усмехнулся и сказал:

– Даже в небольшом доме меня нужно сначала найти.

– А мы? – подала голос я.

– А нам нужно на Землю, Кристи.

– Не понимаю. Почему именно на Землю?

– Давно пора увидеться с той, что хранит переход Энланта, – ответила мама туманно и взяла меня за руку. – Попробуем?


Глава 24

Перемещаться домой было страшно. Мало ли кто поджидает нас там? Но рисковать промазать и выдать себя, перемещаясь куда-то на улицу, я не стала.

– Прекрасно! У тебя невероятный дар, – похвалила мама, осматриваясь. – Мы обязательно устроим тебя в Финфорт, когда все закончится.

– Что изменилось, мам? Почему вы не рассказали мне раньше? Ведь в Эндорфе безопасно, как я понимаю? Почему?!

– Дорогая, мы не знали, что происходит в Шестимирье и какова расстановка сил. Не были уверены, что нас простят и примут в Эндорфе. Мы собирались рискнуть через пару лет, когда все уляжется и Конрад перестанет нас искать, но у нас появилась ты. Я очень боялась за тебя, Кристи, и мы приняли решение забыть о прежней жизни и остаться в Энланте. Ради тебя.

– И жить, всего боясь и от всех скрываясь, – добавила я.

– Мы просто старались быть осторожными, – упрекнула она меня.

– Прости. Я до сих пор не могу привыкнуть ко всему этому. Миры, магия, чертов Орден, папа… Эти твои знакомые помогут нам?

– Будем надеяться, дорогая. Будем надеяться.

Быстро побросав кое-какие вещи в сумку, она оглядела улицу в визор, но не вышла из дома, а спустилась в гараж. Нажала панель, открыв выезд, и села в автомобиль, которым на моей памяти мы пользовались от силы пару раз.

– Ну же, залезай. Придется прокатиться до столицы.

Я с сомнением глянула сначала на машину, потом – на воодушевленную маму и все-таки забралась внутрь.

– Ты точно умеешь этим управлять?

– Что за вопросы, Кристи? – рассмеялась мама. – Ты еще спроси, на каком артефакте этот агрегат работает. Мы прожили здесь более двадцати лет! Конечно я умею водить!

И она наглядно продемонстрировала этот навык, вдавив педаль в пол.

– Просто никогда не видела тебя за рулем, – пробормотала я потрясенно.

– И, возможно, уже не увидишь, Кристи. Лови момент!

Я поглядывала на маму, пытаясь понять, чем вызван ее энтузиазм. Надеждой или все-таки страхом?..

По дороге почти не говорили. Все же мама редко водила и была сосредоточена на процессе. Тишина угнетала. Против воли в голову лезли мысли об Аране и произошедшем между нами. Я была так счастлива с ним! А теперь… Все рухнуло в одночасье. Отчаяние сменилось злостью, почти яростью. Как он мог так легко поверить и отступить? Я никогда ничего не значила для него?..

Слезы стояли в глазах, и держалась я лишь на чистом упрямстве.

– Ты ведь не все мне рассказала, да? – вдруг спросила мама.

Я подняла на нее глаза и призналась:

– Не все. Тебя так долго не было рядом! – подосадовала я, и по щеке все-таки скатилась слеза.

– Ну же, милая, теперь все обязательно будет хорошо, – улыбнулась мама, и мне нестерпимо захотелось в это поверить.

Толпы людей, бесконечной чередой текущие по улицам автомобили, шум, яркие вывески и сигналы… Атрибуты большого земного города навалились уже на въезде в столицу, и разговор как-то сам собой заглох. Мама сконцентрировалась на дороге, а я с ужасом смотрела в окно, понимая, как сильно отвыкла от этого зрелища. И самое удивительное – хочу обратно. Не в наш тихий спокойный городок и даже не в Энфейн. Я хочу в Энсунтур. Хочу к Ару.

– Да сколько можно! – буркнула себе под нос и, сняв найденные дома кроссовки, залезла на сиденье с ногами.

– Ну вот и приехали, – сказала мама, заворачивая на небольшую улочку и останавливаясь. – Забери вещи, возможно, мы уже не вернемся.

– Не уверена, что смогу безопасно переместить нас обратно, – вдруг сообразила я. – Раньше я переносилась прямо в Обитель.

– Это не понадобится, не переживай.

Мы некоторое время неспешно прогуливались по улице. Дождавшись, когда поблизости не останется прохожих, мама постучала в обычную с виду входную дверь. С глазком.

Открыл нам светловолосый голубоглазый паренек лет семнадцати. Взъерошил и без того топорщившиеся во все стороны волосы и, чуть приподняв брови, выдал:

– Здрасти.

Мама во все глаза глядела на паренька и почему-то молчала.

– Эдгар, не держи людей в дверях, – послышался издалека женский голос.

– Эм… Кажется, не совсем людей, мам, – ответил паренек, и из-за его спины показалась молодая красивая женщина.

Выбившиеся из прически каштановые пряди спадали на ее лицо, а внимательные зеленые глаза уставились на маму.

– Тиния? – выдохнула она ошарашенно и оперлась на парня.

– Здравствуй, Аделина.

– Мам? – с тревогой спросил Эдгар, обернувшись.

– Все хорошо. Проходите.

– Спасибо, – кивнула мама, и мы зашли внутрь.

Весь первый этаж занимал непонятный длинный коридор со множеством дверей по обе стороны, а в самом конце располагалась гостиная, где нам и предложили сесть.

– Давно не виделись, Тин, – сказала женщина, присев напротив мамы. – В любом случае я рада, что ты уцелела.

– Нам удалось воспользоваться неразберихой и скрыться.

– Нам?

– Мне и Дарлу. Я ничего не знаю об остальных ключниках. Мы жили здесь, в Энланте.

– Вот как…

– Аделина, пойми, я не могла позволить Конраду завладеть моим даром. Это дало бы Ордену еще бо́льшую силу, а мы всю оставшуюся жизнь провели бы в его подземельях.

– Ну разумеется.

– Аделина, прошу тебя. Я знаю, что виновата перед вами, но я не могла поступить иначе. Он грозил убить отца и Дарла на моих глазах. Незамедлительно. Если я не приведу Анда. Я была уверена, что Анд легко справится с Конрадом, но потом этот дурал…

Я переводила взгляд с мамы на зеленоглазую женщину, названную Аделиной, и ничего не понимала. О чем вообще они говорят?

– Все эти годы я корила себя за то, что не нашла другого выхода, – продолжила мама, – поддалась его угрозам и предала Анда. И пусть это наивно, но я до сих пор надеюсь, что когда-нибудь он сумеет меня простить…

– Он едва не погиб, Тин.

– Мне очень жаль, поверь, очень. Ты же знаешь, как я относилась к нему.

Мама совсем сникла.

– Он никогда не винил тебя. Я – да, но не он. Слишком хорошо знал, каким убедительным бывает Конрад.

– Как он? Вы…

– Да, – неожиданно улыбнулась Аделина. – Мы женаты с тех самых пор. И если бы я тогда не попала в Энсколд, неизвестно, стало бы это когда-либо возможным или нет. Я давно простила тебя, Тин, и действительно рада тебя видеть. Это твоя дочь? – спросила она, посмотрев на меня. – Она очень на тебя похожа.

– Да. Это Кристина, наша с Дарлом дочь.

– Не знала, что ты была влюблена в Дарла.

– Я и не была, – грустно улыбнулась мама, – но совместные передряги весьма сближают.

– Это верно, – усмехнулась Аделина. – А где же он сам?

– В застенках Ордена, – ответила я.

Не слишком вежливо, но эта неспешная беседа начала меня раздражать. Я не знала ничего из прошлого своих родителей, и даже сейчас они обсуждали все так, будто меня нет рядом. Только это меркло в сравнении с тем, что папа до сих пор в плену Ордена.

– Все очень плохо, Аделина, – поддержала меня мама. – Орден аккумулирует силы в светлом Эквалене, они уже почти захватили власть. Весь Энфейн… Не думаю, что они остановятся, ты и сама знаешь.

Аделина резко поднялась:

– Как давно?

– Месяц-два, – растерялась мама.

– Почему же ты не пришла сразу, Тин? Анда нет, – сказала она раздосадованно. – У Авроры, нашей старшей дочери, инициация, которая возможна только в Энсколде. Он никогда не отпустил бы ее туда одну. У нас очень напряженные отношения с его родней, – зачем-то пояснила она. – Но мы, я так понимаю, не можем ждать? Если что-то случается, то все одновременно, пора бы уже привыкнуть! Эдгар, тебе придется присмотреть за переходом. Перемещения только для тех, кого знаешь лично. Остальные пусть ждут меня.

– Но, мам…

– Мне нужно ненадолго отлучиться в Эндорф, мы должны доложить о ситуации Совету. Если вы готовы, – добавила она, взглянув на нас, – не будем терять времени.

– Постойте. Мне нельзя появляться в Эндорфе. У меня нет печати.

– Ключница? – спросила Аделина, слегка прищурившись. – Действительно.

– Мы все это время жили на Земле, – напомнила мама. – Ничего, дорогая, заодно разберемся и с этим.

– Верно. Тогда лучше воспользоваться переходом.

И, выйдя в коридор, она указала на одну из дверей.

– А куда ведут другие? – спросила я.

– С той стороны крупные города Земли, с этой – Эндорфа. Из какой бы ты ни вошел, она будет казаться тебе центральной, – сказала Аделина. – А если немножко нарушить служебные полномочия, можно даже путешествовать по этим мирам, – добавила она, подмигнув.

Переместиться через дверь удалось. По ощущениям этот способ мало чем отличался от преодоления полосы безмирья. А вот с печатью возникли проблемы. Для регистрации меня как ключника требовалось подтверждение из родного мира, в данном случае – Энфейна. Только вот ни одна организация и даже проверенный, давно зарегистрированный фейн дать его мне не могли.

– Кларк, я ручаюсь за эту девушку, – сказала Аделина сотруднику из Совета магов Эндорфа. – Нанеси хотя бы временную, пока мы не решим вопрос с Энфейном. В сущности, она такая же фейнка, как и я! Она выросла на Земле.

– Это ничего не меняет, тина Аделина. Совет вот-вот примет новое постановление относительно контактов с Энфейном. До этих пор всякая регистрация приостановлена.

– Даже так? То есть они знают о происходящем там? Что ж, это радует. Пойдем, Кристина. С печатью или без – это пока не столь важно. Переход работает исправно. К тому же, как я понимаю, с Эндорфом тебя пока ничего не связывает?

– Я здесь впервые, – кивнула я, едва успевая подниматься за ней по лестнице.

Мама перенесла нас прямиком к зданию Совета магов, так что идти от перехода не пришлось. Отказ в печати ключника тоже не занял много времени, и уже скоро мы стояли в приемной, ожидая встречи с кем-то из местных магов.

Мама о чем-то тихо говорила с Аделиной, стоя у окна. Я ходила из стороны в сторону, прокручивая в голове все недавно услышанное. Конрад шантажом вынудил мою маму предать друзей, из-за чего те едва не погибли. Ужасно, непоправимо, гадко…

Я смотрела на маму и невольно думала о Мари. Конрад обладает чудовищной склонностью к манипуляции. Даже я всякий раз терялась в его присутствии, не до конца отдавая себе отчет в происходящем. Можно ли винить их, что попались в эти сети? Этого я не знала.

Массивные двери распахнулись, и я удивленно приоткрыла рот. Высокий стройный мужчина с коротким ежиком светлых волос, карими глазами и длинной шеей.

– Борг?

– Мы знакомы с юной тиной? – пристально глядя на меня, спросил он.

– Нет, – смутилась я. – Аран как-то… Он изображал вас, очень похоже.

Я опустила глаза, отчаянно ругая себя за такую несдержанность.

– Вот даже как. Аран и юная фейнка. Как же зовут знакомую моего брата?

– Кристина, – пискнула я. – Я… Простите, я пойду.

И я метнулась в сторону двери.

– Кристи, ты куда? – воскликнула мама.

– Борг! Как я рада тебя видеть! – подошла к нему тем временем Аделина и крепко обняла.

– Дель, нечасто ты балуешь меня, – улыбнулся он.

– Здравствуй, – сказала мама, тоже подойдя.

– Тиния, верно? Не может быть, неужели это прелестное создание – твоя дочь? Я, похоже, ослеп, раз не понял сразу. Выходит, вы наконец нашлись? Где же вы пропадали все это время?!

– В Энланте, Борг. Мы скрывались от Ордена в Энланте. Но сейчас Дарл у них, и нам нужна помощь. Всему Энфейну нужна помощь.

– Вы пришли просить меня как сунтура? – спросил он, покосившись на меня, замершую у двери.

– Как сунтура? – удивилась мама.

– Ты тогда многое пропустила, – сказала ей Аделина. – Борг только изображал фейна, чтобы учиться в Академии, а сейчас он единственный сунтур в Совете Эндорфа!

– Надо же, я не знала даже о том, что ты вообще имеешь отношение к Совету. Мы так много пропустили! Ты права, Аделина. Кристи, иди же сюда, – позвала она меня. – Конрад едва не добрался и до нее. Судя по тому, что происходит сейчас в Эквалене, еще немного – и отстаивать его будет уже поздно.

– Да, мы знаем о перевороте, – ответил Борг и внимательно посмотрел на меня, когда я все-таки подошла. – Но решение о вмешательстве еще не принято. И вряд ли будет. Политика Эндорфа такова, что лучше закрыть границы от агрессора, оставив его разбираться со своими проблемами самостоятельно, чем втягиваться в войну…

– Ты тоже так считаешь? – спросила Аделина.

– Если будут какие-то веские основания, я попытаюсь их убедить, но…

– Дарл в плену. Насколько я понимаю, никого из ключников, пропавших из разрушенного Финфорта, так и не нашли. Зато активно разыскивают сейчас. Служители Ордена! Неужели этого мало?!

– Нет. Чтобы убедить Совет вмешаться, Орден должен посягнуть на что-то еще, кроме самого Энфейна и его подданных.

– А как же воронки Энсунтура? – тихо спросила я, поймав на себе удивленные взгляды всех троих собеседников. – Во дворце не сомневаются, что виной им Орден.

– Кристи, откуда ты… – начала мама, но Борг не дал ей договорить:

– Нам лучше пройти ко мне в кабинет. Милые тины, прошу! – И он жестом велел следовать по коридору вперед. Когда за нами закрылась дверь небольшого уютного кабинета, задумчиво произнес: – Они не поставили меня в известность, что эта версия признана официальной. Кристина, уверена ли ты в своих словах?

– Аран с небольшой группой воинов и Реном уже там, – обреченно ответила я. – И… Мы видели Тень, Конрада, этим утром в городе. Тело наследника не успело остыть, как сказал Рен, а магистр уже бросил все и прибыл в Эквален…

– Я вижу, ты успела куда больше, чем рассказала, – недовольно сказала мама.

– Тин, думаю, вам следовало сразу связаться с ними, раз они уже вмешались. Борг, сможем ли мы уговорить Совет?

– Я попробую. Но теперь это уже не имеет принципиального значения. Мне нужно переговорить с братом. Или хотя бы с отцом.

Они говорили о чем-то еще, мама то и дело укоризненно поглядывала на меня, но я уже не могла сосредоточиться ни на разговоре, ни на окружающем. Я боролась со внезапно навалившейся слабостью и накатывающими волнами чужой силы, стремящейся унести меня прочь из Эндорфа. Когда потоки энергии стали столь мощными, что бороться с ними уже не получалось, я прервала говоривших окриком:

– Мама! – И, добившись внимания, прежде чем переместиться, успела шепнуть: – Все нормально, не пугайся.

* * *

Энсунтур встретил странной тишиной. Я сидела на мягкой траве и пыталась понять, что не так. Земля, воздух, листва на деревьях – все молчало, но в то же время стоило прислонить ладонь к зеленому покрывалу подо мной, чувствовалась вибрация. Едва уловимая, но неприятная, чуждая.

Раздался шорох, и из зарослей вышел Альхзар. Подойдя ко мне, склонился и выпустил вниз свои щупальца.

– Ну что ж, давай прогуляемся, – решила я. – Зачем-то же она позвала меня.

От стремительных рваных прыжков зверя перехватывало дыхание. Волосы растрепались и лезли в лицо. Я попыталась поправить их и чуть не упала, когда Альхзар вдруг резко затормозил.

Место, куда он принес меня, очевидно, было поляной тарэйи. Только вот… Серебристо-розовые цветы поникли, а вверх от земли поднималось полупрозрачное подрагивающее марево. На уровне пяти-семи метров от поверхности поляны оно как бы стягивалось в одну точку и словно в невидимой воронке исчезало.

– Что же это?.. – выдохнула я и только тогда заметила мага в черной мантии, наблюдающего за происходящим с края поляны. И стоящего неподалеку от него грозного вампира.

– Это плохо, очень плохо, – прошептала я и через ту особую связь, что возникала при контакте с щупальцами Альхзара, велела ему уходить.

Только окончательно выдохшись от галопа и оказавшись, как я надеялась, на достаточном расстоянии от врага, я позволила себе остановиться. Слезла со зверя, села на землю и стала думать.

Увиденное мне не понравилось. Очень. Веяло от него чем-то жутким, необратимым. Тем, что было много хуже пламенеющих воронок. Я не смогла бы объяснить это, просто чувствовала.

Только что я могу? И должна ли?.. Аран отверг меня, прогнал, как шпионку, предательницу. Не стал даже слушать! Нашей сделки больше не существует…

– Зачем же ты призвала меня вновь? – спросила я, глядя в небеса. – Чего хочешь? Отпусти… – добавила совсем неслышно.

С неба упала капля. Прохладная, крупная. Затем еще одна, еще… Пока дождь не забарабанил по мне, Альхзару и листьям так, будто намеревался все здесь затопить. Дождь. Мой первый дождь в Энсун-туре.

Я хотела подняться, чтобы спрятаться там, где гуще кроны, но редкие ветви надо мной вдруг сами собой сомкнулись так плотно, что ни одна капля больше не попадала на меня. Струйки воды стекали на траву в полуметре от моих ног.

Вода… Она как лед, только живая, подвижная. Я подалась вперед и вытянула руку, почти касаясь тоненького потока, а потом начала медленно сгибать, убирая руку обратно. Капли, будто притянутые магнитом, потянулись за ней, а затем и вовсе шаром собрались вокруг ладони.

Я смотрела на волшебную сферу и понимала, что уже не могу отступить. Хочет того Аран или нет, но я успела стать частью этого мира.

А значит, должна его защитить.

– Если бы ты знал, до чего страшно, – сказала я зверю и зажмурилась, молясь всем богам разом, чтобы не угодить в Обитель.

К счастью, мне удалось верно настроиться и переместиться в тот самый домик в Эквалене, где остановилась мама.

– Кристи? – испуганно подскочила Мари. – Что случилось?

– Все в порядке. Относительном. Она не вернулась? – спросила, осматриваясь.

– Я думала, вы вместе, – пробормотала Мари.

– Ну да. Я даже не знаю, сможет ли мама сама вернуться, – сказала я и плюхнулась в кресло. – И что делать?

Подняла глаза на растерянную Мари и заметила Клайса.

– Ты почему тут? – удивился он. – А твоя мама? Сюда приходил этот твой друг, которого ты как-то случайно переместила в Обитель.

– Рен?

– Да, точно, – кивнул Клайс.

– Как же он узнал, где я?

– Строго говоря… Он спрашивал не тебя. Он пришел вместо служителя Сияющего, которого ждала твоя мама.

– Даже так? Быстро же они освоились. И что ты ему сказал?

– Ну… правду. Не надо было?

– Не знаю, Клайс. Но, похоже, мне все же придется вернуться в Эндорф. Знаешь, чего я больше всего хочу сейчас? – спросила, смущая друга пристальным взглядом. – Чтобы вдруг оказалось, что всего этого никогда не было. Ни безумного Ордена с его интригами, похищениями и угрозами, ни страха, ни боли, – добавила совсем тихо. – Только я, мама и папа рядом.

– Ты просто устала, Крис, – сказал Клайс и, подойдя, положил ладонь мне на плечо. – Может, мне пойти с тобой?

– Нет. Я даже не уверена, что попаду в нужное место. Если что – я где-то в Шестимирье, – усмехнулась я и сосредоточилась на маме. В конце концов, не зря же я ходила на тренировки!

Не зря. Переместиться получилось. Мама увидела меня первой и, во все глаза глядя на меня, встала со своего места.

Я хотела сделать шаг в ее сторону, но не смогла! Будто угодила в вязкое желе, почти полностью сковавшее мои движения. Не прошло и тридцати секунд, как в просторный кабинет, где я заметила также Аделину, Борга и еще какого-то незнакомого мужчину, ворвались трое магов, окружив меня.

– Незаконное проникновение, обеспечить коридор, – раздалась отрывистая команда от двери, и меня стали теснить в ее сторону.

– Подождите! – закричала мама. – Мы совсем недавно прошли переходом. Вместе!

Я перевела взгляд с мамы на дверь и забыла, как дышать. В проеме стоял Аран и сверлил меня жестким колючим взглядом. Глаза его вновь стали холодными, цвета стали. Как в самую первую нашу встречу.

– Шпионы Ордена добрались и в Эндорф, – сказал он, ступив внутрь кабинета.

– Пустите меня, – произнесла я не менее холодно, глядя не на Арана, а на стоящего неподалеку от него мага. – У меня нет печати не потому, что я шпионка Ордена, а потому, что смотритель Кларк не стал нарушать наложенный – смею надеяться, временно – запрет на их постановку.

– Все верно. Юная тина прибыла со мной через переход Энланта, – подтвердила Аделина, тоже поднявшись. – Я ручаюсь за нее.

– Сеть зафиксировала перемещение, – возразил маг. – И ни куда-нибудь, а в здание Совета!

– Не знаю, помните ли вы, Мирак, но мне тоже без труда удавалось обходить вашу защиту, – сказала с усмешкой Аделина. – Поверьте, в вашем участии нет необходимости. Тиния и Кристина открыто прибыли в Эндорф просить помощи Совета, а не пробрались тайком, чтобы шпионить.

Названный Мираком ничего не ответил, скупо кивнул и жестом отозвал своих людей.

– Спасибо, – шепнула я, чувствуя, как «желе» рассасывается в пространстве.

Мама обняла меня и тихо спросила:

– Куда ты делась?

– Тарэйя затянула меня в Энсунтур, – созналась я.

– Не смей, – рыкнул Ар. – Тебя отныне не может ничего связывать с Тарэйей.

– Так уверен? – вскинулась я. – А вот она другого мнения!

– Кристи, ты должна все рассказать мне, – тревожно сказала мама, оглянувшись на Ара.

– Я хочу уйти. Вы закончили? Думаю, я смогу перенести нас обеих обратно.

– Совет не принял решение, а Борг… хотел переговорить с братом.

Я украдкой взглянула на приветствующих друг друга принцев и пожелала исчезнуть. Ар ничего больше не сказал мне, но скрип его зубов я слышала даже издалека.

– Каков ваш план действий?

– Борг, я не буду говорить в ее присутствии, – ответил Аран и кивнул на меня.

– Ар, не кипятись, – сказал Рен, тоже заходя в кабинет. – Ты даже не дал ей объясниться. Она просто училась в Салудоне, и…

– Еще слово, и тебе, мой друг, тоже придется объясняться. Только не передо мной, а перед дознавателями во дворце, – процедил Аран.

– Не надо, Рен, – шепнула я. – Я с большой радостью уйду. Только… Борг, мне нужно кое-что сказать вам, и… Взять с вас слово, что при штурме Обители Ордена вы поможете освободить моего отца, деда и… Яги.

Младший принц нахмурился, а Аран заметно вздрогнул, когда я произнесла последнее слово.

– Кристина, боюсь, что не смогу дать тебе такого обещания. Для захвата любой организации другого мира нужны очень веские основания.

– Понимаю, – кивнула я. – Они у вас будут. Аран… ваш брат, – поправилась я, – возможно, еще не рассказал о том, что во дворце давно не сомневаются в причастности Ордена к воронкам черного огня. Так вот…

Аран прошел мимо, едва не задев рукой, и я запнулась. Он же невозмутимо сел в кресло прямо напротив меня, положил одну согнутую в колене ногу на другую и уставился вперед.

– Что же ты, продолжай. Будет очень любопытно послушать, в какую ловушку велел тебе Конрад заманить нас.

– Аран, вы не правы, – подала голос Аделина.

– Зато многое проясняется, – продолжил Ар, посмотрев на мою маму. – Очень похожа на мать. И, как видно, не только внешне. Разве не эта прекрасная фейнка предала вашего возлюбленного, Аделина, и поставила тем под угрозу жизни студентов целой Академии?

Я бессильно взглянула на маму, потом на Аделину и Борга.

– Я не буду оправдываться перед тобой, если ты желаешь слышать только себя и свою ненависть, – сказала тихо, уставившись в итоге в пол. – Можешь думать все, что тебе угодно, только это не поменяет случившегося. У Ордена все получилось. Меня вынесло в Энсунтур волной силы Тарэйи, как происходило все это время. Ее зверь отнес меня к поляне, с которой, я почти уверена в этом, как раз забирали силу.

– Почти уверена? – спросил Борг.

– На краю стоял маг в черной мантии. И один из тех жутких вампиров, покрытых шерстью, – сказала я. – А над поляной вверх поднималось серебристое марево. Поднималось и закручивалось спиралью в одну точку, где исчезало! Понимаете? То, что им не удавалось раньше, получилось теперь. Выходит… все это время они хотели забрать силу Тарэйи.

– Это очень смелое утверждение, – после паузы произнес Борг.

Аран молчал, и я рискнула поднять на него глаза. Нахмуренный и сосредоточенный, он смотрел куда-то в сторону.

– Ты запомнила дорогу к этой поляне? Какие-то ориентиры? – неожиданно спросил он.

– Я – нет. Но, возможно, Альхзар отнесет туда вновь, если его попросить.

– Тогда нужно отправляться немедленно. Пока свежи следы, – заключил он и поднялся.

Быстрый…

– Не раньше, чем я получу обещание помочь спасти моего отца, – сказала твердо, не сдвинувшись с места.

– Кристи, ты… Это невероятно! Тебе мало было моей защиты и крыльев, когда они у тебя были, а сейчас ты думаешь, я буду разбрасываться подобными обещаниями?! К обсуждению условий мы вернемся не раньше, чем сказанное тобою подтвердится.

– Хорошо, – не видя другого выхода, согласилась я.

– Нас ждет веселенькое путешествие? – усмехнулся Рен.

– Тебе лучше вернуться в Эквален и следить за ситуацией там, – ответил Аран.

– Тоже верно, – отозвался тот.

– Мне нужно возвращаться в переход, – сказала Аделина. – У вас будет общий штаб или что-то такое?

– Спасибо, Аделина, – ответил Борг. – Как только что-то определится, мы сами найдем тебя.

– Конечно, – кивнула она и, попрощавшись, ушла.

– Борг, ты остаешься или идешь с нами? – спросил брата Аран.

Младший принц задумался и с сомнением посмотрел на меня.

– Совету понадобится больше информации, но если не подстегивать обсуждения, вопрос могут снять с повестки.

– Я найду способ держать тебя в курсе, – ответил Аран. – Пока твое присутствие нужнее здесь. Идем, – хмуро сказал уже мне.

– Кристи, ты сумеешь переместить двоих разом? – спросила мама, беря меня под локоть.

– Исключено, – рыкнул Аран. – Мне хватит одной шпионки в Энсунтуре.

– Ну уж нет, даже не надейтесь, что я отпущу ее с вами одну! Кристи, мне вообще не нравится эта идея. Мы попробуем договориться с Советом. Уверена, и Андонир не останется в стороне.

– Мам, я понятия не имею, кто такой Андонир, – устало выдохнула я. – Не переживай за меня, пожалуйста. Ничего со мной не случится. Я не могу не пойти, понимаешь? Не только из-за папы, – добавила совсем тихо.

– Дочка, я вижу, что-то происходит, – шепнула она мне на ухо. – Между вами. Но этот Аран – не лучшая компания. Как ты будешь там с нимодна?!

– Так же как все это время, мам. Скоро увидимся. Я же ключница, забыла?

Мама возмущенно открыла рот, чтобы еще что-то возразить, но я уже отошла от нее и протянула Арану руку.

– Если боишься, можешь поискать другого ключника, – съязвила на его заминку.

– А тебе, я вижу, спокойная жизнь не по душе, – откликнулся он, вкладывая свою ладонь в мою.

– Ты слишком плохо меня знаешь, Аран, чтобы делать хоть какие-нибудь выводы, – ответила я и, даже не посмотрев на него, переместилась.

Странно, но на этот раз скачок в другой мир дался мне тяжело. Оказавшись на твердой почве, я согнулась пополам и тяжело дышала. Потом встала на четвереньки и, упершись ладонями в землю, тихо позвала Альхзара.

Когда зверь пришел, Аран расправил крылья и хмуро, будто что-то для себя решая, на меня посмотрел. Я не стала спрашивать. За эти короткие мгновения я успела тысячу раз пожалеть, что не взяла с собой маму. Остаться наедине с Аром оказалось не лучшей идеей. Слишком больно.

– Он достаточно большой, – все-таки сказала, забравшись на спину Альхзару, – а там был вампир.

Аран ничего не ответил, но убрал крылья и сел сзади.

Мчались к нужному месту в полной тишине. Я крепко держалась за щупальца и со всей полнотой погружалась в ощущения зверя. Упругая почва под мощными лапами, свежий ветер, бьющий в лицо, бурлящая внутри радость от возможности быть полезным и просто живым.

Его эмоции так ярко передались мне, что, когда мы остановились, я с трудом вернулась к реальности. И лучше бы не возвращалась.

– Ты держишь меня за дурака, Кристи? – процедил Аран. – Видит милостивая Тарэйя, я пытаюсь тебя понять, но мне не удается. Чего ты хочешь на самом деле? Каких добиваешься целей? Что он предложил тебе такого, чего не могу я?

– Да что случилось? – не выдержала я и только тогда почувствовала жар, а за спиной Ара разглядела языки пламени. – Не может этого быть…

– Тут было именно так и в прошлый раз, верно? – спросил он меня как маленькую.

– Нет! Разумеется, нет! – возмутилась я. – Считаешь, мне нечего больше делать, как слоняться по вашим лесам?! Меня кто-нибудь спрашивал?! Не я, Аран, привела нас сюда. Он, – я ткнула в Альхзара. – И в тот раз, и в этот.

– Ты обманывала меня все это время, Кристи. Что поделать, это серьезно пошатнуло доверие к любым твоим словам.

– Аран, я тебя не обманывала. Просто жила своей жизнью! Училась свалившейся на голову силе. Одна, швыряемая между мирами, в полном неведении о происходящем вокруг. Ах да, еще очень нужная всем, как оказалось. Незаменимая, бесценная, – перечисляла я, начиная закипать. – И что же? Ты отвернулся от меня сразу, как только тебе намекнули, что имеешь виды на мой дар не ты один!

– Намекнули? Да этот мерзавец не оставил никаких сомнений в том, как близко вы знакомы!

– Близко знакомы?! В самом деле, куда ближе, когда из тебя до капли высасывают силу, а потом швыряют в клетку! Лучше бы я осталась там, чем слушала все это!!!

Я выкрикивала наболевшие слова, и вокруг меня собирались клубы белого пара, а с ладоней вихрями слетали колючие снежинки.

– Начинается… – моментально стихнув, выдохнула я и растерянно посмотрела на Ара.


Глава 25

Эта воронка не была большой, и, выпуская из ладоней мощные струи морозной силы, я быстро потушила ее. Только вот успокоиться не получалось. На земле не осталось ни одного язычка пламени, а вокруг меня продолжал кружиться снежныйвихрь.

– Кристи, довольно! – прокричал Аран, чем только раззадорил вьюгу.

Вот, снова приказывает!

– Думаешь, мне это нравится?! Думаешь, когда-нибудь нравилось? – закричала я в ответ. – Конечно, отличный способ шпионажа – умереть, замораживая очередную чертову воронку!

Я пошатнулась, чувствуя, как стремительно гнев истощает меня.

Аран, прикрывая лицо рукой, с трудом пробирался ко мне сквозь бурю.

– Довольно, – повторил он, приблизившись. – Побереги силы, Кристи.

– Боишься, не хватит на остальные? – язвительно спросила я, удивляясь, почему ветер больше не сбивает его с ног, а обходит стороной.

– Это невыносимо, – сказал Аран и, наклонившись, поцеловал меня!

От такой запредельной наглости я едва не задохнулась и что есть сил отпихнула его. Злость, обида и горечь прорвались наружу слезами.

– Ненавижу! Как ты мог так легко поверить Конраду?! После всего! Ты сделал мне так больно!

Я била его кулаками в грудь и содрогалась от рыданий.

– Прости, – сказал он просто и крепко обнял, не давая ни единого шанса отстраниться.

И я… уткнулась носом в его надежную грудь и как-то сразу затихла. А вместе со мной и вихрь. Так, прижавшись друг к другу, мы молча стояли посреди заледенелой поляны, и последние снежинки медленно оседали на землю.

Поняв, что я больше не вырываюсь, Аран осторожно разомкнул объятия и подхватил меня на руки. Распахнул крылья и одним прыжком перенес нас далеко за пределы воронки. Прямо так, вместе со мной, сел на траву, провел по лицу и заглянул в глаза.

– Я теряю рассудок из-за тебя, Кристи, – сказал он.

– Понимаю, что этому ты не рад, – шепнула я, отворачиваясь.

– Не рад, – согласился он. – Это делает меня уязвимым и… неразумным. – Он тихо усмехнулся, а я удивленно подняла на него глаза. – Только знаешь что? Без тебя куда хуже, чем с тобой.

Его взгляд, снова теплый, словно оттаявший, ласкал и будоражил.

– Не играй со мной, – попросила я. – Я слишком боюсь теперь.

– Никогда, – шепнул он и поцеловал. Невесомо и нежно, сводя с ума этой легкостью и затаенной страстью.

Я подалась вперед и взялась руками за его лицо, потом ухватилась за шею, пропустила волосы сквозь пальцы. Внутри нарастал жар. Будто огонь поселился в сердце и гнал теперь по жилам не кровь – раскаленную лаву.

– Если хочешь, чтобы я помог, не делай меня слабым, Кристи. Сомнения разъедают, как яд.

Отстранившись, я заглянула ему в глаза.

– Я нигде и никому не говорила о тебе или Тарэйе. Ни Конраду, ни даже маме! И я… люблю тебя, – добавила тихо. – Но если тебе этого мало…

Я уперлась ладонью ему в грудь и попыталась встать.

– Крис, останься. Я ведь не обещал, что будет просто.

– И не будет.

– Похоже на то, – усмехнулся он и повалил меня на траву, нависнув сверху. – Несносная, невозможная эйни, ты ведь знаешь, что на крайний случай у меня всегда есть чем тебя привязать.

– Это не понадобится. Если ты будешь хорошо себя вести, – хмыкнула я и, чуть приподнявшись, сама поцеловала его.

* * *

Я лежала на шелковистой траве, положив голову на плечо Ара, и смотрела на неторопливо бегущие по небу облака.

– Это точно то место, где ты видела мага? – спросил он.

– Да. Ошибиться могла я, но не Альхзар.

– Допустим. Но почему ты так уверена, что в этот раз произошло что-то особенное?

– Вы никогда не видели, как появляются эти воронки?

– Нет, только итог.

– Ар, я не знаю, как это объяснить, но уверена: в этот раз все было иначе. И богиня хотела, чтобы я увидела это, понимаешь? Я кое-что обнаружила в Обители. Прежде чем Конрад решил разделаться со мной, – добавила я, и Ар, приподнявшись на локте, внимательно посмотрел на меня. – Ты же не начнешь сейчас обвинять меня в шпионаже?

– Крис, – сказал он недовольно, – мы, кажется, разобрались, что я погорячился. Или ты блуждала по Ордену по его же заданию?

– Очень смешно, – буркнула я. – Мы искали маму. Полагали, она может быть у них. Клайс нашел план подземных ярусов. Там под зданием Обители такое!

– Милостивая Тарэйя, лучше бы я этого не слышал! Кристи, о чем вы только думали?! Зачем полезли туда одни?

– А у нас был выбор? Ар, я столько времени просидела сложа руки, а папа все это время был в клетке Ордена! И до сих пор там! Послушай, нам пора, – заявила я и решительно встала. Вернее, попыталась.

Ар ухватил меня за руку и прижал к себе.

– Ты хотела рассказать, что видела там.

– Клайс решил, что это накопитель или даже генератор силы, – нехотя ответила я. – Большущая светящаяся сфера в стеклянном куполе. От нее в разные стороны расходятся трубки. И еще. Тень, то есть Конрад, не единожды говорил о том, что они на пороге великого открытия и все такое. И ему зачем-то очень нужен был мой дар.

– Хвала Дир-а-талю, он его не получил! И не получит. Не вздумай отходить от меня ни на шаг, – грозно сказал Ар, и я тяжело вздохнула.

– Понимаешь… Ему это уже удалось, – призналась я и, заметив полный негодования взгляд, воскликнула: – И я тебе об этом, между прочим, говорила!

– Когда это ты мне об этом говорила? – навис надо мной Ар.

– Как раз перед тем, как, вместо того чтобы выслушать, ты поцеловал, а затем…

– Ясно, – буркнул Ар. – Он за это поплатится. Эйни, нам в самом деле пора. Переговорим с отцом, а потом вернемся в Энфейн.

* * *

Я не присутствовала при разговоре Ара с королем. Как только мы добрались до дворца, он ушел, оставив меня под присмотром Ильниры в своих покоях. А когда вернулся, спросил:

– Скольких ты можешь перенести за раз?

– Двоих?.. – ответила неуверенно.

– Кристи, Энсунтур – закрытый мир, да и займет путь через переходы слишком много времени. Тебе придется переправить группу воинов сразу в Энфейн. Справишься?

– Попробую, – кивнула я и покосилась на Ильниру.

– Мой тар, – склонила голову девушка.

– Нет, останься во дворце и будь ближе к королеве. Мне и так придется существенно ослабить защиту дворца, – ответил Аран. И выглядел при этом сосредоточенным и хмурым. Но решение относительно воинов не поменял.

Чтобы переместить всех шестерых, пришлось сделать три захода. По два воина за раз. Но главное – мне это удалось! Однако я недолго чувствовала себя мегаключником. В тесной гостиной маленького домика крупные сунтуры помещались с большим трудом.

– Не уверена, что мама будет рада, – заключила я, оглядев собравшихся.

– Эм… Крис, кого это ты привела? – отважился спросить Клайс.

Мари и вовсе вжалась в стену. Судя по выражению лица, она мечтала просочиться сквозь нее куда-нибудь подальше.

– Ну… это сунтуры, – ответила я и посмотрела на Ара.

– Ты очень выручила нас, – сказал он нежно. – Теперь нужно найти Рена и собрать остальных.

Однако искать не пришлось. Рен, еще два воина из сунтуров и мама вскоре пришли сами.

– Что здесь происходит? – грозно спросила мама, заметив Ара. Потом перевела взгляд на меня и облегченно выдохнула: – Ты вернулась. Никогда так больше не делай!

Подойдя, она крепко обняла меня.

– Прости, мам. Только я не могу этого обещать. И Ар…

– Этому варвару стоит держаться от тебя подальше, – зло сверкнув глазами в его сторону, сказала она. – Что ты вообще делаешь рядом с ним?

Я опустила голову, не зная, что ответить. Слишком многое теперь связывало меня с несносным принцем. И слишком сложно было об этом говорить.

– Ваша дочь – моя эйни-тар, – невозмутимо сказал Аран, приблизившись.

– Невеста?! – ужаснулась мама и посмотрела на меня.

– Ты знаешь? – удивилась я. – То есть нет…

Но Ар не дал мне закончить. Бесцеремонно обнял, продолжая сверлить маму взглядом и не думая отрицать!

– Ваши знания наших обычаев поражают. Вы не ошиблись, – сказал он.

– Ар, зачем ты?.. – нахмурилась я. – Мам, давай обсудим это позже.

– Я вижу, у тебя созрел план? – кивая на воинов, спросил Рен.

Аран отвлекся, а я пожала плечами, взглянув на ошарашенных друзей, и сама спросила у мамы:

– Откуда ты знаешь значение этого слова?

– Я не знаю. Догадалась, – недовольно буркнула мама. – Кристина, он же принц! Сунтур! Но даже это мелочь в сравнении с тем, как он вел себя в Эндорфе!

– Мам, успокойся. У нас просто возникло… недопонимание. И никакая я ему не невеста.

– А обнимал он тебя так, будто имеет на это полное право. Чего ты молчишь?

– Это сложно объяснить, – вздохнула я. – Я и сама пока до конца не понимаю.

– Кристи, ты всегда была такой осмотрительной, а тут…

– Что решил Совет? – попыталась я перевести тему.

Мама только кивнула на Рена.

– Делегация из Салудона якобы случайно именно в этот момент решила предложить молодежи Эквалена обучаться в их академии, – возбужденно говорил Рен. – Академии, только подумать! Они предложили помощь в поимке дракона, – куда сдержаннее добавил он. – И боюсь, старейшины готовы согласиться на это.

– А этот дракон… черного пламени? – тихо спросила я.

– Его создал тот, кто не гнушается запрещенных практик. А потом в открытую явился воочию посмотреть на свое творение. И Конрад, и Рейнод здесь, – сказал Рен мрачно. – Их делегация больше напоминает вторжение войск, чем приглашение в академию или даже предложение о взаимопомощи. Самое гадкое, все это понимают, но выхода не видят.

– И Рейнод, и Конрад, говоришь? – протянул Аран. – Ну что ж, тогда мы навестим их.

– Ар, служители слишком напуганы. А если они поддержат не нас, а Конрада? Нужна нам этабойня?

– Ты не понял. Рен, мы не пойдем к служителям, мы посетим логово Ордена очищения.

А затем… Они не взяли меня с собой! Аран строго-настрого запретил мне даже думать о том, чтобы приближаться к Ордену, а мама его поддержала. Она сама предложила перенести к стенам Обители Арана, нескольких воинов, Рена и Клайса. Последний вызвался не только обеспечить невидимость, но и показать дорогу.

– Ар, там опасно, – шепнула я вместо прощания.

– И это говорит девушка, бесстрашно проникшая в подземелья Ордена, – усмехнулся Аран и на глазах у всех поцеловал меня.

Мама хмуро взглянула на это и перенесла Ара прочь.

Очень быстро дом опустел. Остались только мы с Мари и двое воинов, приставленных нас охранять.

Я жутко нервничала и не находила себе места, а потом как-то незаметно уснула прямо в кресле в гостиной. А проснулась от резкого толчка и гула. В Энсунтуре!

Спросонья не сразу поняла, что происходит. Вокруг свистело и шипело, а в небо поднимались клубы темно-серого дыма, из-за которых почти ничего не было видно. От земли исходил жар, и ноги едва ли не по щиколотку утопали в рыхлой теплой земле. Я посмотрела вниз и растерянно замерла. Повсюду оказались разбросаны нежно-зеленые тонкие стебельки и восхитительные перламутровые цветы. Тарэйя…

Справа раздался выкрик, и сразу за ним послышался лязг металлического оружия, но очень быстро стих. Мгновение, и к моим ногам упало нечто, совсем недавно бывшее сунтуром. Останки несчастного буквально на глазах растворялись в едком пламени.

Ужас ледяными мурашками прошелся по спине, а от моих ног расползлась морозная корка. Я даже не успела осознать, свидетелем чего только что стала. Раздувая дым мощными взмахами огромных крыльев, над поляной поднимался другой сунтур.

Я видела, как с земли в него полетел огненный шар, но не смогла ничего сделать. «Снаряд» попал прямо в крыло, и сунтур, пошатнувшись, начал падать. А внизу уже разгоралось ненавистное пламя.

Выбросив из ладоней струю льда, я побежала вперед, отчаянно надеясь успеть. Невероятно глупо и даже не взглянув в сторону, откуда стреляли! Пространство звенело от напряжения и буквально искрилось от магии. Отовсюду слышались хлопки и свист.

Мне повезло. Кружащийся вокруг снежный вихрь не пытались пробить, и до раненого я добралась быстро. Добежала, плюхнулась на колени, разворачивая его лицом к себе, и ошарашенно замерла. Отец Ара!

– Вы?..

– Эйни-тар Арана, – не менее удивленно выдохнул король. – Правитель, недооценивший врага, всегда платит за это. А я, похоже, ошибался и на твой счет.

– Что происходит? – спросила я, с тревогой озираясь. – Они ушли?

Участок, замороженный мною, таял под натиском пламени, и от него поднимался густой пар. Но что куда хуже – раненое крыло Истантера не только обуглилось и сгорело наполовину, но и продолжало тлеть.

– Они напали неожиданно, – тяжело дыша, ответил король. – Били чистой силой, а затем черным огнем. Убили всех, – с горечью добавил он, поморщившись. – Почти.

– Вам нужна помощь! – воскликнула я, понятия не имея, что теперь делать. Потом приложила ладонь к ожогу, пытаясь заморозить его, как когда-то сделала с язвой на плече Ара.

– Флайт неподалеку, – сказал король, морщась.

– Там остался кто-нибудь? Истантер, я не дотащу вас!

– Тише. Иди одна, эйни-тар.

– Не выйдет, – выдохнула я, понимая, что вокруг нас уже растеклось целое озеро огненной лавы. – Вам придется потерпеть.

Страх не давал сконцентрироваться, но сделать ледяную дорожку я все же сумела. Ухватила короля под мышки и что есть сил потянула за собой. Лед трещал и таял, каждую минуту приходилось отвлекаться на то, чтобы обновить хрупкую тропку. Но главная проблема была даже не в этом. Могучий сунтур оказался для меня слишком тяжелойношей.

– Я никуда не денусь, – сказал Истантер, видя тщетность моих попыток. – Сделай площадку побольше и иди за подмогой.

– Хорошо, – кивнула я и последовала его совету.

Искать флайт не пришлось. Когда я достигла края огненного озера, сразу увидела двух сунтуров, одним из которых оказался названный брат Арана.

– Арк! – прокричала я.

– Кристина? – удивился он. – Что ты тут делаешь? Где тар и его охрана?

– Он там, – выдохнула я, указывая в пламя. – Помоги.

– Грег, быстрее! – воскликнул Арк, и они бесстрашно побежали вперед. И совсем скоро вернулись обратно. Уже втроем.

– Хвала богам, – прошептала я неслышно.

– Мой тар, ваше крыло.

– Похоже, о полетах придется забыть, – усмехнулся король и скривился от боли. – Не могу сменить ипостась. Несите пешком, – приказал он.

Не мешкая ни секунды, воины подхватили своего тара и понесли в сторону леса.

– Кристина! – окликнул меня Арк, и я поспешила за ними.

Во дворце Истантера сразу окружили лекари, среди которых я заметила и Брита. Но прежде чем отдаться в их власть, король указал на меня и громко произнес:

– Она спасла вашего тара.

Они ушли, а я осталась стоять в полнейшей растерянности.

– Пойдем. К стабилизатору нас все равно сейчас не подпустят, – услышала я у себя за спиной. Галерия, мама Ара, грустно улыбалась и протягивала мне руку. – Я очень благодарна тебе, – сказала она.

– Я… Его крыло…

– Истантер уже немолод и совсем не бережет себя. Для поддержания сил ему приходится регулярно посещать поляны тарэйи. А теперь… это небезопасно.

Я не знала, о чем в такой ситуации говорить с королевой. Не представляла, как она умудряется сидеть и просто ждать.

Через некоторое время в небольшую гостиную, куда она привела меня, пришла Ильнира и принесла легких закусок. Галерия настояла, чтобы я поела, и даже съела что-то сама. Потом к нам заглянул Брит и на немой вопрос королевы лишь покачал головой.

– Что это значит? – не сдержалась я.

– Состояние тара без изменений, – тихо ответил он и закрыл за собой дверь.

– Как же стабилизатор? Он ведь…

– Помог бы от любого обычного повреждения, – сказала Галерия. – Но черный огонь не так прост. Мы будем молиться Тарэйе, – добавила она и встала. – Отдыхай, Кристина. Здесь тебя никто не потревожит.

И она ушла, прихватив с собой Ильниру.

Не знаю, сколько времени я провела в одиночестве, находясь в каком-то странном пограничном состоянии между сном и явью. Прервалось оно резко. Широко распахнув дверь, в комнату вошел Аран.

– Как это случилось? – спросил он грозно.

– Не знаю, Ар, – сказала я, с опаской глядя на любимого. – Меня выдернуло в Энсунтур прямо во сне.

– Кто это был, Кристи? Кто?! – подойдя вплотную и встряхнув меня за плечи, гаркнул он.

– Я не видела кто! Не видела!

Аран на мгновение замер, будто приходя в себя, и шепнул: «Прости».

Слезы застилали глаза, но, вместо того чтобы утешить, Аран отпустил меня и ушел. Ему не до меня. Я знала, но как же отчаянно хотелось, чтобы он просто побыл рядом! Внутри все сжалось в тугой ком. Сев на корточки у стены, я обхватила колени руками. Почему все это происходит? Почему?

– Кристи, что с тобой? – раздалось от двери.

– Рен? Со мной все в порядке. Вы… Вы вернулись?! – внезапно осознала я. – Что, как?..

Я во все глаза смотрела на Рена и никак не могла сформулировать главный вопрос.

– Все целы, – сказал он с легкой усмешкой. – Даже более того – все удалось!

– В самом деле? – Я вскочила. – Папа?..

– Да, Кристи. Он уже вместе с твоей мамой в Эквалене. И старик Атарнатель с парочкой пленных магов.

– Так быстро? Раз – и… Я просто не могу поверить.

– О да! У меня не было уверенности, что мы оттуда легко выберемся. Но в Ордене творится такая неразбериха, граничащая с паникой, что это оказалось на удивление легко.

– Откуда паника?

– Та сфера, о которой ты говорила. Мы ее нашли. Только вот окружающий купол трещал по швам, и мы не стали задерживаться поблизости. Если она рванет, будет такой выплеск силы… В общем, последствия непредсказуемы и очень опасны. В Финфорте из-за любого бесконтрольного применения магии оживали предметы! А тут…

– Рен, там же столько адептов! Я видела эту сферу не так давно, на ней не было никаких трещин.

– Мы посетили пару лабораторий внизу и захватили много любопытного. Будем разбираться. Пусть Аран решает, с кем стоит делиться этой информацией, а с кем нет. Только пока непонятно, когда это будет. Кристи, как ты умудряешься постоянно вляпываться в заварушки, а? Тебе не позволили влезть в одну, так ты нашла себе другую! Поразительно.

– Ничего смешного, Рен. Я не могу это контролировать. Аран… Что мне делать?

– Теперь ты решила узнать мое мнение? – усмехнулся он. – Отговаривать тебя поздно, так что… Будь рядом, Крис.

Кивнув, я села на диван. Когда позвали присоединиться к общей трапезе, поняла, что совершенно потеряла счет времени. Не стоит даже пытаться определить, обед это будет, ужин или уже завтрак.

За столом собрались Галерия, Аран, Арк, Ильнира и Рен. Меня посадили рядом с Аром, но он никак не отреагировал на мое появление. Принц вяло ковырял вилкой в тарелке и выглядел уставшим и отрешенным. А я… чувствовала себя лишней, но и уходить, оставлять его сейчас, не хотела.

– Тебе нужно поспать, – сказала Галерия сыну. Аран молча встал, не обратив на ее слова внимания. – Аран, ты ничем не можешь помочь отцу.

– Ладно, – хмуро согласился он.

А затем, так толком и не взглянув на меня, неожиданно взял за руку и повел за собой.

– Твой отец цел. Они в безопасности, – сказал по дороге к его покоям.

– Знаю, спасибо.

Ничего больше не говоря, Аран сразу лег в кровать. А когда я осторожно прилегла рядом, притянул к себе, зарылся лицом в волосы и очень быстро заснул.

– Я буду рядом, Ар, – прошептала я и, поудобнее устроившись в его объятиях, тоже уснула.


Глава 26

Когда проснулась, Ара уже не было рядом. Я умылась и вышла из комнаты, надеясь отыскать его в столовой или в зале неподалеку от стабилизатора. Однако Ар как сквозь землю провалился, а во дворце стояла странная тишина. По дороге я не повстречала ни одной живой души. Коридоры опустели, и даже стражники не стояли на привычных местах.

Разрешилось все неожиданно. Блуждая по дворцу, я буквально столкнулась с Араном, вышедшим, судя по пышному убранству дверей, из покоев родителей. Выглядел он хмуро и сдержанно.

– Что происходит? – спросила тихо.

– Великий тар ушел на встречу с богами, – ответил принц и сделал несколько быстрых шагов. Потом остановился и, развернувшись, добавил: – Поблизости не осталось достаточно сильной поляны тарэйи, придется воспользоваться флайтом. Если хочешь присутствовать…

– Разумеется, она будет присутствовать, – сказала королева, выходя из тех же дверей.

Ар только кивнул и пошел дальше. Я растерянно посмотрела на Галерию.

– Он должен все устроить, провести ритуал…

– Я… Мне так жаль, – прошептала я, не представляя, как еще могу поддержать королеву.

– Конечно, дорогая. Истантер был благодарен тебе за эти последние часы здесь, за возможность проститься и уйти, как положено Великому тару. Пойдем, нам следует одеться подобающе.

Я кивнула, поражаясь выдержке этой невероятной женщины, и последовала за ней.

Уже через полчаса, облаченные в темно-синие, цвета самой ночи, развевающиеся платья, мы стояли возле флайта, ожидая Арана и других воинов. Истантера, красивого и мужественного, со сложенным на груди уцелевшим крылом, внесли на корабль и тут же взлетели.

Никто не нарушил тишины ни в пути, ни на поляне.

Сразу после приземления короля на отрезе серебристо-розовой ткани подняли в воздух четыре сунтура. Я узнала среди них Арана, Борга, Арка и женщину-Оракула, Гиртинью.

Опустившись на покрывало из нежных цветов, воины оставили тело своего тара и вернулись к остальным. Не успела я удивиться этому странному поступку, как Истантер неожиданно вознесся над поляной, повисел мгновение и распался на тысячи невесомых пылинок. Искрясь и переливаясь в солнечных лучах, они рассеивались в воздухе, опадали на ковер из цветов и впитывались в саму землю.

Я замерла, завороженная волшебным таинством ухода, свидетельницей которого стала. К грусти теперь примешивалось ощущение покоя и света, а на лице Галерии помимо одинокой слезы появилась улыбка. Глядя на нее, хотелось верить: они обязательно встретятся. В мире, населенном богами, не может быть иначе!

По возвращении во дворец нас ждала трапеза. На этот раз Ар не сел рядом, а занял место во главе стола. Отстраненный и собранный, он, казалось, не замечал ничего вокруг. Однако когда с едой было покончено, Аран обратился к собравшимся с речью. Краткой и сдержанной, но оттого еще более проникновенной. Принц говорил о невосполнимой потере для всего народа, о скорби, а потом вдруг бросил хмурый взгляд на меня.

– Великий тар оставил нас, но не оставила богиня. Тарэйя приняла своего сына, что явилось ее знаком. Род будет продолжен, и на трон взойдет достойный.

Едва не скривившись от последних произнесенных слов, Аран стремительно покинул зал.

Я тоже встала. Растерянно осмотрелась, не понимая, куда идти. Ару плохо, но как помочь, если он отстранился и не подпускает? Как быть, если снова чувствуешь себя чужой и ненужной?

– Дай ему время, – сказала Галерия, положив руку мне на плечо, а затем подозвала Рена: – Побудь с Кристиной. А ты, дорогая, навести меня чуть позже, в королевской гостиной. Хорошо?

– Конечно, – кивнула я благодарно.

Рен не рассказал ничего нового и вообще словно чувствовал себя не в своей тарелке. Наверное, это стало последней каплей. Неопределенность давила, и, не желая дальше мучить друга, я отправилась на поиски Арана.

Проходя мимо покоев королевы, передумала и решила сначала поговорить с ней. Слегка приоткрыла дверь, собираясь зайти, но остановилась, услышав голос Ара.

– Она фейнка! – воскликнул он раздосадованно.

– Ты сказал, Тарэйя благословила вас, – возразила Галерия.

– Тарэйя допустила его гибель. У меня нет выбора, – сказал Аран и неожиданно посмотрел прямо на меня.

– Простите, – пискнула я и опустила голову.

– Заходи, Кристина, – позвала королева. – Хорошо, что ты пришла.

Аран ничего не сказал. Он молча прошел мимо и закрыл за собой дверь.

– Я верю, что он одумается, – тихо произнесла Галерия, с грустью глядя на меня. – Если ты уйдешь сейчас, ошибка может оказаться непоправимой. Пожалуйста, пообещай мне.

– Останусь, если нужна вам, – ответила я, не в силах отказать королеве.

И пожалела об этом немногим позже. А еще о том, что Галерия так и не осмелилась подготовить меня к тому, что я услышу.

Аран собрал всех в зале для приемов. Воинов, знать, каких-то совершенно незнакомых мне сунтуров и сунтурок. Он стоял в центре, а неподалеку от него, глядя в пол, замерла почему-то Ильнира.

– Выбор сделан, – произнес Аран безэмоционально. – Через трое положенных суток состоятся свадьба и незамедлительная коронация. Представляю вам свою невесту – Ильниру из рода лесных ящеров, одного из сильнейших в Энсунтуре.

В зале повисла тишина, а затем сунтуры начали неуверенно выкрикивать «Тар! Наш тар!», отчего Аран хмурился все сильнее. Когда возгласы стали чересчур громкими, он поднял руку, прерывая их, и посмотрел на меня.

– Хороший выбор, – кивнула я на Ильниру, когда Аран приблизился. – Разве что время для торжества не самое подходящее.

– У Ильниры есть крылья. Ей не нужен статус эйни-тар. Как и мои крылья, – сказал Аран. – Я не могу иначе, Крис. В случае, когда наследник оказывается неженатым, коронация всегда совпадает со свадьбой.

– Вот как? Желаю вам счастья, – прошептала я и хотела отвернуться, но Ар взял меня за руку.

– Кристи, я тар. Я не могу подчиняться собственным желаниям и чувствам.

– Брось, Ар. Думаю, ты всегда знал, что твоей женой я никогда не стану.

– Пожалуй, – кивнул он, и я невольно поморщилась. – Вернее, просто не задумывался над этим.

– Ну разумеется.

– Мы слишком разные, Кристи, – почти простонал он. – У сунтура и фейнки не может быть семьи. Не может быть детей и наследников.

– Я не виню тебя, Ар. В самом деле, за что? Ты ничего не обещал, я сама приняла решение. Сделала свой выбор. Так же как ты сделал свой. Прощай, Ар.

Заглянув ему в глаза, шагнула назад. До чего плохо… На что я надеялась? Зачем обманывала себя? Ведь всегда знала, что никогда не стану для него чем-то большим, чем минутное увлечение. Неужели хотела этой боли?..

Я резко развернулась, мечтая поскорее оказаться где-нибудь далеко. Так далеко, чтобы все произошедшее просто исчезло. Но столкнулась с Иль-нирой.

– Кристи, прости меня, – тихо произнесла она полным вины голосом.

– Ты не можешь отказаться? – спросила ее зачем-то. – Разве ты сама хочешь этого? Впрочем… Это не мое дело. Чужачке пора восвояси.

– Кристи… – прошептала она, но продолжения я уже не услышала.

Дар откликнулся без заминок, в одно мгновение перенеся меня в Энфейн. Там, в той же гостиной маленького домика, я села прямо на пол, прижала колени к груди и закрыла глаза.

«Хочу, чтобы всего этого никогда не было».

Родители нашлись, Аран женится. Жизнь в одночасье потеряла всякий смысл. Кто я? Куда мнеидти?

– Кристи? – воскликнула мама, через некоторое время заглянув в гостиную. – Доченька, что же ты сидишь здесь? Что случилось, родная?!

– Он здесь? – спросила я, подняв на нее глаза.

– Да, дорогая, – улыбнулась мама так тепло, что защемило сердце. – Ну же, вставай. Он еще слаб, и лекарь велел ему не покидать постели.

Папа, осунувшийся, с громадными тенями под глазами, едва не подскочил при моем появлении.

– Кристи! Хвала Всесильному, с тобой все в порядке!

– Да, пап. Как же хорошо, что мы наконец вместе, – сказала я, обняв его, и против воли разрыдалась.

– Дорогая, что случилось?

– Все хорошо, – шмыгая носом, заверила я. – Просто я очень рада, правда. Мне так не хватало вас!

– Кристи, мама сказала, ты… – он замялся. – Что тебя связывает с принцем Араном?

– В сущности уже ничего, пап, – ответила я прямо. – Когда вы пропали, тот вампир потащил меня, как я теперь думаю, к проходу в Энфейн, а я очень не хотела стать его обедом. Заметив другую дверь, без колебаний нырнула в нее и оказалась в Энсунтуре. А там их богиня зачем-то наделила меня своей силой. И Аран… Все было сложно с самого начала, а сейчас просто прошло. Вы хотите остаться здесь? – спросила я маму.

– По крайней мере, на какое-то время, – кивнула она. – Твой отец еще не может перемещаться.

– Я могу. Давайте вернемся на Землю. Прямо сейчас.

Родители переглянулись.

– Ты устала и расстроена, поговорим об этом чуть позже, ладно?

– Хорошо, – согласилась я. – Тогда я поднимусь в гостевую спальню. Мари там?

– Мари? – удивилась мама. – Мы думали, она с тобой.

– Нет. Тарэйя призвала меня прямо во сне, – пробормотала я уже на ходу.

– Надо же. Тут стояла такая суматоха, когда мы вернулись. Не исчезай больше!

– Не буду, – вяло улыбнулась я.

Окно в спальне на втором этаже почему-то оказалось открытым. Я хотела закрыть его, но, проходя мимо большого, в пол, зеркала, заметила странную рябь на его поверхности. Портал? Оглядела раму и не нашла рычагов, про которые говорила мама. Только черные пятна.

– Мам! – выкрикнула я за дверь. – А что с зеркалом?

– Зеркало? – донеслось в ответ. – Оно ведет в пустующий домик одного из служителей. Туда и обратно. На случай преследований.

– Ладно, – буркнула я себе под нос и подошла к окну. Только закрыть его не успела.

Прямо из зеркала выскочила белая как снег растрепанная Мари, затравленно огляделась и, заметив меня, выдохнула:

– Кристи!

– Откуда ты взялась? – удивилась я.

– Надо закрыть его. Быстрее! – Мари зашарила руками по раме и отскочила. – Не получается. Сделай что-нибудь, Кристи, прошу!

– Мари, успокойся. Что случилось?

Я хотела ее обнять, но Мари дернулась, как от удара. Пришлось подойти к зеркалу и повторить ее движения.

– Рычаги как будто сорвали. Или выжгли.

Тень догадки проскользнула в сознании, но слишком поздно. Стоило рвануться к двери, чтобы позвать маму, как я потеряла сознание. Банально, но весьма эффективно получив чем-то тяжелым по голове.


Приходить в себя оказалось неприятно. Голова трещала, а все тело противно ныло. Первой, кого я увидела, с трудом разлепив веки, стала Мари.

– Прости, – жалобно пискнула она. – Надо было его разбить.

– Это ты привела их? – спросила я грозно, на что Мари только горько разрыдалась. – Где мы, знаешь?

– Нет, – шепнула она. – Кристи, я такая дура! Я так испугалась, когда ты исчезла, активировала зеркало и пошла в город. Посмотри на меня, на мне же написано, что я салудонка!

Дослушать, что случилось дальше, как и понять, в каком именно месте на ней сие написано, мне не посчастливилось. С грохотом распахнулась дверь, и в проеме показался Тень собственной персоной.

– Вот и чудно, – произнес он, глумливо улыбаясь. – Самое время тебе, моя маленькая птичка, вернуться в родные стены.

– Это вы так намекаете, что отпускаете меня домой? – съязвила я.

– Отпускаю? – усмехнулся он. – Ну что ты, возвращаю! Пойдем-ка, – велел он, жестом приказывая мне встать.

Мари вцепилась мне в руку и прижалась плечом.

– Ты можешь исчезнуть, как тогда? – пискнула она.

– Нет, – шепнула я, проведя пальцами по гладкому металлическому ошейнику. – Они об этом уже позаботились.

– И это бесполезное создание здесь, – досадливо сморщился магистр, взглянув на Мари. – Впрочем, из любого одаренного можно извлечь пользу, ведь так? Но сейчас не до глупых адепток, – сказал он и, схватив меня за предплечье, дернул вверх. – А вот тебя я уже заждался, птичка. Кто бы мог подумать, что именно твой дар в его первозданном виде окажется тем самым ключиком, что приведет нас к окончательному и бесповоротному успеху! Только олухи-артефакторы растратили его слишком много, пытаясь разделить на составляющие. Понимаешь теперь, как ты нужна нам?

– Можно подумать, в противном случае вы подробно разъясните мне мою значимость.

– Отчего же нет? Взаимопонимание при длительном сотрудничестве крайне важно, не находишь?

Он выволок меня из комнатки, плотно закрыл за нами дверь и тащил теперь куда-то по коридору.

– Мы ведь не в Обители, верно?

– Неужели скучаешь? Похвально! Но там сейчас несколько неуютно, так что придется на какое-то время остаться здесь. А быть может, переместиться и еще куда-нибудь. Точное количество генераторов для стабильного наполнения все еще рассчитывается.

– Вы о той сфере? Вы все-таки забираете из Энсунтура силу?

– О да, Энсунтур падет первым! Но не единственным. Мы экспериментировали с отъемом и из самого Энфейна, но какую мощь дал этот дикий мир!

– Падет? Что вы задумали?!

– Тут нет никакого секрета, Кристина. Я множество раз говорил о том, что уже совсем скоро фейны вернут себе причитающееся положение среди миров. Лишенные магии, они встанут перед нами на колени, а за колбочку с силой продадут родную мать. Знаешь, каково это, не иметь возможности использовать свой дар? Надо сказать, твои родители проявили потрясающую выдержку. Не свойственную большинству населения Шестимирья.

– Разве можно взять и забрать магию у целого мира? – ужаснулась я. – Это же не может не иметь последствий!

– И тем быстрее они приползут к нам за помощью, – подмигнул Конрад и втолкнул меня в кабинет. – Что касается самого Энфейна, именно этим вопросом мы сейчас и занимаемся. Новый генератор распределит нагрузку. Присаживайся, моя птичка, – указал он на диван. – Скажи-ка, дорогуша, неужели ты не хочешь отомстить?

– Не понимаю, о чем вы, – обронила я и дернулась в сторону, когда магистр сел рядом.

– Строптивая, непокорная, сильная, – ухмыльнулся он и придвинулся ближе. – Подумай, никому из них не было до тебя дела. Даже родители обманывали тебя, утаивали главное. Они не позволили тебе выбрать.

– Не трогайте моих родителей. Вам-то тем более нет до меня никакого дела!

– Ошибаешься, Кристина, – растягивая слоги, пропел он. – Я проявляю чудеса выдержки и готов вновь предложить тебе то, чего не дали другие. Выбор. Ты не покинешь эти стены, но можешь решить, кем останешься в них. Бесправной пленницей или равной избранным. Только от тебя зависит, как ты будешь жить дальше. В клетке или в шикарных покоях, достойных королевы.

Он провел по моему лицу, заправил прядь волос за ухо, как бы невзначай коснувшись его.

– Вместе с вами жить в тех покоях? – сглотнула я.

– Я могу тебя удивить, моя птичка.

Его губы почти коснулись моих, и я отвернулась.

– Если вам нужна их сила, зачем вы уничтожаете поляны тарэйи, на которых она проявляется?

– Незапланированный, но чрезвычайно удачный эффект, – неожиданно рассмеялся магистр. – Магия сунтуров весьма специфична и требует особого подхода. Без представителей местной расы их богиня вообще не подпустила бы нас к своим полянам, но и этого оказалось мало. Поначалу просто не удавалось верно рассчитать силу воздействия, потом мы достаточно доработали артефакт, магия стала выходить из земли. Но возникла другая проблема, которую как раз и разрешил твой уникальный дар, Кристина. Немного научных изысканий, и воронка сама засасывает и передает чистую силу в указанный резервуар. Восхитительно!

– Представители расы? Выходит, всякий раз там присутствовал сунтур? Предатель?

– Ну что ты, птичка. Хороший предатель слишком дорогое орудие, чтобы расходовать его так расточительно. На каждую воронку приходилось искать нового сунтура. Или сунтурку.

– Вы чудовище.

– Наука всегда забирает кого-то с собой, – развел он руками. – Мы долго шли к необходимому результату. Потребовалось время, и немало, чтобы завербовать обиженных королевским правлением и до конца изучить процесс подпитки. Стоит ли жалеть несколько груд мышц с драконьими крыльями? – недобро усмехнулся он. – Подумай лучше о себе.

– Вы не в себе, Конрад. Вы это понимаете? Вы сумасшедший!

Усмешка пропала с лица магистра, взгляд стал ледяным и цепким, пробирающим до мурашек.

– Ландер, забирай! – прокричал он, и дверь почти сразу отворилась, явив внушительных размеров фейна. – Нехорошо заставлять гостью скучать в ожидании. Займемся кое-чем полезным для всего Энфейна, – холодно произнес он и добавил вошедшему громиле: – Отъем, и пусть потоки не разбивает. А впрочем, ее лед мне не нужен. Передай.

Тот кивнул и в мгновение оказался рядом.

– К кому? – буркнул он, больно ухватив меня за плечо и подняв.

– К Трою, – ответил Конрад. – Старика Атарнателя здесь нет, так что придется потерпеть, птичка, – сказал уже мне.

Грубо толкая в спину, меня повели по узкому, плохо освещенному коридору. Я спотыкалась и, вероятно, обзавелась парой отменных синяков. К счастью, нужная комната нашлась не так далеко.

Небольшая и мрачная, заваленная мебелью и откровенным хламом. Артефактор, худощавый, лохматый и неопрятный, смотрелся здесь весьма органично.

На этот раз не было никаких жгутов и ремней. Только шаткий стул и жуткие, затягивающие в себя глаза. Они сковывали сердце льдом, словно выпивая саму душу. Я внутренне сжалась и твердила: «Не хочу! Не хочу!»

– Что ты цепляешься! Только хуже себе делаешь! – недовольно кричал артефактор.

В глазах темнело, сознание туманилось, и мне было уже все равно. Отдам дар – не смогу выбраться, не смогу вернуться в Энсунтур, на Землю, вообще никуда!

Как он закончил и отволок меня в клетку – не помню. Очнулась уже внутри. Холодный пол, металлические решетки и сумрак. И это теперь ждет меня до конца дней?..

Ужасаться не было сил. Я свернулась клубочком и просто лежала, стараясь не думать и не чувствовать. Так, будто нет ни пронизывающего холода, ни боли, ни пустоты. Совсем ничего. Как и меня самой.


Глава 27

Не знаю, как долго я так пролежала. Лишь однажды, в очередной раз вырвавшись из удушливого забытья, я застала посетителя. Мне принесли плоскую флягу с водой, которую протиснули прямо сквозь прутья клетки. И сразу ушли. Вот это сервис! Пожалуй, такими темпами я умру раньше, чем Конрад откачает из меня всю силу.

Через некоторое время раздался тихий скрежет, а затем кто-то зашуршал совсем рядом. Я разлепила веки и в темноте разглядела замусоленную грязновато-белую шерстку и два больших отблескивающих глаза. Яги!

– Как же ты здесь оказался, дружок? – спросила я, приподнимаясь.

– Яги хочет помочь. Разозлись, – пропищал он у меня в голове, на что я лишь вяло улыбнулась. Разозлиться по заказу? Не могу даже этого.

Яги отчетливо фыркнул и скользнул между прутьев решетки. Юркнул мне под одежду и свернулся клубочком, согревая своим теплом. В компании маленького самоотверженного зверька вязкие кошмары сменились обычной дремой, но ненадолго. Обо мне все-таки вспомнили.

Дверь распахнулась, и в комнату зашел тот самый громила, что отводил меня к артефактору. Ничего не сказав, он отпер клетку и жестом велел вылезать. Я растерянно огляделась, но спорить не стала. Затекшие ноги плохо слушались, но на этот раз меня не торопили и даже набросили на плечи плед!

Я терялась в догадках, куда меня ведут и что еще могло понадобиться Ордену. А привели… на ужин в покои Конрада! Я была настолько изумлена увиденным, что даже не возразила, когда магистр, обольстительно улыбаясь, взял меня за руку и усадил за накрытый стол.

– Темницы и подземелья – не самое подходящее место для молодой красивой девушки, как думаешь, Кристина? – нараспев произнес он и налил в бокал красного вина. Такого густого и темного, что оно напоминало кровь.

– Что вам надо? – спросила я, наблюдая за бликами на бокале и не притрагиваясь к нему.

– Тебе было неприятно и, возможно, даже больно, но ты не дала мне шанса поступить иначе, – с наигранной грустью сказал он. – Не представляешь, как меня это удручает. Столь нежное создание – и в клетке. Ты не находишь, что это неправильно? – опускаясь на пол рядом с моим стулом, вкрадчиво поинтересовался он. Затем коснулся моего колена и с нажимом провел по ноге вверх. – Никто больше не обидит тебя. Просто скажи «да», и у тебя будет все, чего пожелаешь.

Я дернулась, чтобы встать, но руки Конрада удержали меня на стуле, переместились на талию и чуть сдавили.

– Не трогайте меня, – прошептала я.

– Ты испытываешь мое терпение, девочка, – уже далеко не так ласково произнес маг. – Такими предложениями не разбрасываются. Не ты ли столь соблазнительно прижималась ко мне, едва поступив в Обитель? – ухмыльнулся он, придвигаясь еще ближе. – Твои тонкие пальчики, скользящие по моей щеке, давно будоражат мое воображение.

И, не дав ответить, он впился в мои губы настойчивым, отвратительным поцелуем. Я пыталась отстраниться и вырваться, но магистр держал крепко и с легкостью подавил сопротивление. Жесткие, противно влажные губы уперлись сильнее, и его язык прорвался в мой рот. Омерзительно!

Гнев опалил ледяным огнем. Собрав волю в кулак, я велела себе расслабиться и обмякла в руках мучителя. И почти сразу его напор чуть ослаб, а я, воспользовавшись моментом, что есть силы толкнула его в грудь и вскочила.

Рык магистра утонул в рычании Яги. Зверек стремительно спрыгнул на пол, на лету вырастая до размеров собаки. Огненная плеть Конрада взметнулась в считаные мгновения и ударила Яги по спине, отбросив его в сторону. Жалобный писк резанул по сердцу, и с моих ладоней осыпалась морозная пыль.

– Ну надо же! – восхищенно воскликнул магистр, продолжая демонстративно удерживать плеть. – Все еще полна сил. И сюрпризов. Как же этот гаденыш сбежал?

Конрад повернулся в сторону раненого Яги, вновь ставшего крохотным.

– Не надо, – прошептала я. – Он только защищал меня.

– Защищал? Что ж, я вижу, тебе понравилось в клетке. Но начатое мы все же завершим.

В два широких шага он преодолел разделяющее нас расстояние. Одной рукой грубо сжал мое плечо, а другой разорвал верх платья, обнажая грудь.

Я вскрикнула, но прикрыться мне не дали, схватив за руки и заломив их за спину.

– Ты будешь покорной! – процедил маг и бросил меня на стоящую у стены кушетку, тут же навалившись сверху.

Его руки блуждали по моему телу, сминая ткань и обжигая прикосновениями там, где ее уже не осталось.

– Пожалуйста! – взмолилась я, когда магистр стал задирать подол моего платья.

– Да, ты будешь просить меня о продолжении. Снова и снова, верно, моя маленькая?

Ткань с треском сдалась, и магистр вновь впился в мои губы, попутно сжимая бедра и разводя их в стороны.

Я трепыхалась под ним, как пойманная в ловушку птица, но ровным счетом ничего не могла сделать. Слезы застилали глаза. Отчаяние смешалось с отвращением и ужасом.

– Не надо!

Мой едва слышный писк, и раздавшийся из коридора грохот. Конрад чуть отстранился, отвлекаясь на звук, и я высвободила руку, но оттолкнуть или как-то навредить ему не смогла. Только случайно зацепилась и дернула цепочку, выглянувшую из-под рубашки. И порвала.

Дымная маска исчезла с лица Тени, открыв уродливые шрамы, пересекающие верхнюю часть его лица. Магистр опалил меня полным ненависти взглядом и наотмашь ударил по щеке. От боли и шока я вскрикнула и зажмурилась. Но почему-то перестала ощущать на себе вес насильника.

Яги. Цел! По-прежнему маленький, зверек храбро бросился на магистра, впиваясь острыми коготками в его лицо, шею и, судя по всему, довольно ощутимо кусая за руки.

Воспользовавшись моментом, я вскочила с кушетки и метнулась к двери. Не заперто!

– Стоять, маленькая тварь! – прогремело у меня за спиной, и что есть мочи я побежала по коридору вперед.

Свернула за угол и со всего маха впечаталась в чью-то мощную грудь. Подняла глаза и опешила от изумления. Аран. Не дав опомниться, он задвинул меня за спину и выхватил из невидимых ножен меч. И тут же отбил брошенный в нас огненный шар.

– Как самонадеянно с твоей стороны явиться сюда, – громко произнес Конрад, взмахнув своей плетью так, что с потолка осыпалась крошка, а на полу осталась глубокая борозда.

– Кристи, – шепнули откуда-то сзади. Я повернулась на звук и рефлекторно попыталась прикрыть разорванным платьем грудь.

У стены стояла Мари, а от нее к нам бежал Рен, на ходу выплескивая из себя нечто вроде полупрозрачной огненной пленки. Поравнявшись с Аром, он растянул щит и на него.

Вовремя. Из-за угла показались еще двое магов в черных мантиях. И мешкать они не стали, ударив молнией и еще одним сгустком пламени. Щит Рена заколебался, но устоял.

– Это все? – спросила я, кивнув на Арана с Реном. Мари смотрела непонимающе. – Где другие сунтуры?

Она только испуганно покрутила головой и, прижимаясь к стене, стала отступать. Неужели явились в логово врага вдвоем?! Опять накатил страх, только уже не за себя – за Арана.

Конрад приближался, самодовольно скалясь. Маги обходили его спереди и по сторонам.

– И что теперь? – шепнула я.

– Бить! – выкрикнул Рен, как будто услышав меня, и метнул во врага огненный шар.

Ар поднял меч, и от того разошлись яркие золотистые всполохи. Пространство завибрировало, и часть потолка обрушилась, заставив Арана с Реном отскочить назад. Они отражали атаки и били сами, но безрезультатно. Маги не уступали им в силе.

– Надо спрятаться, – пискнула Мари, дергая меня за руку, а я неожиданно поймала на себе полный злобы взгляд Конрада. Мгновение, и уже другая плеть, тонкая и серебристая, едва не располосовала мне лицо.

Аран оглянулся и, зарычав, рассек мечом воздух, выпустив поток магии. Конрад успел выставить щит, но его все равно отбросило ударной волной. Тут же примчался маленький взъерошенный Яги. Остановившись напротив Ара и словно напившись его гнева, он на глазах вырос и отважно бросился на ближайшего мага, окропив пол первой кровью.

Конрад неспешно поднялся, свистнул, и рядом с ним появился гадкий «варан». Медленно поворачивая голову, огненное создание осмотрело сражающихся и, остановившись на мне, пошло вперед. По гребню вдоль его позвоночника вспыхнули язычки пламени, из ноздрей повалил пар. Только этого не хватало!

– Выход там! – воскликнула Мари, и на этот раз мешкать я не стала. Метнулась назад, проклиная Конрада за то, что не могу сейчас применить силу и оставляю позади дорогих мне мужчин.

Вдалеке показалась сияющая голубым сфера, такая же, как в подземельях Обители, но наполненная лишь на четверть. Мари неслась прямо к ней, похоже, в самом деле зная, как выбраться. Шаг, еще один, другой… И что-то заставило меня остановиться.

Я обернулась и увидела, как горящая плеть Конрада обвивает Арана. Как шипит она и стягивается, оставляя на любимом ожоги.

– Ар! – закричала я и бросилась к нему, ни на мгновение не задумавшись, насколько это глупо.

– Не вздумай, – по его губам прочла я, и оступилась о какой-то обломок.

Падая, отметила, как неистово борется морозный Яги с огненным зверем Конрада. А потом вдруг увидела его самого, склонившегося надо мной.

– Ну что, налеталась, птичка? – спросил Тень, одарив меня полным ненависти и плохо скрываемой похоти взглядом. – Продолжим? Или закончим для начала с твоими самоотверженными дружками?

«Не надо», – чуть было не прошептала я, с ужасом смотря на магистра.

Конрад усмехнулся, и между его ладоней появился сгусток ядовитого черного пламени. Того самого.

– Мне, знаешь ли, наскучили игры, – произнес он и, прежде чем я вскрикнула, метнул смертоносный шар в Рена.

Едкий огонь моментально пробил полупрозрачную золотистую стену. Попал в Рена? Или нет? Увидеть я не успела. Конрад схватил меня за плечо, загородив обзор и заставив вскрикнуть от боли.

– Нежным я уже не буду! – процедил маг, а я неожиданно нащупала ладонью что-то длинное и острое.

Сделать хоть что-то! Не сдаться без боя! Я крепко сжала находку в руке и, уже замахнувшись, заметила, как та засветилась изнутри, будто ожила. И вошла в Конрада легко, словно нож в масло.

Маг захрипел и повалился, придавив меня. Я с усилием отпихнула его и побежала к Ару. Однако любимый уже освободился от пут и шел навстречу. Никто больше не сражался. Двое поверженных магов и растерзанный «варан» Конрада валялись в куче обломков, а целый и невредимый Рен стоял, прислонившись к стене.

– Как же это?.. – только и выдохнула я, прежде чем упереться в Ара.

– Чувство самосохранения в тебе отсутствует напрочь? – зарычал он. – Я велел не соваться!

– Что?! – воскликнула я. – Зачем ты вообще явился?

– Зачем явился?! – взревел Аран. – Это так ты благодарна за спасение? Попытку спасения, – поправился он, через мое плечо взглянув на тело магистра.

– Я тебя не просила! У тебя разве нет дел поважнее?

– Ты просто… – рыкнул он сквозь зубы, но не договорил. На мгновение замер и, стремительно притянув меня к себе, поцеловал. Жарко и напористо, нетерпеливо. Не давая ни вздохнуть, ни одуматься. А я и не хотела. Со всей страстью отдаваясь ощущению этой запредельной, такой необходимой сейчас близости, вставая на цыпочки, чтобы прижаться сильнее, зарываясь руками в его волосы и прикусывая такие желанные губы.

– Ар… – выдохнула я потрясенно.

– Прости, – сказал он, отстранившись.

Снова став маленьким, Яги забрался мне на плечо. Шерстка его, серовато-бурая, вся пестрела запекшейся кровью. Бедный…

– И что теперь? – спросила я Ара.

– Там твой отец, – ответил он. – Наверху. Не поверишь, где мы. Подземные этажи здания Совета магов Эквалена!

– Что?! Папа? Он же едва живой! Как ты мог?! И где мама?

– Долго объяснять, Крис. И он не спрашивал разрешения, – нахмурился Аран. – А у меня не было времени советоваться с его лекарем.

– Как он вообще сумел переместить вас? И как теперь быть? Я ведь тоже не смогу!

– Разберемся снаружи, – ответил он и, обернувшись к Рену, спросил: – Ты как? Идти сможешь?

– Порядок. Ты спас мне жизнь, дружище. Уже не в первый раз.

– Сочтемся, – усмехнулся Ар.

– Куда делась твоя подруга? – просил Рен, приблизившись.

– Ушла вперед. Где вы нашли ее?

– Лучше скажи, почему мы не нашли там же тебя? Даже без перемещений между мирами уследить за твоими передвижениями совершенно невозможно!

– И не всегда надо, – сказала я, посмотрев на Ара. Зачем он пришел и что все это значит?

Я задумалась, а потому тихие всхлипы услышала только тогда, когда почти добрела до огромной переливающейся сферы, рядом с которой уже стояли Аран и Рен.

Мари не ушла. Она сидела, привалившись к стене и опустив голову.

– Мари! – окликнула я ее. – Все живы!

– Хвала Всесильному, – прошептала она, подняв на меня заплаканные глаза. – Я никчемный маг и безобразная подруга. Мне никак не побороть этот чертов страх! Он разъедает изнутри, заставляя делать ужасные вещи. Как я могла оставить тебя?!

– Все позади, – сказала я, желая утешить ее, и вздрогнула от раздавшегося рядом хохота.

– Как мило! – прогремел голос, который невозможно было не узнать. Конрад! Весь объятый клубами тьмы, с абсолютно черными, без белков глазами, он смотрел прямо на меня. – Глупая маленькая птичка, от меня не убежишь.

– Кристи, назад! – прокричал Аран, но я застыла на месте. Я же убила его! Выходит, что нет…

– Зря я не слушал Рейнода, ощущения непередаваемые! – широко разведя руки в стороны, воскликнул магистр.

В повисшей тишине я отчетливо расслышала слова Рена:

– Безумец инициировал тьму. Не очень-то это хорошо.

– О да! – рассмеялся Конрад. – Вы поплатитесь и за моего любимца, и за сорванные планы. Шестимирье склонится перед мощью Ордена очищения. Перед моей мощью! – провозгласил он и, подавшись всем корпусом вперед, выпустил поток вязкой тьмы, испещренной огненно-рыжими прожилками.

Наверное, я не успела бы отскочить. Пожалуй, меня не спас бы даже Ар, мгновенно выставивший перед нами свой волшебный меч. Я умерла бы на месте. Если бы не волна ветра невероятной силы, что не просто сбила магистра с ног – подхватила и зашвырнула его прямо в искрящуюся голубым сферу!

Конрада распластало по защитному куполу, и он задергался в страшных конвульсиях, пронзаемый выстреливающими из сферы молниями. Всего пара мгновений, и его стянуло нитями силы, а затем попросту всосало внутрь магического накопителя. На поверхности купола образовалась дыра, а от тела магистра на этот раз не осталось даже следа.

– Он хотел получить все и получил, – сказала я тихо, с апатичным спокойствием глядя на бьющие теперь во все стороны молнии. Никакого сочувствия к магистру я не испытывала.

– Прости, – вдруг пискнула Мари. – Ты хотела сама?..

Я повернулась к подруге и только тогда запоздало догадалась, кто именно запустил Конрада в сферу!

– Прости?! – рассмеялась я. – Да ты жизнь мне спасла!

– Интересные у тебя друзья, – оценивающе глядя на Мари, произнес Рен.

– Это все отлично, только вот накопитель сейчас рванет, – тревожно сказал Аран. – Крис, как твой дар?

– Ар, там же папа! – воскликнула я. – И люди. То есть фейны.

Вспомнив все, чему нас учили на медитациях, я заставила себя успокоиться и закрыла глаза.

– Ошейник, – сказал Рен и аккуратно снял с меня «украшение». Только это не помогло.

Я покачала головой, и Рентель спросил у Мари:

– Сможешь притормозить?

Девушка кивнула и сделала несколько пассов руками, окружив распадающуюся сферу вихрем.

– Надолго этого не хватит, – сказал Аран. – Надо уходить.

Он взял меня за руку. Так привычно. И так неправильно.

– Мне нечего делать в Энсунтуре, – сказала я, втайне надеясь, что Ар возразит. Но он смолчал.

– Позовем служителей, – вставил Рен. – Пусть сами разбираются. И разыщем Минеля. Верно, Ар? Дарлион все равно слишком слаб.

Аран только сурово поджал губы и кивнул. Но мою руку не выпустил, а потянул за собой к лестнице.

– Придется вызвать ликвидаторов из Эндорфа, – сказал он хмуро.

– Мари, идем же! – выкрикнул Рен, а потом добавил: – И артефактора. Вдруг удастся перенаправить часть силы обратно в Энсунтур. Это ведь сила Тарэйи?

– Да, – ответила я. – Где-то здесь должен быть артефакт, который откачивает и перемещает сюда силу. Нужно его уничтожить.

– Займемся этим чуть позже, – сказал Аран, торопливо поднимаясь по ступеням.

– Понимаю, – кивнула я, чувствуя нарастающую злость. Не на Ара – на ситуацию в целом. Причиняющую боль, ненормальную!

– Мы сейчас не в лучшей форме, чтобы встречаться с остальной верхушкой Ордена, – пояснил Аран.

Снизу слышался гул, и уверенности в том, что позже можно будет что-то исправить, не было. Только это не повод оставаться.

– Кристи, хвала Всесильному, ты цела! – воскликнул папа, с трудом поднимаясь с дивана в приемной. Надо же, в самом деле здание Совета.

– Цела, – улыбнулась я. – Только вот, похоже, все тут скоро разлетится в щепки.

– Значит, уходим, – сказал он, вмиг сделавшись серьезным и собранным. И потянулся к нам с Араном.

Надо же, а мы все еще держимся за руки.

– Мы не пойдем с ними, – покачала я головой, забирая у Ара свою ладонь.

– Но как же…

Папа перевел непонимающий взгляд на Арана.

– Он опаздывает на свадьбу.

– Какую свадьбу? Когда?

– Сегодня, – ответил Аран, глядя мне прямо в глаза.

Вот и все. Я больше никогда не увижу его.

– Спасибо, что пришел за мной, – сказала я искренне. – Подобные хлопоты не повторятся.

– Я так и не понял, как тебе удалось убить его. Пусть и наполовину.

– Я тоже, – шепнула я. Не в силах больше смотреть на любимого, отвернулась и взяла папу за руку. – Тут ведь есть машины, поезда или, на худой конец, драконы?


Эпилог

Мне было стыдно, что я не попрощалась с Реном и не предложила Мари пойти с нами. Просто не могла. Горло и грудь сдавило так, что стало тяжело дышать. Нужно было уйти. Убежать, исчезнуть, не показать Ару, как мне больно.

Больше никогда…

Я просто должна научиться жить без него. Без Энсунтура и магии. Так, как жила раньше. Я смогу.

Мама не отговаривала. По глазам поняла – я все равно не останусь. Помогла собрать скудные пожитки, что оказались разбросанными по дому, и крепко обняла.

– Что будет теперь? С адептами, с экваленцами и остальными последователями Ордена? – все-таки спросила я.

– Не сразу, но все наладится, моя девочка. Совет сильнейших магов Эндорфа займется этим вопросом вплотную. А мы не позволим им зайти слишком далеко, – улыбнулась она. – Энфейн серьезно заражен, но его надо лечить, а не изолировать. Возможно, Аделина и Анд также помогут нам. И Борг… – Она замялась. – Ты уверена, что хочешь именно этого? Как ты будешь там совсем одна?

– Я уже не маленькая, помнишь? И умею перемещаться в любой момент из любой точки. Даже из Энланта. Я буду вас навещать.

Перед возвращением к прежнему безмагическому существованию мне пришлось навестить смотрительницу перехода в Эндорф. Я отдала Аделине Яги с просьбой переправить его в родной Энсколд. Грустно было расставаться с маленьким другом, но я знала: так лучше. И для него, и для меня. На Земле иномирскому «ленивцу» точно не место.

Не отпускающие ни на мгновение тоска и грусть, боль, пронзающая сердце всякий раз, когда я неосторожно вспоминала Ара, – не лучший набор для начала следующего этапа моей непутевой жизни. Но выбирать не приходилось.

Нацепив на лицо оскал, который по-хорошему должен был сойти за улыбку, я явилась к Асе и рассказала ей невероятную историю о внезапно свалившемся наследстве от дальних родственников из Австралии. Кстати сказать, эту нелепую легенду предложила мне Аделина, и я не стала привередничать. Как ни странно, Ася приняла все за чистую монету и искренне удивлялась, почему я не осталась с родителями на родине кенгуру.

– Решила учиться. Продам дом и уеду в город, – огорошила я ее.

– В самом деле? – отчего-то обрадовалась подруга. – Я уже подала документы, но ты еще успеешь! Будем жить в одной комнате, а то я жутко боюсь вредных соседок.

– В одной комнате? – усмехнулась я. – Ты хотя бы скажи, какое выбрала направление?

Честно, мне было все равно, на кого решила учиться Ася и куда поступать мне самой, но я твердо намеревалась идти к новой цели.

Так прошла неделя. И всю эту неделю я упорно не позволяла себе думать об Аране, точно зная: если дам слабину, скачусь в депрессию, из которой уже не выберусь. А потом одним хмурым утром он взял и заявился ко мне прямо на порог. Сделал то, о чем я не смела даже мечтать, засыпая в холодной одинокой постели пустого дома. Взял и пришел!

Став чересчур рассеянной, даже не взглянув в визор, я распахнула дверь. И сразу захлопнула. Отдышалась и открыла снова.

Аран молчал, только сверлил меня своими серебристыми глазами.

– Что тебе нужно? – выдохнула я. – Тарэйя? Опять заморозки, да? Ар, неужели ты не мог послать за мной кого-нибудь другого?!

– Не мог, – ответил он и опять замолчал.

– Что тебе нужно? – повторила я, насупившись.

– Ты, – ответил он и перешагнул порог, вынуждая меня отступить.

– Это плохая шутка, Ар. Жестокая. Где твоя жена?

– Ее нет. Я отменил свадьбу и отказался от трона.

– Что ты сделал? – не поверила я. – Как это, Ар?!

– Я наконец кое-что понял, Кристи. Кое-что очень важное, – произнес он, приблизившись и коснувшись моих волос. – Сунтурам не нужен правитель с очерствевшим сердцем, а Тарэйя не примет такие узы. А значит, мне не место на троне Энсунтура.

– Не понимаю, – прошептала я.

– Я люблю тебя, Крис, – сказал он, и внутри меня зазвенела непослушная радость. – Я не смогу быть таром, если рядом нет моей эйни-тар. Дир-а-таль и Тарэйя расстались, но это только сильнее укрепило веру народа в единение начал и стремление создавать добровольные союзы. Думаешь, почему неженатый наследник не может вступить на трон? Дух его должен пребывать в гармонии с сердцем, а рядом должна находиться та, что не даст оступиться.

– А как же Ильнира?

– Не Ильнира наполняет мое сердце, – нежно улыбнулся он. – Будем надеяться, она обретет счастье с Боргом.

– Что?! – изумилась я. Еще неделю назад сердце прекрасной воительницы было свободным.

– Я вызвал его из Эндорфа в тот же миг, когда понял, что ставить личные интересы выше интересов народа недостойно правителя. Я бросил все, Кристи, и помчался спасать тебя. Нить дернула, и я потерял голову. Увидел твоего встревоженного отца и, не задумавшись ни на мгновение, переместился с ним в Энфейн. Не поручил воинам, как должен был поступить истинный правитель, а полез сам, рискуя и, что еще хуже, оставив свой народ! И ничуть не жалею об этом, – добавил он. Наклонился, проводя кончиком носа по моему уху и вызывая сладкую дрожь во всем теле. – Я не правитель, а воин, Кристи. Им и останусь. Борг же станет достойным и мудрым королем.

– А что об этом думает сам Борг? – до конца не веря в происходящее, спросила я.

– Ошарашен немного, но это пройдет, – усмехнулся Ар.

– Могу представить… Прошла целая неделя! – неожиданно осознала я. – А ты только сейчас решил рассказать мне об этом?!

– Мне понадобилось время, чтобы все устроить, эйни. И я пришел не рассказать, а забрать тебя с собой, – выдохнул он в самые губы.

– Как всегда, самонадеянно, – буркнула я для порядка.

– Есть и еще кое-что, – обняв меня, заявил Ар. – Без тебя нам совершенно не справиться с кучей пламенеющих воронок.

Я стукнула его в грудь и рассмеялась.

– Вот же паршивец! Давай лучше вернемся к той части, где ты объяснял мне свои причины. – Ар вскинул бровь. – Ты сказал, что…

– …что люблю тебя, моя несносная эйни, – улыбнулся он. – И, похоже, Тарэйя поняла это куда раньше меня самого, благословив тогда наш союз.

– Те лепестки?

– Да, эйни. Только такой дурак, как я, мог проигнорировать подобный знак.

– Очень самокритично, – усмехнулась я. – Значит, ты хочешь, чтобы я была рядом?

– Навсегда, – подтвердил он.

– Что ж, в таком случае я, пожалуй, не буду перечить вашей богине, – сказала я и потянулась к его губам. Коснулась нежно, невесомо, растягивая удовольствие и дразня. Но Ар неожиданно отстранился.

– Послушай, Кристи. Я больше не тар и не могу предложить тебе статус подзащитной правящего рода. Только себя. Без трона, без определенного будущего.

– Сдался мне твой трон, – рассмеялась я и, обвив его шею руками, наконец поцеловала.

Радость искристой волной растекалась по телу, затмевая прежние невзгоды и переживания. И все же к ней примешивалась толика грусти. Я знала, насколько важно для Ара место в родном мире, положенный ему по праву рождения статус, и не вполне представляла, как справится он с подобными переменами.

Ар попросил перенести нас в Энсунтур, и я без колебаний оставила родительский дом, отчего-то уверенная, что уже не вернусь. Дом, город, государство, целый мир – где жить, перестало иметь какое-либо значение. Просто быть рядом с тем, кого любишь. В любом из миров.

Во дворце меня ожидал сюрприз. Свадьба и коронация Борга и Ильниры, назначенные на полдень. Будущие король с королевой были заняты приготовлениями, от которых Ар меня героически спас. Переодевшись в его покоях в нарядные золотисто-бежевые одеяния, мы отправились дожидаться начала церемонии за пределами дворца.

Ар отнес меня на небольшую поляну, уложил на покрывало из низкой мягкой травы и, не дав опомниться, припал к губам. Так, что от нахлынувших ощущений тут же закружилась голова.

– Люблю тебя, – шепнула я, блаженно улыбаясь, и вдруг почувствовала, как что-то защекотало ладонь, упирающуюся в землю. Я убрала руку и обомлела. Между травинками поднимался жирный нежно-зеленый росток. Распрямляя заостренные листья, посеребренные по краям, он становился все больше.

Пораженная, я взглянула на Ара, но перед глазами неожиданно поплыло, и я потеряла сознание.

Очнулась в стабилизаторе.

– Что с ней?! – рычал на Брита мой невозможный Ар. Мой… От одной этой мысли тепло разлилось по сердцу.

– Да все в порядке, – ответил Брит и посмотрел на меня. – За исключением того… кхм… что она беременна.

– Что?! – воскликнули мы с Аром одновременно.

– Кристи, как ты? – тут же подскочил любимый ко мне.

– Пока не знаю, – сказала я и взглянула на Брита. – Ты уверен? Это ведь… невозможно?

– Похоже, перестройка твоего организма зашла дальше, чем мы думали, – пожал плечами лекарь. – Когда в дело включатся боги, можно ожидать чего угодно. Поздравляю тебя, – улыбнулся он искренне. – И особенно тебя, – позволив себе усмешку, сказал Ару.

– Спасибо, друг. – Ар хлопнул Брита по плечу и осторожно прислонился ухом к моему животу. – Ничто другое не могло бы сделать меня счастливее. Ты мое сокровище, Кристи.

– И не только твое, Аран. Особенно если то, что ты рассказал, правда.

– О чем вы? – подала голос я.

– Росток Тарэйи, – ответил Ар. – Ты избранная богини и, похоже, способна возродить места силы.

– Но не раньше, чем я отпущу ее, – заявил Брит. – Кристине нужен покой. Я включу полог, и ты заснешь. Твоему организму нужно время, чтобы восстановиться.

Ошарашенная известиями, я не стала спорить, а в следующий раз проснулась уже не в стабилизаторе, а в покоях Ара.

Любимый принес мне завтрак прямо в постель, а когда я закончила, хитро взглянув, открыл дверь.

– А вы что здесь делаете? – вырвалось у меня, когда я увидела заходящих Борга и Ильниру.

– Пришли проводить будущую королеву на ее свадьбу, – усмехнулся Борг.

– Как это?

– Так, как и должно быть, Кристи. По велению богов и сердец.

– Вы не поженились? – вконец растерялась я.

– Нет, – улыбнулся Борг. – Но подумываем об этом, – добавил он и приобнял смутившуюся воительницу. – Правда, не раньше, чем Энсунтур вновь обретет Великого тара.

– Ничего не понимаю, – призналась я, посмотрев на Ара. – Я проспала что-то важное, да?

Невозможные принцы рассмеялись, и мы с Ильнирой – следом за ними.

А на свадьбу идти все же пришлось. На мою собственную свадьбу!

Во внутреннем дворике дворца меня уже ждали мама с папой, Рен с Мари и даже Аделина с красивым синеглазым мужчиной под руку – ее мужем Андониром.

Так, с изумительной красоты белого платья и кружащих в воздухе серебристых лепестков, начался новый виток моей жизни. В качестве любимой, жены, матери и… кто бы мог подумать… королевы сунтуров!


Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24
  • Глава 25
  • Глава 26
  • Глава 27
  • Эпилог
  • X